Вопрос узника остался без ответа. Зиккери молча перешагнул через порог камеры, при приближении к человеку в ней, слегка наклоняясь вперед, чтобы получше разглядеть его лицо. Даже напрягая свое, определенно великолепное зрение, рыжий едва-едва узнавал знакомые черты своего друга. Он не верил, что человеческое лицо может так преобразится всего за несколько недель... Хотя, сколько вообще времени прошло? Как зверочеловек, он давно потерял счет времени, не фокусируясь на днях, что пролетают песком сквозь вытянутые пальцы. К слову, пахло от Акселя не лучше, чем он выглядел, но сейчас Зик не обращал на это никакого внимания. В обычной ситуации, он бы определенно брезгливо поморщил свой нос, но сейчас... Сейчас он просто вглядывался в лицо человека, который был его хорошим другом. А сейчас стал лишь тенью себя самого. Рыжий выпрямился, еще раз оглядывая тело узника и сделал некоторые выводы, одновременно с этим делая несколько шагов назад.
— Вилма! — Окликнул он девушку, что все еще стояла на стреме. Ему было больно просто смотреть на этого человека. Но и отменять того факта, что перед ним никто иной, как Аксель он не мог. Рыжий узнал его по татуировкам, окончательно убедившись в личности преступника. — Тащи сюда свою милейшую задницу!... — Взгляд, что был направлен в направлении лестницы, вернулся на Акселя. Он с недоумением и непониманием смотрел на рыжего исподлобья, слегка покачиваясь в сидящем положении. — ...Тут нужен бинт... — Руки Акселя были травмированы, раны открытых переломов слегка гноились, засохшая на одежде кровь настолько отдавала смрадом, что несмотря на всю сдержанность Алгару было тяжело находится рядом с ним.
— Люди... — С презрением в голосе прошипел зверочеловек. Впервые в своей жизни он пожалел, что изувечил своего противника недостаточно. Он бы с радостью переломал тому дозорному руки, вырвал их, пока он еще был в сознании, дробил каждое ребрышко, каждую косточку по одной. Медленно, мучительно, да так, чтобы он, как можно дольше помучился. И плевать, чего бы это ему стоило, сейчас он был готов повторить все, что накопилось у него в голове на любом человеке, что подвернется под руку. Уже тут к нему должна была подойти Вилма. Он резко выдохнул с характерным звуком и, сложил руки на груди, старательно избегая контактов их глаз.
Но не они одни гуляли по базе морского дозора. Даже более того, были люди, что гораздо интенсивнее перемещались по периметру - патрульные, что вернулись к своим обязанностям. Причин, по которой они уходили было много, от простого увольнительного, до похоронной церемонии тем отрядам, что не повезло встретить на своем пути Самуро, Вилму и Зика. Это был лишь вопрос времени, когда кому-то захочется пройтись по коридорам, измазанных в крови и раздавленных органах. Тела дозорных, что сторожили это место, были россыпью разбросаны по всему пути, которым Зик шел к плавильне, и сейчас именно по этому следу к ним пришел отряд дозора.
= Что за...?! = У них не было слов, чтобы описать то безумие, что творилось на заводе. В плавильне они увидели тело своего командира и ужаснулись, не ведая кто же мог победить столь сильного и искусного воина. Часть солдат мигом ринулась к телу, по итогу недолгих разбирательств констатируя смерть. Лишь человек, что был немногим старше по званию, выудил из своего кармана ракушку, с скорбью смотря на тело павшего солдата. Никто из них не в курсе о его грехах, в его глазах он был человеком, что стремился показать миру истинное лицо правосудия. Явить лик силы закона и предрешенности судьбой.
= Говорит Мичман Деус Кларк. На заводе посторонние. Повторяю, на заводе посторонние. Они очень вооружены и крайне опасны. Неизвестно сколько их и какие цели преследуют. Они... Убили командира Эделя. Всем отправится на поиски виновных, за чем бы они не пришли, они не могли уйти далеко. = Голос дозорного, наполненный холодом и жаждой отомстить проносился по всем помещениям завода, от каких-то комнат, в которой отдыхали рабочие, до длинных коридоров, по которым ходили патрульные. И помещение где были Зик с Вилмой не было исключением.
ONE PIECE RP ·
[Норд Блю] Дора
— Поторопимся. — Допустим, к тому времени, когда это произошло Вилма уже хоть как-то, но с горем пополам обработала раны... Или по крайней мере скрыла их за бинтами. Рыжий, опять же напрочь избегая брезгливости своего нрава, подхватил тело музыканта и направился вперед к лестнице. Тот дозорный, которого они одурачили несколькими минутами ранее, был первым кто спустился, вынимая саблю наголо. Но Алгар был непреклонен, он продолжил бежать вперед, так и провоцируя своим безразличием на атаку. Взмах и сабля просвистела в нескольких сантиметрах от его тела, после чего ногой рыжий придавил ее к земле, перевоплощая свою голову в клюв, которым за один удар он раздробил черепную коробку бедного рядового. Шаг назад, тело немного отпрянуло от обмякшего трупа дозорного, что пал на землю, а клюв втянулся обратно в лицо. Лицо, вернее нижняя часть лица Зика была окровавлена.
[id59036888:bp-36291248_219399|Анастасия],
Пират характерно сплюнул часть крови и внутренних органов, что ненароком попали ему в рот, собираясь двинуться дальше, но тут его остановила девушка, потянув за окровавленный рукав его куртки. Зик снова был в своем "колючем" амплуа, поэтому подобный жест он встретил резким движением руки, вырывая одежду из хватки девушки и бросая в ее сторону озлобленный взгляд, что вкупе с оскалившимся зубами мягко давало понять, что любой другой человек уже потерял бы руку, как и тот дозорный потерял голову от сногсшибательности рыжего.
— Опять!? — Выпалил он. Когда его раздражение, казалось бы, достигло своего апогея, после предложения девушки оно превзошло само себя. Когда она еще могла бы узреть настолько разъяренного зверочеловека? Хотя, если она продолжит с ним путешествовать, то в некотором смысле, ей посчастливится встретится лицом к лицу с тем, что лишило Самуру руки. Девушка, в общем-то, его не особо и слушала, напрочь игнорируя любое возмущение со стороны зверочеловека. Наблюдая за тем, как она улетает куда-то ввысь, невзирая на всю тяготящую боль, рыжий прошипел с еще большим раздражением. — Только попробуй помереть... Лично прикончу! —
Рыжий не стал задерживаться на месте надолго, да и тем более следовать ее маршруту. Гордыня мигом взяла вверх над здравым смыслом. Еще он будет следовать маршруту девушки, что ни раз и ни два подвергала свою жизнь опасность. Да, она перемещалась по структурированной местности города или завода куда уверенней мужчины, но этому было логичное объяснение - зверолюди не строят мегаполисы или города, покрывающие большую часть острова. У них маленькие, изощренные поселения, эксплуатирующую именно вертикаль. Их поселения не разрастались по плоскости, как города людей северного моря, что вводило рыжего в ступор и растерянность. Как в подобных местах ориентироваться? Для него было бы проще ориентироваться непосредственно в непроходимых джунглях, нежели в человеческом городе.
