[Гранд Лайн, 6 путь] Стимхолл.5-ый остров.

Атмосфера нависшей темноты укрывала железную деву неплотным одеялом и оставляла право рассмотреть всё насколько возможно далеко – не дале десятка метров, покуда за чертой оной начинался редкий танец из темноты и биолюменисцентных лишайников, светились кои от причины лишь им известной, но от того не менее важной.
Вслед за грохотом обвала металла чуть глубже в остров наступила пора безмятежной – почти непроницаемой, – тишины, что была разбавлена голосами за спиной, и отдалёнными звуками ударов молотка по металлу в отчаянной попытке мусорщика отломить ненужную деталь от более ценной. Забавная природа ценообразования – кусок редкоземельного минерала оценивался выше, чем он же, но с украшением в виде почти бесполезной железяки. Но – законы рынка, и не нам судить традиции коммерции.
Подъём предстоял, ежели на тип передвижения «пешкарусом» опираться, не самый приятный. А ведь местное население видело в сих кучах мусора едва ли не проторенную дорожку. За годы существования острова здесь скопилось так много бесполезного материала, что и подумать страшно. А вдруг, под всей красотой этой и вовсе не было земли, а лишь бесхозная насыпь, что формировала культурный слой человеческой истории метр за метром, начиная с самого дна океана. Но о том задумываться без эхолота толку не слишком много. Но философствовать никто не запретит.
Так или иначе, никаких прочих признаков деятельности недоброжелателей не наблюдалось, и пучины острова-свалки погрузились обратно в пассивно-депрессивное состояние. Может уже насовсем, и дальнейшую тишину ночи только подвыпившие мастеровые нарушать и станут. А может, всё это только начало чего-то большего – задумки злопыхателей острова, дабы привести экологию местности в надлежащий вид, а щедрые порции окислов железа отдать на растерзание железобактериям, что явно увеличит их популяцию в округе. Иль же замысел был много глубже и не всем подвластен для понимания. Это и предстояло выяснить. А может, лучше просто последовать примеру Джека и вернуться в бар за самогоном из табуретки. Ржавая водка неплохо скрашивает местные будни без вкраплений выходных.

А атмосфера в баре царила ожидаемо напряжённая. Сложно сказать, сколь в том было вины самого пришельца с лицевой маской, что будто женские брови, нарисованные заместо естественных, но весть о случившейся очередной беде явно не прибавила незнакомцу популярности. А ведь он был не виноват, но это ещё поди, докажи.
Обратились косые взгляды людей, сетовали кои на очередной обвал, на беспощадно потерянную потенциальную добычу и – что звучало чаще всего, – на новый очаг металлической чумы.
В такой ситуации не грех ощутить себя на минном поле, ведь один неверный шаг – и люди могут найти выход раздражительности в малознакомом человеке. А кому от того хуже будет, местным иль чужаку, ответ может оказаться закономерным. Чакрамомёт. Если он, конечно, под рукой.

[id213233084:bp-36291248_280197|Аладей].

[id799844790:bp-36291248_280198|Maximilian],

Даже если бы оружие здесь пытались (зная Мастерицу, иной термин и не подходит) изъять оружие, с Чакрамомётом такой фокус бы не вышел. Просто потому, что несколько пристегнутых на пояс деталей, да пару выпирающих чуть больше пустого карманов сложно воспринять за оружие. Быть может, именно это и играло с безмордым инженером дурную шутку: он то мог свое оружие собрать едва ли не за доли секунд, но для окружающих выглядел практически безоружным.
Впрочем, напряженная атмосфера нисколько не мешала Джеку попивать свой табуреточный горючий материал, да попутно прикидывать, когда можно будет кидать в середину стойки зажигалку и с воплем "упс" ретироваться через любое предоставленное отверстие. Тем более, что некоторый шаг к достижению этой мизансцены он уже предпринял.
В определенный момент, когда разговоры все чаще и чаще заворачивали к чужеродной харе, дверь вдруг снова распахнулась. И в бар с видом важным, насколько позволял металл, а так же веселым, насколько позволяла желто-черная покраска, вошло два небольших... робота? Больше они напоминали чайник и термос, разве что с ножками, ручками и словно бы антенной над гордыми носиками. Ах, да, и с цифрой 2 на литом бочку. Помахав всем присутствующим конечностями на манер звезд телешоу, проходящих ковровую дорожку, они направились прямо к стойке и в частности к Красавчику.
Приветствие вышло воистину громким.
= Сэр, ничего подозрительного не обнаружено, сэр!
- Отличная работа, Термос Второй.
= Сэр, следов Белой уйма, сэр!
- Отличная работа, Чайник Второй.
Но, так как дальнейших приказаний не поступало, так и замерли эти двое бравых железных воинов, породив до безобразия неловкую паузу.
Разбавленную (или усугубленную) лишь смачным сербом пития из стакана самим Джеком.

