Площадь – 9 000 км.кв.;
Население – 200 000 людей, 2 000 000 – гуманоидные мутанты, без учёта зверей
Влияние:
Дозорные [Мировое Правительство] — отсутствует;
Революционеры — отсутствует;
Уровень ПП – 2-я ступень, Доктор Рик, Дикий Охотник, Миан-Шевуд;
Время настройки Лог Поса:
Игровое время: 4 суток
Реальное время: 3 дня
Остров Дракенвальд весьма негостеприимное место, утопленное в плотном лесном массиве, одноимённом с островом. Наличествуют снежные шапки у горного массива. Климат умеренный, прохладный. Редко температура опускается ниже -5, а выше 15 – поднимается нечасто в летние сезоны. Равнинная местность. Ключевыми точками являются город-порт Хергиг и форт Денкх, кой на близлежащем горном массиве расположился. В северной части острова находится укреплённая и фортифицированная лаборатория Гарссен, где проводится изучение уникального для острова минерала – гнилого камня.
Гнилой камень – необычный минерал зелёного цвета. Излучает постоянное тошнотворное свечение. Влиянием своим он отравляет окружающий воздух, заражает небольшую зону вокруг. Однако оный хрупок, небольшое воздействие отламывает от него небольшие куски и крошки. Губительное воздействие на формы жизни сложно оценить. Мимолётное взаимодействие с минералом начинает в организме обратимые мутации, не требующие медицинского вмешательства. И чем больше был размер «осколка», тем большее воздействие оказывается на организм, люди обращаются в диких монстров. Глубокое влияние на генетическом уровне заинтересовало учёных со всего мира. Ныне разработан ряд мер для минимизации эффекта, что позволяет вести исследования минерала для поиска способов и возможностей применять таковой в полезном русле.
В глубине острова, близ северных гор, находятся обширные руины бывшей столицы острова Мордхейм, в котором расположились множественные племена мутантов-дикарей. Население острова не слишком большое, но люди здесь привыкли жить бок о бок с агрессивными дикарями, так что каждый пребывающий на острове человек – по меньшей мере, опытный боец и хороший стрелок.
Побережье считается относительно безопасным. Лес же, покрывающий основную часть земли, густонаселён агрессивными мутантами. Оные проводят большую часть времени в сражениях друг с другом и легко могут обратить внимание на забредшего путника в их территорию. Вытравливание мутантов ни разу не было и близко к успеху.
Жизнь некогда процветающего острова оказалась пострадавшей из-за катаклизма, приведшим к поднятию из-под земли необычный минера под бывшей столицей. Беды на том не закончились. Руда предстала разрушительным новым элементом. Беспрестанное излучение минерала приводило к страшным мутациям среди людей. Превращало оных наполовину в зверей, лишало способности к членораздельной речи. Животной агрессией подстёгиваемые, потерпевшие разрушили город до основания. Мутировали и деревья: лес стал распространяться с бешеной скоростью, заполонил каждый свободный участок острова. Выжила лишь небольшая деревушка на южном берегу острова, которая осталась единственным стабильным поселением, превратившись в полноценный порт.
В настоящее время люди приспособились. Жители Хергига поголовно являются опытными охотниками на лесных мутантов. С мушкетом обращаются с семи лет, а в четырнадцать – отправляются на первую охоту, ориентированную на сокращение количества мутантов вокруг города. Вглубь острова отправляются изредка и только самые опытные охотники, в поисках очередных «проросшихся» камней.
Гнилой камень, осколки коего добываются с особым трудом, представляют немалый научный интерес. Контакт с куском минерала, размером с ноготь, вызывает сильное недомогание. С большим размером – мутации, даже если контакт случился недлительным.
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн. 5-ый путь] Дракенвальд. 1-й остров.
Камень, по неподтверждённым данным и мнению некоторых исследователей, потенциально может стать основой для создания искусственных дьявольских фруктов, опережающих по качеству известный миру аналог. Направить мутации в нужное русло и стабилизировать камень пока не представляется возможным. Лаборатория готова платить немалые суммы даже за небольшие осколки, так как сырьё для экспериментов необходимо всегда.
В руинах Мордхейма же расположилось самое крупное племя мутантов, под предводительством Хазрака Одноглазого, что ставит целью объединение всех мутантов в единую силу. Если это произойдёт, ничто на острове не сможет сдержать их натиск.
Все поселения по архитектуре своей напоминают северо-германский стиль. Хергиг – единственное сравнительно безопасное поселение на острове. Основным доходом острова выступает продажа одной из самых тяжёлых и прочных пород Дракенвальдской секвойи. Лес фактически неиссякаем. Подстёгиваемый гнилым камнем рост деревьев восполняет неограниченную вырубку уже через месяц.
Крепость Денкх – основной опорный пункт людей вне Хергига. Здесь находится контингент Морского дозора, помогающего местным жителям в обеспечении безопасности. Оные закалены в тяжёлых боях, а дисциплина и выучка – граничат с элитными подразделениями. Отсюда регулярно совершаются рейды вглубь леса, особенно при нахождении разведчиками временных стоянок мутантов.
Гарссен – лаборатория исследователей, что видят в гнилом камне и угрозу, и, как немногие, научный потенциал. Ввиду сложности добычи материала учёные, и их спонсоры, готовы выкладывать немалые суммы за каждую пылинку камня. В сие место прямой путь отсутствует, но небольшой порт, находящийся под защитой пушек форта лаборатории, открыт для всех, кто не настроен агрессивно.
Мордхейм – огромные по площади руины прошлой столицы, близ коей и поднялся злосчастный камень. Ни на секунду в месте этом не прекращаются стычки между племенами, но один вождь поставил целью объединить этих дикарей под своим началом.
Жители Хергига, в подавляющем большинстве, настроены стоически и спокойно относятся к соседствующей угрозе. Все живущие прекрасно обращаются с длинноствольными мушкетами, готовы отражать атаку дикарей в любой момент дня и ночи. В городе нашёл прибежище гениальный оружейник Абрахам Нульн, создающий новые и лучшие образцы огнестрельного оружия. За произведения свои он берёт строго символические платы и требует лишь полевых испытаний прототипов. Мэром города, в настоящий момент, является знаменитый охотник Марк Вульфхарт, со знаменитым луком, собравшим впечатляющую коллекцию трофеев из мутантов, даже трёх кигоров.
Мутанты – дикари настолько, насколько можно представить, хотя общество оных – пёстрое. Львиную долю составляют горы, чьи мутации заключаются, в основном, в звериных мордах и ногах. Минотавры, в дополнение к ногам и голове, получили огромный рост, мощную мускулатуру и практически непробиваемый череп. Кентигоры – редкая мутация, заменившая нижнюю половину тела на форму четвероногую. Кигоры – мутировавшие одноглазые великаны, что пострадали сильнее прочих. Они постоянно балансируют на грани безумия и представляют угрозу своим соплеменникам не меньшую, чем для врагов. Сила их настолько велика, что ни одно племя не станет отказываться от неё добровольно. Разоргоры – общее наименование мутировавших животных. Количество таковых настолько велико и разнообразно, что давать определённые имена не имеет никакого смысла. Вполне вероятно, что видимый зверь уникален в своём роде.
Наибольшей ценностью на острове выступает невероятно прочное дерево, прочнее коего только дерево Адам. На острове его не только много, но и растёт оное с аномальной скоростью. Растёт вокруг песчинок кометы, но доказано безопасно, и является крайне ценным ресурсом, спрос на который неисчерпаем.
