[id579566779:bp-36291248_224456|Ish'ilah],
Пока девушка там во всю морально готовилась к тому, чтобы излить душу первому человеку за черт знает сколько лет своей жизни Брейк мог почувствовать нарастающее чувство напряжения. В ожидании серьезного разговора парнишка начал паниковать и чувствовать на себе давление со стороны белобрысой. Не то, чтобы она специально этого добивалась, но когда он наконец не выдержал и все же спросил у неё все ли в порядке, то в ответ не услышал ничего. Она лишь покачала головой, давая ему понять, что все не так как кажеться.
Впрочем, она никоим образом не могла предугадать какой будет реакция полукровки. Особенно после того как он ни проронил ни слова даже после того как фехтовальщица оголила свою спину. Она ждала чего угодно... осуждения, жалости, неловкого молчания или в лучшем случае понимания, но не того, что авалонец расстегнет ей лифчик. Она услышала звук застежек, а потом и почувствовала некоторую свободу в районе груди. Единственная причина почему нижнее белье не съехало вниз были бретельки, которые так же исправно служили для фиксирования женских прелестей на одном месте. Все же опустив футболку вниз она повернула голову в сторону, чтобы хотя бы краем глаза увидеть лицо Баскервили. Сейчас её переполняла масса чувств, но сильнее всего из них выделялся гнев и разочарование. Если бы она не посмотрела в лицо брюнету, то тут же бы вышла из помещения, громко хлопнув дверью, но ей вспомнился их диалог о предательстве и доверии. Забавно, что она вспомнила об этом именно сейчас, когда ей было горько от того что все что она услышала в ответ на свою историю это имитация жужжания протеза. Ну и конечно не последнюю роль сыграло то, что брюнет выглядел скверно. Он тяжело дышал, из лба выступали капельки пота, его рука застыла в воздухе, а взгляд был отведен в сторону. Все в нем говорило о том, что он буквально только что осознал что натворил. Парень был не в себе, но лучше Цукуё от этого не становилось.
Она не нашла в себе сил ответить колкостью на неудачную пародию из уст парня, а на языке крутился один единственный вопрос. "И это все, что ты можешь мне сказать, да?". Один простой вопрос, который она не задаст просто потому что сейчас её спутник попросту не способен её услышать. На её лице буквально на секунду появилась грустная, болезненная улыбка, - Тебе нужен отдых и немного лекарств, - девушка твердила себе, что она в первую очередь врач и прекрасно знает, что сейчас нужно делать и это помогло ей сдержать нахлынувшие чувства. Заведя руки за спину себе под футболку она застегнула лифчик и позаботилась о том, чтобы найти в холодильнике нужный препарат, который мог бы облегчить состояние пациента. Порыскав на полочке она нашла транквилизаторы в виде овальных таблеток, которые девушка и собиралась ему дать. Правда, пришлось еще и бутылочку воды из холодильника достать, а то не каждый способен колеса глотать без жидкости во рту. Открутив крышку банки она высыпала себе на ладонь одну таблетку. Несильно сжав её в руке она позаботилась о том, чтобы закрутить крышку и поставить лекарство на место. Ну а дальше она выудила пол-литровую бутылку с водой с другой полки и позаботилась о том, чтобы Баскервили выпил свое лекарство. Да, она буквально впихнула в него таблетку и поддержала бутылку с водой, чтобы он мог запить, не принимая никаких возражений и не давая ему сделать это самостоятельно. Она не знала когда еще он может утратить связь с реальностью, поэтому в её интересах было как можно скорее стабилизировать его психическое состояние. Правда, ей все еще хотелось как можно скорее сбежать и поскорее остаться наедине со своими мыслями, но это было бы слишком эгоистично. Или нет? У неё ведь все еще был отличный повод уйти. Они ведь закончили диалог, правильно? Успокоительное скоро подействует и Брейк навряд ли сможет хорошо соображать, а значит она может воспользоваться случаем, чтобы пойти к Крокусу. По крайней мере, так она думала, но что-то мешало ей уйти прямо сейчас.
ONE PIECE RP ·
Мыс Гранд-лайн
Её дружеские чувства твердили ей остаться до тех пор пока лекарство не подействует, чтобы авалонец не чувствовал себя еще хуже чем есть сейчас. Расстроился ли бы он, если бы Цукуё просто ушла? Почувствовал бы он себя брошенным? Такие вопросы крутились у неё в голове, но проверять ей не хотелось.
[id156637429:bp-36291248_224459|Виктория],
Авалонец тяжело дышал. Даже просто сидеть на месте было для него до невозможного сложной задачей, его тело то и дело шатало из стороны в сторону с крайне малой погрешностью, от чего казалось, что он дрожит. И это было недалеко от правды, даже шумные вздохи юноши были рванные, словно ему сильно не хватало воздуха. Прекратив жужжать, как какой-то идиот, он постыдно опустил взгляд на руки, все еще слыша это назойливое жужжание мух близ своих ушей.
— И-извини... — Промямлил он, нервно перебирающий дрожащими пальцами воздух. — Я... Хотел просто коснуться метки, но... Когти... — Брейк был сам на себя не похож, паническая атака несла слишком серьезные последствия, коих быть не должно от простого испуга на грани удивления, связанного с внезапной исповедью белесой.
«Да что со мной происходит, черт возьми?» — Подобное чувство растерянности для Баскервили было немыслимо. Он рос в обществе сильной женщины, что не забывала о своем материнском долге вопреки всему. Его не смог сломить ни уклад жизни на Авалоне, ни воля Морганы, вынужденная пойти на мировую, а не добиваться желаемого силой, как она привыкла. И сейчас... После стольких сражений, он наконец-то столкнулся с противником, который нашел, что ему противопоставить. А вот Баскервили его силе противостоять не смог, вынужденный воспользоваться силой со стороны.
В попытках осознать свое положение и хоть как-то укрепить свои позиции в этом разговоре, авалонец из-за всех сил старался обнаружить истоки своего плохого самочувствия. Пылкий разум листал варианты, как студент шпаргалки в поисках нужного ответа посреди экзамена. В основном на ум приходила лишь связь с дьявольским фруктом, хоть за всю свою сознательную жизнь Баскервили и не слышал о подобном от знакомых ему колдунов и друидов.
«Не может же это быть из-за дьявольского фрукта, верно?» — Сомнения понемногу начинали брать вверх над ним. Приняв сидячее положение, он свесил свои ноги с койки на пол, оглядывая пальцы с длинными и острыми ногтями на кончиках. Пока именно ногти, но отчего-то ему казалось, что этот вопрос имел временный характер. — «А может... Из-за того, что я гибрид?»
Пока девушка уверенно шагала по помещению, найдя в нем все необходимое, Брейк, погруженный в собственные раздумья, продолжал сидеть, иногда сводя пальцы обеих рук друг с другом. Со стороны юноша выглядел нестандартно потерянным, что уже говорило о том, что с парнем не все так просто, как могло показаться. Даже его взгляд был несколько иным, казалось что он смотрел не на руки, а сквозь них и того, что было за ними. Словно вглядывался в пустоту. Жужжание нарастало прямо пропорционально мигрени, капля за каплей стачивая крепкость юношеского здравомыслия, но тут на помощь пришла Цукуе. Девушка буквально силой вырвала своего товарища из омута безумия, привлекая внимание к своей персоне.
