[id202419473:bp-36291248_225311|Константин],
- О, неплохая компания. Тогда пойдем. Народ мы на разведку. Постараемся вернуться побыстрее. Может даже узнать что то про тех кто ушел. Давайте лудше не разбредаться. Ждите тут. Думаю всем от этого будет легче. Для разведки и нас двоих хватит, но думаю третий тоже не будет лишним, но не больше, а лудше только мы двое.
*Рей пошел на палубу и тут у него словно стало жечь в груди. Сопротивляться было невозможно.*
- Хех, мне кажется что нас так и приглашают прогуляться тут.
*Рей спрыгнул на берег и жестом позвал своего напарника по разведке.*
-ХЕЙ НАРОД ЛУДШЕ УСТРОЙТЕ ТУТ ЛАГЕРЬ. Я ТАК ПОНЯЛ ЧТО ЖТА БОЛЬ В ГРУДИ НЕ ТОЛЬКО У МЕНЯ, НО ЖЕДАТЕЛЬНО НЕ УХОДИТЕ ДАЛЕКО ОТ КОРАБЛЯ.
*Крикнул Рей и пошел по прямой попутно что то записывая в свою книжку.*
ONE PIECE RP ·
Серые острова. Первый путь - третий остров. Селд
[id136016377:bp-36291248_225466|Алекс], -Ладно выдвигаемся. Фаул последовал за приобретенным напарником.
Ты лучше следи за окружением, а то мало что, я нянькаться с тобой не буду если угодишь куда по собственной глупости, сам выпутываться будешь. Подходя кинул взгляд на занятие парня.
-Для записей и прочих рабочих или иных вещей есть другие места как и время. Продолжил путь к на меченой точке соблюдая бдительность.
Ты лучше следи за окружением, а то мало что, я нянькаться с тобой не буду если угодишь куда по собственной глупости, сам выпутываться будешь. Подходя кинул взгляд на занятие парня.
-Для записей и прочих рабочих или иных вещей есть другие места как и время. Продолжил путь к на меченой точке соблюдая бдительность.
Эвери
- Кажется они хотят чтобы бы мы надели эти кандалы, что ж, в случае чего если они не из кайросеки, я смогу в любой момент освободить нас... Так что пожалуй оденем, это даст им иллюзию того что они держат все под контролем. - тихо проговорил Эвери, пока троица подходила ближе, видя агрессивно настроенных местных, один из которых сначала крикнул им что они тоже должны заковаться, а затем когда пираты подошли ближе кинул им под ноги необходимые для этого кандалы.
- Вы могли бы и сами их надеть на нас, проявив хотя бы каплю уважения, а не кидая их нам под ноги. Впрочем как пожелаете, если местное гостеприимство к гостям пришедшим без злого умысла таково, то мы не будем с этим спорить. - Флин нагнулся и поднял с земли кандалы, подмигнув своим друзьям он заковал сначала Эвелин, а затем и Этельвульфа, после чего сделал тоже самое и с собой. Неприятное жжение исходящее от них сразу же не понравилось ему, но это хотя бы были не кайросеки, что уже было хорошо. Интересно что никто из свадов не попросил их разоружится, и это было странно, хотя возможно они рассчитывали на то что в кандалах оружие пиратам не поможет.
- Кажется они хотят чтобы бы мы надели эти кандалы, что ж, в случае чего если они не из кайросеки, я смогу в любой момент освободить нас... Так что пожалуй оденем, это даст им иллюзию того что они держат все под контролем. - тихо проговорил Эвери, пока троица подходила ближе, видя агрессивно настроенных местных, один из которых сначала крикнул им что они тоже должны заковаться, а затем когда пираты подошли ближе кинул им под ноги необходимые для этого кандалы.
