Мияби капитан выслушал сдержанно, не влезая в чужую драму. Он хотел было высказать слова сочувствия и пожелать удачи в поисках, но лисица отчего-то резко переменилась в лице и быстро покинула офицерскую.
— Ей нужна помощь? Аоми, посмотришь? — взгляд Азира метнулся сначала к дверному проёму, а потом к корабельному врачу, что также отвлеклась от еды и напряглась, порываясь подняться с места.
— Д-да. Я сейчас... — девушка не обладала такими же физическими способностями, как Хошими, поэтому она встала куда менее шустро. И, если Момо посчитает, что нужно будет её остановить, у неё будет достаточно времени в любом случае.
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн. 5-й путь] Каафенгард. 9-й остров.
Расслабленное дыхание вырвалось из горла Джина.
– Хвала Творцу. Рад это слышать.
Асперо подтвердила, их дела, наконец, закончены. Можно успокоиться и вернуться на корабль, где лысая голова с превеликим удовольствием станет греться о паровой котёл. Иногда выбираться к тому мальцу-тавернщику с оранжереей на гостевом этаже. Раздражаться томительным ожиданием, пока Лог Пос настроится на следующий остров на пути капитана.
У Алас Джарвис были иные планы, когда она озвучила, что сама проблема не решена. А события на Каафенгарде – это не иначе как затравка и закуска перед основным блюдом, какое ожидает впереди.
– Что же, а вот это уже не так хорошо. – На выдохе вновь бубнил Линч.
Начинал он понимать, что разговор предстоит не самый короткий, и на всякий случай вновь опёрся руками о колени, чуть согнувшись. И воспринимал в той позе мужчина мнение Песца о происходящем в мире – о чём-то более глобальном, чем проблемы пары несчастных деревенщин. Нет, их страдания – тоже печально. Однако страдания пары домиков посреди снежного нигде – и вымирающий город, полный людей и не очень, – может быть более существенная трудность. К тому же тот, кого нужно пожурить пару раз прикладом и пулей, давно, по всей видимости, не морозил конечности на Каафенгарде.
Стрелок взглянул вниз, куда смотрела Асперо. Наблюдал мужчина за тем, как люди разбредались по своим делам. Отсюда они казались совсем уж небольшими, и будто на ладошке.
– « Какой мерзкий остров. Не приведи Фортуна, придётся истоптать эти снежные горы вдоль и поперёк…»
Но мысли – это хорошо, ведь не озвученные они остаются личным делом каждого. А вот нарушенная тишина перевела тему обсуждения на новые рельсы, когда в руках Асперо появился клочок бумаги с номером и подписью «Не для просьб». И откуда могла появиться причина такого персонального обращения? Даже следы от печати остались.
– Вот как. Я так понимаю, я довольно много важных событий проспал в том сарае... – наводяще «не» спрашивал Джин, когда перевёл взор с цифр «адреса» улитки.
Запоминать их безволосый муж не собирался, как и звонить наёмнику категории столь не приятной. Тем более капитан решила вновь совершить словесный иммельман и перескочила на новую тему, коя касалась уже персонально её, Джина и общего знакомого. О нём Ган предпочёл бы не вспоминать, так как и сам порой испытывал меланхолию.
– Леди Асперо, давайте начистоту. У Вас всегда чердак протекал, что аж свистит.
Человек в шапке выпрямился. И взглянул прямо в глаза Асперо, серьёзность вопроса прекрасно понимая.
– Бенн был мне другом. И я взялся Вас оберегать, потому как Вы были ему небезразличны. И в память о моём друге - я пойду за Вами. Каждый имеет право переживать потери по-своему. Я порвал со своим прошлым, и порой всё ещё просыпаюсь в холодном поту, когда старая жизнь настигает вновь.
В голове вновь промелькнули времена. Время, когда от крайней нищеты до королевского богатства – пара дней. И это – туда и обратно. Годы насилия и крови, когда Джин и получил свои татуировки. Носил другое имя и видел мир совершенно иначе. Хищником. Но вырвался. Оказался на Футоши. После той встречи жизнь резко изменилась.
Аладей (https://vk.ru/id213233084),
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Джин Линч-Ган.
– Хвала Творцу. Рад это слышать.
Асперо подтвердила, их дела, наконец, закончены. Можно успокоиться и вернуться на корабль, где лысая голова с превеликим удовольствием станет греться о паровой котёл. Иногда выбираться к тому мальцу-тавернщику с оранжереей на гостевом этаже. Раздражаться томительным ожиданием, пока Лог Пос настроится на следующий остров на пути капитана.
У Алас Джарвис были иные планы, когда она озвучила, что сама проблема не решена. А события на Каафенгарде – это не иначе как затравка и закуска перед основным блюдом, какое ожидает впереди.
– Что же, а вот это уже не так хорошо. – На выдохе вновь бубнил Линч.
Начинал он понимать, что разговор предстоит не самый короткий, и на всякий случай вновь опёрся руками о колени, чуть согнувшись. И воспринимал в той позе мужчина мнение Песца о происходящем в мире – о чём-то более глобальном, чем проблемы пары несчастных деревенщин. Нет, их страдания – тоже печально. Однако страдания пары домиков посреди снежного нигде – и вымирающий город, полный людей и не очень, – может быть более существенная трудность. К тому же тот, кого нужно пожурить пару раз прикладом и пулей, давно, по всей видимости, не морозил конечности на Каафенгарде.
Стрелок взглянул вниз, куда смотрела Асперо. Наблюдал мужчина за тем, как люди разбредались по своим делам. Отсюда они казались совсем уж небольшими, и будто на ладошке.
– « Какой мерзкий остров. Не приведи Фортуна, придётся истоптать эти снежные горы вдоль и поперёк…»
Но мысли – это хорошо, ведь не озвученные они остаются личным делом каждого. А вот нарушенная тишина перевела тему обсуждения на новые рельсы, когда в руках Асперо появился клочок бумаги с номером и подписью «Не для просьб». И откуда могла появиться причина такого персонального обращения? Даже следы от печати остались.
– Вот как. Я так понимаю, я довольно много важных событий проспал в том сарае... – наводяще «не» спрашивал Джин, когда перевёл взор с цифр «адреса» улитки.
Запоминать их безволосый муж не собирался, как и звонить наёмнику категории столь не приятной. Тем более капитан решила вновь совершить словесный иммельман и перескочила на новую тему, коя касалась уже персонально её, Джина и общего знакомого. О нём Ган предпочёл бы не вспоминать, так как и сам порой испытывал меланхолию.
– Леди Асперо, давайте начистоту. У Вас всегда чердак протекал, что аж свистит.
Человек в шапке выпрямился. И взглянул прямо в глаза Асперо, серьёзность вопроса прекрасно понимая.
