Предвкушение битвы и неотступающее безумие разогнали метаболизм до пределов. Весь мир вновь замер, двигаясь пугающе медленно. Ничто не остановит его. Даже злые люди, что изнывались над разумом и телом – больше не будет болезненных игл, не будет тошнотворного привкуса во рту. Как только Зверь разделается с вторженцами, он отыщет и поквитается за боль тысячекратно. Возможно, именно кровь и мясо этих людей смогут утолить голод. Хотя бы на секунду – этого будет достаточно.
Наконец-то! Жертвы показались впереди. Букет из запахов сводил с ума. Кожа, кровь, мех, подгоревшая плоть и даже перья. Всё смешалось в упоительном аромате, заставляя Зверя исходить слюной.
Упёршись лапами в землю, тварь остановилась, дабы ответить на вызов как подобает. Эти заслуживают особого отношения, иначе трапеза будет не столь желанной. Всё равно они умрут. Сейчас. Без промедлений.
Зверь взревел изо всех сил, что даже листья возле него подбросило вверх, декламируя свою волю, и даже не говорящий на языке обезумевших животных понял, что в рёве не было ничего, кроме как «Умрите!».
Зверь с силой ударил о землю, отталкиваясь ногами, и послал себя в воздух. Сейчас весь мир сошёлся на одной единственной фигуре. Козлоподобная девушка стояла прямо напротив него. Вкус крови покинул пасть Зверя, но это его не волновало. Перед ним новый источник сладкого нектара жизни. Расправив лапы по-звериному приспособленчески, дабы и удачно приземлиться, и в полной мощи схлопнуть, вцепиться, растоптать, брызжа слюной, Зверь летел прямиком на Мерденмору, готовый впить когти и клыки в наглое существо, что осмелилось бросать Оному вызов.
ONE PIECE RP ·
[Вест Блю] Остров Хильдора
[id213233084:bp-36291248_263811|Аладей], [id323120613:bp-36291248_263911|Дмитрий], [id564078609:bp-36291248_263912|Φιλία], [id799844790:bp-36291248_263946|Maximilian],
Пьеса, поставленная на театре под названием Хильдора, набирала обороты и чем дальше в лес продвигалась группа, тем громче играла музыка, и тем быстрее двигалась кровь по организму пироманьяка, вырабатывая всё больше и больше адреналина. Именно он чаще всего и нужен был для того, чтобы хотя бы иногда сердце шрамированного пирата выдавало хоть что-то, кроме обычного пульса, который порядком уже надоел. От предвкушения веселья Даби аж слегка прикусил губу до крови, но при этом это даже не замечал.
Бежать на одном темпе с Мор было практически невозможно, а вот успевать за капитавном и не выпускать его из вида было еще как по силам Даби. В один момент парню казалось, что у них с капитаном гонка кто быстрее догонит зверочеловека, при этом иногда вперед выходил и Даби, но опытный охотник в лице Хестера очень быстро забирал себе лидерство назад. Но всё-таки когда маленькая поляна была уже рядом, то капитан полностью вырвался вперед, оставляя Даби слегка позади. Всё-таки из-за того, что парню постоянно приходилось левой рукой касаться деревьев, а иногда перепрыгивать через высокие корни, при этом используя левую руку как опору, он и потерял первое место в этом забеге.
Раздался первый крик, а именно Мор, которая как истинный воин вызвала противника на бой, при этом держа в руках палку как копье. Ей бы еще щит, и она была бы истинным Спартанцем, который с голым торсом и накачанными мускулами бросает вызов любому противнику, даже если он в разы сильнее. Не хватало еще ямы прямо перед Мор, чтобы с криком “Это Гудзомы!” пнуть зверя прямо в эту бездонную яму, в которой скорее всего внизу были бы колья, а может и что-то из не особо благоухающего. Но, мы слегка отвлеклись. Когда раздался крик девушки-барана, то Даби был еще между деревьями и не выбежал на поляну к команде. При этом его не особо скудный, но при этом повернутый на фигне из-за психических травм, ум сразу же смекнул, что следует приготовиться. Левая рука сразу же скользнула в сумку, в которой были сокровища пиромана, а если быть точнее, то взрывные устройства, при этом их выбор не такой уж и большой, но при этом для подобных столкновений отлично подойдет. Выбор пал на дымовую, потому что она сейчас будет самая безопасная для команды. Устройство было взято сначала левой рукой, но как только парень выбежал на поляну, то сразу же оказалось перехвачено в правую руку.
