[id59036888:bp-36291248_219160|Анастасия],
«Постараюсь.» — Он не оборачивался, не отвечал на ее слова. Лишь легонько скосив взгляд в сторону девушки через левое плечо, Алгар увидел, как рыжие волосы скрываются за поворотом и громко вздохнул. Неуютное чувство после сегодняшнего инцидента все еще ютилось где-то в груди, не давая и шагу ступить. "Если бы ты не сорвался так глупо, то не был бы ранен" - ее слова эхом отдавались у него голове, вызывая легкую пульсацию в ушах. Пират мотнул головой из стороны в сторону и повернул голову в сторону птиц.
— Боже, да хватит уже жрать. Лучше займитесь чем-нибудь продуктивным!... Нагадьте на крышу мастерской, например. — С шипящим "кыш-кыш!", рыжий прогнал воронов с места и направился вперед. Он прошел через парадный вход, как и полагается чрезмерно самовлюбленным личностям, к коим Зик относился, если и не полностью, то процентов так на девяносто девять. Оголенные руки вжались в поверхность дверей, с силой вталкивая их внутрь и впуская в помещение леденящий воздух. Как и ожидалось - на заводе температура воздуха была совсем иной, как и сам воздух. В нем повис запах железа, пороха, жженной древесины и угля. Такой едкий букет гари проник в его легкие, что рыжий на секунду решил на этом же моменте сделать шаг назад, закрывая двери, да покрепче, чтобы этот смрад не покинул этого здания.
— Боже правый. — Бегло на выдыхании прошептал рыжий, все же делая шаг вперед и с смачным хлопком закрывая двери позади себя, чем и привлек внимание тех людей, что в поте лица трудились у станков. Конечно, они не особо волновались на этот счет, лишь переглянулись, посмотрев в сторону источника шума. Куда больше внимания на рыжего, что вальяжной походкой начал идти внутрь, обратили солдаты. Они что-то громко кричали, но недостаточно громко, чтобы заглушить звук движения шестеренок и шум прессовочной машины, что клепала однотипные детали под форму по нажатию рычага.
— А? — Он нагнулся, прикладывая к уху ребро ладони, чтобы хоть как-то, но расслышать слова стражей порядка, но все было тщетно. Они говорили, а их слова проглатывал пресс. Чтобы расслышать их получше, Зик даже подошел поближе, но в ответ в него попытались пырнуть нож-штыком винтовки. Типичная ошибка людей, всегда идти на того кто сильнее с оружием, уповая на силу прогресса. Его рука схватилась за ружье, убрав его в сторону и вверх, от чего оружие прошло в нескольких сантиметрах от его шеи. В дальнейшем, он сжал рукой лицо одного из солдат и неторопливой походкой подошел к одной из машин.
— Ничему вас жизнь не учит. — Пресс поднялся, подвозя новую партию болванок на конвейере, на который Зик с силой вжал солдата, конкретнее - его вверх. Он посмотрел на него, в глазах дозорного был испуг и мольба не делать того, что он задумал, на что рыжий вскинул брови, пожимая плечами. Взгляд малиновых глаз поднялся и увидел рабочего, что держал в руках рычаг. Зверочеловек понимал, что его не услышат, поэтому просто показал взглядом сначала на пресс, а потом на дозорного, что обратил свои мольбы уже в сторону работника. Тот нервозно замотал головой, на что Зик решил перейти к более конкретным аргументам и перевел ствол ружья в его сторону. С болью в глазах, работник нажал на рычаг, и пресс с силой опустился вниз. С конвейера полилась кровь, но Зик уже пошел дальше, подбрасывая ружье вверх и с разворота ударяя по прикладу ногой, отправляя снаряд острием в тело выбежавшего из-за угла дозорного. Многие, наверное, сейчас сбежались на крик этого солдата, голову которого только-только придавило прессом, но Зик же обещал привлечь все внимание на себя, верно?
— Привет~ — Рывком он сократил расстояние, для верности несколько раз нажимая на курок торчащего из груди дозорного ружья. Второй рукой он достал свою гатану и пошел дальше, вглубь. Туда где его должны были ждать еще воины Морского Дозора, по пути закрепляя на предплечье скрытый кистевой клинок.
ONE PIECE RP ·
[Норд Блю] Дора
[id59036888:bp-36291248_219202|Анастасия],
Передвижение Зика по заводу было стремительно. Он вертелся, как волчок и несся вперед, снося все на своем пути. За время дебоширства, коим пират занимался с того самого момента, как прошел через главные ворота, рубка плоти стала для него обыденностью. Шаг вперед, уход в сторону от удара, разворот. Клинок черкает в воздухе алый круг из крови, два тела замертво падают на землю. Убийство дозорных начало становится рутиной, он уже даже не улыбался и уж тем более, не ехидничал, пока в какой-то момент перед ним не стали появляться более сильные представители стороны закона.
— Тоска. — Произнес он с нотками презрения скучающим голосом, ногой сталкивая тело очередного стража правопорядка с клинка своего ниндзято. Он остановил свой шаг, оглядываясь назад. Сколько уж коридоров он прошел, прежде чем оказаться здесь? Этот завод казался ему запутанным лабиринтом, где никогда не знаешь что тебя будет ждать за поворотом. Коридоры были изрезаны следом от его клинка, украшенные окровавленными телами, что в большинстве своем были прибиты к стенам коридора. Его взгляд поднимается, обращая внимание на источник спадающих капель крови. Малиновые очи сосредоточились на теле, что было пригвождено двумя саблями к потолку. На этого человека ушло чуть больше времени, нежели на остальных. Его тело в глазах рыжего, было этаким монументальным уважением, когда если ему и придется убить серьезного противника, то только так, чтобы все запомнили его смерть. Ведь он никогда ее не забудет.
— Ну, надеюсь Вилма успела выполнить мое задание. — Рыжий лениво потянулся, возобновляя свой путь по коридору. Руки поднялись к потолку, скребя по поверхности потолка лезвием гатаны. Его шаги были медлительны, спокойными, слишком уж тихими. Ему было скучно просто так рубить каждого, что приблизится к нему. И сейчас, он бы с удовольствием ринулся в окно, обращаясь птицей, но беспокоился. А вдруг Вилма не сумеет выбраться? Что он будет делать, если девушка внезапно исчезнет с гитарой, решив предать его? Второе, он, конечно же отвергал сразу же. Этот вариант, пусть и был возможен, но чертовски маловероятен. В голове всплывали ее слова, что она хотела взять отдельную комнату... Как же так получилось, что он оказался в своем положении?
= Если бы знал... Ведомый солнечным ветром, он бы искал меня, звал меня... = Тихий напев, исходящий от двери привлек его внимание. Пират невольно вздрогнул, сразу вспоминая текст песни, что его старый товарищ репетировал при первой встрече. Он сделал шаг вперед, ускоряясь и, крепко схватился за ручку, испачканными в крови руками.
Передвижение Зика по заводу было стремительно. Он вертелся, как волчок и несся вперед, снося все на своем пути. За время дебоширства, коим пират занимался с того самого момента, как прошел через главные ворота, рубка плоти стала для него обыденностью. Шаг вперед, уход в сторону от удара, разворот. Клинок черкает в воздухе алый круг из крови, два тела замертво падают на землю. Убийство дозорных начало становится рутиной, он уже даже не улыбался и уж тем более, не ехидничал, пока в какой-то момент перед ним не стали появляться более сильные представители стороны закона.
