Мияби/Момо.
Аоми была права. Расклеиваться не время. Как-никак, Момо не находилась при смерти… Просто показатели низкие и это поправимо! Можно сказать, что именно так себя и успокаивала Мияби, будто бы в моменте совсем забыв о том, что вообще-то является врач!
Признавать вслух этого полукровка не стала. Не потому что не хотела, а потому что отвлеклась, сама переводя тему. Успела лишь кивнуть в знак подтверждения, а потом приступила к подготовке. И всё бы ничего, если бы не дальнейшее замешательство самой врачевательницы, которая, кажется, от вопросов немного осеклась. Подбирала так активно необходимые слова… Мияби просто не осталось выбора, как дополнить свои слова, пытаясь заверить о доброте их квартета.
– Всё в порядке, – пожала плечами брюнетка, не поднимая на Аоми взгляда, продолжая заниматься своими делами. – Будь иначе, мы бы тоже остерегались. Впрочем, на теплый приём мы и не рассчитывали. Достаточно ныне сделанного… я очень благодарна, что ты не отказалась. – Уголки губ приподнялись в слабой улыбке.
Меж тем, сознание Момо прояснялось и глаза наконец-то увидели свет. Яркий. Она зажмурилась. Качка говорила ей о том, что они всё-таки оказались на том корабле и на мгновение беспокойство отлегло от её сердца. Да и факт того, что её товарищи живы-здоровы также успокаивал.
Голос незнакомки слышался сначала казался так далеко, но уже через несколько секунд слова стали различимы и понятны. Выдержав небольшую паузу, дожидаясь окончания её объяснений, Хаттори хрипло хмыкнула.
— Не-е… подруга, — послышалось от неё. Девушка сделала паузу, привлекая тем самым внимание Мияби к себе ещё больше. — Сестра. — Довершила она, выдохнув. Что же, о себе можно было сделать точно такие же выводы, как и о товарищах.
— Хорошо. — Слушая голос Аоми, постепенно отвечала полукровка, полноценно приходя в сознание. — Слышу-слышу… Моё имя Момо, можно просто… Момо. — А по-другому её только Рэйкан и называет, поэтому не то чтобы у неё был всеобщий псевдоним для использования в разговорной речи. — Если надо, используйте, что понадобится, я потом… рассчитаюсь… — И закрыла глаза. Отдохнуть ещё немного точно не помешает. Они ведь поймут?
– Уснула?.. – С осторожностью спросила лисица, поглядывая на лицо оной. Поднесла пальчики правой руки к носику, проверяя дыхание и, недолго ожидая, вздыхает с отвлечением. – Ага… Думаю, ей нужно ещё время, чтобы прийти в себя. Момо, наверное, из нашей компании самая серьёзная и взрослая… – Усмехнувшись, но без намека на веселье, Хошими вновь приступила к делам, если таковые появятся.
Как только все процедуры закончатся, при необходимости, полукровка покинет лазарет. Отягощать Аоми она не будет лишними вопросами.
| [id214783711:bp-36291248_286677|Аоми]. |
ONE PIECE RP ·
Линейный фрегат "Феникс"
Работа в камбузе кипела нешуточная, крики Аратаки то и дело доносились до работающих в кладовой зверолюдей. Когда всё было готово, Хэлвардт придирчиво осмотрел спальные места, опытным взглядом оценивая, как долго смогут продержаться конструкции. Расчёты их инженера обещали, как минимум, пару месяцев комфортной жизни, если корабль не будет крыть штормами ежедневно. Непогода в шумных водах Гранд Лайн – дело привычное, но не настолько частое, посему, заметно задумавшись и считая что-то на пальцах, тигр пришёл к логичному выводу: можно спокойно отдавать койко-места в пользование.
Едва Хэлвардт решил изречь эту мысль, в дверном проёме появились вспотевшие от усердной работы матросы с тарелками, предназначенными для гостя и офицеров.
— Вот это сервис решил нам организовать твой товарищ, Рэйкан, — довольно хохотнул полосатый, упирая одну из рук в бок, а второй слегка похлопывая пернатого по плечу. — Но тут мы есть не будем. Соколята, отнесите, ммм... Пять порций в кают-компанию. И сходите в лазарет, узнайте, смогут ли врачи, хотя бы по-очереди, выйти на ужин. Только не шумите!
Получив новые указания, тот молодняк, что был вынужден подрабатывать курьерами, развернулся в сторону кормы, где и располагалась офицерская столовая.
— Я верю, что вы, скорее всего, устали очень, — обратился Хэлвардт к гостю уже куда серьёзнее: смешливая интонация испарилась, а взгляд потяжелел, — Но Азир явно захочет с вами пообщаться на правах капитана корабля. И тем спокойнее будет для нас всех, если мы уладим все вопросы за ужином, а далее вы уже отправитесь отдыхать.
Старпом говорил с птицелюдом достаточно настойчиво, чтобы его слова не прозвучали просьбой или предложением. Пусть для экипажа Феникса четвёрка в первую очередь стала гостями, но тигр не мог себе позволить давать им достаточно свободы, пока обратного не прикажет капитан. Быть может, позже. Сейчас – нет.
— Я приглашу Азира, а вы дождитесь Итто. Маур, проведёшь ребят в кают-компанию, когда все будут готовы, — коротко закончил Хэлвардт, покидая помещение и не давая возможности ему возразить.
Проходя вдоль камбуза, полосатый обратил внимание, насколько органично рогатый здоровяк вписался в это помещение. Пожалуй, ещё ни разу с тех пор, как фрегат перешёл под управление белопёрого, на кухне не была так качественно налажена работа. Быть может, предложить Аратаки должность было бы любопытным решением... Потом.
