Кажется, у природы чувство юмора не лучше, чем у Судьбы. Али, возможно, разные силы сделали ставки на всяк стороны и попытались поддержать фаворитов своих. Так, как могли. Без вмешательства напрямую. В погоду прояснившуюся было значительно проще наблюдать за происходящим, и ныне мерзкий ливень, наконец, начал сходить на нет. Заканчивался столь же внезапно, как и начинался. Хестер, как и оба его верных варвара, поднимались с земли, приходя в чувства. Ощущение, что все уже на том свете – не покидало никого из них. Но раз всё болело, значит – жизнь продолжается. Алдори держался за голову, куда его и ударило ногой Моркара, хоть и против воли последнего, но осадочек – оставался. Мир медленно переставал двоиться, собираясь в единую картину, как Люци оказалась под деревом, а на земле лежал…
– ХАТАНГ!
Моркар отреагировал и осознал всё произошедшее первым, честь его крепкому черепу и хвала. Молодой варвар бросился к телу товарища, а уже через секунду – тут же были и Хаард с Хестером. Алдори, быстрее собственных ожиданий, обогнал более здравого варвара, игнорируя боль и колеблющееся состояние внутреннее.
– Он дышит, но слаб. Нужно чем-то закрыть раны – Капитан не сомневался, хотя в глазах читалось стойкое недоверие перед напирающим потоком фактов – Отнесём его в город. Он в критическом состоянии.
Склонился над обмякшим телом очеловеченного товарища и длительное время глядел на приобретённые изъяны, покамест не поднял голову, чтобы оглядеть состояние и приближение прочих. Под светом, проникающим в прилесок бурными последождевыми потоками, тела показывали целостность свою таковой, какой она стала после сражения. Охотой, ныне, назвать не поворачивался язык.
– Мысли: Нас не впустят. В поместье нам так же будут не рады, или, ещё хуже, убьют Асавара на месте, и нас добьют. Вряд ли это удастся им, но все измотаны и ослаблены. Нужно алиби.
Холодный взгляд, кой не столь смотрел вперёд, сколько внутрь себя, переметнулся на рядом сидящих варваров.
– Моркар, Хаард, бидэнд аратанд тохирох зуйл хэрэгтэй. Нотлох баримтгуйгэр биднйг суринд орулахгуй. – Командовал Хестер.
Его люди не стали задавать вопросов или уточнять нюансы. Похватали топоры свои и быстро ломанулись в лес. По направлению ясно было, что они не поспешили вернуться к усадьбе, а путь взяли по делам внутри раскинувшейся флоры. Хаард повернулся в последний момент, как быть затянутым ветвистым массивом, на Ульриха и одобрительно кивнул тому, словно отмечая доблесть незнакомца.
– Даби, нужен спирт. У тебя есть чего в сумке? Мерденмора, если ты в состоянии помогать, мне нужна будет твоя сила, чтобы дотащить его до безопасного места. Люци… спасибо – В раз сий черноволосый не обращался лицом к команде и вновь продолжил сверлить взглядом тело нежеланной жертвы – Всем вам.
Причины резкой смены настроения в душе капитана были столь же неявными, сколь и непроницаемо было лицо культурного варвара в обычной обстановке. Как бы надменной сейчас не казалась забота Алдори о его бессознательном товарище, капитан прекрасно отдавал себе отчёт о произошедшем. Он мог видеть, что команда, хоть и была потрёпана, – но учитывая обстоятельства, – отделалась лёгким испугом. Может кроме Даби, на котором лица не было после полуотхода в мир иной, и спешного возврата. Но все эти раны можно будет обработать в более сухом и похожем на цивилизацию месте.
Икс Кросс находился на некотором отдалении, наблюдая в изображение на дисплее своего боевого скафандра.
ONE PIECE RP ·
[Вест Блю] Остров Хильдора
Благо, полностью закрытый костюм скрывал его запах. Зверья оказалось несколько больше, чем ожидалось. Но, развязка подходила к концу, пришло время растворяться. Ликвидатор прыгал от дерева к дереву, разрывая дистанцию и перелетая через стену города. Когда наблюдатель остановился, он достал из кармана ден ден муши, связываясь с начальством.
– Господин эль Ферро, это Икс Кросс. Эксперимент прошёл успешно. Но пленник выжил и теперь находится у объекта.
– Отлично, это тоже хороший результат, Икс Кросс. Не переживай, план остаётся в силе до следующих распоряжений. Нибб уже прибыл?
– Ещё не вышел на связь. Он должен был дать своей девчонке работу, чтобы она не совалась не в своё дело.
– Отлично, у меня на неё есть планы, так что пусть она пока избежит подобного события. Продолжайте вести наших подопытных и постарайся, чтобы они не встретили избыточного сопротивления.
– Но в открытую мне вступать запрещено?
– Если они не смогут справиться со столь неэффективным препятствием, как Хильдора, они не смогут послужить нашим целям. Пока держи их на поводке и вмешайся только в соответствии с планом.
– Принял.
Ден ден муши затих, но сразу после этого Икс Кросс вызвал другой канал.
– Нибб, говорит Икс Кросс. Ты на месте?
– Да, друг, и уже обосновался.
– Всё хорошо?
– Ты про Малвину? Да, я подсуетился, чтобы ей дали работу на Нотрисе. Это задержит её достаточно надолго. А если про меня – да, личина готова, колокольчики развесил. И мышь не проскользнёт без нашего ведома.
– Отлично, мне ещё нужно кое-что сделать перед прибытием объектов. Постарайся, чтобы стража не задавала лишних вопросов.
– Понял, конец связи.
[id564078609:bp-36291248_264904|Люци], [id323120613:bp-36291248_264834|Ульрих], [id213233084:bp-36291248_264544|Мерденмора], [id217725250:bp-36291248_264508|Даби].
– Господин эль Ферро, это Икс Кросс. Эксперимент прошёл успешно. Но пленник выжил и теперь находится у объекта.
– Отлично, это тоже хороший результат, Икс Кросс. Не переживай, план остаётся в силе до следующих распоряжений. Нибб уже прибыл?
– Ещё не вышел на связь. Он должен был дать своей девчонке работу, чтобы она не совалась не в своё дело.
– Отлично, у меня на неё есть планы, так что пусть она пока избежит подобного события. Продолжайте вести наших подопытных и постарайся, чтобы они не встретили избыточного сопротивления.
– Но в открытую мне вступать запрещено?
– Если они не смогут справиться со столь неэффективным препятствием, как Хильдора, они не смогут послужить нашим целям. Пока держи их на поводке и вмешайся только в соответствии с планом.
– Принял.
Ден ден муши затих, но сразу после этого Икс Кросс вызвал другой канал.
– Нибб, говорит Икс Кросс. Ты на месте?
– Да, друг, и уже обосновался.
– Всё хорошо?
– Ты про Малвину? Да, я подсуетился, чтобы ей дали работу на Нотрисе. Это задержит её достаточно надолго. А если про меня – да, личина готова, колокольчики развесил. И мышь не проскользнёт без нашего ведома.
– Отлично, мне ещё нужно кое-что сделать перед прибытием объектов. Постарайся, чтобы стража не задавала лишних вопросов.
– Понял, конец связи.
[id564078609:bp-36291248_264904|Люци], [id323120613:bp-36291248_264834|Ульрих], [id213233084:bp-36291248_264544|Мерденмора], [id217725250:bp-36291248_264508|Даби].
[id213233084:bp-36291248_264319|Аладей], [id323120613:bp-36291248_264413|Дмитрий], [id564078609:bp-36291248_264422|Φιλία], [id799844790:bp-36291248_264429|Maximilian],
Даби пусть и пытался помочь команде, но слишком сильно переоценил свои физические возможности после того, как уже два раза побывал под зверем. Результатом бесполезных действий оказался продолжительный полёт, который привел к не лучшему приземлению. Пироман врезался спиной в дерево, при этом хорошо приложившись затылком об ствол. Сначала опустилась голова, а затем из выемки в дерве выпал и сам парень, упав лицом в уже слегка влажную землю. Дышать было тяжело, а тело не двигалось. Всё что мог Даби это лежать и смотреть как половина его лица погружается в воду, смешиваясь с грязью, а свободным глазом осмотреть на попытки команды победить врага.
