[Гранд Лайн, 7 путь] Селемен. 8-ой остров

= Будь по-твоему. Я не буду спорить с тобой и что-то доказывать. Однажды, когда ты встретишь Виктора, сам всё поймёшь.
- Он хочет мира во всём мире, уничтожая тех, кто вносит дисбаланс. - придя к такому выводу, девушка задумалась о том, насколько этот Виктор силён.
= В нашей общине его величают «Инквизитором».
= Очень подходящее прозвище. - высказался Н’Кано.
Тут девушка решился поинтересоваться.
- Что будет с теми, кто захочет присоединиться к Виктору? - поинтересовалась Ячиру.
= Тот, кто решит вступить в его ряды, постигнет испытание. Для каждого оно индивидуально. – ответил ей Бернхард.
= А если не пройти это испытание? - задался вопросом рыжий.
= В таком случае путь будет закрыт. «Инквизитор» не набирает простых людей. Ему нужны те, кто сможет изменить мир к лучшему.
- Где сейчас Виктор? - поинтересовалась Унохана.
= Он находится в Новом Мире. Мне сложно сказать точное местоположение. Однако я знаю того, кто может тебе помочь в этом. - проговорил мужчина.
- Говори. - Сказала Ретсу.
= Её зовут Ребекка. Она входит в круг доверенных лиц «Инквизитора».
- Где нам найти её?
= На Сабаоди. Как только вы туда доберётесь, Ребекка сама вас найдёт. Но будьте осторожны: если попытаетесь слукавить, то ждать беды.
= Ребекка вербует людей на архипелаге, ведь многие стремятся пройти Сабаоди, чтобы затем попасть на остров Рыболюдей. Пока что она будет там какое-то время. Кто знает, вдруг её вызовут в Новый Мир. – добавил Бернхард.
= До Сабаоди долго плыть. У нас нет Этернал Поста, чтобы добраться туда. – вступил в разговор Н’Кано.
= Я вам помогу. - Монах достал из кармана специальный Этернал Пост. = С ним вы доберётесь до архипелага, минуя оставшиеся острова.
- Ты с нами не планируешь отплывать? - поинтересовалась девушка.
= Нет, у меня здесь много работы. Я бы хотел завершить свою миссию на этом острове, а затем отправиться дальше.
= Брат мой, когда мы с тобой ещё увидимся? - задался вопросом рыжий.
= Сложно сказать. Судьба свела нас здесь. Быть может, и в следующий раз она снова сведёт нас на каком-нибудь острове этого мира.
Где-то над островами пролетали чайки, которые несли вести в уголки Гранд Лайн, в том числе сюда. Газета упала под ноги Н’Кано. Взяв её в руки, мужчина посмотрел, что же пишут в очередных сводках. Первое, что бросилось в глаза заголовок: «Пираты жаждут крови и нападают на местное население». Ослабив хват рук, из газеты выпала листовка. Подняв её, парень оценил новую награду Уноханы.
= Для вас есть сюрприз. - Проговорил он. Подойдя к девушке, Н’Кано протянул ей листовку и улыбнулся.
Взяв в руки новую награду, Ячиру тоже улыбнулась.
- Для них я всё ещё Ретсу.
= Кажется, нужно будет устроить пир в честь вашей новой награды? - усмехнулся Гектор.
- Я бы не хотела закатывать вечеринку ради этого.
= Да бросьте. Последний бой вымотал все ваши силы. Иногда нужно позволить себе и передохнуть.