– Бенн был мне другом. И я взялся Вас оберегать, потому как Вы были ему небезразличны. И в память о моём друге - я пойду за Вами. Каждый имеет право переживать потери по-своему. Я порвал со своим прошлым, и порой всё ещё просыпаюсь в холодном поту, когда старая жизнь настигает вновь.
В голове вновь промелькнули времена. Время, когда от крайней нищеты до королевского богатства – пара дней. И это – туда и обратно. Годы насилия и крови, когда Джин и получил свои татуировки. Носил другое имя и видел мир совершенно иначе. Хищником. Но вырвался. Оказался на Футоши. После той встречи жизнь резко изменилась.
Аладей (https://vk.ru/id213233084),
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Джин Линч-Ган.
Аратаки было немного не по себе сейчас здесь находиться, но он и старался держать улыбку на своем лице. Все же сейчас шли разговоры на темы, о которых он знал довольно плохо, что о самом острове, чьи холодные ветра уже обдували палубу, что о самом желании Момо и Мияби, что рьяно желали попасть на остров, даже не смотря на возможную встречу с Шичибукаем. Поэтому он больше слушал что говорила Момо, что говорила Мияби, что говорил его братан Рэйкан и конечно, какие были ответы у капитана корабля, чье настроение он плохо считывал, в отличии от своего товарища зверолюда.
— Не всегда возможно заслужить благосклонность людей, особенно когда в их головах до сих пор есть идеи о том, что они стоят выше всех народов и могут держать их как своих рабов или вовсе истребить. — решил напомнить Рэйкан, то и дело смотря что на Момо, что на Итто, после чего издал тяжелый вздох и даже поднялся со стула, чтобы поклониться. — Простите, что решил поднять эту тему, не стоит о таком беседовать во время ужина. — извинился он впервую очередь перед капитаном, но так же адресовывал своим товарищами, которые так или иначе могли разделить его мысли. Момо это потвердила своими слова, а Итто... Достаточно было посмотреть на его лицо, чтобы понять что для него эта тема столь же болезненная. Капли пота на лице, не смотря на холод, поджатые губы, тяжелое дыхание. Да, он способен все обратить в шутку, способен смеяться над тем что такой вот сильный Багровый Демон попал в рабы и два года служил какой-то девочке. Способен смеяться над тем как его прогоняли, кидали в него бобы, камни, проклятья, даже не смотря на то что он был маленьким ребенком. Но это никогда не избавит его от боли в души.
— Коль не было столь печально, людей сложно изменить. Но я не могу сказать что я не люблю людей. Они способны приносить радость, смех, с ними может быть весело, они могут тебе помочь. Проблема лишь в том, что их гораздо больше чем нас, поэтому невольно судим лишь по тому, что когда-то увидели, ощутили. Вот я к примеру теперь не могу плохо относиться к зверолюдям, после того как познакомился с Момо и Рэйканом, не могу так же плохо относиться к рыболюдям, ведь имел тесное общение с ребенком из их народа. Да я уверен, вы теперь и к демонам будете лучше относиться, раз знаете что я один из них. — гордо заявил Аратаки Итто, поправляя свою серебряную гриву рукой и громко засмеявшись, чтобы вновь хоть немного изменить атмосферу, вновь учуяв запах печали в воздухе, который ему совсем не нравился. Уж лучше все будут улыбаться, даже если их морда этого не позволяет. Пернатый братан спокойно наблюдал за своим товарищем и слегка улыбнулся, наблюдая за попытками рогатого разбавить атмосферу, которая действительно наполнилась тоской.

— Не всегда возможно заслужить благосклонность людей, особенно когда в их головах до сих пор есть идеи о том, что они стоят выше всех народов и могут держать их как своих рабов или вовсе истребить. — решил напомнить Рэйкан, то и дело смотря что на Момо, что на Итто, после чего издал тяжелый вздох и даже поднялся со стула, чтобы поклониться. — Простите, что решил поднять эту тему, не стоит о таком беседовать во время ужина. — извинился он впервую очередь перед капитаном, но так же адресовывал своим товарищами, которые так или иначе могли разделить его мысли. Момо это потвердила своими слова, а Итто... Достаточно было посмотреть на его лицо, чтобы понять что для него эта тема столь же болезненная. Капли пота на лице, не смотря на холод, поджатые губы, тяжелое дыхание. Да, он способен все обратить в шутку, способен смеяться над тем что такой вот сильный Багровый Демон попал в рабы и два года служил какой-то девочке. Способен смеяться над тем как его прогоняли, кидали в него бобы, камни, проклятья, даже не смотря на то что он был маленьким ребенком. Но это никогда не избавит его от боли в души.
— Коль не было столь печально, людей сложно изменить. Но я не могу сказать что я не люблю людей. Они способны приносить радость, смех, с ними может быть весело, они могут тебе помочь. Проблема лишь в том, что их гораздо больше чем нас, поэтому невольно судим лишь по тому, что когда-то увидели, ощутили. Вот я к примеру теперь не могу плохо относиться к зверолюдям, после того как познакомился с Момо и Рэйканом, не могу так же плохо относиться к рыболюдям, ведь имел тесное общение с ребенком из их народа. Да я уверен, вы теперь и к демонам будете лучше относиться, раз знаете что я один из них. — гордо заявил Аратаки Итто, поправляя свою серебряную гриву рукой и громко засмеявшись, чтобы вновь хоть немного изменить атмосферу, вновь учуяв запах печали в воздухе, который ему совсем не нравился. Уж лучше все будут улыбаться, даже если их морда этого не позволяет. Пернатый братан спокойно наблюдал за своим товарищем и слегка улыбнулся, наблюдая за попытками рогатого разбавить атмосферу, которая действительно наполнилась тоской.
Когда же шла речь о Асперо, что Итто, что Рэйкан уже успели все высказать, поэтому слово было лишь за дамами. До Итто только сейчас дошло, что Момо тоже покинула Фуридамы, по крайней мере она точно не готова идти вследа за Акирой, а плывет лишь туда, куда желает. Рассуждения о людях помешали ему это осознать, а сейчас он смотрел на пернатую с явным удивлением, когда же для Рэйкана это было очевидным решением со стороны его возлюбленной. К Акире он не испытывал недоверия, но и теплых чувств к ней было мало, в отличии от того же Итто, которому с трудом далось решение покинуть команду, когда та уже готовилась к тяжелому сражению. Получается, они теперь вольные птицы, что взяли с собой в путешествие лисичку-сестричку и... Можно ли назвать Итто бычком? Ну только из-за наличия рогов. Поэтому путешетсвие обещало быть точно не скучным.
Рассказ Мияби о родине заставили Рэйкана тяжело выдохнуть, понимая что задача не из самых простых, раз зацепок не особо много.