“Хочу к ним! Хочу убить этого зверя! Хочу как Мор отчаянно наносить удары. Хочу помочь им выжить!” – это все мысли, которые были в голове парня, который мог как тряпичная кукла лежать в грязи, не имея и шанса пошевелиться.
Он прекрасно видел, как Мор оседлала зверя, пытаясь зажать его горло своими опасными бёдрами, а затем странным предметом наносила удары по лицу. Как неизвестный варвар что-то кричал и хорошо, что эти слова не предназначались Даби, потому что всё что сейчас слышал парень – это был продолжительный писк в ушах и дикая боль в голове. После чего еще какой-то незнакомей попытался бросить тому топор, но всё что получилось – это просто слегка подкинуть вперед, что казалось жалкой попыткой легкоатлета пробиться в лигу тяжелой атлетики. Также Даби видел как Мор скинули с шеи, как навязчивую блоху, а затем зверь повернулся к Люци и уже готов был напасать.
Переведя взгляд в сторону Люци, котоаря до этого сидела у дерева, то перед глазами парня предстали те кадры, что он может сделать с девушкой, если доберётся до неё. Он не хотел видеть истерзанное тело того, кто был добр к нему. Не снова, не в этот раз. Нет! Тело наконец-то начало отвечать и пальцы резко сжали руку в кулак. Набирая в ладонь грязи. Перед глазами стояло милое личико Люци, когда он с ней и Хаардом шли к тому лагерю. Когда они общались. То, как она вела себя с котом. Как очень грациозно забралась на коня, заставив засмущаться наездника.
Парень всё-таки смог перевернутся на живот, упираясь обеими руками в мокрую от ливня землю. Ноги всё еще лежали на земле, но отдых для них сейчас был роскошью не по карману. Им нужно двигаться! Им нужно снова поднять на себе вес тела! Чтобы продолжить бой и если не за свою жизнь, то за жизнь тех, кто не прогнал его после первого же острова.
“Давайте же, чёртовы ноги, Двигайтесь!” – мысленно командовал себе парень и это дало плоды, ведь он смог поджать ноги и стоять уже на коленях. После чего начать подниматься на ноги и пошатываясь наконец-то встал во весь рост. Голова всё еще была опущена, а с краев капало, но это был не обычная вода, а она была почему-то черного цвета. Если быть точнее, то в них было лишь немного черного оттенка и это было плохо для Даби, ведь сейчас было не время, когда можно открыть абсолютно все карты как для команды, так и для других людей.
Парень сильнее схватился за ножны на поясе, после чего резко вытащил их и был готов уже бежать лишь с ними на зверя, но когда он поднял голову, то всё уже закончилось. Люци же стояла с расставленными урками, как королева дождя, императрица ливня или просто богиня воды. На её тело продолжал капать ливень, но он не просто мочил её, как остальных, а прибавлял шарму и невероятной крутости. Ранее Даби даже не мог подумать о том, что эта девушка невероятно крутая, но сейчас это единственное слово, которое было в её голове. Сразу же после “Слава духам, все живы.”
Даби пусть и пытался помочь команде, но слишком сильно переоценил свои физические возможности после того, как уже два раза побывал под зверем. Результатом бесполезных действий оказался продолжительный полёт, который привел к не лучшему приземлению. Пироман врезался спиной в дерево, при этом хорошо приложившись затылком об ствол. Сначала опустилась голова, а затем из выемки в дерве выпал и сам парень, упав лицом в уже слегка влажную землю. Дышать было тяжело, а тело не двигалось. Всё что мог Даби это лежать и смотреть как половина его лица погружается в воду, смешиваясь с грязью, а свободным глазом осмотреть на попытки команды победить врага.
“Хочу к ним! Хочу убить этого зверя! Хочу как Мор отчаянно наносить удары. Хочу помочь им выжить!” – это все мысли, которые были в голове парня, который мог как тряпичная кукла лежать в грязи, не имея и шанса пошевелиться.
Он прекрасно видел, как Мор оседлала зверя, пытаясь зажать его горло своими опасными бёдрами, а затем странным предметом наносила удары по лицу. Как неизвестный варвар что-то кричал и хорошо, что эти слова не предназначались Даби, потому что всё что сейчас слышал парень – это был продолжительный писк в ушах и дикая боль в голове. После чего еще какой-то незнакомей попытался бросить тому топор, но всё что получилось – это просто слегка подкинуть вперед, что казалось жалкой попыткой легкоатлета пробиться в лигу тяжелой атлетики. Также Даби видел как Мор скинули с шеи, как навязчивую блоху, а затем зверь повернулся к Люци и уже готов был напасать.
Переведя взгляд в сторону Люци, котоаря до этого сидела у дерева, то перед глазами парня предстали те кадры, что он может сделать с девушкой, если доберётся до неё. Он не хотел видеть истерзанное тело того, кто был добр к нему. Не снова, не в этот раз. Нет! Тело наконец-то начало отвечать и пальцы резко сжали руку в кулак. Набирая в ладонь грязи. Перед глазами стояло милое личико Люци, когда он с ней и Хаардом шли к тому лагерю. Когда они общались. То, как она вела себя с котом. Как очень грациозно забралась на коня, заставив засмущаться наездника.
Парень всё-таки смог перевернутся на живот, упираясь обеими руками в мокрую от ливня землю. Ноги всё еще лежали на земле, но отдых для них сейчас был роскошью не по карману. Им нужно двигаться! Им нужно снова поднять на себе вес тела! Чтобы продолжить бой и если не за свою жизнь, то за жизнь тех, кто не прогнал его после первого же острова.
“Давайте же, чёртовы ноги, Двигайтесь!” – мысленно командовал себе парень и это дало плоды, ведь он смог поджать ноги и стоять уже на коленях. После чего начать подниматься на ноги и пошатываясь наконец-то встал во весь рост. Голова всё еще была опущена, а с краев капало, но это был не обычная вода, а она была почему-то черного цвета. Если быть точнее, то в них было лишь немного черного оттенка и это было плохо для Даби, ведь сейчас было не время, когда можно открыть абсолютно все карты как для команды, так и для других людей.
Парень сильнее схватился за ножны на поясе, после чего резко вытащил их и был готов уже бежать лишь с ними на зверя, но когда он поднял голову, то всё уже закончилось. Люци же стояла с расставленными урками, как королева дождя, императрица ливня или просто богиня воды. На её тело продолжал капать ливень, но он не просто мочил её, как остальных, а прибавлял шарму и невероятной крутости. Ранее Даби даже не мог подумать о том, что эта девушка невероятно крутая, но сейчас это единственное слово, которое было в её голове. Сразу же после “Слава духам, все живы.”
Парень хотел уже просто упасть лицом в лужу, но смог выставить ногу вперед и тем самым выстоять против силы притяжения его ебальника к воде. Всё-таки если у парня и были заскоки самоубийцы, но связаны они только с огнем, в сторону воды не было и мысли. Всё вокруг кружилось, а в ушах всё еще был писк, но когда Хестер начал суетится возле какого-то человека, лежащего на земле, то парень наконец-то начал слышать и первым что он услышал – это было обращение к себе.
– А? Спирт? Да, было где-то тут. – сказал Даби, хотя видно было, что выговаривать эти слова ему было невероятно сложно, пусть он и пытался. Пошатываясь, парень повернулся к сумке, которая должна была висеть у него через плечо, но её не было. Парень начал трогать место, где должна быть эта сумка, но она магическим образом не появилась. Поэтому пироман начал осматриваться, при этом вертя головой довольно-таки медленно и нашел нужную сумку прямо у дерева, в который он прилетел.