- Вы могли бы и сами их надеть на нас, проявив хотя бы каплю уважения, а не кидая их нам под ноги. Впрочем как пожелаете, если местное гостеприимство к гостям пришедшим без злого умысла таково, то мы не будем с этим спорить. - Флин нагнулся и поднял с земли кандалы, подмигнув своим друзьям он заковал сначала Эвелин, а затем и Этельвульфа, после чего сделал тоже самое и с собой. Неприятное жжение исходящее от них сразу же не понравилось ему, но это хотя бы были не кайросеки, что уже было хорошо. Интересно что никто из свадов не попросил их разоружится, и это было странно, хотя возможно они рассчитывали на то что в кандалах оружие пиратам не поможет.
Этельвульф Эвергарден
Стоило им только показаться в поле зрения этих многоуважаемых, немного нервных господ как они тут же обратили на них свое внимание, посчитав их подкреплением юноши, который уже успел перекинуться с ними парой слов. Их назвали проклятыми и одного этого было достаточно, чтобы заподозрить что-то неладное.
"Последствия резни на Стамаре преследуют нас и здесь? То-то меня сжигало изнутри с момента как мы очнулись. Не нравится мне это." - поведение жителей острова не вызывало вопросов. Их можно было понять. Для них они опасные чужаки, поэтому вполне естественно, что они потребуют от них содействия. Присутствующие это понимали, поэтому решили подчинится. Что же до Этельвульфа, то он до последнего не был уверен в том, что одевать на себя кандалы было хорошей идеей. Он был согласен пройти с этими людьми по своему согласию, но кандалы были крайней мерой. Зоанщик было хотел выразить протест и хотя бы попытаться избежать быть закованным, но тут капитан сказал свое слово. И вот, вроде бы, аргументы Флина были достаточно убедительными, но даже так волк был возмущен тому как спокойно он это воспринял.
- Не нравится мне к чему это все идет... как-то все подозрительно. Они не просят нас разоружится и не подходят близко... будто опасаются чего-то более страшного чем быть атакованными нами. - перейдя на пониженные тона охотник высказал свое предположение, не особо охотно подходя ближе.
Подойдя ближе им в ноги кинули кандалы и Эвери принялся заковывать в них своих товарищей по команде, а потом и самого себя. Оказавшись закованным волк ощутил сильное жжение в тех местах где металл соприкасался с броней. Эта боль проходила даже через броню и одежду, что уже намекало на то, что эти цепи были далеко не самыми обычными.
Затем, они могли наблюдать как свады переговариваются между собой и посылают весточку своим, в деревню при помощи какой-то странной силы.
"Это и есть экстракты? Так вот значит о чем говорили люди на корабле." - стоило один раз увидеть, чтобы заиметь представление о том как это выглядит. Но вот понимать как это работает это не помогало. Что еще за энергия такая и почему она имеет свою волю? Впрочем, раз уж эти люди связались со своими, то будет честно, если и они сделают тоже самое. Или нет? Может, все же не стоит подавать никаких сигналов, чтобы у тех кто остался на корабле были развязаны руки? Знают ли свады о том, что на остров прибыло куда больше синеморцев чем сейчас показалось? Не станет ли все только хуже, если Этельвульф известит союзников на корабле о том, что у них тут произошел контакт с местными? Ой, да кому оно надо. Никому, конечно.
Стоило им только показаться в поле зрения этих многоуважаемых, немного нервных господ как они тут же обратили на них свое внимание, посчитав их подкреплением юноши, который уже успел перекинуться с ними парой слов. Их назвали проклятыми и одного этого было достаточно, чтобы заподозрить что-то неладное.
"Последствия резни на Стамаре преследуют нас и здесь? То-то меня сжигало изнутри с момента как мы очнулись. Не нравится мне это." - поведение жителей острова не вызывало вопросов. Их можно было понять. Для них они опасные чужаки, поэтому вполне естественно, что они потребуют от них содействия. Присутствующие это понимали, поэтому решили подчинится. Что же до Этельвульфа, то он до последнего не был уверен в том, что одевать на себя кандалы было хорошей идеей. Он был согласен пройти с этими людьми по своему согласию, но кандалы были крайней мерой. Зоанщик было хотел выразить протест и хотя бы попытаться избежать быть закованным, но тут капитан сказал свое слово. И вот, вроде бы, аргументы Флина были достаточно убедительными, но даже так волк был возмущен тому как спокойно он это воспринял.
