[id29752100:bp-36291248_285628|Илья],
Промея подняла взгляд на Кишибэ. Вопрос не вызвал у неё заметного напряжения, хотя несколько секунд она всё же молчала, будто решала, насколько подробно следует отвечать человеку, который формально не являлся её новым надзирателем.
— За убийства, — наконец спокойно произнесла она. — До ареста я искала преступников и убивала их.
Промея ненадолго отвела взгляд к морю. Воспоминания не заставили её голос дрогнуть, лишь сделали речь чуть медленнее.
— В какой-то момент я перестала считать людей рядом с ними достаточной причиной остановиться. Если пираты прятались в деревне, я могла уничтожить деревню вместе с ними. Мне казалось, что достаточно убрать только источник зла, а всё остальное уже не имеет значения.
Мария, до этого молча слушавшая разговор, едва заметно нахмурилась. После боя у Перехода подобное признание объясняло куда больше, чем ей хотелось бы. И это, наверное, пугало больше всего. Старший лейтенант испытывала горечь при любом убийстве, даже если избавляется от гнусного пирата, а Промея могла порезать невинного без малейшего сомнения.
Заключённая продолжила рассказ тем же ровным тоном.
— Дозор нашёл меня раньше, чем я закончила. Меня заковали и отправили под стражу, а скоро объявили дату и время казни, — она чуть пожала плечами. — Меня такая судьба вполне устраивала.
Она не пыталась выставить себя смелым, исключительным либо жалким человеком — просто констатировала факты из прошлого.
— Вместо казни, однако, ко мне пришёл офицер. Он предлежил выполнять работу, которую Дозор не хотел проводить официально - устранять тех, кого считали угрозой, без суда и лишних вопросов.
Промея опустила глаза на собственные руки. Сейчас они были чистыми, но она сама видела кровь всех, от кого довелось избавиться.
— Я согласилась не потому, что боялась тюрьмы. Мне было всё равно, где находиться, но под надзором офицера я хотя бы могла заниматься тем единственным, на что способна...
Теперь становилось ясно, почему после смерти офицера Промея не попыталась бежать, не испугалась и даже не задумалась о собственной свободе. Она была слишком безразличной к условиям, что её окружают. Практически безразличной к миру, если можно так выразиться.
Мария чуть подвинулась на стуле, смещаясь в сторону Вильгельмы. Находиться рядом с Промеей вдруг стало небезопасно.
Заключенная же вновь посмотрела на Кишибэ.
— Майор Хэйс был последним таким человеком. Теперь он мёртв. До нового решения я подчиняюсь капитану Розз.
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 2 путь] Тенгейр. 1 остров.
[id543751360:bp-36291248_285631|Tori],
Промея немного помедлила с ответом, - будто взвешивала все «за» и «против» подобного рассказа, - но вскоре поведала обо всем без возможной утайки. Во всяком случае, Вильгельма не уловила ни одной нотки лжи или приукрашиваний в её речах: слишком естественно и отстраненно говорила обо всем заключенная.
«Вот какой ещё был путь... - отметила про себя Розз. - Только вот мне он не подходит до сих пор».
Что Ви, что Кишибэ, что Кассандра - все из присутствующих слушали её молчаливо. И если первые двое особо не менялись в лице, то вот последняя недобро усмехнулась, стоило услышать ей предпоследнюю фразу говорившей.
= Занимательный профиль. - крайней затяжкой заставив сигарету истлеть и затушив её о борт, молвила мисс Кинг. - На тебя посмотреть - прямо-таки воплощение Правосудия. Без эмоций, сожалений, страха, предвзятости. Где вас только выращивают...
Капитан же не сводила взгляда с Промеи. Край глаза уловил движение Марии, но она продолжала сохранять спокойствие, установив для себя одну вещь:
«Теперь я и для неё одновременно предохранитель и курок».
= Понятно. - более сдержано ответил Наставник. - Ну, спасибо за историю. Ещё одна в копилку. - он повернул голову к некогда подопечной. - Значит жди звоночка. Про вот таких вот, - он указал подбородком в сторону заключенной. - просто так не забывают. Черное пятно на репутации отстирывается дорого, а потому её перепривяжут. За неимением лучшего выбора - скорее всего к тебе.
- Буду иметь в виду. - кивнула Розз.
= И ещё. - тряхнул указательным пальцем перед собой Кишибэ. - Весь вот этот сыр-бор на Тенгейре, - насколько я вообще понимаю ситуацию, - расхлебывать тоже тебе. Там, наверху, присматриваются к событиям важные-бумажные пары глаз. И ты, Вильгельма, почему-то, не можешь и одной миссии без шума провести. - на мгновение замолчав, он добавил. - Не претензия, если что.
Взявшись за стакан, инструктор опрокинул в себя его содержимое, закончив с ромом за один глоток, после чего потер нос, шумно вдохнув.
= Так что мотай на ус, Мария. - внезапно обратился он к старшему лейтенанту.
Промея немного помедлила с ответом, - будто взвешивала все «за» и «против» подобного рассказа, - но вскоре поведала обо всем без возможной утайки. Во всяком случае, Вильгельма не уловила ни одной нотки лжи или приукрашиваний в её речах: слишком естественно и отстраненно говорила обо всем заключенная.
«Вот какой ещё был путь... - отметила про себя Розз. - Только вот мне он не подходит до сих пор».
Что Ви, что Кишибэ, что Кассандра - все из присутствующих слушали её молчаливо. И если первые двое особо не менялись в лице, то вот последняя недобро усмехнулась, стоило услышать ей предпоследнюю фразу говорившей.
= Занимательный профиль. - крайней затяжкой заставив сигарету истлеть и затушив её о борт, молвила мисс Кинг. - На тебя посмотреть - прямо-таки воплощение Правосудия. Без эмоций, сожалений, страха, предвзятости. Где вас только выращивают...
Капитан же не сводила взгляда с Промеи. Край глаза уловил движение Марии, но она продолжала сохранять спокойствие, установив для себя одну вещь:
«Теперь я и для неё одновременно предохранитель и курок».
= Понятно. - более сдержано ответил Наставник. - Ну, спасибо за историю. Ещё одна в копилку. - он повернул голову к некогда подопечной. - Значит жди звоночка. Про вот таких вот, - он указал подбородком в сторону заключенной. - просто так не забывают. Черное пятно на репутации отстирывается дорого, а потому её перепривяжут. За неимением лучшего выбора - скорее всего к тебе.
- Буду иметь в виду. - кивнула Розз.
= И ещё. - тряхнул указательным пальцем перед собой Кишибэ. - Весь вот этот сыр-бор на Тенгейре, - насколько я вообще понимаю ситуацию, - расхлебывать тоже тебе. Там, наверху, присматриваются к событиям важные-бумажные пары глаз. И ты, Вильгельма, почему-то, не можешь и одной миссии без шума провести. - на мгновение замолчав, он добавил. - Не претензия, если что.
Взявшись за стакан, инструктор опрокинул в себя его содержимое, закончив с ромом за один глоток, после чего потер нос, шумно вдохнув.
= Так что мотай на ус, Мария. - внезапно обратился он к старшему лейтенанту.
[id29752100:bp-36291248_285659|Илья],
Мария, не ожидавшая внезапного обращения, слегка выпрямилась и перевела взгляд с Кишибэ на Вильгельму. После всего услышанного совет звучал почти забавно: за последние недели она и без того успела увидеть, сколько последствий может оставить за собой одна операция, даже если в итоге всё закончилось победой.
— Постараюсь, товарищ инструктор, — послушно отозвалась Икеда.
Она чуть помедлила, а после всё-таки добавила, уже с лёгкой улыбкой:
— Хотя, если вывод в том, что рядом с капитаном Розз нужно всегда быть готовой к чему-нибудь неожиданному... думаю, это я уже усвоила.