Даби подошел к дереву на слегка согнутых ногах и с тихим выдохом уселся, после чего поднял один край сумки и заглянул в неё. Все гранаты были уже полностью в воде и из-за удара были сломаны, а из-зав дождя залиты водой. Из выжившего осталась как раз-таки одна бутылка спирта, но там было лишь половина или даже меньше. Он взял левой рукой эту бутылки, при этом она слегка двоилась, поэтому в первый раз он промахнулся мимо, только слегка коснувшись ногтей её края, а со второго раза уже успешно схватил её. После чего правой рукой он схватился за сумку и перевернул всё, что в ней оставалось в лужу, в которой лежала сумка. Это всё уже было бесполезно.
После чего с бутылкой в левой руке и сумкой из собственного плаща в правой Даби добрался до капитана, отдавая ему нужный ему спирт. В глазах продолжало двоиться, поэтому он просто протянул её вперед в надежде, что один из двух капитанов заберет её. Когда дело было сделано, то Даби пошатываясь сделал пару шагов назад и посмотрел на сумку. Он развязал, на удивление самого Даби, узел с первого раза и накинул плащ на голову, чтобы союзники не видели то, что основание прически на затылке понемногу становилось белого цвета, хотя нужно было хорошо так всмотреться, чтобы это заметить. Не зря Даби покупал влагоустойчивую краску, хотя она и не справилась против такого количества воды, но всё равно приняла бой достойно.
Шрамированный продолжал стоять и просто ждать приказов, хотя противный писк снова вернулся, но слышал он еще более-менее. Конечно, очень сильно хотелось просто упасть и уснуть, ведь всё перед глазами плыло, а глаза понемногу закрывались, отправляя парня в сладкий мир Морфея.
– А? Спирт? Да, было где-то тут. – сказал Даби, хотя видно было, что выговаривать эти слова ему было невероятно сложно, пусть он и пытался. Пошатываясь, парень повернулся к сумке, которая должна была висеть у него через плечо, но её не было. Парень начал трогать место, где должна быть эта сумка, но она магическим образом не появилась. Поэтому пироман начал осматриваться, при этом вертя головой довольно-таки медленно и нашел нужную сумку прямо у дерева, в который он прилетел.
Даби подошел к дереву на слегка согнутых ногах и с тихим выдохом уселся, после чего поднял один край сумки и заглянул в неё. Все гранаты были уже полностью в воде и из-за удара были сломаны, а из-зав дождя залиты водой. Из выжившего осталась как раз-таки одна бутылка спирта, но там было лишь половина или даже меньше. Он взял левой рукой эту бутылки, при этом она слегка двоилась, поэтому в первый раз он промахнулся мимо, только слегка коснувшись ногтей её края, а со второго раза уже успешно схватил её. После чего правой рукой он схватился за сумку и перевернул всё, что в ней оставалось в лужу, в которой лежала сумка. Это всё уже было бесполезно.
После чего с бутылкой в левой руке и сумкой из собственного плаща в правой Даби добрался до капитана, отдавая ему нужный ему спирт. В глазах продолжало двоиться, поэтому он просто протянул её вперед в надежде, что один из двух капитанов заберет её. Когда дело было сделано, то Даби пошатываясь сделал пару шагов назад и посмотрел на сумку. Он развязал, на удивление самого Даби, узел с первого раза и накинул плащ на голову, чтобы союзники не видели то, что основание прически на затылке понемногу становилось белого цвета, хотя нужно было хорошо так всмотреться, чтобы это заметить. Не зря Даби покупал влагоустойчивую краску, хотя она и не справилась против такого количества воды, но всё равно приняла бой достойно.
Шрамированный продолжал стоять и просто ждать приказов, хотя противный писк снова вернулся, но слышал он еще более-менее. Конечно, очень сильно хотелось просто упасть и уснуть, ведь всё перед глазами плыло, а глаза понемногу закрывались, отправляя парня в сладкий мир Морфея.
[id217725250:bp-36291248_264991|Николай], [id799844790:bp-36291248_264986|Maximilian], [id564078609:bp-36291248_264904|Φιλία], [id323120613:bp-36291248_264834|Дмитрий],
Не вышедший толком удар.
Тот самый звон, тот звон, который схватил сердце, сдавил в руке, как губку, заставил сочиться кровью, он многократно усилился и вдруг смолк, но это не тот звук, с которым она отломила свой рог. Это звук, с которым клыки зверя сомкнулись на роге, да еще и после того, как первый удар не принес с собой ничего.
Мор ощутила, как боль и страх прокатываются вдоль всего позвоночника обрушиваясь на нее не столько гневом противника, сколько ношей собственного бессилия.
И последующая боль, сопровождаемая хрустом наверняка сломанных ребер, оглушила и выбила из колеи, как минимум на то мгновение полета, которое произошло до ближайшего дерева.
"Я проиграла. Мои силы - ничто. И сейчас за это последует наказание. Которое я, будь неладна моя живучая шкура, смогу увидеть, если только сейчас он не решит вдруг меня прикончить, а не играться, как кот с мышью."
Мор все же сразу попыталась встать. Руки плохо слушались, а рог надломлен был неудачно и кровь не только зверя, но и своя, попутно стекающая и из следов от когтей, которыми он ее цеплял, заливала скользкие от дождя руки, землю превращая в кашу, как опору хреново применимую.
Она видела, как меч превратился в гнутую зубочистку.
Как зверь отбросил Илайн, подобно пресловутому венику.
Как Люци...
Люци ударила. И так звонко, что дождя на миг снова не стало, а грязь превратилась в зеркало. Она словно бы одним своим выпадом и ударом весь мир расставила по местам, каждой гадости полочку выделила, а зверю сделала втык достаточный, чтобы вспомнил, где его лоток и как туда ходить.
Мор схватилась за скользкую кору дерева и поднялась.
Зверь...
Зверь.
Мор не помнила, чтобы когда-то ей доводилось ощущать подобную тяжесть. Чтобы когда-то ей было настолько тяжело лицезреть очередной кусок человеческого существа распростертым и изувеченным.
И чтобы когда-то вообще разум грызло то, что многое в страдании этого бесшерстного сталось ее рук делом.
Эти самые руки, черные и когтистые, начали трястись мелкой дробью, она, словно никого не слыша, подошла к Асавару и плюхнулась прямо в лужу у самой его головы, слова Хестера и переговоры Моркара и Хаарда слушая в пол уха. Лик ее нынче стал совсем человеческим и окончательно блеклым, но на слова капитана девица отреагировала быстрее телом, чем разумом. Вновь ширилась тьма за ее плечами, вновь образ черный и гибельный склонился над варваром, но вместе с тем с глубокой тоской, словно вновь переживая давно забытую потерю, словно вновь испытывая давно отброшенную вину.
Лишь отдаленно услышав свое имя, словно за пеленой.
Мор встрепенулась заподало. Подняв глаза и увидев лицо Теменя, она накрыла ладонью лоб Асавара, отдернув руку, стоило лишь ей понять, что за пальцами остается кровавый след. На рог свой, лежащий неподалеку, и смотреть оказалось неприятно.
- Я сделаю все, что нужно. Нужно будет - и стену поместья сломаю. Мы должны узнать, кто с ним это сделал. И заставить его заплатить.
И вот в последних словах Мор чувствовалось, как скрежетали все ребра, все кости, все зубы, предоставленные ей природой. Потому что, как ей самой неожиданно представилось, отпустив и забыв что-то, вновь повстречать похожее - порой хуже, чем взять в руки слишком острый клинок, да к себе повернуть.
В глазах ее бледно мерцал зеленоватый огонек почти бесконтрольной ярости, связанной одной лишь тонкой ниткой обещания.
Не вышедший толком удар.
Тот самый звон, тот звон, который схватил сердце, сдавил в руке, как губку, заставил сочиться кровью, он многократно усилился и вдруг смолк, но это не тот звук, с которым она отломила свой рог. Это звук, с которым клыки зверя сомкнулись на роге, да еще и после того, как первый удар не принес с собой ничего.
Мор ощутила, как боль и страх прокатываются вдоль всего позвоночника обрушиваясь на нее не столько гневом противника, сколько ношей собственного бессилия.
И последующая боль, сопровождаемая хрустом наверняка сломанных ребер, оглушила и выбила из колеи, как минимум на то мгновение полета, которое произошло до ближайшего дерева.