— Хочется верить что мы сможем найти важные зацепки о ваших родителей, ибо никто просто так не исчезает. — рассуждал пернатый, пока в голове у Итто вертелось легкое непонимание. Мияби - лиса. Момо - птица. Мать у них одна. Получается что отцы разные, а значит один был такой же пернатый как Азир, а второй такой же мохнатый как старпом, но лис. Верно? Или мать была пернатой и мохнатой? Все же о том как это все у зверолюдей сложно было понять, но мысли эти быстро ушли, когда лисица решила быстро ретироваться, по не понятной причине. И хоть рогатый не понимал, что это, Рэйкан уже успел встать и переградить дорогу Аоми, аккуратно выставляя перед собой руки.
— Не стоит беспокоиться, просто девушка перетомилась и ей, как и нам всем нужен отдых. Все же она тоже как и я переживала о Момо. А сейчас разговор о родителях мог поднять старые воспоминания. Поэтому не стоит беспокоиться. — вежливо говорил пернатый, в надежде что доктор его послушает и не последует за лисицей. Если же Момо решит пойти проведать сестру, то ее он уже не будет останавливать.

Момо Хаттори | «Пурпурный ворон», Snakky Gwenwynig,
Рассказ Мияби о родине заставили Рэйкана тяжело выдохнуть, понимая что задача не из самых простых, раз зацепок не особо много.
— Хочется верить что мы сможем найти важные зацепки о ваших родителей, ибо никто просто так не исчезает. — рассуждал пернатый, пока в голове у Итто вертелось легкое непонимание. Мияби - лиса. Момо - птица. Мать у них одна. Получается что отцы разные, а значит один был такой же пернатый как Азир, а второй такой же мохнатый как старпом, но лис. Верно? Или мать была пернатой и мохнатой? Все же о том как это все у зверолюдей сложно было понять, но мысли эти быстро ушли, когда лисица решила быстро ретироваться, по не понятной причине. И хоть рогатый не понимал, что это, Рэйкан уже успел встать и переградить дорогу Аоми, аккуратно выставляя перед собой руки.
— Не стоит беспокоиться, просто девушка перетомилась и ей, как и нам всем нужен отдых. Все же она тоже как и я переживала о Момо. А сейчас разговор о родителях мог поднять старые воспоминания. Поэтому не стоит беспокоиться. — вежливо говорил пернатый, в надежде что доктор его послушает и не последует за лисицей. Если же Момо решит пойти проведать сестру, то ее он уже не будет останавливать.
Момо Хаттори | «Пурпурный ворон», Snakky Gwenwynig,
В разговор между Азиром и Итто, а также Рэйканом, ни Момо, ни Мияби не влезали, просто слушали. Возможно, подобные острые темы стоило бы обсудить наедине. По крайней мере, подобная мысль посетила голову полукровки, пока она доедала свою порцию ужина. Между прочим, очень даже вкусно! Как девушка поняла, готовил это Багровый Они, поэтому стоило бы выразить ему свой восторг и благодарность. Но сперва стоило бы закончить разговор, который постепенно подходил к концу.
— Нет обязательства соглашаться с нами. Ты спросил – мы ответили. Зная ситуацию лишь с одной стороны, тяжело принять какое-то решение, если оно вообще требуется. — Отстраненно пояснила пернатая, всё же взяв вилку обратно в руки и доедая остатки. И как только это свершилось, отложила в сторону столовые приборы.
— Я понимаю, — начала она, переведя взгляд на большого птица. — И право, я не жду, что ты будешь говорить от её имени. Мы уже вошли в воды Каафенгарда, если я могу как-то отплатить за вашу доброту и помощь, оказанную мне и моим товарищам, озвучьте сейчас или потом. Запомните или запишите мой номер ден-ден муши, — на этом моменте, дождавшись от Азира действий или сигнала, она озвучит цифры. — Найти вас для меня не составит труда, но без звонка вмешиваться в дела Шичибукая и его команды на острове я не собираюсь. Надеюсь, что вы поступите также. Как пираты, мы не преследуем каких-то разрушительных целей. Основную и единственную цель я озвучила. Ежели наши действия вы посчитаете, как противоречие принципам Мирового Правительства, то я буду готова к бою. — Сразу же обозначив свою осторожность, и факт того, что просто так за решетку она не отправится, а тем более не позволит туда попасть товарищам, Момо посмотрела на то, как Мияби покидает кают-компанию. Аоми, по просьбе капитана, собралась отправиться следом, но путь ей преградил Рэйкан, как будто бы заранее зная, что и сама Хаттори сделала бы то же самое. И раз эту часть на себя взял зверолюд, ей оставалось только подняться следом.
— Прошу прощения, я сама узнаю, что случилось. И с вашего позволения, если вы не против, как только корабль прибудет к порту, мы разойдёмся. Свой номер я уже передала, буду ждать звонка, как только Асперо согласится на встречу. В ином случае, надеюсь, что пути наши не пересекутся для враждебных помыслов. — Её взгляд переметнулся в сторону Итто.
— Спасибо за ужин, было очень вкусно. — Опустив голову на мгновение, пернатая приподняла уголки губ в лёгкой улыбке и покинула столовую, по пути коснувшись плеча Рэйкана в знак благодарности.
Нагнала Момо свою сестру лишь на верхней палубе, которая выбралась туда ради того, чтобы освежиться. Она глубоко вдыхала морозный, обжигающий горло, воздух. И лишь обернулась, когда услышала поспешные шаги за спиной.
— Всё нормально?
– Если так можно сказать. – Сильнее сжав рукоять катаны, ответила лисица.
— Поделишься?
– А-а… эм… ну… это проклятый клинок моей… нашей семьи. Он передавался из поколения в поколение, а теперь, когда наконец-то оказался у меня, он… требует от меня невыполнимого. Не думаю, что готова поделиться тонкостями, но когда-нибудь ты поймёшь. – Слегка приоткрыв свет на происходящее, ответила Мияби.
— Вот как. Хорошо. Но если я могу тебе чем-то помочь, только скажи, — получив в ответ лишь тихое “угу”, красноволосая усмехнулась. — Ты не замерзла? Тебе стоило предупредить, что на Каафенгарде плохие погодные условия. Мы ведь совсем не готовы к подобному холоду. — Обреченно вздохнула полукровка.
– Думала, мы закупимся на месте уже. – На самом деле, она просто забыла… В случае, если никто не нарушит их пребывание на палубе, то после разговора они вернутся внутрь. Оставалось только дождаться прибытия...
Snakky Gwenwynig, Аратаки Итто.
— Нет обязательства соглашаться с нами. Ты спросил – мы ответили. Зная ситуацию лишь с одной стороны, тяжело принять какое-то решение, если оно вообще требуется. — Отстраненно пояснила пернатая, всё же взяв вилку обратно в руки и доедая остатки. И как только это свершилось, отложила в сторону столовые приборы.