Шутка получилась слабой, но вполне искренней. В памяти слишком легко всплывали показания, пираты, Ороферы, восстание и даже стоящая неподалёку Промея, которая сама по себе стала ещё одним неожиданным последствием всей этой истории.
Последняя на слова Кишибэ о возможной «перепривязке» никак не отреагировала. Она лишь коротко посмотрела сначала на Вильгельму, затем вновь перевела взгляд вперёд, словно услышала что-то предельно знакомое.
Мария же невольно задержала на ней взгляд.
«Капитану теперь ещё и с этим разбираться...»
Она тихо вздохнула и сделала небольшой глоток воды.
Мария, не ожидавшая внезапного обращения, слегка выпрямилась и перевела взгляд с Кишибэ на Вильгельму. После всего услышанного совет звучал почти забавно: за последние недели она и без того успела увидеть, сколько последствий может оставить за собой одна операция, даже если в итоге всё закончилось победой.
— Постараюсь, товарищ инструктор, — послушно отозвалась Икеда.
Она чуть помедлила, а после всё-таки добавила, уже с лёгкой улыбкой:
— Хотя, если вывод в том, что рядом с капитаном Розз нужно всегда быть готовой к чему-нибудь неожиданному... думаю, это я уже усвоила.
Шутка получилась слабой, но вполне искренней. В памяти слишком легко всплывали показания, пираты, Ороферы, восстание и даже стоящая неподалёку Промея, которая сама по себе стала ещё одним неожиданным последствием всей этой истории.
Последняя на слова Кишибэ о возможной «перепривязке» никак не отреагировала. Она лишь коротко посмотрела сначала на Вильгельму, затем вновь перевела взгляд вперёд, словно услышала что-то предельно знакомое.
Мария же невольно задержала на ней взгляд.
«Капитану теперь ещё и с этим разбираться...»
Она тихо вздохнула и сделала небольшой глоток воды.
[id543751360:bp-36291248_285660|Tori],
И так встреча со старым знакомым подходила плавно к своему концу. Беседа оставалась позади, а Кишибэ, верный озвученной ранее причине, действительно прошелся среди подчиненных Вильгельмы, наблюдая за их выучкой, поведением, - особенно, когда Розз по его просьбе собрала строй, приняв штатный доклад о текущей ситуации. Опытный взгляд Наставника зацепился и за Чарли с Фридой, - один был похож на образцового подчиненного, когда вторая - на оперативницу.
= Мне бы, может, тоже такие адъютанты пригодились. - кивнув себе пару раз, молвил он. - Но эти - твои. Тоже видно.
Ви на мгновение склонила голову. Уголки губ Айземанн плавно натянулись, отдавая теплотой и мягкостью, Харт же заулыбался, приоткрывая вид на белые зубы. Не надо было лишний раз проговаривать, что более лестного комментария со стороны Кишибэ кто-то вряд ли мог добиться.
= Ну ладно, пора и за дело. - повернулся и пошел вниз по трапу инструктор, но задержался на мгновение, повернув голову. - Бывай, Охотница. Остальные - тоже не болейте.
И Наставник ушел прочь, оставляя личный состав G-Ex-209, - и пребывающих на «Мрачной Решимости» Марию и Промею, - без своей компании. Доподлинно было неизвестно, какое именно дело привело его сюда, на Тенгейр, но ясно было, что без отметки «выполнено» на имеющемся задании он отсюда не уйдет.
А время ускорит свой ход. Пройдет два дня, которые для Вильгельмы также будут полны свалившихся на голову забот. В конце второго, занимаясь привычными уже для себя обязанностями по поддержанию общего порядка, она получит печальную и немного тревожную информацию: контр-адмирал Харит дезертировал, оставив свой пост. Спровоцировано то было действиями инспекции или он изначально планировал после событий на острове покинуть ряды Морского Дозора, дабы избежать возможных претензий, обвинений и наказания, - загадка, ответ на которую установить не удавалось.
Однако факт оставался фактом: база на Идре лишилась своего прямого командира в одночасье, и теперь кому-то надлежало занять это место. Назначить Вильгельму на этот пост не могли, - звание капитана не позволяло ей принять командование, а потому было решено оставить этот пост пустым до момента прибытия более компетентного старшего офицера. Пока же... должностная инструкция капитана Розз расширилась в блоке обязанностей: контр-адмирал Моро перед отплытием поручил заняться созданием оперативной базы Дозора уже на Ругорде.
= ... вместе с тем, изучив общую ситуацию на острове... - он вдруг замолчал, поведя губами. - Я принял решение о том, что вам нужно будет заняться ещё одним важным делом. Верхний Город не изменил своей позиции относительно Идры. Людям нужен ориентир, а символами Тенгейра всегда были знания и промышленность. Поручаю вам способствовать восстановлению Королевской Академии и части простаивающих заводов. Эта задача будет на контроле Дозора, а ваши запросы на ресурсы будут рассматриваться в приоритетном порядке. Не разочаруйте нас, капитан Розз.
- Будет сделано, товарищ контр-адмирал. - с готовностью приложила ладонь к виску Ви.
«Нужно будет систематизировать информацию, отыскать специалистов, залезать в каждый процесс... Не думала, что буду когда-то заниматься подобным».
Большая часть личного состава, что прибыла с инспекцией, осталась на Тенгейре, чтобы обеспечить силы Служителей Справедливости на острове дополнительными кадровыми ресурсами: в конце концов, сейчас, когда восстание осталось позади, все ещё надлежало поддерживать стабильность, обеспечивать безопасность для людей как на Ругорде, так и на Идре, защищать остров от иных угроз, внешних и внутренних.
И так встреча со старым знакомым подходила плавно к своему концу. Беседа оставалась позади, а Кишибэ, верный озвученной ранее причине, действительно прошелся среди подчиненных Вильгельмы, наблюдая за их выучкой, поведением, - особенно, когда Розз по его просьбе собрала строй, приняв штатный доклад о текущей ситуации. Опытный взгляд Наставника зацепился и за Чарли с Фридой, - один был похож на образцового подчиненного, когда вторая - на оперативницу.
= Мне бы, может, тоже такие адъютанты пригодились. - кивнув себе пару раз, молвил он. - Но эти - твои. Тоже видно.
Ви на мгновение склонила голову. Уголки губ Айземанн плавно натянулись, отдавая теплотой и мягкостью, Харт же заулыбался, приоткрывая вид на белые зубы. Не надо было лишний раз проговаривать, что более лестного комментария со стороны Кишибэ кто-то вряд ли мог добиться.
= Ну ладно, пора и за дело. - повернулся и пошел вниз по трапу инструктор, но задержался на мгновение, повернув голову. - Бывай, Охотница. Остальные - тоже не болейте.
И Наставник ушел прочь, оставляя личный состав G-Ex-209, - и пребывающих на «Мрачной Решимости» Марию и Промею, - без своей компании. Доподлинно было неизвестно, какое именно дело привело его сюда, на Тенгейр, но ясно было, что без отметки «выполнено» на имеющемся задании он отсюда не уйдет.
А время ускорит свой ход. Пройдет два дня, которые для Вильгельмы также будут полны свалившихся на голову забот. В конце второго, занимаясь привычными уже для себя обязанностями по поддержанию общего порядка, она получит печальную и немного тревожную информацию: контр-адмирал Харит дезертировал, оставив свой пост. Спровоцировано то было действиями инспекции или он изначально планировал после событий на острове покинуть ряды Морского Дозора, дабы избежать возможных претензий, обвинений и наказания, - загадка, ответ на которую установить не удавалось.