- Не нравится мне к чему это все идет... как-то все подозрительно. Они не просят нас разоружится и не подходят близко... будто опасаются чего-то более страшного чем быть атакованными нами. - перейдя на пониженные тона охотник высказал свое предположение, не особо охотно подходя ближе.
Подойдя ближе им в ноги кинули кандалы и Эвери принялся заковывать в них своих товарищей по команде, а потом и самого себя. Оказавшись закованным волк ощутил сильное жжение в тех местах где металл соприкасался с броней. Эта боль проходила даже через броню и одежду, что уже намекало на то, что эти цепи были далеко не самыми обычными.
Затем, они могли наблюдать как свады переговариваются между собой и посылают весточку своим, в деревню при помощи какой-то странной силы.
"Это и есть экстракты? Так вот значит о чем говорили люди на корабле." - стоило один раз увидеть, чтобы заиметь представление о том как это выглядит. Но вот понимать как это работает это не помогало. Что еще за энергия такая и почему она имеет свою волю? Впрочем, раз уж эти люди связались со своими, то будет честно, если и они сделают тоже самое. Или нет? Может, все же не стоит подавать никаких сигналов, чтобы у тех кто остался на корабле были развязаны руки? Знают ли свады о том, что на остров прибыло куда больше синеморцев чем сейчас показалось? Не станет ли все только хуже, если Этельвульф известит союзников на корабле о том, что у них тут произошел контакт с местными? Ой, да кому оно надо. Никому, конечно.
Хакурю
- Вот оно что. Хотите сказать Аэндир чем-то нас заразил? И мы рискуем потерять личность, или волю действовать так, как хотим? Перспектива становиться его марионеткой мне не нравится. Однако, если Вы в самом деле хотите сотрудничать, то я бы хотел услышать подробности. Хотя бы то, что известно только Вам, даже если это незначительная часть истины.
Договорив, парень выставил две руки вперед, и держал их прямо, на уровне груди. Думаю, жрец должен будет понять, что этот жест означает его согласие быть закованным. Очень рискованно, но делать нечего. Если бы они хотели привести их в ловушку, то не делали бы это так официально. Да и не стали бы рисковать жизнью мирных жителей, и старейшин. Привести каких-то там опасных, неизвестных людей прямо в свой собственный дом? Не похоже на ловушку. Осторожность, не более. Именно поэтому копейщик, пораскинув мозгами, пришел к умозаключению, что лучше таким образом продемонстрировать свое нежелание воевать, нежели пустословить. Когда Рена заковали, он почувствовал неприятное жжение, но не придал этому никакого значения. Терпел. Старался терпеть, сохраняя каменное лицо, чтобы продемонстрировать спутнику свою решимость и твердость духа.
- Могу я ещё раз спросить? Что это за "семена", кто такой Аэндир, и что за проклятие? Я понимаю что Вы не обязаны мне отвечать, но это, возможно, поможет мне многое понять, а что самое главное - понять где искать Аэндира, и как победить.
- Вот оно что. Хотите сказать Аэндир чем-то нас заразил? И мы рискуем потерять личность, или волю действовать так, как хотим? Перспектива становиться его марионеткой мне не нравится. Однако, если Вы в самом деле хотите сотрудничать, то я бы хотел услышать подробности. Хотя бы то, что известно только Вам, даже если это незначительная часть истины.
Договорив, парень выставил две руки вперед, и держал их прямо, на уровне груди. Думаю, жрец должен будет понять, что этот жест означает его согласие быть закованным. Очень рискованно, но делать нечего. Если бы они хотели привести их в ловушку, то не делали бы это так официально. Да и не стали бы рисковать жизнью мирных жителей, и старейшин. Привести каких-то там опасных, неизвестных людей прямо в свой собственный дом? Не похоже на ловушку. Осторожность, не более. Именно поэтому копейщик, пораскинув мозгами, пришел к умозаключению, что лучше таким образом продемонстрировать свое нежелание воевать, нежели пустословить. Когда Рена заковали, он почувствовал неприятное жжение, но не придал этому никакого значения. Терпел. Старался терпеть, сохраняя каменное лицо, чтобы продемонстрировать спутнику свою решимость и твердость духа.