Когда Эвраш являлась примером благоразумия? Откровенно говоря, почти никогда. А, нет! Был разок, но он был в глубокой депрессии, так что, смею предположить - не считается. Путь предстоит через редкостный местный металлоговнищенск? Прекрасно. Пешком? Ну не летать же железным фениксом без юбки в ночи, дабы еще половину островка перебудить и переполнить задничную мешковину непрошенной теплотой. Так что, вооружившись лишь уже привычным до оборзения металлическим хвостом, что выполнял функцию третьей ноги или пятой руки, той самой, что растет из определенного места, смуглянка, в ночи едва различимая и оттого еще более загадошная, направилась ввысь, искать того, кому доведется сомнительное удовольствие встречи с нею.
В конце концов, перед вами человек бывалый, пол жизни в горы проходивший, за металлом то - ей, в отличие от стандартных кузнеческих пасынков, заготовки приходилось делать самостоятельно с нуля, ибо на нее оные изначально и не рассчитывались. Кто-то просто надеялся, что если ей ничего не давать, то она наконец отвяжется, просто осознав бренность бытия, кто ж знал, что она ту бренность вертела на дорожном конусе и находила в оном даже некоторое душевное развлечение.
Каким образом в столь порядочной и спокойной семье вырос столь непорядочный носорог-мазохист никто так и не разобрался.

Впрочем, дорога оказалась даже так неблагодарная, практически свинская: то и дело под ногой ухал вниз корявый листок металла, что-то ломалось от ржавчины, где-то влипался сапог в густой лип масла, где-то и хвост умудрился застрять в дыре, узкой, но, как показалось, глубиной близившейся к бесконечности.
Слушая бурчания, фырчания и слегка навеселое переругивание мастеровых, девушка упрямо двигалась наверх, разнюхивая, изучая... Словно ей при случае тут жить навсегда остаться, чтобы кучу эту разгрести, не меньше.

Но мир вокруг и правда чем-то поражал.. Заражал особым дыханием, заставлял вслушиваться в мрачный шепот металла, движимого ее поступью, в перепалки, в шебуршание странной местной жизни. И ближе к вершине ловя взглядом синим почти исчезнувшие отблески солнца, запечатленные в доступных взгляду обрезках неба, Мастерица, кажется, уже радовалась даже просто такой прогулке. Совсем новому миру, совсем новому духу.

Вот только желание мордаправия пока оттого лишь усилилось, напитанное чистым железным духом и ядовитым железным ветром.

Обстановка в баре, что стал местом пересудов на злобу дня для уставших от каждодневной работы мусорщиков, становилась всё боле осязаемой с каждой секундой. Нет – к чужакам здесь были всё же довольно привычны, не глухомань какая всё же, но вот в свете последних событий незнакомые лица, чьи намерения были столь же мутные, как и местная выпивка, вызывали здравую толику настороженности. И с появлением двух дронов незнакомца легче как-то не стало.
Ничего не нашли? Множество следов Белой?
Кажется, местный колорит ещё долго будет обсуждать эти диковинки. Но благоразумие пока не уступало нервозности, а от того – даже косые, – взгляды оставались лишь взглядами. Надолго ли, – можно считать, как с пороховой бочкой, что остаётся таковой до появления первой искры. Или первого нетрезвого курильщика. Как повезёт.