— Я понимаю, — начала она, переведя взгляд на большого птица. — И право, я не жду, что ты будешь говорить от её имени. Мы уже вошли в воды Каафенгарда, если я могу как-то отплатить за вашу доброту и помощь, оказанную мне и моим товарищам, озвучьте сейчас или потом. Запомните или запишите мой номер ден-ден муши, — на этом моменте, дождавшись от Азира действий или сигнала, она озвучит цифры. — Найти вас для меня не составит труда, но без звонка вмешиваться в дела Шичибукая и его команды на острове я не собираюсь. Надеюсь, что вы поступите также. Как пираты, мы не преследуем каких-то разрушительных целей. Основную и единственную цель я озвучила. Ежели наши действия вы посчитаете, как противоречие принципам Мирового Правительства, то я буду готова к бою. — Сразу же обозначив свою осторожность, и факт того, что просто так за решетку она не отправится, а тем более не позволит туда попасть товарищам, Момо посмотрела на то, как Мияби покидает кают-компанию. Аоми, по просьбе капитана, собралась отправиться следом, но путь ей преградил Рэйкан, как будто бы заранее зная, что и сама Хаттори сделала бы то же самое. И раз эту часть на себя взял зверолюд, ей оставалось только подняться следом.
— Прошу прощения, я сама узнаю, что случилось. И с вашего позволения, если вы не против, как только корабль прибудет к порту, мы разойдёмся. Свой номер я уже передала, буду ждать звонка, как только Асперо согласится на встречу. В ином случае, надеюсь, что пути наши не пересекутся для враждебных помыслов. — Её взгляд переметнулся в сторону Итто.
— Спасибо за ужин, было очень вкусно. — Опустив голову на мгновение, пернатая приподняла уголки губ в лёгкой улыбке и покинула столовую, по пути коснувшись плеча Рэйкана в знак благодарности.
Нагнала Момо свою сестру лишь на верхней палубе, которая выбралась туда ради того, чтобы освежиться. Она глубоко вдыхала морозный, обжигающий горло, воздух. И лишь обернулась, когда услышала поспешные шаги за спиной.
— Всё нормально?
– Если так можно сказать. – Сильнее сжав рукоять катаны, ответила лисица.
— Поделишься?
– А-а… эм… ну… это проклятый клинок моей… нашей семьи. Он передавался из поколения в поколение, а теперь, когда наконец-то оказался у меня, он… требует от меня невыполнимого. Не думаю, что готова поделиться тонкостями, но когда-нибудь ты поймёшь. – Слегка приоткрыв свет на происходящее, ответила Мияби.
— Вот как. Хорошо. Но если я могу тебе чем-то помочь, только скажи, — получив в ответ лишь тихое “угу”, красноволосая усмехнулась. — Ты не замерзла? Тебе стоило предупредить, что на Каафенгарде плохие погодные условия. Мы ведь совсем не готовы к подобному холоду. — Обреченно вздохнула полукровка.
– Думала, мы закупимся на месте уже. – На самом деле, она просто забыла… В случае, если никто не нарушит их пребывание на палубе, то после разговора они вернутся внутрь. Оставалось только дождаться прибытия...
Snakky Gwenwynig, Аратаки Итто.
Разговоры о людях и прочих расах заставили экипаж Феникса задуматься, уйти скорее в свои мысли, и если Дантмауру это было позволительно, ведь в разговоре он почти не участвовал, то вот Азиру и Аоми пришлось на время о своей боли забыть, насильно её глуша. Шань Вэй и его трагедия не будут забыты, виновные не будут прощены, но всё это позже, многим-многим позже.
Корабельный врач успела подняться со своего места, настроенная пойти и проверить состояние коллеги, но её порыв был вежливо, учтиво остановлен Рэйканом, а после и Момо. Девушка немного смутилась и бросила в капитана вопросительный взгляд, ведь последнее слово на фрегате всегда оставалось за ним. Большой птиц плавно приподнял когтистую лапу и опустил её, мол, садись обратно. Раз уж товарищи лисицы считают, что так будет правильнее, что ж, так тому и быть.
Что до слов демона... Веяло в его наивных речах чем-то очень горьким, с тяжёлым, неприятно-терпким ощущением на языке. Но это была его личная боль, в которую капитану лезть не позволило бы даже обычное воспитание.
— Быть может, ты и прав. Во многом – точно. Я благодарен тебе за тёплое знакомство и чудесный ужин, Итто. Осмелюсь понадеяться, что следующая наша встреча будет не хуже этой, — в голосе белопёрого скользнула грусть, Азир коротко кашлянул, возвращая себе привычный невозмутимый вид.
Того требовали и слова Момо, куда более жёсткие, чем весь разговор до этого. Белоперому, право, даже возражать было нечего: он коротко кивнул на озвученные цифры и повторил их вслух, чтобы проверить, правильно ли запомнил. А затем, с какой-то даже усталостью, будто вернулся к старым обязанностям в моменте, вяло ответил:
— Вы мои гости, не должники, поэтому, как только мы прибудем в порт, ступайте с миром. И да... Мы не представители сил дозора, чтобы начинать на вас охоту только потому, что вы преследуете свои цели. Однако я не могу ручаться, что Асперо не захочет вмешаться, если сочтёт нужным, — большой птиц сделал короткую паузу, — Твои слова я ей передам. Можете отдохнуть, пока корабль не причалит. Феникс не самый шустрый, какое-то время у вас точно будет. Все свободны.
Первым из экипажа из-за стола поднялся капитан, за ним Маур, и лишь после, домучив остатки ужина, поднялась Аоми. Азир покинул офицерскую лёгким шагом, едва ступая по дощатой поверхности, и поднялся наверх, где Хэлвардт вовсю гонял матросов. Император бросил короткий взгляд на полукровок, что расположились на верхней палубе и о чем-то общались, но прошёл мимо, не задерживаясь на них.
— Расстояние до Каафенгарда? — без лишних прелюдий спросил старпома пернатый, осматривая паруса корабля.
— До двадцати морских миль. Если возьмём скорость в шесть узлов, причалим часа за три, — устало буркнул тигр в ответ, распушивая влажную от морских брызг шерсть.
— Я возьму это на себя. Поужинай и посиди с Лэймин, пожалуйста. На Каафенгард прибудем поздней ночью, ты мне будешь нужен отдохнувшим.
В ответ зверолюд смазанно кивнул и, шумно топая, ушёл в сторону офицерской, где его ждал уже остывший плов.
А Феникс под началом капитана готовился к прибытию в порт Альцейна, где, к его радости, также расположился ставший таким родным, Панголин.