Поднявшись на верхнюю палубу, лишь слегка освещённую взошедшей луной и звёздами, старпом направился к корме, где располагался вход к уже личным каютам, а также столовая и лазарет. И, пройдя всего пару дверей, тигр остановился, негромко стуча в капитанскую.
Большой птиц успел выучить весь свой экипаж чуть ли не по шагам, поэтому спокойно позвал Хэлвардта внутрь, сходу требуя у того отчёта.
— Я разместил Итто и Рэйкана в кладовой у камбуза, пришлось потратить немного ресурсов, но потери минимальные, — зверолюд прошёл дальше, плюхаясь на стул напротив капитана, — Здоровяк вызвался готовить: матросы постоянно находились рядом, поэтому уверен, что опасаться не стоит. Ужин уже должны были отнести в офицерскую... Наших гостей я также позвал туда. Единственное, что меня волнует – это девушка в лазарете, Момо, — полосатый осёкся, пытаясь правильно подобрать слова, но Азир его опередил, верно считывая некоторую опаску в тоне подчиненного.
— Если ты о награде за голову, то я их узнал. Причём, двоих. Аратаки тоже не так прост, двести... Семьдесят миллионов, если верить последним данным. Члены "Фуридам", так-то, серьёзная команда, — большой птиц говорил на удивление спокойно, будто уже успел переварить всю информацию, что вспомнил и вычитал из последних газет. Он выровнялся в кресле, меняя тон на более строгий: — Мы можем и должны соблюдать осторожность. Но, раз уж решили помочь, обязаны со своим решением считаться.
Хэлвардт уже открыл рот что-либо возразить, но моментально сдулся, когда император растворился в воздухе, а затем оказался у выхода.
Едва Хэлвардт решил изречь эту мысль, в дверном проёме появились вспотевшие от усердной работы матросы с тарелками, предназначенными для гостя и офицеров.
— Вот это сервис решил нам организовать твой товарищ, Рэйкан, — довольно хохотнул полосатый, упирая одну из рук в бок, а второй слегка похлопывая пернатого по плечу. — Но тут мы есть не будем. Соколята, отнесите, ммм... Пять порций в кают-компанию. И сходите в лазарет, узнайте, смогут ли врачи, хотя бы по-очереди, выйти на ужин. Только не шумите!
Получив новые указания, тот молодняк, что был вынужден подрабатывать курьерами, развернулся в сторону кормы, где и располагалась офицерская столовая.
— Я верю, что вы, скорее всего, устали очень, — обратился Хэлвардт к гостю уже куда серьёзнее: смешливая интонация испарилась, а взгляд потяжелел, — Но Азир явно захочет с вами пообщаться на правах капитана корабля. И тем спокойнее будет для нас всех, если мы уладим все вопросы за ужином, а далее вы уже отправитесь отдыхать.
Старпом говорил с птицелюдом достаточно настойчиво, чтобы его слова не прозвучали просьбой или предложением. Пусть для экипажа Феникса четвёрка в первую очередь стала гостями, но тигр не мог себе позволить давать им достаточно свободы, пока обратного не прикажет капитан. Быть может, позже. Сейчас – нет.
— Я приглашу Азира, а вы дождитесь Итто. Маур, проведёшь ребят в кают-компанию, когда все будут готовы, — коротко закончил Хэлвардт, покидая помещение и не давая возможности ему возразить.
Проходя вдоль камбуза, полосатый обратил внимание, насколько органично рогатый здоровяк вписался в это помещение. Пожалуй, ещё ни разу с тех пор, как фрегат перешёл под управление белопёрого, на кухне не была так качественно налажена работа. Быть может, предложить Аратаки должность было бы любопытным решением... Потом.
Поднявшись на верхнюю палубу, лишь слегка освещённую взошедшей луной и звёздами, старпом направился к корме, где располагался вход к уже личным каютам, а также столовая и лазарет. И, пройдя всего пару дверей, тигр остановился, негромко стуча в капитанскую.
Большой птиц успел выучить весь свой экипаж чуть ли не по шагам, поэтому спокойно позвал Хэлвардта внутрь, сходу требуя у того отчёта.
— Я разместил Итто и Рэйкана в кладовой у камбуза, пришлось потратить немного ресурсов, но потери минимальные, — зверолюд прошёл дальше, плюхаясь на стул напротив капитана, — Здоровяк вызвался готовить: матросы постоянно находились рядом, поэтому уверен, что опасаться не стоит. Ужин уже должны были отнести в офицерскую... Наших гостей я также позвал туда. Единственное, что меня волнует – это девушка в лазарете, Момо, — полосатый осёкся, пытаясь правильно подобрать слова, но Азир его опередил, верно считывая некоторую опаску в тоне подчиненного.
— Если ты о награде за голову, то я их узнал. Причём, двоих. Аратаки тоже не так прост, двести... Семьдесят миллионов, если верить последним данным. Члены "Фуридам", так-то, серьёзная команда, — большой птиц говорил на удивление спокойно, будто уже успел переварить всю информацию, что вспомнил и вычитал из последних газет. Он выровнялся в кресле, меняя тон на более строгий: — Мы можем и должны соблюдать осторожность. Но, раз уж решили помочь, обязаны со своим решением считаться.
Хэлвардт уже открыл рот что-либо возразить, но моментально сдулся, когда император растворился в воздухе, а затем оказался у выхода.
Белопёрый нечасто проделывал подобные трюки, сбивая с толку окружающих своими способностями, но сей раз буквально кричал: по какой-то неведомой причине, Азир пребывает в крайне хорошем расположении духа.