Но как только раздался еще один крик и зверь его только начал издавать, то Даби как раз-таки уже оказался на поляне, но при этом не останавливался. Он бежал ровно к Мор, а возможно даже прямо на зверя, игнорируя даже новенького, который, видимо, тоже рванул в эпицентр сражения, но Даби сейчас было всё равно. Но жертва охоты выбрала своей целью именно девушку. Ну, в целом хороший выбор, ведь пусть девушка лишь на определённый процент и человек, но остальная часть — это баранина. Какой зверь откажется от вкусной баранины? Да никакой! Вот только обладатель этого самого мяса может засунуть палку в руках в жопу и несколько раз прокрутить её, увеличив диаметр очка до размеров баскетбольного кольца, но получится ли такой фокус с таким врагом было неизвестно. Его затея была кинуть дымовуху либо между Мор и зверем, а может и если получится до стоящего зверя, чтобы сбить ему нюх. Но всё оказалось еще лучше, ведь тот решил прыгнуть, используя все свои кошачьи инстинкты.
– МОР, ЗАЖМИ НОС! – только и раздался крик Даби за спиной Мор примерно в метрах так трех или чуть больше.
Когда зверь сделал свой кошачий прыжок на Мор, то Даби был не так уж и далеко от девушки, а если быть точнее то в метрах двух, а может и чуть больше. Парень из всех сил выставил левую ногу вперед, пытаясь ею затормозить тело, но вместо этого продолжал немного проезжать вперед, а корпус разворачивая так, чтобы правая рука была за спиной. После чего раздался бросок дымовой гранаты прямо в зверя, который сейчас был в воздухе. Всё-таки каким бы быстрым не был зверь, но в воздухе можно подловить самых быстрых из
Пьеса, поставленная на театре под названием Хильдора, набирала обороты и чем дальше в лес продвигалась группа, тем громче играла музыка, и тем быстрее двигалась кровь по организму пироманьяка, вырабатывая всё больше и больше адреналина. Именно он чаще всего и нужен был для того, чтобы хотя бы иногда сердце шрамированного пирата выдавало хоть что-то, кроме обычного пульса, который порядком уже надоел. От предвкушения веселья Даби аж слегка прикусил губу до крови, но при этом это даже не замечал.
Бежать на одном темпе с Мор было практически невозможно, а вот успевать за капитавном и не выпускать его из вида было еще как по силам Даби. В один момент парню казалось, что у них с капитаном гонка кто быстрее догонит зверочеловека, при этом иногда вперед выходил и Даби, но опытный охотник в лице Хестера очень быстро забирал себе лидерство назад. Но всё-таки когда маленькая поляна была уже рядом, то капитан полностью вырвался вперед, оставляя Даби слегка позади. Всё-таки из-за того, что парню постоянно приходилось левой рукой касаться деревьев, а иногда перепрыгивать через высокие корни, при этом используя левую руку как опору, он и потерял первое место в этом забеге.
Раздался первый крик, а именно Мор, которая как истинный воин вызвала противника на бой, при этом держа в руках палку как копье. Ей бы еще щит, и она была бы истинным Спартанцем, который с голым торсом и накачанными мускулами бросает вызов любому противнику, даже если он в разы сильнее. Не хватало еще ямы прямо перед Мор, чтобы с криком “Это Гудзомы!” пнуть зверя прямо в эту бездонную яму, в которой скорее всего внизу были бы колья, а может и что-то из не особо благоухающего. Но, мы слегка отвлеклись. Когда раздался крик девушки-барана, то Даби был еще между деревьями и не выбежал на поляну к команде. При этом его не особо скудный, но при этом повернутый на фигне из-за психических травм, ум сразу же смекнул, что следует приготовиться. Левая рука сразу же скользнула в сумку, в которой были сокровища пиромана, а если быть точнее, то взрывные устройства, при этом их выбор не такой уж и большой, но при этом для подобных столкновений отлично подойдет. Выбор пал на дымовую, потому что она сейчас будет самая безопасная для команды. Устройство было взято сначала левой рукой, но как только парень выбежал на поляну, то сразу же оказалось перехвачено в правую руку.