— А? — Удивившись появлению перед ним белесой, Брейк вздрогнул и поднял голову, всматриваясь в ее лицо испуганным взглядом. С позиции авалонца дальнейшие действия девушки были чересчур резкими, ведь лекарство ему запихали едва-ли не силой, следом вынуждая выудить всю бутылку на пол литра. Логично, что после такого приема лекарств, полукровка закашлялся, прикрывая рот рукой и жмурясь в процессе. — Кха! Я.. Кха!... Мог бы и сам... — Приоткрыв один глаз, брюнет смотрел на белесую, постепенно успокаивая дыхание. Лишь, когда он перестал кашлять, он заметил, что вокруг что-то, да переменилось.
«Жужжание прекратилось?» — Баскервили удивленно вскинул брови, после чего сосредоточил свой взгляд на девушке, продолжающую стоять перед ним без каких-либо слов. Кто в этом виноват? Было бы разумно винить в этом мигрень и временное помешательство, но виноват был все же сам полукровка. Громко вздохнув, он поднялся на ноги, с трудом делая шаг к мечнице.
— Раз уж мы начали этот разговор... — Начал он осторожно, не зная, как по итогу отреагирует его собеседница. — Не расскажешь об этом подробнее? Или хотя бы, почему ты решила начать этот разговор... —
Авалонец тяжело дышал. Даже просто сидеть на месте было для него до невозможного сложной задачей, его тело то и дело шатало из стороны в сторону с крайне малой погрешностью, от чего казалось, что он дрожит. И это было недалеко от правды, даже шумные вздохи юноши были рванные, словно ему сильно не хватало воздуха. Прекратив жужжать, как какой-то идиот, он постыдно опустил взгляд на руки, все еще слыша это назойливое жужжание мух близ своих ушей.
— И-извини... — Промямлил он, нервно перебирающий дрожащими пальцами воздух. — Я... Хотел просто коснуться метки, но... Когти... — Брейк был сам на себя не похож, паническая атака несла слишком серьезные последствия, коих быть не должно от простого испуга на грани удивления, связанного с внезапной исповедью белесой.
«Да что со мной происходит, черт возьми?» — Подобное чувство растерянности для Баскервили было немыслимо. Он рос в обществе сильной женщины, что не забывала о своем материнском долге вопреки всему. Его не смог сломить ни уклад жизни на Авалоне, ни воля Морганы, вынужденная пойти на мировую, а не добиваться желаемого силой, как она привыкла. И сейчас... После стольких сражений, он наконец-то столкнулся с противником, который нашел, что ему противопоставить. А вот Баскервили его силе противостоять не смог, вынужденный воспользоваться силой со стороны.
В попытках осознать свое положение и хоть как-то укрепить свои позиции в этом разговоре, авалонец из-за всех сил старался обнаружить истоки своего плохого самочувствия. Пылкий разум листал варианты, как студент шпаргалки в поисках нужного ответа посреди экзамена. В основном на ум приходила лишь связь с дьявольским фруктом, хоть за всю свою сознательную жизнь Баскервили и не слышал о подобном от знакомых ему колдунов и друидов.
«Не может же это быть из-за дьявольского фрукта, верно?» — Сомнения понемногу начинали брать вверх над ним. Приняв сидячее положение, он свесил свои ноги с койки на пол, оглядывая пальцы с длинными и острыми ногтями на кончиках. Пока именно ногти, но отчего-то ему казалось, что этот вопрос имел временный характер. — «А может... Из-за того, что я гибрид?»
Пока девушка уверенно шагала по помещению, найдя в нем все необходимое, Брейк, погруженный в собственные раздумья, продолжал сидеть, иногда сводя пальцы обеих рук друг с другом. Со стороны юноша выглядел нестандартно потерянным, что уже говорило о том, что с парнем не все так просто, как могло показаться. Даже его взгляд был несколько иным, казалось что он смотрел не на руки, а сквозь них и того, что было за ними. Словно вглядывался в пустоту. Жужжание нарастало прямо пропорционально мигрени, капля за каплей стачивая крепкость юношеского здравомыслия, но тут на помощь пришла Цукуе. Девушка буквально силой вырвала своего товарища из омута безумия, привлекая внимание к своей персоне.
— А? — Удивившись появлению перед ним белесой, Брейк вздрогнул и поднял голову, всматриваясь в ее лицо испуганным взглядом. С позиции авалонца дальнейшие действия девушки были чересчур резкими, ведь лекарство ему запихали едва-ли не силой, следом вынуждая выудить всю бутылку на пол литра. Логично, что после такого приема лекарств, полукровка закашлялся, прикрывая рот рукой и жмурясь в процессе. — Кха! Я.. Кха!... Мог бы и сам... — Приоткрыв один глаз, брюнет смотрел на белесую, постепенно успокаивая дыхание. Лишь, когда он перестал кашлять, он заметил, что вокруг что-то, да переменилось.
«Жужжание прекратилось?» — Баскервили удивленно вскинул брови, после чего сосредоточил свой взгляд на девушке, продолжающую стоять перед ним без каких-либо слов. Кто в этом виноват? Было бы разумно винить в этом мигрень и временное помешательство, но виноват был все же сам полукровка. Громко вздохнув, он поднялся на ноги, с трудом делая шаг к мечнице.
— Раз уж мы начали этот разговор... — Начал он осторожно, не зная, как по итогу отреагирует его собеседница. — Не расскажешь об этом подробнее? Или хотя бы, почему ты решила начать этот разговор... —
[id579566779:bp-36291248_224464|Ish'ilah],
Возможно, она была слишком груба, когда решила "помочь" парню с приемом лекарств, но её тоже можно было понять. Она же работала в лазаретах и время от времени видела людей, которые медленно, но верно сходили с ума. Такие люди не редко отказывались от приема лекарств, отбрасывая их в сторону или и вовсе делая все возможное, чтобы их не пичкали чем-то подобным. Голоса в голове могли твердить им, что медики плохие и кормят их какой-то дрянью и это было бы самое безобидное, что они могли бы себе внушить. Были и более запущенные случаи, которые не ограничивались отказом от лекарств и нападали на других людей. Впрочем, пока что Баскервили не делал ничего такого, но то что с ним происходило все больше напоминало ей приступ.
Откашлявшись парень переменился в лице, будто бы почувствовал, что лекарство начало действовать и все бы ничего, если бы он не попытался встать с такими-то ранами. Недовольно фыркнув она тоже сделала шаг навстречу этому оболтусу. Одну руку она положила ему на грудь, а вторую на спину и все для того, чтобы усадить это горе луковое обратно на кровать. Сколько еще он будет игнорировать постельный режим и раз за разом вставать на ноги, когда ему нельзя этого делать? Сколько еще он будет заставлять её волноваться и делать вещи на которые она просто не сможет злиться? Своими действиями он лишает её всяких защитных механизмов и вынуждает быть самым понимающим спутником.