= Ты... С тобой все хорошо?... = Аксель, находящийся во время передвижения Зика на его спине, ощущал беспокойство. Впрочем, кто угодно бы заметил, что зверочеловек не просто нервничает, он был подобен пороховой бочке, у которой несколько часов назад зажгли фетиль и огонек ютится где-то в границах ее каркаса, едва касаясь пороха в ней. Он был готов сорваться в любую секунду, в любой миг. Тому было несколько причин: ярость, вскружившая его голову, его недопонимание между ним и Вилмой и, наконец, вес Акселя. Не как человека, но как друга. Алгар и сам прекрасно понимал, что с такими руками будет чудом, если он вообще сможет держать хотя бы вилку, что уж говорить про игру на музыкальных инструментах. Хотя, нет. Пожалуй, будет чудом, если он доживет до встречи с врачом.
— Все... — Пройдя очередной поворот, он на мгновение застыл в воздухе, оттолкнувшись от земли, но лишь для того, чтобы с силой повалить на землю очередного дозорного, которому не повезло выйти из угла. Массивными когтями он вжался в грудную клетку солдата, пробивая ее насквозь. Белая рубашка дозорного в миг окрасилась в багровый, но даже это его не остановило. Он постарался вонзить в ногу своего палача саблю, но подобный финт был настолько ожидаем, что было видно, как Алгар делает это не напрягаясь. Поднимает ногу, что была целью дозорного, наступает на атакующую руку и пальцами лапы подхватывая саблю за рукоять. — В порядке! — Наконец договорил он и с размаха правой ноги, соскакивая с трупа на землю, блокируя удар саблей второго, что был с ним в компании. Дозорные в целом начали перемещаться отрядами, а не одиночками, поэтому теперь, когда его руки были заняты поддержанием ослабевшего тела на спине, сражения проходили сложнее.
= Грязный пират! = Ругнулся его внеочередной визави, на что Зик лишь сильнее стиснул зубы. Не от злости, а от напряжения, пытаясь удержаться на ногах, когда единственная его опора - левая нога, испачканная в крови, что придавало движениям ею небольшое скольжение.
Пират характерно сплюнул часть крови и внутренних органов, что ненароком попали ему в рот, собираясь двинуться дальше, но тут его остановила девушка, потянув за окровавленный рукав его куртки. Зик снова был в своем "колючем" амплуа, поэтому подобный жест он встретил резким движением руки, вырывая одежду из хватки девушки и бросая в ее сторону озлобленный взгляд, что вкупе с оскалившимся зубами мягко давало понять, что любой другой человек уже потерял бы руку, как и тот дозорный потерял голову от сногсшибательности рыжего.
— Опять!? — Выпалил он. Когда его раздражение, казалось бы, достигло своего апогея, после предложения девушки оно превзошло само себя. Когда она еще могла бы узреть настолько разъяренного зверочеловека? Хотя, если она продолжит с ним путешествовать, то в некотором смысле, ей посчастливится встретится лицом к лицу с тем, что лишило Самуру руки. Девушка, в общем-то, его не особо и слушала, напрочь игнорируя любое возмущение со стороны зверочеловека. Наблюдая за тем, как она улетает куда-то ввысь, невзирая на всю тяготящую боль, рыжий прошипел с еще большим раздражением. — Только попробуй помереть... Лично прикончу! —
Рыжий не стал задерживаться на месте надолго, да и тем более следовать ее маршруту. Гордыня мигом взяла вверх над здравым смыслом. Еще он будет следовать маршруту девушки, что ни раз и ни два подвергала свою жизнь опасность. Да, она перемещалась по структурированной местности города или завода куда уверенней мужчины, но этому было логичное объяснение - зверолюди не строят мегаполисы или города, покрывающие большую часть острова. У них маленькие, изощренные поселения, эксплуатирующую именно вертикаль. Их поселения не разрастались по плоскости, как города людей северного моря, что вводило рыжего в ступор и растерянность. Как в подобных местах ориентироваться? Для него было бы проще ориентироваться непосредственно в непроходимых джунглях, нежели в человеческом городе.
= Ты... С тобой все хорошо?... = Аксель, находящийся во время передвижения Зика на его спине, ощущал беспокойство. Впрочем, кто угодно бы заметил, что зверочеловек не просто нервничает, он был подобен пороховой бочке, у которой несколько часов назад зажгли фетиль и огонек ютится где-то в границах ее каркаса, едва касаясь пороха в ней. Он был готов сорваться в любую секунду, в любой миг. Тому было несколько причин: ярость, вскружившая его голову, его недопонимание между ним и Вилмой и, наконец, вес Акселя. Не как человека, но как друга. Алгар и сам прекрасно понимал, что с такими руками будет чудом, если он вообще сможет держать хотя бы вилку, что уж говорить про игру на музыкальных инструментах. Хотя, нет. Пожалуй, будет чудом, если он доживет до встречи с врачом.
— Все... — Пройдя очередной поворот, он на мгновение застыл в воздухе, оттолкнувшись от земли, но лишь для того, чтобы с силой повалить на землю очередного дозорного, которому не повезло выйти из угла. Массивными когтями он вжался в грудную клетку солдата, пробивая ее насквозь. Белая рубашка дозорного в миг окрасилась в багровый, но даже это его не остановило. Он постарался вонзить в ногу своего палача саблю, но подобный финт был настолько ожидаем, что было видно, как Алгар делает это не напрягаясь. Поднимает ногу, что была целью дозорного, наступает на атакующую руку и пальцами лапы подхватывая саблю за рукоять. — В порядке! — Наконец договорил он и с размаха правой ноги, соскакивая с трупа на землю, блокируя удар саблей второго, что был с ним в компании. Дозорные в целом начали перемещаться отрядами, а не одиночками, поэтому теперь, когда его руки были заняты поддержанием ослабевшего тела на спине, сражения проходили сложнее.
= Грязный пират! = Ругнулся его внеочередной визави, на что Зик лишь сильнее стиснул зубы. Не от злости, а от напряжения, пытаясь удержаться на ногах, когда единственная его опора - левая нога, испачканная в крови, что придавало движениям ею небольшое скольжение.
— Да что вы заладили?! — Пожалуй, лишь благодаря своим тренировкам зверочеловека Зик мог без особых проблем пользоваться оружием ногами, но где-то все равно проскальзывала мысль, что все это выглядело чертовски глупо. — Я чистоплотный! — Вжавшись когтями в пол, он подался корпусом вперед, отталкивая оппонента от себя, но лишь для того, чтобы далее подбросить клинок вверх и с размаху вбить саблю в грудную клетку своей излюбленной техникой.
= Наверное... Это из-за меня. = Хоть и виновато, но Аксель начал отшучиваться своими остротами. Рыжему было даже приятно, что он понемногу приходил в себя, но смотреть на него все равно было слишком больно для Лоуп-Гароу. Он знал его куда более оптимистичным. Пожалуй, без знакомства с ним он бы лишился большую часть своего шарма и нахального чувства юмора. Зик выдохнул, противников в коридора стало куда меньше с тех пор, как он сам пытался перетянуть все одеяло на себя.
— Побереги свои силы. Отшутишься, когда выберемся от сюда. — Алгар так же попробовал поддержать беседу, хоть как-то разрядить нагнетающую обстановку, но давалось этому с трудом. Один близкий человек едва-едва дышал на его спине в то время, как вторая, успевшая втереться к нему в доверие, бегала по коридорам завода, желая привлечь на себя всеобщее внимание дозора. Его бег продолжился, он все плутал и плутал по коридорам, уже даже не зная, как вернутся на тропу, уготованную Вилмой. Акселю лучше тоже не становилось, он нередко прерывал свое дыхание на кашель с примесью кровавой мокроты.