[id19482413:bp-36291248_282238|Максим],

- Потому как век человеческий недолог, да и жизнь ты обычно живешь только свою собственную. Ответственность перед собой и перед воображаемым будущим имеет не менее разрушительную силу, чем попытки найти злополучное сокровище мира. - Карри неторопливо брела рядом с Рыжим, почесывая подбородок уютно устроившейся на плечах в виде воротника кошке. Висп и правда не то, чтобы стремилась выполнять свою функцию по розыску друзей и потомков, но воровка знала: стоит им напороться на "след" и рогатая животина окажется отличным охотничьим зверем.
Рассказ про Эмет-Селха, впрочем, заставит девушку вынырнуть из размышления, уловив слишком уж знакомую ноту. Она ведь уже знала, чем промышлял Незримый и к чему занятному это привело - как минимум вскользь.
А оттого и скользнуть в сторону, дабы освободить место для маневра Герцога, оказалось Оленухе нетрудно в нужное время, поди разбери с первого раза, было это инстинктивным или же уже продумалось на фоне очевидной в разговоре загвоздки.
Уши - те самые, за которые вцепился мужчина, как за последний шанс в жизни, даже не спрашивайте, на что именно - были замечены ею как раз в момент умыкновения оных за забор, а когда Рыжий разве что не нырнет за забор полтелом, разглядела девушка и их цвет, и общий флер явно не животной принадлежности.
Карри скрестила руки на груди, критично оглядывая добытое из "шляпы" нечто, да прикидывая, насколько должно быть неприятно - если уши действительно имели некую связь с черепной коробкой, исключая глубоко фентезийную.
- Если мы будем ловить всякого, кому наша межзаборная харя знакомой показалась - придется отлавливать весь дозор, половину революционной армии и определенно точно треть всех существующих селюков. - Оленуха серьезным тоном не оставила ни единого места на сомнения в конечности вердикта. - Но шашлык из зайца я вроде еще не ела. Ты только это, отпусти, а то останутся у тебя в руке эти уши несуразные и что будешь с ними делать?
Кажется, лесть об известности, на кою обычно пиратские особи весьма падки, минула уши воровки без внимания, а то и с обратным к рассчитываемому эффектом. Рыжего тоже таким вряд ли пронять, ему куда приятнее иного рода известность - вот и думай теперь, что там на уме у этой помеси сахарной ваты, зайца и старшеклассницы.
- Но вот гулять дальше с ней точно будет неудобно...

[id213233084:bp-36291248_282353|Аладей],

Издав усталый вздох, Герцог таки отпустит девушку, что тут же начнёт проверять целостности этих-самых странных своих ушей, то, прикреплены ли те всё ещё к её голове.
- Я её поймал потому, что она за нами следила. Слишком пристально следила, а ещё очень странно пряталась.
Находясь уже непосредственно перед девушкой, рыжий снова прибегнет к помощи Воли Наблюдения, смотря на неё чуть ли не в упор. И снова ничего, лишь бесконечно чёрная пустота. Однако долго всматриваться ни во что, озвучить какой-то вывод, хамелеону не дали.
- Не надо меня есть! – вскрикнет она, теперь уже сама хватаясь за плечо Герцога. – Я же знаю, вы не такие!
Дерганье за рукав сделает своё дело и вырвет музыканта из размышлений, заставляя заместо того хватать уже розоволосую за руку, пока она в припадке паники не порвала одежду Шичибукая.
- Да хватит! – чуть ли не прорычит рыжий. – И вообще, ты так и не сказала, как тебя зовут.
- Ой, простите, простите! Меня зовут Эванесса, а вы Измождённый Белый Герцог и Северный олень Карри!
- Это я ещё помню, - ответит Герцог, потирая щёку. – Каким-то чудом.
Не станет чем-то неожиданным новость о том, что столь говорливая и надоедливая особа очень быстро начала рыжего раздражать. Дабы хоть как-то прийти в себя он закурит сигарету, дым от которой заставить Эванессу поморщиться и отойти чуть назад.
- Как ты уже слышала, - продолжит мужчина после пары затяжек. – Мы хотели прогуляться по городу, причём не привлекая к себе лишнего внимания, а ты...
- А могу быть вашим гидом! – радостно выпалит она, не дав Герцогу закончить свою фразу. – Я на Селемене прожила всю свою жизнь и всё-всё тут знаю. Бесплатно! Я бы и сама заплатила, но у меня из вещей только линейка!
Сняв с пояса линейку, причём таких размеров, будто то был настоящий меч, девушка решительно протянет его пиратам в качестве дара. Правда брать сие богатство хамелеон не станет, а лишь бросит саркастический взгляд на Карри.