- Могу я ещё раз спросить? Что это за "семена", кто такой Аэндир, и что за проклятие? Я понимаю что Вы не обязаны мне отвечать, но это, возможно, поможет мне многое понять, а что самое главное - понять где искать Аэндира, и как победить.
Эвелин
Их путь довольно резко оборвался, ибо они наконец наткнулись на одного из их группы, который уже беседовал со свадами. Остров был обитаем и эта мысль успокоила тревожное сердце Эвелин. Однако после событий на Стамаре, у девушки развилась паранойя. Ей сложно было верить даже в каждый свой шаг. И хоть здравый смысл одерживал верх, доверять, хотя очень хотелось, было очень сложно. Как всегда, Эвери высказал свое недовольство по поводу решения девушки. Интересно, чем она вызвала его недоверие к своим действиям? Ей казалось они уже достаточно просидели возле корабля без действий и потому решила все таки отправиться в путь, дабы отыскать ответы на все свои вопросы. Она уже ввязалась в эту битву и дороги назад не было. На слова Эвери девушка ответила холодным безмолвием, ибо понимала, что следующие ее слова могут породить спор. Почему нельзя просто ее поддержать, хоть раз? Без недовольства и каких либо намеков? Она лишь предложила, и никого не заставляла идти за собой. Вскоре бурный поток ее мыслей унес девушку не в том направлении, вызывая странное раздражение к вечному ворчанию капитана. При этом она с интересом наблюдала за развернувшейся ситуацией. Слова о проклятии, осторожность свадов. Все это порождало много вопросов, но смогли бы эти свады ответить на них? Девушка не стала лезть вперед паровоза, ожидая встречи с более осведомленными людьми, а пока, она молча позволила себя заковать в кандалы, метал которых тут же обжог ее нежную кожу, вызвав неприятное жжение. Из-за жуткого ожога, что был спрятан под бинтами, девушка не смогла спокойно стерпеть боль, как это сделала вся мужская компания. Тихо ойкнув и закусив нижнюю гуьу, девушка повернулась ко всем спиной, скривившись в моське и покраснев.
«-Это проклятие?»-внезапно пронеслось в ее голове. Это железо так странно реагирует из-за проклятия? Если это так...то могла ли она доверять сама себе? И когда они смогли подцепить очередную дрянь? Эвелин ощущала себя марионеткой в чужих руках и это ее беспокоило.
«-Райдзин...если я снова потеряю контроль, просто забери Кусанаги и держись подальше от меня, хорошо?»-Предупредив элементаля, она смогла немного успокоиться, положившись на боевого товарища.
Их путь довольно резко оборвался, ибо они наконец наткнулись на одного из их группы, который уже беседовал со свадами. Остров был обитаем и эта мысль успокоила тревожное сердце Эвелин. Однако после событий на Стамаре, у девушки развилась паранойя. Ей сложно было верить даже в каждый свой шаг. И хоть здравый смысл одерживал верх, доверять, хотя очень хотелось, было очень сложно. Как всегда, Эвери высказал свое недовольство по поводу решения девушки. Интересно, чем она вызвала его недоверие к своим действиям? Ей казалось они уже достаточно просидели возле корабля без действий и потому решила все таки отправиться в путь, дабы отыскать ответы на все свои вопросы. Она уже ввязалась в эту битву и дороги назад не было. На слова Эвери девушка ответила холодным безмолвием, ибо понимала, что следующие ее слова могут породить спор. Почему нельзя просто ее поддержать, хоть раз? Без недовольства и каких либо намеков? Она лишь предложила, и никого не заставляла идти за собой. Вскоре бурный поток ее мыслей унес девушку не в том направлении, вызывая странное раздражение к вечному ворчанию капитана. При этом она с интересом наблюдала за развернувшейся ситуацией. Слова о проклятии, осторожность свадов. Все это порождало много вопросов, но смогли бы эти свады ответить на них? Девушка не стала лезть вперед паровоза, ожидая встречи с более осведомленными людьми, а пока, она молча позволила себя заковать в кандалы, метал которых тут же обжог ее нежную кожу, вызвав неприятное жжение. Из-за жуткого ожога, что был спрятан под бинтами, девушка не смогла спокойно стерпеть боль, как это сделала вся мужская компания. Тихо ойкнув и закусив нижнюю гуьу, девушка повернулась ко всем спиной, скривившись в моське и покраснев.
