[Гранд Лайн, 6 путь] Фрельйорд.7-ой остров.

– И чего я твоей пукалки боялась? – Измождённо захихикала мечница.

Вновь гибридный облик, только клинок один – похожий на тесак, с прожилкой посередине.

– Взрывается, – прошипел Кол.

– Знаю, – процедила Мириам.

– Долго шушукаться будете?!

Не долго. Вышли одновременно, желая обогнуть непослушную революционерку с двух разных сторон. Тычок когтями – увильнула полупируэтом, тычок саблей – присела, замах сверху – отскочила от Мириам системой прыжков, одновременно выбивая из пожилой мадам дыхалку. Кол прыгнул следом: с его стороны летела целая кавалькада ударов. Взревел, вскипел, завизжал, как олень. Джинкс не сводила глаз ни с одной из атак... Розовые зенки гуляли туда-сюда с удивительной скоростью, на лице ничего, кроме холодного напряжения. Убегает... Как листок бумаги! Вендиго вновь атаковал, и.. Потерял врага из виду. Обернулся сюда, туда, лишь краюшком глаза приметил розовое свечение позади себя.

На всю округу раздался звериный вой. Из под земли вокруг Вендиго с оглушающим грохотом выросли острейшие ледяные шипы. Стоило пелене гнева сойти с его глаз, он увидел свою противницу в воздухе вверх ногами.

“УСПЕЛА УДРАТЬ ДАЖЕ ОТ ЭТОГО?!”

ДЗИНЬ. Блестящее, почти светящееся от накопленной молнии лезвие Взрывомеча касается его костяной башки. Всплеск, взрыв сразу двух стихий: ревущего пламени и гнева грозы. Выброс ослепил сразу их обоих, отшвырнуло так же: малышка полетела прочь, как тряпичная кукла; оленя унесло за круг из гвардии.

“А где уходит Колючка, там и его ссаная подружка”.

По снегу малышка лишь немного проскользила на спине, упёрлась руками в землю и кувырком встала на ноги, что вновь исчезнуть перед самой атакой. Тётка приём запомнила, следы от клыков на шее ноют волком до сих пор: и кто станет с этим мириться?! Управа на хищника всегда найдётся – ловушка. Гранатка, неприметно оставленная на месте Брэкстон за мгновение до того, как она сама улизнёт. Джинкс появилась несколько раньше – вы же не хотите обогнать молнию? – но, сообразить не успела. Дробящая волна, что кипела от воли вооружения, проникла в каждую клеточку тела, осколки Искры пробили молниеносную шкуру и отбросили рысь в сторону городской стены, близ выхода из королевского двора.

"Это плохо... У меня уже энергия кончается...” – Хищница поблекла и потускнела. Трансформировалась в человека. Левый глаз не видит, руки по-прежнему нет. Мозг не может уловить сигналов от протезов.

– Не ожидала, что это тебя так сильно положит, – явно не стесняясь собственной победы, злорадствовала Мириам.

Скрип снега становился всё громче и громче.

Вставай.

Пальцы дрожат... Дотянуться до рукояти катаны сложнее, чем до луны, невообразимо далеко. Кисть не поднять – тяжелее горы. Тяжелее планеты. Ничего в ушах, кроме скрипа снега.

Вставай.

Пузо прошило насквозь. Это не больно, нет... А вот слабость растеклась по каждой жилке, желая не наполнить, а забрать всё до единого. Джинкс титаническими усилиями держали глаза открытыми, рисковала закрыть их навсегда.

– Что такое, девочка? Тело не слушается? – С горделивым прищуром нагнетала Мириам.

"Морской камень? Нет... Нет, нет, нет, нет!” – Резкий страх пробрал с ног до головы, такой густой, что кололся. Джинкс Бэдлак не могла смириться, что морщины старой бабки – последнее, что она увидит. Столько сил ради... Поражения? Бессонные ночи подготовки, раздумий, диалогов, сражений... Трудов! Из тонких губок потекла кровь – перекусила от натуги.

– Р-р-рагх! – С хрипотой, бурля кровью в горле, крикнула она.

Из последних сил она поднимает правую руку, стало ярко-ярко, громко-громко, весь боезапас из предплечья разрядили в упор. Гулкое эхо разошлось по округе. Перед глазами хлынул кровавый туман – Брэкстон резко взвизгнула, отошла, саблю пришлось оставить в теле девушки и потратить все силы на защиту. Жива. Даже не смертельно ранена... Всё это, впрочем, мало интересовали розововолосую.

На последней капельке собственных возможностей она самостоятельно вытаскивает треклятый клинок из кайросэки и небрежно бросает рядом.

Глубоко вздохнула сквозь сопли, кровь, слёзы, что размывали её и без того несвежее личико в безобразную размазню красок. Только ухватила в руки клинок, вырвала пистолет с пояса Мириам. Исчезла.



Магазинчик перед глазами: все створки закрыты, все двери заперты, даже не ясно, к чему он тут такой вырос... Лишь немногословная картинка шоколадной плитки на табличке подсказывает его роль. Нет магазина. Есть магазин... А, это глаза слипаются. Джинкс врезалась лбом в дверь, лениво постучала, постучала ещё громче. Постучала так громко, что пробила деревянную толстую дверь насквозь, самостоятельно отщёлкнула щеколду и ввалилась внутрь, как пьяница. Эха в такой комнатушке не видать... Да и шоколада, будто бы, тоже.