[id19482413:bp-36291248_282383|Максим],

- Да я в курсе. Только морд наших и правда в достатке... Пусть и не здесь. - Карри подняла руку, но пока лишь затем, чтобы прижать чуть голову встрепенувшейся и грозно зашипевшей Висп, которой, кажется, резко разонравилась компания ушастых шпионов и она задумала остро и резко проголосовать за Герцога или за его возможности по отрыванию этих самых дополнительных (псевдо?..) слуховых аппаратаов.
- Мы не такие... Занятное замечание, к которому мы и сами бы не советовали относиться с такой неистовой верой. - Воровка склонила голову чуть набок, руки вновь складывая на груди и словно бы готовясь попросту задремать на все еще булькающей охранной кошке с рогами. - Шашлык из зайца все еще звучит вполне себе идеей и я пока не вижу аргументов против нее. К тому же, если тебе так много известно, должно быть известно о полчище голодныз ртов.
Судя по внимательному взгляду, девушка и сама оказалась не прочь присмотреться к неожиданной добыче Герцога повнимательнее, тем более, что вела она себя не просто странно, а прям-таки самубийственно напористо и в то же время испуганно.
Словно она о них не в газетах читала, а в каких-то книгах или полусказочных повестях. Ей самой про Эванессу, мельтешащую теперь перед взглядом, оказалось известно ровное и прозрачное ничего. А в шпионаж такая громкая натура годилась если не с натяжкой, то ровно никак - уж больно много шума создавала одним своим присутствием в пространстве.
- Гидом, говоришь... Линейка тебе самой нужнее будет, нам ей разве что сложноизмеримые командные единицы мерить, так что давай сама как-нибудь. - Воровка ответит Рыжему взглядом, полным сердитого сарказма, мол, иди-ка ты родной перпендикулярно с такими предложениями. Вместо этого, к слову, она обзаведется уже привычно его собственной пачкой сигарет, словно бы в отместку, да теперь заложит одну из пленниц в карман куртки на будущее.
- Сначала будь добра объяснить более конкретную причину наблюдения, чем то, что мы можем побыть в качестве аналогичных достопримечательностей. Сомневаюсь, что ты так суешься к каждому встреченному наградному лицу или еще какой морде, что сюда заваливается.

[id213233084:bp-36291248_282403|Аладей],

Кивнув, Эванесса уберёт линейку назад, вешая на пояс.
- Сложноизмеримые... командные единицы, - неуверенно повторит она, всеми силами пытаясь понять суть сказанной Оленухой фразы. Однако сильно на долго она не зависнет, по итогу всё же сделав вид, что всё поняла. – Хорошо, сама – так сама!
Уловив ответный взгляд Карри по отношению к Герцогу самопровозглашённый гид постарается не отсвечивать, тогда как сам рыжий ответит очередной ухмылкой, а затем изобразит крайнюю степень обиды за украденное курево, смешанное с изумлением, что будет выражено в наигранно-паническом похлопывании себя по опустевшему карману. Однако потом сигареты, хоть и не в полном количестве вернуться на место, а посему ушастая решит, что буря миновала, а потому можно и ответить на последний вопрос.
- Не к каждому...Чаще тут проплывают такие пираты, к которым и подходить страшно. Вы же не такие, я правда много читала о вас! А ещё вы первые из тех, кого я встречала, кто побывал на Луне! А вы же знаете, что зайцы были на Луне?
- Зайцев, а тем более похожих на тебя, мы там не видели, если тебе это интересно, - ответит хамелеон, на что Эванесса погрустнеет, а её уши печально опустятся.
- Но ведь там всё равно так много интересного, да и в других ваших приключениях, - продолжит, буквально вымаливая, она. – Да и на Селемене много всего такого, чего вы не увидите без меня! Пожалуйста, не прогоняйте меня!
Её лицо станет ещё более жалобным, словно у маленького котёночка, причём вся её харизма будет в первую очередь направленна на Карри, которой и достанется взгляд больших глаз, в коих начнут проступать слёзы.

[id19482413:bp-36291248_282433|Максим],

Карри за прокруткой информации в заячьем процессоре наблюдала с нескрываемым интересом. Все же, кого только не было в их команде, у всех и жизнь по-разному складывалась, и мышление как-то уж больно по-разному срасталось... Порой создавалось стойкое ощущение, что самое время начать писать мемуары, пока все еще держится в памяти в исходном порядке.