В руинах Мордхейма же расположилось самое крупное племя мутантов, под предводительством Хазрака Одноглазого, что ставит целью объединение всех мутантов в единую силу. Если это произойдёт, ничто на острове не сможет сдержать их натиск.
Все поселения по архитектуре своей напоминают северо-германский стиль. Хергиг – единственное сравнительно безопасное поселение на острове. Основным доходом острова выступает продажа одной из самых тяжёлых и прочных пород Дракенвальдской секвойи. Лес фактически неиссякаем. Подстёгиваемый гнилым камнем рост деревьев восполняет неограниченную вырубку уже через месяц.
Крепость Денкх – основной опорный пункт людей вне Хергига. Здесь находится контингент Морского дозора, помогающего местным жителям в обеспечении безопасности. Оные закалены в тяжёлых боях, а дисциплина и выучка – граничат с элитными подразделениями. Отсюда регулярно совершаются рейды вглубь леса, особенно при нахождении разведчиками временных стоянок мутантов.
Гарссен – лаборатория исследователей, что видят в гнилом камне и угрозу, и, как немногие, научный потенциал. Ввиду сложности добычи материала учёные, и их спонсоры, готовы выкладывать немалые суммы за каждую пылинку камня. В сие место прямой путь отсутствует, но небольшой порт, находящийся под защитой пушек форта лаборатории, открыт для всех, кто не настроен агрессивно.
Мордхейм – огромные по площади руины прошлой столицы, близ коей и поднялся злосчастный камень. Ни на секунду в месте этом не прекращаются стычки между племенами, но один вождь поставил целью объединить этих дикарей под своим началом.
Жители Хергига, в подавляющем большинстве, настроены стоически и спокойно относятся к соседствующей угрозе. Все живущие прекрасно обращаются с длинноствольными мушкетами, готовы отражать атаку дикарей в любой момент дня и ночи. В городе нашёл прибежище гениальный оружейник Абрахам Нульн, создающий новые и лучшие образцы огнестрельного оружия. За произведения свои он берёт строго символические платы и требует лишь полевых испытаний прототипов. Мэром города, в настоящий момент, является знаменитый охотник Марк Вульфхарт, со знаменитым луком, собравшим впечатляющую коллекцию трофеев из мутантов, даже трёх кигоров.
Мутанты – дикари настолько, насколько можно представить, хотя общество оных – пёстрое. Львиную долю составляют горы, чьи мутации заключаются, в основном, в звериных мордах и ногах. Минотавры, в дополнение к ногам и голове, получили огромный рост, мощную мускулатуру и практически непробиваемый череп. Кентигоры – редкая мутация, заменившая нижнюю половину тела на форму четвероногую. Кигоры – мутировавшие одноглазые великаны, что пострадали сильнее прочих. Они постоянно балансируют на грани безумия и представляют угрозу своим соплеменникам не меньшую, чем для врагов. Сила их настолько велика, что ни одно племя не станет отказываться от неё добровольно. Разоргоры – общее наименование мутировавших животных. Количество таковых настолько велико и разнообразно, что давать определённые имена не имеет никакого смысла. Вполне вероятно, что видимый зверь уникален в своём роде.
Наибольшей ценностью на острове выступает невероятно прочное дерево, прочнее коего только дерево Адам. На острове его не только много, но и растёт оное с аномальной скоростью. Растёт вокруг песчинок кометы, но доказано безопасно, и является крайне ценным ресурсом, спрос на который неисчерпаем.
Пост для правок и дополнений.
=====> переход с Линейного фрегата "Фенрир"
Квест - "Ржавая мораль"
Следующий день принес много событий. Почти сразу, как прогремел голос Грейса, по привычки оставшийся в вороньем гнезде на дежурство, Зигфрид раскрыл свои глаза. Он не помнил, что ему снилось, но отчасти он был рад тому, что очнулся от него. Все было смутно, смазано. Почти все было, как в тумане.
«Может, начать пить снотворное…?» - невольная мысль была разрушена, стоило мимо окна пролететь чайке. Та кричала истошно и впервые этот звук у Зигфрида вызывал мрачные ассоциации. Лишь, когда это чудо присело рядом с окном, пират понял, что именно его смутило в этом крике. Он был глубже, гортаннее, напоминая собой скорее горн, сквозь который заигрывал ветер. Сама тварь была несколько больше типичного поморника, равняясь размерами с гарпией. И эти тошнотворно зеленые глаза, вкупе с местами облезлой шкурой давали ясно понять - он, к его сожалению, не ошибся, когда говорил о их следующем пункте назначения.
Драквенвальд. Один из многочисленных островов, пострадавший от собственной особенности. Редкая порода, выбравшаяся на поверхность, как сорняк, заполонила столицу. А следом и остров, превращая людей в чудовищ. В прошлой жизни, он был знаком с несколькими людьми оттуда. Одним из них был Нэа, который считал Стимхолл раем на земле, его бывший товарищ, которому нынче рубака с радостью перерезал бы горло. Второй же странствующий ученый, увидевший в этом горе для целого острова возможность для мира. Но со вторым он был знаком поверхностно, достаточно скоро он вновь вернулся на этот остров, желая продолжить исследования.
= Зигфрид!
«Порой мне кажется, что мой подопечный запомнил лишь мое имя...» - с печалью подумал пират, когда в его комнату вновь вломились без стука. Грейс был в своем репертуаре, но, хотя бы без сильных ран. На удивление, хороший уход и вкусная еда были лучшими лекарствами для них обоих. Пожалуй, это было самым главным плюсом нахождения здесь этих женщин. Они хотят быть любимы и любят в ответ, к счастью, именно в этом виде. Страшно представить, как эти дамы будут вести себя в другом расположении духа.
— Если ты про чайку, то я надеюсь, ты прогнал это исчадье ада, как можно дальше от моего судна, - Грейс был еще молод. Слишком молод. Поэтому больше всего пират опасался за него, как на этом острове, так и на этом судне. Если за пределами корабля его поджидали те же опасности, с которыми предстоит столкнуться ему, то на судне его ждут опасности… Несколько иного рода. – Заходи, нам надо переговорить о кое-чем.
Дверь закрылась и Грейс осторожно прошел вперед. Вышел он уже спустя полчаса тонких аллегорий и ясных намеков на то, как опасно оставлять мужчину и женщину одних в помещении посреди океана, особенно в определенные дни. Что до чайки, то та покинула пределы судна сама, увидев мимо летевшего бывшего сородича, которому повезло не познакомиться с гнилым камнем поближе. Преисполнившись собственного благоразумия, Зигфрид направился к письменному столу, лениво потягиваясь к потолку. Так много дел, так много дел… И это еще без встречи с Розеттой, которая вот-вот должна была прийти со своим «подарком». Впрочем, кто знает этих инженеров Бомбса? Может, к этому времени она все еще спит. На столе было несколько бумаг, можно сказать, золотой стандарт скучающего капитана, которому в одном месте чешется навлечь на свою команду беду: новенькие листовки тех, кого он выбрал своей жертвой и те, кого он еще не знал, но обязательно доберется по ходу дела. Вторая стопка оказалась несколько больше, что неудивительно, ведь состояла она сплошь и рядом из самых свежих. Содержимое первой стопки подняло Зигфриду настроение: помимо его физиономии из прошлой жизни, он также мог увидеть там Дайлена и Крокодайла. Видимо, Жанна не особо смущал титул первого и то, что, как и он теперь, Крокодайл для его атак был неуязвим.