Большой птиц естественным жестом приказал старпому следовать за ним, почти невесомо ступая по дощатому полу. Он прибыл в столовую первым и опустился в одно из кресел, что по кругу обрамляли большой массивный стол. Хэлвардт хотел было усесться рядом, но был остановлен коротким взглядом. Что ж, видать, павлин действительно собирался основательно пообщаться с гостями их корабля.
Возвращаясь к другим зверолюдям и не только... Дантмаур, едва широкая спина тигра скрылась в коридоре, коротко хмыкнул каким-то своим мыслям. Его массивный хвост, что во время работы размеренно телепался сзади, внезапно несколько раз резко взметнулся и шлёпнул дощатые половицы. Рэйкан, будучи представителем той же расы, мог бы считать подобный язык тела, как раздражение или волнение, но в остальном крокодил оставался невозмутимым. Чесанув короткими когтями подбородок, Маур поднял взгляд на птицелюда, немного жмурясь, пытаясь взглядом изобразить улыбку, на которую не была способна клыкастая пасть.
— Ну что, берём твоего рогатого друга и пойдём знакомиться получше?
Инженер предоставил возможность пернатому первым покинуть их новую временную "каюту", любезно указывая на выход с небольшим поклоном. Дантмауру задача досталась нетрудная, да и чесать языком ему уже надоело, поэтому он вознадеялся, что Рэйкан сам передаст Багровому демону слова старпома, а крокодилу только и останется, что провести ребят в кают-компанию, где к их приходу уже будут ждать Азир и Хэлвардт.
Лазарет же, укутанный прохладным светом ламп, продолжал наполняться звуками работы двух медиков и тихими, осторожными голосами.
Аоми задержалась взглядом на лице Мияби дольше, чем того бы подразумевал этикет, когда та произнесла слова благодарности. Было в её глазах какое-то неверие и – одновременно с тем – сильное облегчение. Но фраза Хошими осталась без ответа: постепенно в себя начала приходить Момо, и пташке требовалось внимание.
Уточнение Хаттори про сестру врачевательницу немного смутило, и все слова, вкупе с действиями Мияби, начали иметь куда больший вес со стороны. С другой стороны, глядя профессионально, Аоми обрадовалась, что её пациент способна подмечать такие, казалось бы, мелочи в её словах.
И дальнейшая реакция пернатой более, чем удовлетворила все запросы Аоми, не считая, конечно, фразы об оплате. Барышня тихо фыркнула, не сдерживая порыва своей гордости, но спорить вслух не стала. Раствор начал постепенно подаваться Момо в вену примерно на той скорости, чтобы флакон закончился через час. Такая инфузия, как казалось корабельному врачу, должна быть достаточно интенсивной, чтобы поднять уровень сахара без ощутимого для Хаттори дискомфорта.
— Пусть отдыхает, — обратилась Аоми к лисичке, — Она очень сильная, раз так скоро пришла в себя.
Голос девушки зазвучал даже как-то... Ласково, что ли. Момо всяко заслуживала уважения: как долго она держалась и о чем говорила в первую очередь, придя в себя, очень многое говорило о пернатой, как о личности. Куда больше, чем могло бы казаться на первый взгляд. Мотнув слегка головой, Аоми подвинула штатив, чтобы можно было поставить рядом с кушеткой стул для постоянного наблюдения.
— Я поставила ей умеренную скорость, прокапается где-то за час. У нас... Есть время завести ей небольшую карточку, чтобы фиксировать динамику и... — девушка слегка запнулась, подбирая слово, — И хотелось бы знать чуть больше о ране. Поможешь?
Выгонять лисицу из лазарета Аоми не собиралась, поэтому даже, когда дела могли бы быть закончены, та смиренно уселась бы за столом, записывая, что использовала, и облегчая себе будущую инвентаризацию.
Когда же в лазарет нагрянули матросы, посланные Итто и Хэлвардтом, врачевательница мягко предложила Мияби сходить поесть, пока сама она посидит рядом с Момо, наблюдая.
Большой птиц естественным жестом приказал старпому следовать за ним, почти невесомо ступая по дощатому полу. Он прибыл в столовую первым и опустился в одно из кресел, что по кругу обрамляли большой массивный стол. Хэлвардт хотел было усесться рядом, но был остановлен коротким взглядом. Что ж, видать, павлин действительно собирался основательно пообщаться с гостями их корабля.
Возвращаясь к другим зверолюдям и не только... Дантмаур, едва широкая спина тигра скрылась в коридоре, коротко хмыкнул каким-то своим мыслям. Его массивный хвост, что во время работы размеренно телепался сзади, внезапно несколько раз резко взметнулся и шлёпнул дощатые половицы. Рэйкан, будучи представителем той же расы, мог бы считать подобный язык тела, как раздражение или волнение, но в остальном крокодил оставался невозмутимым. Чесанув короткими когтями подбородок, Маур поднял взгляд на птицелюда, немного жмурясь, пытаясь взглядом изобразить улыбку, на которую не была способна клыкастая пасть.
— Ну что, берём твоего рогатого друга и пойдём знакомиться получше?
Инженер предоставил возможность пернатому первым покинуть их новую временную "каюту", любезно указывая на выход с небольшим поклоном. Дантмауру задача досталась нетрудная, да и чесать языком ему уже надоело, поэтому он вознадеялся, что Рэйкан сам передаст Багровому демону слова старпома, а крокодилу только и останется, что провести ребят в кают-компанию, где к их приходу уже будут ждать Азир и Хэлвардт.
Лазарет же, укутанный прохладным светом ламп, продолжал наполняться звуками работы двух медиков и тихими, осторожными голосами.
Аоми задержалась взглядом на лице Мияби дольше, чем того бы подразумевал этикет, когда та произнесла слова благодарности. Было в её глазах какое-то неверие и – одновременно с тем – сильное облегчение. Но фраза Хошими осталась без ответа: постепенно в себя начала приходить Момо, и пташке требовалось внимание.