«-Это проклятие?»-внезапно пронеслось в ее голове. Это железо так странно реагирует из-за проклятия? Если это так...то могла ли она доверять сама себе? И когда они смогли подцепить очередную дрянь? Эвелин ощущала себя марионеткой в чужих руках и это ее беспокоило.
«-Райдзин...если я снова потеряю контроль, просто забери Кусанаги и держись подальше от меня, хорошо?»-Предупредив элементаля, она смогла немного успокоиться, положившись на боевого товарища.
Куренха
К счастью, ожидание алхимика было вознаграждено. Люди, как один, дружным строем начали покидать трюм корабля. Начнем с того, кого дозорный встретил незамедлительно, а именно - Азира. Шастая туда-сюда по палубе, он казалось бы, протоптал каждый сантиметр досок, пока не уткнулся лбом в что-то холодное и твердое. Причем настолько хорошо уткнулся, что Азир, не будь он логией, вполне мог ощутить сильный толчок в спину, как если бы его ударила кулаком крайне злобная, но худощавая девушка.
— Ауч! — По инерции отлетев от препятствия, с которым столкнулся, белесый невольно подумал, что он ненароком столкнулся с мачтой, что после недолгих размышлений стало невозможным, поскольку оная была в паре метров от него, да и он не настолько глуп, чтобы не углядеть на полу четко выделенную фигуру... Хотя, после Стамара он все же стал достаточно рассеян, чтобы столкнуться с птицем. — Кто тут оставил статую... — Начав свое осознание с низа, то есть с ног, Гранку задрал голову вверх, потирая лоб, на котором теперь красовалось красное пятно помимо большого шрама в половину лба, скрытого обычно под челкой. Лишь потом, когда он поднял взгляд и увидел знакомый хохолок или же целый клюв, в зависимости от того, повернется ли полукровка на него, дозорный осознал, что вновь встретился с этим странного вида "зоанщика".
— А... Это ты... — В голосе ощущалось легкое облегчение. Или скорее безразличие? Неизвестно по какой причине, но от вида кого-то подобного у Куренхи было смешанное чувство в груди. С одной стороны, все факты указывали на причастность к касте зоанщиков, но отсутствие крыльев настораживало. Выглянув за спину пернатого он завидел, что множество людей уже двинулись вперед, давая надежду на то, что они все же двинутся вперед. Белесый и сам хотел двинуться вперед, но достаточно скоро ощутил странную тяжесть в груди, переходящую в жжение.
«Что со мной?» — Юноша невольно пошатнулся, опуская ладонь с лба на грудь, внутри которой буквально начал разжигаться лесной пожар, затрагивая все струны души. Пламя гнева и ярости начало выжигать остальные эмоции, мысли, как если бы те были простыми дровами для растопки более откровенного чувства - гнева. В попытке подавить этот порыв, Куренха рухнул на палубу, "царапая" палубу своими пальцами в перчатках, что впились в холодную деревянную поверхность намертво. Тени вокруг пустились в пляс, в разнобой шепча фразы, подталкивающие к разрушению.
— Не... Уби... Убирайс...я... — Сквозь тяжелое дыхание слетело с уст белесого, прежде чем его рука резко отдернулась от палубы к колуну на поясе в петле. Сорвав его ловким движением, он начал с того, что беспорядочно начал бить по палубе. Замах! Удар! Еще один замах! На пятый удар, он резко задернул свою голову, поднимая безумный, полный злобы взгляд на Азира с ясным оскалом в устах. — Убирайся! — Крикнул он уже громче, прежде чем сорваться с места и замахнуться на императора.