Квест - "Ржавая мораль"
Следующий день принес много событий. Почти сразу, как прогремел голос Грейса, по привычки оставшийся в вороньем гнезде на дежурство, Зигфрид раскрыл свои глаза. Он не помнил, что ему снилось, но отчасти он был рад тому, что очнулся от него. Все было смутно, смазано. Почти все было, как в тумане.
«Может, начать пить снотворное…?» - невольная мысль была разрушена, стоило мимо окна пролететь чайке. Та кричала истошно и впервые этот звук у Зигфрида вызывал мрачные ассоциации. Лишь, когда это чудо присело рядом с окном, пират понял, что именно его смутило в этом крике. Он был глубже, гортаннее, напоминая собой скорее горн, сквозь который заигрывал ветер. Сама тварь была несколько больше типичного поморника, равняясь размерами с гарпией. И эти тошнотворно зеленые глаза, вкупе с местами облезлой шкурой давали ясно понять - он, к его сожалению, не ошибся, когда говорил о их следующем пункте назначения.
Драквенвальд. Один из многочисленных островов, пострадавший от собственной особенности. Редкая порода, выбравшаяся на поверхность, как сорняк, заполонила столицу. А следом и остров, превращая людей в чудовищ. В прошлой жизни, он был знаком с несколькими людьми оттуда. Одним из них был Нэа, который считал Стимхолл раем на земле, его бывший товарищ, которому нынче рубака с радостью перерезал бы горло. Второй же странствующий ученый, увидевший в этом горе для целого острова возможность для мира. Но со вторым он был знаком поверхностно, достаточно скоро он вновь вернулся на этот остров, желая продолжить исследования.
= Зигфрид!
«Порой мне кажется, что мой подопечный запомнил лишь мое имя...» - с печалью подумал пират, когда в его комнату вновь вломились без стука. Грейс был в своем репертуаре, но, хотя бы без сильных ран. На удивление, хороший уход и вкусная еда были лучшими лекарствами для них обоих. Пожалуй, это было самым главным плюсом нахождения здесь этих женщин. Они хотят быть любимы и любят в ответ, к счастью, именно в этом виде. Страшно представить, как эти дамы будут вести себя в другом расположении духа.
— Если ты про чайку, то я надеюсь, ты прогнал это исчадье ада, как можно дальше от моего судна, - Грейс был еще молод. Слишком молод. Поэтому больше всего пират опасался за него, как на этом острове, так и на этом судне. Если за пределами корабля его поджидали те же опасности, с которыми предстоит столкнуться ему, то на судне его ждут опасности… Несколько иного рода. – Заходи, нам надо переговорить о кое-чем.
Дверь закрылась и Грейс осторожно прошел вперед. Вышел он уже спустя полчаса тонких аллегорий и ясных намеков на то, как опасно оставлять мужчину и женщину одних в помещении посреди океана, особенно в определенные дни. Что до чайки, то та покинула пределы судна сама, увидев мимо летевшего бывшего сородича, которому повезло не познакомиться с гнилым камнем поближе. Преисполнившись собственного благоразумия, Зигфрид направился к письменному столу, лениво потягиваясь к потолку. Так много дел, так много дел… И это еще без встречи с Розеттой, которая вот-вот должна была прийти со своим «подарком». Впрочем, кто знает этих инженеров Бомбса? Может, к этому времени она все еще спит. На столе было несколько бумаг, можно сказать, золотой стандарт скучающего капитана, которому в одном месте чешется навлечь на свою команду беду: новенькие листовки тех, кого он выбрал своей жертвой и те, кого он еще не знал, но обязательно доберется по ходу дела. Вторая стопка оказалась несколько больше, что неудивительно, ведь состояла она сплошь и рядом из самых свежих. Содержимое первой стопки подняло Зигфриду настроение: помимо его физиономии из прошлой жизни, он также мог увидеть там Дайлена и Крокодайла. Видимо, Жанна не особо смущал титул первого и то, что, как и он теперь, Крокодайл для его атак был неуязвим.
«Как жаль, что я не увижу, как этого дегенерата расщепляют на пилюли ударом меча,» - в этот момент мужчина и не задумывался о том, как оба этих индивида поведут при личной встрече с ним. Может обнимут, не веря такому счастью, а может и вовсе запишут в предатели и на кубики порежут уже его.
Достаточно скоро его взгляд обратил внимание на кучу его вещей, которые были постираны, заштопаны… Плаща не было, но оно и понятно – от него остались одни лишь лоскуты. Да и много ли можно спасти после сражения с таким монстром?
«Мне следует сообщить о некоторых корректировках,» - Зик очень. Ну прям очень не хотел связываться с своим благодетелем. Последний их разговор закончился на высоких тонах, и мужчина не был уверен, что этот раз станет исключением. Но смирившись с тем, что он какое-то время является джином из бутылки и от этого никак не отвертеться, он направился к вышеупомянутой груде вещей. Штаны, рубаха были заботливо отложены в сторону и, помимо двух своих орудий, он достал и несчастную улитку, которая вскоре была уложена на стол. Минут пять он протыкал ее взглядом, прежде чем переборол свою неприязнь и потянулся к трубке.
= Босс!
Едва рука коснулась металла, как в комнату стрелой пронеслась Паудер или Розетта, сейчас Зигфрид был готов назвать ее чертом из табакерки.
«Не каюта, а проходной двор,» - про себя отметив, что нужно будет сделать крепкую дверь, желательно еще с засовом, рубака откинулся в кресле. Вот на чем Жанн уж точно не экономил, так это на собственном комфорте.
— И тебе доброе утро… - было сказано без всякого энтузиазма.
Розетта бегло осмотрела своего капитана, прижимая к груди чью-то конечность. По крайней мере так показалось сначала, пока вместо обрубленных мышц из плеча пират не увидел до боли знакомые внутренности механизма.
= О, ты уже без рубашки! – подметила девушка
«Благо в штанах…» - обреченно вздохнул Лоуп-Гароу
— Я так понимаю, ты «это» хотела под меня подогнать? – взглядом он указал на протез, находящийся в ее руках. – Не ожидал, что ты протянешь мне руку помощи так скоро.
= Ой, посмотрите на этого зазнайку! – наигранно охнула инженер. – Да будет тебе известно, любой дурак бы понял, о чем речь! Я ведь мерки руки тебе снимала, а не прибора!
«Я очень надеюсь, что она про мой меч, а не… Не хочу об этом думать,» - легонько мотнув головой из стороны в сторону, чтобы отогнать странные мысли, он привстал из-за стола и обошел его.
— Ну и куда мне располагаться, чтобы ты подключила ко мне эту вундервафлю?
= Ну, кушетки нет, потому кровать! – демонстрацией удалого фокусника, а может и гида, она показала на постель, как на восьмое чудо света или же итог своего магического трюка.
«Вероятно, будь я образца до встречи с Дайленом, воспринял это, как приглашение,» - усмехнулся про себя рыжий и сел на кровать, ожидая худшего.