"Ну да, – подумала мечница, целуя пол своей щекой. – Откуда такие сокровища в захваченном городе...”

Всхлипнула, еле поднимая глаза. В лицо уже смотрело дуло чужого мушкета – наверняка хозяина сего прекрасного заведения. Руки у него тряслись, лоб вспотел... Видно, в первый раз поднимает оружие на человека.

"Хотя... Я наверное сейчас и на человека не похожа...”

– Дядь... – Хрипло буркнула она. – Дай шоколадку, а... Надо... Очень надо...

– Ш-шоколадку? Ты ворвалась ко мне в лавку ради шоколадки?! Не дури меня! – Кратковременный всплеск храбрости. Подал ружьё чуть ближе.

– Да... Башку снеси после этого... – Блеклые глазки глянули исподлобья. – Умолять не буду... Для твоего же блага... Бьюсь..!

Оплатой за лакомство, похоже, должна была стать кровавая лужа, которая вырвалась с очередным тяжёлым кашлем.

– О-ёй, девочка, тебе бы врача, а не шоколад-

– Дай! – Криком перебила она. Энергия тела вот-вот иссякнет. – Потом заплачу!

Дал: достал из-за прилавка несколько плиток, плотно завёрнутых в грубую бумагу, поломал по долькам, скормил, как дикому котёнку. Шоколад был так себе... Честно, один из самых невкусных, что ей довелось попробовать. Но по щекам пошли слёзы – это был не шоколад, это было спасение. Шанс на жизнь. Шанс спасти каждого на этом чёртовом острове!

Энергия заструилась по жилам. Тело пришло в движение, как двигатель: сначала медленно, постанывая, а после и кожа стала здоровее, и в глазах появился блеск. Это удивительное, до боли знакомое, но позабытое за эти минуты слабости чувство – жизнь. Желание. Мотивация.

Разъярённый рык, убийственно холодный Голос. Кол приближался. Джинкс обернулась на озадаченного мужчину, испуганного истерзанным ликом машины, и улыбнулась.

– Привет от Ферро.

Пропала. Словно и не бывала здесь.

Кол бежал по городу, как голодный волк среди дерьевьев: на четвереньках, толстые когти цеплялись укрытый ледяной корочкой снег. Остановился лишь тогда, когда Голос жертвы испарился и вознёсся в небеса. Был повсюду и нигде: то там, то здесь. Можно сказать, что сегодня звёздное небо, если надоедливый и революционный Голос был звездой.

– КОЛ! – Прогремело в небе.

Гром разнёс дрожь по всему городу. У главы Синдиката шерсть поднялась дыбом от напряжения, что копилось в воздухе. Внезапно стало темно... Не сразу он понял, что только в его глазах, ведь стало невыносимо больно. Пригвоздили к земле тяжёлой тушей зверя. Уже человечная девочка ухватилась за оленьи рога, несколько раз топнула своим усилителем прыжков. О-о-о, вы бы знали, как приятно слушать вибрацию черепа какой-то твари, которая загубила десятки жизней!

Параллельно глухому рёву, зарытому в снег, из-за спины Вендиго выскакивает острый ледяной шип. Внутрь крепкой брони проникает лишь самый кончик, но довольно успешно отталкивает грозового комарика прочь, в воздух. Блинк. Порез в лодыжку. Блинк. Тупой удар воздухом сверху. Блинк. Упредила захват раскатистым порезом по ладони. Тут же хотела улизнуть, но находчивый Кол ухватил её ногу наполненными Волей колышками льда, выросшими из-под земли.

«Не по плану!»

Вышло слишком не по плану: острейший коготь пробивает глаз киборга, тонкое стекло с великой лёгкостью лопается. Палец вылез из височной кости, как червяк после дождя… От мгновенной смерти Джинкс спас резкий уворот в сторону.

– Отъебись от меня!

Розововолосая достала пистолет Мириам, произвела несколько выстрелов, но те лишь оставляли обугленные отметины на потрескавшемся черепе.

– Ты ответишь за всё, что сделала, мелкая дрянь! – Скрюченный в чужом черепе палец он убирать не спешил. Спохватился за единственную левую руку Джинкс: металл застонал, затрещал, зазвенел. С натужным рывок оторвал, пуская провода и болты по всей округе, как бы девочка ни отбивалась. – Никто не смеет мне мешать! Думаешь, ты первая? Думаешь, ты хотя бы ДЕСЯТАЯ?! Вы всего лишь завистники! Ты... – Голос двоился, олений визг на пару с низким рычанием. – Ты хоть представляешь, каких трудов стоило мне тут всё устроить?!?!

– Закрой пасть, урод! – Захлёбываясь кровью, с рыком процедила мечница.

Тонюсенькие кулаки из оставшихся двух правых рук девушки грубо и глухо сталкивались с черепом. Удар, два, три, полный замах, но били переменно, как отбойный молоток. Брызги искр, рокот молнии, трещины на черепе, что вырастали – понемногу – с каждой секундой. Кол вновь собрался и ухватился за одну из рук, борясь с оглушением и параличом, и ка-а-ак потянул! Треск болтов, скрип металла, оглушительный скрежет, когда конечность отделилась от тела. Тяжело представить, как чувствовала бы себя киборг, обладай она болью.

– С самого начала у тебя не было ни единого шанса! – Холод из пасти зверя покрывал всё изуродованное лицо машины инеем. – Ты всего лишь блоха! Падёшь ты, и больше не будет никого, кто мог бы мне помешать! Я порву всех королев на части собственными руками! Этот остров станет моим!