Но как только раздался еще один крик и зверь его только начал издавать, то Даби как раз-таки уже оказался на поляне, но при этом не останавливался. Он бежал ровно к Мор, а возможно даже прямо на зверя, игнорируя даже новенького, который, видимо, тоже рванул в эпицентр сражения, но Даби сейчас было всё равно. Но жертва охоты выбрала своей целью именно девушку. Ну, в целом хороший выбор, ведь пусть девушка лишь на определённый процент и человек, но остальная часть — это баранина. Какой зверь откажется от вкусной баранины? Да никакой! Вот только обладатель этого самого мяса может засунуть палку в руках в жопу и несколько раз прокрутить её, увеличив диаметр очка до размеров баскетбольного кольца, но получится ли такой фокус с таким врагом было неизвестно. Его затея была кинуть дымовуху либо между Мор и зверем, а может и если получится до стоящего зверя, чтобы сбить ему нюх. Но всё оказалось еще лучше, ведь тот решил прыгнуть, используя все свои кошачьи инстинкты.
– МОР, ЗАЖМИ НОС! – только и раздался крик Даби за спиной Мор примерно в метрах так трех или чуть больше.
Когда зверь сделал свой кошачий прыжок на Мор, то Даби был не так уж и далеко от девушки, а если быть точнее то в метрах двух, а может и чуть больше. Парень из всех сил выставил левую ногу вперед, пытаясь ею затормозить тело, но вместо этого продолжал немного проезжать вперед, а корпус разворачивая так, чтобы правая рука была за спиной. После чего раздался бросок дымовой гранаты прямо в зверя, который сейчас был в воздухе. Всё-таки каким бы быстрым не был зверь, но в воздухе можно подловить самых быстрых из
Даже если дымовая граната не попадет в лицо, а в тело, то она всё равно распределится на всё тело нечто, который находится в воздухе, перекрывая дымом зрение и нюх противника, а также залезая едким дымом в пасть, раздражая горло. Всё-таки эта дымовая была на подобии той, которую использовала та Революционерка в закрытом помещении. Прокашлялись тогда Гудзомы очень даже неплохо. Это может и не даст особых плюсов в победе над противником, но Мор может успеть врезать противнику, который сейчас без зрения и нюха летит прямо на неё. Да и к тому же эта дымовая граната была мгновенного действия, которая используется для мгновенной постановки дымовой завесы на непродолжительное время. Поэтому долго её эффект не продлится.
Сам же Даби после своих действий сразу же оттолкнулся левой ногой от земли и попытался сделать прыжок назад, чтобы слегка разорвать расстояние от двух зверей. Только когда он будет стоять обоими ногами твёрдо на земле, то он схватиться за рукоятку клинка правой рукой. Хват был таким, что большой палец смотрел в сторону края рукоятки, а другая сторона к гарде клинка. Резким движением парень достал свою катану, а затем перехватил её обеими руками за рукоятку, выставив лезвие клинка перед собой. Он всеми силами не сводил взгляд с противника, при этом пытаясь его изучить, но при этом и был готов попытаться защититься.
ДА НАЧНЕТСЯ ВЕСЕЛЬЕ, ПОСЛЕ КОТОРОГО НЕИЗВЕСТНО ВЫЖИВЕТ ХОТЬ КТО-ТО!!! Hig Way To Hell!!!
Сам же Даби после своих действий сразу же оттолкнулся левой ногой от земли и попытался сделать прыжок назад, чтобы слегка разорвать расстояние от двух зверей. Только когда он будет стоять обоими ногами твёрдо на земле, то он схватиться за рукоятку клинка правой рукой. Хват был таким, что большой палец смотрел в сторону края рукоятки, а другая сторона к гарде клинка. Резким движением парень достал свою катану, а затем перехватил её обеими руками за рукоятку, выставив лезвие клинка перед собой. Он всеми силами не сводил взгляд с противника, при этом пытаясь его изучить, но при этом и был готов попытаться защититься.