Сев на край кушетки рядом с ним, чтобы избежать очередного акта самопожертвования с его стороны она убрала руки и сложила их в замок. Поставив их на свои ноги она с усилием сжала их, чтобы немного успокоится, - Подробнее, да? - переспросила она, перебирая возможные варианты того с чего бы начать. По её мнению ответить на второй вопрос было даже сложнее чем на первый, но в этот раз ей не нужно было столько времени, чтобы это сделать, - На самом деле, тут и рассказывать то нечего... Работорговля это обычное дело, но мне было бы легче это принять, если бы не тот факт, что родители и были теми кто обменял мою жизнь на деньги. - последовала небольшая пауза и тяжелый вздох, - Кажеться, тогда я была совсем ребенком и не помню всего, что со мной тогда происходило, но ничто не сравниться с той болью, которую ты испытываешь, когда на тебе выжигают эту метку. - она опустила голову, замявшись, а потом продолжила, - Ну а ошейник нужен для того, чтобы рабы не сбежали. Как видишь, на моей шее не красуется эта приблуда. Во многом это потому что мой бывший хозяин даровал мне свободу, но свободна я лишь номинально. - ей казалось, что до тех пор пока на её спине красуется эта метка не видать ей покоя и отчасти это и правда было так. Прошлое продолжает преследовать её даже несмотря на то, что она уже давно не та маленькая девочка, которая не может ничего противопоставить этому жестокому миру.
Возможно, она была слишком груба, когда решила "помочь" парню с приемом лекарств, но её тоже можно было понять. Она же работала в лазаретах и время от времени видела людей, которые медленно, но верно сходили с ума. Такие люди не редко отказывались от приема лекарств, отбрасывая их в сторону или и вовсе делая все возможное, чтобы их не пичкали чем-то подобным. Голоса в голове могли твердить им, что медики плохие и кормят их какой-то дрянью и это было бы самое безобидное, что они могли бы себе внушить. Были и более запущенные случаи, которые не ограничивались отказом от лекарств и нападали на других людей. Впрочем, пока что Баскервили не делал ничего такого, но то что с ним происходило все больше напоминало ей приступ.
Откашлявшись парень переменился в лице, будто бы почувствовал, что лекарство начало действовать и все бы ничего, если бы он не попытался встать с такими-то ранами. Недовольно фыркнув она тоже сделала шаг навстречу этому оболтусу. Одну руку она положила ему на грудь, а вторую на спину и все для того, чтобы усадить это горе луковое обратно на кровать. Сколько еще он будет игнорировать постельный режим и раз за разом вставать на ноги, когда ему нельзя этого делать? Сколько еще он будет заставлять её волноваться и делать вещи на которые она просто не сможет злиться? Своими действиями он лишает её всяких защитных механизмов и вынуждает быть самым понимающим спутником.
Сев на край кушетки рядом с ним, чтобы избежать очередного акта самопожертвования с его стороны она убрала руки и сложила их в замок. Поставив их на свои ноги она с усилием сжала их, чтобы немного успокоится, - Подробнее, да? - переспросила она, перебирая возможные варианты того с чего бы начать. По её мнению ответить на второй вопрос было даже сложнее чем на первый, но в этот раз ей не нужно было столько времени, чтобы это сделать, - На самом деле, тут и рассказывать то нечего... Работорговля это обычное дело, но мне было бы легче это принять, если бы не тот факт, что родители и были теми кто обменял мою жизнь на деньги. - последовала небольшая пауза и тяжелый вздох, - Кажеться, тогда я была совсем ребенком и не помню всего, что со мной тогда происходило, но ничто не сравниться с той болью, которую ты испытываешь, когда на тебе выжигают эту метку. - она опустила голову, замявшись, а потом продолжила, - Ну а ошейник нужен для того, чтобы рабы не сбежали. Как видишь, на моей шее не красуется эта приблуда. Во многом это потому что мой бывший хозяин даровал мне свободу, но свободна я лишь номинально. - ей казалось, что до тех пор пока на её спине красуется эта метка не видать ей покоя и отчасти это и правда было так. Прошлое продолжает преследовать её даже несмотря на то, что она уже давно не та маленькая девочка, которая не может ничего противопоставить этому жестокому миру.
[id156637429:bp-36291248_224486|Виктория],
Попытку подняться на ноги жестоко пресекли, девушка сейчас явно не планировала церемонится с своим капитаном, на что указывало едва-ли не все: от приема лекарств, до удерживания его на кровати, хотя бы в сидящем положении. Удерживать его сейчас было достаточно просто, тело было слабым и с трудом выдерживало хоть какого-то внешнего воздействия. В ином другом случае, Брейк бы в ответ отшутился бы в двусмысленном плане, спрашивая снять ли ему с себя одежду самостоятельно для удобства девушки, но не стал. Было бы слишком глупо даже начинать разговор об этом посреди их беседы.
«Да, положение не из приятных.» — Брейку всегда было непонятно, как себя чувствуют слабые люди в присутствии тех кто имеет силу и не боится ею пользоваться. Как оказалось, крайне паршиво. И ведь, если бы девушка молча ушла, громко хлопнув дверью, он бы даже в таком состоянии побежал за ней, чтобы объяснится, правда не факт, что после этого, она не стала бы чувствовать себя еще хуже. Когда она села, он краем глаза заметил, как она переживает и как ей трудно говорить об этом. Когда-же она нашла в себе силы рассказать о том, что ее тревожит и гнетет в сердце, он молча прикрыл глаза, не выражая внешне ни единой эмоции за исключением пальцев: те стиснулись в кулак, а на руке вздулись вены. Гнев и ярость понемногу переполняли его сердце, и сила фрукта отозвалась на его зов, от чего кожа потемнела и с ее поверхности начали стекать капли, пахнущие хвоей. Это был порыв, импульс. Выдохнув, Баскервили смог его подавить, разжимая руку и поглощая созданную смолу обратно в руку, контролировать силу становилось проще.
— Да уж. — Сказал Баскервили, сложив руки на коленях и начиная перебирать пальцами воздух. — Собственного ребенка... У меня, конечно, тоже есть семейные проблемы, но... — На мгновение брюнет замялся, понимая, что его слова особо не помогут побороть эту боль, идущую сквозь время. Это предательство девушка запомнит на всю жизнь, как бы он не старался. Усмехнувшись, он издал легкий смешок, проскользнувший сквозь его плотно сжатые губы. — Не думаю, что тебе будет интересен мой рассказ. Но если захочешь, я расскажу тебе об этом. Как-нибудь потом. —
«Не стоит ворошить прошлое, особенно сейчас.» — Брюнет решил все же подняться на ноги, вопреки всем уговорам и действиям девушки. Он выставил перед собой руки, согнутые в локтях, образуя ими полумесяц. Руки покрылись потеками смолы, при выпрямлении вытягиваясь вперед по инерции и образуя собой два костыля, в следующую секунду фиксируя форму янтаризацией. Пока-что, форма была далека до идеала. Неровная, с явными выпуклостями, но свою функцию они выполняли на ура.