"Я проиграла. Мои силы - ничто. И сейчас за это последует наказание. Которое я, будь неладна моя живучая шкура, смогу увидеть, если только сейчас он не решит вдруг меня прикончить, а не играться, как кот с мышью."
Мор все же сразу попыталась встать. Руки плохо слушались, а рог надломлен был неудачно и кровь не только зверя, но и своя, попутно стекающая и из следов от когтей, которыми он ее цеплял, заливала скользкие от дождя руки, землю превращая в кашу, как опору хреново применимую.
Она видела, как меч превратился в гнутую зубочистку.
Как зверь отбросил Илайн, подобно пресловутому венику.
Как Люци...
Люци ударила. И так звонко, что дождя на миг снова не стало, а грязь превратилась в зеркало. Она словно бы одним своим выпадом и ударом весь мир расставила по местам, каждой гадости полочку выделила, а зверю сделала втык достаточный, чтобы вспомнил, где его лоток и как туда ходить.
Мор схватилась за скользкую кору дерева и поднялась.
Зверь...
Зверь.
Мор не помнила, чтобы когда-то ей доводилось ощущать подобную тяжесть. Чтобы когда-то ей было настолько тяжело лицезреть очередной кусок человеческого существа распростертым и изувеченным.
И чтобы когда-то вообще разум грызло то, что многое в страдании этого бесшерстного сталось ее рук делом.
Эти самые руки, черные и когтистые, начали трястись мелкой дробью, она, словно никого не слыша, подошла к Асавару и плюхнулась прямо в лужу у самой его головы, слова Хестера и переговоры Моркара и Хаарда слушая в пол уха. Лик ее нынче стал совсем человеческим и окончательно блеклым, но на слова капитана девица отреагировала быстрее телом, чем разумом. Вновь ширилась тьма за ее плечами, вновь образ черный и гибельный склонился над варваром, но вместе с тем с глубокой тоской, словно вновь переживая давно забытую потерю, словно вновь испытывая давно отброшенную вину.
Лишь отдаленно услышав свое имя, словно за пеленой.
Мор встрепенулась заподало. Подняв глаза и увидев лицо Теменя, она накрыла ладонью лоб Асавара, отдернув руку, стоило лишь ей понять, что за пальцами остается кровавый след. На рог свой, лежащий неподалеку, и смотреть оказалось неприятно.
- Я сделаю все, что нужно. Нужно будет - и стену поместья сломаю. Мы должны узнать, кто с ним это сделал. И заставить его заплатить.
И вот в последних словах Мор чувствовалось, как скрежетали все ребра, все кости, все зубы, предоставленные ей природой. Потому что, как ей самой неожиданно представилось, отпустив и забыв что-то, вновь повстречать похожее - порой хуже, чем взять в руки слишком острый клинок, да к себе повернуть.
В глазах ее бледно мерцал зеленоватый огонек почти бесконтрольной ярости, связанной одной лишь тонкой ниткой обещания.
[id213233084:bp-36291248_265030|Аладей], [id217725250:bp-36291248_264991|Николай], [id799844790:bp-36291248_264986|Maximilian], [id564078609:bp-36291248_264904|Φιλία],
Безумный варварский порыв был пересечен Зверем в одно мгновение. Откуда вообще взялась эта уверенность? Впрочем, куда важнее сейчас была когтистая лапища, приближающаяся к Ульриху, будто в слоумо, если смотреть на происходящее глазами дикаря. Ухватиться и затормозить конечность он явно не успевал, была предпринята лишь вялая, по сравнению с рефлексами Зверя, попытка закрыться руками, дабы прямой удар не закончил всё здесь и сейчас. То самое мгновение проходит, и земля опять уходит из-под ног здоровяка. Еще секунда и он вновь её коснётся уже в нескольких метрах от Зверя, посадка совсем не из мягких и тело исполина еще несколько раз перекатиться перед тем, как наконец остановится. Лежащий лицом вниз Ульрих пытался прийти в себя, пока до его ушей доносился приглушенный топот Зверя. Всё тело ныло после попыток удержать пятнистого монстра, а руки и вовсе отказывались подниматься. Предплечья, принявшие основной удар, взрывались вспышками боли. Острые когти едва их задели, но даже так оставили свой след, пометив руки варвара глубокими бороздами. Зверь уже шёл к своей новой жертве, пока ливень мелкими каплями бил по замершему на земле Ульриху.
“Вставай. Давай же, чтоб тебя...”
Пальцы рук впились в влажную почву. Рыча от боли, перемазанный после падения в грязи, варвар, наконец сумел приподняться и увидел расплывчатое отражение налитых кровью глаз в лезвии топора. Замерев на секунду, Ульрих приподнял взгляд на культю прежнего владельца, что до сих пор обхватывала оружие, свисая с древка. Рядом с ней сомкнулась и варварская ладонь. Блондин поднимался с земли, вновь воссоединенный со своим оружием, поспешивший к нему Сайрус пытался помочь ему встать, хотя возможно мальчишка просто хотел отбежать подальше от зверя и заручиться защитой побитого варвара. Не важно. Ульрих вновь был на ногах и ладонью свободной руки слегка оттолкнул Сайруса в сторону, чтобы тот не мешался под ногами. Нужно возвращаться в бой. Аккурат в этот момент прозвучал женский крик, и обернувшийся на него варвар застал невиданную до этого сцену. Взмах рукой, громкий хлопок и два тела отбрасывает в противоположные стороны. Комья земли разбрасывало во все стороны, но в шоке, Ульрих даже не удосужился прикрыться. Впервые увидев подобную мощь, варвар забыл даже о Звере, что упал навзничь, но лишь на секунду. Пятнистый мог подняться в любой момент и Ульрих прихрамывая направился в его сторону, дабы добить чудище, но остановился в метрах пяти от уже лежащего на земле тела мужчины, истекающего кровью. Замешательство – не то слово, которое можно было сейчас подобрать. Неуверенно посмотрев вновь на лезвие топора, Ульрих обернулся на еще одного варвара, выкрикнувшего имя. Вскоре и остальные охотники начали подходить к телу, а Ульрих смерил взглядом культю на своем топоре, пальцы которой слегка отошли от рукояти оружия.
– Ха... Так ты хотел закончить охоту, так ведь?.. – В голосе варвара промелькнули нотки уважения и свободной рукой, уже без особых усилий он наконец отцепил пальцы наёмника, расположив культю на земле. – Не переживай, уж я-то о нём позабочусь.
Но в голове Ульриха продолжали роиться вопросы. Всё ведь так сложилось! Он пошёл на охоту, Зверь принес ему топор, чтобы варвар мог дать ему бой! Разве не так? Для чего всё это было если охота закончилась ничем? Нахмурившись, варвар посмотрел по сторонам, разглядывая незнакомцев. Они сильны. Быть может, судьба привела его сюда совсем не ради охоты и трофеев? Ливень смывал кровь с рук, что продолжала сочиться из ран. Ульрих оставался наедине со своими мыслями, пока спутник в лице Сайруса вновь так же молча к нему не присоединился. Парень не спешил к незнакомцам, хоть те и сражались на одной стороне с Ульрихом, да и сам по себе Сайрус хотел просто переварить у себя в голове всё произошедшее. Сейчас ему не были нужны ни голова Зверя, ни одобрение отца, лишь ощущение того, что он наконец может выдохнуть.
Безумный варварский порыв был пересечен Зверем в одно мгновение. Откуда вообще взялась эта уверенность? Впрочем, куда важнее сейчас была когтистая лапища, приближающаяся к Ульриху, будто в слоумо, если смотреть на происходящее глазами дикаря. Ухватиться и затормозить конечность он явно не успевал, была предпринята лишь вялая, по сравнению с рефлексами Зверя, попытка закрыться руками, дабы прямой удар не закончил всё здесь и сейчас. То самое мгновение проходит, и земля опять уходит из-под ног здоровяка. Еще секунда и он вновь её коснётся уже в нескольких метрах от Зверя, посадка совсем не из мягких и тело исполина еще несколько раз перекатиться перед тем, как наконец остановится. Лежащий лицом вниз Ульрих пытался прийти в себя, пока до его ушей доносился приглушенный топот Зверя. Всё тело ныло после попыток удержать пятнистого монстра, а руки и вовсе отказывались подниматься. Предплечья, принявшие основной удар, взрывались вспышками боли. Острые когти едва их задели, но даже так оставили свой след, пометив руки варвара глубокими бороздами. Зверь уже шёл к своей новой жертве, пока ливень мелкими каплями бил по замершему на земле Ульриху.