«Ему с каждой секундой хуже.» — Рыжий отдавал себе отчет, что с врачебной помощью временить нельзя. Это было ясно даже такому напыщенному идиоту, как Зику, и сейчас это нагнетало на него с утроенной силой. В поисках нужной тропинки, рыжий вбежал в очередное неизвестное помещение. Это было просторное помещение, едва-ли не целиком заполнено различными трубами. Те тянулись вверх, вниз, в стороны, но особо огромные конечно же вверх, намекающие не только на свою важность, но и на назначение. При виде котельной у Зика сразу всплыли в голове те массивные трубы, что тянулись к небу и испускали бесконечное количество дыма, окончательно лишая город первозданных солнечных лучей.
— А это... — Взгляд малиновых глаз гулял по помещению, подбирая всякое, что он может сотворить сейчас или чуть позже, а может и вовсе через пару секунд времени. В голове ютилось много мыслей на этот счет, но все по итогу сводились к одному - подорвать завод прямо отсюда. Но устройство... Зик никогда не был силен в инженерии, а сейчас, находясь лицом к лицу с множеством рычагов и кнопок он оказался в еще большей растерянности, когда его в 13 лет зажали две оголодавшие зверолюдки. — Слушай, Аксель. Ты случаем не знаешь, куда нужно нажать, чтобы все к херам взорвалось? — Спросил он без стеснения, на что услышал лишь хриплый смешок.
= Смеешься?... Я музыкант, а не механик. = Рыжему оставалось лишь согласится с этим утверждением и придумать, что с этим делать и чем скорее, тем лучше.
* * *
На фоне закатного солнца день неторопливо тянулся к вечеру. Лучи заходящего солнца рисовали на крыше одного из зданий неясный силуэт девушки в балахоне, что сидела по турецки, положив меч острием в стык меж черепиц крыши, зажав его рукоять меж щекой и правым плечом. Все это было лишь для того, чтобы левой рукой скользящим движением водить точильным камнем по лезвию. Это не было необходимостью, скорее ритуалом, во время которого девушка могла полностью погрузится в свои мысли.
= Он определенно где-то здесь, но... = Ее терзали сомнения. Как самурай она не смела перечить приказу своего господина, но как женщина хотела послать его к черту, да заодно самолично прикончить, вбив ему катану в горло. Самуро вдохнула побольше ледяного воздуха в легкие, выдыхая облако пара, все это время продолжая елозить точильным камнем по слоенной стали своего меча. От мыслей о Алгаре ее часто посещали фантомные боли в районе руки. = Не думаю, что он будет рад меня видеть. После стольких лет. =
= Наверное... Это из-за меня. = Хоть и виновато, но Аксель начал отшучиваться своими остротами. Рыжему было даже приятно, что он понемногу приходил в себя, но смотреть на него все равно было слишком больно для Лоуп-Гароу. Он знал его куда более оптимистичным. Пожалуй, без знакомства с ним он бы лишился большую часть своего шарма и нахального чувства юмора. Зик выдохнул, противников в коридора стало куда меньше с тех пор, как он сам пытался перетянуть все одеяло на себя.
— Побереги свои силы. Отшутишься, когда выберемся от сюда. — Алгар так же попробовал поддержать беседу, хоть как-то разрядить нагнетающую обстановку, но давалось этому с трудом. Один близкий человек едва-едва дышал на его спине в то время, как вторая, успевшая втереться к нему в доверие, бегала по коридорам завода, желая привлечь на себя всеобщее внимание дозора. Его бег продолжился, он все плутал и плутал по коридорам, уже даже не зная, как вернутся на тропу, уготованную Вилмой. Акселю лучше тоже не становилось, он нередко прерывал свое дыхание на кашель с примесью кровавой мокроты.
«Ему с каждой секундой хуже.» — Рыжий отдавал себе отчет, что с врачебной помощью временить нельзя. Это было ясно даже такому напыщенному идиоту, как Зику, и сейчас это нагнетало на него с утроенной силой. В поисках нужной тропинки, рыжий вбежал в очередное неизвестное помещение. Это было просторное помещение, едва-ли не целиком заполнено различными трубами. Те тянулись вверх, вниз, в стороны, но особо огромные конечно же вверх, намекающие не только на свою важность, но и на назначение. При виде котельной у Зика сразу всплыли в голове те массивные трубы, что тянулись к небу и испускали бесконечное количество дыма, окончательно лишая город первозданных солнечных лучей.
— А это... — Взгляд малиновых глаз гулял по помещению, подбирая всякое, что он может сотворить сейчас или чуть позже, а может и вовсе через пару секунд времени. В голове ютилось много мыслей на этот счет, но все по итогу сводились к одному - подорвать завод прямо отсюда. Но устройство... Зик никогда не был силен в инженерии, а сейчас, находясь лицом к лицу с множеством рычагов и кнопок он оказался в еще большей растерянности, когда его в 13 лет зажали две оголодавшие зверолюдки. — Слушай, Аксель. Ты случаем не знаешь, куда нужно нажать, чтобы все к херам взорвалось? — Спросил он без стеснения, на что услышал лишь хриплый смешок.
= Смеешься?... Я музыкант, а не механик. = Рыжему оставалось лишь согласится с этим утверждением и придумать, что с этим делать и чем скорее, тем лучше.
* * *
На фоне закатного солнца день неторопливо тянулся к вечеру. Лучи заходящего солнца рисовали на крыше одного из зданий неясный силуэт девушки в балахоне, что сидела по турецки, положив меч острием в стык меж черепиц крыши, зажав его рукоять меж щекой и правым плечом. Все это было лишь для того, чтобы левой рукой скользящим движением водить точильным камнем по лезвию. Это не было необходимостью, скорее ритуалом, во время которого девушка могла полностью погрузится в свои мысли.
= Он определенно где-то здесь, но... = Ее терзали сомнения. Как самурай она не смела перечить приказу своего господина, но как женщина хотела послать его к черту, да заодно самолично прикончить, вбив ему катану в горло. Самуро вдохнула побольше ледяного воздуха в легкие, выдыхая облако пара, все это время продолжая елозить точильным камнем по слоенной стали своего меча. От мыслей о Алгаре ее часто посещали фантомные боли в районе руки. = Не думаю, что он будет рад меня видеть. После стольких лет. =
Зверочеловек пребывала в раздумьях долгое время, пока в одночасье не поднялась тревога. Громкий звук сирены сбил ее с мысли и рука с точильным камнем съехала по клинку в крышу, разбив черепицу и часть крыши под ней.
«Что у них там произошло? Неужто из-за меня?» = Она подняла нос по ветру, пытаясь уловить аромат, исходящий с завода. Помимо множества незнакомых запахов там был один... Один до боли знакомый. Была ли это снова та девчонка, или же все-таки Алгар собственной персоной, она не знала. Но проверить лишний раз не помешает. Оттолкнув плечом меч, из-за чего тот на мгновение занял перпендикулярное положение относительно земли, самурай сбросила камень куда-то в сторону, рукой хватаясь за рукоять. Будь у нее две руки, она бы определенно двигалась более женственно и грациозно, но... Что имела, тому и рада. Поднявшись на ноги, она бросила кроткий взгляд на свою левую руку, понимая, что еще одна подобная техника пагубно скажется на ее физическом состоянии.
Острие вошло в ножны, после чего с скрипом клинок вернулся в ножны до стука цубы о их поверхность. Ветер переменился, ее не покидало чувство, что вот-вот случится что-то, что оставит на этом острове весомый след. Может, и не настолько весомый для всего острова, но предчувствие и инстинкты буквально кричали, чтобы она не лезла к заводу ближе, чем на три километра. И лишь поэтому она была железно уверенно, что в этот раз за этим источником запаха точно кроется он, а не кто-то еще.