Уточнение Хаттори про сестру врачевательницу немного смутило, и все слова, вкупе с действиями Мияби, начали иметь куда больший вес со стороны. С другой стороны, глядя профессионально, Аоми обрадовалась, что её пациент способна подмечать такие, казалось бы, мелочи в её словах.
И дальнейшая реакция пернатой более, чем удовлетворила все запросы Аоми, не считая, конечно, фразы об оплате. Барышня тихо фыркнула, не сдерживая порыва своей гордости, но спорить вслух не стала. Раствор начал постепенно подаваться Момо в вену примерно на той скорости, чтобы флакон закончился через час. Такая инфузия, как казалось корабельному врачу, должна быть достаточно интенсивной, чтобы поднять уровень сахара без ощутимого для Хаттори дискомфорта.
— Пусть отдыхает, — обратилась Аоми к лисичке, — Она очень сильная, раз так скоро пришла в себя.
Голос девушки зазвучал даже как-то... Ласково, что ли. Момо всяко заслуживала уважения: как долго она держалась и о чем говорила в первую очередь, придя в себя, очень многое говорило о пернатой, как о личности. Куда больше, чем могло бы казаться на первый взгляд. Мотнув слегка головой, Аоми подвинула штатив, чтобы можно было поставить рядом с кушеткой стул для постоянного наблюдения.
— Я поставила ей умеренную скорость, прокапается где-то за час. У нас... Есть время завести ей небольшую карточку, чтобы фиксировать динамику и... — девушка слегка запнулась, подбирая слово, — И хотелось бы знать чуть больше о ране. Поможешь?
Выгонять лисицу из лазарета Аоми не собиралась, поэтому даже, когда дела могли бы быть закончены, та смиренно уселась бы за столом, записывая, что использовала, и облегчая себе будущую инвентаризацию.
Когда же в лазарет нагрянули матросы, посланные Итто и Хэлвардтом, врачевательница мягко предложила Мияби сходить поесть, пока сама она посидит рядом с Момо, наблюдая.
Итто от всего сердца был рад тому, что ему дали доступ к кухне, так еще и позволили ему взять на себя роль главного повара. Он с большой радостью вжился в эту роль, крича на матросов, но не из злобы или ярости, а больше пытаясь подбодрить их. Ведь даже не смотря на то что порой они могли ошибаться, Аратаки не хотел стать для них тираном, он гость, поэтому он не мог себе позволить грубость в их сторону. Задорность в его криках слышали и те, кто сейчас работал в кладовой, из-за чего Рэйкан перидочески поворвал голову в сторону камбуза, то и дело шевеля своими большими ушами, пока [id214783711:bp-36291248_286753|зверолюди] делали свою работу.Когда же крики утихили, довольно скоро по кораблю стали слышны топоты матросов, который запрядили работать доставщиками еды, ведь Аратаки не особо был уверен что на корабле найдется столовая, где сможет разместиться вся команда, а значит не мало кто предпочитает есть там где находиться.
= Надеюсь после такой работы матросы не будут жаловаться на него, учитывая как он кричал на них. — усмехнулся Рэйкан, который уже хотел бы взять еду, чтобы поесть, но тигр придумал решение по проще и приятнее, из-за чего птицелюд быстро убрал руки от тарелки, пока матросы относили их порции каюту.
= Я ничуть не устал, все же работа грузчиком это не что-то изматывающее, особенно когда где-то под боком кричит рогатый поваренок. Поэтому и пообщаться с вашим Азиром я совсем не против, учитывая что нужно решить наше положение на корабле. — Рэйкан вошел в камбуз, где стал дожидаться Итто, который уже заканчивал свои полномочия, раздавая порции матросам, давая им наставления:
— После того как поедите, сначала уберитесь на кухне, ведь она всегда должна быть в чистоте, а потом можете собрать грязную посуду по кораблю и помойте. Надеюсь вы запомнили как готовить, ведь даже если я останусь, вы должны и сами запоминать как готовить, усекли? — те матросы что остались на кухне и уже уплетали плов, кивали Итто, на что он ответил им улыбкой и повернулся в сторону Рэйкана.
— О, ты давно меня там ждешь?
= К большому счастью нет. Давай, нам пора и самим поесть. Так еще и поговорим с капитаном.
— Отлично! — парень оделся и с приподнятым настроением пошел за зверолюдом, что шел вслед за Мауром, даже не догадываясь что где-то идет беседа о награде за его голову и голову [id216866752:bp-36291248_286735|Момо].
= Надеюсь после такой работы матросы не будут жаловаться на него, учитывая как он кричал на них. — усмехнулся Рэйкан, который уже хотел бы взять еду, чтобы поесть, но тигр придумал решение по проще и приятнее, из-за чего птицелюд быстро убрал руки от тарелки, пока матросы относили их порции каюту.
= Я ничуть не устал, все же работа грузчиком это не что-то изматывающее, особенно когда где-то под боком кричит рогатый поваренок. Поэтому и пообщаться с вашим Азиром я совсем не против, учитывая что нужно решить наше положение на корабле. — Рэйкан вошел в камбуз, где стал дожидаться Итто, который уже заканчивал свои полномочия, раздавая порции матросам, давая им наставления:
— После того как поедите, сначала уберитесь на кухне, ведь она всегда должна быть в чистоте, а потом можете собрать грязную посуду по кораблю и помойте. Надеюсь вы запомнили как готовить, ведь даже если я останусь, вы должны и сами запоминать как готовить, усекли? — те матросы что остались на кухне и уже уплетали плов, кивали Итто, на что он ответил им улыбкой и повернулся в сторону Рэйкана.
— О, ты давно меня там ждешь?