“Вставай. Давай же, чтоб тебя...”
Пальцы рук впились в влажную почву. Рыча от боли, перемазанный после падения в грязи, варвар, наконец сумел приподняться и увидел расплывчатое отражение налитых кровью глаз в лезвии топора. Замерев на секунду, Ульрих приподнял взгляд на культю прежнего владельца, что до сих пор обхватывала оружие, свисая с древка. Рядом с ней сомкнулась и варварская ладонь. Блондин поднимался с земли, вновь воссоединенный со своим оружием, поспешивший к нему Сайрус пытался помочь ему встать, хотя возможно мальчишка просто хотел отбежать подальше от зверя и заручиться защитой побитого варвара. Не важно. Ульрих вновь был на ногах и ладонью свободной руки слегка оттолкнул Сайруса в сторону, чтобы тот не мешался под ногами. Нужно возвращаться в бой. Аккурат в этот момент прозвучал женский крик, и обернувшийся на него варвар застал невиданную до этого сцену. Взмах рукой, громкий хлопок и два тела отбрасывает в противоположные стороны. Комья земли разбрасывало во все стороны, но в шоке, Ульрих даже не удосужился прикрыться. Впервые увидев подобную мощь, варвар забыл даже о Звере, что упал навзничь, но лишь на секунду. Пятнистый мог подняться в любой момент и Ульрих прихрамывая направился в его сторону, дабы добить чудище, но остановился в метрах пяти от уже лежащего на земле тела мужчины, истекающего кровью. Замешательство – не то слово, которое можно было сейчас подобрать. Неуверенно посмотрев вновь на лезвие топора, Ульрих обернулся на еще одного варвара, выкрикнувшего имя. Вскоре и остальные охотники начали подходить к телу, а Ульрих смерил взглядом культю на своем топоре, пальцы которой слегка отошли от рукояти оружия.
– Ха... Так ты хотел закончить охоту, так ведь?.. – В голосе варвара промелькнули нотки уважения и свободной рукой, уже без особых усилий он наконец отцепил пальцы наёмника, расположив культю на земле. – Не переживай, уж я-то о нём позабочусь.
Но в голове Ульриха продолжали роиться вопросы. Всё ведь так сложилось! Он пошёл на охоту, Зверь принес ему топор, чтобы варвар мог дать ему бой! Разве не так? Для чего всё это было если охота закончилась ничем? Нахмурившись, варвар посмотрел по сторонам, разглядывая незнакомцев. Они сильны. Быть может, судьба привела его сюда совсем не ради охоты и трофеев? Ливень смывал кровь с рук, что продолжала сочиться из ран. Ульрих оставался наедине со своими мыслями, пока спутник в лице Сайруса вновь так же молча к нему не присоединился. Парень не спешил к незнакомцам, хоть те и сражались на одной стороне с Ульрихом, да и сам по себе Сайрус хотел просто переварить у себя в голове всё произошедшее. Сейчас ему не были нужны ни голова Зверя, ни одобрение отца, лишь ощущение того, что он наконец может выдохнуть.
[id799844790:bp-36291248_264986|Maximilian], [id217725250:bp-36291248_264991|Николай], [id213233084:bp-36291248_265030|Аладей], [id323120613:bp-36291248_265568|Дмитрий],
Авантюра, десятком чувств и досад подпитанная, нашла выхлоп. Причём, относительно буквально. Размётанные тела по разные стороны от инициированного лицедейкой «взрыва» нашли каждый своё желанное умиротворение: зверь больше не будет страдать от неутолимой жажды, а смуглянка – выместила всю накопленную злость и с новой силой может вступить на дорожку новых приключений, где вновь всё будет идти наперекосяк. Люсетт даже смирилась с этой мыслью под приливом адреналина и решила, что лучше через жопу, чем по жопе. Сомнительный вывод…
Спина разразилась жгучей болью, как прошло несколько секунд от жёсткого ̶п̶о̶р̶е̶в̶а столкновения с деревом. Но лицедейка не скатилась до конца, уравновесив зад в паре сантиметров от земли и вытянув себя обратно ногами. Растирая спину вывернутыми назад руками с такой интенсивность, что, вероятно, она делала лишь хуже, Сио крутилась вокруг оси. Убеждалась, наверно, что в стволе не торчало никаких орудий, и она не перерубила себе позвоночник. Чего только не предположит воспалённый мозг…
– Аэ¬-э, аэ-э, – что-то там скрипела лицедейка, пока громогласное объявление не разошлось по площади. «Хатанг» – что-то такое Травяная невеста, кажется, слышала. По крайней мере, выработанный ассоциативный ряд позволил в голову вперить понимание, что хатанг = товарищ. Насколько там расхождение плюса и минуса: ещё непонятно.
Но смуглянка резко обернулась и наблюдала, как варвары, включая капитана, на всех порах несутся к … человеку. Звёздочки в глазах, да и совокупное замешательство, как-то не благоволили процессу наблюдения, и потомок рыболюдей пропустила растянутый момент перевоплощения того, кто желал их убить. В его сторону вообще мало желания было смотреть.
Суета началась, принуждая покалеченных, и как-либо ещё пострадавших, ведь где-то там взбалмошный алхимик с белым светом успел поцеловаться, через силу действовать. Хестер варваров куда-то и зачем-то послал, Даби приплёл к восстановительным работам на теле… Эй, ребята, он сожрать всех хотел, а вы ему сейчас раны решили зализывать!? Сио откровенно ничего не понимала, ведь припомнить стоит, что она Асавара первый раз в жизни видела.
Перестала вертеться и собственной спине только хуже делать. Сио небольшой крюк сделала, до момента налёта стервятников над телом стоя ближе всех к «Зверю?», чтобы не входить в эту безумную тусовку и не мешать им. Взгляд янтарный упал на просвет между телами де Скари и кон Турсин, позволяя рассмотреть человеческое тело бывшего... Охотника? Жертвы? Так и непонятно стало, кто за кем охотился, и в чью пользу что признать. Но что-то, подтверждающее принадлежность этого лишённого сознания тела к варварам – ощущалось и виднелось. Шмыгнув носом, из которого после натуги всё ещё текло тремя ручьями (не спрашивайте, откуда третий), девушка перевела взор на кисть, где резинка для волос держалась на одной жалкой ниточке с истошным беззвучным воплем. Силы удара та не выдержала, и теперь придётся ходить растрёпанной и вскучерявшейся от дождя. Ладно, меньшее из зол.
– Если есть какие-то вопросы… не спрашивайте. – Подошла лицедейка к Сайрусу и Ульриху, неплохо так припечатав ладонью по плечу первого исключительно в дружеском тоне. Крайне важный вид из себя выдавливая, будто она с начала и до конца заправляла всем боем, смуглая особа остановилась между юношами и вперила руки в бока, локтями немногим раздвигая мужские тела друг от друга. С гордо поднятой головой Сио стрельнула взором на освобождённый от отгрызанной руки топор, и где-то там, за ним, взгляд её продолжил путь и упал на ослабленного алхимика. Сощурив глаза, девушка пробежала по нему в лёгкой оценке, и снова толкнула локтём Ульриха.
– Слушай, ему вообще неважно, – обратилась к новому, не представившемуся, кажется, варвару лицедейка, дабы привлечь хоть чьё-нибудь внимание к алхимику. Понятное дело, что остальных больше интересовал их другой, как оказалось, товарищ, который точно находился при смерти.