= Только попробуй еще раз убежать, Алгар. = Сказала она, глядя сквозь тень капюшона на завод, являющийся одновременно с тем источником рева сирены. На этих словах она двинулась вперед, мягко приземляясь на лапы, чтобы вскоре ринутся с места в направлении завода. Вскоре источник запаха поменял свое местоположение, перемещаясь куда-то от завода. Это сбило девушку с толку, однако она все равно последовала за ним, но по итогу вновь встретилась не с виновником своих влажных воспоминаний, а с ней - девушкой, которая неслась в балахоне в направлении от отряда дозорных.
= Снова?! = На выдохе выпалила она, резко останавливая свое движение, от чего через несколько мгновений Вилма с размаху влетела в ее грудь. Ей могло показаться, что если она и встретилась с лицом в что-то мягкое, то вскоре могла ощутить, что перед ней - стена. Стена с немаленьким бюстом. = Слушай... = Обратилась она к девушке в, на удивление, спокойной форме. В конце концов не каждая девушка сможет сохранять самообладание, когда в ее груди застревает чье-то лицо. Впрочем, она долго и не была, потому что вскоре единственная рука легла на ее рыжую макушку и толкающим движением выудила из западни из плоти.
«Человек. Ничем не примечательна, даже... Слишком обычная? Оружие дурацкое, сломается за пару сильных ударов. И что он в ней нашел?» = С недовольным прищуром она пробежалась взглядом по рыжей бестии, подмечая для себя ее заурядности. Одновременно с тем, она оценивала ее, как потенциальную соперницу, но мысленно уже записала ее в ряды проигравших. Впрочем, взгляд алого глаза не стал подолгу задерживаться на теле Рюйтель, поднявшись повыше - за ее спину. Ее взгляд встретился с толпой дозорных, что даже на мгновение опешили при виде кого-то еще.
= В сторону. И не смей уходить, у меня будет к тебе разговор. = На манер мягкой игрушки Самуро сжала ее плечо своей рукой и отбросила в сторону, где была кирпичная стена и ни одного переулка, в который можно улизнуть. Второй раз она ее уж точно не упустит, как и своего шанса разузнать почему от этой девахи, так сильно пахнет Алгаром, так и где этот рыжий комок перьев прячется. Рука легла на рукоять оружия, а тело резко подалось вперед. Всего мгновение и балахон слетает с ее плеч, а сама девушка оказывается уже по ту сторону отряда, оставляя в земле под балахоном отпечаток лапы, продавивший вместе с собой массивный кусок асфальта, что чуть дальше покрылся трещинами. Уже за отрядом она стояла с вытянутой рукой, крепко сжимающую рукоять меча, а дозорные попадали на землю. Без крови, самурай била обухом.
«Что у них там произошло? Неужто из-за меня?» = Она подняла нос по ветру, пытаясь уловить аромат, исходящий с завода. Помимо множества незнакомых запахов там был один... Один до боли знакомый. Была ли это снова та девчонка, или же все-таки Алгар собственной персоной, она не знала. Но проверить лишний раз не помешает. Оттолкнув плечом меч, из-за чего тот на мгновение занял перпендикулярное положение относительно земли, самурай сбросила камень куда-то в сторону, рукой хватаясь за рукоять. Будь у нее две руки, она бы определенно двигалась более женственно и грациозно, но... Что имела, тому и рада. Поднявшись на ноги, она бросила кроткий взгляд на свою левую руку, понимая, что еще одна подобная техника пагубно скажется на ее физическом состоянии.
Острие вошло в ножны, после чего с скрипом клинок вернулся в ножны до стука цубы о их поверхность. Ветер переменился, ее не покидало чувство, что вот-вот случится что-то, что оставит на этом острове весомый след. Может, и не настолько весомый для всего острова, но предчувствие и инстинкты буквально кричали, чтобы она не лезла к заводу ближе, чем на три километра. И лишь поэтому она была железно уверенно, что в этот раз за этим источником запаха точно кроется он, а не кто-то еще.
= Только попробуй еще раз убежать, Алгар. = Сказала она, глядя сквозь тень капюшона на завод, являющийся одновременно с тем источником рева сирены. На этих словах она двинулась вперед, мягко приземляясь на лапы, чтобы вскоре ринутся с места в направлении завода. Вскоре источник запаха поменял свое местоположение, перемещаясь куда-то от завода. Это сбило девушку с толку, однако она все равно последовала за ним, но по итогу вновь встретилась не с виновником своих влажных воспоминаний, а с ней - девушкой, которая неслась в балахоне в направлении от отряда дозорных.
= Снова?! = На выдохе выпалила она, резко останавливая свое движение, от чего через несколько мгновений Вилма с размаху влетела в ее грудь. Ей могло показаться, что если она и встретилась с лицом в что-то мягкое, то вскоре могла ощутить, что перед ней - стена. Стена с немаленьким бюстом. = Слушай... = Обратилась она к девушке в, на удивление, спокойной форме. В конце концов не каждая девушка сможет сохранять самообладание, когда в ее груди застревает чье-то лицо. Впрочем, она долго и не была, потому что вскоре единственная рука легла на ее рыжую макушку и толкающим движением выудила из западни из плоти.
«Человек. Ничем не примечательна, даже... Слишком обычная? Оружие дурацкое, сломается за пару сильных ударов. И что он в ней нашел?» = С недовольным прищуром она пробежалась взглядом по рыжей бестии, подмечая для себя ее заурядности. Одновременно с тем, она оценивала ее, как потенциальную соперницу, но мысленно уже записала ее в ряды проигравших. Впрочем, взгляд алого глаза не стал подолгу задерживаться на теле Рюйтель, поднявшись повыше - за ее спину. Ее взгляд встретился с толпой дозорных, что даже на мгновение опешили при виде кого-то еще.
= В сторону. И не смей уходить, у меня будет к тебе разговор. = На манер мягкой игрушки Самуро сжала ее плечо своей рукой и отбросила в сторону, где была кирпичная стена и ни одного переулка, в который можно улизнуть. Второй раз она ее уж точно не упустит, как и своего шанса разузнать почему от этой девахи, так сильно пахнет Алгаром, так и где этот рыжий комок перьев прячется. Рука легла на рукоять оружия, а тело резко подалось вперед. Всего мгновение и балахон слетает с ее плеч, а сама девушка оказывается уже по ту сторону отряда, оставляя в земле под балахоном отпечаток лапы, продавивший вместе с собой массивный кусок асфальта, что чуть дальше покрылся трещинами. Уже за отрядом она стояла с вытянутой рукой, крепко сжимающую рукоять меча, а дозорные попадали на землю. Без крови, самурай била обухом.
= А теперь... = С стуком катана вернулась в ножны, а зверолюдка обернулась к Вилме, неторопливо идя на сближение и перешагивая через вырубленные тела. = Рассказывай, как ты связана с Алгаром и где этот кретин сейчас. = Последние слова девушка сказала находясь в непосредственной близости с Вилмой, буквально нависая над ней в той же манере, что и Алгар. Сразу видно, у кого он учился запугивать людей. Примерно в этот же момент, когда она задала этот вопрос на весь остров прозвучал взрыв. Мощный, начиная с крайнего крыла завода.