= К большому счастью нет. Давай, нам пора и самим поесть. Так еще и поговорим с капитаном.
— Отлично! — парень оделся и с приподнятым настроением пошел за зверолюдом, что шел вслед за Мауром, даже не догадываясь что где-то идет беседа о награде за его голову и голову [id216866752:bp-36291248_286735|Момо].
Момо.
И вот, спустя некоторое время, как только процедуры были закончены и Момо поставили капельницу, Мияби посмотрела на Аоми и тихо вздохнула, понимая, что теперь от них ничего не зависело. Скрестив руки под грудью, она отвела взгляд в сторону.
– Конечно, – без заминки тут же согласила девушка, подходя ближе. Она взяла стул и приставила ближе, присев. – Я расскажу всё, что смогла узнать сама. Но больше всё равно тебе сможет пояснить лишь сама Момо. – Решила уведомить заранее она, готовясь к рассказу.
Неизвестно, сколько пройдёт часов за писаниной и наблюдением. Не то чтобы лисица была из тех, кто устает, но день у них был действительно тяжелый. Возможно, такую судьбу пожелаешь не каждому, но всё же, сейчас они тут – на корабле ещё одних чужаков, которые согласились помочь. Она не верила в случайности, а некоторые события и вовсе заставили переосмыслить такое слово, как “доверие”.
Мияби чуть шелохнётся и посмотрит в сторону Аоми, заговорившей. Поужинать было бы неплохо… Восстановить силы и энергию. Однако… она не могла оставить сестру под присмотром врачевательницы. Конечно, оная не сделала ничего такого, что навело бы хоть на одну мысль о плохих намерениях, но хотелось бы быть рядом, когда Момо придёт в себя.
– Кхм… – Помаячив ушами, словно локаторами, полукровка выдала продолжительное “хм”, явно обдумывая предложение. – Я бы дождалась пробуждения… – Взгляд чёрных глаз метнулся в сторону пациентки.
Именно так она и откажется от похода на кухню.
Однако ждать пробуждения, на удивление, не пришлось долго. Через минут десять или пятнадцать, как за ними заходили матросы, Хаттори начала приходить в себя. Уже значительно бодрее, практически сразу же приподнимаясь на локти. Девушка неспешно осмотрела лазарет и зацепилась за два силуэта подле стола.
— Вы ещё тут… и я тоже. — Будто бы обреченно проговорила она, заканчивая фразу характерным вздохом. Громким, звучным и продолжительным.
– Момо! Как ты себя чувствуешь? – Подскочив, Мияби оказалась тут же рядом, осматривая её.
— Лучше. Кажется, даже есть силы подняться с этой холодной кушетки, — усмехнулась оная.
– Уже пытаешься шутить, значит, не врешь. – Тут же подловила сестрица. – Может хочешь поесть? Нам бы закрепить твой результат. Как твоя рана на спине? Не беспокоит?
Момо выдержала паузу. Она затянулась по причине того, что девушка пыталась прислушаться к собственным ощущениям. Чуть подумав, Шая принимает сидячее положение и правой рукой аккуратно тянется за спину через плечо, пытаясь нащупать шрам. Её лицо не подверглось изменениям, но, кажется, что-то промелькнуло, намекающее на болевые ощущения. Однако, не придав этому должного значения, помахала отрицательно головой.
— Нет, я “за”. Было бы неплохо встретиться с нашими спасителями, поэтому пойдём. — Дождавшись, пока ей удалят катетер, пиратка осторожно поднимется на свои лапки и направится к выходу из лазарета. В случае, если от Аоми поступят какие-то вопросы или рекомендации, Момо не будет сопротивляться, при необходимости ответит или просто промолчит.
– Аоми, пойдёшь? – Перед выходом уточнила Мияби.
Найти, где всё собрались не особо представляло сложности, особенно для обладателя Воли Наблюдения. Но ежели Аоми пойдёт с ними, то в этом не будет необходимости. Или, быть может, матросы по пути встретят их и сопроводят…
[id214783711:bp-36291248_286754|Snakky], [id147214812:bp-36291248_286877|Никита].
И вот, спустя некоторое время, как только процедуры были закончены и Момо поставили капельницу, Мияби посмотрела на Аоми и тихо вздохнула, понимая, что теперь от них ничего не зависело. Скрестив руки под грудью, она отвела взгляд в сторону.
– Конечно, – без заминки тут же согласила девушка, подходя ближе. Она взяла стул и приставила ближе, присев. – Я расскажу всё, что смогла узнать сама. Но больше всё равно тебе сможет пояснить лишь сама Момо. – Решила уведомить заранее она, готовясь к рассказу.
Неизвестно, сколько пройдёт часов за писаниной и наблюдением. Не то чтобы лисица была из тех, кто устает, но день у них был действительно тяжелый. Возможно, такую судьбу пожелаешь не каждому, но всё же, сейчас они тут – на корабле ещё одних чужаков, которые согласились помочь. Она не верила в случайности, а некоторые события и вовсе заставили переосмыслить такое слово, как “доверие”.
Мияби чуть шелохнётся и посмотрит в сторону Аоми, заговорившей. Поужинать было бы неплохо… Восстановить силы и энергию. Однако… она не могла оставить сестру под присмотром врачевательницы. Конечно, оная не сделала ничего такого, что навело бы хоть на одну мысль о плохих намерениях, но хотелось бы быть рядом, когда Момо придёт в себя.
– Кхм… – Помаячив ушами, словно локаторами, полукровка выдала продолжительное “хм”, явно обдумывая предложение. – Я бы дождалась пробуждения… – Взгляд чёрных глаз метнулся в сторону пациентки.
Именно так она и откажется от похода на кухню.