Хотя путь до вершины первого холма оставался не самым приятным, свалка обладала собственной атмосферой – умиротворённой в известной мере. Не без труда покорила дева первую возвышенность, и перед Эвраш раскинулся мир совершенно иной, живший по своим законам и следовавший собственному пути. Чей-то разум мог бы выцепить в том что-то красивое. Ничего лишнего – горы искорёженного металла и редкие оазисы жизни среди блестяще-рыжей пустыни. Пейзажем, в том числе в сумерках, можно было бы наслаждаться в достатке долгое время, да выделять с каждым мгновением новое и непознанное, столь привычное для местных сборщиков нечто. Но мирному анабиозу реальности долго просуществовать было не дано.
Очередной скрежет громкий огласил округу, и примерно оттуда же, откуда успел прогреметь обвал. Словно что-то чужеродное вклинилось меж металлоконструкций хаотичных и вносило новую лепту в творящийся хаос. Кажется, террористы на законный отдых ещё не направились и были готовы продолжить чёрное дело по изничтожению позитивного настроя жителей нижнего острова.
Можно было с вершины, где помех звуку было значительно меньше, расслышать крайне энергичные голоса, что доносились от места событий на свалке. Ежели поторопиться, вольно будет не просто пропустить не совсем всё, а уверенно успеть на поклон артистов этой сцены грязноватой. Было бы неприлично опоздать, ведь действующие лица так старались привлечь внимание отсутствующей публики, что уважить их было бы само самой разумеющимся шагом.

[id213233084:bp-36291248_280200|Аладей].

[id799844790:bp-36291248_280201|Maximilian],

Джек, что краем глаза бдил за происходящим, жестом велел подручным удалиться. Нечего видом своим высоковедерным смущать общество, которое итак выглядит вдосталь немыто, чтобы вместо аргументации вписать по первое число, а уже потом интересоваться особенностями проекторской деятельности и особенностями черчения блок-схем малого виртуального интеллекта, завязанного на кухонной аппаратуре.
Однако, никто покуда не лез со своим монастырем в деяния неместного упыря, так что механомордый инженер даже с неким постылым вздохом разочарования бухнул пустым стаканом об стойку и жестом подозвал заведующего рюмками и профессора протертых временем полотенец.
- Приятель, будь так, мхм, любезен, налей-ка канистру самого чистого спирта, что у вас тут в наличии. Через марлечку процеди, может, может помолись кому, но чур чтобы эта ваша местная дрянь мне не сожрала все примесями в первый же запуск.

Эвраш замерла, вслушиваясь в местные звуки. Странное ощущение, словно ты всегда один, но на самом деле никогда, словно все звуки, когда-либо посещавшие черепную коробку, были кривоватой оказией разума, привыкшего к натужному скрипу собственных же извилин. Воздух был. Небо было. Вечер и жизнь в нем - были.
В этих горах былой металлической жизни ей виделась чистая живая фантазия, выхватывающая знакомые образы и перепевающая их на собственный лад. Механическая рука с особыми вставками, позволяющими в лакуны оной вставить какие-то... грибы? Ну, тут это вроде были грибы. Синие, оранжевые, сияющие и бледно мерцающие, кто-то мог бы пыхнуть газом, а кто-то огнем. Девушка подошла к одной из развалин и вытащила обломок, на котором оказалась выбита какая-то красивая картинка, похожая то ли на остатки былого украшения, то ли на чью-то изящно оформленную подпись.
Клеймо мастера? Завода? Разум рисовал пытливо образы зарождения этой детали, а хвост достал из соседней кучи длинную балку с зазубринами, очень напоминающую часть боего костюма Хастура, над которым когда-то ей довелось поработать.
А ведь когда-нибудь всему миру останется работать в одних лишь только подобных кучах, если все случится так, как то ей снилось в особенно грызлые ночи.
Девушка разгребла еще несколько деталей, впрочем, благодаря новому скрежету быстро вспомнив, зачем она здесь, вместе с металлической крошкой стряхнув с мозгов наваждение искреннего, прямолинейного интереса. Воображение, что рисовало новые детали, сочленения, вспоминало способы обработки, которые можно было разглядеть в этих артефактах недавней древности, шумно матюгнулось и направило стопы дальше.