Однако факт оставался фактом: база на Идре лишилась своего прямого командира в одночасье, и теперь кому-то надлежало занять это место. Назначить Вильгельму на этот пост не могли, - звание капитана не позволяло ей принять командование, а потому было решено оставить этот пост пустым до момента прибытия более компетентного старшего офицера. Пока же... должностная инструкция капитана Розз расширилась в блоке обязанностей: контр-адмирал Моро перед отплытием поручил заняться созданием оперативной базы Дозора уже на Ругорде.
= ... вместе с тем, изучив общую ситуацию на острове... - он вдруг замолчал, поведя губами. - Я принял решение о том, что вам нужно будет заняться ещё одним важным делом. Верхний Город не изменил своей позиции относительно Идры. Людям нужен ориентир, а символами Тенгейра всегда были знания и промышленность. Поручаю вам способствовать восстановлению Королевской Академии и части простаивающих заводов. Эта задача будет на контроле Дозора, а ваши запросы на ресурсы будут рассматриваться в приоритетном порядке. Не разочаруйте нас, капитан Розз.
- Будет сделано, товарищ контр-адмирал. - с готовностью приложила ладонь к виску Ви.
«Нужно будет систематизировать информацию, отыскать специалистов, залезать в каждый процесс... Не думала, что буду когда-то заниматься подобным».
Большая часть личного состава, что прибыла с инспекцией, осталась на Тенгейре, чтобы обеспечить силы Служителей Справедливости на острове дополнительными кадровыми ресурсами: в конце концов, сейчас, когда восстание осталось позади, все ещё надлежало поддерживать стабильность, обеспечивать безопасность для людей как на Ругорде, так и на Идре, защищать остров от иных угроз, внешних и внутренних.
И если капитан не стала самым важным человеком на острове, то её роль в ближайшее время оставалась ключевой. Совместно со своими ближайшими подчиненными, при содействии мисс Кинг, Марии и других местных офицеров Ви приходилось переквалифицироваться из оперативно-тактической группы в целый штаб. Первым приоритетом дозакрывался вопрос с теми, кто активно участвовал в восстании Ороферов. Суд над братом и сестрой прошел в открытом формате, собрав немало зрителей, и те были приговорены к тюремному заключению с конфискацией собственности. Присутствовать Вильгельме не удалось - слишком глубоко утонула в заботах. Ведь дополнительные силы Дозора и местных стражей ещё какое-то время способствовали наполнению паре небольших, собранных наспех исправительных лагерей. Сюда не стаскивались люди под общую гребенку: только те, кто уже был осужден в качестве подтвержденного участника кровопролития. Было предпринято стратегическое решение использовать их как рабочую силу в последующих работах в качестве меры наказания, - той никогда не бывает слишком много.
«Стандартный ход. Если вспомнить «Двенадцать лет войны за Дрозденбург», то и вовсе ощущаю себя героем книги...»
Вторым приоритетом было создание укрепленного района, который бы выполнял сразу несколько функций: как штаб быстрого реагирования; как генеральный узел координации сил Дозора; как центр подготовки новых кадров для Служителей Справедливости. Последнее было особенно важно и необходимо, ведь люди, изначально не видевшие перспектив в жизни на острове, изъявляли желание пополнить ряды храбрых мужей и женщин организации, показавшей (в лице определенных личностей) себя в весьма благоприятном свете. Старые раны тревожили сердца, и многие хотели защитить и сберечь то, что у них уже было... и не допустить новых зверств, бдительно и верно неся службу. Лейтенанты G-Ex-209, как и сама Вильгельма, успеют выступить в качестве временных инструкторов по военной подготовке новых рекрутов, пока их работа здесь не будет закончена.
«Как важен бывает просто пример. Но их ещё должны хорошо подготовить. В программу для инструкторов нужно будет внести корректировки в частях три и пять».
Поручение по восстановлению промышленности оказалось вовсе не тривиальным: помимо того, что техника и здания требовали ремонта, а старт производства обязывал располагать хоть какими-то ресурсами, приходилось также искать квалифицированных специалистов, которые могли бы эту технику обслуживать. Да, Дозор мог поставить металлы, минералы, топливо, но внутри не было так много свободных специалистов, которых могли в одночасье выделить для подобной задачи. Расклеивались листовки, проводились публичные объявления, осуществлялись кадровые поиски по архивным записям Ругорда и Идры... И плоды на этом поприще давали о себе знать первее других. Среди обслуживающего персонала, забывавшего себя и своё дело в рутинных задачах по поддержанию жизни Нижнего Города нашлось немало мастеров, бывших цеховых рабочих, инженеров, которые откликнулись на зов. Те, кто всё это время находился там, вдали от забот, необязательно не тревожились о судьбе всего острова, ведь, в первую очередь, это не Ругорд и Идра. В первую очередь - это Тенгейр. Их родина, некогда сверкающий металлическими крышами центр торговли и просвещения, науки и техники, гордых взглядов и умелых рук.
«Вспоминаю того архивариуса, что помог нам с Красной Гнилью. Бенджамин... Хэйз, кажется. Эти люди не хотят забывать. Наверное, такова черта тенгейрцев».
И одно благо проистекало от другого: поскольку местный муниципалитет, все же, задергался, - то ли под давлением от Мирового Правительства, то ли по настоянию инспекции, то ли по своим причинам, - те сведущие, ещё не забывшие знаний специалисты становились и первым эшелоном учителей и преподавателей при Королевской Академии Тенгейра. Да, конечно, не все из них являлись в полной мере педагогами, однако в будущем они смогут пополнять и передавать знания другим.
«Стандартный ход. Если вспомнить «Двенадцать лет войны за Дрозденбург», то и вовсе ощущаю себя героем книги...»
Вторым приоритетом было создание укрепленного района, который бы выполнял сразу несколько функций: как штаб быстрого реагирования; как генеральный узел координации сил Дозора; как центр подготовки новых кадров для Служителей Справедливости. Последнее было особенно важно и необходимо, ведь люди, изначально не видевшие перспектив в жизни на острове, изъявляли желание пополнить ряды храбрых мужей и женщин организации, показавшей (в лице определенных личностей) себя в весьма благоприятном свете. Старые раны тревожили сердца, и многие хотели защитить и сберечь то, что у них уже было... и не допустить новых зверств, бдительно и верно неся службу. Лейтенанты G-Ex-209, как и сама Вильгельма, успеют выступить в качестве временных инструкторов по военной подготовке новых рекрутов, пока их работа здесь не будет закончена.
«Как важен бывает просто пример. Но их ещё должны хорошо подготовить. В программу для инструкторов нужно будет внести корректировки в частях три и пять».
Поручение по восстановлению промышленности оказалось вовсе не тривиальным: помимо того, что техника и здания требовали ремонта, а старт производства обязывал располагать хоть какими-то ресурсами, приходилось также искать квалифицированных специалистов, которые могли бы эту технику обслуживать. Да, Дозор мог поставить металлы, минералы, топливо, но внутри не было так много свободных специалистов, которых могли в одночасье выделить для подобной задачи. Расклеивались листовки, проводились публичные объявления, осуществлялись кадровые поиски по архивным записям Ругорда и Идры... И плоды на этом поприще давали о себе знать первее других. Среди обслуживающего персонала, забывавшего себя и своё дело в рутинных задачах по поддержанию жизни Нижнего Города нашлось немало мастеров, бывших цеховых рабочих, инженеров, которые откликнулись на зов. Те, кто всё это время находился там, вдали от забот, необязательно не тревожились о судьбе всего острова, ведь, в первую очередь, это не Ругорд и Идра. В первую очередь - это Тенгейр. Их родина, некогда сверкающий металлическими крышами центр торговли и просвещения, науки и техники, гордых взглядов и умелых рук.