Однако ждать пробуждения, на удивление, не пришлось долго. Через минут десять или пятнадцать, как за ними заходили матросы, Хаттори начала приходить в себя. Уже значительно бодрее, практически сразу же приподнимаясь на локти. Девушка неспешно осмотрела лазарет и зацепилась за два силуэта подле стола.
— Вы ещё тут… и я тоже. — Будто бы обреченно проговорила она, заканчивая фразу характерным вздохом. Громким, звучным и продолжительным.
– Момо! Как ты себя чувствуешь? – Подскочив, Мияби оказалась тут же рядом, осматривая её.
— Лучше. Кажется, даже есть силы подняться с этой холодной кушетки, — усмехнулась оная.
– Уже пытаешься шутить, значит, не врешь. – Тут же подловила сестрица. – Может хочешь поесть? Нам бы закрепить твой результат. Как твоя рана на спине? Не беспокоит?
Момо выдержала паузу. Она затянулась по причине того, что девушка пыталась прислушаться к собственным ощущениям. Чуть подумав, Шая принимает сидячее положение и правой рукой аккуратно тянется за спину через плечо, пытаясь нащупать шрам. Её лицо не подверглось изменениям, но, кажется, что-то промелькнуло, намекающее на болевые ощущения. Однако, не придав этому должного значения, помахала отрицательно головой.
— Нет, я “за”. Было бы неплохо встретиться с нашими спасителями, поэтому пойдём. — Дождавшись, пока ей удалят катетер, пиратка осторожно поднимется на свои лапки и направится к выходу из лазарета. В случае, если от Аоми поступят какие-то вопросы или рекомендации, Момо не будет сопротивляться, при необходимости ответит или просто промолчит.
– Аоми, пойдёшь? – Перед выходом уточнила Мияби.
Найти, где всё собрались не особо представляло сложности, особенно для обладателя Воли Наблюдения. Но ежели Аоми пойдёт с ними, то в этом не будет необходимости. Или, быть может, матросы по пути встретят их и сопроводят…
[id214783711:bp-36291248_286754|Snakky], [id147214812:bp-36291248_286877|Никита].
Матросам Феникса не впервой было выслушивать повышенные тона в свою сторону: всё же, жизнь на корабле имела некоторые издержки, что окупались крайне приятным жалованьем. Поэтому из ребят практически никто не возмущался, лишь делали, что прикажет временный шеф.
Дантмаур управленческие способности Багрового демона оценил, расслабленно наблюдая, как небольшая команда слаженно выполняет разумные приказы Итто. Зверолюд подождал, пока повар закончит со всеми делами и спокойно повёл через верхнюю палубу гостей в сторону кают-компании.
Помещение было достаточно просторным, с мягким желтоватым освещением. По центру располагался массивный деревянный стол, рассчитанный на двенадцать персон, со специальными бортиками для посуды, чтобы та не ускальзывала во время качки. У стен стояли высокие книжные шкафы, в широкой рамке напротив входа висела самодельная карта мира, включающая в себя Четыре Моря и Гранд Лайн, заполненная дай бог на четверть.
К моменту прихода гостей в кают-компанию, Азир сидел во главе стола, общаясь со своим старпомом, что занял место немного поодаль. Итто и Рэйкан могли услышать лишь что-то о крайне суровом климате и низкой температуре, после чего большой птиц осёкся и тотчас перевёл взгляд на пришедших:
— Добрый вечер, Итто, Рэйкан. Прошу за стол, — капитан указал жестом на места рядом с ним, где уже стояли подготовленные тарелки с приборами. Рядом с каждой стояли небольшие узорчатые чашки свежезаваренного чая, от которых исходил приятный травяной аромат, впрочем, полностью перебиваемый пряным запахом плова.
Как только гости прошли вглубь и уселись на свои места, белопёрый сходу обратился к Итто:
— Хэлвардт доложил, что ты сегодня занимался трапезой. Премного благодарен за твой труд, — Азир дружелюбно и в какой-то степени почтительно кивнул. Его тон звучал мягко и спокойно, даже, возможно, чересчур учтиво для пиратского мира. Но внешне павлин не проявлял каких-то признаков дискомфорта, словно такое для него в порядке вещей. — Как вы себя чувствуете?
Немногим ранее Аоми заполнила самодельную карточку Момо, вписав в неё всю информацию, которую получила сама и которую смогла дать Мияби. Почерк у врачевательницы был рваный и скачущий, настолько, что многие слова сходу могла бы прочесть лишь сама девушка, но, по мнению самой Аоми, никому, кроме неё, эти каракули разбирать и не придётся.
Барышня в лёгкой задумчивости кивнула на отказ лисицы. Несложно было догадаться о мотивах подобного ответа, но и принимать их близко к сердцу корабельный врач не торопилась. Всё же, доверять первому встречному – глупость, по меньшей мере, а особенно в их жестоком мире.
Благо, птицелюдка довольно скоро начала более стабильно приходить в себя, и Аоми поднялась с насиженного места, чтобы, при необходимости, оказать какую-либо помощь. Но Хаттори подавала признаки человека в ясном сознании, отвечала на вопросы и даже пыталась юморить, поэтому беспокойство врачевательницы моментально сошло на нет. Блондинка не стала вмешиваться в разговор сестёр, давая им достаточно пространства. Лишь когда девушки сошлись на перспективе сходить в кают-компанию, Аоми подготовила прозрачную стерильную повязку и набрала в шприц несколько кубов физраствора. А также достала глюкометр.
— Сейчас проверим уровень сахара у тебя в крови, — врачевательница аккуратно взяла руку Хаттори, обезаразила место прокола спиртовой салфеткой и кольнула палец девушки, поднося полоску аппарата. Едва устройство пискнуло и показало результат, Аоми закрыла место прокола уже сухой марлей, попросив чуть подержать. — Уже лучше. Думаю, повторно капать не придётся, но я бы всё равно оставила венозный доступ до завтра на всякий случай.