— Думаю, не стоит заставлять моего спасителя ждать больше необходимого, верно? — Скрывая свое переживания за привычно доброй улыбкой, Брейк, не без помощи костылей, направился на выход. Крокус ждал их, а значит им следовало бы не злоупотреблять его гостеприимством.
Попытку подняться на ноги жестоко пресекли, девушка сейчас явно не планировала церемонится с своим капитаном, на что указывало едва-ли не все: от приема лекарств, до удерживания его на кровати, хотя бы в сидящем положении. Удерживать его сейчас было достаточно просто, тело было слабым и с трудом выдерживало хоть какого-то внешнего воздействия. В ином другом случае, Брейк бы в ответ отшутился бы в двусмысленном плане, спрашивая снять ли ему с себя одежду самостоятельно для удобства девушки, но не стал. Было бы слишком глупо даже начинать разговор об этом посреди их беседы.
«Да, положение не из приятных.» — Брейку всегда было непонятно, как себя чувствуют слабые люди в присутствии тех кто имеет силу и не боится ею пользоваться. Как оказалось, крайне паршиво. И ведь, если бы девушка молча ушла, громко хлопнув дверью, он бы даже в таком состоянии побежал за ней, чтобы объяснится, правда не факт, что после этого, она не стала бы чувствовать себя еще хуже. Когда она села, он краем глаза заметил, как она переживает и как ей трудно говорить об этом. Когда-же она нашла в себе силы рассказать о том, что ее тревожит и гнетет в сердце, он молча прикрыл глаза, не выражая внешне ни единой эмоции за исключением пальцев: те стиснулись в кулак, а на руке вздулись вены. Гнев и ярость понемногу переполняли его сердце, и сила фрукта отозвалась на его зов, от чего кожа потемнела и с ее поверхности начали стекать капли, пахнущие хвоей. Это был порыв, импульс. Выдохнув, Баскервили смог его подавить, разжимая руку и поглощая созданную смолу обратно в руку, контролировать силу становилось проще.
— Да уж. — Сказал Баскервили, сложив руки на коленях и начиная перебирать пальцами воздух. — Собственного ребенка... У меня, конечно, тоже есть семейные проблемы, но... — На мгновение брюнет замялся, понимая, что его слова особо не помогут побороть эту боль, идущую сквозь время. Это предательство девушка запомнит на всю жизнь, как бы он не старался. Усмехнувшись, он издал легкий смешок, проскользнувший сквозь его плотно сжатые губы. — Не думаю, что тебе будет интересен мой рассказ. Но если захочешь, я расскажу тебе об этом. Как-нибудь потом. —
«Не стоит ворошить прошлое, особенно сейчас.» — Брюнет решил все же подняться на ноги, вопреки всем уговорам и действиям девушки. Он выставил перед собой руки, согнутые в локтях, образуя ими полумесяц. Руки покрылись потеками смолы, при выпрямлении вытягиваясь вперед по инерции и образуя собой два костыля, в следующую секунду фиксируя форму янтаризацией. Пока-что, форма была далека до идеала. Неровная, с явными выпуклостями, но свою функцию они выполняли на ура.
— Думаю, не стоит заставлять моего спасителя ждать больше необходимого, верно? — Скрывая свое переживания за привычно доброй улыбкой, Брейк, не без помощи костылей, направился на выход. Крокус ждал их, а значит им следовало бы не злоупотреблять его гостеприимством.
[id579566779:bp-36291248_224602|Ish'ilah],
Смотреть на своего собеседника девушка не решалась, а потому предпочла смотреть на свои руки, изредка переводя взгляд с них на пол. В независимости от того, что бы сказал Баскервили это бы не изменило ровным счетом ничего просто потому что прошлого уже не изменить. Да и что бы он мог сказать? Пожалеть её, разозлиться на людей, которые посмели так поступить со своей плотью и кровью или похлопать её по плечу и сказать что все будет нормально? Пожалуй, ничего из этого не смогло бы помочь ей почувствовать себя лучше. Парень и сам это понимал, поэтому решил зайти с другой стороны, предложив рассказать немного о себе, но оставив это на следующий раз.
- Ну... это уже мне решать. Будет мне интересно или нет, но на сегодня и правда хватит грустных разговоров, а то я опять начинаю хотеть утопить все свои эмоции в алкоголе, - что ж, её спутнику вполне успешно удалось перенаправить их диалог в другое русло и она не стала зацикливаться на этом, чтобы ничего не испортить. Ныть какая она бедная и несчастная было явно не в её стиле. Да и будем честны, не каждому встречному поперечному девушка рассказывал о своем прошлом. Так что Брейк мог гордиться тем, что ему довелось это услышать. Хотя, на самом деле, она не была уверена в том как именно будут развиваться их отношения дальше. Уже можно шутить, что Цукуё тут поработала над доверием и заслужила похвалу или еще нет?
А дальше, кое-кто у кого, очевидно, шило в заднице, предпринял еще одну попытку подняться на ноги, но в этот раз не был остановлен врачом. Во многом это потому что когда она обратила на это внимание он начал истекать черной жижей, которая быстро затвердевала. Соорудив себе некое подобие костылей он как ни в чем не бывало бросил фразу о том, что их так, вообще-то ждут. И тут уж Сарутоби не сразу определилась спросить сперва "какого хрена происходит", возмутиться тому, что брюнет опять поднялся с кровати или же сохранить невозмутимый вид и сказать лишь то, что пойти туда собиралась она одна. Поднявшись с кровати белобрысая последовала за раненным товарищем.
- Ммм? То есть ты не считаешь необходимым объяснится? Нет, я конечно видела что с твоим телом творилось что-то странное, но когда ты успел стать "этим"? - уж извините, но её такой расклад не устраивал. Да и ответ из разряда "Нет времени объяснять, я теперь человек-смола" возымеет противоположный эффект и она начнет неистово пилить своего капитана в попытках узнать все что покажеться ей интересным. Впрочем, от праведного гнева парнишку спасло только то, что стоило им выйти за порог маяка как это не осталось незамеченным.
= А вот и вы, - старичек обратил на них свое внимание, но подходить не стал, = Долго же вас ждать пришлось, но ничего, - смотритель маяка принялся шуршать по карманам и вскоре выудил оттуда лог-пос, который протянул своему пациенту, = Твои перчатки видали и лучшие времена, а вот по этому логу вы найдете остров с кузнецами, - это и была та самая вещь, которую Крокус хотел вручить этой парочке. Эдакий маленький подарочек без которого они не смогли бы продолжить свое путешествие.
= Одежду я тебе, конечно, дать не могу, но я и так уже много вам дал. Так что раз уж ты уже в состоянии ходить, то вам уже пора, - он конечно, не собирался их выгонять, но раз уж такое дело, то и причин оставаться в его обители у них больше не было.