К счастью, ожидание алхимика было вознаграждено. Люди, как один, дружным строем начали покидать трюм корабля. Начнем с того, кого дозорный встретил незамедлительно, а именно - Азира. Шастая туда-сюда по палубе, он казалось бы, протоптал каждый сантиметр досок, пока не уткнулся лбом в что-то холодное и твердое. Причем настолько хорошо уткнулся, что Азир, не будь он логией, вполне мог ощутить сильный толчок в спину, как если бы его ударила кулаком крайне злобная, но худощавая девушка.
— Ауч! — По инерции отлетев от препятствия, с которым столкнулся, белесый невольно подумал, что он ненароком столкнулся с мачтой, что после недолгих размышлений стало невозможным, поскольку оная была в паре метров от него, да и он не настолько глуп, чтобы не углядеть на полу четко выделенную фигуру... Хотя, после Стамара он все же стал достаточно рассеян, чтобы столкнуться с птицем. — Кто тут оставил статую... — Начав свое осознание с низа, то есть с ног, Гранку задрал голову вверх, потирая лоб, на котором теперь красовалось красное пятно помимо большого шрама в половину лба, скрытого обычно под челкой. Лишь потом, когда он поднял взгляд и увидел знакомый хохолок или же целый клюв, в зависимости от того, повернется ли полукровка на него, дозорный осознал, что вновь встретился с этим странного вида "зоанщика".
— А... Это ты... — В голосе ощущалось легкое облегчение. Или скорее безразличие? Неизвестно по какой причине, но от вида кого-то подобного у Куренхи было смешанное чувство в груди. С одной стороны, все факты указывали на причастность к касте зоанщиков, но отсутствие крыльев настораживало. Выглянув за спину пернатого он завидел, что множество людей уже двинулись вперед, давая надежду на то, что они все же двинутся вперед. Белесый и сам хотел двинуться вперед, но достаточно скоро ощутил странную тяжесть в груди, переходящую в жжение.
«Что со мной?» — Юноша невольно пошатнулся, опуская ладонь с лба на грудь, внутри которой буквально начал разжигаться лесной пожар, затрагивая все струны души. Пламя гнева и ярости начало выжигать остальные эмоции, мысли, как если бы те были простыми дровами для растопки более откровенного чувства - гнева. В попытке подавить этот порыв, Куренха рухнул на палубу, "царапая" палубу своими пальцами в перчатках, что впились в холодную деревянную поверхность намертво. Тени вокруг пустились в пляс, в разнобой шепча фразы, подталкивающие к разрушению.
— Не... Уби... Убирайс...я... — Сквозь тяжелое дыхание слетело с уст белесого, прежде чем его рука резко отдернулась от палубы к колуну на поясе в петле. Сорвав его ловким движением, он начал с того, что беспорядочно начал бить по палубе. Замах! Удар! Еще один замах! На пятый удар, он резко задернул свою голову, поднимая безумный, полный злобы взгляд на Азира с ясным оскалом в устах. — Убирайся! — Крикнул он уже громче, прежде чем сорваться с места и замахнуться на императора.
[id579566779:bp-36291248_225517|Ish'ilah],
Вольный император курил трубку медленно, смакуя хороший и дорогой табак, пока люди постепенно покидали корабль. Аоми всё ещё не собралась, и к этому белоперый относился скорее флегматично - пара минут погоды не сделают, наверное. Однако возможных спутников становится всё меньше, поэтому Азир всё же решился пойти и подогнать своего врача.
Однако его идея пресеклась коротким и глухим "бух", словно облачение зверолюда хотела клюнуть какая-нибудь маленькая тупоклювая птичка. Звуком оно и ограничилось.
Впрочем, потревожившим его покой оказалось никакое не пернатое, а тот паренек, что был в трюме - павлин повернулся лениво, не ожидая нападений из-за своей самоуверенности и беспечности.