«Вспоминаю того архивариуса, что помог нам с Красной Гнилью. Бенджамин... Хэйз, кажется. Эти люди не хотят забывать. Наверное, такова черта тенгейрцев».
И одно благо проистекало от другого: поскольку местный муниципалитет, все же, задергался, - то ли под давлением от Мирового Правительства, то ли по настоянию инспекции, то ли по своим причинам, - те сведущие, ещё не забывшие знаний специалисты становились и первым эшелоном учителей и преподавателей при Королевской Академии Тенгейра. Да, конечно, не все из них являлись в полной мере педагогами, однако в будущем они смогут пополнять и передавать знания другим.
Открытие Академии Розз уже не застанет, однако обсуждение учебных программ, работ по восстановлению и строительству, подготовки проектов и получение дотаций не проходили без её минимального ведома.
«Элиан обещал людям, что Ругорд воссияет вновь. Интересно было бы поговорить с ним через год-другой».
Каждый кирпич, каждый мешок цемента, каждый инструмент, - всё это надлежало фиксировать в отчётности, обосновывать, закреплять за ответственными. В некоторые из ночей рука уже отказывалась держать перо, намявшее заметный след на ведущей руке, но Юстициар доводила дело до конца. Все ещё не умея как следует распределять нагрузку и безмолвно взваливая на себя больше, чем кто-либо планировал взять на себя. Не потому, что не доверяла, - скорее потому, что безусловно была уверена, что должна и в силах сделать сама. Спасало немного лишь то, что Ви сейчас меньше занималась физической работой, - если сравнивать с возведением базы на Островах Орган, - и больше выступала как управленец и контролирующий орган. Впрочем, от тренировок её это не избавляло, а потому физическая форма всё продолжала крепнуть за этой вечной чередой забот и задач.
«Мне кажется, я стала писать в два раза быстрее».
Ничто не происходило моментально: как Вильгельме, так и всему составу G-Ex-209 пришлось задержаться на Тенгейре ещё на продолжительный срок. За этот длительный срок немало рабочих взаимодействий у Розз было с Марией: от совместных упражнений с клинком до подготовки отчётов. Исполнительность старшего лейтенанта и её подчиненных здесь была как нельзя кстати: за то время, что капитан провела на этом острове, Икеда в её глазах солидно зарекомендовала себя, несмотря на мелкие моменты несостыковки во взглядах. Это ли не мелочь? Впрочем, поблажек той не следовало ждать: если работа есть, она должна быть выполнена хорошо.
«Останься здесь старший лейтенант Икеда - раскроет ли её потенциал изменившийся Тенгейр?»
Помимо всего прочего, Розалин, выступавшая также и консультантом по работе одной из кафедр при Королевской Академии, проводила дальнейшие исследования на тему использованного на похищенных детях препарата. Это направление, к великому её же сожалению, осталось без больших успехов, ведь вернуть их в прежнее состояние не представлялось возможным. Некоторые шрамы никогда не заживают... Да, детей вернули семьям. Да, они способны были «существовать» - в самой прямой трактовке этого слова. Тридцать одна послушная кукла. Факт всё ещё заставлял Ви время от времени задумчиво разглядывать подготовленный отчёт Шугар о ходе исследований.
«Сломанная жизнь без возможности починить. Их родителей, правда, это не утешит».
В один из дней поступил звонок на «Мрачную Решимость» от других высокопоставленных офицеров: Промея официально закреплялась за составом G-Ex-209, как отдельное подразделение внутри оперативно-тактической группы, с наблюдателем в лице Вильгельмы.
«Кишибэ как в воду глядел».
Фактически, Розз был передан карт-бланш на судьбу заключенной, с которой она могла поступать так, как считала нужной... И, вспоминая другие слова Наставника, - уже про «затупившееся оружие», - она решила и не давать затекать навыкам Промеи. Во всяком случае, выступала инициатором их совместных практик. Уж с ней та могла не сдерживаться.
Из тех, кто был открыт для взаимодействия с фиолетововолосой дамой, выделялась, в первую очередь, Фрида. Снайпер всегда искала свой подход к людям... Особенно к тем, кому, казалось, он был нужен. И, может, в друзья она не напрашивалась, но, порой, просто побыть рядом - это то, чего может очень сильно не хватать.
«Элиан обещал людям, что Ругорд воссияет вновь. Интересно было бы поговорить с ним через год-другой».
Каждый кирпич, каждый мешок цемента, каждый инструмент, - всё это надлежало фиксировать в отчётности, обосновывать, закреплять за ответственными. В некоторые из ночей рука уже отказывалась держать перо, намявшее заметный след на ведущей руке, но Юстициар доводила дело до конца. Все ещё не умея как следует распределять нагрузку и безмолвно взваливая на себя больше, чем кто-либо планировал взять на себя. Не потому, что не доверяла, - скорее потому, что безусловно была уверена, что должна и в силах сделать сама. Спасало немного лишь то, что Ви сейчас меньше занималась физической работой, - если сравнивать с возведением базы на Островах Орган, - и больше выступала как управленец и контролирующий орган. Впрочем, от тренировок её это не избавляло, а потому физическая форма всё продолжала крепнуть за этой вечной чередой забот и задач.
«Мне кажется, я стала писать в два раза быстрее».
Ничто не происходило моментально: как Вильгельме, так и всему составу G-Ex-209 пришлось задержаться на Тенгейре ещё на продолжительный срок. За этот длительный срок немало рабочих взаимодействий у Розз было с Марией: от совместных упражнений с клинком до подготовки отчётов. Исполнительность старшего лейтенанта и её подчиненных здесь была как нельзя кстати: за то время, что капитан провела на этом острове, Икеда в её глазах солидно зарекомендовала себя, несмотря на мелкие моменты несостыковки во взглядах. Это ли не мелочь? Впрочем, поблажек той не следовало ждать: если работа есть, она должна быть выполнена хорошо.
«Останься здесь старший лейтенант Икеда - раскроет ли её потенциал изменившийся Тенгейр?»
Помимо всего прочего, Розалин, выступавшая также и консультантом по работе одной из кафедр при Королевской Академии, проводила дальнейшие исследования на тему использованного на похищенных детях препарата. Это направление, к великому её же сожалению, осталось без больших успехов, ведь вернуть их в прежнее состояние не представлялось возможным. Некоторые шрамы никогда не заживают... Да, детей вернули семьям. Да, они способны были «существовать» - в самой прямой трактовке этого слова. Тридцать одна послушная кукла. Факт всё ещё заставлял Ви время от времени задумчиво разглядывать подготовленный отчёт Шугар о ходе исследований.
«Сломанная жизнь без возможности починить. Их родителей, правда, это не утешит».
В один из дней поступил звонок на «Мрачную Решимость» от других высокопоставленных офицеров: Промея официально закреплялась за составом G-Ex-209, как отдельное подразделение внутри оперативно-тактической группы, с наблюдателем в лице Вильгельмы.
«Кишибэ как в воду глядел».
Фактически, Розз был передан карт-бланш на судьбу заключенной, с которой она могла поступать так, как считала нужной... И, вспоминая другие слова Наставника, - уже про «затупившееся оружие», - она решила и не давать затекать навыкам Промеи. Во всяком случае, выступала инициатором их совместных практик. Уж с ней та могла не сдерживаться.
Из тех, кто был открыт для взаимодействия с фиолетововолосой дамой, выделялась, в первую очередь, Фрида. Снайпер всегда искала свой подход к людям... Особенно к тем, кому, казалось, он был нужен. И, может, в друзья она не напрашивалась, но, порой, просто побыть рядом - это то, чего может очень сильно не хватать.