Пришлось побороть в себе и очередной порыв явиться на веселье при полном параде, а именно в облике чего-нибудь металлического и летающего, чего по скорости точно хватит. Ножками, ножками бегать все еще тожэе надо уметь, это Мастерица помнила хорошо, что, в прочем, не мешало ей самой стать той еще террорюгой, разве что не специально:
вскочив на ближайшую плоскую деталь по незнанию тропы, она не успела схватиться за поручень и та соскользнула вместе с ней. И хвост не помог, вместо нужного зацепив какую-ито хрень, похожую на старый бампер, да пришлепнув Эвраш же по голове. Звук чугунный, впрочем, явственно напомнил, у кого тут беды с башкой и чем это чревато обществу.
Не можешь препятствовать - возглавь, так что Эв, осознав, что остановить эту поездку сомнительной мораль и качества без употребления обширной волны сил, согнула ноги в коленях, да направила пластину в нужную сторону, прям на звук.
Вот только серфингом мазель никогда не занималась, предпочитая развлечениям жар кузницы, так что не удивительно, что чудом пройдя несколько щекотливых моментов, она наконец запнулась об торчащую прямо трубу, потом ее снесло на какой-то старый баллон, где-то за спиной бахнуло высеченной искрой и остатками топлива. Пластина со скрежетом взмыла вверх и рухнула, а Эвраш умудрилась приземлиться на свободный участок даже на ноги, с лицом таким, с каким первый раз на качелях делаешь солнышко.
Но тут же выправилась, громыхнув своим нежным голоском:

- ВСЕМ СТОЯТЬ, КАКОГО ХРЕНА ТУТ ПРОИСХОДИТ?!
Впрочем, с учетом ранее поднятого шума, вопрос вполне мог и к ней отнестись... Но это вот потом все, сначала к делу.

В кабаке среда сильно не сбавляла градуса, и тому не способствовало удаление из поля зрения чайного сервиза с ножками, ведь увиденного не воротишь. Как и услышанного. Разведка – как она есть. Местное население и без того не шикует, покуда перебивается с хлеба на воду в занятиях своим честным, и не слишком благодарным, трудом. Чести ради, можно и приметить, что несколько осторожных смешков вызвало заявление Джека. Как и недоуменный взгляд владельца питейного заведения.
– Ты с какой луны свалился, красавчик? – раскатом в миг безотрадного молчания голос пронёсся. – Или начищал свои железки, пока не ослеп от блеска своей гениальности? Где я тебе тут чистый спирт возьму?
Мужчина с сальными волосами и растрёпанными усами достал папиросу, в сию же секунду закурил ту и взял драматичную паузу. Сделал щедрую затяжку, он выпустил в направлении посетителя поток дешёвого, но густого дыма табачного.
– Перегонный куб сдох половину года назад, а дистиллировать спирт в местных условиях - задача специфическая. Впрочем, если тебе так важно, можешь применить свои руки по назначению и отдраить ржавчину с железок, а может, если ручки из нужного места у тебя растут, сделаешь новый самогонный аппарат. Хотя… Если отдашь одного из твоих чугунков… Могу сказать, где искать здешнего самогонщика. Авось у него попытаешь, да чего выпытаешь.
Затяжку очередную сделал бармен и бровь приподнял в ожидании реакции посетителя. Хотя он не рассчитывал, что его наглый «на слабо» возымеет хоть какой-то эффект окромя раздражения и самоустранения. Посетителей напрягает своей новизной и опрятностью.