Корабельный врач успела подняться со своего места, настроенная пойти и проверить состояние коллеги, но её порыв был вежливо, учтиво остановлен Рэйканом, а после и Момо. Девушка немного смутилась и бросила в капитана вопросительный взгляд, ведь последнее слово на фрегате всегда оставалось за ним. Большой птиц плавно приподнял когтистую лапу и опустил её, мол, садись обратно. Раз уж товарищи лисицы считают, что так будет правильнее, что ж, так тому и быть.
Что до слов демона... Веяло в его наивных речах чем-то очень горьким, с тяжёлым, неприятно-терпким ощущением на языке. Но это была его личная боль, в которую капитану лезть не позволило бы даже обычное воспитание.
— Быть может, ты и прав. Во многом – точно. Я благодарен тебе за тёплое знакомство и чудесный ужин, Итто. Осмелюсь понадеяться, что следующая наша встреча будет не хуже этой, — в голосе белопёрого скользнула грусть, Азир коротко кашлянул, возвращая себе привычный невозмутимый вид.
Того требовали и слова Момо, куда более жёсткие, чем весь разговор до этого. Белоперому, право, даже возражать было нечего: он коротко кивнул на озвученные цифры и повторил их вслух, чтобы проверить, правильно ли запомнил. А затем, с какой-то даже усталостью, будто вернулся к старым обязанностям в моменте, вяло ответил:
— Вы мои гости, не должники, поэтому, как только мы прибудем в порт, ступайте с миром. И да... Мы не представители сил дозора, чтобы начинать на вас охоту только потому, что вы преследуете свои цели. Однако я не могу ручаться, что Асперо не захочет вмешаться, если сочтёт нужным, — большой птиц сделал короткую паузу, — Твои слова я ей передам. Можете отдохнуть, пока корабль не причалит. Феникс не самый шустрый, какое-то время у вас точно будет. Все свободны.
Первым из экипажа из-за стола поднялся капитан, за ним Маур, и лишь после, домучив остатки ужина, поднялась Аоми. Азир покинул офицерскую лёгким шагом, едва ступая по дощатой поверхности, и поднялся наверх, где Хэлвардт вовсю гонял матросов. Император бросил короткий взгляд на полукровок, что расположились на верхней палубе и о чем-то общались, но прошёл мимо, не задерживаясь на них.
— Расстояние до Каафенгарда? — без лишних прелюдий спросил старпома пернатый, осматривая паруса корабля.
— До двадцати морских миль. Если возьмём скорость в шесть узлов, причалим часа за три, — устало буркнул тигр в ответ, распушивая влажную от морских брызг шерсть.
— Я возьму это на себя. Поужинай и посиди с Лэймин, пожалуйста. На Каафенгард прибудем поздней ночью, ты мне будешь нужен отдохнувшим.
В ответ зверолюд смазанно кивнул и, шумно топая, ушёл в сторону офицерской, где его ждал уже остывший плов.
А Феникс под началом капитана готовился к прибытию в порт Альцейна, где, к его радости, также расположился ставший таким родным, Панголин.
Понемногу, но атмосфера становилось более приятной, хоть и все равно пробегали холодные нотки между зверолюдьми и полукровкой. По крайней мере на острове у них не должно быть каких-либо проблем, даже если там находиться Шичибукай. Главное чтобы ее планы не пересекались и не препятствовали планам Момо, иначе не избежать драки. Итто будет тяжело поднять свой клинок против тех, кому он приготовил еду, накормил, а они с удовольствием хвалили то, что он сделал. Рэйкан в отличии от рогатого не переживал на этот счет, ведь для него Азир все еще был приспешником той, кто работает на Мировое Правительство и если придется, он сразиться с ним, чтобы защитить свою возлюбленную и своих товарищей.
Постепенно все начинали расходиться, не забыв похвалить Багрового Демона за приготовленный им ужин, от чего он будто сиял, как солнышко, на что со стороны было смотреть забавно.

Все же приятно получать похвалу от других, особенно когда старался не только он.
— Я рад что вам всем понравилось, но не забывайте что готовил его не только я, но и прекрасные матросы этого корабля! — как бы рогатый не желал получать внимание от других, лишать других славы он не собирался, все же не настолько он жадный пират, чтобы отбирать подобное у других. Стоило Момо уйти, как Рэйкан стал вести себя более спокойно, поэтому когда капитан корабля решил покинуть каюту, зверолюд обратился к нему.
— Не знаю что нас ждет на этом острове, но буду надеяться наша следующая встреча будет такой же, как и сегодня. Спокойной, тихой и со вкусным ужином. — произнес птицелюд, пытаясь хоть как-то загладить свое тревожное поведение. Все же, Азир кажется не таким уж и плохим зверолюдом. Да, он верен той, кому служит, но стоит ли за это его винить? Совершенно нет, лишь не хотелось бы что эта верность сделала бы его их врагом. Дождавшись того когда все из команды Феникса покинут комнату, пернатый вышел, пока Итто собирал грязную посуду.
— Спасибо тебе за этот чудесный ужин, Итто. Теперь я еще больше убедился в том, что торговцы сделали большую глупость, не пуская тебя на свою кухню. — похвалил он своего товарища и вышел на палубу, тут же идя в сторону Момо и Мияби. — Думаю нам стоит закупиться одеждой теплой, а то такими темпами все станет одного синего цвета. Но если тебе, миэлла, будет совсем холодно, я всегда буду рад согреть тебя своими объятьми. И Мияби тоже. —произнес пернатый, улыбаясь девушкам, хоть и прекрасно знал что та же лисица точно откажется от такой близости с ним.
Собрав всю посуду, рогатый вышел из каюты, тут же направляясь в сторону кухни. К счастью для него сложно потеряться на корабле, даже если он находиться на нем впервые, поэтому до кухни он добрался быстро, где осталось совсем мало матросов, что заканчивали с мытьем посуды. Итто не упустил шанса присоединиться к ним, желая помочь и при этом дать парочке из них наставление, как настоящий шеф. Конечно под вечер мало кто из них его хотел слушать, больше хотелось спать, но все же что-то да запоминали они, давая небольшую надежду на то что с уходом Аратаки с корабля еда станет здесь чутка лучше. Когда же все тарелки были чисты, Итто вышел на палубу к остальным, желая со всеми дождаться прибытия корабля в порт. Холод его не сильно беспокоил, сколько мысли о будущем. Шичибукаи, родители полукровок... Интересно все может обернуться.
Snakky Gwenwynig, Момо Хаттори | «Пурпурный ворон»
Постепенно все начинали расходиться, не забыв похвалить Багрового Демона за приготовленный им ужин, от чего он будто сиял, как солнышко, на что со стороны было смотреть забавно.
Все же приятно получать похвалу от других, особенно когда старался не только он.