* * *
/Несколькими минутами ранее/
Зик долгое время думал, что же делать. Сначала он решил, что будет проще найти какого-нибудь рабочего, который разбирается в этих рычагах, переключателях, но эта мысль с крахом рушилась о одну деталь - с звуком сирены добрая часть персонала эвакуировалась, предоставляя дозорную полную свободу, а пиратам отсутствие заложников. Конечно, ничто не мешало заставить это сделать рядового дозорного, но... Была вероятность того, что дозорный будет знать не больше чем пират. Итог был крайне закономерен, причем пришла эта мысль отнюдь не в голове пирата, а в голове Акселя, что снова закашлялся кровью.
= Да господи... Нажми на все рычаги, да дело с концом! = Казалось, что в этот миг лицо Алгара озарилось осознанием высшей мысли. Что в его голову пришла крайне умная и тупая идея одновременно. Впрочем, Аксель был прав, нажатие на все клавиши разом действительно могло поспособствовать решению дилеммы с десятью рычагами и двадцатью кнопками.
— Это может сработать. — Согласно кивнул пират и положил Акселя с своей спины на пол, оставив его у стены рядом с входом. Так он не упадет, да и подальше от котла будет в момент, когда рыжий доблестно начнет хуярить всеми правдами и неправдами по рычагам. Отряхнув руки, он подошел поближе, оглядывая каждый из них. Большинство из этих рычагов были ржавыми, стертыми, старыми. Они даже близко не напоминали то, что было важно. И тем не менее, все было куда проще - поставив эту байду дозорные просто оставили ее, не желая иметь ничего общего с взрывом на фабрике. Внешней температурой и вечным штормом охладительная система и в целом работа котельной была доведена до автоматизма, требуя ручного вмешательства в столь редких случаях, что подобное можно было назвать вторым пришествием кабздеца и перегрева котла. Малиновые очи остановились лишь на одном - на сломанном рычаге, что был пол внутри, из-за чего скорее-всего и сломался.
«Это может стать проблемой.» — Долго над решением он не думал, предпочитая муторной теории и расчетам импровизированную практику. Рыжий развернулся и на мгновение выскочил из комнаты, ища взглядом хоть кого-то. К счастью, в этот момент мимо котельной проходил отряд из трех дозорных.
— О! Вы то мне и нужны! — Дозорные по началу не поняли, а почему это человек, которого они ищут так обрадовался их появлению. А когда поняли, было уже слишком поздно - их затылки соприкоснулись с металлическим полом, а пальцы Зика сжались на их лицах. Он был неимоверно силен, рядовым дозорным нечего было и противопоставить. Когда же третий из них, что шел сзади схватился за ружье, Зик подхватил саблю одного из дозорных и резко ушел в сторону, минуя участь Вилмы оттяпать себе часть уха. Взмах и тело замертво пало с отрубленными по локоть руками, а следом сердце его пронзили. Пират был быстр, ловок и безрассуден. Он был, как бешеная собака, что мечется по отведенной ей территорией, загрызая каждого кто неправильно говорит команду "фас". Вернувшись к котлу, он начал разом нажимать на рычаги, один за другим опуская их на уровень. Котел гудел, реагируя на каждое нажатие тряской и накаливанием, но все равно этого было недостаточно - требовалось воспользоваться последним средством, а именно сломанным рычагом.
— Сабля - настало твое время. — Торжественно воскликнул Алгар, вонзая ту в полость рычага и резко потянул вниз, но рычаг не поддавался. Было ощущение, будто он оплавился где-то внутри, что явно не способствовало действию.
* * *
/Несколькими минутами ранее/
Зик долгое время думал, что же делать. Сначала он решил, что будет проще найти какого-нибудь рабочего, который разбирается в этих рычагах, переключателях, но эта мысль с крахом рушилась о одну деталь - с звуком сирены добрая часть персонала эвакуировалась, предоставляя дозорную полную свободу, а пиратам отсутствие заложников. Конечно, ничто не мешало заставить это сделать рядового дозорного, но... Была вероятность того, что дозорный будет знать не больше чем пират. Итог был крайне закономерен, причем пришла эта мысль отнюдь не в голове пирата, а в голове Акселя, что снова закашлялся кровью.
= Да господи... Нажми на все рычаги, да дело с концом! = Казалось, что в этот миг лицо Алгара озарилось осознанием высшей мысли. Что в его голову пришла крайне умная и тупая идея одновременно. Впрочем, Аксель был прав, нажатие на все клавиши разом действительно могло поспособствовать решению дилеммы с десятью рычагами и двадцатью кнопками.
— Это может сработать. — Согласно кивнул пират и положил Акселя с своей спины на пол, оставив его у стены рядом с входом. Так он не упадет, да и подальше от котла будет в момент, когда рыжий доблестно начнет хуярить всеми правдами и неправдами по рычагам. Отряхнув руки, он подошел поближе, оглядывая каждый из них. Большинство из этих рычагов были ржавыми, стертыми, старыми. Они даже близко не напоминали то, что было важно. И тем не менее, все было куда проще - поставив эту байду дозорные просто оставили ее, не желая иметь ничего общего с взрывом на фабрике. Внешней температурой и вечным штормом охладительная система и в целом работа котельной была доведена до автоматизма, требуя ручного вмешательства в столь редких случаях, что подобное можно было назвать вторым пришествием кабздеца и перегрева котла. Малиновые очи остановились лишь на одном - на сломанном рычаге, что был пол внутри, из-за чего скорее-всего и сломался.
«Это может стать проблемой.» — Долго над решением он не думал, предпочитая муторной теории и расчетам импровизированную практику. Рыжий развернулся и на мгновение выскочил из комнаты, ища взглядом хоть кого-то. К счастью, в этот момент мимо котельной проходил отряд из трех дозорных.
— О! Вы то мне и нужны! — Дозорные по началу не поняли, а почему это человек, которого они ищут так обрадовался их появлению. А когда поняли, было уже слишком поздно - их затылки соприкоснулись с металлическим полом, а пальцы Зика сжались на их лицах. Он был неимоверно силен, рядовым дозорным нечего было и противопоставить. Когда же третий из них, что шел сзади схватился за ружье, Зик подхватил саблю одного из дозорных и резко ушел в сторону, минуя участь Вилмы оттяпать себе часть уха. Взмах и тело замертво пало с отрубленными по локоть руками, а следом сердце его пронзили. Пират был быстр, ловок и безрассуден. Он был, как бешеная собака, что мечется по отведенной ей территорией, загрызая каждого кто неправильно говорит команду "фас". Вернувшись к котлу, он начал разом нажимать на рычаги, один за другим опуская их на уровень. Котел гудел, реагируя на каждое нажатие тряской и накаливанием, но все равно этого было недостаточно - требовалось воспользоваться последним средством, а именно сломанным рычагом.
— Сабля - настало твое время. — Торжественно воскликнул Алгар, вонзая ту в полость рычага и резко потянул вниз, но рычаг не поддавался. Было ощущение, будто он оплавился где-то внутри, что явно не способствовало действию.
Попытка первая - не поддается. Котел пыхтел, температура в комнате была запредельной, воздух обжигал горло. Еще одна попытка - и вновь рычаг с скрипом не поддался на физическое воздействие, вынуждая Зика прибегнуть к крайним мерам. Он раскрыл крылья, подпрыгнул на месте и ловким движением, пользуясь крыльями, как лопастями, которыми он отталкивался от воздушного массива, раскрутился на месте и с силой вдарил ногой по рукояти. Та с неохотой, но резко опустилась вниз вместе с рычагом.