Проверив с помощью физраствора проходимость катетера, а также осмотрев руку на предмет припухлостей или покраснений, корабельный врач накрыла необходимую область повязкой, фиксируя её, чтобы дать Момо чуть больше свободы в передвижениях.
Дантмаур управленческие способности Багрового демона оценил, расслабленно наблюдая, как небольшая команда слаженно выполняет разумные приказы Итто. Зверолюд подождал, пока повар закончит со всеми делами и спокойно повёл через верхнюю палубу гостей в сторону кают-компании.
Помещение было достаточно просторным, с мягким желтоватым освещением. По центру располагался массивный деревянный стол, рассчитанный на двенадцать персон, со специальными бортиками для посуды, чтобы та не ускальзывала во время качки. У стен стояли высокие книжные шкафы, в широкой рамке напротив входа висела самодельная карта мира, включающая в себя Четыре Моря и Гранд Лайн, заполненная дай бог на четверть.
К моменту прихода гостей в кают-компанию, Азир сидел во главе стола, общаясь со своим старпомом, что занял место немного поодаль. Итто и Рэйкан могли услышать лишь что-то о крайне суровом климате и низкой температуре, после чего большой птиц осёкся и тотчас перевёл взгляд на пришедших:
— Добрый вечер, Итто, Рэйкан. Прошу за стол, — капитан указал жестом на места рядом с ним, где уже стояли подготовленные тарелки с приборами. Рядом с каждой стояли небольшие узорчатые чашки свежезаваренного чая, от которых исходил приятный травяной аромат, впрочем, полностью перебиваемый пряным запахом плова.
Как только гости прошли вглубь и уселись на свои места, белопёрый сходу обратился к Итто:
— Хэлвардт доложил, что ты сегодня занимался трапезой. Премного благодарен за твой труд, — Азир дружелюбно и в какой-то степени почтительно кивнул. Его тон звучал мягко и спокойно, даже, возможно, чересчур учтиво для пиратского мира. Но внешне павлин не проявлял каких-то признаков дискомфорта, словно такое для него в порядке вещей. — Как вы себя чувствуете?
Немногим ранее Аоми заполнила самодельную карточку Момо, вписав в неё всю информацию, которую получила сама и которую смогла дать Мияби. Почерк у врачевательницы был рваный и скачущий, настолько, что многие слова сходу могла бы прочесть лишь сама девушка, но, по мнению самой Аоми, никому, кроме неё, эти каракули разбирать и не придётся.
Барышня в лёгкой задумчивости кивнула на отказ лисицы. Несложно было догадаться о мотивах подобного ответа, но и принимать их близко к сердцу корабельный врач не торопилась. Всё же, доверять первому встречному – глупость, по меньшей мере, а особенно в их жестоком мире.
Благо, птицелюдка довольно скоро начала более стабильно приходить в себя, и Аоми поднялась с насиженного места, чтобы, при необходимости, оказать какую-либо помощь. Но Хаттори подавала признаки человека в ясном сознании, отвечала на вопросы и даже пыталась юморить, поэтому беспокойство врачевательницы моментально сошло на нет. Блондинка не стала вмешиваться в разговор сестёр, давая им достаточно пространства. Лишь когда девушки сошлись на перспективе сходить в кают-компанию, Аоми подготовила прозрачную стерильную повязку и набрала в шприц несколько кубов физраствора. А также достала глюкометр.
— Сейчас проверим уровень сахара у тебя в крови, — врачевательница аккуратно взяла руку Хаттори, обезаразила место прокола спиртовой салфеткой и кольнула палец девушки, поднося полоску аппарата. Едва устройство пискнуло и показало результат, Аоми закрыла место прокола уже сухой марлей, попросив чуть подержать. — Уже лучше. Думаю, повторно капать не придётся, но я бы всё равно оставила венозный доступ до завтра на всякий случай.
Проверив с помощью физраствора проходимость катетера, а также осмотрев руку на предмет припухлостей или покраснений, корабельный врач накрыла необходимую область повязкой, фиксируя её, чтобы дать Момо чуть больше свободы в передвижениях.
— Да, конечно, я пойду. Нужно же вам показать дорогу, — о таких штуках, как Воли Наблюдения, блондинка не ведала, поэтому первой покинула лазарет, дожидаясь остальных девушек. Дорога до кают-компании не была долгой, офицерская находилась всего в паре десятков метров.
Едва девушки зашли в столовую, Азир сразу же отвлёкся от Итто и Рэйкана, переводя взгляд ко входу:
— О, леди Хаттори, — павлин сощурился, одним взглядом изображая улыбку, — Рад видеть в добром здравии. Как самочувствие? Хэлвардт распорядится, чтобы вам, дамам, тоже принесли поесть. Чаю?
На сих словах большой птиц жестом пригласил барышень к столу, а Хэлвардт, не ожидая дополнительных указаний, поднялся, напоследок предупредив, что "с пяток минут нужно будет подождать".
Переход > Каафенгард.
Едва девушки зашли в столовую, Азир сразу же отвлёкся от Итто и Рэйкана, переводя взгляд ко входу:
— О, леди Хаттори, — павлин сощурился, одним взглядом изображая улыбку, — Рад видеть в добром здравии. Как самочувствие? Хэлвардт распорядится, чтобы вам, дамам, тоже принесли поесть. Чаю?
На сих словах большой птиц жестом пригласил барышень к столу, а Хэлвардт, не ожидая дополнительных указаний, поднялся, напоследок предупредив, что "с пяток минут нужно будет подождать".
Переход > Каафенгард.