— Тоска. — Произнес он с нотками презрения скучающим голосом, ногой сталкивая тело очередного стража правопорядка с клинка своего ниндзято. Он остановил свой шаг, оглядываясь назад. Сколько уж коридоров он прошел, прежде чем оказаться здесь? Этот завод казался ему запутанным лабиринтом, где никогда не знаешь что тебя будет ждать за поворотом. Коридоры были изрезаны следом от его клинка, украшенные окровавленными телами, что в большинстве своем были прибиты к стенам коридора. Его взгляд поднимается, обращая внимание на источник спадающих капель крови. Малиновые очи сосредоточились на теле, что было пригвождено двумя саблями к потолку. На этого человека ушло чуть больше времени, нежели на остальных. Его тело в глазах рыжего, было этаким монументальным уважением, когда если ему и придется убить серьезного противника, то только так, чтобы все запомнили его смерть. Ведь он никогда ее не забудет.
— Ну, надеюсь Вилма успела выполнить мое задание. — Рыжий лениво потянулся, возобновляя свой путь по коридору. Руки поднялись к потолку, скребя по поверхности потолка лезвием гатаны. Его шаги были медлительны, спокойными, слишком уж тихими. Ему было скучно просто так рубить каждого, что приблизится к нему. И сейчас, он бы с удовольствием ринулся в окно, обращаясь птицей, но беспокоился. А вдруг Вилма не сумеет выбраться? Что он будет делать, если девушка внезапно исчезнет с гитарой, решив предать его? Второе, он, конечно же отвергал сразу же. Этот вариант, пусть и был возможен, но чертовски маловероятен. В голове всплывали ее слова, что она хотела взять отдельную комнату... Как же так получилось, что он оказался в своем положении?
= Если бы знал... Ведомый солнечным ветром, он бы искал меня, звал меня... = Тихий напев, исходящий от двери привлек его внимание. Пират невольно вздрогнул, сразу вспоминая текст песни, что его старый товарищ репетировал при первой встрече. Он сделал шаг вперед, ускоряясь и, крепко схватился за ручку, испачканными в крови руками.
[id59036888:bp-36291248_219256|Анастасия],
Руки сжали ручки, песня же по ту сторону двери окончательно умолкла. Зик навалился на нее всем весом, из-за чего та просела чуть вперед, но не открывалась. Он не дернул за ручку, осознавая, что скорее-всего там его будет ждать противник. А может и табун оных, сколько еще солдат было здесь, а не на похоронной церемонии он не ведал. От ручек, как и от двери в целом обдавало жаром, но рыжий счел это простым напутствием эмоций.
«Нет, так не пойдет.» — Он посмотрел на свои руки, отдавая себе отчет, что скорее-всего за той дверью находится, если и не его друг, то огромное количество солдат дозора точно. Он огляделся, наблюдая лишь тела, пронзенные своим же оружием, что висели то тут, то там по одну сторону коридора и дальше туда. Одна нога здесь, другая там, и Зик, перешагнув через эти обрубки в скором времени оказался рядом с одним из тел, в коем торчало аж две сабли.
— Я, пожалуй, это позаимствую. — Руки крепко схватились за рукояти, тело подалось назад и с не самым приятным звуком оружие было вытянуто из тела. На клинке было много грязи, подсохшая кровь, часть мяса и кожи, одним словом, этим мечом точно делали кебаб. Вернувшись на исходную позицию, он, сжимая по сабле в каждой руке, поднял свою ногу и резким ударом ступни по дверям в месте замка, пробил себе дорогу внутрь
— Простите, что без стука. — Он ожидал всего. Огромного сатану, размахивающим розовым дилдо в виде розовым фламинго. Ожидал увидеть целую армию дозора, что в один миг направили в него все пушки мира. Но нет. Его тело обдало жаром, словно он только что попал в место погорячее пустыни, а по стенам по обе стороны от дверных проемов стекали дозорные, что хотели устроить засаду. — Сам знаю, что не прилично, но по другому, черт возьми, не могу! —
= А я уж думал, что ты решишь пойти дальше. = Вдали от дверей, практически с противоположной стены зала на чем-то отдаленно напоминающем гроб сидел мужчина. Он выглядел молодо: каштановые волосы, белый плащ, не застегнутый на пуговицы и строгий стальной взгляд, направленный в, знакомую Алгару, нотную тетрадь.
— Откуда у тебя это? — Рыжий говорил напряженно. Его взгляд, да и в целом внимание было сфокусировано прежде всего на тетради, что разложившись, лежала в руке брюнета. Алгар помнил каждую вмятину, каждый помятый листочек в этой тетради. Он бы узнал ее из тысячи идентичных, и это вкупе с словами того любителя кожаных флейт подтверждало - гитара здесь. Но где тогда Аксель? Почему все его вещи находятся у какого-то упыря в белых одеждах посреди котлов с раскаленным металлом? От появления этих вопросов в голове лицо рыжего становилось все мрачнее с каждой секундой.
= Конфисковал. = Сухо произнес неизвестный, захлопывая тетрадь в своих руках и убирая ее в внутренний карман с стороны сердца. Брюнет осознавал - после его слов пират незамедлительно ринется в атаку, поэтому, решив не оставлять себя безоружным, встал с чемодана. Удар каблуком по ее стенке вызвал не очевидную реакцию - крышка импровизированного "гроба" открылась и из нее вверх вылетел массивный меч. Перекрутившись сталь его клинка отразила от себя раскаленное сияние металла, остановившись острием вверх, когда рука дозорного зажала рукоять двуручного оружия и резко потянула вниз, вбивая в металлический пол и оставляя в нем пролом. = Опережая твой вопрос - скоро ты с ним свидишься. Я лично об этом позабочусь. =
Что-то в Зике щелкнуло в этот момент. Он даже сам не ожидал, но в какой-то миг просто оказался перед своим оппонентом, скрещивая их мечи с проницательным звоном, несколько раз облетевший помещение цеха эхом. Толчок, Зик отстранился от меча врага на метр, но лишь для того, чтобы вскоре вновь ринуться вперед с восходящим ударом от пояса. Зал наполнился звуком скрежета стали о сталь, их клинки высекали искры друг о друга, пока в очередном подобном столкновении, рыжий не принял его замах на свои сабли. Скрежет, треск, птиц с толчком отлетел в сторону, а большая часть клинка каждой из сабель надломилась и упала о металлический пол.
Руки сжали ручки, песня же по ту сторону двери окончательно умолкла. Зик навалился на нее всем весом, из-за чего та просела чуть вперед, но не открывалась. Он не дернул за ручку, осознавая, что скорее-всего там его будет ждать противник. А может и табун оных, сколько еще солдат было здесь, а не на похоронной церемонии он не ведал. От ручек, как и от двери в целом обдавало жаром, но рыжий счел это простым напутствием эмоций.
«Нет, так не пойдет.» — Он посмотрел на свои руки, отдавая себе отчет, что скорее-всего за той дверью находится, если и не его друг, то огромное количество солдат дозора точно. Он огляделся, наблюдая лишь тела, пронзенные своим же оружием, что висели то тут, то там по одну сторону коридора и дальше туда. Одна нога здесь, другая там, и Зик, перешагнув через эти обрубки в скором времени оказался рядом с одним из тел, в коем торчало аж две сабли.