Головокружительный полёт горизонтальный Эвраш мог бы стать неплохим номером на представлении, ежели бы публика была чуть более вовлечённой и зрячей. А пара человек таковой не была, – один из которых вовсе как бельмо в сумраке выглядел в своём бело-сером наряде. Второй же, одетый лишь в облегающую одежду из грубой кожи, почти сливался с темнотой в грязном пейзаже.
Очередной грохот разразился у ног Металлической, когда крупный гриб вырос прямо под ней с сомнительной для реальности скоростью. Почти что магия, где клетки брали такое количество энергии для столь реактивного и скоростного роста колонии микроорганизмов. Возникший гриб из проворной – миг собой обличающей, – стрелы норовил приподнять девушку над землёй и в сторону отбросить, дабы обречь оную на очередной подвиг акробата, дабы не плюхнуться в кучу лома. Отвечать на восклицание, кажется, никто особо не планировал, но жаркая стычка сбавила обороты, пока обе стороны осмысливали произошедшее. Хотя, нет…
Незнакомец тот, что укутался в старую простыню, натянул лук и выстрелил стрелой на ход помехи, да стал смещаться на возвышенность. Движения человека были столь лёгкими и резвыми, будто он перебирался чрез ржавые барханы едва ли не раньше, чем научился ходить. Это был его мир, и в нём он был как рыба в воде.
Вторая фигура, ежели до сих пор не была подмечена, занимала позицию обратную, хотя намерения его были не ясны. Вопреки возрасту, что станет очевиден, едва бородатое лицо станет чётко различимым в полутьме. Пожилой мужчина прытко двигался в направлении Эвраш, покуда скачками перемещался от листа металла к балке. Он настигнет незнакомку – тут можно скорости действительной подивиться, – примерно тогда же, когда стрела едва не угодит в тело девушки, и собьёт полёт той метким броском металлического диска. Судя по всему, подобранной прямо здесь болванки.

От удара по наконечнику стрелы споры на ней пришли в движение и вызвали очередной бурный рост грибной колонии, что и сама не слишком отличалась от металла, сформировав из мицелия прочную арку в воздухе. Там стрела и замерла.
– Ты что творишь, щенок? Не вмешивай посторонних! – рявкнул старик в попытке донести мысль до оппонента.
Хоть и сам-то был осторожен, покуда тотчас взял дистанцию в несколько метров от неизвестной особы, да не сводил внимания с Металлической. Оно и по напряжению его было видно, хоть и трактовать состояние можно было по-разному. В конце-то концов, разногласие было в разгаре.
– Я не собираюсь рисковать, старая развалина!
Малобюджетный призрак, раз его силуэт был чётко виден на фоне неба, натянул лук вновь, хотя даже не дошёл младой человек до пика мусорного холма.

[id213233084:bp-36291248_280203|Аладей].

[id799844790:bp-36291248_280205|Maximilian],

- Дай подумать... с третьей. Да-да, точно, относительно восхода это третья. - Джек своей улыбкой продемонстрировал всю ласковость местных ночных подруг разом, нисколько не стесняясь разбавлять мед в глазах горьким ядом насмешки.
Подперев кулаком подбородок, он словно бы и не заметил пущенного в лицо облака дыма, разве только выпил какую-то бадягу из резво подхваченного у зазевавшегося соседа стакана. Оказалось нечто трудно удобоваримое, Джек даже на мгновение пожалел, что пищевод у него все еще настоящий.
Тем не менее, явно позволяя играть задуманную игру с паузами, а заодно перетягивая в наглую это скользкое одеяло на себя, инженер достал собственную пачку сигарет, щелчком выбил из нее последнюю одиночку и закурил, обходясь, правда, без попыток загасить собеседника кислородным голоданием. Куда уж ему-то...
- Чугунка не дам. А вот новый аппарат смострячить могу... Что бы мне за это было добротное, а? Вот от тебя лично, не доходя до мсье самогонщика? Не люблю, знаешь ли, мотаться по дополнительным квестам, мне, красавцу такому, все шорткаты подавай.