— Ой-ей. — Это определенно стало последней каплей. Для котла. Он затрясся пуще прежнего, местами из стыка между трубами начали биться струи раскаленного пара, а это означало лишь одно - пирату нужно было валить и, как можно скорее. Он подхватил охеревшего от происходящего Акселя на руки и помчался вперед, к счастью для него он вышел в тот самый коридор, который буквально исчеркал следами своего присутствия. Трупы уже успели убрать, возможно, даже похоронить, но следы от оружия и крови все еще присутствовали.
«Отлично!» — Пользуясь этими ориентирами, он бежал в сторону главного цеха, после чего с свистом вылетел из этого кипящего ада на улицу. От резкой смены температур вскружило голову, Аксель так и вовсе резко заохал, почуяв после обжигающего воздуха котельни что-то прохладное.
— Ой-ей. — Это определенно стало последней каплей. Для котла. Он затрясся пуще прежнего, местами из стыка между трубами начали биться струи раскаленного пара, а это означало лишь одно - пирату нужно было валить и, как можно скорее. Он подхватил охеревшего от происходящего Акселя на руки и помчался вперед, к счастью для него он вышел в тот самый коридор, который буквально исчеркал следами своего присутствия. Трупы уже успели убрать, возможно, даже похоронить, но следы от оружия и крови все еще присутствовали.
«Отлично!» — Пользуясь этими ориентирами, он бежал в сторону главного цеха, после чего с свистом вылетел из этого кипящего ада на улицу. От резкой смены температур вскружило голову, Аксель так и вовсе резко заохал, почуяв после обжигающего воздуха котельни что-то прохладное.
[id59036888:bp-36291248_219447|Анастасия],
Шаг. Еще один. Холодный воздух наполняет легкие, вытесняя облаком пара обжигающий воздух с завода. Для Зика такая перемена температур была все равно, что удар под ребра моргенштерном. Тело обдавало то жаром, то холодом, ледяной ветерок, что так ласково обдувал промокшую от пота кожу был сродни обжигающему северному бурану после коптильной.
— А об этом... — Сказал он, тяжело дыша. — Я не подумал. — За спиной пирата были слышен гул. Смешение криков дозорных, взрывов на заводе и, наконец, сирены, что даже в такой ситуации не давала сбоя. В такие моменты пират даже удивлялся, что инженеры способные создать нечто столь долговечное, все никак не могут довести до ума огнестрельное оружие, чтобы оно не давало осечек. Что происходило внутри? Ну, Зик предполагал, что большинство молодых парней и девушек были попросту заварены заживо. Вряд ли хоть кто-нибудь в здравом уме и при здоровой памяти рискнул приблизится к котлу сейчас, да и после того удара... Было бы чудом, если бы хоть кто-то смог поднять тот рычаг, перекрывающий по факту кислород всему заводу. Совершив очередной шажок вперед, он припал на одно колено, после приземлился на второе, упираясь ими в снежное покрывало.
— Надо... Идти. Они скоро побегут из дверей. Как крысы с тонущего корабля... — Вдохнув полной грудью, Алгар начал подниматься. От холода у Акселя окончательно прояснилась голова, но от этого лицо у него омрачилось грустью. Он протянул дрожащую руку к плечу Зика, останавливая его.
= Погоди... = Зик с недоумением взглянул в его глаза, понимая сразу, что он хочет сказать, но старательно отгоняя даже мысль об этом. = Ал, остынь... Ты же и сам понимаешь, да? = Пират скорбя опустил голову, старательно отводя глаза и недовольно хмуря брови. Рыжий краем глаза зацепился за его руки, чувствуя в них всю боль и напряжение. Такими действительно больше не поиграешь.
— К черту это все. Я дотащу тебя до врача. Он поможет! — Пират замотал головой из стороны в сторону, но даже это не помогало отогнать гнетущие его мысли. Ничего не могло уберечь его разум от мысли того, что этот разговор между ними - последний.
= Остынь! = Заключенный крикнул с надрывом, провоцируя напряжением связок очередной приступ кашля, из приоткрытых пересохших уст вылетел очередной сгусток крови. = ... Этот кашель плохой знак. = Между ними возникло тяжелое молчание. На мгновение могло показаться, что это молчание заглушало остальные звуки: взрывы завода, предсмертные крики. Все это проносилось мимо ушей пирата, словно оно было незначительным на фоне происходящих событий.
— Черт... — Рыжий стиснул зубы до скрипа, до хруста в районе челюсти, вены на шее вздулись, а лицо перекосило от злости. Злости на себя. Злости на этот мир. Как часто он спускал людям все на тормоза? Их жестокость, их предвзятость. Их глупый, ничем не обоснованный страх. — Вот стоило мне оставить тебя на пару месяцев... И что в итоге? — Из уст Акселя вылетел хриплый смешок.
= Звиняй... = Его уста с трудом вытянулись в усмешке. Но она не была фальшивой, она была самой искренней, что он видел на его лице за все время их знакомство. Но вскоре она соскользнула, сменившись скорбью. = Нет, правда... Прости меня, Ал. Даже, если бы я мог выжить... Я не думаю, что с такими руками мне что-то светит. =
— Все в порядке... Я покончил с тем ублюдком, что сделал это с тобой. — Зик не считал это достижением. Да и Аксель тоже, лишь хмыкнул, выдавливая из себя очередной смешок. Чуть тише и слабее предыдущего, сил и времени оставалось все меньше.
= Да что мне до его жизни... = Закашлявшись, он попытался подняться, но его попытки окончились тщетно. Зик же, поспособствовал тому, чтобы он все же принял сидящее положение. = Свою то я прожить, как хочу, вряд ли сумею. =
— ... — Зик опустил голову, едва-ли не падая лбом в снег, его настрой окончательно пошел по наклонной, надежда окончательно покинула его голову, впуская в нее разного рода мысли из нелицеприятных.
Шаг. Еще один. Холодный воздух наполняет легкие, вытесняя облаком пара обжигающий воздух с завода. Для Зика такая перемена температур была все равно, что удар под ребра моргенштерном. Тело обдавало то жаром, то холодом, ледяной ветерок, что так ласково обдувал промокшую от пота кожу был сродни обжигающему северному бурану после коптильной.
— А об этом... — Сказал он, тяжело дыша. — Я не подумал. — За спиной пирата были слышен гул. Смешение криков дозорных, взрывов на заводе и, наконец, сирены, что даже в такой ситуации не давала сбоя. В такие моменты пират даже удивлялся, что инженеры способные создать нечто столь долговечное, все никак не могут довести до ума огнестрельное оружие, чтобы оно не давало осечек. Что происходило внутри? Ну, Зик предполагал, что большинство молодых парней и девушек были попросту заварены заживо. Вряд ли хоть кто-нибудь в здравом уме и при здоровой памяти рискнул приблизится к котлу сейчас, да и после того удара... Было бы чудом, если бы хоть кто-то смог поднять тот рычаг, перекрывающий по факту кислород всему заводу. Совершив очередной шажок вперед, он припал на одно колено, после приземлился на второе, упираясь ими в снежное покрывало.
— Надо... Идти. Они скоро побегут из дверей. Как крысы с тонущего корабля... — Вдохнув полной грудью, Алгар начал подниматься. От холода у Акселя окончательно прояснилась голова, но от этого лицо у него омрачилось грустью. Он протянул дрожащую руку к плечу Зика, останавливая его.