— Я, пожалуй, это позаимствую. — Руки крепко схватились за рукояти, тело подалось назад и с не самым приятным звуком оружие было вытянуто из тела. На клинке было много грязи, подсохшая кровь, часть мяса и кожи, одним словом, этим мечом точно делали кебаб. Вернувшись на исходную позицию, он, сжимая по сабле в каждой руке, поднял свою ногу и резким ударом ступни по дверям в месте замка, пробил себе дорогу внутрь
— Простите, что без стука. — Он ожидал всего. Огромного сатану, размахивающим розовым дилдо в виде розовым фламинго. Ожидал увидеть целую армию дозора, что в один миг направили в него все пушки мира. Но нет. Его тело обдало жаром, словно он только что попал в место погорячее пустыни, а по стенам по обе стороны от дверных проемов стекали дозорные, что хотели устроить засаду. — Сам знаю, что не прилично, но по другому, черт возьми, не могу! —
= А я уж думал, что ты решишь пойти дальше. = Вдали от дверей, практически с противоположной стены зала на чем-то отдаленно напоминающем гроб сидел мужчина. Он выглядел молодо: каштановые волосы, белый плащ, не застегнутый на пуговицы и строгий стальной взгляд, направленный в, знакомую Алгару, нотную тетрадь.
— Откуда у тебя это? — Рыжий говорил напряженно. Его взгляд, да и в целом внимание было сфокусировано прежде всего на тетради, что разложившись, лежала в руке брюнета. Алгар помнил каждую вмятину, каждый помятый листочек в этой тетради. Он бы узнал ее из тысячи идентичных, и это вкупе с словами того любителя кожаных флейт подтверждало - гитара здесь. Но где тогда Аксель? Почему все его вещи находятся у какого-то упыря в белых одеждах посреди котлов с раскаленным металлом? От появления этих вопросов в голове лицо рыжего становилось все мрачнее с каждой секундой.
= Конфисковал. = Сухо произнес неизвестный, захлопывая тетрадь в своих руках и убирая ее в внутренний карман с стороны сердца. Брюнет осознавал - после его слов пират незамедлительно ринется в атаку, поэтому, решив не оставлять себя безоружным, встал с чемодана. Удар каблуком по ее стенке вызвал не очевидную реакцию - крышка импровизированного "гроба" открылась и из нее вверх вылетел массивный меч. Перекрутившись сталь его клинка отразила от себя раскаленное сияние металла, остановившись острием вверх, когда рука дозорного зажала рукоять двуручного оружия и резко потянула вниз, вбивая в металлический пол и оставляя в нем пролом. = Опережая твой вопрос - скоро ты с ним свидишься. Я лично об этом позабочусь. =
Что-то в Зике щелкнуло в этот момент. Он даже сам не ожидал, но в какой-то миг просто оказался перед своим оппонентом, скрещивая их мечи с проницательным звоном, несколько раз облетевший помещение цеха эхом. Толчок, Зик отстранился от меча врага на метр, но лишь для того, чтобы вскоре вновь ринуться вперед с восходящим ударом от пояса. Зал наполнился звуком скрежета стали о сталь, их клинки высекали искры друг о друга, пока в очередном подобном столкновении, рыжий не принял его замах на свои сабли. Скрежет, треск, птиц с толчком отлетел в сторону, а большая часть клинка каждой из сабель надломилась и упала о металлический пол.
Взгляд малиновых глаз неторопливо проскользнул от эфеса до ломанного конца по обрубку оружия, понимая, что более ему это оружие без надобности. Взгляд вернулся на противника - дозорный был не из тех кто любил ждать, это стало понятно практически сразу, когда рыжий узрел, что острие массивного орудия уже вовсю стремится пронестись через его горло.
— Извини, я не готов к подобного рода поцелуям. — Лицо скривилось в легкой усмешке и с уст слетели эти слова, когда он сделал легкий шаг назад, отклоняя корпус по направлению движения, кожей ощущая, как что-то очень тяжелое быстро пролетело в нескольких сантиметрах от его кадыка. Пальцы расслабились, опуская рукояти сабель. Обломки упали на уровень ноги, резкий удар ногой по эфесу и один из них пронесся вверх.
= Тц! = Дозорный инстинктивно, выпрямился, выгибаясь в спине. Острие не вонзилось в его горло, как на то рассчитывал пират, но оставило длинный порез от шеи до кончика подбородка. Безразличие дозорного разбилось вдребезги, он резко пошел вперед, оборачиваясь полубоком и толкая рыжего плечом, на что Зик ответил достаточно просто и со вкусом. Резкий уход в сторону и несколько мощных ударов кулаком в бочину. Капитан, скорчив лицо гримасой боли, отстранился от рыжего, меняя положение клинка в руках.
— Зачем вообще нужен такой клинок? — Рыжий в очередной раз удивился длине оружия своего оппонента. Длинный, тяжелый, невообразимо громоздкий. В какой-то мере он стал понимать почему это оружие его визави перемещал в гробу, что мог его выплюнуть - носить подобное за спиной было бы подобно пытке. Убрав руку куда-то за спину, Зик ухватился за рукоять, вытягивая свое ниндзято. Зверочеловек отдавал себе отчет, что подобное оружие совсем не подходит для этого боя. Гатана была слишком коротким, невыразительным и, что не мало важно, дешевым оружием. Все оружие ниндзя было сделано конвейерной ковкой без особых изысков, поскольку их оружие - первое, что выбрасывалось, когда становилось обузой. Тем не менее, помимо него, у Зика оставался лишь выкидной клинок на предплечье, но и тот был не более чем последним средством.
= Чтобы взмахом рубить головы... = Очередной выпад дозорного окончился ничем, клинок его двуручного меча описал дугу по диагонали, лишь слегка задевая челку рыжего зверочеловека, с каждой секундой этого боя дозорный терял самообладание, что было видно по его лицу. = Таким, как ты! = Из этого же положения, он резко нанес сокрушительный удар вниз, Зик поставил блок, но оружие все равно треснуло под напором тяжелого меча. = Убийцам! Пиратам! Ворам! Террористам! = Удар за ударом дозорный начал теснить зверочеловека, а меч его все больше покрывался паутиной трещин, пока в один миг, исполинский клинок с свистом не прошел насквозь, оставляя в воздухе повисший звон расколотого меча. Одежда рыжего слегка встрепенулась, после чего окрасилась в алый. Острие прошло по телу, оставляя глубокий порез от центра до левого бока. Дыхание Алгара перехватило от боли, но он не дал болезненному крику сорваться с уст. Он поднял ногу, придавливая оружие оппонента к земле, свободной рукой подхватывая осколок клинка, что отлетел от рукояти и молниеносно набросился на оппонента, вбивая сталь, как кол в его сердце.