- Спасибо большое за все что Вы сделали для меня и моего друга, - пожалуй, это единственное, что девушка хотела сказать напоследок. Ей бы хотелось еще поговорить с этим человеком и возможно поучиться у него медицине, но это было бы уже наглостью.
Смотреть на своего собеседника девушка не решалась, а потому предпочла смотреть на свои руки, изредка переводя взгляд с них на пол. В независимости от того, что бы сказал Баскервили это бы не изменило ровным счетом ничего просто потому что прошлого уже не изменить. Да и что бы он мог сказать? Пожалеть её, разозлиться на людей, которые посмели так поступить со своей плотью и кровью или похлопать её по плечу и сказать что все будет нормально? Пожалуй, ничего из этого не смогло бы помочь ей почувствовать себя лучше. Парень и сам это понимал, поэтому решил зайти с другой стороны, предложив рассказать немного о себе, но оставив это на следующий раз.
- Ну... это уже мне решать. Будет мне интересно или нет, но на сегодня и правда хватит грустных разговоров, а то я опять начинаю хотеть утопить все свои эмоции в алкоголе, - что ж, её спутнику вполне успешно удалось перенаправить их диалог в другое русло и она не стала зацикливаться на этом, чтобы ничего не испортить. Ныть какая она бедная и несчастная было явно не в её стиле. Да и будем честны, не каждому встречному поперечному девушка рассказывал о своем прошлом. Так что Брейк мог гордиться тем, что ему довелось это услышать. Хотя, на самом деле, она не была уверена в том как именно будут развиваться их отношения дальше. Уже можно шутить, что Цукуё тут поработала над доверием и заслужила похвалу или еще нет?
А дальше, кое-кто у кого, очевидно, шило в заднице, предпринял еще одну попытку подняться на ноги, но в этот раз не был остановлен врачом. Во многом это потому что когда она обратила на это внимание он начал истекать черной жижей, которая быстро затвердевала. Соорудив себе некое подобие костылей он как ни в чем не бывало бросил фразу о том, что их так, вообще-то ждут. И тут уж Сарутоби не сразу определилась спросить сперва "какого хрена происходит", возмутиться тому, что брюнет опять поднялся с кровати или же сохранить невозмутимый вид и сказать лишь то, что пойти туда собиралась она одна. Поднявшись с кровати белобрысая последовала за раненным товарищем.
- Ммм? То есть ты не считаешь необходимым объяснится? Нет, я конечно видела что с твоим телом творилось что-то странное, но когда ты успел стать "этим"? - уж извините, но её такой расклад не устраивал. Да и ответ из разряда "Нет времени объяснять, я теперь человек-смола" возымеет противоположный эффект и она начнет неистово пилить своего капитана в попытках узнать все что покажеться ей интересным. Впрочем, от праведного гнева парнишку спасло только то, что стоило им выйти за порог маяка как это не осталось незамеченным.
= А вот и вы, - старичек обратил на них свое внимание, но подходить не стал, = Долго же вас ждать пришлось, но ничего, - смотритель маяка принялся шуршать по карманам и вскоре выудил оттуда лог-пос, который протянул своему пациенту, = Твои перчатки видали и лучшие времена, а вот по этому логу вы найдете остров с кузнецами, - это и была та самая вещь, которую Крокус хотел вручить этой парочке. Эдакий маленький подарочек без которого они не смогли бы продолжить свое путешествие.
= Одежду я тебе, конечно, дать не могу, но я и так уже много вам дал. Так что раз уж ты уже в состоянии ходить, то вам уже пора, - он конечно, не собирался их выгонять, но раз уж такое дело, то и причин оставаться в его обители у них больше не было.
- Спасибо большое за все что Вы сделали для меня и моего друга, - пожалуй, это единственное, что девушка хотела сказать напоследок. Ей бы хотелось еще поговорить с этим человеком и возможно поучиться у него медицине, но это было бы уже наглостью.
[id156637429:bp-36291248_224631|Виктория],
Разговор с девушкой был закончен на более-менее приятной ноте. Единственно, белесая воспротивилась мнению Баскервили, что его рассказ будет ей не интересен. К сожалению, сам Брейк так не считал и все еще уверял себя в том, что его история - последняя, которую услышат его спутницы. Уже на выходе из маяка, полукровка осознал, что в ходе разговора потерял очень важную деталь, о том, что Цукуе все-таки была пьяной и ему вовсе не показалось. Он хотел было задать прямой вопрос с поучительным тоном и указанием на то, что пить это плохо и вообще вредно для здоровья, как она вообще могла даже подумать о том, чтобы напиться, она же не только девушка, но и врач к тому же, у сука. Но белесая обгоняя скорость света, контр-атаковала его задолго до того, как он успел произнести хотя бы слог своего недовольства. Вопрос о дьявольском фрукте вызвал у него ровно никакую реакцию. Он с вопросом посмотрел на свои костыли и руки, продетые в них и, пожав плечами ответил не меняясь в своем невозмутимом лице, возвращая взгляд на девушку.
— А, да я просто съел дьявольский фрукт во время боя с тем парнем, только благодаря ему и выжил. — После сделанного, его мало волновало сказанное и он неспешным шагом вернулся на свой путь истинный - наружу. На улице их встретил тот самый врач, который буквально вернул Брейка с того света, он протянул ему лог-пос, который Брейк с трудом, но принял в руку. С трудом лишь потому что, ему пришлось тянутся, а на костылях с непривычки это было чертовски неудобно.
— Спасибо, конечно, но... — Тут в разговор вмешалась Цукуе, а Брейк продолжил непонимающе смотреть на лог-пос, вращая его в руках и изредка поднимая против солнца, чтобы проверить его. Закончились эти игры для него едва-ли не разбитием самого инструмента, пока девушка общалась с Крокусом. В последний момент поймав уроненный инструмент навигации, Баскервили решил надеть его на руку, чтобы уж точно не сломать. Хотя, что-то ему подсказывало, что если он будет так носить его, то в конечном счете разобьет во время одной из драк. — ...Я же разобью его. —
Последние слова, он печально пробурчал себе под нос, после чего вновь сомкнул пальцы на янтарных креплениях костылей, чтобы в дальнейшем направится в сторону города. Ему было интересно, что же такого может его ждать в деревне на мысе. Новые приключения? Старые враги? А может и вовсе те с кем он раньше делали ложе? Одним словом, приключения на свою жопу авалонец найдет обязательно. Хромая, он продолжал ковылять до деревни, питая надежды, что за ним идет Цукуе. Ну, или хотя бы просто идет, а не оставила его одного, чтобы поучится у Крокуса врачебной магии.
— Я тут подумал... Раз уж мы здесь, может купим новый корабль? Мебель к нему, разложим все по полочкам... Кровать купим нормальную. А то от всех этих перекладин и прочего у меня спина болит. — Он всячески пытался завязать диалог, расписать план дальнейших действий, но все было тщетно. При любой попытке его останавливало легкое гнетущие чувство, не покидающее его даже после приема лекарств. Оно беспокоило колдуна, не давая думать о чем-то ином. Будет ли это проблемой? Баскервили не желал загадывать наперед в этом вопросе. Ясно было лишь одно - ему с этим требовалось разобраться и как можно скорее. А еще лучше найти Джеки, чтобы выпустить лишний накопленный стресс. Раньше с этим проблем не было, но лишь благодаря своевременному расслаблению.