– Я сказала ЗАТКНИ ПАСТЬ!! – Голос громче рокота грома, желание жить ярче вспышки электричества.

Оставшаяся рука с Искровым пистолетом влетела прямо в пасть злодея между его слов, рискуя остаться совсем без руки. Стрелять было бесполезно, это ясно после первой попытки, но вспоминая, как эффективно эта лазурная блестяшка разлетается на кусочки... Молния стала питать древний лёд. Ещё, ещё, ещё, ещё и ещё, пока хрупкий с виду камешек не наполнила звенящая вибрация.

– ФТО-!

А потом хлопок. И тишина. Изнутри чужого черепа во все стороны полетели осколки с такой невообразимой скоростью, что Джинкс подумала: “Мне почудилось”. Лишь размытые растянутые линии, которые и не факт, что вообще удалось увидеть. Вот карминовые дорожки, возносящиеся как фонтан, заметить было легче.

Кол пошатнулся, припал на одно колено. Его коготь из своего виска Бэдлак вытащила уже сама. Порванная куски, избитая и грязная, она чувствовала себя гораздо лучше, чем эта жадная, скупая тварь.

– Больно тебе да..? – Хрипло прошептала девушка и захихикала. Медленно склонилась к катане у своих ног последней рукой. Подцепила лишь пальцами, позднее обхватывая покрепче. – Каково тебе, а? А теперь представь, что всем этим людям вокруг тебя гораздо хуже...

Вендиго, еле подбирая под себя лапы, медленно пополз прочь. Стонал, кряхтел. Когти его старались обхватить нос черепа, бесцельно щупали воздух, длинный язык с ужасом – или принятием – проходил сквозь отсутствующие зубы. Только осколки.

– Ну куда же ты?! – Джинкс прибавила шагу. – Чего ты так боишься?!

Могучая лапа рубанула её по щеке, оголяя чёрный металлический череп и ряд зубов, оставляя борозды, но розововолосая не остановилась. Подошла, вскочила на огромную грудную клетку... И с силой опустила рукоять катаны тому на лоб. Ещё раз, второй, третий, пятый, десятый. Старалась вбить в голову, что всё хорошее когда-то кончается. Что справедливость вполне может взять верх над такими подонками. Сколько раз его надо ударить, чтобы больше никогда за это не взялся?!

– Ответь мне!

Может, ты задашь этот вопрос вслух, Джинкс?

– Пха-ха-ха!

Длинные костлявые лапы то поднимались, то опускались. Как же тяжело выбить последний дух из этой твари. Аж смешно с этого. Джинкс больше ржала, чем била окровавленной рукоятью своего врага.

Прервали. Чужой рубящий воздушный порез немного сносит девчонку немного в сторону, всего на пару шагов. Мириам Брэкстон... Вышла из-за угла, согнувшись пополам. Крепко стиснула зубы и руку на животе.

– Серьёзно? – Всё веселье революционерки выбило разом. – Вот тебе делать нечего, бабка старая?

– Вставай, Кол! Ты мне обещал страну... – Вены взбухли на лбу. И без того не самое симпатичное лицо изукрашено кровью. – Кто такая эта девчонка, чтобы стоять на нашем с тобой пути?!

– Забавно. Когда он зарекался о своей мечте, то тебя даже не упомянул.

Шорох. Скрип снега, грохот десятков и десятков пар сапог. Изо всех углов: сзади, спереди, сбоку, с крыши повылезали тёмно-зелёные вперемешку с белым пятна. Стальные дула тускло поблёскивали в этот пасмурный день. Стоять, ни с места, оружие на землю, и остальные приятные крики, которые в миг заставили Джинкс улыбнуться, а Мириам покраснеть как помидор. Конечно же, от злости.

– Молодцы... Ребята... – Хрипло отозвалась малышка, пошатываясь маятником.

Вендиго пропал. Точнее, след его было видно на снегу, хрусть, хрусть, но сам он исчез из виду, мигом проскочил над солдатами. Кто-то ткнул его в бока, полилась кровь. Джинкс оскалилась, хотела пойти следом, но багровый снег уже приближался к лицу, угрожая ударить... Элиот подхватил её, не спуская револьвера с личины псевдокоролевы.

– Ти-и-и-хо, тихо, подруга. Я удивлён, как ты вообще стоишь...

– Я должна его... Догнать...

– Тихо я говорю. Он уже ничем не сможет нам навредить. Я буду удивлён, если он вообще пройдёт лишний километр...

– КОЛ! Предатель! – Навзрыд кричала тётя Мириам. – Ты обещал! Это ТЫ мне обещал!!! Ты говорил, что я получу себе своё королевство! Это его идея! Его!

Женщину аккуратно, но стремительно подпирали со всех сторон. Джинкс не сводила глаз, не хотела подвергать своих солдат опасности.

– Я надеюсь, тебе хотя бы не больно? – Товарищ морщился, оглядывая плачевное состояние любимой подруги.

– Нет... Всё нормально, – голос скрипел и скрежетал, как вилка по столу. – Можно я упаду, а? Я устала...

– Конечно... Конечно, падай.

Мечница прикрыла глазки и позволила разуму погрузиться в пучину. Что дальше происходило с телом её мало волновало. Мало волновали последствия. Взяла, да упала.