— Для моей шеи... — Тело дозорного обмякло под рыжим, пальцы его рук опустили рукоять меча. Зверочеловек, прижал свою руку к животу, второй раскрывая верхнюю одежду своего противника. В нагрудном кармане была та самая тетрадь, несколько раз пробитая насквозь острием ниндзято. Она была испачкана кровью, и что-то ему подсказывало, что страницы тоже заляпаны ей в большей мере. — Тебе потребуется меч получше. —
Алгар поднялся, делать здесь было уже нечего. Не в плане на заводе, а конкретно в этом цеху, где был один лишь расплавленный металл, да осколки сломанных клинков, что составили своим владельцам, может и не хорошую службу, но по крайней мере помогли Зику в этом сражении. Он поднял взгляд к двери, видя над ней надпись "B-3"
— Извини, я не готов к подобного рода поцелуям. — Лицо скривилось в легкой усмешке и с уст слетели эти слова, когда он сделал легкий шаг назад, отклоняя корпус по направлению движения, кожей ощущая, как что-то очень тяжелое быстро пролетело в нескольких сантиметрах от его кадыка. Пальцы расслабились, опуская рукояти сабель. Обломки упали на уровень ноги, резкий удар ногой по эфесу и один из них пронесся вверх.
= Тц! = Дозорный инстинктивно, выпрямился, выгибаясь в спине. Острие не вонзилось в его горло, как на то рассчитывал пират, но оставило длинный порез от шеи до кончика подбородка. Безразличие дозорного разбилось вдребезги, он резко пошел вперед, оборачиваясь полубоком и толкая рыжего плечом, на что Зик ответил достаточно просто и со вкусом. Резкий уход в сторону и несколько мощных ударов кулаком в бочину. Капитан, скорчив лицо гримасой боли, отстранился от рыжего, меняя положение клинка в руках.
— Зачем вообще нужен такой клинок? — Рыжий в очередной раз удивился длине оружия своего оппонента. Длинный, тяжелый, невообразимо громоздкий. В какой-то мере он стал понимать почему это оружие его визави перемещал в гробу, что мог его выплюнуть - носить подобное за спиной было бы подобно пытке. Убрав руку куда-то за спину, Зик ухватился за рукоять, вытягивая свое ниндзято. Зверочеловек отдавал себе отчет, что подобное оружие совсем не подходит для этого боя. Гатана была слишком коротким, невыразительным и, что не мало важно, дешевым оружием. Все оружие ниндзя было сделано конвейерной ковкой без особых изысков, поскольку их оружие - первое, что выбрасывалось, когда становилось обузой. Тем не менее, помимо него, у Зика оставался лишь выкидной клинок на предплечье, но и тот был не более чем последним средством.
= Чтобы взмахом рубить головы... = Очередной выпад дозорного окончился ничем, клинок его двуручного меча описал дугу по диагонали, лишь слегка задевая челку рыжего зверочеловека, с каждой секундой этого боя дозорный терял самообладание, что было видно по его лицу. = Таким, как ты! = Из этого же положения, он резко нанес сокрушительный удар вниз, Зик поставил блок, но оружие все равно треснуло под напором тяжелого меча. = Убийцам! Пиратам! Ворам! Террористам! = Удар за ударом дозорный начал теснить зверочеловека, а меч его все больше покрывался паутиной трещин, пока в один миг, исполинский клинок с свистом не прошел насквозь, оставляя в воздухе повисший звон расколотого меча. Одежда рыжего слегка встрепенулась, после чего окрасилась в алый. Острие прошло по телу, оставляя глубокий порез от центра до левого бока. Дыхание Алгара перехватило от боли, но он не дал болезненному крику сорваться с уст. Он поднял ногу, придавливая оружие оппонента к земле, свободной рукой подхватывая осколок клинка, что отлетел от рукояти и молниеносно набросился на оппонента, вбивая сталь, как кол в его сердце.
— Для моей шеи... — Тело дозорного обмякло под рыжим, пальцы его рук опустили рукоять меча. Зверочеловек, прижал свою руку к животу, второй раскрывая верхнюю одежду своего противника. В нагрудном кармане была та самая тетрадь, несколько раз пробитая насквозь острием ниндзято. Она была испачкана кровью, и что-то ему подсказывало, что страницы тоже заляпаны ей в большей мере. — Тебе потребуется меч получше. —
Алгар поднялся, делать здесь было уже нечего. Не в плане на заводе, а конкретно в этом цеху, где был один лишь расплавленный металл, да осколки сломанных клинков, что составили своим владельцам, может и не хорошую службу, но по крайней мере помогли Зику в этом сражении. Он поднял взгляд к двери, видя над ней надпись "B-3"
— Не понимаю, почему нельзя просто назвать это место "Плавильней"? — Порой, архитекторов военных и производственных учреждений умом не понять, и Зик был сейчас полностью согласен с этим утверждением. Слегка пошатываясь от усталости, он двинулся дальше. За дверью его ждал очередной коридор с проулками, внутри одного такого он и скрылся, прижимая руку к ране, ожидая когда та залечится — «Надеюсь, Вилма в порядке» — Хотелось уж ему, чтобы девушка сейчас была в целостности. Он прикрыл глаза, упираясь затылком в стену.
[id59036888:bp-36291248_219303|Анастасия],
Сколько времени прошло с тех самых пор, как бой закончился? Рыжий не вел счет времени. Он сидел недвижимо, опустив слегка пустой взгляд на изрезанную тетрадку. Пират зажал ее кожаную, липкую от крови обложку меж большим и указательным пальцем, изредка проводя подушечкой первого по следу от клинка. Зик никогда не вспоминал об этом раньше, но глядя на эту тетрадку ощущал всем телом боль утраты тех мгновений, что он проводил за гитарой с Акселем. Днем он пил с ним бурбон, распевал похабные песенки его сочинения, а вечером вновь выходил на арену под игру его гитары и падение золотых лепестков с свода ринга.
«Хорошее было время...» — Взгляд малиновых глаз был полностью сфокусирован на тетради. Каждая потертость, каждый изгиб и царапина переносили разум Лоуп-Гароу в те времена, но в какой-то момент эта идиллия закончилась. Перед ним, слегка размыто, замаячил таинственный силуэт. Рука машинально опустила тетрадь на землю, рукой ища что-то чем можно было бы убить оппонента мгновенно, но не найдя ничего под рукой, он принял волевое решение.
= Зик? = Негромко прозвучало из уст "таинственного силуэта", но едва-едва она сделала еще один шаг, как тут же могла понять, что мир как-то резко перевернулся. Рыжий стремительно прыгнул на нее, прижимая одной рукой за шею к полу, а левую руку поднял в замахе. Кулак сжался, на тыльной стороне кисти вытянулся выкидной клинок с трещиной.
— Вилма?... — Отозвалось с хрипотой в голосе зверочеловека, и пальцы на ее шее ослабли. Кулак левой руки разжался, клинок с скрипом вернулся обратно, скрываясь в рукаве его куртки. Зик неторопливо отстранился, оглядывая взглядом ее тело. Она выглядела сильно потрепанной, да и по походке он сначала спутал ее с своим противником, который все же смог пережить знакомство сердца с сталью. — Извини... Ты в порядке? — Спросил он, но так и не спешил слезать с нее. Да, он не давил своей задницей на ее тело, но зато не давал встать, расположив ноги по обе стороны от ее талии.
Сколько времени прошло с тех самых пор, как бой закончился? Рыжий не вел счет времени. Он сидел недвижимо, опустив слегка пустой взгляд на изрезанную тетрадку. Пират зажал ее кожаную, липкую от крови обложку меж большим и указательным пальцем, изредка проводя подушечкой первого по следу от клинка. Зик никогда не вспоминал об этом раньше, но глядя на эту тетрадку ощущал всем телом боль утраты тех мгновений, что он проводил за гитарой с Акселем. Днем он пил с ним бурбон, распевал похабные песенки его сочинения, а вечером вновь выходил на арену под игру его гитары и падение золотых лепестков с свода ринга.