Худшее, впрочем, было лишь то, как бесцеремонно девушка копалась в его руке с точностью мясника, отвинчивая и вырывая все лишнее от прошлого протеза. Варварство, так он мог назвать этот процесс. Это не удивляло, не восхищало, это было самое, что есть дикарство в чистом виде. Так только дети из трущоб Стимхолла развлекались, разбирая остатки гнилых труб и сопутствующие им механизмы, пришедшие в негодность или попросту сброшенные откуда-то с верхов. Терпеть долго не пришлось. Уже достаточно скоро, когда работа была закончена и лишнее почищено, та будто поменялась в лице, ясно давая понять, как у такого ремесленника получаются столь великолепные изобретения – уже подобно хирургу, Розетта подключала каждый проводок, соединяя металл с плотью. Резкий момент стыка был подобен разряду электричества. Раньше Зигфрид после такого захотел бы, в лучшем случае, хорошенько поспать день, а то и больше, потеряв сознание от боли. Но сейчас было уже иное дело, боль была терпима.
= Ну, как ощущения!?
— Будто серпом по яйцам, - просвистело из его плотно сжатых уст в сухом тоне. – Терпимо. Больно, но терпимо.
= Отлично!
Достаточно скоро его взгляд обратил внимание на кучу его вещей, которые были постираны, заштопаны… Плаща не было, но оно и понятно – от него остались одни лишь лоскуты. Да и много ли можно спасти после сражения с таким монстром?
«Мне следует сообщить о некоторых корректировках,» - Зик очень. Ну прям очень не хотел связываться с своим благодетелем. Последний их разговор закончился на высоких тонах, и мужчина не был уверен, что этот раз станет исключением. Но смирившись с тем, что он какое-то время является джином из бутылки и от этого никак не отвертеться, он направился к вышеупомянутой груде вещей. Штаны, рубаха были заботливо отложены в сторону и, помимо двух своих орудий, он достал и несчастную улитку, которая вскоре была уложена на стол. Минут пять он протыкал ее взглядом, прежде чем переборол свою неприязнь и потянулся к трубке.
= Босс!
Едва рука коснулась металла, как в комнату стрелой пронеслась Паудер или Розетта, сейчас Зигфрид был готов назвать ее чертом из табакерки.
«Не каюта, а проходной двор,» - про себя отметив, что нужно будет сделать крепкую дверь, желательно еще с засовом, рубака откинулся в кресле. Вот на чем Жанн уж точно не экономил, так это на собственном комфорте.
— И тебе доброе утро… - было сказано без всякого энтузиазма.
Розетта бегло осмотрела своего капитана, прижимая к груди чью-то конечность. По крайней мере так показалось сначала, пока вместо обрубленных мышц из плеча пират не увидел до боли знакомые внутренности механизма.
= О, ты уже без рубашки! – подметила девушка
«Благо в штанах…» - обреченно вздохнул Лоуп-Гароу
— Я так понимаю, ты «это» хотела под меня подогнать? – взглядом он указал на протез, находящийся в ее руках. – Не ожидал, что ты протянешь мне руку помощи так скоро.
= Ой, посмотрите на этого зазнайку! – наигранно охнула инженер. – Да будет тебе известно, любой дурак бы понял, о чем речь! Я ведь мерки руки тебе снимала, а не прибора!
«Я очень надеюсь, что она про мой меч, а не… Не хочу об этом думать,» - легонько мотнув головой из стороны в сторону, чтобы отогнать странные мысли, он привстал из-за стола и обошел его.
— Ну и куда мне располагаться, чтобы ты подключила ко мне эту вундервафлю?
= Ну, кушетки нет, потому кровать! – демонстрацией удалого фокусника, а может и гида, она показала на постель, как на восьмое чудо света или же итог своего магического трюка.
«Вероятно, будь я образца до встречи с Дайленом, воспринял это, как приглашение,» - усмехнулся про себя рыжий и сел на кровать, ожидая худшего.
Худшее, впрочем, было лишь то, как бесцеремонно девушка копалась в его руке с точностью мясника, отвинчивая и вырывая все лишнее от прошлого протеза. Варварство, так он мог назвать этот процесс. Это не удивляло, не восхищало, это было самое, что есть дикарство в чистом виде. Так только дети из трущоб Стимхолла развлекались, разбирая остатки гнилых труб и сопутствующие им механизмы, пришедшие в негодность или попросту сброшенные откуда-то с верхов. Терпеть долго не пришлось. Уже достаточно скоро, когда работа была закончена и лишнее почищено, та будто поменялась в лице, ясно давая понять, как у такого ремесленника получаются столь великолепные изобретения – уже подобно хирургу, Розетта подключала каждый проводок, соединяя металл с плотью. Резкий момент стыка был подобен разряду электричества. Раньше Зигфрид после такого захотел бы, в лучшем случае, хорошенько поспать день, а то и больше, потеряв сознание от боли. Но сейчас было уже иное дело, боль была терпима.
= Ну, как ощущения!?
— Будто серпом по яйцам, - просвистело из его плотно сжатых уст в сухом тоне. – Терпимо. Больно, но терпимо.
= Отлично!
«Да ты издеваешься,» - впервые в его жизни ему хотелось ударить женщину так сильно. Сделав глубокий вдох и медленный выдох, Зигфрид попробовал подвигать рукой. Как оказалось, протез оказался по весу едва-ли отличным от его собственной руки, но эти стыки на нем… В чем было их предназначение? Едва-ли он мог списать это на футуристичный дизайн, обусловленный корпоративной практикой БОМБС И КО.
— Я же надеюсь, он не взрывается?
= А? – по началу Розетта восприняла это, как нечто серьезное, задумчиво отведя взгляд в сторону, будто вспоминала все характеристики, приписанные к этому изделию. Но через минуту раздумий, отрицательно мотнула головой. – Нет, не должен. Я как-нибудь позже объясню, что он умеет. Пока привыкай, осваивайся. Можешь поработать ручкой, если хочешь, пока мы не прибыли в порт… В общем, бывай! Я к себе.
«Можно ли сделать две носовые фигуры, чтобы подвешивать к носу более одного человека?»
— Может, мне эту руку помощи тебе оставить для таких дел, а? – но не успел он договорить, как девушка уже покинула комнату, оставив его наедине с новым протезом. – Несносная девчонка.
Махнув рукой на закрытую дверь, Зигфрид вернулся к тому, на чем остановился – звонок. Ему следовало связаться с своим «покровителем», чьи цели все еще не ясны, как и мотивы. На кой было воскрешать именно его? В мире полной личностей, чье воскрешение встряхнет мир, начиная от небезызвестного Короля Пиратов до банальных легенд Морского Дозора. Ох, сколько же можно было свершить! Карта мира переписалась бы раз и навсегда, но… Нет. Жребий выпал именно на него, на средненького пирата, умершего от болезни.
«НЕДОСТАТОЧНО ДАННЫХ» - вторило ему сознание, как и тогда на Мысе Близнецов. – «Вероятно, разговор будет долгим.»
Сняв трубку, он с недовольной миной стал ожидать. Взгляд ожидающе смотрел на отверстия в трубке ден-ден муши, проделанные в гладком металле бронзового оттенка. Можно было спутать его даже с позолотой в особо потертых местах.
Пулюм-пулюм… Пулюм-пулюм…
Чем дольше Лоуп-Гароу смотрел на трубку, тем больше удивлялся, как люди, проводящие часы перед этой трубкой не заработали трипофобию. Бесконечно черные отверстия, куда, казалось, не проникал свет. Они были идеально черные, абсолютно черные, слишком че…
= Слушаю, - бархатный голос «покровителя» с характерными нотками всепрощающей улыбки прозвучали из этих самых отверстий.
— Это Зигфрид. Есть разговор.