Авантюра, десятком чувств и досад подпитанная, нашла выхлоп. Причём, относительно буквально. Размётанные тела по разные стороны от инициированного лицедейкой «взрыва» нашли каждый своё желанное умиротворение: зверь больше не будет страдать от неутолимой жажды, а смуглянка – выместила всю накопленную злость и с новой силой может вступить на дорожку новых приключений, где вновь всё будет идти наперекосяк. Люсетт даже смирилась с этой мыслью под приливом адреналина и решила, что лучше через жопу, чем по жопе. Сомнительный вывод…
Спина разразилась жгучей болью, как прошло несколько секунд от жёсткого ̶п̶о̶р̶е̶в̶а столкновения с деревом. Но лицедейка не скатилась до конца, уравновесив зад в паре сантиметров от земли и вытянув себя обратно ногами. Растирая спину вывернутыми назад руками с такой интенсивность, что, вероятно, она делала лишь хуже, Сио крутилась вокруг оси. Убеждалась, наверно, что в стволе не торчало никаких орудий, и она не перерубила себе позвоночник. Чего только не предположит воспалённый мозг…
– Аэ¬-э, аэ-э, – что-то там скрипела лицедейка, пока громогласное объявление не разошлось по площади. «Хатанг» – что-то такое Травяная невеста, кажется, слышала. По крайней мере, выработанный ассоциативный ряд позволил в голову вперить понимание, что хатанг = товарищ. Насколько там расхождение плюса и минуса: ещё непонятно.
Но смуглянка резко обернулась и наблюдала, как варвары, включая капитана, на всех порах несутся к … человеку. Звёздочки в глазах, да и совокупное замешательство, как-то не благоволили процессу наблюдения, и потомок рыболюдей пропустила растянутый момент перевоплощения того, кто желал их убить. В его сторону вообще мало желания было смотреть.
Суета началась, принуждая покалеченных, и как-либо ещё пострадавших, ведь где-то там взбалмошный алхимик с белым светом успел поцеловаться, через силу действовать. Хестер варваров куда-то и зачем-то послал, Даби приплёл к восстановительным работам на теле… Эй, ребята, он сожрать всех хотел, а вы ему сейчас раны решили зализывать!? Сио откровенно ничего не понимала, ведь припомнить стоит, что она Асавара первый раз в жизни видела.
Перестала вертеться и собственной спине только хуже делать. Сио небольшой крюк сделала, до момента налёта стервятников над телом стоя ближе всех к «Зверю?», чтобы не входить в эту безумную тусовку и не мешать им. Взгляд янтарный упал на просвет между телами де Скари и кон Турсин, позволяя рассмотреть человеческое тело бывшего... Охотника? Жертвы? Так и непонятно стало, кто за кем охотился, и в чью пользу что признать. Но что-то, подтверждающее принадлежность этого лишённого сознания тела к варварам – ощущалось и виднелось. Шмыгнув носом, из которого после натуги всё ещё текло тремя ручьями (не спрашивайте, откуда третий), девушка перевела взор на кисть, где резинка для волос держалась на одной жалкой ниточке с истошным беззвучным воплем. Силы удара та не выдержала, и теперь придётся ходить растрёпанной и вскучерявшейся от дождя. Ладно, меньшее из зол.
– Если есть какие-то вопросы… не спрашивайте. – Подошла лицедейка к Сайрусу и Ульриху, неплохо так припечатав ладонью по плечу первого исключительно в дружеском тоне. Крайне важный вид из себя выдавливая, будто она с начала и до конца заправляла всем боем, смуглая особа остановилась между юношами и вперила руки в бока, локтями немногим раздвигая мужские тела друг от друга. С гордо поднятой головой Сио стрельнула взором на освобождённый от отгрызанной руки топор, и где-то там, за ним, взгляд её продолжил путь и упал на ослабленного алхимика. Сощурив глаза, девушка пробежала по нему в лёгкой оценке, и снова толкнула локтём Ульриха.
– Слушай, ему вообще неважно, – обратилась к новому, не представившемуся, кажется, варвару лицедейка, дабы привлечь хоть чьё-нибудь внимание к алхимику. Понятное дело, что остальных больше интересовал их другой, как оказалось, товарищ, который точно находился при смерти.
Мир плыл перед глазами от шторма того, что нынче творился в душе. Вопросов рой звенел в ушах вместе с продолжающимся дождём, хоть и не таким плотным, как парой мгновений ране. Что могло произойти, почему это произошло, кто стоит за всеми злоключениями. Ответы решительно не хотели приходить, оставляли лишь ощущение болезненной пустоты. Хестер боролся с беспомощностью своей, ведь медицинского набора у него при себе не было. Ни перевязочного пакета, ни шёлковых нитей, ни игл. Ничего, чтобы помочь товарищу в критической ситуации. Сущность, что доселе сжимала когтями плечи носителя, сейчас ощущалась крайне удивлённой. Но оная настроя своего не потеряла. Червь злобы и негодования роился в груди, желал выйти наружу и дать волю. Но Хестер был не в том состоянии, чтобы срываться на кого-то. Короткий поворот головы, дабы рассмотреть цепляющегося за сознание [id217725250:bp-36291248_264991|Даби], и принять из рук опалённого бутылку полупустую со спиртом бултыхающимся. Медик принялся обрабатывать раны, опасался возможного заражения, хотя на задворках сознания поблёскивало осознание бессмысленности данного действия. Ведь новая грязь попадёт в раны ещё до того, как группа найдёт место для передышки. Но нужно было сделать хоть что-то. Он не мог потерять ещё одного хун. Вновь по своей же вине. От своей руки.
Слова [id213233084:bp-36291248_265030|Мерденморы] вывели черноголового из панического транса и заставили взглянуть ей в глаза. Подбородок приподнятый, и из клетки спутанных волос что выбрался, ежели не содрогался, то был поджатым. Тем не менее взор серых глаз, холодных и словно нетронутых ситуацией, бродил впервые открыто по всему пострадавшему образу светловолосой девушки выше ключиц. Нервозность отступала, словно линия воды при накате волн. Но следующая паническая атака пока не обрушивалась. Растянутая секунда, и предплечье дёрнулось в сторону рта, дабы провести кожей по щеке, ощущаемой, как очень грязной, в остатках земли и травы. Оставил в покое спирт, де Скари поднялся на ноги, отпрянув от тела охотника, и продолжал смотреть на зверолюдку. Со странной заботой, – которую таковой по сочившейся энергии от Теменя было назвать едва возможно, – Алдори шагнул навстречу зверолюдке, на правое бедро по причине неведомой, – подвернул, может, – просаживаясь, и мягко положил руку на лоб девушки, где виднелись следы крови от сломанного прежде рога. Палец совсем немного проехался по коже, прежде чем ладонь зависла на одном месте без брезгливости.
– Мы не узнаем всей правды, пока не поможем ему – В виду ли имел капитан возможность ту, что безумство Асавара только оного ответственность – Но если это сделал кто-то, то они заплатят. Сполна. Это моя клятва, что я приношу перед ликом Туроха.
Было ли это намёком на звериное происхождение девушки? Вероятно, нет, ведь Боос – бык, а девушка – горный тур. Но здесь может сыграть роль, что они оба копытные, рогатые и умеют больно бодаться.
Новой волны тревоги не произошло, спустя несколько секунд, давали возможность капитану осмотреть поле охоты. Руку увёл от девушки образом тем, что она могла почувствовать лишь отходящий холод пальцев его, и никакого толчка даже лёгкого.
Потрёпанные, израненные, уставшие, но живые. На новом витке самочувствия Алдори выпрямился во весь рост и в сторону Ульриха повернулся, придавал голосу большей громкости и глубины, нежели мог говорить половиной минуты ране.
– Я не знаю твоего имени, охотник. Но спасибо за [id323120613:bp-36291248_265568|твою] помощь. Мне нечем тебе отплатить, но если ты поможешь нам ещё раз, обещаю, я не обижу тебя, – обратился к новому человеку де Скари.