Ко всей ситуации пират отнесся флегматично. Азир тихо цокнул и почти в один голос с дозорным произнес "А, это ты," - и уже хотел было направиться за девушкой, но его остановило жгучее чувство в груди, что начало нарастать с бешеной скоростью и силой.
Желание крушить, ломать, уничтожать - что-то схожее преследовало его после речи неизвестного человека на Стамаре, однако та жажда крови и разрушений была куда...слабее? Белоперый глубоко выдохнул. Он понимал, что способен противиться этому и действовать так, как требуется, а не повиноваться воле иных людей. Поэтому большому птицу хватило лишь вонзить когти себе в ладонь и постараться привести в порядок дыхание, что сбилось и стало рваным, хаотичным.
Но это Азир, а вот пареньку, что находился рядом, было куда хуже. То ли головы на плечах Куренха не имел, то ли просто был куда агрессивнее сам по себе - но беловолосый прям рухнул на палубу, впиваясь в неё руками, как в живую плоть.
- Эй! - рыкнул в его сторону пират, однако парень, казалось, не слышал. Он тяжело дышал и, почти без паузы, обратился и к самому императору. Сначала разобрать, что хочет сказать дозорный, белоперый не смог. После Куренха довольно четко и громко крикнул, приказывая зверолюду пойти вон.
Ещё и замахиваться на Его петушиное величество вздумал.
Полукровка коротко выдохнул и одной когтистой лапой перехватил руку парня, а другой, сложившейся в огромный (в сравнении с габаритами беловолосого) кулак, заехал пареньку в челюсть. Бил павлин, не прикладывая силу, сдерживая своё желание надрать гаденышу зад. Азир понадеялся, что небольшая встряска сможет помочь временному союзнику прийти в себя.
Вольный император курил трубку медленно, смакуя хороший и дорогой табак, пока люди постепенно покидали корабль. Аоми всё ещё не собралась, и к этому белоперый относился скорее флегматично - пара минут погоды не сделают, наверное. Однако возможных спутников становится всё меньше, поэтому Азир всё же решился пойти и подогнать своего врача.
Однако его идея пресеклась коротким и глухим "бух", словно облачение зверолюда хотела клюнуть какая-нибудь маленькая тупоклювая птичка. Звуком оно и ограничилось.
Впрочем, потревожившим его покой оказалось никакое не пернатое, а тот паренек, что был в трюме - павлин повернулся лениво, не ожидая нападений из-за своей самоуверенности и беспечности.
Ко всей ситуации пират отнесся флегматично. Азир тихо цокнул и почти в один голос с дозорным произнес "А, это ты," - и уже хотел было направиться за девушкой, но его остановило жгучее чувство в груди, что начало нарастать с бешеной скоростью и силой.
Желание крушить, ломать, уничтожать - что-то схожее преследовало его после речи неизвестного человека на Стамаре, однако та жажда крови и разрушений была куда...слабее? Белоперый глубоко выдохнул. Он понимал, что способен противиться этому и действовать так, как требуется, а не повиноваться воле иных людей. Поэтому большому птицу хватило лишь вонзить когти себе в ладонь и постараться привести в порядок дыхание, что сбилось и стало рваным, хаотичным.
Но это Азир, а вот пареньку, что находился рядом, было куда хуже. То ли головы на плечах Куренха не имел, то ли просто был куда агрессивнее сам по себе - но беловолосый прям рухнул на палубу, впиваясь в неё руками, как в живую плоть.
- Эй! - рыкнул в его сторону пират, однако парень, казалось, не слышал. Он тяжело дышал и, почти без паузы, обратился и к самому императору. Сначала разобрать, что хочет сказать дозорный, белоперый не смог. После Куренха довольно четко и громко крикнул, приказывая зверолюду пойти вон.
Ещё и замахиваться на Его петушиное величество вздумал.