Важным будет также упомянуть, что все наёмники благополучно покинули Тенгейр: пока решались внутренние вопросы, с их правовым статусом не было ни времени, ни возможности определиться. Слишком мало материала, чтобы объявить на них охоту, слишком мало оснований задерживать, слишком мало поводов призвать к ответу. Наёмники всегда рассматривались с позиции особого правового статуса... До нужды. Ви помнила одно: если кому-то будет очень нужно, под замком или на плахе можно было оказаться и за куда меньшие заслуги.
«Возможно, нам ещё предстоит с ними встретиться... Может быть даже по одну сторону баррикад».
К концу пребывания G-Ex-209 на острове, Тенгейр, - и, в первую очередь, Ругорд, - заметно начал преображаться. Центральный район города, некогда бывший площадью Часовщиков, был перестроен, и теперь там продолжались работы по строительству уже крепнущей базы Морского Дозора, где активность не унималась от самого раннего утра и до позднего вечера. Постоянные патрули, подготовка новобранцев, строительство новых корпусов, разбор поставок формы, оружия, агитматериалов... Служивая жизнь здесь начала дышать по-новому. Высокие стены, сосредоточенные лица, свежевыплавленные пушки, суровые крики старших офицеров, - теперь тот, кто сунет нос на Тенгейр будет думать уже четырежды, прежде чем начнет чинить здесь беспорядок. И неважно, будут то пираты, революционеры или другие силы, решившие сделать остров полем для своих амбиций.
«У нас пополнений здесь не будет, но не исключаю, что когда-нибудь встречу новобранцев или офицеров отсюда».
= ... даже не верится. - оперевшись локтями на борт, говорил Чарли лейтенанту Дюранду. - Мы здесь уже столько времени и уже скоро отплываем...
= Помню, как капитан говорила: «Мы здесь только на две недели в рамках простого патрулирования». - сложив руки на груди, молвил тот. - Две недели, да...
= Настолько насыщенные, что, казалось, год прошел. - вмешалась в их диалог подошедшая мичман Айземанн, оперевшаяся на борт спиной. - Нам будет, что рассказать, когда опять встретимся с другими командами.
= Да у нас что не остров, Фрида, то история. - хмыкнув, добавила Тёрнер, щелкая костяшками пальцев. - Но я долго буду рассказывать, про кёрвболл по бронированному здоровяку связкой гранат, пхах.
Тем временем Вильгельма стояла у носа фрегата, вглядываясь в море. Свою задачу перед контр-адмиралом Моро она выполнила в полной мере, уже сдав отчёт о проделанной работе, а потому Ви и её подчиненные могли вернуться к изначальной задаче: патрулированию Второго Пути. Оставалось только разобраться с последним делом...
= Ты так стоишь, будто ждешь кого-то, Вильгельма. - когда капитан посмотрела на неё, Кассандра хищно улыбнулась. - Польщена быть таковой.
Она подошла ещё ближе, вытаскивая пачку сигарет и открывая её движением пальца. Розз не стала ждать второго приглашения, вытянув табачную палочку, после чего достала зажигалку, позволив прикурить агенту, а затем заставила тлеть и свою сигарету.
- Приняла решение. - поделилась Юстициар с напарницей. - У G-Ex-209 сегодня пополнение личного состава.
= Да ладно? Все же забираешь Мышку из уютной норки, м?
- Прошение о переводе уже согласовано. - Ви, сделав короткую затяжку, посмотрела в сторону Ругорда. - Осталось только объявить и получить одобрение. - через мгновение, распознав знакомый силуэт, она добавила. - Через пару минут.
= Как же теперь будут ругордцы без доброй отзывчивой девочки-дозорной? - наигранно печально задала вопрос мисс Кинг, но, встретив взгляд Вильгельмы, подзакатила глаза. - Ой, да брось. Уже и пошутить нельзя...
Быстро расправившись с сигаретой, капитан направилась к трапу, дабы встретить старшего лейтенанта... Вероятно, уже с личным составом, поскольку приказ был явиться и с ним тоже. Последним отвлечением для Розз стал взгляд на всё так же одиноко стоящую Промею. Ещё одно пополнение, ставшее внеплановым.
«Возможно, нам ещё предстоит с ними встретиться... Может быть даже по одну сторону баррикад».
К концу пребывания G-Ex-209 на острове, Тенгейр, - и, в первую очередь, Ругорд, - заметно начал преображаться. Центральный район города, некогда бывший площадью Часовщиков, был перестроен, и теперь там продолжались работы по строительству уже крепнущей базы Морского Дозора, где активность не унималась от самого раннего утра и до позднего вечера. Постоянные патрули, подготовка новобранцев, строительство новых корпусов, разбор поставок формы, оружия, агитматериалов... Служивая жизнь здесь начала дышать по-новому. Высокие стены, сосредоточенные лица, свежевыплавленные пушки, суровые крики старших офицеров, - теперь тот, кто сунет нос на Тенгейр будет думать уже четырежды, прежде чем начнет чинить здесь беспорядок. И неважно, будут то пираты, революционеры или другие силы, решившие сделать остров полем для своих амбиций.
«У нас пополнений здесь не будет, но не исключаю, что когда-нибудь встречу новобранцев или офицеров отсюда».
= ... даже не верится. - оперевшись локтями на борт, говорил Чарли лейтенанту Дюранду. - Мы здесь уже столько времени и уже скоро отплываем...
= Помню, как капитан говорила: «Мы здесь только на две недели в рамках простого патрулирования». - сложив руки на груди, молвил тот. - Две недели, да...
= Настолько насыщенные, что, казалось, год прошел. - вмешалась в их диалог подошедшая мичман Айземанн, оперевшаяся на борт спиной. - Нам будет, что рассказать, когда опять встретимся с другими командами.
= Да у нас что не остров, Фрида, то история. - хмыкнув, добавила Тёрнер, щелкая костяшками пальцев. - Но я долго буду рассказывать, про кёрвболл по бронированному здоровяку связкой гранат, пхах.
Тем временем Вильгельма стояла у носа фрегата, вглядываясь в море. Свою задачу перед контр-адмиралом Моро она выполнила в полной мере, уже сдав отчёт о проделанной работе, а потому Ви и её подчиненные могли вернуться к изначальной задаче: патрулированию Второго Пути. Оставалось только разобраться с последним делом...
= Ты так стоишь, будто ждешь кого-то, Вильгельма. - когда капитан посмотрела на неё, Кассандра хищно улыбнулась. - Польщена быть таковой.
Она подошла ещё ближе, вытаскивая пачку сигарет и открывая её движением пальца. Розз не стала ждать второго приглашения, вытянув табачную палочку, после чего достала зажигалку, позволив прикурить агенту, а затем заставила тлеть и свою сигарету.
- Приняла решение. - поделилась Юстициар с напарницей. - У G-Ex-209 сегодня пополнение личного состава.
= Да ладно? Все же забираешь Мышку из уютной норки, м?
- Прошение о переводе уже согласовано. - Ви, сделав короткую затяжку, посмотрела в сторону Ругорда. - Осталось только объявить и получить одобрение. - через мгновение, распознав знакомый силуэт, она добавила. - Через пару минут.
= Как же теперь будут ругордцы без доброй отзывчивой девочки-дозорной? - наигранно печально задала вопрос мисс Кинг, но, встретив взгляд Вильгельмы, подзакатила глаза. - Ой, да брось. Уже и пошутить нельзя...
Быстро расправившись с сигаретой, капитан направилась к трапу, дабы встретить старшего лейтенанта... Вероятно, уже с личным составом, поскольку приказ был явиться и с ним тоже. Последним отвлечением для Розз стал взгляд на всё так же одиноко стоящую Промею. Ещё одно пополнение, ставшее внеплановым.