— Я рад что вам всем понравилось, но не забывайте что готовил его не только я, но и прекрасные матросы этого корабля! — как бы рогатый не желал получать внимание от других, лишать других славы он не собирался, все же не настолько он жадный пират, чтобы отбирать подобное у других. Стоило Момо уйти, как Рэйкан стал вести себя более спокойно, поэтому когда капитан корабля решил покинуть каюту, зверолюд обратился к нему.
— Не знаю что нас ждет на этом острове, но буду надеяться наша следующая встреча будет такой же, как и сегодня. Спокойной, тихой и со вкусным ужином. — произнес птицелюд, пытаясь хоть как-то загладить свое тревожное поведение. Все же, Азир кажется не таким уж и плохим зверолюдом. Да, он верен той, кому служит, но стоит ли за это его винить? Совершенно нет, лишь не хотелось бы что эта верность сделала бы его их врагом. Дождавшись того когда все из команды Феникса покинут комнату, пернатый вышел, пока Итто собирал грязную посуду.
— Спасибо тебе за этот чудесный ужин, Итто. Теперь я еще больше убедился в том, что торговцы сделали большую глупость, не пуская тебя на свою кухню. — похвалил он своего товарища и вышел на палубу, тут же идя в сторону Момо и Мияби. — Думаю нам стоит закупиться одеждой теплой, а то такими темпами все станет одного синего цвета. Но если тебе, миэлла, будет совсем холодно, я всегда буду рад согреть тебя своими объятьми. И Мияби тоже. —произнес пернатый, улыбаясь девушкам, хоть и прекрасно знал что та же лисица точно откажется от такой близости с ним.
Собрав всю посуду, рогатый вышел из каюты, тут же направляясь в сторону кухни. К счастью для него сложно потеряться на корабле, даже если он находиться на нем впервые, поэтому до кухни он добрался быстро, где осталось совсем мало матросов, что заканчивали с мытьем посуды. Итто не упустил шанса присоединиться к ним, желая помочь и при этом дать парочке из них наставление, как настоящий шеф. Конечно под вечер мало кто из них его хотел слушать, больше хотелось спать, но все же что-то да запоминали они, давая небольшую надежду на то что с уходом Аратаки с корабля еда станет здесь чутка лучше. Когда же все тарелки были чисты, Итто вышел на палубу к остальным, желая со всеми дождаться прибытия корабля в порт. Холод его не сильно беспокоил, сколько мысли о будущем. Шичибукаи, родители полукровок... Интересно все может обернуться.
Snakky Gwenwynig, Момо Хаттори | «Пурпурный ворон»
Крайт шел по проторенной Валхиром дорожке совершенно не скрывая присутствия, даже не отреагировав на то, что коренастый охотник остановился, заприметив погоню. Вопрос о том стоит ли безмолвно соглашаться на неизбежное рандеву, или воспользоваться пропастью в навыках охоты, дабы скрыться от назойливого «преследователя». Внушительные столбы гигантских деревьев, взращённых землей Каафенгарда щедро усаженные по местности не давали разглядеть преследователя, однако беспощадный ветер этих суровых земель четко доставлял до обоняния Валхира запах негодяя, который, к слову, остановился.
Охотник тоже замер. Коренастый медведь в один миг слился с белоснежным хладным окружением. Причиной настороженности служила не внезапная остановка «цели» и не подозрительность самого Валхира. Ветер принес не только запах незнакомца. Серильда, то был определенно ее аромат, а значит незнакомец контактировал с ней. Тесно.
Вариант ретироваться отпал сам собой. Теперь заинтересованность личностью преследователя перевешивала необходимость не отсвечивать и понаблюдать со всем со стороны. Тем более учитывая маршрут, обладатель неизвестного запаха намеренно искал вождя, знал о его присутствии на острове. Возможно, стоит удовлетворить любопытство преследователя. Других запахов слышно не было. Возможно, преследующий «сел на хвост» один. Это будет замечательной новостью.
Стоило Валхиру осторожно переставить лапы, с беспощадных хрустом сминая снежную корку, до чуткого слуха донеслась плавная мелодия духового инструмента. Похожую он уже слышал недавно, спустя некоторое время как они с Серильдой разделились. Значит он… Но та мелодия была острее, пронзительнее, сейчас же инструмент изливался звуками куда более глубокими и низкими. Валхир не разбирался в музыке, но отличить звук двух разных инструментов смог бы любой дилентант.
Медведь открыл пасть, издав громкий чавкающий звук. Не сознательно. Рефлекторно. Внезапно язык ощутил, будто в рот положили очень сладкую конфету, которая начала таять. Осознание пришло быстро. С этой музыкой было что-то не так. Пока медведь, уже не скрывая своего присутствия сокращал дистанцию в руках уже маячили два куска ткани, имитируя турунды для ушей, чтобы как-то остановить пагубное действие мелодии. Приторный вкус нарастал, а цветочный аромат перебивал и размазывал запахи, которые секундами ранее так четко и остро различал охотник.
И с нарастанием характерных вкусовых ощущения так же начинала постепенно ощущаться слабость в мышцах, постепенно и понемногу с начала мелодии тело начинало слушаться все хуже и хуже. Преследователь нашел Валхира раньше, чем тот планировал и атаковал без предупреждения, облачив свой вероломный поступок в изящную мелодию, которая должна была притупить осторожность и рефлексы охотника. Возможно, так флейтист и поймал Серильду. Но Валхир был опытнее и самое главное, хитрее. Осталось быстро настигнуть жертву и допросить. Навыками дипломатии охотник конечно не владел, но здоровому и опасному медведю не нужны навыки коммуникации чтобы получить желаемое.
Охотник тоже замер. Коренастый медведь в один миг слился с белоснежным хладным окружением. Причиной настороженности служила не внезапная остановка «цели» и не подозрительность самого Валхира. Ветер принес не только запах незнакомца. Серильда, то был определенно ее аромат, а значит незнакомец контактировал с ней. Тесно.
Вариант ретироваться отпал сам собой. Теперь заинтересованность личностью преследователя перевешивала необходимость не отсвечивать и понаблюдать со всем со стороны. Тем более учитывая маршрут, обладатель неизвестного запаха намеренно искал вождя, знал о его присутствии на острове. Возможно, стоит удовлетворить любопытство преследователя. Других запахов слышно не было. Возможно, преследующий «сел на хвост» один. Это будет замечательной новостью.
Стоило Валхиру осторожно переставить лапы, с беспощадных хрустом сминая снежную корку, до чуткого слуха донеслась плавная мелодия духового инструмента. Похожую он уже слышал недавно, спустя некоторое время как они с Серильдой разделились. Значит он… Но та мелодия была острее, пронзительнее, сейчас же инструмент изливался звуками куда более глубокими и низкими. Валхир не разбирался в музыке, но отличить звук двух разных инструментов смог бы любой дилентант.