Слова [id213233084:bp-36291248_265030|Мерденморы] вывели черноголового из панического транса и заставили взглянуть ей в глаза. Подбородок приподнятый, и из клетки спутанных волос что выбрался, ежели не содрогался, то был поджатым. Тем не менее взор серых глаз, холодных и словно нетронутых ситуацией, бродил впервые открыто по всему пострадавшему образу светловолосой девушки выше ключиц. Нервозность отступала, словно линия воды при накате волн. Но следующая паническая атака пока не обрушивалась. Растянутая секунда, и предплечье дёрнулось в сторону рта, дабы провести кожей по щеке, ощущаемой, как очень грязной, в остатках земли и травы. Оставил в покое спирт, де Скари поднялся на ноги, отпрянув от тела охотника, и продолжал смотреть на зверолюдку. Со странной заботой, – которую таковой по сочившейся энергии от Теменя было назвать едва возможно, – Алдори шагнул навстречу зверолюдке, на правое бедро по причине неведомой, – подвернул, может, – просаживаясь, и мягко положил руку на лоб девушки, где виднелись следы крови от сломанного прежде рога. Палец совсем немного проехался по коже, прежде чем ладонь зависла на одном месте без брезгливости.
– Мы не узнаем всей правды, пока не поможем ему – В виду ли имел капитан возможность ту, что безумство Асавара только оного ответственность – Но если это сделал кто-то, то они заплатят. Сполна. Это моя клятва, что я приношу перед ликом Туроха.
Было ли это намёком на звериное происхождение девушки? Вероятно, нет, ведь Боос – бык, а девушка – горный тур. Но здесь может сыграть роль, что они оба копытные, рогатые и умеют больно бодаться.
Новой волны тревоги не произошло, спустя несколько секунд, давали возможность капитану осмотреть поле охоты. Руку увёл от девушки образом тем, что она могла почувствовать лишь отходящий холод пальцев его, и никакого толчка даже лёгкого.
Потрёпанные, израненные, уставшие, но живые. На новом витке самочувствия Алдори выпрямился во весь рост и в сторону Ульриха повернулся, придавал голосу большей громкости и глубины, нежели мог говорить половиной минуты ране.
– Я не знаю твоего имени, охотник. Но спасибо за [id323120613:bp-36291248_265568|твою] помощь. Мне нечем тебе отплатить, но если ты поможешь нам ещё раз, обещаю, я не обижу тебя, – обратился к новому человеку де Скари.
Но взгляд нынче бродил везде да около, не касаясь образов товарищей. В сторону Даби поглядел, и начали возникать вопросы, сколько оный ещё протянет, прежде чем свалиться в обморок. Люци то также приметила, мысли капитана подтверждая. Алдори указал на него как кивком, так и рукой, дабы боле обоснованно продолжить просьбу к Ульриху:
– Не думаю, что он дотянет до города, можешь помочь?
По причине неведомой сомнений в том, что варвар согласится сопроводить собравшийся цирк, не было. Мерденмора выглядела также плохо, но явно бодрее, а [id564078609:bp-36291248_265569|Люциния]… Что тут можно сказать. Этот джокер удивил всех, но удивляться ныне капитану хотелось в последнюю очередь. Алдори и прежде замечал странности некоторые в девушке, и то, как легко она ломала человеческие кости, находясь не в центре внимания. Явно была она далеко не самым простым человеком в данной группе. Хотя – много ли тут рядовых и скучных людей.
– Хорошо. Мерденмора, помоги мне донести Асавара. Нужно дойти до города и сухого места, чтобы перевести дух. Думаю, мы все заслужили отдых.
Капитан подошёл к телу охотника, что мирно спал, пребывая в обмороке, и поднял того за плечо, водружая руку себе на спину. Ради желания покрасоваться или по вине нетерпеливости, Хестер сжал зубы и потянул вверх, отрывая Асавара от земли прежде, чем Мерденмора успеет присоединиться. Путь может быть недолгим, но явно не самым простым. Грязь под ногами сжалась чуть сильнее, когда новый вес стал давить на неё через ноги Теменя.
Моркар и Хаард неслись по лесу, словно занимались сим с рождения. Времени на праздные прогулки было крайне мало, так что лучше ими вообще не заниматься. Предстояло найти хоть какое обоснование для Зверя, что водился здесь прежде. И неважно, кем он оказался на самом деле. Лес был сравнительно небольшим, так что поиск животного какого много времени занять не должен, если что-то крупнее сороки здесь вообще водится. Зайцы не в счёт. По желанию провидения, – али просто случайности и стечению обстоятельств, – перед охотниками явилась хижина, что дорогой уходила как к городу, так и к поместью. Хорошо, последний факт был неведом, но читателю для понимания. Дом был обжитым до недавних пор. И смрад. Мухи и трупы облюбовали сие место. Подошли к дому. Варварам стала очевидна причина мушиного засилья. Тела многих убитых, выпотрошенных, кровь словно выжимали из их тел, не слишком мясом интересуясь. Разве что погрызены, но не обглоданы были все. Больше всех на фоне выделялась шкура, на остов натянутая, тигра. Довольно крупного. Возможно, кто-то из охотников владел таким питомцем, но это ему не помогло. На загривке виднелись следы от укуса, и раздробленный позвоночник не давал усомниться в причине смерти.
– [Этот выглядит достаточно необычно?] – Cпрашивал у старшего Моркар.
– [Они все тут чудные, звери. Так что может они тут водятся. Но выглядит матёрым, так что лучшего варианта мы не найдём.] – Констатировал Хаард, выжимал лишнюю воду из бороды.
Топор опустился один раз единственный, отсек уцелевшие ткани в шее мёртвого хищника. Не зверь, но всё же. Может и получится убедить всех, что этот полосатик – виновник всех злоключений.
– Не думаю, что он дотянет до города, можешь помочь?
По причине неведомой сомнений в том, что варвар согласится сопроводить собравшийся цирк, не было. Мерденмора выглядела также плохо, но явно бодрее, а [id564078609:bp-36291248_265569|Люциния]… Что тут можно сказать. Этот джокер удивил всех, но удивляться ныне капитану хотелось в последнюю очередь. Алдори и прежде замечал странности некоторые в девушке, и то, как легко она ломала человеческие кости, находясь не в центре внимания. Явно была она далеко не самым простым человеком в данной группе. Хотя – много ли тут рядовых и скучных людей.
– Хорошо. Мерденмора, помоги мне донести Асавара. Нужно дойти до города и сухого места, чтобы перевести дух. Думаю, мы все заслужили отдых.
Капитан подошёл к телу охотника, что мирно спал, пребывая в обмороке, и поднял того за плечо, водружая руку себе на спину. Ради желания покрасоваться или по вине нетерпеливости, Хестер сжал зубы и потянул вверх, отрывая Асавара от земли прежде, чем Мерденмора успеет присоединиться. Путь может быть недолгим, но явно не самым простым. Грязь под ногами сжалась чуть сильнее, когда новый вес стал давить на неё через ноги Теменя.
Моркар и Хаард неслись по лесу, словно занимались сим с рождения. Времени на праздные прогулки было крайне мало, так что лучше ими вообще не заниматься. Предстояло найти хоть какое обоснование для Зверя, что водился здесь прежде. И неважно, кем он оказался на самом деле. Лес был сравнительно небольшим, так что поиск животного какого много времени занять не должен, если что-то крупнее сороки здесь вообще водится. Зайцы не в счёт. По желанию провидения, – али просто случайности и стечению обстоятельств, – перед охотниками явилась хижина, что дорогой уходила как к городу, так и к поместью. Хорошо, последний факт был неведом, но читателю для понимания. Дом был обжитым до недавних пор. И смрад. Мухи и трупы облюбовали сие место. Подошли к дому. Варварам стала очевидна причина мушиного засилья. Тела многих убитых, выпотрошенных, кровь словно выжимали из их тел, не слишком мясом интересуясь. Разве что погрызены, но не обглоданы были все. Больше всех на фоне выделялась шкура, на остов натянутая, тигра. Довольно крупного. Возможно, кто-то из охотников владел таким питомцем, но это ему не помогло. На загривке виднелись следы от укуса, и раздробленный позвоночник не давал усомниться в причине смерти.
– [Этот выглядит достаточно необычно?] – Cпрашивал у старшего Моркар.