По ту сторону провода возникла заминка. У пирата было слишком много вопросов, чтобы этот разговор не превратился в допрос. Их накопилось ровно столько, сколько мыслей возникало у него в голове после событий на Оружейной Мануфактуре в Саус Блю. Почему он? Почему так много несостыковок? И самое главное, в чем смысл всего этого и этих заданий, которые он ему давал.
= Ты уже на Бас-Тер? Так быстро? – вопрос ученого сбил рыжего с толку. Бас-Тер? До него несколько недель пути, без учета ожидания «калибровки» Лог-Поса. Но и в голосе загадочной персоны было не меньше удивления. Так же в этом вопросе отчетливо послышалась тревога...
— Нет, но об этом несколько позже. У меня появились вопросы.
Благодеятель выжидающе замолчал. Напряжения от лишь начавшегося разговора словно повисло в воздухе невидимой паутиной, что не давала дышать, лезла липким компом в горло. Рыжий и сам не понимал, с чего ему испытывать такие чувства, но собрав силу воли в кулак, все же пошел в наступление.
— Почему именно я? - свел он огромное количество мыслей и размышлений в один емкий вопрос. Но решив, что того недостаточно, продолжил. - Есть много куда более известных, влиятельных и, что немаловажно, просто сильных людей. Взять хотя бы того же Гол Ди. Родж...
= Потому что я хочу жить, - Ученый перебил его на полуслове, начав с такой же емкой и простой фразы. - Я не питаю иллюзий относительно Мирового Правительства, я знаю на своей шкуре, на что именно они способны.
— Я же надеюсь, он не взрывается?
= А? – по началу Розетта восприняла это, как нечто серьезное, задумчиво отведя взгляд в сторону, будто вспоминала все характеристики, приписанные к этому изделию. Но через минуту раздумий, отрицательно мотнула головой. – Нет, не должен. Я как-нибудь позже объясню, что он умеет. Пока привыкай, осваивайся. Можешь поработать ручкой, если хочешь, пока мы не прибыли в порт… В общем, бывай! Я к себе.
«Можно ли сделать две носовые фигуры, чтобы подвешивать к носу более одного человека?»
— Может, мне эту руку помощи тебе оставить для таких дел, а? – но не успел он договорить, как девушка уже покинула комнату, оставив его наедине с новым протезом. – Несносная девчонка.
Махнув рукой на закрытую дверь, Зигфрид вернулся к тому, на чем остановился – звонок. Ему следовало связаться с своим «покровителем», чьи цели все еще не ясны, как и мотивы. На кой было воскрешать именно его? В мире полной личностей, чье воскрешение встряхнет мир, начиная от небезызвестного Короля Пиратов до банальных легенд Морского Дозора. Ох, сколько же можно было свершить! Карта мира переписалась бы раз и навсегда, но… Нет. Жребий выпал именно на него, на средненького пирата, умершего от болезни.
«НЕДОСТАТОЧНО ДАННЫХ» - вторило ему сознание, как и тогда на Мысе Близнецов. – «Вероятно, разговор будет долгим.»
Сняв трубку, он с недовольной миной стал ожидать. Взгляд ожидающе смотрел на отверстия в трубке ден-ден муши, проделанные в гладком металле бронзового оттенка. Можно было спутать его даже с позолотой в особо потертых местах.
Пулюм-пулюм… Пулюм-пулюм…
Чем дольше Лоуп-Гароу смотрел на трубку, тем больше удивлялся, как люди, проводящие часы перед этой трубкой не заработали трипофобию. Бесконечно черные отверстия, куда, казалось, не проникал свет. Они были идеально черные, абсолютно черные, слишком че…
= Слушаю, - бархатный голос «покровителя» с характерными нотками всепрощающей улыбки прозвучали из этих самых отверстий.
— Это Зигфрид. Есть разговор.
По ту сторону провода возникла заминка. У пирата было слишком много вопросов, чтобы этот разговор не превратился в допрос. Их накопилось ровно столько, сколько мыслей возникало у него в голове после событий на Оружейной Мануфактуре в Саус Блю. Почему он? Почему так много несостыковок? И самое главное, в чем смысл всего этого и этих заданий, которые он ему давал.
= Ты уже на Бас-Тер? Так быстро? – вопрос ученого сбил рыжего с толку. Бас-Тер? До него несколько недель пути, без учета ожидания «калибровки» Лог-Поса. Но и в голосе загадочной персоны было не меньше удивления. Так же в этом вопросе отчетливо послышалась тревога...
— Нет, но об этом несколько позже. У меня появились вопросы.
Благодеятель выжидающе замолчал. Напряжения от лишь начавшегося разговора словно повисло в воздухе невидимой паутиной, что не давала дышать, лезла липким компом в горло. Рыжий и сам не понимал, с чего ему испытывать такие чувства, но собрав силу воли в кулак, все же пошел в наступление.
— Почему именно я? - свел он огромное количество мыслей и размышлений в один емкий вопрос. Но решив, что того недостаточно, продолжил. - Есть много куда более известных, влиятельных и, что немаловажно, просто сильных людей. Взять хотя бы того же Гол Ди. Родж...
= Потому что я хочу жить, - Ученый перебил его на полуслове, начав с такой же емкой и простой фразы. - Я не питаю иллюзий относительно Мирового Правительства, я знаю на своей шкуре, на что именно они способны.
— Это не поясняет почем...
= Не перебивай. Так вот, если бы я воскресил к жизни, даже если допустить гипотетически, что я достал бы его тело, воскресил его душу, собрал бы по кусочкам... Как ты думаешь, Мировое Правительство, осталось бы в стороне? Это не просто сильный враг. Это целая инфраструктура, которая лишь играется с тобой, пока ты не доставляешь им дискофморт. А оживший Король Пиратов, знающий их секреты... Поверь мне, это уже даже дискомфортом назвать нельзя. Это вызов.
Закончив свой монолог, мужчина по ту сторону провода, отпил что-то из стакана. Последний с громким звуком был поставлен на металлический стол, этот вопрос явно застал ученого врасплох. Настолько, что тот на мгновение потерял самообладание, будто искал глазами человека, который мог их подслушать.
= Что до тебя... Много ли ты знаешь о культе мужчины в желтом? О своем знакомом, Хастуре?
Перед глазами лишь на миг пронеслись воспоминания о старом друге. Они были по одну сторону баррикад всего-ничего, но сблизились достаточно, чтобы Зигфрид мог назвать его своим другом. Человеку, которому, по крайней мере, не сильно все равно, мертв он или жив... Он мог лишь гадать, почему при возобновлении охоты за его голову Мировым Правительством, они не вышли на связь, но допускал, что на то были явные причины.
— Немного. Знаю, что ходит в доспехах и силен, как стая носорогов. Ну и, что кузнец он отменный.
Из ден-ден муши послышался смешок, едва не переросший в хохот. Усилием подавив порыв сорваться в смех, ученый продолжил.
= И правда, немного... Допускаю, что такие люди редко распространяются о своих проблемах, - выдержав небольшую паузу, чтобы вернуть разговору деловой тон, мужчина продолжил. - Ты один из немногих, кто сблизился с ним и, даже удостоился почтительного захронения. Вероятно, поэтому ЭТИ люди посчитали твое воскрешение полезным их делу. Сам я отношусь к ним... Скептически. В этом мире было и есть слишком много "богов", чтобы зацикливаться на ком-то одном. Но заплатили они порядочно, поэтому будем считать, что ты таким вот нехитрым образом спонсируешь мои исследования.