«Хорошее было время...» — Взгляд малиновых глаз был полностью сфокусирован на тетради. Каждая потертость, каждый изгиб и царапина переносили разум Лоуп-Гароу в те времена, но в какой-то момент эта идиллия закончилась. Перед ним, слегка размыто, замаячил таинственный силуэт. Рука машинально опустила тетрадь на землю, рукой ища что-то чем можно было бы убить оппонента мгновенно, но не найдя ничего под рукой, он принял волевое решение.
= Зик? = Негромко прозвучало из уст "таинственного силуэта", но едва-едва она сделала еще один шаг, как тут же могла понять, что мир как-то резко перевернулся. Рыжий стремительно прыгнул на нее, прижимая одной рукой за шею к полу, а левую руку поднял в замахе. Кулак сжался, на тыльной стороне кисти вытянулся выкидной клинок с трещиной.
— Вилма?... — Отозвалось с хрипотой в голосе зверочеловека, и пальцы на ее шее ослабли. Кулак левой руки разжался, клинок с скрипом вернулся обратно, скрываясь в рукаве его куртки. Зик неторопливо отстранился, оглядывая взглядом ее тело. Она выглядела сильно потрепанной, да и по походке он сначала спутал ее с своим противником, который все же смог пережить знакомство сердца с сталью. — Извини... Ты в порядке? — Спросил он, но так и не спешил слезать с нее. Да, он не давил своей задницей на ее тело, но зато не давал встать, расположив ноги по обе стороны от ее талии.
[id59036888:bp-36291248_219331|Анастасия],
В груди все сжалось от ее реакции. Она была, словно загнанный теленок, которого вот-вот сожрут голодные волки. Ну, в данном случае - гарпия, который возжелал бы в первую очередь целый швейцарский стол, нежели обнаженную Вилму прямо здесь и сейчас. Брови слегка опустились, не зная в каком положении им оставаться, быть хмурыми или же слегка насмешливыми. Да и Зик, наверное, тоже не знал, что конкретно сейчас он мог сказать. Кровь из раны сочилась чуть сильнее, пачкая ее свитер в его крови.
— Ага. — Рыжий прокашлялся, теперь его голос звучал более знакомо, но все еще недостаточно - от духоты и жара в "плавильне" его горло пересохло, желая либо воды, либо рому. Предпочтительнее, конечно, было второе, чтобы затуманить ощущение боли... И разочарования. В себе в первую очередь, он не ожидал, что девушка увидит его в таком виде. Зик глубоко вдыхает, от чего его грудная клетка растянулась, слегка вздыбившись. Выдох был тяжелым. Настолько, что было ощущение, что сейчас этим вздохом можно было обрушить потолок этого коридора. Ее слова он принял с издевкой, но привычного смеха девушка не увидела. Лишь слегка грустный, понурившись взгляд прошелся по телу, а потом поднялся и встретился с ее глазами.
— Приведи себя в порядок для начала. — Ее страх. Трепет ее тела. Зик не знал как, но он ощущал его всем своим телом, каждой косточкой, каждой клеточкой тела он знал - она чувствует страх перед ним. Не тот, что прежде изначально. Это чувство было более... Глубокое. Более потаенное. — «Интересно, что же так ее гложет?» — Его веки слегка опустились, переводя взгляд в положение сожаления. Он в целом не сильно интересовался ее биографией. Как и она его, но даже в этом случае рыжая показывала более активный интерес к его персоне, нежели сам Алгар. Он вытянул правую руку к ее лицу, сгибая средний палец и цепляясь ногтем за подушечку большого. Небольшое усилие, характерный "щелк" пронесся по проулку коридора, когда щелбан столкнулся с носом рыжей.
— Я, смотрю, ты выполнила свою задачу... — Он поднялся, поднимая вместе с собой и девушку. Гитара за ее спиной, конечно, не повредилась, фигура рыжей была слишком воздушной, чтобы разбить конкретно этот инструмент. Зик знал это, так-как самолично несколько раз разбил голову некоторым пьяницам, пока Аксель имитировал водопад своими слюнями. Зик хотел бы попросить, чтобы девушка передала гитару ему в руку, но его отвлекло то, что если он увидит ее сейчас - он просто не будет в силах сдержать свои эмоции. А это ему сейчас нужно было меньше всего. — Ты, к слову, не знаешь. — Говорил он уже, находясь чуть дальше от рыжей, когда пригнулся, чтобы поднять с пола окровавленную нотную тетрадь. — Где тут держат заключенных? И держат ли? —
В груди все сжалось от ее реакции. Она была, словно загнанный теленок, которого вот-вот сожрут голодные волки. Ну, в данном случае - гарпия, который возжелал бы в первую очередь целый швейцарский стол, нежели обнаженную Вилму прямо здесь и сейчас. Брови слегка опустились, не зная в каком положении им оставаться, быть хмурыми или же слегка насмешливыми. Да и Зик, наверное, тоже не знал, что конкретно сейчас он мог сказать. Кровь из раны сочилась чуть сильнее, пачкая ее свитер в его крови.
— Ага. — Рыжий прокашлялся, теперь его голос звучал более знакомо, но все еще недостаточно - от духоты и жара в "плавильне" его горло пересохло, желая либо воды, либо рому. Предпочтительнее, конечно, было второе, чтобы затуманить ощущение боли... И разочарования. В себе в первую очередь, он не ожидал, что девушка увидит его в таком виде. Зик глубоко вдыхает, от чего его грудная клетка растянулась, слегка вздыбившись. Выдох был тяжелым. Настолько, что было ощущение, что сейчас этим вздохом можно было обрушить потолок этого коридора. Ее слова он принял с издевкой, но привычного смеха девушка не увидела. Лишь слегка грустный, понурившись взгляд прошелся по телу, а потом поднялся и встретился с ее глазами.
— Приведи себя в порядок для начала. — Ее страх. Трепет ее тела. Зик не знал как, но он ощущал его всем своим телом, каждой косточкой, каждой клеточкой тела он знал - она чувствует страх перед ним. Не тот, что прежде изначально. Это чувство было более... Глубокое. Более потаенное. — «Интересно, что же так ее гложет?» — Его веки слегка опустились, переводя взгляд в положение сожаления. Он в целом не сильно интересовался ее биографией. Как и она его, но даже в этом случае рыжая показывала более активный интерес к его персоне, нежели сам Алгар. Он вытянул правую руку к ее лицу, сгибая средний палец и цепляясь ногтем за подушечку большого. Небольшое усилие, характерный "щелк" пронесся по проулку коридора, когда щелбан столкнулся с носом рыжей.