Разговор с девушкой был закончен на более-менее приятной ноте. Единственно, белесая воспротивилась мнению Баскервили, что его рассказ будет ей не интересен. К сожалению, сам Брейк так не считал и все еще уверял себя в том, что его история - последняя, которую услышат его спутницы. Уже на выходе из маяка, полукровка осознал, что в ходе разговора потерял очень важную деталь, о том, что Цукуе все-таки была пьяной и ему вовсе не показалось. Он хотел было задать прямой вопрос с поучительным тоном и указанием на то, что пить это плохо и вообще вредно для здоровья, как она вообще могла даже подумать о том, чтобы напиться, она же не только девушка, но и врач к тому же, у сука. Но белесая обгоняя скорость света, контр-атаковала его задолго до того, как он успел произнести хотя бы слог своего недовольства. Вопрос о дьявольском фрукте вызвал у него ровно никакую реакцию. Он с вопросом посмотрел на свои костыли и руки, продетые в них и, пожав плечами ответил не меняясь в своем невозмутимом лице, возвращая взгляд на девушку.
— А, да я просто съел дьявольский фрукт во время боя с тем парнем, только благодаря ему и выжил. — После сделанного, его мало волновало сказанное и он неспешным шагом вернулся на свой путь истинный - наружу. На улице их встретил тот самый врач, который буквально вернул Брейка с того света, он протянул ему лог-пос, который Брейк с трудом, но принял в руку. С трудом лишь потому что, ему пришлось тянутся, а на костылях с непривычки это было чертовски неудобно.
— Спасибо, конечно, но... — Тут в разговор вмешалась Цукуе, а Брейк продолжил непонимающе смотреть на лог-пос, вращая его в руках и изредка поднимая против солнца, чтобы проверить его. Закончились эти игры для него едва-ли не разбитием самого инструмента, пока девушка общалась с Крокусом. В последний момент поймав уроненный инструмент навигации, Баскервили решил надеть его на руку, чтобы уж точно не сломать. Хотя, что-то ему подсказывало, что если он будет так носить его, то в конечном счете разобьет во время одной из драк. — ...Я же разобью его. —
Последние слова, он печально пробурчал себе под нос, после чего вновь сомкнул пальцы на янтарных креплениях костылей, чтобы в дальнейшем направится в сторону города. Ему было интересно, что же такого может его ждать в деревне на мысе. Новые приключения? Старые враги? А может и вовсе те с кем он раньше делали ложе? Одним словом, приключения на свою жопу авалонец найдет обязательно. Хромая, он продолжал ковылять до деревни, питая надежды, что за ним идет Цукуе. Ну, или хотя бы просто идет, а не оставила его одного, чтобы поучится у Крокуса врачебной магии.
— Я тут подумал... Раз уж мы здесь, может купим новый корабль? Мебель к нему, разложим все по полочкам... Кровать купим нормальную. А то от всех этих перекладин и прочего у меня спина болит. — Он всячески пытался завязать диалог, расписать план дальнейших действий, но все было тщетно. При любой попытке его останавливало легкое гнетущие чувство, не покидающее его даже после приема лекарств. Оно беспокоило колдуна, не давая думать о чем-то ином. Будет ли это проблемой? Баскервили не желал загадывать наперед в этом вопросе. Ясно было лишь одно - ему с этим требовалось разобраться и как можно скорее. А еще лучше найти Джеки, чтобы выпустить лишний накопленный стресс. Раньше с этим проблем не было, но лишь благодаря своевременному расслаблению.
[id579566779:bp-36291248_224636|Ish'ilah],
Девушку одновременно злило и удивляло с какой легкостью и невозмутимостью её спутник донес до неё информацию о том, что он теперь обладает силой дьявольского фрукта и если бы не наличие Крокуса рядом, то слушал бы он от неё такое количество нотаций, что ему наверняка захотелось бы либо сбежать, либо заткнуть её поцелуем. Ибо другие способы не возымели бы должного эффекта.
Пока Цукуё там выражала свою глубокую благодарность за спасение жизни своего товарища этот самый товарисч игрался с лог-посом и чуть не разбил его. Чудом словив его до того как произошло что-то страшное ему удалось избежать головной боли в виде рукоприкладства от тети доктора. В любой другой ситуации она бы, конечно, посмеялась над этим, но тут им его дали за красивые глаза. Да и вообще, если бы он разбил его на глазах у Крокуса, то это была бы просто катастрофа. Но раз ничего такого не произошло, то ладно.
- Навигатор тут ты и тебе эта штука нужнее, но если так беспокоишься о его сохранности, то я могу взять его к себе на время, - поклонившись старичку перед уходом она нагнала Баскервили, который уже успел отойти на пару метров. И откуда у него только беруться силы на все это?
- Хмпф, говоришь так будто у нас уже был корабль и мы просто купим ему замену, - фыркнула она, вспоминая что все это время они путешествовали на случайных кораблях, который принадлежали преимущественно торговцам, - Но знаешь, эта затея мне по нраву. Я бы обустроила себе лазарет и комнату. А еще я бы завела себе какого-нибудь питомца. - она сделала небольшое лирическое отступление, делая вид, что всерьез задумалась о том кого бы ей хотелось видеть своим питомцем, - Например, змею. Только представь... если бы она была ядовитой, я могла бы сцеживать яд. Интересно, можно ли при малой его концентрации создавать лекарства? Или мне придется довольствоваться только тем как большая страшная змейка целиком проглатывает свою добычу? - от таких рассуждений невольно задумаешься как так получилось, что безобидная с виду девушка имеет такие помыслы. Цукуё не казалось, что это какие-то её загоны, но вот беспокоиться о том, что её занесло куда-то не туда она все же начала. - Ой-ёй. Это было лишнее уже, да?
Девушку одновременно злило и удивляло с какой легкостью и невозмутимостью её спутник донес до неё информацию о том, что он теперь обладает силой дьявольского фрукта и если бы не наличие Крокуса рядом, то слушал бы он от неё такое количество нотаций, что ему наверняка захотелось бы либо сбежать, либо заткнуть её поцелуем. Ибо другие способы не возымели бы должного эффекта.
Пока Цукуё там выражала свою глубокую благодарность за спасение жизни своего товарища этот самый товарисч игрался с лог-посом и чуть не разбил его. Чудом словив его до того как произошло что-то страшное ему удалось избежать головной боли в виде рукоприкладства от тети доктора. В любой другой ситуации она бы, конечно, посмеялась над этим, но тут им его дали за красивые глаза. Да и вообще, если бы он разбил его на глазах у Крокуса, то это была бы просто катастрофа. Но раз ничего такого не произошло, то ладно.