Раз матросы не возражали, Итто был только рад хоть кем-то покомандовать. Если начать копаться, то он командовал порой только детьми и только. А тут! Да, есть и молодые ребята, возможно того же возраста что и сам рогатый поваренок, но они вели себя послушно, даже не кричали на него в ответ. Порой он видел в глазах матросов проблески интереса, когда Аратаки работал кухонной доской. Поэтому демон был уверен в том, что блюдо получилось вкусным и сытным, самое то чтобы потом крепко поспать. Осталось только увидеть реакцию самого [id214783711:bp-36291248_286943|Азира], как никак он тут капитан и он решает, вкусное ли получилось блюдо. Вдруг птицелюд на самом деле не любит мясо? Только сейчас, когда Мару начал сопровождать парочку в каюту, рогатый серьезно об этом задумался. В голове тут же стали появляться образы разных птиц. Ведь по сути, он не редко видел как птичек кормят крупами, значит рис ему точно понравиться. Вот мясо? Был бы он такой же как и Рэйкан, или хотя бы как [id216866752:bp-36291248_286918|Момо], все было бы проще! Ведь люди любят мясо! Редко какой человек откажется от хорошей порции хорошо пожаренного мяса. Если и отказывается, то либо по здоровью, то либо из-за каких-то убеждений. А тут? Парень начал чесать свой подбородок, думая. Вроде бы у Азира голова похожа на голову хищной птицы.. Клюв заостроенный, неподходит чтобы клевать зерно или крупо, да и тот же хлеб с земли он точно есть не будет, должность не позволит. А значит... Он хищник! Пока Итто был погружен в свои собственные мысли, Рэйкан то и дело оглядывался по сторонам, больше подмечая убранство корабля, чтобы после самому было проще путешствовать по нему, без чужого сопровождения. Хотя, шанс того что им позволят спокойно гулять не особо велик. Важно узнать что капитан знает о них, а уже от это отталкиваться.
Войдя в кают-компанию, зверолюд подчительно поклонился капитану, когда же Аратаки от души помахал ему рукой.
= Доброго вечера, капитан. Спасибо за приглашение.
— Хорошего вечерочка, капитан Азир! Надеюсь вы уже успели попробовать сегодняшний ужин! — Итто стопроцентно убедил себя, что Азиру должно было все понравиться, поэтому не сомневался в том что ужин теперь точно хороший.
После приветствия парочка уселась. Зверолюду достаточно было найти простой стул, чтобы элегантно усестья, когда же Итто обошел несколько стульев, подобрал самый прочный на его вид, поставил его рядом с пернатым братаном и уселся возле него, тут же поворачивая свое лицо к капитану, что обратился к нему.
Войдя в кают-компанию, зверолюд подчительно поклонился капитану, когда же Аратаки от души помахал ему рукой.
= Доброго вечера, капитан. Спасибо за приглашение.
— Хорошего вечерочка, капитан Азир! Надеюсь вы уже успели попробовать сегодняшний ужин! — Итто стопроцентно убедил себя, что Азиру должно было все понравиться, поэтому не сомневался в том что ужин теперь точно хороший.
После приветствия парочка уселась. Зверолюду достаточно было найти простой стул, чтобы элегантно усестья, когда же Итто обошел несколько стульев, подобрал самый прочный на его вид, поставил его рядом с пернатым братаном и уселся возле него, тут же поворачивая свое лицо к капитану, что обратился к нему.
— Конечно! Вы не представляете как порой надоедает сидеть на корабле без дела, когда команда корабля даже не позволяет что-либо простое приготовить. А тут и еды достаточно, и матросы послушные. Уверен если постараюсь, то хоть каждый день будет получаться отличные блюда. Главное не забывать что я теперь не готовлю на десяток человек. Конечо можно постоянно готовить одно и то же, но это же скучно. А те же десерты готовить на такое количество людей пустая трата ограниченных продуктов. Можно попытаться в следующий раз попытаться приготовить... — рогатый начинал делиться своими собственным размышляения о том что готовить, поэтому даже отвечать на вопрос Азира не стоило, по Итто видно что он чувствовал себя превосходно. Да и когда ему было уставать? До этого он томился на торговом корабле, где атмосфера для него была не из приятных, а тут... Да, попали они сюда случайно, так еще и Момо теперь в лазарете, но Итто был уверен что она выкарабкается, поэтому вообще не переживал об этом, в отличии от своего братана, что дождался момента, когда рогатый утихнет.
= Немного устал, но если надо могу хоть ночью подежурить на палубе, если это поможет отблагодарить вас за ту помощь что вы оказали нам, капитан. Спасибо что приняли нас на свой корабль и оказали лечение Мо... = не успел он договорить, как услышал что дверь открылась и увидел кто вошел.
=Миэлла... = произнес полушепотом Рэйкан. Его уши опустились, а в глазах была видна печаль. Он встал со своего места и направился к зверолюдке, чтобы помочь ей сесть на ближайшее место. Бороться с Мияби за заботу о пташке он не собирался, даже был готов поработать с ней в паре, если лисица-сестрица была не против.
Переход
= Немного устал, но если надо могу хоть ночью подежурить на палубе, если это поможет отблагодарить вас за ту помощь что вы оказали нам, капитан. Спасибо что приняли нас на свой корабль и оказали лечение Мо... = не успел он договорить, как услышал что дверь открылась и увидел кто вошел.
=Миэлла... = произнес полушепотом Рэйкан. Его уши опустились, а в глазах была видна печаль. Он встал со своего места и направился к зверолюдке, чтобы помочь ей сесть на ближайшее место. Бороться с Мияби за заботу о пташке он не собирался, даже был готов поработать с ней в паре, если лисица-сестрица была не против.
Переход
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)