— Я, смотрю, ты выполнила свою задачу... — Он поднялся, поднимая вместе с собой и девушку. Гитара за ее спиной, конечно, не повредилась, фигура рыжей была слишком воздушной, чтобы разбить конкретно этот инструмент. Зик знал это, так-как самолично несколько раз разбил голову некоторым пьяницам, пока Аксель имитировал водопад своими слюнями. Зик хотел бы попросить, чтобы девушка передала гитару ему в руку, но его отвлекло то, что если он увидит ее сейчас - он просто не будет в силах сдержать свои эмоции. А это ему сейчас нужно было меньше всего. — Ты, к слову, не знаешь. — Говорил он уже, находясь чуть дальше от рыжей, когда пригнулся, чтобы поднять с пола окровавленную нотную тетрадь. — Где тут держат заключенных? И держат ли? —
[id59036888:bp-36291248_219333|Анастасия],
Беспокойство Вилмы было весомым поводом Зику задуматься о том, что он делает что-то не так. Он осознал это, когда впервые столкнулся с ее заботой, что была для него чем-то новым и необъяснимым. Сейчас же, от этой же заботы становилось еще хуже - она его уязвляла, давила на него, словно он снова где-то напортачил, а ей за это приходится расплачиваться. И все это на фоне его сущности. Он корыстен, наглый, достаточно загадочен и эгоистичен, чтобы быть, пожалуй, одним из самых жутких противников на этом острове. А в итоге? В итоге его, хоть и про себя, но отчитывает человеческая самка.
— Само затянется. — Хмыкнул он, горделиво задрав нос. Для него подобное поведение было не в новинку, но чаще всего, оно было проявлением одной единственной черты в его характере - самоуверенности. Чтобы рыжий хоть где-то принял помощь от человека добровольно, а не из под палки, как было до этого, а уж тем более попросил об этом - неслыханно. Впрочем, если бы он услышал про идею Вилмы, то определенно бы поддержал. Лекарь никогда не будет лишним, уж тем более в команде где каждый второй умудряется покалечить себя в обычном сражении. Конечно, громко считать сражение с сильным противником обычным, но без этого Алгар не был бы самим собой.
«Надеюсь, Аксель мне не вставит за свою тетрадку.» — Взгляд малиновых глаз сосредоточился на нотной тетради, на секунду рыжий замер, недвижимо рассматривая ее обложку. Но это продлилось недолго, уже через пару мгновений он скрыл тетрадку в внутренний карман своей куртки.
— Недооцениваю? — Переспросил он, не оборачиваясь к ней лицом. — Я просто... — Он хотел было объяснить, что все дело не в том, что девушка была слабой. И не в том, что девушка была человеком. Он просто был рад, что она цела и все обошлось без происшествий, но... Зик понимал, что даже не перебей она его, он бы все равно не смог сказать ей всего в лоб, слишком уж твердолобым он был. Когда речь зашла об Акселе, он резко обернулся в ее сторону с шоком в взгляде.
«Откуда она знает!?» — Единственная мысль, что появилась в его голове в миг, когда их взгляды встретились. Впрочем, куда больше вопросов возникло, когда она рассказала ему о допросе. Чем этот человек мог заслужить подобное? Напел похабную песенку о доблестных служителях закона? Перешел кому-то дорогу, а может сердце дочери адмирала украл? Не важно, что именно произошло, но теперь он был где-то здесь. Избитый, лишенный своей гитары и оружия.
— ...У меня просто нет слов. — Единственное, что он выдал и двинулся за девушкой по спуску вниз. Они шли долго. Дело было не в массиве здания или их дороги, а просто в усталости. Зик не спрашивал, но видел, что Вилму сильно потрепали. Его тоже потрепало не слабо, но, как и девушка, он не подавал виду, игнорируя тянущую боль в области раны.
Беспокойство Вилмы было весомым поводом Зику задуматься о том, что он делает что-то не так. Он осознал это, когда впервые столкнулся с ее заботой, что была для него чем-то новым и необъяснимым. Сейчас же, от этой же заботы становилось еще хуже - она его уязвляла, давила на него, словно он снова где-то напортачил, а ей за это приходится расплачиваться. И все это на фоне его сущности. Он корыстен, наглый, достаточно загадочен и эгоистичен, чтобы быть, пожалуй, одним из самых жутких противников на этом острове. А в итоге? В итоге его, хоть и про себя, но отчитывает человеческая самка.
— Само затянется. — Хмыкнул он, горделиво задрав нос. Для него подобное поведение было не в новинку, но чаще всего, оно было проявлением одной единственной черты в его характере - самоуверенности. Чтобы рыжий хоть где-то принял помощь от человека добровольно, а не из под палки, как было до этого, а уж тем более попросил об этом - неслыханно. Впрочем, если бы он услышал про идею Вилмы, то определенно бы поддержал. Лекарь никогда не будет лишним, уж тем более в команде где каждый второй умудряется покалечить себя в обычном сражении. Конечно, громко считать сражение с сильным противником обычным, но без этого Алгар не был бы самим собой.
«Надеюсь, Аксель мне не вставит за свою тетрадку.» — Взгляд малиновых глаз сосредоточился на нотной тетради, на секунду рыжий замер, недвижимо рассматривая ее обложку. Но это продлилось недолго, уже через пару мгновений он скрыл тетрадку в внутренний карман своей куртки.
— Недооцениваю? — Переспросил он, не оборачиваясь к ней лицом. — Я просто... — Он хотел было объяснить, что все дело не в том, что девушка была слабой. И не в том, что девушка была человеком. Он просто был рад, что она цела и все обошлось без происшествий, но... Зик понимал, что даже не перебей она его, он бы все равно не смог сказать ей всего в лоб, слишком уж твердолобым он был. Когда речь зашла об Акселе, он резко обернулся в ее сторону с шоком в взгляде.
«Откуда она знает!?» — Единственная мысль, что появилась в его голове в миг, когда их взгляды встретились. Впрочем, куда больше вопросов возникло, когда она рассказала ему о допросе. Чем этот человек мог заслужить подобное? Напел похабную песенку о доблестных служителях закона? Перешел кому-то дорогу, а может сердце дочери адмирала украл? Не важно, что именно произошло, но теперь он был где-то здесь. Избитый, лишенный своей гитары и оружия.
— ...У меня просто нет слов. — Единственное, что он выдал и двинулся за девушкой по спуску вниз. Они шли долго. Дело было не в массиве здания или их дороги, а просто в усталости. Зик не спрашивал, но видел, что Вилму сильно потрепали. Его тоже потрепало не слабо, но, как и девушка, он не подавал виду, игнорируя тянущую боль в области раны.
[id59036888:bp-36291248_219336|Анастасия],
Взгляд девушки говорил все без лишних слов. Зик даже и не смел недооценивать эту юную особу, но в определенные моменты действительно делал ей поблажки из-за расовой и половой принадлежности. Однако, уже сейчас рыжий не был уверен, что причина была лишь в этом. Малиновые глаза гуляли по телу рыжей, что шла впереди и, если так можно выразится, вела пирата на поводке прямиком в темницу. Конечно, поводком можно было назвать лишь привязанность возникшую между ними, но... Привязанность ли? Недовольно дернув левым глазом, он опустил взгляд на свою правую руку, что невольно потянулась к сердцу, чтобы проверить, бьется ли оно так же умеренно, как должно.
«Что я творю?» — Такая мысль в последняя время слишком часто стала посещать его голову. И если так подумать, то действительно. Что же он творит? Сначала он крадет барышню просто забавы ради, а теперь плетется за ней, переживает за ее состояние, даже доверяет ей такую важную вещь, как гитару Акселя. Последняя, к слову, весьма уютно себя чувствовала на спине рыжей, хоть и выглядела чертовски странно, особенно в рамках следующих событий, о которых, как водится, чуть позже. На третьем пролете, они остановились, чтобы прикрыть свои рыжие волосы. Первой это сделала девушка, Зик же, закатив глаза, поскольку не видел особой причины скрывать свою голову, по крайней мере сейчас, с неохотой последовал ее примеру. К слову, почему Лоуп-Гароу вообще посчитал это не только не обязательным действием, но и в целом глупой затеей? Ну, а вы представьте. На государственном предприятии где собирают вооружение для армии разгуливают два рыжего чучела: дылда в испачканной в крови куртке, чья одежда так же была разорвана и покрыта кровью и, как венец всего этого - рыжая барышня, так же испачканная в крови с гитарой за спиной.