Правда, от одного ощущения Карри отделаться стойко не могла. Не смотря на обилие вполне спокойных и стабильных для мира, в коем зверорасы уже давно как перестали становиться сюрпризом (по крайней мере для тех, кто все же сует свой нос дальше родного острова и хотя бы попытки совершает в какие-то путешествия), облик этой самой Эванессы заставлял думать не о минках и зверолюдях, а о чем угодно кроме.

Но раздумья раздумьями, а показать язык псевдооскорбленному Герцогу - дело святое, чем и не поступилась воровка. Совсем не выдержав серьезный тон немного диалога, девушка удержится от порыва истратить пленницу прямо сейчас - но только потому, что вопрос Эванессы, поступивший следом за каким-то не слишком ловким (и все еще изворотливым без видимой причины) ответом, вынудит вспомнить лунное путешествие.

- На луне не было зайцев, но, если вспомнить, ими будто бы даже пахло. - Сделав шаг вперед, Карри подхватит конец лопушастого уха девушки и втянет зверино-чутким нюхом след ее собственного запаха. К тому же, это же сделала и Висп, правда, воровке пришлось отпрянуть, чтобы пятнистая старушка не отходила экскурсоводиху по уху когтями.
Впрочем, мольба в глазах заячьих вызвала словно бы вообще обратный эффект. Оленуха издала тяжелый долгий-долгий вздох, возводя очи к небу, лишь бы не видеть эти озера тоски, да сморщила нос.
- У нас тут, конечно, двоевластие, но не настолько. Хотя я бы взяла тебя проводником, с условием одним и не самым приятным. Если ты откажешься отвечать прямо и честно на наши вопросы, у тебя промеж вот этих вот жидких глаз непременно окажется пуля крайне крупного калибра. И ушки твои трофейными окажутся.Не надо думать, что мы на это не пойдем, у меня вот настроение крайне хтоническое.

[id213233084:bp-36291248_282529|Аладей],

Эванесса, в глазах которой всё ещё стояла вселенская грусть, боязливо покосится на Карри, когда та, да ещё и в компании странного вида кошки, начнёт её обнюхивать. И всё же ушастая решит не делать резких движений, даже совсем никаких движений, пока процедура взятия следа не будет завершена.
Последующие слова и вовсе заставят девушку не на шутку перепугаться, но хотя бы это прогонит печаль и слёзы, коих и вовсе будто никогда и не было.
- Между моих глаз? – дрожащим голосом переспросит она, невольно потирая то-самое место, куда Оленуха пообещала отправить злосчастную пулю. – Я сделаю так, чтобы до этого не дошло, честно!
Её напуганный взгляд переместиться на рыжего, однако тот лишь пожмёт плечами и улыбнётся. Так, чтобы Карри не видела, разумеется.
- А почему же ваше настроение столь скверное? – поинтересуется Эванесса, чьё настроение снова изменится и теперь она будет чуть ли не воплощением учтивости, обращённой к той, что угрожала пристрелить её на месте. – Но нет такой печали, с которой нельзя справиться на Селемене! Я знаю такое количество злачных мест, что мы точно найдём подходящее увеселение даже для личности калибра прославленной Карри!
Она радостно вскинет руки. Казалось были бы у зайчишки помпоны, она бы тут же стала размахивать ими из стороны в сторону, словно чирлидерша. На месте она так же оставаться более не планировала – обогнув пиратов, она поманит их рукой и выдвинется по одному ей известному направлению.
- Идём, идём! Вам просто необходимо срочное вливание приятных впечатлений! Я знаю, что вы уже успели познакомиться с местными уличными музыкантами, но вы ещё не видели наш театр! Вам больше по душе какие истории – комедии или трагедии? Знаю, что даже вторые, при должном исполнении, могут повысить настроение!