= Погоди... = Зик с недоумением взглянул в его глаза, понимая сразу, что он хочет сказать, но старательно отгоняя даже мысль об этом. = Ал, остынь... Ты же и сам понимаешь, да? = Пират скорбя опустил голову, старательно отводя глаза и недовольно хмуря брови. Рыжий краем глаза зацепился за его руки, чувствуя в них всю боль и напряжение. Такими действительно больше не поиграешь.
— К черту это все. Я дотащу тебя до врача. Он поможет! — Пират замотал головой из стороны в сторону, но даже это не помогало отогнать гнетущие его мысли. Ничего не могло уберечь его разум от мысли того, что этот разговор между ними - последний.
= Остынь! = Заключенный крикнул с надрывом, провоцируя напряжением связок очередной приступ кашля, из приоткрытых пересохших уст вылетел очередной сгусток крови. = ... Этот кашель плохой знак. = Между ними возникло тяжелое молчание. На мгновение могло показаться, что это молчание заглушало остальные звуки: взрывы завода, предсмертные крики. Все это проносилось мимо ушей пирата, словно оно было незначительным на фоне происходящих событий.
— Черт... — Рыжий стиснул зубы до скрипа, до хруста в районе челюсти, вены на шее вздулись, а лицо перекосило от злости. Злости на себя. Злости на этот мир. Как часто он спускал людям все на тормоза? Их жестокость, их предвзятость. Их глупый, ничем не обоснованный страх. — Вот стоило мне оставить тебя на пару месяцев... И что в итоге? — Из уст Акселя вылетел хриплый смешок.
= Звиняй... = Его уста с трудом вытянулись в усмешке. Но она не была фальшивой, она была самой искренней, что он видел на его лице за все время их знакомство. Но вскоре она соскользнула, сменившись скорбью. = Нет, правда... Прости меня, Ал. Даже, если бы я мог выжить... Я не думаю, что с такими руками мне что-то светит. =
— Все в порядке... Я покончил с тем ублюдком, что сделал это с тобой. — Зик не считал это достижением. Да и Аксель тоже, лишь хмыкнул, выдавливая из себя очередной смешок. Чуть тише и слабее предыдущего, сил и времени оставалось все меньше.
= Да что мне до его жизни... = Закашлявшись, он попытался подняться, но его попытки окончились тщетно. Зик же, поспособствовал тому, чтобы он все же принял сидящее положение. = Свою то я прожить, как хочу, вряд ли сумею. =
— ... — Зик опустил голову, едва-ли не падая лбом в снег, его настрой окончательно пошел по наклонной, надежда окончательно покинула его голову, впуская в нее разного рода мысли из нелицеприятных.
= Лучше... Да, пожалуй так действительно будет лучше. = Аксель с печальным взглядом посмотрел на его лицо и сказал. = Я знаю, что твой век короче человеческого, но пожалуйста. Проживи его за меня. =
— Да что за хуйню ты порешь!? — Зик резко поднял свою голову, его взгляд запылал яростью. Он был вне себя от злости, гнева. Ко всему роду людскому, что вел себя подобным образом по отношению к себе подобным. По отношению к тем, кто просто не похож на них. Вся злость, что копилась за все время пребывания близ людей была готова мигом выплеснутся наружу. — Все будет нормально! Я сейчас найду Вилму, она тебе перемотает раны, даст лекарство. Мы отведем тебя к врачу, он тебе поможет!... Все будет... — Невольно щеки обожгло слезами, голос задрожал, но своими руками он уже ощущал, как тепло жизни покидает тело Акселя. — Все будет хорошо... Правда... Ведь так? — Ответом на его вопрос была лишь тишина. В миг, когда рука на плече зверолюда окончательно ослабела и упала оземь, он почувствовал, как что-то внутри него оборвалось. Тонкая нить, что долгое время поддерживала его в состоянии покоя, словно порвалась под весом всех событий, окуная зверочеловека в пучину отчаяния и тьмы. Липкое, тягучее чувство ненависти наполняло его изнутри. Но куда это все выплескивать? Виновники - мертвы. Осталась лишь Вилма, что где-то там, средь улиц пытается сбежать от дозора. За спиной прозвучал последний, оглушительно громкий взрыв, разносящий в пух и прах крышу. Обломки стен магическим образом пролетали мимо, падая на землю и пробивая собой забор, стоящий перед пиратом.
Взрыв вернул его в реальность, отстранил от происходящего, хоть и на мгновение. Это определенно помогло, но осадок... Осадок остался. Подняв охладевшее тело своего старого друга, Алгар пронес его вперед, оставляя чуть дальше - в переулке где его вряд ли найдут, даже если искать будут специально. Это все, что он мог сделать для него сейчас. Положив его рядом с стеной, он выпрямился. Глубокий вдох, тяжелый выдох, а вместе с тем мощный удар кулаком в частичной форме, оставивший на стене паутину из трещин.
— Я вернусь. — Кулак разжался, а Зик резко развернулся и медленным, размеренным шагом направился прочь, чтобы выйти на главную улицу. Шагая по ней спокойным и размеренным шагом, он оглядывался с спокойным равнодушием, но не стоит обманываться. То был лишь красивый, хрупкий фасад, за которым скрывалась кипящая, как магма во время извержения, ярость. Тело на ходу стало преображаться, изменяться, но лишь для того, чтобы в конечном итоге обратится массивной птицей с серо-черным оперением. Настолько массивной, что расстояния от дома до дома по обе стороны главной улицы было едва хватало, чтобы полностью размахнуться крыльям. С массивным взмахом, он поднялся ввысь. Он знал, что сейчас показываться в человеческом обличье было слишком энергозатратно. Более того, не комфортно ввиду того, что за Вилмой гонятся, а он тут с двумя саблями против оравы дозорных.
* * *
= Дурочку включила? = Ответ девушки, мягко говоря, не устраивал зверолюдку. Она с укором и презрением смотрела на Вилму, так и желая хорошенько избить ее мечом в ножнах. А может и не в ножнах. Она где-то слышала, что находясь на грани жизни и смерти люди становятся сговорчивее, особенно если до этого относились к зверолюдям с укором до того, как последние показали зубки.
Ситуация, в целом, была сложной для самурая. Самуро привыкла, что все идет по плану, но само существование Зика рушило любой план еще на этапе осознания того, что хоть что-то относительно рыжего может пойти по плану. Она бегло переглядывалась на взрывающийся завод, чувствуя гнетущее чувство угрозы, исходящее с его стороны. Кто знает, быть может горящий обломок прямо сейчас влетит ей в голову? Разного рода мысли посещали ее голову, пока она смотрела на едва-едва живое тело наемницы.
= Что за трата времени... = С нескрываемой злобой прошипела мечница, хмуря свои брови. = Не знаю я, что этот обормот нашел в тебе, но вкус у него явно испортился. =
— Да что за хуйню ты порешь!? — Зик резко поднял свою голову, его взгляд запылал яростью. Он был вне себя от злости, гнева. Ко всему роду людскому, что вел себя подобным образом по отношению к себе подобным. По отношению к тем, кто просто не похож на них. Вся злость, что копилась за все время пребывания близ людей была готова мигом выплеснутся наружу. — Все будет нормально! Я сейчас найду Вилму, она тебе перемотает раны, даст лекарство. Мы отведем тебя к врачу, он тебе поможет!... Все будет... — Невольно щеки обожгло слезами, голос задрожал, но своими руками он уже ощущал, как тепло жизни покидает тело Акселя. — Все будет хорошо... Правда... Ведь так? — Ответом на его вопрос была лишь тишина. В миг, когда рука на плече зверолюда окончательно ослабела и упала оземь, он почувствовал, как что-то внутри него оборвалось. Тонкая нить, что долгое время поддерживала его в состоянии покоя, словно порвалась под весом всех событий, окуная зверочеловека в пучину отчаяния и тьмы. Липкое, тягучее чувство ненависти наполняло его изнутри. Но куда это все выплескивать? Виновники - мертвы. Осталась лишь Вилма, что где-то там, средь улиц пытается сбежать от дозора. За спиной прозвучал последний, оглушительно громкий взрыв, разносящий в пух и прах крышу. Обломки стен магическим образом пролетали мимо, падая на землю и пробивая собой забор, стоящий перед пиратом.