Пара дней миновало с того момента, как город под владением Мириам был отбит. Героиню сего торжества стали быстро приводить в порядок, но как на зло, умнейший инженер Фрельйорда нашёлся только на койке операционного стола. Несколько литров крови, обрывки кожи, разбросанные по разным уголкам городам части из Бомбсидиума собирали небольшой бригадой, чтобы привести спасительницу хоть немного в подобающий вид. Разбитый вдребезги правый глаз накрыли повязкой. Отсутствиющие руки приварили обратно, но функционал их оставлял желать лучшего. Торчащие рёбра и внутренности лишь избавили от чёрной крови. Проходящие мимо долго не могли свыкнуться с тем, что видят позвоночник через живот, хоть и механический. Торчащий наружу ряд зубов прикрыли отличающимся по оттенку кусочком ткани, отчего он походил на широкий шрам.

"Будто петарда во рту взорвалась... – из раза в раз приводила аналогию она, пока пальцы аккуратно щупали истерзанное лицо. Зеркало чуть не треснуло от этой улыбки. – Клёво”.

– Джинкс? – У порога возникла драгоценная блондинка, Юки, постучав по дереву ради приличия. Будто приличие вообще нужно этой сумасбродной девке. – Они уже начинают. Пойдёшь?

– Такое нельзя пропускать. Ведь королевы общаются! – Вычурно величественно произнесла Джинкс, воздев пальчик к потолку. – Дуры. Отвечаю, взорвусь, если ничего не получится.

В огромном зале королевства Эллой Канедиас столпилось великое множество народа. Стол в центре зала даже не увидеть, всё закрыли собой толстые дублёнки, пушистые шубы, меховые шапки. Но стоило стальному топоту прервать жужжание и гомон сотни голосов, как они расступились. Стало ещё громче! Аплодисменты, свисты, самые добрые пожелания. Одна лишь Джинкс, что до этого выглядела, будто не спала последние пару месяцев, слабо улыбнулась.

– Спасительница!

– Боже, спасибо тебе!!

– Женись на мне!!

В миг стало тихо, источник сего признания быстро вычислили, в том числе и “невестка”, но та со смешком закатила глаза. Остальные посмеялись из зал утонул в хохоте. За столом её ждала тоже немаленькая делегация из Королев – кто бы мог подумать, – советников и личной стражи при каждой женщине. Там и Донан Койль, и Братито Тим, и Рейнольд, выше всех присутствующих.

– Джинкс! – Радостно показала свою истинную натуру Эллой Канедиас, что до этого тихонько сидела ниже травы. – Приве-е-ет!

– Привет-привет, – один взгляд на беловолосую малышку вызывал у неё неконтролируемую искреннюю улыбку. Села прям рядом с ней, отвесила краба Братито и закинула ноги на стол... Единственный день, когда ей за это никто ничего не скажет. – Ну? Чё было?

– Тебя ждали, – со слабой, в коем-то веке трезвой улыбкой, ответила Арди Вестфорт. – Готовились к подписанию документа, ведь так, госпожа Ферро Малджин?

– Да... – Тихонько, как мышка, подала голос третья Королева с укрытыми вуалью глазами. – Род Малджин своё слово всегда держит, и множество присутствующих здесь были свидетелями моего обещания... В том числе и Джинкс, которая рискуя своей жизнью вернула изъятые силой мои земли. Лично хочу тебя поблагодарить, Джинкс – до этого не довелось, ведь ты была... В плачевном состоянии.

– Хреново было, давайте называть вещи своими именами.

– Ты, кажется, говорила, что у тебя есть и свои интересы? – Напомнила Арди, склонившись поближе к столу. – Это касается наших территорий?

– М-м-м... Не. Вы всего лишь будете очень хорошими друзьями для Революционной Армии, лады? В наших не стрелять, наших кормить... – Девочка почесала шею. – И мы будет для вас хорошими друзьями, конечно: будем защищать, будем привозить что-нибудь. Я... В этих вопросах не очень смыслю, но я уверена, что кое-кто поумнее меня явно подготовит какие-нибудь бумаги. Ах, да, если среди вас, хорошие люди, есть желающие бороться со злом не только в пределах Фрельйорда, но и далеко-далеко в морях, с распростёртыми руками принимаем у себя! Вы люди сильные, вы люди смелые и твёрдые, нам такие нужны.

Пошёл шёпот по залу. Кто-то интересовался, кто-то сразу выпалил желание, а кто-то видел в этом некую замануху... Но вот государыни спокойно отреагировали на сие условия.

– Считайте, между вами появился надёжный клей... – Дополнила Джинкс. – Скрепим вас вместе!

– Да будет так, – мягко кивнула Арди. Были моменты, когда низкорослая бедняжка её пугала, когда бесила, но сейчас хотелось отплатить за всё. – Госпожа Малджин, вот ручка, прошу.

В зале стало тихо, только шорох пары приглушённых голосов и шорканье ручки по бумаге. Вот он, мирный договор между тремя королевствами! Обещание не атаковать, обещание помогать, обещание делиться. Попросту обещание относиться друг к дружке уважительно. Вообще, это было формальностью: советники уже с десяток раз обсосали и рассмотрели весь документ от и до, посовещались и приняли решение чуть ли не вчера. Но Джинкс обязана была увидеть это своими глазами.

– Впишешь себя? – Ферро подвинула листок Джинкс.

– А? – Девчонка подняла брови.

– Это ты всё затеяла. Мне кажется, потомки должны знать, кто всё это устроил... Ведь без твоей храбрости и инициативы мы бы наверняка в очередной раз проливали кровь наших народов...

– А... – Бунтарка опустила ноги на пол, откашлялась и пододвинулась поближе. – Да без базара, пхе-хе.

Хитрый хохот насторожил Арди и Ферро...

Кто же знал, что на официальном документе она от одного края до другого коряво напишет своё имя.

– Опа! – От уха до уха улыбнулась Майор.

– Гмх... – Дамы покраснели. Сзади кто-то зафыркал себе в кулак от смеха.



Ещё несколько дней. У Джинкс было время полноценно себя подлатать, а там и побольше умных ребят прибыло от лица Революционной Армии. Вместе с ними Джинкс показала способ использования Искры, как источника энергии для утеплителей... Ну, идею подсказала, макет собрала, а чертежи и грамотное объяснение явления легло на ребят с более широким теоретическим спектром.

– Вот, посмотрите.

Деревня Иувина, самый первый оплот сил Революционной Армии на этом острове. Место, где старичок согласился на помощь взамен укрытия от страшной непогоды ледяного острова. Именно здесь Джинкс Бэдлак решила показать, как можно бороться с заморозками хотя бы у себя дома... Чтобы каждый мог снять шубу и чувствовать себя в безопасности. Изначально идея была создать огроменные купола вокруг городов, чтобы сделать воздух в них чуть ли не тёплым, но унизительно малое количество аргументов от коллег отговорили её от этого. Может быть, фрельйордцы сами это воплотят с уже имеющимися идеями...

Так вот. Инженер показала тяжёлый рубильник, вдолбленный в ледяную стену. Сразу же и потянула. Зашумело. Лампочка не сразу – помигав – загорелась.

– Как я и говорила вместо того, чтобы использовать огромные глыбы Искры как источники тепла сами по себе, вы забираете у них электричество, которое будет нагревать воду!

– А почему трубки не сделать просто полыми? – Логично поинтересовалась жительница деревни.

– Э-э-э... Как там было... А! Воздух очень быстро остывает, а вот вода, пока циркулирует, даже не успеет остыть! – Гордо выпятила она грудь.

– Ой-ой, а ледяные стены нашего поселения не растают...? Знаете, тепло и лёд не очень совместимы... – Юноша, лет четырнадцати, так же хотел больше узнать об этом.

– М-м-м, не! Под потолком пещеры не будет столько тепла, чтобы его растаять, а если что и растает, то почти сразу замёрзнет корочкой и его будет ещё труднее разморозить!

– ... Я не чувствую, что становится теплее...

– Блин, понятное дело! Вы не слушаете! Эта система потихоньку-потихоньку нагревает всё вокруг, ну, в разумных пределах. Да, рано или поздно энергия кончается, но мои друзья покажут вашим людям, как правильно менять Искру.

Так обычные жители непокорного Фрельйорда познакомились с… Отоплением! Первые партии – для демонстрации – зоанщица заряжала самостоятельно. Дальше – мирное соглашение раскрывается во всей красе, и заряженную на Вечном Водопаде Искру развозят по всем городам! Удивительно легко сговариваются люди разных народов. Сначала неловко, по чуть-чуть, как дети в садике, и уже через полчаса пьют взахлёб чуть ли не из одной кружки. Врать не будем, Джинкс тоже успела покутить разок-другой... Третий... Четвёртый...



– Пора бы мне уже собираться, – Джинкс Бэдлак шмыгнула носом, запрокинула голову и влила в себя пол кружки пенного и хмельного. Кружка чуть ли не с её голову.

– М? Ты куда? – Вскинул брови Братито, тасуя в крупных смуглых лапах колоду потёртых карт.

– Ну, я имею в виду прям совсем собираться, – глазки зацепились на бежевое облачко пены, кружащееся по кругу в стакане. – Я же не буду тут вечно сидеть...

– А-а-а... Ну... Логично, сеньорита... – Цокнул мужчина щекой, все равно принимаясь за раздачу карт. Третьим за столом был Элиот, изрядно подвыпивший и необычайно тихий. Обычно уши закладывает от его вечной болтовни. – Её Величество Эллой будет скучать...

– Немножечко поскучает, а потом пусть своей жизнью живёт, – надула губки киборг. Будто внимание ребёнка в моменте ей показалось чем-то раздражающим. – У неё дела поважнее будут.

– ... Ты спасла ей жизнь, Джинкс, – пронзительно взглянул Братито, скидывая в стол пару карт. – Такое не забывается.

– Ну да... – она с прищуром глянула на свои карты, на стол, и ловко парировала комбинацию.

– И ты спасла меня. Поэтому я никому не дам забыть о твоём подвиге. – Теперь уже он отбивался от карт Джинкс.

– Ну да...

Стало тихо. Они в тишине перебрасывались картами, в том числе и Элиот. Стеклянные его лаза настораживали – как труп. Кукла. Но парень настолько много выпил, настолько сильно устал, что мог лишь существовать, пока мозг отдаёт отчёт только одному действию.

Рубились до тех самых пор, когда в кружках не опустело.

– Надо бы с ней попрощаться... – Революционерка поднялась, и скрипучий стул заставил их дрогнуть. Тишина сразу наполнилась усталыми вздохами, потягиваниями, зевками. Вдруг стало нихрена не тихо.

Крохотная ладошка показалась перед лицом Братито. Рукопожатие на прощание... Мужчина знал этот жест, и не сразу согласился удовлетворить желание подруги.

– Мы же ещё свидимся? – С влажной надеждой в глазах тихонько спросил он.

– Обязательно. Я никогда не прощаюсь со своими друзьями, – слабой улыбкой ответила Джинкс, со жужжанием механизмов стараясь сжать руку бойца. Тщетно – его предплечье сразу взбухло, чуть не порвав офицерский китель.

– Хорошо... Я хочу, чтобы ты увидела Эллой, когда он вырастет.

"Ну да... Без меня ведь этого бы не случилось”, – взгляд забегал по комнате, выискивая и уничтожая порывы слёз на самом их зародыше.



Время прощаться. Джинкс Бэдлак успела попрощаться с каждой из Королев: за бокалом вина у Арди, под недовольным, но благодарным ликом Донан Койля; за чаепитием и обнимашками с новоиспечённой госпожой Эллой, у бедняжки сопли и слёзы текли рекой. В моменте Джинкс испугалась, что сможет сбежать из её цепких, как у краба, объятий; за миловидной беседой о былом и будущем, о скучном и ещё скучнее. Рейнольд пробил революционеркой стол, когда они пытались поиграть в армрестлинг.

Попрощалась с Иувином и выслушала несколько старческих советов. Советы Джинкс ненавидела и чуть не застрелилась, пока всё это слушала, но в итоге они разошлись на хорошей ноте.

Таинственного Курьера она так и не нашла... А ведь просто хотела поблагодарить за помощь.

"Надеюсь, с ним всё хорошо... – Волосы развивал ледяной колючий ветер. Никто на борту не мог похвастаться такой выдержкой перед стихией мороза. Впрочем здесь, на берегу – далеко от него из-за льда, – даже у Джинкс глаза быстро покрывались солёными шершавыми каплями, тело стыло под натиском замёрзшей воды. Удивительная влажность стояла.

Пришлось плыть на корабле Революционной Армии, ведь АЕгир увёл сразу две своих малышки подальше от этих неприветливых вод. Белая линия льда всё дальше... И дальше... И дальше... Совсем скоро станет немногим теплее... И ещё позднее команда выйдет на палубу. А Джинкс стояла и смотрела.



Личная, чуть ли не капитанская комната. “Чуть ли” – Джинкс нельзя назвать капитаном от слова совсем: штурвал не держит, морей и течений не знает, на звёзды смотрит строго по приколу.

Собственный лик в зеркале... Приятный. Даже симпатичный, это да, это точно. Но он... Устарелый. Он не кричит миру о собственных амбициях. Причёска до сих пор напоминает перевёрнутую подкову: “Я чё, неудачница?”. Или рога: “я чё, олень?”. Киборг долго размышляла над тем, что хочет измениться... Не для общественности, отнюдь – ради самой себя. Хотелось видеть прогресс. Хотелось видеть развитие. Не хотелось видеть застой и уныние. Не хотелось видеть замёрзший во времени образ.

"Я же машина, – указательный палец широко отдёрнул веко под глазом. – Я как пластилин. Я могу делать всё что захочу... Даже с собой”.

И она начала творить. Добавила металла в уши, нос, губы. Мокрые розовые патлы раскинулись по плечам, как водоросли... Столько всего из них можно сотворить.

И начала творить.

КОНЕЦ ЗАХВАТА!
Островное: 85 910 (с учётом захвата) слов
Захват: 66 882 слова.

ДКНС ДФ. Частичная трансформация.



Тренировка где-то промеж событий по захвату острова. Краткий миг отдыха, в которые трудолюбивая и презирающая скуку девица продолжала работать, но уже над собой. Как первооткрыватель новых земель, как наивный ребёнок Джинкс радовалась новым возможностям своей укоренившийся, полюбившейся способности — дьявольский плод. Уже не оторвать эту звериную частичку себя, которая не раз спасала жизнь, помогала в бою и быту. Естественно, захочется развить эту черту, довести до видимого идеала! Прощупать природу дьявольской силы и понять, насколько можно наглеть.

Так же и случилось, когда мирная операция по сближению королев сбавила ход и появилась свободная минутка. Город новоиспечённой королевы Эллой Канедиас, где осели близкие товарищи Джинкс. Там же киборг миловидно проводила время с солдатами Революции и местной стражей, которая совсем недавно наставляла оружие на врагов Бонтгомери.

Сели в казарме, в круг, и общаются.

— Слушай, слушай, — нетерпеливо начал один из солдат городской стражи. Всё так же в броне, но шлем снял. — А вот эти дьявольские фрукты… Это не выдумки? Я вот что-то не верю, что можно сожрать какую-то дрянь, а потом обрести непонятные суперсилы.

Наивные слова обратили на себя внимание всех присутствующих, всех до единого, даже товарищей по службе.

— Чувак, капитаном нашей стражи был человек с дьявольским плодом собаки… — Нервно хихикнув, уточнил другой.

— А ты хоть раз видел его вне этой собаки? Кто знает, может, он по натуре собака? Есть же такие пушистые люди!

— Может и есть, а ты их видел хоть раз?

Джинкс и Элиот смиренно хранили молчание, переглядываясь со всезнающими ухмылками. Спор охватывал даже революционеров, которые, в отличие от новых друзей, выбирались за пределы одного острова.

— У вас тут с новостями совсем плохо, да? И фрукты есть, и минки есть! Там и собаки, кошки, лисы, медведи, все-все есть!

— Минки?

— Пушистые люди.

— Да чё за бред? Как можно съесть яблоко и научиться, не знаю, стрелять лазерами из глаз? Или собакой здоровой стать, когда ты отроду был обычным человеком? — Не отступал незнайка, яростно жестикулируя. — А капитан-то наш собачий, поди, этим минком и был!

— Так, всё, прекращай нести чушь! Вот у нас сидит Майор Бэдлак и Лейтенант Уитт, они съели дьявольские плоды! — Названные сразу заулыбались, когда смышлёные революционеры, в коем-то веке, вспомнили и про них. — Эм… Майор, не покажете?

— На «ты», — прищурилась киборг, но притворная обида быстро спала. — В конце концов, почему бы и нет? Надо же вас, дурачков, чему-то учить, да?

Мечница поднялась, под кожей где-то в глубине зажужжали приводы. Тощий силуэт выходит в центр группы, чтобы каждому желающему достался кусок пирога.

«Интересно, как я вообще это делаю? — Прикрыв глаза, задумалась революционерка. — Как я вообще поняла, как это сделать? Это все равно что поднять руку, как открыть глаза. Стоит мне захотеть, и всё происходит само, но всего процесса я не понимаю…»

На лицах присутствующих выступил сиреневый свет. Обдало колючей, полной жизни энергией — девушка перед ними обратилась в почти обнажённую версию себя: вместо волос течёт по воздуху, как водоросли в воде, электричество; конечности переливаются и шипят, но обладатель фрукта крепко и ровно стоит на ногах.

Мужчины разинули рты, раскрыли глаза — кроме Элиота, конечно. В служебной рутине им удалось увидеть почти обнажённую женщину. Пытались даже заглянуть под раскалённое полотно молний, что закрывало самое интересное, но делали это, якобы, скрытно.

— Мифический зоан! — Грациозно обернулась девчонка вокруг своей оси. — Как у вашего бывшего капитана Пёсика, только берёт несуществующих существ из легенд. Так ведь, Элиот?

— Именно, — стрельнул он пальцами. — Но… Джинкс, тебе бы научиться контролировать это превращение, а то…

Он с усмешкой поморщился, глядя на остальных мужчин.

Революционеры вели себя сдержанно, особо юные чуть похуже, а вот местная стража не постеснялась откровенно пялиться на фарфоровые аккуратные грани. Пестрящая молниями надула губки и одарила каждого презрительным прищуром, давая понять, что они сидят прямо здесь и сейчас, вовлечены лично, а не витают в облаках.

— Пф, да будто мне не все равно… Я что, виновата, что одежда не выдерживает таких нагрузок? — Бурчала она. — Да куда-ты пальцами-то лезешь?

Один из стражников укололся об шипящую в воздухе искорку и одёрнул руку. Судорожно проверил, остался ли палец на месте. Джинкс села на место, и в кратком превращении вернула всю одежду обратно.

— Есть фрукты, вот и всё тебе, — хмурилась киборг, после наклоняясь к кудрявому товарищу. — Слушай, а превращение действительно можно контролировать? Я бы, конечно, сказала, что у тебя не зоан и ваще в жопу иди, но ты же умный в этой области…

Им пришлось понизить тон, пока остальные в ярких красках описывали и обсуждали то, что увидели.

— Опа, а теперь знания Элиота Всезнающего тебе понадобились? — Не скрыл мужчина своего звания, своего рода, учёного. Явное превосходство над глупейшей из друзей добавляло немало очков к самооценке. — Дай-ка подумать, стоит ли тебе помогать…

— Твоя цена?

— Ведро мороженого и пачку сухариков, — не теряя заговорщического настроения, шептал кудрявый.

Киборг пожала тому руку.

— Тогда встретимся здесь через полчаса, — отряхивая пыльные шортики, Майор поднялась. Разговоры утихли. — Ладно, ребята, пошла я. Чуть позже увидимся!

Без главного обогревателя стало как-то прохладно. Мужики погуще закутались в пуховики. Девочка исчезла мгновенно, будто и не было здесь таковой.

— Мы ж не обидели её? — Вылез один из капюшона, как улитка из раковины, обращаясь к Элиоту.

— Всё прекрасно, не забивайте голову. Ей просто жуть как надо потренироваться.



Опустевшие казармы пол часа спустя. Кудрявый лейтенант уже греется на жёстком стуле, крепко обнимая толстую энциклопедию. Воздух зыбиться, пошёл рябью, и мгновение спустя комнату окрасило присутствие майора. В рюкзаке, сотканной из войда заместо куртки, девочка притащила оплату за обучение.

— Еле нашла. И отдала немало. Так что давай, поднимай пятую точку и говори, что к чему! — Фыркнула малышка и кинула портфель под ноги товарищу.

Действительно, внутри было ведёрко с рукописным обозначением сливочного вкуса, а также плотно завёрнутая пачка с ржаными сухарями, грозно отдающие запахом приправ. Парень кивнул — сделка засчитана.

— Короче, — пришло время отдавать свою часть сделки, — в этой книге писатель утверждает, что особо умелые пользователи зоанов в процессе тренировок научились превращать отдельные части тела в свою животную сущность, избегая полного превращения.

Джинкс слушала. Выдохнув, мужчина продолжил, но уже без листочка.

— То есть гибридная форма у них была кусочками: рука звериная, всё остальное — нет.

— О-о-о… Погоди, а это вообще реально сделать?

— Зоан не у меня, — с улыбкой пожал плечами стрелок. — Так что давай, пробуй. Преврати отдельную конечность в гибридную. Фруктовую.

— Вот это из тебя помощник… Ладно! Сделать только конкретную часть тела звериной…

«Частичная трансформация, да? Звучит легко… Только недавно я задумалась о том, что всё происходит само по себе, как тут появляется совсем иной процесс, — девчонка глядела на собственную левую руку, которую и хотела избрать для первой цели эксперимента. — Я выбираю всё тело, фрукт ощущаю неплохо. Надо всего лишь выбрать руку. Так, мозг, давай, делай своё дело!»

Жизнь разливается по жилам, как горячий свинец. Звучит болезненно, но именно в этот миг Джинкс чувствует себя живой. Такой живой, будто и не ступила на путь механизации. Но чувство перевоплощение показалось слишком знакомым, а это значит, что ничего не вышло. Стандартная гибридная форма, которая тут же затухла.

— Тц, — выпятила она нижнюю губу. — Ладно, попробуем ещё раз…

Элиот сидел и уплетал мороженое из молока мамонта, радуясь редкой сладости.

«А если попробовать от обратного? Я попыталась обратиться целиком, но исключить всё, кроме руки… Попытаюсь начать превращение с пальцев, и просто не дам пойти дальше».

Просто не дам. Просто! Посмотрите, как у этой девчули всё легко, да? Несколько месяцев учиться одному, жить этим, чтобы резко скакнуть на нечто иное…

Неудача. Неудача, неудача, неудача! Джинкс мигала как лампочка, к которой добрался шаловливый юнец и играл с выключателем. Свет, тьма, свет, тьма. Она зацепилась за один удачный концепт и теперь старалась воплотить его в жизнь.

Гибридная форма отозвалась на подобные попытки ярким букетом искр. Из руки вытянулся молниеносный плазменный жгут, который скакнул в стену и оставил чёрный ожог. Элиот с ужасом в глазах обнаружил, что сидел в каком-то локте от этого действа… Медленно поднёс ложку с мороженым ко рту, так и успокоился.

Прошёл час. Час мерцаний, вспышек, ругани. Под рычащие вздохи подруги Мираж каким-то образом успел поклевать носом, лишь изредка открывая слипшиеся веки.

— Почему не получается?! — Рыкнула девчонка. — Эти придурки с твоей книги точно не наврали?

Иллюзионист резко пробудился, сразу озираясь по сторонам. Дайте ему время прийти в себя.

— Если бы люди врали в научных энциклопедиях врали, — втянул он воздуха сквозь ноздри, пробуждаясь, — миру была бы жопа. Вообще, удивлён, что у тебя уходит так долго. Старайся лучше, детка!

Майор вычурно закатила глаза и продолжила озираться на свою ладонь, представляя и визуализируя процесс шаг за шагом, в мельчайших деталях. Усилием своего желания заставь фрукт возникнуть только в желаемом тобой месте. Ты — его пользователь. Ты выбираешь, как ему работать. Нет, не выбираешь, ты заставляешь его действовать так, как нужно именно тебе.

Джинкс почуяла сопротивление. Будто лезет рукой под чью-то спящую громадную тушу. «Но мне очень-очень надо», — твердила и успокаивала себя девочка, отталкивая живую пушистую преграду. Существо, изначально не движимое, подаёт признаки жизни и устремляет взор своих сиреневых глаз-щёлок прямо на раздражитель. Розововолосая с гневом для себя определяет этот взгляд унизительным, снисходительным. Как человек смотрит на закрытую в банке букашку. Кажется, даже не признавая присутствия. Так, блоха.

«Отойди», — твёрдо, не страшась, приказала Джинкс Бэдлак. Не сводила тяжёлого взгляда, руки не переставали отодвигать зверя с места.

Зверь медленно прошёлся взглядом по нахалке от пят до самой макушки, не теряя в величии и грации. Не похоже, что он вообще слышит жалобный писк откуда-то снизу, недовольное жужжание. Громко фыркнул, пуская волосы Джинкс по ветру и немного отодвинулся, чтобы вновь скрутиться в единый ком шерсти.

Левая рука касается света в ямке, что была сокрыта зверем и наливается кипящей жизнью. Не сразу, но Джинкс понимает, что смотрит на свою обращённую в молнию руку, хотя сама осталась человеком. Правая ладонь тут же пригладила волосы и с радостью нащупала обычные локоны. Посмотрела в ноги — кроссовки, как и всегда до этого. Оба революционера заворожено глядели на результат многократных попыток. Рука потухла. Одним лишь желанием и общим принципом теперь правая нога горит сиреневой молнией и потихоньку обжигает холодный камень под ногами.

— Получилось! — Не на шутку обрадовалась она. — Конечно у меня получилось, я чё, лохушка какая-то?

Парень в уважении опустил края губ и медленно захлопал в ладоши.

— Это реально круто. Не знал, что когда-нибудь увижу человека с таким мастерством управления своими формами, — Элиот не мог не порадоваться за дорогую подругу, а также наградить добрым словом за такие старания.

Словно научился кататься на велосипеде. Ты падаешь из раза в раз, разбиваешь коленки, локти, но садишься обратно и отталкиваешься от земли. И в тот момент, когда ты поймал равновесие, держишь контроль и баланс — понял, каково это, тебя уже не спустить с этого велика.
Конец дкнс.