Илья (https://vk.ru/id29752100),
После отбытия инспекции дни перестали складываться в отдельные события и постепенно слились в одну длинную череду работы. Тенгейр не нуждался больше в героях, способных за несколько минут переломить исход сражения — теперь ему требовались куда менее заметные вещи: люди, способные часами разбирать бумаги, ходить одними и теми же маршрутами, разговаривать с жителями, следить за порядком, сопровождать рабочих и так далее.
И Мария обнаружила, что ей такая работа даже нравится.
После нескольких недель возле Орофера, тайных поручений и постоянной необходимости думать о том, откуда ждать следующего выстрела, простые обязанности казались почти отдыхом. Утром она могла проверить патрули, через пару часов помогать людям возле новых укреплений, после обеда разбирать донесения, а к вечеру отправиться с Гэйл на очередной обход. Всё это отнимало силы, но не оставляло того неприятного ощущения, будто каждое решение способно обернуться десятком трупов.
Да и сам Ругорд менялся достаточно быстро, чтобы изменения можно было замечать буквально каждый день.
Там, где ещё недавно оставались следы пожаров и разрушений, появлялись строительные леса. На улицах становилось больше людей в форме Дозора, но вместе с ними — рабочих, инженеров, грузчиков. Старые мастерские и магазины, которые Мария раньше видела закрытыми или полупустыми, постепенно начинали оживать.
«Вот таким я и хотела увидеть Ругорд»
И к тренировкам новобранцев Мария подключилась с удовольствием — по собственной инициативе. Первое занятие оказалось почти смешным. Мария привыкла считать собственное фехтование чем-то совершенно естественным: стойка, положение кистей, работа ног, расстояние до противника. Но стоило оказаться перед несколькими людьми, которые держали тренировочный меч так, будто впервые увидели длинную палку, как выяснилось, что объяснить простое движение куда сложнее, чем выполнить его самой.
— Нет-нет, не так. Если поставите кисть таким образом, первый же удар выбьет оружие. Вот. Теперь попробуйте ещё раз.
Через пару дней она уже перестала смущаться, когда её называли инструктором.
** *** **
Постепенно возникло и другое предложение.
Сначала Мария даже не восприняла его всерьёз. Просто несколько раз услышала собственную фамилию в разговорах о новом гарнизоне, потом ей передали, что при формировании постоянного состава базы для неё вполне может найтись место. Не рядовая должность — скорее что-то связанное с координацией патрулей и подготовкой личного состава. За время пребывания здесь Икеда успела достаточно хорошо узнать обе части острова, местных людей и специфику происходящего, чтобы подобная кандидатура выглядела вполне логичной.
Предложение было хорошим.
Остаться на Тенгейре означало увидеть результат всей этой работы. Увидеть открывшуюся Академию. Пройти по улицам Ругорда через год и обнаружить здесь не бедность, больницы без лекарств и заброшенные фабрики, а город, который наконец-то начал жить. Она уже знала людей на острове. Знала его проблемы. Даже успела почувствовать странную привязанность.
Но где-то далеко отсюда всё ещё была Йона.
Два года поисков не дали почти ничего. Каждый новый остров мог оказаться тупиком, но точно так же именно следующий порт, пиратская команда или случайный слух могли впервые за долгое время привести её к сестре.
Остаться здесь означало добровольно перестать искать. Мария понимала это слишком хорошо — и поэтому отказалась.
«Я не могу привязать себя к одному месту»
Может быть, когда-нибудь, если поиски закончатся, она сможет позволить себе выбрать остров, город, дом и действительно остаться там надолго. Но пока нет.
** *** **
С Кайной всё вышло куда проще.
Документы о переводе появились почти буднично среди очередной стопки бумаг. Мария сперва пробежалась глазами по тексту, затем вернулась на несколько строк назад и уже окончательно поняла, что мичман Цуцуми переводится под её непосредственное командование.
После отбытия инспекции дни перестали складываться в отдельные события и постепенно слились в одну длинную череду работы. Тенгейр не нуждался больше в героях, способных за несколько минут переломить исход сражения — теперь ему требовались куда менее заметные вещи: люди, способные часами разбирать бумаги, ходить одними и теми же маршрутами, разговаривать с жителями, следить за порядком, сопровождать рабочих и так далее.
И Мария обнаружила, что ей такая работа даже нравится.
После нескольких недель возле Орофера, тайных поручений и постоянной необходимости думать о том, откуда ждать следующего выстрела, простые обязанности казались почти отдыхом. Утром она могла проверить патрули, через пару часов помогать людям возле новых укреплений, после обеда разбирать донесения, а к вечеру отправиться с Гэйл на очередной обход. Всё это отнимало силы, но не оставляло того неприятного ощущения, будто каждое решение способно обернуться десятком трупов.
Да и сам Ругорд менялся достаточно быстро, чтобы изменения можно было замечать буквально каждый день.
Там, где ещё недавно оставались следы пожаров и разрушений, появлялись строительные леса. На улицах становилось больше людей в форме Дозора, но вместе с ними — рабочих, инженеров, грузчиков. Старые мастерские и магазины, которые Мария раньше видела закрытыми или полупустыми, постепенно начинали оживать.
«Вот таким я и хотела увидеть Ругорд»
И к тренировкам новобранцев Мария подключилась с удовольствием — по собственной инициативе. Первое занятие оказалось почти смешным. Мария привыкла считать собственное фехтование чем-то совершенно естественным: стойка, положение кистей, работа ног, расстояние до противника. Но стоило оказаться перед несколькими людьми, которые держали тренировочный меч так, будто впервые увидели длинную палку, как выяснилось, что объяснить простое движение куда сложнее, чем выполнить его самой.
— Нет-нет, не так. Если поставите кисть таким образом, первый же удар выбьет оружие. Вот. Теперь попробуйте ещё раз.
Через пару дней она уже перестала смущаться, когда её называли инструктором.
** *** **
Постепенно возникло и другое предложение.
Сначала Мария даже не восприняла его всерьёз. Просто несколько раз услышала собственную фамилию в разговорах о новом гарнизоне, потом ей передали, что при формировании постоянного состава базы для неё вполне может найтись место. Не рядовая должность — скорее что-то связанное с координацией патрулей и подготовкой личного состава. За время пребывания здесь Икеда успела достаточно хорошо узнать обе части острова, местных людей и специфику происходящего, чтобы подобная кандидатура выглядела вполне логичной.
Предложение было хорошим.
Остаться на Тенгейре означало увидеть результат всей этой работы. Увидеть открывшуюся Академию. Пройти по улицам Ругорда через год и обнаружить здесь не бедность, больницы без лекарств и заброшенные фабрики, а город, который наконец-то начал жить. Она уже знала людей на острове. Знала его проблемы. Даже успела почувствовать странную привязанность.
Но где-то далеко отсюда всё ещё была Йона.
Два года поисков не дали почти ничего. Каждый новый остров мог оказаться тупиком, но точно так же именно следующий порт, пиратская команда или случайный слух могли впервые за долгое время привести её к сестре.
Остаться здесь означало добровольно перестать искать. Мария понимала это слишком хорошо — и поэтому отказалась.
«Я не могу привязать себя к одному месту»
Может быть, когда-нибудь, если поиски закончатся, она сможет позволить себе выбрать остров, город, дом и действительно остаться там надолго. Но пока нет.
** *** **
С Кайной всё вышло куда проще.
Документы о переводе появились почти буднично среди очередной стопки бумаг. Мария сперва пробежалась глазами по тексту, затем вернулась на несколько строк назад и уже окончательно поняла, что мичман Цуцуми переводится под её непосредственное командование.
Она нашла Кайну ближе к вечеру.