Медведь открыл пасть, издав громкий чавкающий звук. Не сознательно. Рефлекторно. Внезапно язык ощутил, будто в рот положили очень сладкую конфету, которая начала таять. Осознание пришло быстро. С этой музыкой было что-то не так. Пока медведь, уже не скрывая своего присутствия сокращал дистанцию в руках уже маячили два куска ткани, имитируя турунды для ушей, чтобы как-то остановить пагубное действие мелодии. Приторный вкус нарастал, а цветочный аромат перебивал и размазывал запахи, которые секундами ранее так четко и остро различал охотник.
И с нарастанием характерных вкусовых ощущения так же начинала постепенно ощущаться слабость в мышцах, постепенно и понемногу с начала мелодии тело начинало слушаться все хуже и хуже. Преследователь нашел Валхира раньше, чем тот планировал и атаковал без предупреждения, облачив свой вероломный поступок в изящную мелодию, которая должна была притупить осторожность и рефлексы охотника. Возможно, так флейтист и поймал Серильду. Но Валхир был опытнее и самое главное, хитрее. Осталось быстро настигнуть жертву и допросить. Навыками дипломатии охотник конечно не владел, но здоровому и опасному медведю не нужны навыки коммуникации чтобы получить желаемое.
Дерево, еще одно. Словно на причудливой полосе препятствий с несвойственной своим габаритам ловкостью и проворством Валхип неизбежно сокращал дистанцию с флейтистом. Кажется импровизированные затычки для ушей немного сдерживали пагубное воздействие на коренастое тело. По крайней мере так чувствовал Валхир. Визави в свою очередь с места не двигался, похоже, странная способность не давала простора для перемещения для флейтиста. Еще несколько деревьев и медведь настигнет нахала чтобы наказать, как подобает. Еще один широкий ствол и вот Валхир буквально натыкается на источник чарующей мелодии.
Наспех сооруженная причудливая конструкция из длинного белого мушкета, испещренная множество аккуратных отверстий сквозь которые тонкими нитями простиралось нечто едкого зеленого цвета. Рукоять с колесцовым механизмом и приклад упирались в снег, а дуло смотрело аккурат на Валхира. Позади причудливого инструмента неохотно развевалась на ветру плотная многослойная накидка Карайта – яркий источник его запаха, который и был своего рода мишенью для заправского охотника. «Начинки» у балахона, как можно было понять, на данный момент не было.
Прежде чем медведь успеет осознать происходящее зеленая нить приведет в движение причудливый затворный механизм. Вместо оглушительного хлопка, характерного для выстрела порохового ружья до ушей Валхира сквозь «беруши» донесется пронзительный визг флейты и в толстую шкуру вонзится плотный зеленый шар.
Будучи обладателем не самой тонкой шкуры и не самого хрупкого тела Валхир, игнорируя боль от впившегося в кожу шарика проигнорирует сам выстрел, ведь хозяина мушкета подле своего ружья не было. Он должен был прятаться где-то рядом. Инстинктивно левая лапа ляжет на место попадания пули чтобы оценить масштаб трагедии, но раны, как таковой обнаружено не будет. Боковым зрением охотник увидит, как ладонь тоже частично окрасится в ядовито-зеленый цвет.
В истовой попытке поскорее найти нападавшего, все еще лишенный способности адекватно прислушаться к окружению Валхир звучно втянет в себя воздух, что будет окончательной ошибкой и финальным аккордом в плане флейтиста. Вестибулярный аппарат резко даст сбой, а окружающее пространство начнет плавно и размашисто раскачиваться, будто только что коренастый медведь осушил целую бочку забористого рома.
-Страшно представить, что бы ты со мной сделал, столкнись мы в других условиях, верзила – раздался полный надменного превосходства и задора голос Крайта в нескольких десятков метров подле места выстрела.
Очередной любитель почесать языком. Что, впрочем, было на руку застигнутом врасплох Валхиру, который не медля ни мгновения ринулся на врага в миг сократив с ним дистанцию. Удар сильной лапой вдруг наткнулся на что, то вязкое и густое, настолько вязкое что весь импульс буквально «потонул» в том месте, где должна была быть печень нахала. Что-то что скрывалось под очередным «капустным листом» из одежды, не давало добраться до хрупкого на вид тела. Одновременно с этим резвое движение правой руки флейтиста принесло сильную боль в месте, где было «зеленое» пятно. Отворенные иглы вошли в кожу как раскаленный нож в масло. Завершающий аккорд заставил тело рослого медведя безвольно обмякнуть на белый снег.
-Не переживай, я сохраню жизнь тебе и той девочке. Вы еще мне пригодитесь – услышит Валхир перед тем как провалиться в глубокую дрёму.
Наспех сооруженная причудливая конструкция из длинного белого мушкета, испещренная множество аккуратных отверстий сквозь которые тонкими нитями простиралось нечто едкого зеленого цвета. Рукоять с колесцовым механизмом и приклад упирались в снег, а дуло смотрело аккурат на Валхира. Позади причудливого инструмента неохотно развевалась на ветру плотная многослойная накидка Карайта – яркий источник его запаха, который и был своего рода мишенью для заправского охотника. «Начинки» у балахона, как можно было понять, на данный момент не было.
Прежде чем медведь успеет осознать происходящее зеленая нить приведет в движение причудливый затворный механизм. Вместо оглушительного хлопка, характерного для выстрела порохового ружья до ушей Валхира сквозь «беруши» донесется пронзительный визг флейты и в толстую шкуру вонзится плотный зеленый шар.
Будучи обладателем не самой тонкой шкуры и не самого хрупкого тела Валхир, игнорируя боль от впившегося в кожу шарика проигнорирует сам выстрел, ведь хозяина мушкета подле своего ружья не было. Он должен был прятаться где-то рядом. Инстинктивно левая лапа ляжет на место попадания пули чтобы оценить масштаб трагедии, но раны, как таковой обнаружено не будет. Боковым зрением охотник увидит, как ладонь тоже частично окрасится в ядовито-зеленый цвет.
В истовой попытке поскорее найти нападавшего, все еще лишенный способности адекватно прислушаться к окружению Валхир звучно втянет в себя воздух, что будет окончательной ошибкой и финальным аккордом в плане флейтиста. Вестибулярный аппарат резко даст сбой, а окружающее пространство начнет плавно и размашисто раскачиваться, будто только что коренастый медведь осушил целую бочку забористого рома.
-Страшно представить, что бы ты со мной сделал, столкнись мы в других условиях, верзила – раздался полный надменного превосходства и задора голос Крайта в нескольких десятков метров подле места выстрела.