Изучение гипотетических противников (по крайней мере, относительно мирового спокойствия - так точно) смуглянкой было механически ускорено взглядом неровным и скачущим. В ночи глядеть она умела исключительно человечьими зенками, быть может, разбавленными особенным живым мироощущением, не слишком располагающим к изучению одежды. В принципе, с такой же харизмой на вас будет смотреть лягушка, пытающаяся опознать в кошке муху, которая сошла бы на быструю трапезу, но что имеем, грех жаловаться.
И, все же, она всмотрелась. И даже увидела стрелу, которая своим коротким блеском отвлекла от всего мирского, подобно чиркнувшей по небу стрелке звезды.
Ну, насколько успела, пока огромаднейшая... вешенка? Кажется, это было чтто-то вроде вешенки... Не попыталось отправить ее в кратковременный полет. Тело среагировало почти машинально, решив не отбивать изначально промахивающуюся стрелу, но тут же осознав свой недочет. Зато с грибом обошлась дама донельзя неприлично, попросту оный располовинив в вертикальной проекции. В силу размеров вряд ли было заметно даже умелому глазу, чем конкретно это сделала Мастерица, но мы то с вами в курсе, что у нее простым железным лезвием может оказаться какая угодно запчасть (что делает, к слову, возможным разномастные поцелуйные сюрпризы, а с этой любящей лобызания дамой таки глаз да глаз теперь необходим).
Весь мир вокруг взывал к себе. Металл просил жизни, новой жизни, которую ему, в отличие от множеств созданных людьми хреновин, ее дать можно было многократно, едва ли не бесконечно. И эта стрела отчего-то казалась совсем не от мира сего, не смотря на уловленное движение, подобное нарастающей и спадающей волне - по-кошачьи ловкое, обманчиво врожденное.
Да и грибы определенно точно так быстро не растут. С другой стороны, никто не отменял фрукт. И стоило понять его природу, чтобы знать, кому в какое отверстие с какой экспрессией тыкать.
Гриб распался напополам, позволив лицезреть следующую сцену с мрачной готовностью и ладонью, ловко сдернувшей укороченное втрое древко копья с пояса. Хладный, свирепый, подло клацающий зубами где-то у уха душевного Гилтиас в этот раз оказался подозрительно спокоен, чего не скажешь о его обладательнице. Она рванулась было сама отбить в нее же летящую стрелу, ибо прыти имела в нужной мере (да и когда ее волновало, имела или нет, главное ведь хотя бы попытаться), когда старик - как оказалось - пошел против своего же, лязгнув подхваченной с этого поля отчаяния болванкой. Тут же раздался и второй лязг - удар наотмашь отправил болванку со стрелой куда-то в сторону стрелявшего.
Но все это вызывало растерянность. Копье лезвием направилось на деда, пока Мастерица приняла наспех решение, как будет в случае чего дотягиваться до дальнего противника.
Отпрянув резким шагом и взглядом уловив целую арку из грибов, Эвраш беспардонно ввязалась в разговор, не дожидаясь, пока ее пригласят, взглядом бегая от старого пса к молодому щену.

- А меня вмешивать надобности нет, сама справилась! Какого хрена вы тут делаете, на кой ляд ржавь разводите почем зря и людям жить не даете, огрызки?
Все еще внутреннее внимание держа на молодом стрелке, волей наблюдая за его готовностью к стрельбе и намерению к оному же, смуглянка обратилась напрямую к старику. Так уж вышло, что и для нее такой облик был авторитетным, особенно при учете того, как младшего аккуратно и без лишней спешки уели каким-то броском.
Правда, позади Белой случился некоторый катаклизм: поднятая ей часть металлической конструкции, да короткая поездка по местным кущам коллекционирования сказались на ландшафте, который с истерическим "ээээээскрееееее" просел на метр в неизведанную глубь. Усовестилась ли Эвраш? Определенно. Сказало ли об этом противникам что-то в ее облике? Определенно нет, как была хабалка недовольная с косой наперевес и без уважения к старшим, так и осталась.