- Навигатор тут ты и тебе эта штука нужнее, но если так беспокоишься о его сохранности, то я могу взять его к себе на время, - поклонившись старичку перед уходом она нагнала Баскервили, который уже успел отойти на пару метров. И откуда у него только беруться силы на все это?
- Хмпф, говоришь так будто у нас уже был корабль и мы просто купим ему замену, - фыркнула она, вспоминая что все это время они путешествовали на случайных кораблях, который принадлежали преимущественно торговцам, - Но знаешь, эта затея мне по нраву. Я бы обустроила себе лазарет и комнату. А еще я бы завела себе какого-нибудь питомца. - она сделала небольшое лирическое отступление, делая вид, что всерьез задумалась о том кого бы ей хотелось видеть своим питомцем, - Например, змею. Только представь... если бы она была ядовитой, я могла бы сцеживать яд. Интересно, можно ли при малой его концентрации создавать лекарства? Или мне придется довольствоваться только тем как большая страшная змейка целиком проглатывает свою добычу? - от таких рассуждений невольно задумаешься как так получилось, что безобидная с виду девушка имеет такие помыслы. Цукуё не казалось, что это какие-то её загоны, но вот беспокоиться о том, что её занесло куда-то не туда она все же начала. - Ой-ёй. Это было лишнее уже, да?
[id156637429:bp-36291248_224637|Виктория],
Цукуе была права, эта штука очень важна для навигации по Гранд Лайну, разбить такую - смерти подобно для любого человека посреди этого коварного моря. И поначалу, передать его девушка было чертовски хорошей идеей. Слишком хорошей идеей, чтобы Брейк прислушался к ней, поскольку в его планах было сделать специальную выемку на перчатки под Лог-Пос. Чтобы броня решеточная броня закрывала шарик Лога от любой напасти. Ну, а пока их нет, оставался лишь один вариант.
— Думаю, будет проще, если я буду передавать его тебе перед тем, как решу начинать с кем-то драку. — Произнеся такую вот идею касательно лог-поповской эстафеты, юноша продолжил идти вперед, слушая мысли Цукуе относительно их будущей покупки. Возмущение девушки насчет корабля, казалось бы, было проигнорировано, но на деле Брейк просто выжидал нужного момента, чтобы вновь показать девушке, что Баскервили однажды - Баскервили навсегда. Стоило ей завести разговор о питомце, как юноша сделал упор на один из двух костылей, разворачиваясь на нем вокруг своей оси таким образом, чтобы смотреть девушке в лицо максимально близко. Завлекающее заулыбавшись, он спросил ее.
— А что, я недостаточно хорош на эту роль? — Хитро сощурив глаза, он вновь вернулся к заданному направлению, развернувшись таким же образом, каким и повернулся ранее. Конечно, он говорил об этом, рассчитывая на роль котика, но никак не змеи. — Змея долго на корабле не продержится. Во-первых, любой из зимних островов погрузит ее в летаргический сон, во-вторых, я ее съем. —
Честно ответил юноша, продолжая хромать в направлении деревни. И деревня скоро наконец-то показалась, юноша был первым кто шагнул на территорию деревянных домов. Девушка шла за ним следом, но он не особо задумывался об этом, вряд ли отстать от него вообще представляло возможным в его состоянии сейчас.
— Ты тут была раньше, не знаешь где можно снять комнату? — Вопрос был, как нельзя актуален. Сейчас юноша не находился в тех условиях, в которых он способен игнорировать тягу к дневному сну, а учитывая его физическое состояние, моментальное падение лицом о землю было обеспечено. Не то, чтобы он грозился таким образом ушибиться, в его случае максимум - черная, липкая лужа с последующим собиранием себя по частям. — Ну, или хотя бы заказать корабль, чтобы выспаться в собственной каюте... —
Цукуе была права, эта штука очень важна для навигации по Гранд Лайну, разбить такую - смерти подобно для любого человека посреди этого коварного моря. И поначалу, передать его девушка было чертовски хорошей идеей. Слишком хорошей идеей, чтобы Брейк прислушался к ней, поскольку в его планах было сделать специальную выемку на перчатки под Лог-Пос. Чтобы броня решеточная броня закрывала шарик Лога от любой напасти. Ну, а пока их нет, оставался лишь один вариант.
— Думаю, будет проще, если я буду передавать его тебе перед тем, как решу начинать с кем-то драку. — Произнеся такую вот идею касательно лог-поповской эстафеты, юноша продолжил идти вперед, слушая мысли Цукуе относительно их будущей покупки. Возмущение девушки насчет корабля, казалось бы, было проигнорировано, но на деле Брейк просто выжидал нужного момента, чтобы вновь показать девушке, что Баскервили однажды - Баскервили навсегда. Стоило ей завести разговор о питомце, как юноша сделал упор на один из двух костылей, разворачиваясь на нем вокруг своей оси таким образом, чтобы смотреть девушке в лицо максимально близко. Завлекающее заулыбавшись, он спросил ее.
— А что, я недостаточно хорош на эту роль? — Хитро сощурив глаза, он вновь вернулся к заданному направлению, развернувшись таким же образом, каким и повернулся ранее. Конечно, он говорил об этом, рассчитывая на роль котика, но никак не змеи. — Змея долго на корабле не продержится. Во-первых, любой из зимних островов погрузит ее в летаргический сон, во-вторых, я ее съем. —
Честно ответил юноша, продолжая хромать в направлении деревни. И деревня скоро наконец-то показалась, юноша был первым кто шагнул на территорию деревянных домов. Девушка шла за ним следом, но он не особо задумывался об этом, вряд ли отстать от него вообще представляло возможным в его состоянии сейчас.
— Ты тут была раньше, не знаешь где можно снять комнату? — Вопрос был, как нельзя актуален. Сейчас юноша не находился в тех условиях, в которых он способен игнорировать тягу к дневному сну, а учитывая его физическое состояние, моментальное падение лицом о землю было обеспечено. Не то, чтобы он грозился таким образом ушибиться, в его случае максимум - черная, липкая лужа с последующим собиранием себя по частям. — Ну, или хотя бы заказать корабль, чтобы выспаться в собственной каюте... —
[id579566779:bp-36291248_224638|Ish'ilah],
- Тебе не кажеться, что тогда мне придется не отходить от тебя больше чем на пять метров? - почему нельзя было просто согласиться на её предложение и передать такую важную вещь ей на хранение? Да черт его знает. Видимо, Баскервили что-то взбрело в голову и он твердо намерен сделать именно так как ему хочеться. Известить её об этом он, конечно же, не захотел, но она и не стала возражать. Лишь покачала головой и продолжила идти в сторону деревни прогулочным шагом.
Дальнейшие рассуждения по поводу корабля и возможности завести питомца были выслушаны без возражений. По крайней мере ровно до того момента пока парень не нашел к чему придраться. В своей привычной манере брюнет резко сократил расстояние между ними и бросил одну из своих излюбленных двусмысленных фразочек. Своим действием он вынудил девушку сбавить скорость почти полностью и нахмурить брови.