Та сидела на краю одной из невысоких крыш, неподалёку от нового укреплённого района, положив винтовку рядом с собой. Отсюда хорошо просматривалось сразу несколько улиц Ругорда, а Мария не сразу поняла: отдыхает девушка или продолжает работу даже сейчас.
— Мичман Цуцуми.
— Старший лейтенант?
— Сегодня утром мне доставили это, — Мария подняла сложенный лист бумаги.
Она подошла ближе и протянула приказ. Кайна прочла всё внимательно, после чего немного задержала взгляд на фамилии нового непосредственного командира.
— Значит, теперь я работаю с вами.
— Если не передумаете в последующие три рабочих дня. У вас есть на это полное право.
Слабая улыбка мелькнула на лице Кайны. Она не стала бы отказываться от предложения — и на то были свои причины.
Мичман призналась, что встречала не так много людей на Тенгейре, кто был бы также добр, как и сама Мария. В какой-то момент стало очевидно, что произошедшее на острове — не только вина Ороферов, но и халатность командования на Идре. Прямых доказательств этому не было — всё-таки не каждый мичман знает, как устроена верхушка, — но чисто интуитивна Кайна ощущала тот же дискомфорт, что сопровождает несправедливые приказы, желание нажиться на людях, страх перед народом и коррупцию. Ей было просто неприятно находиться на этом острове — и поэтому предложение Марии пришлось как нельзя кстати. Даже если не окажется возможности уплыть отсюда, хотя бы останется служить честному, искреннему человеку.
Кайна довольно быстро вписалась в их небольшой коллектив. Её медицинские навыки постоянно оказывались полезны во время патрулей, а винтовка позволяла закрывать то пространство, куда Мария и Гэйл физически не могли дотянуться. Не то чтобы такие ситуации действительно случались, но иногда полезнее было посмотреть в объектив оптики, чем преодолевать кварталы и улицы на своих двоих.
Вместе с тем Кайна давала советы, не стеснялась спорить с Марией и принимать уверенные решения в работе. Она казалась именно опытным солдатом, что почему-то оставался в низком звании. Мичман часто избегала этой темы в разговорах.
** *** **
Сама Мария продолжала пересекаться с Вильгельмой почти ежедневно.
Иногда их взаимодействие сводилось к нескольким подписям и короткому докладу. Иногда они проводили вместе большую часть дня, разбирая патрульные маршруты, данные о задержанных или списки людей, которых можно было привлечь к восстановительным работам. Временами капитан снова утаскивала её на тренировку. Мария давно перестала воспринимать подобные занятия как попытку победить Вильгельму. Скорее наоборот: каждый раз задача заключалась в том, чтобы продержаться немного дольше, заметить чуть больше движений и совершить хотя бы на одну ошибку меньше.
Прогресс был. Медленный, местами болезненный, но очевидный.
И всё же работа рядом с Розз заставляла Марию задумываться о собственном будущем куда сильнее, чем предложение остаться на Тенгейре. Она видела, чем занимается G-Ex-209. Видела людей капитана. Видела саму Вильгельму — её решения, её силу и тот уровень ответственности, который та взваливала на себя практически без жалоб.
«Интересно, каково это — постоянно работать в такой группе?»
** *** **
И даже Промея застала неожиданные перемены.
Когда решение инспекции наконец дошло до «Мрачной Решимости», оно не вызвало у женщины ни облегчения, ни особого беспокойства. Формулировки отличались от тех, к которым она привыкла раньше, но смысл оставался понятным: отныне Промея официально числилась отдельной единицей внутри G-Ex-209, а ответственность за неё перешла к капитану Розз.
«Значит, теперь она»
Когда-то эту роль выполнял Хэйс, до него были другие люди, а теперь место ответственного офицера заняла Вильгельма. Если капитан велела оставаться на корабле — Промея оставалась. Если требовалось выйти на задание — выходила.
Однако достаточно быстро обнаружилась одна непривычная деталь — Розз не собиралась держать новое «оружие» в ножнах.
Та сидела на краю одной из невысоких крыш, неподалёку от нового укреплённого района, положив винтовку рядом с собой. Отсюда хорошо просматривалось сразу несколько улиц Ругорда, а Мария не сразу поняла: отдыхает девушка или продолжает работу даже сейчас.
— Мичман Цуцуми.
— Старший лейтенант?
— Сегодня утром мне доставили это, — Мария подняла сложенный лист бумаги.
Она подошла ближе и протянула приказ. Кайна прочла всё внимательно, после чего немного задержала взгляд на фамилии нового непосредственного командира.
— Значит, теперь я работаю с вами.
— Если не передумаете в последующие три рабочих дня. У вас есть на это полное право.
Слабая улыбка мелькнула на лице Кайны. Она не стала бы отказываться от предложения — и на то были свои причины.
Мичман призналась, что встречала не так много людей на Тенгейре, кто был бы также добр, как и сама Мария. В какой-то момент стало очевидно, что произошедшее на острове — не только вина Ороферов, но и халатность командования на Идре. Прямых доказательств этому не было — всё-таки не каждый мичман знает, как устроена верхушка, — но чисто интуитивна Кайна ощущала тот же дискомфорт, что сопровождает несправедливые приказы, желание нажиться на людях, страх перед народом и коррупцию. Ей было просто неприятно находиться на этом острове — и поэтому предложение Марии пришлось как нельзя кстати. Даже если не окажется возможности уплыть отсюда, хотя бы останется служить честному, искреннему человеку.
Кайна довольно быстро вписалась в их небольшой коллектив. Её медицинские навыки постоянно оказывались полезны во время патрулей, а винтовка позволяла закрывать то пространство, куда Мария и Гэйл физически не могли дотянуться. Не то чтобы такие ситуации действительно случались, но иногда полезнее было посмотреть в объектив оптики, чем преодолевать кварталы и улицы на своих двоих.
Вместе с тем Кайна давала советы, не стеснялась спорить с Марией и принимать уверенные решения в работе. Она казалась именно опытным солдатом, что почему-то оставался в низком звании. Мичман часто избегала этой темы в разговорах.
** *** **
Сама Мария продолжала пересекаться с Вильгельмой почти ежедневно.
Иногда их взаимодействие сводилось к нескольким подписям и короткому докладу. Иногда они проводили вместе большую часть дня, разбирая патрульные маршруты, данные о задержанных или списки людей, которых можно было привлечь к восстановительным работам. Временами капитан снова утаскивала её на тренировку. Мария давно перестала воспринимать подобные занятия как попытку победить Вильгельму. Скорее наоборот: каждый раз задача заключалась в том, чтобы продержаться немного дольше, заметить чуть больше движений и совершить хотя бы на одну ошибку меньше.
Прогресс был. Медленный, местами болезненный, но очевидный.
И всё же работа рядом с Розз заставляла Марию задумываться о собственном будущем куда сильнее, чем предложение остаться на Тенгейре. Она видела, чем занимается G-Ex-209. Видела людей капитана. Видела саму Вильгельму — её решения, её силу и тот уровень ответственности, который та взваливала на себя практически без жалоб.
«Интересно, каково это — постоянно работать в такой группе?»
** *** **
И даже Промея застала неожиданные перемены.
Когда решение инспекции наконец дошло до «Мрачной Решимости», оно не вызвало у женщины ни облегчения, ни особого беспокойства. Формулировки отличались от тех, к которым она привыкла раньше, но смысл оставался понятным: отныне Промея официально числилась отдельной единицей внутри G-Ex-209, а ответственность за неё перешла к капитану Розз.
«Значит, теперь она»
Когда-то эту роль выполнял Хэйс, до него были другие люди, а теперь место ответственного офицера заняла Вильгельма. Если капитан велела оставаться на корабле — Промея оставалась. Если требовалось выйти на задание — выходила.