Взрыв вернул его в реальность, отстранил от происходящего, хоть и на мгновение. Это определенно помогло, но осадок... Осадок остался. Подняв охладевшее тело своего старого друга, Алгар пронес его вперед, оставляя чуть дальше - в переулке где его вряд ли найдут, даже если искать будут специально. Это все, что он мог сделать для него сейчас. Положив его рядом с стеной, он выпрямился. Глубокий вдох, тяжелый выдох, а вместе с тем мощный удар кулаком в частичной форме, оставивший на стене паутину из трещин.
— Я вернусь. — Кулак разжался, а Зик резко развернулся и медленным, размеренным шагом направился прочь, чтобы выйти на главную улицу. Шагая по ней спокойным и размеренным шагом, он оглядывался с спокойным равнодушием, но не стоит обманываться. То был лишь красивый, хрупкий фасад, за которым скрывалась кипящая, как магма во время извержения, ярость. Тело на ходу стало преображаться, изменяться, но лишь для того, чтобы в конечном итоге обратится массивной птицей с серо-черным оперением. Настолько массивной, что расстояния от дома до дома по обе стороны главной улицы было едва хватало, чтобы полностью размахнуться крыльям. С массивным взмахом, он поднялся ввысь. Он знал, что сейчас показываться в человеческом обличье было слишком энергозатратно. Более того, не комфортно ввиду того, что за Вилмой гонятся, а он тут с двумя саблями против оравы дозорных.
* * *
= Дурочку включила? = Ответ девушки, мягко говоря, не устраивал зверолюдку. Она с укором и презрением смотрела на Вилму, так и желая хорошенько избить ее мечом в ножнах. А может и не в ножнах. Она где-то слышала, что находясь на грани жизни и смерти люди становятся сговорчивее, особенно если до этого относились к зверолюдям с укором до того, как последние показали зубки.
Ситуация, в целом, была сложной для самурая. Самуро привыкла, что все идет по плану, но само существование Зика рушило любой план еще на этапе осознания того, что хоть что-то относительно рыжего может пойти по плану. Она бегло переглядывалась на взрывающийся завод, чувствуя гнетущее чувство угрозы, исходящее с его стороны. Кто знает, быть может горящий обломок прямо сейчас влетит ей в голову? Разного рода мысли посещали ее голову, пока она смотрела на едва-едва живое тело наемницы.
= Что за трата времени... = С нескрываемой злобой прошипела мечница, хмуря свои брови. = Не знаю я, что этот обормот нашел в тебе, но вкус у него явно испортился. =
= Можешь и дальше делать вид, что не знаешь о ком речь. Плевать. = Она отмахнулась в сторону, но не видя желаемой или хоть какой-либо реакции резко замахнулась, желая отвесить девушке пощечину. И она это сделала. Хоть и без частичного превращения, но рука у Самуро была тяжелая. Очень тяжелая. Но уже на втором замахе, чтобы отвесить оплеуху и по второй щеке, девушка застыла. Ветер переменился, подув слишком сильно со стороны левого плеча.
«Неужто...» = Лишь благодаря своей интуиции и инстинктам она сумела вовремя перенести свою руку к рукояти, чтобы резко вытянуть меч наполовину из ножен и заблокировать им удар массивных когтей, стремительно высекающих искру на поверхности клинка. Ударом ее отнесло в сторону, оставляя на снегу две полосы от ее сандалей. Гарпия не проронила ни слова, просто подхватывая девушку своими лапками и в одночасье взмывая в небо, улетая куда-то в сторону. Зик был не дурак, поэтому сделал несколько крюков в небе, чтобы не давать понять куда именно он отнесет ее тело, а полет окончился весьма... И весьма логично. На палубе бота, куда он ласково положил ее, постепенно возвращаясь в человеческое обличье. Палубу засыпало снегом, поэтому было достаточно холодно
«Лучше перенести ее в каюту.» — Он был не силен в медицине, но знал две вещи помимо очевидной мысли о том, что ей нужен срочный осмотр доктора - она нуждалась в тепле и еде. С последним проблем не было, в конце концов они попросили отнести все заготовленные припасы на корабль перед своим уходом, за которые, разумеется, заплатили. Этим распоряжалась Вилма, поэтому трюм был полон нормальной еды, которая нужна была сейчас им обоим, но... Девушке в первую очередь. Почему-то пирату казалось именно так.
— Так лучше... — Он достаточно бережно стянул с нее все лишнюю, сковывающую тело одежду. Без рванья, а просто, как умел, чтобы не запачкать и не замочить постельное белье. Уложил ее на кровать, лишил себя лишней одежды, часть из которой снова годилась лишь на тряпки, разве-что куртка имела право остаться в живых. После же... Алгар залез к ней под одеяло, бережно прижимая к своему телу, чтобы согреть. — После того, как отдохнешь, заставлю тебя съесть больше, чем я ел после боя с сычами... — Он глубоко вздохнул, поднимая взгляд куда-то вверх и в сторону. — Дура. —
«Неужто...» = Лишь благодаря своей интуиции и инстинктам она сумела вовремя перенести свою руку к рукояти, чтобы резко вытянуть меч наполовину из ножен и заблокировать им удар массивных когтей, стремительно высекающих искру на поверхности клинка. Ударом ее отнесло в сторону, оставляя на снегу две полосы от ее сандалей. Гарпия не проронила ни слова, просто подхватывая девушку своими лапками и в одночасье взмывая в небо, улетая куда-то в сторону. Зик был не дурак, поэтому сделал несколько крюков в небе, чтобы не давать понять куда именно он отнесет ее тело, а полет окончился весьма... И весьма логично. На палубе бота, куда он ласково положил ее, постепенно возвращаясь в человеческое обличье. Палубу засыпало снегом, поэтому было достаточно холодно
«Лучше перенести ее в каюту.» — Он был не силен в медицине, но знал две вещи помимо очевидной мысли о том, что ей нужен срочный осмотр доктора - она нуждалась в тепле и еде. С последним проблем не было, в конце концов они попросили отнести все заготовленные припасы на корабль перед своим уходом, за которые, разумеется, заплатили. Этим распоряжалась Вилма, поэтому трюм был полон нормальной еды, которая нужна была сейчас им обоим, но... Девушке в первую очередь. Почему-то пирату казалось именно так.
— Так лучше... — Он достаточно бережно стянул с нее все лишнюю, сковывающую тело одежду. Без рванья, а просто, как умел, чтобы не запачкать и не замочить постельное белье. Уложил ее на кровать, лишил себя лишней одежды, часть из которой снова годилась лишь на тряпки, разве-что куртка имела право остаться в живых. После же... Алгар залез к ней под одеяло, бережно прижимая к своему телу, чтобы согреть. — После того, как отдохнешь, заставлю тебя съесть больше, чем я ел после боя с сычами... — Он глубоко вздохнул, поднимая взгляд куда-то вверх и в сторону. — Дура. —
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 4 Гость(ей)