Очередной любитель почесать языком. Что, впрочем, было на руку застигнутом врасплох Валхиру, который не медля ни мгновения ринулся на врага в миг сократив с ним дистанцию. Удар сильной лапой вдруг наткнулся на что, то вязкое и густое, настолько вязкое что весь импульс буквально «потонул» в том месте, где должна была быть печень нахала. Что-то что скрывалось под очередным «капустным листом» из одежды, не давало добраться до хрупкого на вид тела. Одновременно с этим резвое движение правой руки флейтиста принесло сильную боль в месте, где было «зеленое» пятно. Отворенные иглы вошли в кожу как раскаленный нож в масло. Завершающий аккорд заставил тело рослого медведя безвольно обмякнуть на белый снег.
-Не переживай, я сохраню жизнь тебе и той девочке. Вы еще мне пригодитесь – услышит Валхир перед тем как провалиться в глубокую дрёму.
Честно говоря, ситуация оказалась немного щепетильной. Несмотря на всю свою колкость и предупреждение, Азир сохранил лицо, не спровоцировавшись на сказанные слова. Оно и к лучшему, лишь глупец воспринял бы её серьёзно, ведь, по большей части, девушка лишь предупредила, а не угрожала и говорила наверняка о каких-либо последствиях. Она не собиралась отправляться в Импел Даун лишь из-за надежды на ещё один разговор. Чуть нахмурившись, Момо отошла в сторону, дабы не мешаться под ногами у матросов. Ветер говорил о том, что фрегат успешно достигнет острова в ближайшее время, а, значит, терять время было нельзя.
Подошедший Рэйкан оказался вовремя. Повернувшись, пернатая скрестила руки под грудью и посмотрела на него, выслушивая.
— Да, так и сделаем. Найдём подходящее место, где можно остановиться, отдохнем, закупимся теплой одеждой и только потом займемся делами. — Кивнув, она не стала акцентировать внимания о его заботе в сторону сестер… Или удачно скрыла свою реакцию за покрасневшими щеками от холода. Точно от холода.
– Обойдусь. – Фыркнув, вклинилась Мияби, отвернув голову и одернув носик к небу. Эти слова показались ей одолжениям, но всё же она оценила. Хоть и виду не подала. Если так подумать, Рэйкан крайне осторожно относится и называет девушку так странно… Знает ли сама Хаттори, что это значит? Кажется, он начал называть её так совсем недавно, поэтому скорее всего нет. Впрочем, гадать на подобные темы лисица прямо сейчас не собиралась. – Пойду, соберу вещи. – Обозначила девушка и покинула палубу, возвращаясь в лазарет, если туда был доступ. Ежели нет, то придется дождаться Аоми. В любом случае, свои вещи она рано или поздно заберет.
Сама же пернатая пока не собиралась уходить, даже несмотря на погодные условия. И пока они остались наедине, ещё до прихода Итто, Момо посмотрит на зверолюда более мягким взглядом. Выдохнув облако пара, между ними повиснет недолгая пауза, но разговор всё же она начнёт первая.
— Слушай, Рэйкан, а что значит твоё обращение? Миэлла эта. — Опустив красные очи, поинтересовалась девушка. Конечно, ей было интересно узнать. И не скрывала этого, стоило только другим уйти…
Меж тем, появление Итто, пришедшего как раз под конец их разговора, не то чтобы что-то удивительное. Раз пришел, значит, закончил все дела на кухне и уже был готов к покорению нового острова. Момо не будет скрывать, что и сама в предвкушении. Однако держала себя в руках…
Спустя несколько часов, которые, конечно, девушка не провела постоянно пребывая на палубе, а отогреваясь внутри корабля, они всё-таки добрались до порта Альцейна. Не забыв поблагодарить Азира за помощь, небольшая компания покинет судно, сразу выискивая ближайшую гостиницу. И благо, что искать долго не пришлось. Нужно было как следует отдохнуть, и если Мияби устроится сразу в своей комнате и уснет, то Хаттори было совсем не до сна. Решив посетить общую столовую, которая, к счастью, была открыта, пернатая хотела попить чаю и всё-таки попробовать уснуть. А вот пойдёт или нет, уже другой вопрос.
Подошедший Рэйкан оказался вовремя. Повернувшись, пернатая скрестила руки под грудью и посмотрела на него, выслушивая.
— Да, так и сделаем. Найдём подходящее место, где можно остановиться, отдохнем, закупимся теплой одеждой и только потом займемся делами. — Кивнув, она не стала акцентировать внимания о его заботе в сторону сестер… Или удачно скрыла свою реакцию за покрасневшими щеками от холода. Точно от холода.
– Обойдусь. – Фыркнув, вклинилась Мияби, отвернув голову и одернув носик к небу. Эти слова показались ей одолжениям, но всё же она оценила. Хоть и виду не подала. Если так подумать, Рэйкан крайне осторожно относится и называет девушку так странно… Знает ли сама Хаттори, что это значит? Кажется, он начал называть её так совсем недавно, поэтому скорее всего нет. Впрочем, гадать на подобные темы лисица прямо сейчас не собиралась. – Пойду, соберу вещи. – Обозначила девушка и покинула палубу, возвращаясь в лазарет, если туда был доступ. Ежели нет, то придется дождаться Аоми. В любом случае, свои вещи она рано или поздно заберет.
Сама же пернатая пока не собиралась уходить, даже несмотря на погодные условия. И пока они остались наедине, ещё до прихода Итто, Момо посмотрит на зверолюда более мягким взглядом. Выдохнув облако пара, между ними повиснет недолгая пауза, но разговор всё же она начнёт первая.
— Слушай, Рэйкан, а что значит твоё обращение? Миэлла эта. — Опустив красные очи, поинтересовалась девушка. Конечно, ей было интересно узнать. И не скрывала этого, стоило только другим уйти…
Меж тем, появление Итто, пришедшего как раз под конец их разговора, не то чтобы что-то удивительное. Раз пришел, значит, закончил все дела на кухне и уже был готов к покорению нового острова. Момо не будет скрывать, что и сама в предвкушении. Однако держала себя в руках…
Спустя несколько часов, которые, конечно, девушка не провела постоянно пребывая на палубе, а отогреваясь внутри корабля, они всё-таки добрались до порта Альцейна. Не забыв поблагодарить Азира за помощь, небольшая компания покинет судно, сразу выискивая ближайшую гостиницу. И благо, что искать долго не пришлось. Нужно было как следует отдохнуть, и если Мияби устроится сразу в своей комнате и уснет, то Хаттори было совсем не до сна. Решив посетить общую столовую, которая, к счастью, была открыта, пернатая хотела попить чаю и всё-таки попробовать уснуть. А вот пойдёт или нет, уже другой вопрос.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 2 Гость(ей)