"А ты любишь поболтать, да?" - невольно нахмурился пират. Ему и в голову не приходило, что это могло быть связано с этим человеком. Допускал, что Дайлен мог раскошелится или же принудить ученого к ремеслу, или же его родословная... Для его дома было два табу: укусить руку господина и умереть вне боя. Лоуп-Гароу сорвал своего рода Джекпот, поэтому доспускалось думать, что это они дали ему таким образом шанс искупить свою вину.
— Хорошо, а теперь...
= А теперь вопрос задам я, - вновь перебил его благодеятель, непрозрачно намекая, кто в их отношениях шериф, а кто абориген. - Где ты. Сейчас. Находишься?
Зик недовольно поморщил лицо, не зная, дойдет ли плевок через Ден-Ден муши до абонента, или же он просто испачкает в слюнях то, что привык носить на поясе.
— Мы подплываем к Дракенвальду.
По ту сторону связи отчетливо был слышен тяжелый вздох. Рубака мечтательно представил, как этот черноволосый нарцисс поднимает очки, чтобы потереть переносицу в попытках пройти все стадии принятия за пару минут.
= Ты меня так в могилу загонишь... И что ТЫ там забыл?
— Пути судьбы неисповедимы.
= Там не так говорится... Ладно, бог с ним, Дракенвальд. Гнилая руда... С ней я не работал, но в случае форс-мажора... Это можно исправить. Не делай глупостей.
Переживания этого... Человека? Удивили Лоуп-Гароу не меньше, чем его откровенние. Это давало надежду, чтобы прояснить еще пару моментов.
— Что с целью? - спросил он отстраненно, словно это заботило его в последнюю очередь. И это в целом заботило его в последнюю очередь, пока ученый не ответил.
= Целями. На пятом пути так же находится одна из целей, поэтому вопрос стоит лишь в том, справишься ли ты в "своем порядке"...
— Погоди, но... Я же должен был пригнать только одного, не так ли?
= Не пригнать. Ликвидировать.
= Не перебивай. Так вот, если бы я воскресил к жизни, даже если допустить гипотетически, что я достал бы его тело, воскресил его душу, собрал бы по кусочкам... Как ты думаешь, Мировое Правительство, осталось бы в стороне? Это не просто сильный враг. Это целая инфраструктура, которая лишь играется с тобой, пока ты не доставляешь им дискофморт. А оживший Король Пиратов, знающий их секреты... Поверь мне, это уже даже дискомфортом назвать нельзя. Это вызов.
Закончив свой монолог, мужчина по ту сторону провода, отпил что-то из стакана. Последний с громким звуком был поставлен на металлический стол, этот вопрос явно застал ученого врасплох. Настолько, что тот на мгновение потерял самообладание, будто искал глазами человека, который мог их подслушать.
= Что до тебя... Много ли ты знаешь о культе мужчины в желтом? О своем знакомом, Хастуре?
Перед глазами лишь на миг пронеслись воспоминания о старом друге. Они были по одну сторону баррикад всего-ничего, но сблизились достаточно, чтобы Зигфрид мог назвать его своим другом. Человеку, которому, по крайней мере, не сильно все равно, мертв он или жив... Он мог лишь гадать, почему при возобновлении охоты за его голову Мировым Правительством, они не вышли на связь, но допускал, что на то были явные причины.
— Немного. Знаю, что ходит в доспехах и силен, как стая носорогов. Ну и, что кузнец он отменный.
Из ден-ден муши послышался смешок, едва не переросший в хохот. Усилием подавив порыв сорваться в смех, ученый продолжил.
= И правда, немного... Допускаю, что такие люди редко распространяются о своих проблемах, - выдержав небольшую паузу, чтобы вернуть разговору деловой тон, мужчина продолжил. - Ты один из немногих, кто сблизился с ним и, даже удостоился почтительного захронения. Вероятно, поэтому ЭТИ люди посчитали твое воскрешение полезным их делу. Сам я отношусь к ним... Скептически. В этом мире было и есть слишком много "богов", чтобы зацикливаться на ком-то одном. Но заплатили они порядочно, поэтому будем считать, что ты таким вот нехитрым образом спонсируешь мои исследования.
"А ты любишь поболтать, да?" - невольно нахмурился пират. Ему и в голову не приходило, что это могло быть связано с этим человеком. Допускал, что Дайлен мог раскошелится или же принудить ученого к ремеслу, или же его родословная... Для его дома было два табу: укусить руку господина и умереть вне боя. Лоуп-Гароу сорвал своего рода Джекпот, поэтому доспускалось думать, что это они дали ему таким образом шанс искупить свою вину.
— Хорошо, а теперь...
= А теперь вопрос задам я, - вновь перебил его благодеятель, непрозрачно намекая, кто в их отношениях шериф, а кто абориген. - Где ты. Сейчас. Находишься?
Зик недовольно поморщил лицо, не зная, дойдет ли плевок через Ден-Ден муши до абонента, или же он просто испачкает в слюнях то, что привык носить на поясе.
— Мы подплываем к Дракенвальду.
По ту сторону связи отчетливо был слышен тяжелый вздох. Рубака мечтательно представил, как этот черноволосый нарцисс поднимает очки, чтобы потереть переносицу в попытках пройти все стадии принятия за пару минут.
= Ты меня так в могилу загонишь... И что ТЫ там забыл?
— Пути судьбы неисповедимы.
= Там не так говорится... Ладно, бог с ним, Дракенвальд. Гнилая руда... С ней я не работал, но в случае форс-мажора... Это можно исправить. Не делай глупостей.
Переживания этого... Человека? Удивили Лоуп-Гароу не меньше, чем его откровенние. Это давало надежду, чтобы прояснить еще пару моментов.
— Что с целью? - спросил он отстраненно, словно это заботило его в последнюю очередь. И это в целом заботило его в последнюю очередь, пока ученый не ответил.
= Целями. На пятом пути так же находится одна из целей, поэтому вопрос стоит лишь в том, справишься ли ты в "своем порядке"...
— Погоди, но... Я же должен был пригнать только одного, не так ли?
= Не пригнать. Ликвидировать.
Дело принимало крайне скверный оборот. Но пока что пират не придумал, как выбраться из этой западни.
— И где именно?
= Цели находятся на Бас-Тер, Стимхолл, Садотоп, Авалон, Сентинель... Две оставшиеся кочуют и пока не выявили себя.
Откинувшись в кресле, рыжий прикинул примерное расположение этих мест. Выходило не так уж хорошо, как ему хотелось бы. Несколько из островов, которые он указал находились слишком уж далеко от последней точки перед вратами из Рая. Место, где они находились... Ироничное название, но, если так его прозвали сильные мира сего, то, вероятно, оставшаяся часть Гранд Лайна будет тем еще испытанием.
— И кого я буду искать? Хоть наводку дай, не знаю. А то тебя послушать, так вот тебе острова, ищи на каждом иголку в стоге сена.
Благодеятель не был бы такой занозой в причинном месте, если бы не его излюбленная черта - говорить загадками. Несколько раз Лоуп-Гароу натыкался на стену непонимания его идей и действий, следующими за ними. Взять хотя бы отсутствие всяких причин повторно отправлять его за пределы Гранд Лайна... Может, хотел в чем-то удостоверится? В любом случае, эта тайна так и останется достоянием его черепной коробки.
= Ищи себя! - с явной усмешкой ответил брюнет и повесил трубку, оставляя Зигфрида в полном шоке от происходящего. Еще несколько секунд рубака втыкал взглядом в отверстия в трубке, слушая непрерывные гудки от потерянного соединения.