"Ага, значит ты уже в состоянии не только ходить, а еще и дразнить меня? Что ж, будем считать, что успокоительное и правда действует на ура. Хотя, немного странно, что его не расслабило до состояния аморфной массы. " - подумала она, но ответила совершенно другое.
- Ну во первых, ты больше человек, чем питомец, а во вторых - ты слишком свободолюбив и своеволен. Прямо, как кот. Захотел - пришел, захотел - ушел, а мне бы кого-то кто зависел бы от меня полностью, - в этот раз провокация была слишком безобидной, поэтому и никакой интересной реакции не последовало. Констатация сухих фактов, да и только. Однако, то что сказал он дальше заставило её сначала задуматься, а потом возмутиться, - Хм, и правда. Так, стоп. Что значит съешь? Ты что, совсем обнаглел? Чтобы ты знал змеи тебе не какой-нибудь изысканный деликатес. - да как у него вообще язык повернулся сказать что-то подобное? Немыслимо.
- Ну, как я уже говорила ранее, меня вытащили местные и я провела несколько дней под их крышей, а когда вышла в город ночлег было последним о чем я думала. Но одно я тебе точно скажу. В баре комнат нет. - она развела руки в стороны и пожала плечами как бы намекая, что взять с неё сейчас нечего.
- Что, уже? Как же время летит. - это был такой тонкий намек на то, что у Баскервили то уже звоночек прозвенел и пора баиньки. Обеденное время, все дела. Да и ранен он. Так что и правда было бы неплохо найти комнату, чтобы он не ходил тут как калека. Тем более его внешний вид привлекал слишком уж много лишнего внимания.
- Ладно, так и быть. Поспрашиваю местных есть ли возможность где-то остановится в этой глуши, а ты пока подожди меня здесь, - она было хотела сказать ему, чтобы он стоял тут и никуда не ходил, но вовремя осеклась, подумав, что если она так скажет, то парень сделает все в точности наоборот. Причем по какой причине он бы так сделал осталось бы загадкой.
Отойдя от него на приличное расстояние девушка принялась дергать проходящих мимо людей на пару слов и спустя N-нное количество попыток ей все же удалось узнать, что в деревне есть одна вдовствующая женщина, которая сдает путникам комнаты в своем большом доме. Ей так же удалось узнать в каком направлении искать дом вдовы и с этой информацией она вернулась к своему спутнику.
- Хорошие новости. Мы сможем снять комнату. Правда, придется пройтись немного. Надеюсь, тебе это не в тягость? А то я очень сомневаюсь, что смогу тебя донести в случае чего. - будто бы специально издеваясь над его состоянием сказала она, рукой указав в нужную сторону. Отыгрывалась ли она на нем за то, что он расстегнул её лифчик или просто за счет него пыталась поднять себе настроение это конечно тот еще вопрос, но Брейк еще не скоро сможет безнаказанно доставать её снова, поэтому она дала себе волю.
И так, спустя какое-то время они таки пришли к нужному дому. Правда, оказалось что этот дом большим можно было назвать с натяжкой. Конечно, если сравнивать его с другими домиками в деревне, то это и правда были хоромы, но внешний вид оставлял желать лучшего.
- Тебе не кажеться, что тогда мне придется не отходить от тебя больше чем на пять метров? - почему нельзя было просто согласиться на её предложение и передать такую важную вещь ей на хранение? Да черт его знает. Видимо, Баскервили что-то взбрело в голову и он твердо намерен сделать именно так как ему хочеться. Известить её об этом он, конечно же, не захотел, но она и не стала возражать. Лишь покачала головой и продолжила идти в сторону деревни прогулочным шагом.
Дальнейшие рассуждения по поводу корабля и возможности завести питомца были выслушаны без возражений. По крайней мере ровно до того момента пока парень не нашел к чему придраться. В своей привычной манере брюнет резко сократил расстояние между ними и бросил одну из своих излюбленных двусмысленных фразочек. Своим действием он вынудил девушку сбавить скорость почти полностью и нахмурить брови.
"Ага, значит ты уже в состоянии не только ходить, а еще и дразнить меня? Что ж, будем считать, что успокоительное и правда действует на ура. Хотя, немного странно, что его не расслабило до состояния аморфной массы. " - подумала она, но ответила совершенно другое.
- Ну во первых, ты больше человек, чем питомец, а во вторых - ты слишком свободолюбив и своеволен. Прямо, как кот. Захотел - пришел, захотел - ушел, а мне бы кого-то кто зависел бы от меня полностью, - в этот раз провокация была слишком безобидной, поэтому и никакой интересной реакции не последовало. Констатация сухих фактов, да и только. Однако, то что сказал он дальше заставило её сначала задуматься, а потом возмутиться, - Хм, и правда. Так, стоп. Что значит съешь? Ты что, совсем обнаглел? Чтобы ты знал змеи тебе не какой-нибудь изысканный деликатес. - да как у него вообще язык повернулся сказать что-то подобное? Немыслимо.
- Ну, как я уже говорила ранее, меня вытащили местные и я провела несколько дней под их крышей, а когда вышла в город ночлег было последним о чем я думала. Но одно я тебе точно скажу. В баре комнат нет. - она развела руки в стороны и пожала плечами как бы намекая, что взять с неё сейчас нечего.
- Что, уже? Как же время летит. - это был такой тонкий намек на то, что у Баскервили то уже звоночек прозвенел и пора баиньки. Обеденное время, все дела. Да и ранен он. Так что и правда было бы неплохо найти комнату, чтобы он не ходил тут как калека. Тем более его внешний вид привлекал слишком уж много лишнего внимания.
- Ладно, так и быть. Поспрашиваю местных есть ли возможность где-то остановится в этой глуши, а ты пока подожди меня здесь, - она было хотела сказать ему, чтобы он стоял тут и никуда не ходил, но вовремя осеклась, подумав, что если она так скажет, то парень сделает все в точности наоборот. Причем по какой причине он бы так сделал осталось бы загадкой.
Отойдя от него на приличное расстояние девушка принялась дергать проходящих мимо людей на пару слов и спустя N-нное количество попыток ей все же удалось узнать, что в деревне есть одна вдовствующая женщина, которая сдает путникам комнаты в своем большом доме. Ей так же удалось узнать в каком направлении искать дом вдовы и с этой информацией она вернулась к своему спутнику.
- Хорошие новости. Мы сможем снять комнату. Правда, придется пройтись немного. Надеюсь, тебе это не в тягость? А то я очень сомневаюсь, что смогу тебя донести в случае чего. - будто бы специально издеваясь над его состоянием сказала она, рукой указав в нужную сторону. Отыгрывалась ли она на нем за то, что он расстегнул её лифчик или просто за счет него пыталась поднять себе настроение это конечно тот еще вопрос, но Брейк еще не скоро сможет безнаказанно доставать её снова, поэтому она дала себе волю.
И так, спустя какое-то время они таки пришли к нужному дому. Правда, оказалось что этот дом большим можно было назвать с натяжкой. Конечно, если сравнивать его с другими домиками в деревне, то это и правда были хоромы, но внешний вид оставлял желать лучшего.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)