«Серьезно...?» — Еще больше удивления у него было от того, что это, мать его, сработало! Он, конечно, понимал, что представители армии тупее чем кажутся, зачастую это было отчетливо заметно по нехватке сильных кадров - набирали всех кто мог махать саблей чуть лучше обезьяны с палкой. Бывали, конечно, и редкие случаи - тот парень с массивным мечом был лишь отголоском возможного исключения из правил. Да, он хорошо владел своим клинком, гораздо лучше тех, что встречались рыжему на заводе, но в сравнении с настоящими мастерами меча, он все еще был продуктом несовершенной конвейерной методики обучения бойцов. Дозор брал не качеством, он брал количеством и слепой верой в правильность их поступков.
— Даже так, это не объясняет того, что он слепо поверил тебе и даже не спросил персональный идентификатор. — К счастью или сожалению, рыжий был более-менее ознакомлен с порядком идентификации в рядах дозора. Так, интересовался в те времена, когда еще был хоть как-то заинтересован в работе наемника, даже планировал пойти в печально известный "Реквием", но с этим как-то не срослось. То ли они более не набирают людей, то ли Зик им банально не подходил из-за своих методов. — Порой мне кажется, что я слишком хорошо понимаю почему весь мир в таком запущенном состоянии... — Он скосил взгляд обратно вверх, откуда они прошли и куда направился дозорный, отдавая себе отчет, что этот паренек даже и не подумал бы, что его обманули. Слишком наивен и туп одновременно.
— К слову. А ты не боишься, что эта Мартчелл внезапно придет и нагреет нас? Я, конечно, не переживаю, но не хотелось бы драться с скоординированными отрядами, а не с кучкой зеленки. — На этих словах он неторопливо направился в сторону камер. Он шел медленно, вглядываясь в каждую из них. И всегда видел одно и тоже: полумрак и силуэт побитого жизнью человека. Кто знает, быть может, если бы тот человек, чье сердце рыжий пробил некоторое время назад, был более гуманным и действовал в интересах не своих, но народа... Быть может, он бы даже смог сделать из этих слюнтяев достойных солдат, а сам поднялся бы в должности. Но что-то не срослось, и вряд ли бы это сильно изменилось, не придя Зик сюда.
Взгляд девушки говорил все без лишних слов. Зик даже и не смел недооценивать эту юную особу, но в определенные моменты действительно делал ей поблажки из-за расовой и половой принадлежности. Однако, уже сейчас рыжий не был уверен, что причина была лишь в этом. Малиновые глаза гуляли по телу рыжей, что шла впереди и, если так можно выразится, вела пирата на поводке прямиком в темницу. Конечно, поводком можно было назвать лишь привязанность возникшую между ними, но... Привязанность ли? Недовольно дернув левым глазом, он опустил взгляд на свою правую руку, что невольно потянулась к сердцу, чтобы проверить, бьется ли оно так же умеренно, как должно.
«Что я творю?» — Такая мысль в последняя время слишком часто стала посещать его голову. И если так подумать, то действительно. Что же он творит? Сначала он крадет барышню просто забавы ради, а теперь плетется за ней, переживает за ее состояние, даже доверяет ей такую важную вещь, как гитару Акселя. Последняя, к слову, весьма уютно себя чувствовала на спине рыжей, хоть и выглядела чертовски странно, особенно в рамках следующих событий, о которых, как водится, чуть позже. На третьем пролете, они остановились, чтобы прикрыть свои рыжие волосы. Первой это сделала девушка, Зик же, закатив глаза, поскольку не видел особой причины скрывать свою голову, по крайней мере сейчас, с неохотой последовал ее примеру. К слову, почему Лоуп-Гароу вообще посчитал это не только не обязательным действием, но и в целом глупой затеей? Ну, а вы представьте. На государственном предприятии где собирают вооружение для армии разгуливают два рыжего чучела: дылда в испачканной в крови куртке, чья одежда так же была разорвана и покрыта кровью и, как венец всего этого - рыжая барышня, так же испачканная в крови с гитарой за спиной.
«Серьезно...?» — Еще больше удивления у него было от того, что это, мать его, сработало! Он, конечно, понимал, что представители армии тупее чем кажутся, зачастую это было отчетливо заметно по нехватке сильных кадров - набирали всех кто мог махать саблей чуть лучше обезьяны с палкой. Бывали, конечно, и редкие случаи - тот парень с массивным мечом был лишь отголоском возможного исключения из правил. Да, он хорошо владел своим клинком, гораздо лучше тех, что встречались рыжему на заводе, но в сравнении с настоящими мастерами меча, он все еще был продуктом несовершенной конвейерной методики обучения бойцов. Дозор брал не качеством, он брал количеством и слепой верой в правильность их поступков.
— Даже так, это не объясняет того, что он слепо поверил тебе и даже не спросил персональный идентификатор. — К счастью или сожалению, рыжий был более-менее ознакомлен с порядком идентификации в рядах дозора. Так, интересовался в те времена, когда еще был хоть как-то заинтересован в работе наемника, даже планировал пойти в печально известный "Реквием", но с этим как-то не срослось. То ли они более не набирают людей, то ли Зик им банально не подходил из-за своих методов. — Порой мне кажется, что я слишком хорошо понимаю почему весь мир в таком запущенном состоянии... — Он скосил взгляд обратно вверх, откуда они прошли и куда направился дозорный, отдавая себе отчет, что этот паренек даже и не подумал бы, что его обманули. Слишком наивен и туп одновременно.
— К слову. А ты не боишься, что эта Мартчелл внезапно придет и нагреет нас? Я, конечно, не переживаю, но не хотелось бы драться с скоординированными отрядами, а не с кучкой зеленки. — На этих словах он неторопливо направился в сторону камер. Он шел медленно, вглядываясь в каждую из них. И всегда видел одно и тоже: полумрак и силуэт побитого жизнью человека. Кто знает, быть может, если бы тот человек, чье сердце рыжий пробил некоторое время назад, был более гуманным и действовал в интересах не своих, но народа... Быть может, он бы даже смог сделать из этих слюнтяев достойных солдат, а сам поднялся бы в должности. Но что-то не срослось, и вряд ли бы это сильно изменилось, не придя Зик сюда.
Подземелье внизу было крайне просторно. Из-за окружающей его темноты зверочеловек подметил это лишь тогда, когда понял насколько же слышны были его шаги. Обычно его шаги были практически беззвучны, едва-ли различимы в полумраке ночи, но сейчас он слышал их так отчетливо, словно припал ухом к гладкому каменному полу этой немой темницы. Никто из узников не проронил ни слова, ни звука. В безмолвной темноте они молча сидели, не поднимая своего взгляда, приняв рыжего за дозорного, занимающимся очередным скучным обходом.