"СОЕДИНЕНИЕ РАЗОРВАНО" - вторил ему мозг, словно система оповещения какой-то вычислительной техники. Соединение прервано. Не было никакой зацепки, никакой конкретной цели лишь "Ищи себя!", несколько раз прокручивающийся в голове. Себя... Какой-то философский вопрос выходит. Или же он что-то явно не договаривал.
Какой в этом всем был смысл? Зигфрид откинулся в кресле, задирая голову к потолку. Где-то там, средь сочленения покрашенных досок, очевидно, крылся ответ, вертящийся на языке, мелькающий на мгновение в голове, тонущий где-то на фоне тщетных попыток осознать сказанное.
"Смысла нет и не было никогда," - успокаивающе сказал он себе, прикрывая глаза. С свистом сквозь приоткрытые губы вылетел тяжелый вздох. Настало время готовиться к высадке. Дракенвальд... Зик мало помнил о нем из рассказов. Лишь где-то на обочине мыслей возникали фразы: "опасное для жизни", "в лесу верная смерть" и "научный прорыв".
— Кажется, свой лимит удачи я исчерпал за эту неделю, - выйдя из каюты, он сделал несколько шагов вперед к перилам и, свесившись с них смотрел на остров, маячащий перед носом корабля, как злой рок. Мрачный, темный, почти черный от густой лесополосы вдоль берега, из которой выглядывали редкие скалы и массивные крепости. В предрассветном свете средь этих крон переливалось странное зеленое свечение, вызывающее тревогу. Что-то внутри гложело его, острым клювом клевало его затылок, внушая внутреннюю тревогу. А может, это и была его тревога, проявляющаяся подобным образом.
Увидев его задумчивый взгляд вдаль, одна из девушек на палубе, постаралась привлечь его внимание, крича стандартное: "Капитан!"
— Хм? - окружающий звук слился в один сплошной белый шум, пока очередное "Капитан!" не пробилось сквозь пелену мыслей. - Что такое?
= Идите на камбуз, завтракать пора!
Зик еще некоторое время наблюдал за этими веселыми девушками. Да, оптимизм определенно стоило назвать силой, способной переломить любую каверзу судьбы. Спорить с ими было себе дороже, да и не хотелось лишать их этой призрачной надежды о покое и уюте. Пальцы наигранно весело пробарабанили по древесине и пират направился на нижнюю палубу, стараясь не мешать гостьям... Или же экипажу судна наводить порядок. Под ласковым движением женской руки корабль стал быстро преображаться из военного корабля в некую вариацию яхты. Стильной, ухоженной, но все еще по элегантному опасной. Пират был готов сравнить "Фенрира" с ухоженной охотничьей гончей, обласканную хозяином.
— И где именно?
= Цели находятся на Бас-Тер, Стимхолл, Садотоп, Авалон, Сентинель... Две оставшиеся кочуют и пока не выявили себя.
Откинувшись в кресле, рыжий прикинул примерное расположение этих мест. Выходило не так уж хорошо, как ему хотелось бы. Несколько из островов, которые он указал находились слишком уж далеко от последней точки перед вратами из Рая. Место, где они находились... Ироничное название, но, если так его прозвали сильные мира сего, то, вероятно, оставшаяся часть Гранд Лайна будет тем еще испытанием.
— И кого я буду искать? Хоть наводку дай, не знаю. А то тебя послушать, так вот тебе острова, ищи на каждом иголку в стоге сена.
Благодеятель не был бы такой занозой в причинном месте, если бы не его излюбленная черта - говорить загадками. Несколько раз Лоуп-Гароу натыкался на стену непонимания его идей и действий, следующими за ними. Взять хотя бы отсутствие всяких причин повторно отправлять его за пределы Гранд Лайна... Может, хотел в чем-то удостоверится? В любом случае, эта тайна так и останется достоянием его черепной коробки.
= Ищи себя! - с явной усмешкой ответил брюнет и повесил трубку, оставляя Зигфрида в полном шоке от происходящего. Еще несколько секунд рубака втыкал взглядом в отверстия в трубке, слушая непрерывные гудки от потерянного соединения.
"СОЕДИНЕНИЕ РАЗОРВАНО" - вторил ему мозг, словно система оповещения какой-то вычислительной техники. Соединение прервано. Не было никакой зацепки, никакой конкретной цели лишь "Ищи себя!", несколько раз прокручивающийся в голове. Себя... Какой-то философский вопрос выходит. Или же он что-то явно не договаривал.
Какой в этом всем был смысл? Зигфрид откинулся в кресле, задирая голову к потолку. Где-то там, средь сочленения покрашенных досок, очевидно, крылся ответ, вертящийся на языке, мелькающий на мгновение в голове, тонущий где-то на фоне тщетных попыток осознать сказанное.
"Смысла нет и не было никогда," - успокаивающе сказал он себе, прикрывая глаза. С свистом сквозь приоткрытые губы вылетел тяжелый вздох. Настало время готовиться к высадке. Дракенвальд... Зик мало помнил о нем из рассказов. Лишь где-то на обочине мыслей возникали фразы: "опасное для жизни", "в лесу верная смерть" и "научный прорыв".
— Кажется, свой лимит удачи я исчерпал за эту неделю, - выйдя из каюты, он сделал несколько шагов вперед к перилам и, свесившись с них смотрел на остров, маячащий перед носом корабля, как злой рок. Мрачный, темный, почти черный от густой лесополосы вдоль берега, из которой выглядывали редкие скалы и массивные крепости. В предрассветном свете средь этих крон переливалось странное зеленое свечение, вызывающее тревогу. Что-то внутри гложело его, острым клювом клевало его затылок, внушая внутреннюю тревогу. А может, это и была его тревога, проявляющаяся подобным образом.
Увидев его задумчивый взгляд вдаль, одна из девушек на палубе, постаралась привлечь его внимание, крича стандартное: "Капитан!"
— Хм? - окружающий звук слился в один сплошной белый шум, пока очередное "Капитан!" не пробилось сквозь пелену мыслей. - Что такое?
= Идите на камбуз, завтракать пора!
Зик еще некоторое время наблюдал за этими веселыми девушками. Да, оптимизм определенно стоило назвать силой, способной переломить любую каверзу судьбы. Спорить с ими было себе дороже, да и не хотелось лишать их этой призрачной надежды о покое и уюте. Пальцы наигранно весело пробарабанили по древесине и пират направился на нижнюю палубу, стараясь не мешать гостьям... Или же экипажу судна наводить порядок. Под ласковым движением женской руки корабль стал быстро преображаться из военного корабля в некую вариацию яхты. Стильной, ухоженной, но все еще по элегантному опасной. Пират был готов сравнить "Фенрира" с ухоженной охотничьей гончей, обласканную хозяином.
Если под началом Жанна это судно было похоже на породистого дикого зверя, привыкшего быть главным в своих охотничьих угодьях, то сейчас это было, скорее, инструментом и гордостью охотника. Быстрый, прочный инструмент, способный захватить добычу слаженностью действий, нежели голой мощью и азартом.
"Смогут ли они управится с этим судном..." - невольная мысль промелькнула у него в голове. Так или иначе, но он записал девушек в негласный экипаж, но... Они были девушками. Представителями прекрасного пола, что пусть и нередок среди сильных мира сего, были явно не в числе последних. Будет ли все так плавно?