– [Они все тут чудные, звери. Так что может они тут водятся. Но выглядит матёрым, так что лучшего варианта мы не найдём.] – Констатировал Хаард, выжимал лишнюю воду из бороды.
Топор опустился один раз единственный, отсек уцелевшие ткани в шее мёртвого хищника. Не зверь, но всё же. Может и получится убедить всех, что этот полосатик – виновник всех злоключений.
[id799844790:bp-36291248_265645|Maximilian], [id564078609:bp-36291248_265569|Φιλία], [id323120613:bp-36291248_265568|Дмитрий], [id213233084:bp-36291248_265030|Аладей],
Даби просто стоял и смотрел на то, как Хестер из всех тратил последние запасы спирта, чтобы хотя бы как-то помочь зверю, который ранее был частью команды, к которой присоединился пироман на том острове с фортом дозорных. Странно, а как назывался тот остров? Даби слегка поднял голову вверх, смотря в небо, пытаясь вспомнить что же то был за остров? Стоп. Какой остров? Где он вообще? Почему его окружают эти люди? И почему эта парочка стоят тут вместо того, чтобы уже уединиться?
Даби повернул голову в сторону девушки и двух незнакомцев, которые столпились в стороне, при этом темнокожая что-то говорила им. Но когда он повернул голову, то зрение не сразу сфокусировалось. Как будто камера, которая резко повернулась и из-за этого видео слегка поплыло а ракурс долго доходил до нужного места. Почему тут так мокро? Что происходит? Почему я в крови? В этот момент всё больше вопросов появлялись в голвое парня, а воспоминания почему-то расплывались, при этом каждый раз когда он пытался найти ответы на эти вопросы, то это сразу же вызывало головную боль, которая как серпом отрезала любые попытки понять, что вообще происходит. Последний вопрос, который парень себе задал перед тем, как Хестер начал командовать было: “Кто я?”. Странный вопрос, но почему-то парень не мог вспомнить даже имени своего, но почему-то на языке всё равно что-то вертелось. Но всё безрезультатно, ведь попытки разобраться со всем этим приводило к тому, что головная боль лишь усиливалась. Хотелось схватиться за болящую голову и заорать во всё горло, ведь это было невыносимо.
Но всё это отошло на задний фон, когда у левого уха на расстоянии снова раздался шум, который менял свою тональность и он был не монотонным, а как будто перебирал слова. Парень снова с диким запозданием зрения за головой повернулся на шум и понял, что это так в голове раздавались чужие слова. Некий черноволосый тощий и бледный человек мужского рода открывал и закрыл свои губы, но всё что слышал в ушах Даби – это был лишь шум. Но когда на шрамированного показали пальцем, то как по Даби смог лучше сконцентрироваться на губах этого человека и прочитать по ним его слова, ведь на уши сейчас можно было не полагаться.
– Я? Ни дайду? – слегка с заплетающимся языком сказал Даби, при этом повернулся телом в сторону Люци и двоих незнакомцем. – Сматррри.
И только Даби хотел сделать шаг, как сознание просто покидает его тело, а без сознательное тело падает лицом в лужу прямо щекой. Его голова всё еще была накрыта плащом, а правой руке были ножны, на которые он опирался как на трость. Мгновение и вода, под плащом начала слегка окрашиваться в красный цвет, а затем и под всем телом. Открылись старые раны и даже след от ножа на ноге.
Само же сознание Даби было как будто в какой-то темноте, где нету не одного источника света. В этой кромешной тьме было только одиночество, безграничное и вечное. Это была бездна, поглощающая всё живое и забирающая последнюю радость из тела парня. Здесь не было ни звуков, ни запахов, ни ощущений — лишь пустота, в которой понемногу растворялось сознание человека с больной психикой в лице пироманьяка. Но и пойти куда-то сознание просто не могло, он не чувствовал ни ног, чтобы сделать шаг, ни рук, чтобы осмотреть своё тело. Абсолютно ничего – только странное чувство пустоты внутри себя, а также мимолетный страх смерти, который испарился в мгновение ока, ведь Даби уже давно не жив, не мертв. Он застрял в этом состоянии еще в подростковом состоянии в том самом пожаре. Вот бы и тут было так же, как в тот момент. Но когда парень попытался вспомнить то время, то снова та же самая пустота. Но он же сейчас помнил про тот пожар? Подождите, какой пожар? Что происходит? Парень ощущал как растворяется в этой самой тьме, в которой сейчас находился.
Даби просто стоял и смотрел на то, как Хестер из всех тратил последние запасы спирта, чтобы хотя бы как-то помочь зверю, который ранее был частью команды, к которой присоединился пироман на том острове с фортом дозорных. Странно, а как назывался тот остров? Даби слегка поднял голову вверх, смотря в небо, пытаясь вспомнить что же то был за остров? Стоп. Какой остров? Где он вообще? Почему его окружают эти люди? И почему эта парочка стоят тут вместо того, чтобы уже уединиться?
Даби повернул голову в сторону девушки и двух незнакомцев, которые столпились в стороне, при этом темнокожая что-то говорила им. Но когда он повернул голову, то зрение не сразу сфокусировалось. Как будто камера, которая резко повернулась и из-за этого видео слегка поплыло а ракурс долго доходил до нужного места. Почему тут так мокро? Что происходит? Почему я в крови? В этот момент всё больше вопросов появлялись в голвое парня, а воспоминания почему-то расплывались, при этом каждый раз когда он пытался найти ответы на эти вопросы, то это сразу же вызывало головную боль, которая как серпом отрезала любые попытки понять, что вообще происходит. Последний вопрос, который парень себе задал перед тем, как Хестер начал командовать было: “Кто я?”. Странный вопрос, но почему-то парень не мог вспомнить даже имени своего, но почему-то на языке всё равно что-то вертелось. Но всё безрезультатно, ведь попытки разобраться со всем этим приводило к тому, что головная боль лишь усиливалась. Хотелось схватиться за болящую голову и заорать во всё горло, ведь это было невыносимо.
Но всё это отошло на задний фон, когда у левого уха на расстоянии снова раздался шум, который менял свою тональность и он был не монотонным, а как будто перебирал слова. Парень снова с диким запозданием зрения за головой повернулся на шум и понял, что это так в голове раздавались чужие слова. Некий черноволосый тощий и бледный человек мужского рода открывал и закрыл свои губы, но всё что слышал в ушах Даби – это был лишь шум. Но когда на шрамированного показали пальцем, то как по Даби смог лучше сконцентрироваться на губах этого человека и прочитать по ним его слова, ведь на уши сейчас можно было не полагаться.
– Я? Ни дайду? – слегка с заплетающимся языком сказал Даби, при этом повернулся телом в сторону Люци и двоих незнакомцем. – Сматррри.
И только Даби хотел сделать шаг, как сознание просто покидает его тело, а без сознательное тело падает лицом в лужу прямо щекой. Его голова всё еще была накрыта плащом, а правой руке были ножны, на которые он опирался как на трость. Мгновение и вода, под плащом начала слегка окрашиваться в красный цвет, а затем и под всем телом. Открылись старые раны и даже след от ножа на ноге.
Само же сознание Даби было как будто в какой-то темноте, где нету не одного источника света. В этой кромешной тьме было только одиночество, безграничное и вечное. Это была бездна, поглощающая всё живое и забирающая последнюю радость из тела парня. Здесь не было ни звуков, ни запахов, ни ощущений — лишь пустота, в которой понемногу растворялось сознание человека с больной психикой в лице пироманьяка. Но и пойти куда-то сознание просто не могло, он не чувствовал ни ног, чтобы сделать шаг, ни рук, чтобы осмотреть своё тело. Абсолютно ничего – только странное чувство пустоты внутри себя, а также мимолетный страх смерти, который испарился в мгновение ока, ведь Даби уже давно не жив, не мертв. Он застрял в этом состоянии еще в подростковом состоянии в том самом пожаре. Вот бы и тут было так же, как в тот момент. Но когда парень попытался вспомнить то время, то снова та же самая пустота. Но он же сейчас помнил про тот пожар? Подождите, какой пожар? Что происходит? Парень ощущал как растворяется в этой самой тьме, в которой сейчас находился.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)