«В них даже нет и намека на искру жизни.» — Шагая вдоль широкого коридора, Зик неторопливо скинул капюшон с своей головы, то замедляя, то ускоряя шаг в зависимости от расстояния до следующей клетки. По молчаливому ответу рыжего можно было осознать - глава не придет. Он позаботился о том, чтобы глава никогда больше не пришел на этот этаж и не побеспокоил его друга своим присутствием. Алгар прошел на достаточную дистанцию от своей напарницы, чтобы растворится в полумраке коридора, звук шагов стал понемногу затихать, пока в одночасье не прекратился.
— Где же ты, Аксель? — Невзначай проронил рыжий сквозь обеспокоенную гримасу - порождение надежды и страха. Надежды, что он найдет своего друга и страха, что найдет слишком поздно. Проходя мимо очередной клетки, он поднял взгляд на номер над решеткой — 529... — Прочитав номер клетки, рыжий подошел к прутьям, сжимая их в ладонях. Клетки здесь были выполнены на славу - крохотные квадраты, вырезанные в стене. От края до края - два метра, не более. На удивление в такой комнатке умещалось все необходимое для заключенного по мнению дозорных: койка-место, да сортир.
— Ты... — Рыжий вжался в прутья, вглядываясь в мрак комнаты. Голой кожей Зик ощущал обжигающий хлад металлической клетки. Если кто-то и желал сделать из этого места замерзший ад, то как минимум сделать это место максимально холодным у них получилось. Хотя, что уж там стараться? Достаточно было просто убрать малейший намек на обогрев данного помещения, чтобы природа сделала остальное. — Аксель? —
= Аксель... = Некто в клетке откликнулся на вопрос пирата. По ту сторону решетки был бледный силуэт человека. Его тело исхудало настолько, что едва отличалось от скелета с натянутой на кости кожей, такое подобие иссохшего трупа рыжий видел едва-ли не в каждой клетке, но в этом... В этом было что-то совершенно иное. Его руки выглядели нездоровыми, неестественными в хвате пальцев, что наводило на не самые приятные мысли. Алгар намеренно не спрашивал, что именно дозорные делали с его учителем, не хотел сорваться в очередном приступе ярости до того, как встретит его лично. = Какое знакомое имя... Чье оно? =
В его голосе Хаттори слышал знакомые нотки. Узник говорил хрипло, в его голосе уже не ощущалось того пленяющего задора, который пират подмечал с их знакомства, даже намека на хоть какую-то положительную эмоцию. Лишь растерянность и отчаяние пропитывали каждую букву, каждый звук, что вылетали из его иссохших губ. Пальцы сильнее сжали прутья, от чего последние звонко задрожали в пазах, уста зверолюда исказились в оскале.
— Сейчас узнаешь... — Прошептал он, с злобой отталкиваясь от клетки и делая несколько шагов назад. — Да как же тебя открыть... — Он провел взглядом по периметру камеры, подмечая переключатель с одной из сторон. При нажатии на него должно было что-то произойти. Рыжий не был уверен, что данная кнопка открывает камеру, тем не менее, он с размаху вдарил по кнопке кулаком. Прутья задрожали, потом с скрежетом и скрипом промерзшего и заржавевшего механизма начали разъезжаться внутрь стен, чередуясь: одна уезжала вверх, следующая вниз, и так повторялось до последней.
= Что... Ты делаешь? = Сил человека в клетке едва-ли хватало на то, чтобы произносить слова. Он говорил с хрипотой и тяжелым дыханием, выдающее болезнь. От такого содержания, впрочем, можно не только заболеть, но и помереть за несколько недель пребывания, поэтому состоянию собеседника Зик с каждой секундой пребывания здесь удивлялся все меньше и меньше.
«В них даже нет и намека на искру жизни.» — Шагая вдоль широкого коридора, Зик неторопливо скинул капюшон с своей головы, то замедляя, то ускоряя шаг в зависимости от расстояния до следующей клетки. По молчаливому ответу рыжего можно было осознать - глава не придет. Он позаботился о том, чтобы глава никогда больше не пришел на этот этаж и не побеспокоил его друга своим присутствием. Алгар прошел на достаточную дистанцию от своей напарницы, чтобы растворится в полумраке коридора, звук шагов стал понемногу затихать, пока в одночасье не прекратился.
— Где же ты, Аксель? — Невзначай проронил рыжий сквозь обеспокоенную гримасу - порождение надежды и страха. Надежды, что он найдет своего друга и страха, что найдет слишком поздно. Проходя мимо очередной клетки, он поднял взгляд на номер над решеткой — 529... — Прочитав номер клетки, рыжий подошел к прутьям, сжимая их в ладонях. Клетки здесь были выполнены на славу - крохотные квадраты, вырезанные в стене. От края до края - два метра, не более. На удивление в такой комнатке умещалось все необходимое для заключенного по мнению дозорных: койка-место, да сортир.
— Ты... — Рыжий вжался в прутья, вглядываясь в мрак комнаты. Голой кожей Зик ощущал обжигающий хлад металлической клетки. Если кто-то и желал сделать из этого места замерзший ад, то как минимум сделать это место максимально холодным у них получилось. Хотя, что уж там стараться? Достаточно было просто убрать малейший намек на обогрев данного помещения, чтобы природа сделала остальное. — Аксель? —
= Аксель... = Некто в клетке откликнулся на вопрос пирата. По ту сторону решетки был бледный силуэт человека. Его тело исхудало настолько, что едва отличалось от скелета с натянутой на кости кожей, такое подобие иссохшего трупа рыжий видел едва-ли не в каждой клетке, но в этом... В этом было что-то совершенно иное. Его руки выглядели нездоровыми, неестественными в хвате пальцев, что наводило на не самые приятные мысли. Алгар намеренно не спрашивал, что именно дозорные делали с его учителем, не хотел сорваться в очередном приступе ярости до того, как встретит его лично. = Какое знакомое имя... Чье оно? =
В его голосе Хаттори слышал знакомые нотки. Узник говорил хрипло, в его голосе уже не ощущалось того пленяющего задора, который пират подмечал с их знакомства, даже намека на хоть какую-то положительную эмоцию. Лишь растерянность и отчаяние пропитывали каждую букву, каждый звук, что вылетали из его иссохших губ. Пальцы сильнее сжали прутья, от чего последние звонко задрожали в пазах, уста зверолюда исказились в оскале.
— Сейчас узнаешь... — Прошептал он, с злобой отталкиваясь от клетки и делая несколько шагов назад. — Да как же тебя открыть... — Он провел взглядом по периметру камеры, подмечая переключатель с одной из сторон. При нажатии на него должно было что-то произойти. Рыжий не был уверен, что данная кнопка открывает камеру, тем не менее, он с размаху вдарил по кнопке кулаком. Прутья задрожали, потом с скрежетом и скрипом промерзшего и заржавевшего механизма начали разъезжаться внутрь стен, чередуясь: одна уезжала вверх, следующая вниз, и так повторялось до последней.
= Что... Ты делаешь? = Сил человека в клетке едва-ли хватало на то, чтобы произносить слова. Он говорил с хрипотой и тяжелым дыханием, выдающее болезнь. От такого содержания, впрочем, можно не только заболеть, но и помереть за несколько недель пребывания, поэтому состоянию собеседника Зик с каждой секундой пребывания здесь удивлялся все меньше и меньше.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 2 Гость(ей)