— Дракенвальд место гиблое... - озвучил он то, что было у него в голове с момента осознания, куда ведет их стрелка Лог Поса.
= Прям таки гиблое? - откуда-то снизу послышался женский голос. Да, это была Герта, та самая девушка из камбуза. Но теперь она сидела на чем-то напоминающим табурет и попивала травяной чай из чашки, смотря на облака и приближающуюся черную фигуру острова.
— Чудовища, бесчеловечные опыты... Не удивлюсь, если и люди там не менее неприветливы, чем погода, - Зигфриду было проще воспринимать этот разговор, как внутренний диалог с самим собой. – И неизвестно, что еще там творится… Это ведь я так, по слухам от Нэа и Виканди знаю, что это, скажем так, не самый лучший выбор на медовый месяц.
= Ваши друзья? – горничная, казалось, ни на секунду не отрывалась от своего напитка и непринужденно продолжала беседу. Пират же продолжал глядеть вдаль, словно так сможет сбежать из ситуации, в которой оказался.
— Скорее бывшие коллеги, - отстраненно пробурчал он, явно нежелая развивать данную тему разговора. – Но об этом я расскажу, как-нибудь потом за чашкой грога.
= Вы вроде не пьете, - усмехнулась Герта.
— Если я не буду пить, с учетом всех возможных развитий событий, я либо сойду с ума, либо повешусь от тоски, - перевалившись через перила, он ловко приземлился на толстую подошву ботинок. – Да и хватит уже. Вы то, Вы это. Я не настолько важная персона, чтобы обращаться ко мне на Вы. Да и по возрасту… Понял, понял, молчу.
Резкого скоса взгляда в его сторону было достаточно, чтобы напомнить рыжему о том, что его окружают вовсе не друзья, над и с которыми можно посмеяться, а вполне себе невинные девушки и женщины, с вполне себе обычными потребностями. Хорошо хоть, не потребовали с него букет цветов посреди моря. Каждой.
= Мы недостаточно близки, чтобы обращаться на «ты», да и к тому же… Вам следовало бы побриться. Щетина вас старит, - монотонно ответила она, словно в действительности была горничной, а не примерила оную личину из необходимости. Капитан судно отчетливо ощутил укор в ее словах, поэтому почти сразу его пятерня хватилась за лицо, пробуя кожу на ощупь. Сравнение с наждачкой было бы милосердным. Щетина на его лице напоминала, скорее, нечто вроде недавно постриженного дикобраза. Или ежа. Да, скорее ежа.
— Хм… А мне казалось, мне идет, - усмешка появилась на лице рубаки. – Да и не то, чтобы я знал, как люди в моем положении вообще бреются.
= Не все разделяют ваши вкусы, - скупо ответила она, не до конца понимая, о каком положении идет речь.
— У нас еще остались те булочки с мясом? – Зигфрид постарался минимизировать свои потери, сменив тему на что-то более нейтральное. И все же, даже, если не брать в рассчет эту «светскую» беседу между рыжим и спасенной, его не покидало ощущение, что он что-то упустил. Забыл об одной крайне важной детали. И эта подсказка от его интуиции настойчиво колола затылок, требуя к себе особое внимание. Но как и всегда рыжий был глух к собственному внутреннему голосу, предпочитая отвлечься на что-то более понятное. В этом его трудно было винить, за последнюю неделю после событий на Оружейной Мануфактуре в Саус Блю его внутренний голос только и делает, что говорит загадками и пытается показать ему что-то, что либо не случилось, либо случилось далеко отсюда.
= Да, - кивнула девушка. – Должны были остаться на кухне.
"Смогут ли они управится с этим судном..." - невольная мысль промелькнула у него в голове. Так или иначе, но он записал девушек в негласный экипаж, но... Они были девушками. Представителями прекрасного пола, что пусть и нередок среди сильных мира сего, были явно не в числе последних. Будет ли все так плавно?
— Дракенвальд место гиблое... - озвучил он то, что было у него в голове с момента осознания, куда ведет их стрелка Лог Поса.
= Прям таки гиблое? - откуда-то снизу послышался женский голос. Да, это была Герта, та самая девушка из камбуза. Но теперь она сидела на чем-то напоминающим табурет и попивала травяной чай из чашки, смотря на облака и приближающуюся черную фигуру острова.
— Чудовища, бесчеловечные опыты... Не удивлюсь, если и люди там не менее неприветливы, чем погода, - Зигфриду было проще воспринимать этот разговор, как внутренний диалог с самим собой. – И неизвестно, что еще там творится… Это ведь я так, по слухам от Нэа и Виканди знаю, что это, скажем так, не самый лучший выбор на медовый месяц.
= Ваши друзья? – горничная, казалось, ни на секунду не отрывалась от своего напитка и непринужденно продолжала беседу. Пират же продолжал глядеть вдаль, словно так сможет сбежать из ситуации, в которой оказался.
— Скорее бывшие коллеги, - отстраненно пробурчал он, явно нежелая развивать данную тему разговора. – Но об этом я расскажу, как-нибудь потом за чашкой грога.
= Вы вроде не пьете, - усмехнулась Герта.
— Если я не буду пить, с учетом всех возможных развитий событий, я либо сойду с ума, либо повешусь от тоски, - перевалившись через перила, он ловко приземлился на толстую подошву ботинок. – Да и хватит уже. Вы то, Вы это. Я не настолько важная персона, чтобы обращаться ко мне на Вы. Да и по возрасту… Понял, понял, молчу.
Резкого скоса взгляда в его сторону было достаточно, чтобы напомнить рыжему о том, что его окружают вовсе не друзья, над и с которыми можно посмеяться, а вполне себе невинные девушки и женщины, с вполне себе обычными потребностями. Хорошо хоть, не потребовали с него букет цветов посреди моря. Каждой.
= Мы недостаточно близки, чтобы обращаться на «ты», да и к тому же… Вам следовало бы побриться. Щетина вас старит, - монотонно ответила она, словно в действительности была горничной, а не примерила оную личину из необходимости. Капитан судно отчетливо ощутил укор в ее словах, поэтому почти сразу его пятерня хватилась за лицо, пробуя кожу на ощупь. Сравнение с наждачкой было бы милосердным. Щетина на его лице напоминала, скорее, нечто вроде недавно постриженного дикобраза. Или ежа. Да, скорее ежа.
— Хм… А мне казалось, мне идет, - усмешка появилась на лице рубаки. – Да и не то, чтобы я знал, как люди в моем положении вообще бреются.
= Не все разделяют ваши вкусы, - скупо ответила она, не до конца понимая, о каком положении идет речь.
— У нас еще остались те булочки с мясом? – Зигфрид постарался минимизировать свои потери, сменив тему на что-то более нейтральное. И все же, даже, если не брать в рассчет эту «светскую» беседу между рыжим и спасенной, его не покидало ощущение, что он что-то упустил. Забыл об одной крайне важной детали. И эта подсказка от его интуиции настойчиво колола затылок, требуя к себе особое внимание. Но как и всегда рыжий был глух к собственному внутреннему голосу, предпочитая отвлечься на что-то более понятное. В этом его трудно было винить, за последнюю неделю после событий на Оружейной Мануфактуре в Саус Блю его внутренний голос только и делает, что говорит загадками и пытается показать ему что-то, что либо не случилось, либо случилось далеко отсюда.
= Да, - кивнула девушка. – Должны были остаться на кухне.
Сообщений игроков на странице: 9
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)