Однако достаточно быстро обнаружилась одна непривычная деталь — Розз не собиралась держать новое «оружие» в ножнах.
Тренировки стали регулярными. И впервые за долгое время Промее позволяли использовать собственные навыки без необходимости останавливаться из-за строгого запрета надзирателя. Разумеется, существовали рамки, но против Вильгельмы сама необходимость сдерживаться ощущалась куда слабее.
Чакрам срывался с пальцев, сталкивался с препятствием — и следом помещение или тренировочная площадка оглашались взрывом. Она двигалась следом, не дожидаясь, пока рассеется дым, вновь сокращала дистанцию, уходила из-под ответной атаки. Там, где обычного человека приходилось беречь от взрыва, капитан могла встретить его силу напрямую.
Это было... удобно. Другого слова женщина для себя не находила.
Движения становились увереннее. Исчезала накопившаяся скованность. Даже ошибки, которые раньше оставались незаметными из-за слишком слабых противников, теперь приходилось исправлять. Кишибэ оказался прав в одном — она действительно успела затупиться. И это Промее не понравилось. Поэтому даже вне совместных занятий она начала чаще повторять простейшие движения, проверять состояние чакрамов и возвращать телу ту форму, которую когда-то считала обычной.
С людьми было сложнее. Промея не избегала экипажа, но и не искала компании. Чаще всего её можно было увидеть отдельно от остальных: у борта, возле тренировочной площадки или там, где она не мешала чужой работе. Со временем она, однако, стала замечать одну странность — Фрида Айземанн почему-то стремилась оставаться рядом.
Поначалу Промея просто не реагировала. Потом перестала напрягаться в компании стрелка. Ещё позже обнаружила, что иногда сама остаётся на прежнем месте, даже когда уже могла уйти.
До сих пор её существование было устроено гораздо проще: приказ, цель, исполнение. Мрачная Решимость добавляла в эту формулу ещё одну переменную, какой Промея пока не знала названия.
** *** **
Тенгейр действительно вставал на ноги — именно поэтому приближающийся отъезд «Мрачной Решимости» ощущался странно. Мария знала, что Вильгельма не останется здесь навсегда. G-Ex-209 изначально прибыла для совершенно другой задачи, а оставаться на одном месте не было никакого смысла. Рано или поздно корабль должен был продолжить движение.
Она старалась не думать о том, насколько ей будет непривычно после их отбытия, пока однажды не пришёл приказ явиться к «Мрачной Решимости». И даже не одной — с личным составом. Мария перечитала короткое распоряжение дважды.
Сердце отчего-то забилось чуть быстрее.
Нет, это могло означать что угодно. Новые задачи. Последний инструктаж перед отплытием. Передачу каких-либо обязанностей. Возможно, Вильгельма просто хотела попрощаться со всеми, с кем тесно работала последние недели. Но какая-то маленькая, очень упрямая часть Марии уже успела придумать другой вариант.
— Чего застыла? — голос Гэйл вырвал её из размышлений.
Мария протянула бумагу. Та быстро пробежалась глазами, будто бы и не вчитываясь в каждую строчку, как до этого делала старший лейтенант.
— Могу поздравить, нас забирают с острова.
— Это ведь нигде не написано! — возмутилась Икеда.
— Очевидно же.
— Гэйл, не говори так уверенно. Я теперь тоже буду надеяться!
— А смысл? Ты надеешься с того самого для, когда впервые встретила капитана.
Мария чуть поджала губы, ничего не ответив. Кажется, Гэйл попала точно в цель.
** *** **
В назначенное время они направились к кораблю.
Мария шла впереди. Рядом держались Гэйл и Кайна, остальные подчинённые следовали чуть позади, не создавая особенно большой группы. Икеда старалась выглядеть так, будто это самый обычный служебный вызов, но несколько раз ловила себя на том, что непроизвольно ускоряет шаг.
«Успокойся. Ты даже не знаешь, зачем тебя позвали»
Порт показался впереди вместе с высокими мачтами «Мрачной Решимости». На самом фрегате продолжалась суета, явно намекающая на скорое отплытие экипажа.
Чакрам срывался с пальцев, сталкивался с препятствием — и следом помещение или тренировочная площадка оглашались взрывом. Она двигалась следом, не дожидаясь, пока рассеется дым, вновь сокращала дистанцию, уходила из-под ответной атаки. Там, где обычного человека приходилось беречь от взрыва, капитан могла встретить его силу напрямую.
Это было... удобно. Другого слова женщина для себя не находила.
Движения становились увереннее. Исчезала накопившаяся скованность. Даже ошибки, которые раньше оставались незаметными из-за слишком слабых противников, теперь приходилось исправлять. Кишибэ оказался прав в одном — она действительно успела затупиться. И это Промее не понравилось. Поэтому даже вне совместных занятий она начала чаще повторять простейшие движения, проверять состояние чакрамов и возвращать телу ту форму, которую когда-то считала обычной.
С людьми было сложнее. Промея не избегала экипажа, но и не искала компании. Чаще всего её можно было увидеть отдельно от остальных: у борта, возле тренировочной площадки или там, где она не мешала чужой работе. Со временем она, однако, стала замечать одну странность — Фрида Айземанн почему-то стремилась оставаться рядом.
Поначалу Промея просто не реагировала. Потом перестала напрягаться в компании стрелка. Ещё позже обнаружила, что иногда сама остаётся на прежнем месте, даже когда уже могла уйти.
До сих пор её существование было устроено гораздо проще: приказ, цель, исполнение. Мрачная Решимость добавляла в эту формулу ещё одну переменную, какой Промея пока не знала названия.
** *** **
Тенгейр действительно вставал на ноги — именно поэтому приближающийся отъезд «Мрачной Решимости» ощущался странно. Мария знала, что Вильгельма не останется здесь навсегда. G-Ex-209 изначально прибыла для совершенно другой задачи, а оставаться на одном месте не было никакого смысла. Рано или поздно корабль должен был продолжить движение.
Она старалась не думать о том, насколько ей будет непривычно после их отбытия, пока однажды не пришёл приказ явиться к «Мрачной Решимости». И даже не одной — с личным составом. Мария перечитала короткое распоряжение дважды.
Сердце отчего-то забилось чуть быстрее.
Нет, это могло означать что угодно. Новые задачи. Последний инструктаж перед отплытием. Передачу каких-либо обязанностей. Возможно, Вильгельма просто хотела попрощаться со всеми, с кем тесно работала последние недели. Но какая-то маленькая, очень упрямая часть Марии уже успела придумать другой вариант.
— Чего застыла? — голос Гэйл вырвал её из размышлений.
Мария протянула бумагу. Та быстро пробежалась глазами, будто бы и не вчитываясь в каждую строчку, как до этого делала старший лейтенант.
— Могу поздравить, нас забирают с острова.
— Это ведь нигде не написано! — возмутилась Икеда.
— Очевидно же.
— Гэйл, не говори так уверенно. Я теперь тоже буду надеяться!
— А смысл? Ты надеешься с того самого для, когда впервые встретила капитана.
Мария чуть поджала губы, ничего не ответив. Кажется, Гэйл попала точно в цель.
** *** **
В назначенное время они направились к кораблю.
Мария шла впереди. Рядом держались Гэйл и Кайна, остальные подчинённые следовали чуть позади, не создавая особенно большой группы. Икеда старалась выглядеть так, будто это самый обычный служебный вызов, но несколько раз ловила себя на том, что непроизвольно ускоряет шаг.
«Успокойся. Ты даже не знаешь, зачем тебя позвали»
Порт показался впереди вместе с высокими мачтами «Мрачной Решимости». На самом фрегате продолжалась суета, явно намекающая на скорое отплытие экипажа.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: