[Вест Блю] Остров Хильдора

[id799844790:bp-36291248_264085|Maximilian], [id323120613:bp-36291248_264067|Дмитрий], [id213233084:bp-36291248_264049|Аладей], [id217725250:bp-36291248_263952|Николай],

Продолжительное, и казавшееся таковым лишь по причине экстремальной работы организма, когда сердцебиение и темп дыхания опережало ход действительности в десятки раз, затишье перебивалось возмущением младого паренька за спиной. Незнакомый потомку юноша, преисполненный разнородными эмоциональными всплесками, возникшими на фоне «предательства» товарища по охоте, незапланированной тактильной встречи со смуглой девушкой и наверняка не самым удачным ударом об оземь, сетовал и пытался привести себя в чувства. А Люсетт чувствовала, что затишье-то – перед бурей, и была настороже. Мгновение, и зелёный перелесок расчесался очередной волной рёва, принадлежавшего не кон Турсин. «Столкнулись?» – подумалось темнокожей лицедейке, пока янтарный взгляд выискивал обнажённый путь среди далеко располагающихся крон и кустарников, чтобы попытаться запечатлеть хоть какие-то телодвижения на раскрывающейся немногим поодаль поляне.

– Мне надо увести тебя на безопасное расстояние, – констатировала Сио, когда осознала, что на данный момент столкнувшаяся парочка остаётся незамеченной и этим пользоваться следует оперативно. Нервно вдохнув, девушка суетилась на одном месте, но стоило обернуться ей к Сайрусу, как сталось заметно, что потомок взяла себя максимально в руки.
– Поверь мне, там сражаются люди, которые справятся с этой проблемой, и не надо будет ничем рисковать, – беспокоясь о юношеском максимализме, который вполне мог проступить в пареньке, когда ему предложили условное бегство, лицедейка напустила на себя вид крайне утвердительный и лучезарный. Протянула руку и мощным хватом за предплечье вытянула Сайруса на ноги, в дополнение ко всему подтверждая слова и собственной силой, благодаря которой лицедейка могла спокойно поднять юношу и над землёй. Правда, это уже был ненамеренно использованный инструмент давления. Скорее, темнокожая гудзом была перенапряжена, и тело являлось одной сплошной толстой струной. И, может, у молодой пары, недавно слившейся телами в порыве шуток судьбы, вышло бы удалиться в закат под звуки сражения, оставленного позади. Но кто бы знал, что смена позиции на поле битвы будет исчисляться в секундах.
Не успела Люци полноценно отпустить руку Сайруса в надежде на его положительный ответ, который бы мог стать хороший подоплёкой для отступления, как хруст задеваемых веток принёс с собой очередное тело. Девушка подскочила на месте, ловкими перебежками оказываясь за спиной младого паренька и выглядывая из-за его плеча на приземлившегося только-только неподалёку рыжего человека. Тревога природы, что треском и хрустом уведомляла о «подлёте» ещё кого-то к их укромной обители, заставила мысли биться напуганной птицей. Бежать… Быстро… Но они…

Янтарный взгляд упал на рыжего юношу, что явно потеряет в реакции по причине жёсткого приземления. Суетно зацепился взгляд за топор с прицепом в виде самостоятельной конечности, теперь независимой от прежнего владельца. И следом внимание вгрызлось в кустарник, подле которого и обрушили свои тела юные недо-влюбленные. С половинной силой оттолкнула девушка Сайруса в сторону, разъединяя двух юношей друг от друга на гарантированных нескольких метров – было важно, чтобы все точки для нападения были распределены по пространству так, чтобы их нельзя было смять кучей.
Ход тяжёлых лап в тишине перелеска откликался ударами сердца, им же измеримые, и смуглая особа сорвала резким рывком руки охапку ветвей кустарника. В несколько прыжков она преодолела расстояние, позволяющее встать в метре от Ульриха, становясь живым препятствием на пути к нему.
И когда зверь бы вынырнул к ним на пространство, остановится он али нет, Люци будет из стороны в сторону агрессивно и размашисто махать веником, с оставленными корнями, веток с желто-оранжевыми приростами: и если внизу они были потемнее, то лиственные верхушки были очень яркие, огненные. Обычное кустарниковое растение, сродни пузыреплоднику, факелом металось в руках лицедейки и будет быть по морде, если зверь не остановится в атаке.

– А НУ ПОШЁЛ ВОН! – сопровождала криком махание лицедейка, пока рука, державшаяся подле собственного живота, готовилась кулаком наносить удар по той площади тела, которая в случае сближения окажется доступной. «Пожалуйста…» – пищало жалобной мышкой сознание внутри, пока глаза были испуганно распахнуты, а тело – в безысходности и готовности напряженно.

Краснопёрая приняла отведённую стратегию и её придерживалась. Пока сражение кипело, на высоте метров шести-восьми над поляной Илайн кружила в гибридной форме. Не стремилась она вмешиваться, но контролировала передвижения Зверя, как если бы предполагала, что он может кротом провалиться под землю и переместиться. Следила и за капитаном, чтобы вовремя уловить любой его жест, дополняющий распоряжения по отношению к сражению. Анализировала движения зверя, реакции товарищей по команде и пыталась рассмотреть всё, что было подвластно птичьему взгляду. Честно признать, вряд ли бы она вмешалась вопреки указу капитана даже в том случае, если бы кому-то угрожала однозначная опасность. Но стоило зверю направиться вслед за Ульрихом, где по чьей-то случайной воле осталась, как ей думалось, в безопасности Сио, как мощные алые крылья совершили размашистый мах, и гибридное тело разрезало воздушное пространство. Но опускаться – приказа не было, потому девушка замрёт над одной из толстых ветвей, вперев взгляд в сменившееся поле сражения и готовая реагировать на любой жест, к ней обращённый. Что касается её мыслей – это был шум прибоя, умиротворённый и не тревожащий беспокойством душу. Ни страха, ни опасений – слепое следование и вслушивание.

ᅠОставить на древке топора сжатой ещё руку одну.
К цели своей устремлён был Зверь. Деревья, что редки были в перелеске, и кустарники – препятствиями служили незначительными для массивного тела звериного. Ветки, облепленные листьями, скользили по шерсти монстра, вперёд устремлённого, и ломались, если оные оказывались по случайности чрезмерно близко. Слепое преследование рыжего охотника, кой первым прошёлся кромкой стали по толстой нити жизни хищника – и смелость эта его заводила, поджигаемая покалывающим послевкусием от принятия лезвия в грудь. Человеческое вмешательство не равно выяснению отношений между теми, кому принадлежит природа и всё живое в ней. Вероятно, так ему думалось. И едва обратил бы внимание он на очередную тощую и жилистую добычу, что резко возникла из кустов.
ᅠРазорвать чьё-нибудь сердце.
Всё же летящий варвар, на котором и мяса-то достаточно, и оружие более весомое – оный был куда как интереснее, чем девушка, от которой пахло выпечкой и, отдалённо, рыбой. Не привык всё же этот охотник к рыбным пирогам, а посему – не мог с уверенностью утверждать, какой вкус предпочитает. Хотя на полях сознания, что довольно широкие, стоит заметить – он отметил её оставить про десерт.
ᅠСожрать.
Однако всё развернулось весьма неожиданно. Вылетевшая Люци размахивала ветками от кустов с такой интенсивностью и старательностью, что оранжевые листья смешались в пятно. Созданная иллюзия огня в распалённом зверином мозге принудила к заложенной осторожности. Конкретно в оном – даже воспитанной внутри. Ужас ли, недоумение ли заставили того остановиться в последний момент для оценки рисков. В метре от особы среднего роста навис образ массивный и пятнистый, дыханием своим пуще ветра заставляя трепетать шатенистые волосы. Вновь на задние лапы вставший, и оные же раздвинув по сторонам разным, Зверь готов был прихлопнуть возникшего комара, как только учует ложь в опасениях своих, и напрягал лапы задние для прыжка, пока хвост медленно ходил туда-сюда. Титаническое усилие, стоит сказать – сдержать на долю секунды ярость в крови и призадуматься. К такому Зверя последнее время не готовило. Крик, подкрепляющий старательную инсценировку девушки, лишь добавлял капель сомнения, но запах страха давал понять, что что-то здесь не так чисто, как видно затуманенным разумом. Едва охотник осознал, насколько наглым образом он был обманут, гортанный рык просочился сквозь горло и огласил приговор девушке, обещающий долгое и мучительное переваривание.
Осознание заняло всего пару секунд. Около семи прошло с самого начала боя. И лапа когтистая, ярко контрастирующая внутренней стороной с тыльным оборотом, уже приготовилась привести приговор в исполнение. Вспороть бедную девушку. Покамест сбоку не раздался голос нового участника всей «кото»васии.
ᅠ«Сейчас»
Голос был спокойным, но остаточно громким, дабы мог Его услышать каждый, кому предназначался.

Бой начался без предварительного объявления, но с перебранкой двух звероподобных. Возможно, и имело бы смысл дать мохнатым уладить их личные дела – но итог был бы вполне ожидаемым. Далеко не факт, что два рога с копытами в противостоянии с массивной мускулатурой, острыми когтями и зубами дали бы решительный перевес в бою. Разумеется, это если не брать в расчёт, что [id213233084:bp-36291248_264049|Мерденмора] была существом цивилизованным, а Зверь – культурой не отличался, и сражался каждый раз как последний. Обычный зверь, что привык полагаться исключительно на себя, но в то же время – неестественная его мускулатура сделала бы смертельно опасным противником и полевую мышь. Что уж говорить про хищный вид.
Скорость противника была поразительна. Успевал он реагировать на каждый выпад со стороны команды и даже совершенно не забиться о защите. Вероятно, ему и не стоило.

Каждое полученное ранение на глазах зарастало плотным рубцом, останавливая кровотечение, - если оно вообще было, – и смывая любой мало-мальский успех. Возможно, что это вообще и не зверь, а комбинация биологической гибкости с машиной, что разгоняла внутренние процессы до предельных значений. Зверь горел, словно костёр в непроглядной темноте. Заявлял о том, сколько же в нём кипело жизни. Когда животное рвануло на Мерденмору, первым среагировал [id217725250:bp-36291248_263952|Даби], срывая первичный натиск, и, – хоть инерция и взяла своё, – девушка оказалась вне серьёзной опасности. Может поэтому, а может потому, что капитан – холодная тварь – Хестер не бросился в отчаянный приступ, в котором «всё или ничего». Дымовая завеса оставляла лишь видеть силуэты происходящего – и только, насколько быстро Зверь разбросал прочих, уже успевших включиться, союзников по охоте. Нет, в лоб эту тварь не одолеть. Наблюдая как Даби, Мерденмора и [id323120613:bp-36291248_264067|Ульрих] разминали сий Джаггернаут, Алдори следил за движениями противника, вылавливал каждую крупицу информации, что только мог уловить. Но когда варвар незнакомый пронёсся смазанным пятном через поляну, а [id564078609:bp-36291248_264090|Люци] – вынырнула из кустов, размахивая ветками, Зверь затормозил.
Набрав в лёгкие побольше воздуха, де Скари дал команду своим топорщикам.
– Сейчас. – Голос был холодным и взвешенным.
Команда получила ряд ссадин и царапин, дабы подарить основному тарану окно в пару секунд, и воспользоваться им было жизненно необходимо. Дымовая завеса почти полностью осела, и, словно призраки, Моркар, Хаард и Хестер вынырнули из «тумана» на Зверя. Два силача бежали впереди. Вытаскивали Люци из щекотливого положения. Метили топорами в тушу кота, соблюдая почти полное молчание. Лишь тяжёлое дыхание давало осознать, что оные – вполне живые люди. Оба удара были нанесены синхронно и почти смогли отбросить животное, но оно уже успело ощутить на себе всю боль от удара топора. И умудрилось успеть ухватиться за лезвия, вгоняя когти в металл. Всё же это был не бомбсидиум, но какова же была мощь в лапах, чтобы оставить глубокие борозды и остановить оба удара. Полусекундная остановка позволила Алдори войти в бой. Запрыгнул на остановившиеся обухи, он нанёс размашистый удар кончиком сабли в переносицу, оставляя быстро затягивающуюся рану, но внезапность удара – сделала своё дело. Фехтовальщик соскользнул с оружия хатанг, когда Зверь взревел и Моркар с Хаардом навалились на противника, стремясь опрокинуть оного навзничь. В бешенстве от скопления факторов, – что ни один, по сути, ударом не достиг своей цели, а кровь всё ещё не попала на язык хищника, – Зверь отловил захват. И широким броском сшиб обоих борцов, швырнув их на пару метров в сторону и оставаясь один на один, в его понимании, с дуэлянтом.
Встречный рывок – Зверь рассёк воздух когтистой лапой воздух, но нашёл лишь воздух. Хестер успел прыгнуть и перекрутиться в воздухе вдоль своей оси, приземляясь на ноги уже под Зверем, и вогнал острое шило шпаги глубоко в глотку. Дыхание зверя было беспощадно сбито, и жгучая боль пробила горло. Теряя силы, чудовище начало оседать, пока юркий фехтовальщик вынимал лезвие и отходил в сторону, дабы не оказаться придавленным весом. С довольной ухмылкой Хестер отвернулся и уже с пафосом начал вкладывать шпагу в ножны, под аккомпанемент хрипящего дыхания животного. Но никогда не стоит отворачиваться от противника, даже если тебе могло показаться, что победа уже в кармане.
Острая спица хоть и пробила горло, была остановлена неестественно прочной костью, коя не позволила холодной стали добраться до уязвимого содержимого позвоночника. Когтистая лапа сомкнулась на голени Хестера и резко рванула под зверя, позволив кузнечику приложиться головой оземь и, продолжая движение, подлететь в воздух на добрые метров пять. Намереваясь принять фехтовальщика в момент, когда услужливая гравитация принесёт добычу сама, Зверь сжал кулак, готовясь нанести костедробительный апперкот.

[id799844790:bp-36291248_264147|Maximilian], [id564078609:bp-36291248_264090|Φιλία], [id323120613:bp-36291248_264067|Дмитрий], [id213233084:bp-36291248_264049|Аладей],

Бой не просто начался, но уже активно продолжался. Настолько активно, что у зрителей такого шоу давно бы уже закончился попкорн. По сути сейчас происходит чуть ли не круг спасения друг друга от встречи с предками. Сначала Даби попытался спасти Мор от прыжка, потом Мор спасала Даби от рук зверя, после чего уже девушку спасал неизвестный мужик с топором. Кстати, довольно-таки мощный топор, если после таких хватки и броска он всё еще цел и невредим. Не знаем как его обладатель, но само оружие было мощным. Не чита тому, что сейчас имелось у Даби. Меч в ножнах парня был, по сути, зубочисткой для зверя, чтобы просто поколупаться в зубах после пира, который ему сейчас устраивают Гудзомы. Но сейчас не об этом.
Как только Даби прижали к земле, то он попытался упереться ногами в живот или грудную клетку нависшим над ним зверем, при этом всеми силами толкал от себя.
– Слезь с меня, уёбок. Мы еще даже на свидание не ходили! И почисти зубы! – возмущался Даби, но от выхода души из тела его спасло какое-то животное, которое из-за дыма Даби не совсем разглядел. Но мог точно понять, что оно спасло его и оттащила от парня. – Слава бля духам!
Даби же не разлёживался, а сразу же перевел вес на плечи, упершись руками в землю, после чего оттолкнулся руками и приземлился на слегка согнутые ноги. Правой рукой он сразу же достал меч, а левую руку с перчаткой положил на землю. Он чувствовал, как рядом со зверем и еще кем-то оказался еще один человек, а затем резко покинул точку битвы.
Мечник сразу же рванул из дыма, но не на зверя, а в сторону. Меч был опущен вниз, а парень когда покинул дым наконец-то сделал глубокий вдох, при этом используя технику дыхания, благодаря чему начал насыщать свои мышцы кислородом, а легкие слегка расширились в размерах от количества воздуха. Этот бег начался по сути вместе с тремя варварами, но если троица напала на прямую, то Даби сейчас делал дугу и выглядел как силуэт между деревьями. Да, он специально покинул эту поляну, чтобы прятаться за деревьями пока обходит врага в слепую зону. Так же бег происходил не на всю стопу, а больше на носки, ведь парень использовал один из приёмов его семьи, а именно “Бесшумный Бег”. Да, приходилось обращать внимание на землю под ногами, чтобы не наступить на ветку, но Даби слишком часто сбегал в лес, когда был мелкий, поэтому отточил эту способность именно в лесной местности.
Появился он из леса снова на поляне за спиной зверя, а также в момент, когда Хестер уже победил врага, по его мнению. Промедление со стороны капитана, и он уже был отправлен в небо, а всё внимание зверя зациклилось на том, чтобы ударом с апперкота устроить жертве K.O.

Даби на всей возможной скорости, учитывая еще и то, что мышцы сейчас были неплохо напряжены и насыщены кислородом (сорри за повторение) сблизился со зверем, а затем резко оттолкнулся от земли в метре от зверя, а потом еще раз оттолкнулся от спины зверя, чтобы подлететь еще выше. И только затем, вбил клинок, который держал обеими руками за лезвие, а также рукояткой вверх, в плечо зверя сверху вниз, при этом целясь именно в ту руку, которая была сжата в кулак для нанесения жесткого удара. Клинок, по сути, пришелся на Трапециевидную мышцу, а именно в верхнюю часть, а также вошел примерно на больше половине лезвия. Рука для атаки после такого входа в мышцу должна была ослабнуть, благодаря чему добивающая атака по капитану не должна была быть слишком сильной.
Также в тот момент Даби наконец-то заметил кота, который принадлежал Гудзомам, и которого Даби прозвал Когу. Сокращённо от “кот Гудзом”. Что? Парень был не силён в именах, а питомцев в детстве у него не было, чтобы потренироваться. Сейчас у парня было два решения. Либо попытаться нанести еще какой-то урон зверю, забравшись на плечи. Либо спасать это мелкое создание.
– Блять. – это всё, что выдал Даби, после чего резко схватил животное левой рукой, а сам поставил обе ноги на спину зверя и оттолкнулся от неё, при этом резко вырывая и кота и меч из спины зверя.
Вот только учитывая то, что зверь довольно-таки быстро и очень зол, держать зверька при себе было не лучшей идеей, ведь сейчас огромный кошара перейдет вниманием уже на самого Даби.
– Пиздуй отсюда! – сказал Даби сразу же после того как только покинул спину зверя и потом сразу же откинул котёнка в сторону, а сам прикрылся своим мечом до приземления, ведь удар с разворота другой рукой никто не отменял, пусть и другой рукой. Коты приземляются на четыре лапы, вот и посмотрим, насколько Когу стал опытен как кот. Иначе в этой странной команде ему долго не жить. Сам же Даби понимал, что лучше было бы наносить урон, а не заниматься спасением, но что-то заставило его выбрать другой вариант. Неужели у психопата началась пробуждаться жалость к более слабым существам? Или он уже посчитал котёнка частью команды, пусть и не суперполезной, но в семье не без лентяя. Хотя хотелось бы лучше полениться, а не получать удары от непонятного мутанта-кота, который, по всей видимости, распрощался с мозгами быстрее чем пироман. Хотя, смотря на этот бой, всё-таки появлялось странное смятение в виде того “Кто из этих двоих больше сошел с ума?” Зверь, который желает пожрать и убивать? Либо психованный пироман, который жертвует своим здоровьем ради других? Сначала удар по плечу, чтобы спасти капитана, хотя мог просто атаковать в хребет или по ногам. Да еще и не понятно нужна ли было этому человек помощь? Всё-таки, он опытный охотник, не то, что Даби, который максимум бегал с деревянным мечом по лесу, чтобы натренировать себя в природных условиях, ведь хотелось, чтобы отец гордился им. Потом еще и кота спасать как какой-то пожарный.

Словно кот, – да, тавтология, – следящий за птицей, Зверь был настолько поглощён капитаном летающим, что напрочь забыл про защиту спины. А если учитывать, что Даби решил потратить большую часть времени, – покамест хищник был отвлечён на раздачу тумаков бесплатных прочим членам команды и Ульриху, – на пробежку по лесу, то только будь у чудища перчатка алхимика, он ещё имел бы шансы что-то заметить. Но технических новшеств персонажу сему не завезли. Рука уже начала свой ход, когда лёгкий толчок в спину соизволил снова воспроизвести в голове ощущения от тарана комара, а в следующую секунду – комар доказал, что он тоже бывает крупный. С металлическим хоботком. Клинок Даби вошёл в глубину тела примерно на треть, после чего был остановлен плотной мышечной тканью зверя, что содрогнулась от резкого вмешательства, сокращаясь. Рёв огласил округу, когда стороннее вмешательство разозлило Зверя ещё сильнее. А комар спасать шкуру собственную не торопился. Даже когда гордая «чернокрылая» птица пала на землю, выпустив дыхание из лёгких, мечник на спине копошился с каким-то прилипшим репейником на шерсти монстра, не стремясь быстро разорвать дистанцию. Он что-то там говорил, но затуманенный разум, который уже начинал пульсировать в ярости, не мог разобрать даже членораздельную речь. Клинок начал вырываться из тела животного, но сильно сжатые мышцы уже начали восстанавливаться, что лишь добавляло лишние мгновения перед схождением с шерсти для двуногого.
Роковые мгновения.
Едва [id217725250:bp-36291248_264164|Даби] оказался на земле, спроваживая, возможно, самого эффективного в нынешних обстоятельствах. Ведь Когу и сам был котом, и прекрасно разбирался в анатомии себе подобных, но его яростный писк: «Бейте его» – остался никем не понят. Или не услышан. Одно из двух. Выставив меч для блока следующей атаки, Даби создал иллюзорно крепкую защиту от кулака возмездия номер 2, но не слишком понимал один небольшой нюанс. Повреждённая трапециевидная мышца действительно без прежней бодрости могла отклоняться назад или подниматься, в совокупности с вращением, но сейчас сие не так важно и интересно. Зверь рывком развернулся на сто восемьдесят градусов, – почти не изменил положения руки, разворачиваясь через ту, что раненная, – и нанёс хлёсткий удар в спину мечника, от чего воздух стремительно эвакуировался из лёгких, а земля стремительно приближалась, сокращая расстояние между параллельными плоскостями Даби-почва. Благо, клинок был направлен от мечника, иначе обзавёлся бы он ещё и глубокой раной, с кой встать уже не судьба. Тяжёлая лапа прижала мечника к земле, и следом две когтистые – сомкнулись с двух сторон, оттягивая голову пироманьяка вверх через спину.
Стремительно нажимая на кнопки геймпада, Зверь уже почти совершил приём Обезглавливалити. Если только не запутается в последний момент или кто-то не выдернет шнур на последнем нажатии.

[id564078609:bp-36291248_264090|Φιλία], [id213233084:bp-36291248_264049|Аладей], [id323120613:bp-36291248_264067|Дмитрий].

[id799844790:bp-36291248_264056|Maximilian], [id323120613:bp-36291248_264066|Дмитрий],

Топор.
Топор звенел в голове у Мерденморы, как рында, в которую матросня по веселой трезвонит, как в чесночную головку. От того, как Зверь обрушил рогатую наземь, у зверолюдки зазвенело в ушах, да что там в ушах, завибрировало на протяжении всего позвоночника, а рога начали принимать сигнал с радиоволны "Земля-воздух-земля". Если бы она могла видеть, с какой скоростью заживляется нанесенная ею рана, разумеется, Мор пришла бы в такую ярость, что не дайте духи и всполыхнула бы без всякого фрукта или без помощи Даби.
Но пока... пока спасительное милисекундное забытие.

По хорошему, сейчас просто необходимо вновь измениться. Дать телу перетечь в нечто небольшое, на вид беззащитное, бледная погань на то и бледная погань... Но оглушенная и потерянная, она не могла сконцентрироваться на непостоянности собственного облика, деформировать его, словно бы давно не переходившее в полную, тело "соскучилось" и желало задержаться в оной подольше.
Одна только ярость, чистая, священная - одна только она закипала в крови вдосталь, чтобы вернуть себе разум быстро и взять тулово под контроль разума, а не шерсти.
"Да что эта мохнатая швабра пятнистая себе позволяет!"
Это не был Зверь в понимании зверолюда "полный". А значит, ее притязания были равны и достойны, ей не требуется выказывать уважение к древнему прародителю рода кошачьего, а значит - пошел он в задницу, покамест не помер, потому что здесь все они равноправные хозяева этого трижды сраного леса!
Впрочем, именно топот зверя, вновь сменившего вектор движения после того, как варвар всадил ему свежеполученное орудие труда и обороны в сиську.
"А ведь он вполне мог лишить меня рогов или просто размозжить мне череп."

Все еще туго соображая, но повинуясь тому, что судьба в виде мимолетного Ульриха и танцев с веником дала ей время, Мор поднялась на ноги. Сначала на четыре. Встряхнула шерсть, черную, как сама ночь, повращала безумным взглядом, попутно облик ее деформировался, перетек вновь в привычную многим (но явно не всем) форму полуженственную и еще более дикую.
Все же, сила ее оставалась в больше мере именно здесь.
И ладно бы сила...
Зверь метался из стороны в сторону в их схватке, сердце бешено металось в груди, намереваясь без помощи противника проломить себе окно в Европу в ее ребрах.
Она тоже сражалась, как в последний раз. По крайней мере, раньше, когда ей некого было защитить, как себя, не было никакого "завтра", о котором хотелось бы думать. А сейчас страх, липкий, потный, дрязкий, сжал сердце и заставил дрожать когтистые руки.
Поскольку в тот момент она и увидела, как отворачивается Хестер от якобы побежденного зверя.
"Нет! НЕТ! Если ты выживешь, я убью тебя сама, чтобы больше ты никогда..."
Как известно, Знание - худший из врагов Покоя. И сейчас это оправдалось вдосталь, Мор не надо было слышать звон стали о кость, не надо было даже ощущать своим телом, как сокращаются мышцы озверевшей пятнистой твари, чтобы понимать, что случится мгновением спустя.
Все не могло оказаться так просто.
Она рванулась в сторону зверя, сокращая расстояние так быстро, как могла, но в сражение уже вмешался Даби, без малого спасший шкуру капитана, теперь бы только кто спас его самого... Этого ж малохольного ни меч его не спасет сейчас, ни запас взрывчатки, особенно с учетом того, что вряд ли кто-то кроме него знает, что с ней делать и не опалит морду вместе с мозгом, если та вдруг абсолютно случайно бахнет.

Единственное, что сообразила она в тот слишком короткий момент - совершить движение обратное тому, которое могло привести к гибели докучливого мятного шарика. К тому же, теперь она отчетливо слышала запах и вопль котенка. Он был, не показалось, а значит и разум на месте. И капитан был - пока живой, пусть наверняка и видит свой угрюмый ушибленный сон.
Лучше бы меч остался в спине. Лучше бы он остался там...

Мерденмора использовала ближайшее опавшее дерево, как табуретку для встречи с антресолями. И, подпрыгнув, как виданная гимнастка на брусе, зверолюдка развернулась в воздухе, обрушивая на шею и плечи Зверя копыта, надеясь если не отвлечь, то хотя бы замедлить нелицеприятный процесс.
"Нас слишком много. Топчемся под ногами. Ну же, Моркар, Хаард!"

Радость победы застлала глаза Зверя. Кузнечик, что дважды успел досадить животному, был уже в лапах. Цепких и когтистых. Едва слышимая музыка, как череп и позвоночник хрустят от внешнего воздействия, приводили хищника в чистый восторг, граничащий с экстазом. Он уже так долго не пил сладкой крови, – и вот его приз, награда. Голод отступит. На секунду, даже меньше. Рана в плече уже была не столь досадной, ведь она принесла столь желанное лакомство. Зверь даже не мог вспомнить, сколько лет он уже сдерживался, прежде чем испытать наслаждение сим фуршетом. Лес был праздником для живота. Настолько же ужасным и болезненным, насколько и желанным. Потерявшись в своём триумфе, Зверь забыл, что Даби (https://vk.ru/id217725250) на площади далеко не один, а сцена находится в окружении его друзей, если можно так выразиться. Хотя монстра уже атаковали сверху, радость была столь велика, что он уже и забыл защищать уязвимое место, но вспомнил об этом лишь в тот момент, когда Мерденмора (https://vk.ru/id213233084) запрыгнула на спину и вжала рычагом весь корпус зверя вниз.
Шея Даби испытала невиданное расслабление после столь экстремального массажа, но спина теперь точно не заболит в обозримом будущем.
ᅠНет худа без добра.
Но будучи зажатым между лап Зверя, голова его с силой устремилась в землю, впечатываясь в грунт на сантиметр с лишним.
ᅠИ добра без худа.
Слышали ли варвары, что только умудрились приподняться после падения, крик Мор, или она вообще только думала свой ментальный крик. Но оный услышан был.
Видели, как зверолюдка прижала противника, а Даби вжимали весьма эротично, бугаи повскакивали со своих мест, напирая на врага. Варвары вцепились в лапы Зверя, совершенно забыв про свои топоры, – не было времени поднимать, – разжали хват с головы пиромана. Но когти, что не хотели расставаться с добычей, всё равно оставили небольшие, но раздражающие, царапины на висках.
– Дэрж! – прокричал Хаард.
Сил двух здоровяков едва хватало, чтобы удерживать Зверя на одном месте, а тот продолжал дёргаться, вырываясь из тройного захвата. С каждым рывком лапы проходили по миллиметру из рук людей, что даже на общем почти не говорили. Но они держались. Каждый мускул, что мог бы помочь, был напряжён. Если Зверь вырвется – ярость его будет невероятна. Он и прежде был далеко не тихой гаванью в своих черепных хоромах, но сейчас – там бушевало пламя из доменной печи.
Он почувствует кровь. Хотят эти букашки, что втроём едва могут его сдержать, или нет. Он будет рвать и метать. Они почувствуют, что до сих пор были кошки-мышки, а теперь начнётся настоящая охота. Живых не останется. Они все сдохнут, а он напьётся досыта.
В суматохе было плохо видно, но особо наблюдательный мог заметить, что в ярости зверя был отклик и тела его. Словно питаясь жаром сознания, его регенерация получила дополнительный стимул.
Но может ли тело избежать бушующего в крови пожара, или сожжёт себя раньше?
Небо, что стремительно заполнялось всё более густыми тучами, начало свою овацию, огласив округу первыми вспышками молний. Первые капли сорвались из нутра небесных медуз, и первые всплески маленьких водных планет разлетались брызгами от препятствий. Гроза пришла. Будет ливень.

Ульрих (https://vk.ru/id323120613).