[id19482413:bp-36291248_282548|Максим],

- Посмотрим. - Заявление о стараниях встречено оказалось легкой ухмылкой. Кажется, у Карри окончательно исчерпался лимит доброжелательности и оный остался сугубо на совесть кошки. Впрочем, Висп, хоть они обе и поели недурственно, оказалась действительно в лучшем расположении духа. И даже сподобилась вытянуть лапу еще больше.. правда, чтобы попытаться поиграть с заячьим ухом на манер пушистой игрушки, хотя бы с кончиком. День сегодня у этой запчасти их внезапной сопровождающей точно не задался, но ухи вновь были спасены внимательным легким подшагом назад.

Впрочем, последовавший вопрос лишь уплотнил раздражение, заставив Карри мысленно визуализировать эту самую дырку. Подобная кровожадность не свойственна весьма пацифистичной Оленухе, но именно здесь, на Селемене, ей больше всего претило плотное внимание к своей натуре.
Поток информации и прям-таки лучащегося позитива, исходящего от Эванессы, вызывал почему-то у девушки острое желание под шумок свалить в ближайший куст или вообще вернуться на дирижабль под каким-нибудь ценным предлогом. И дело даже не в настроении...
То была уже давно прорезавшаяся перемена, усталость, переросшая в нечто гораздо большее, всепоглощающее и очень опасное, но такое незаметное, пока обстановка остается более-менее привычной. В случае Непрощенных в эту терминологию очень редко вползало что-то более-менее обыденное или бурно-веселое.
Стоило Эванессе обернуться и потопать в обозначенном ею направлении, как Карри тихо выдохнет, то ли тягостно, то ли напротив с облегчением.
"Сомневаюсь, что ее это на самом деле интересует."
Обратив внимание, что Герцог, как раз, чувствует себя гораздо свободнее и уже словно бы влился в это внеочередное безумство, Оленуха ощутила смесь облегчения с новым беспокойством.
"И хорошо. А для нас?"

- Моя жизнь - одна сплошная трагикомедия, да еще и с цирком на полставки. А мюзиклы у вас тут бывают? - словно бы нехотя, но Карри все же отложит ворчание, все равно не глядя в одну какую-то точку впереди. Вместо этого взгляд, уже привычный к постоянному изучению местности больше, чем к фразе "гляди себе под ноги", прометет собой все проходимые улицы и даже отметит несколько рогатых котов. На жаль - слишком мелких, чтобы оповестить старушку Висп о чем-то полезном.