Полукровка коротко выдохнул и одной когтистой лапой перехватил руку парня, а другой, сложившейся в огромный (в сравнении с габаритами беловолосого) кулак, заехал пареньку в челюсть. Бил павлин, не прикладывая силу, сдерживая своё желание надрать гаденышу зад. Азир понадеялся, что небольшая встряска сможет помочь временному союзнику прийти в себя.
Тсукико
Смокер, к сожалению, был нем к словам девушки, то ли задумавшись о чем-то конкретном, то ли вообще выпав в омут своих мыслей, далеких от происходящего вокруг. Девушка этим похвастаться не могла, посему с горем-пополам выбравшись на волю, лениво потянулась, наблюдая, как все, как один понемногу покидали трюм. Разумеется, таких людей было большинство, ведь вечно торчать на корабле желания не было.
«Надо пойти проветрится.» — Сказала она сама себе, после чего вышмыгнула за компанией следом, однако в ходе подъема ощутила, как откуда-то из глубины ее мысли путаются под действием чрезмерно сильного чувства и боли. Буквально на пол пути, упав на колено от неожиданности, она незамедлительно поднялась, сжимая форму в области грудной клетки. Призраки прошлого вновь начали терзать ее, как на Стамаре, но сильнее. Зеро всеми силами подавляла нахлынувшее чувство агрессии, пока-что ограничиваясь самобичеванием и саморазрушением. В частности, разрушением своей формы, которая была на грани разрыва под давлением ногтей розововолосой.
Смокер, к сожалению, был нем к словам девушки, то ли задумавшись о чем-то конкретном, то ли вообще выпав в омут своих мыслей, далеких от происходящего вокруг. Девушка этим похвастаться не могла, посему с горем-пополам выбравшись на волю, лениво потянулась, наблюдая, как все, как один понемногу покидали трюм. Разумеется, таких людей было большинство, ведь вечно торчать на корабле желания не было.
«Надо пойти проветрится.» — Сказала она сама себе, после чего вышмыгнула за компанией следом, однако в ходе подъема ощутила, как откуда-то из глубины ее мысли путаются под действием чрезмерно сильного чувства и боли. Буквально на пол пути, упав на колено от неожиданности, она незамедлительно поднялась, сжимая форму в области грудной клетки. Призраки прошлого вновь начали терзать ее, как на Стамаре, но сильнее. Зеро всеми силами подавляла нахлынувшее чувство агрессии, пока-что ограничиваясь самобичеванием и саморазрушением. В частности, разрушением своей формы, которая была на грани разрыва под давлением ногтей розововолосой.
Йомирин
Неприятное чувство жжения за грудиной нарастало с каждой секундой. Точно ли хорошая идея оставаться на корабле? Двое союзников ушли на разведку, розововолосая девушка планировала дождаться их прибытия, но для такой хрупкой особы подобная боль сродни аду. Может стоит начать действовать? Даже если одной, но пойти куда-нибудь вглубь острова. Плевать на то, что некоторые ушли так и не вернувшись. Она не привыкла терпеть нечто подобное, да и не может, ведь физически не очень сильна. Именно поэтому девушка сошла с корабля, и остановилась на берегу. Она схватилась своими тонкими руками за грудину и стиснула зубы. Терпит, но терпеть тяжело. Сделать второй шаг она не решилась, именно поэтому осталась стоять недалеко от драккара.
Неприятное чувство жжения за грудиной нарастало с каждой секундой. Точно ли хорошая идея оставаться на корабле? Двое союзников ушли на разведку, розововолосая девушка планировала дождаться их прибытия, но для такой хрупкой особы подобная боль сродни аду. Может стоит начать действовать? Даже если одной, но пойти куда-нибудь вглубь острова. Плевать на то, что некоторые ушли так и не вернувшись. Она не привыкла терпеть нечто подобное, да и не может, ведь физически не очень сильна. Именно поэтому девушка сошла с корабля, и остановилась на берегу. Она схватилась своими тонкими руками за грудину и стиснула зубы. Терпит, но терпеть тяжело. Сделать второй шаг она не решилась, именно поэтому осталась стоять недалеко от драккара.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 2 Гость(ей)