- Пожалуй, ты прав. – Девушка улыбнулась, а затем удалилась в сторону лодки. Она попросила моряков отправиться на корабль, чтобы они привезли всё необходимое для отдыха. Всё же они задержатся здесь.
Солнце уже почти скрылось за горизонтом, оставляя после себя алую полосу света, растянувшуюся по морской глади. Волны лениво накатывали на берег, а тёплый ветер шелестел листвой тропических деревьев. Атмосфера острова постепенно менялась: напряжение, возникшее после неожиданной встречи, растворялось, уступая место спокойствию.
Когда Ретсу вернулась, то увидела, как Гектор сидит на поваленном дереве, задумчиво крутя в руках пистолет. Его взгляд то и дело скользил в сторону Бернхарда. Несмотря на лёгкость разговора, внутри него всё ещё оставалось странное чувство.
Сама же Унохана не стала больше вмешиваться в семейную встречу. Для себя она поняла, с кем стоит поговорить в следующий раз. Посему было принято решение оставить их, пусть ещё поговорят о своём.
Н’Кано также пошёл вслед за капитаном, где, постепенно, подготавливался лагерь.
Краем глаза она наблюдала за ними со стороны. Впервые пиратка видела Гектора настолько спокойным. Обычно рыжий либо шутил, либо раздражался, но не в этот раз.
Вскоре на берегу появился небольшой лагерь. Матросы развели костёр. Кто-то начал жарить шашлык, кто-то накрывал на стол, а кто-то принёс, с корабля, музыкальные инструменты.
Тёплый вечер постепенно превращался в ночь.
Ванда всё же вышла из каюты Чёрной Жемчужины и теперь сидела неподалёку от костра с книгой на коленях. Правда, читать у неё уже не получалось: слишком уж шумной оказалась компания.
Один из матросов начал играть на гитаре простую, но приятную мелодию. Другой подхватил ритм, постукивая ладонью по деревянному ящику.
= Вот это уже больше похоже на отдых. - довольно произнёс Гектор, усаживаясь ближе к огню.
Унохана перевела взгляд на листовку с новой наградой, лежавшую рядом с ней. Огонь костра освещал её фотографию.
= И всё-таки, награда впечатляет. - подметил Н’Кано.
- Цифры не всегда отражают истинную силу. - спокойно ответила девушка, а потом продолжила:
- Такое чувство, что те, кто делает фото на листовки, обитает на каждом шагу.
Пока компания обмывала листовку, монах покинул остров. Унохана вновь почувствовала знакомое ощущение: вот монах есть и вот его нет.
= Что такое? – поинтересовался рыжий.
- Ничего. Всё хорошо. – ответила ему Ячиру.
= Пока вы обустраивали лагерь, мы с братом поговорили о многом. Заодно успели попрощаться. Ему не нравятся шумные компании, да и вряд ли бы он тут остался, даже несмотря на то, что я рядом. Теперь Бернхард изменился. Правда не знаю, хорошо ли это.
- Тебя тревожат перемены?
= Я бы не сказал, что тревожат. Просто, когда ты прощаешься с одним человеком, а теперь видишь перед собой другого. Кажется, будто бы упустил то время, тот самый процесс изменения.
- Стоит принять этот факт. Это жизнь, от этого никуда не деться. Порой обстоятельства складываются таким образом, что человеку приходится менять что-то в себе.
= Так давайте же выпьем за то, чтобы перемены в нашем путешествии были к лучшему! – Барбосса поднял кружку с пивом и ударил о кружку матроса. Раздался звон и жидкость расплескалась по песку.
Уже на следующий день команда постепенно приходила в себя.
Для Уноханы ночь прошла за разговорами и поздравлениями. Хоть девушка и не выпила много спиртного, шумная компания всё равно успела её утомить.
Проснувшись в гамаке, Ретсу осмотрелась по сторонам: многие ещё спали. Ванды нигде не было видно. Скорее всего, девушка решила вернуться на корабль, чтобы отдохнуть в более комфортных условиях. В этом не было ничего удивительного: новый член команды, другой характер, который предстояло узнать. Унохана лишь предположила, что для неё были другие вечера на Серых островах.

[id213233084:bp-36291248_282563|Аладей],

Стоило только словам Карри слететь с её языка, как и девушка, и сопровождающий её Герцог, да и Висп, скорее всего, ощутят что-то странное. Что-то, вроде как, и знакомое, но одновременно с тем доселе невиданное. Причём это было не только что-то, что ощущалось исключительно нутром, однако физическая сторона неизвестного феномена можно было пропустить куда проще – то был лишь небольшой ветерок, только и способный, что немного потрепать волосы.
Причём источником не была Эванесса, как можно было предположить. Странность исходила буквально от самого острова, будто он имел разум. Имел душу. Что-то только что изменилось на Селемене.
- Да, и они тоже есть, - ответит ушастая дамочка, остановившись и развернувшись к Непрощённым. – Мы же в Лузерграде! Нет такого развлечения, которое не найдётся у нас!
Выставив руки на уровне груди и переплетя пальцы, она довольно улыбнётся, отставляя в сторону согнутую в колене ногу. Судя по всему, она была крайне горда тем, что может предложить уставшим и не очень путникам её город.
- Один из них уже скоро начнётся, нам надо поспешить! «Песнь, что не должна звучать на Мариджоа» каждый раз собирает аншлаги, но для вас билеты найдутся, обещаю!
Она чуть тут же не перешла на бег, однако сопровождающие гида пираты не разделили её энтузиазма – по крайней мере Герцог так и продолжил идти не слишком быстрым шагом. Пришлось Эванессе постоянно останавливаться, ибо предвкушение перед легендарным мюзиклом овладело ею полностью, вместе с розовой головой.
- Это история про русалку с божественным голосом, от которого плачут даже моряки. А помогает ей тайный Призрак, что является как её покровителем, так и самой мрачной фигурой во всём произведении!
Да и самое здание театра, где и собиралась вот-вот начаться опера, тут же показалось из-за угла, во всём своём великолепии. Но доберутся ли до туда наши герои?