ДА НАЧНЕТСЯ ВЕСЕЛЬЕ, ПОСЛЕ КОТОРОГО НЕИЗВЕСТНО ВЫЖИВЕТ ХОТЬ КТО-ТО!!! Hig Way To Hell!!!
Кусками вздыблена шерсть была – оная не способна была приподняться в местах, где засохшая кровь была многослойна и черна. Но от мощи тела, коей зверь позволил вырваться наружу, казалось бы, при виде очередных охотников заурядных, места эти начинали расходиться трещинками.
Зверь концентрировал внимание на одной единственной жертве. Совершенно не обращал пристального внимания на происходящее вокруг. Признаться – Его вообще мало беспокоило, что добычи чуть больше, чем одна. Примерно, раз в девять. Какая разница, если он всё равно разорвёт их всех.
[id213233084:bp-36291248_263812|Враг] тот, что вызов бросил по-звериному равный, приготовилась принимать удар деревянной палкой. Какая наивность. Безумие толкало вперёд невзирая ни на что. Тем более на столь простое импровизированное оружие. Край глаза уцепил неоднозначное движение возле цели. Но что важного быть может там, когда кровь так близко и прямо таки просится разлиться в пасти, мышцы изнывают оказаться разорванными когтями, а кости – сломанными массивными лапами.
Кровь. Кровь! КРОВЬ!
А обратить внимание стоило бы. На последней трети прыжка небольшое нечто ударилось о грудь Зверя, разочаровав Оного слабостью удара. Первое касание это было за то долгое время, что пыталось нанести хоть какой-то удар. А тут – словно комар врезался.
Всё померкло. Кровью налитые глаза потеряли добычу, а нос – забился запахом едким. Мелкие частички дымного сырья налипли на обонятельный эпителий, выталкивали собой любой намёк на запах крови и начисто лишали обоняния. Сие злило ещё сильнее. Причиняло боль, ведь запах был так сладок. Именно он позволял оттолкнуть тяжесть естества хотя бы мимолётной надеждой и крохотной толикой наслаждения. Потеряв ощущение расстояния, Зверь с силой налетел на выставленное «древко» грудью, насадился на ветку, словно на копьё, коею роль деревяшке и отводилась. От жёсткости хвата зверолюдки и массы, что пришлась на ветвь, последняя с хрустом обломилась, пока подбитая туша продолжала движение по инерции.
Сила столкновения двух мохнатых тел по итогам вмешательства [id217725250:bp-36291248_263952|пироманьяка] перетекла в такову, что Мерденмора не смогла устоять на ногах и оказалась опрокинута на спину, пропуская кубарем перекатившееся существо над собой.
Дым, будучи протолкнутым тушей при взрыве шашки, устремился за Зверем, превратил Оного в комету и мешал обзору всех собравшихся, хотя результат явно был не столь внушительным, как при броске в закрытом помещении. Подчиняясь проявлениям внешним, дым рассеялся на большую площадь и оказался не таким густым, чтобы слишком мешать обзору. Перекатился над Мерденморой, Зверь очутился вновь в позиции «стоя» на всех четырёх конечностях, вырывая злосчастную ветку из груди и фиксируя наглую мошку.
УНИЧТОЖУ!
Едва катана мечника выскочила из ножен, Зверь уже был на расстоянии атаки, давя на противника всей массой своей. Огромная лапа приземлилась на грудь Даби, прижимая того к земле, пока вторая «рука» заносилась вверх, метя мечнику в голову. Или шею. Или плечо. Суть результат будет один, демонстрируя себя Мерденморе в профиль, открывая Ей же бок зверя. И приперчим минусом в минусе, плюс из коего никак не выйдет – полученное ранение на поверхности груди уже затянулось, оставаясь кипеть в регенерации неглубоко внутри.
[id564078609:bp-36291248_263913|Люци], [id323120613:bp-36291248_263911|Ульрих].
Зверь концентрировал внимание на одной единственной жертве. Совершенно не обращал пристального внимания на происходящее вокруг. Признаться – Его вообще мало беспокоило, что добычи чуть больше, чем одна. Примерно, раз в девять. Какая разница, если он всё равно разорвёт их всех.
[id213233084:bp-36291248_263812|Враг] тот, что вызов бросил по-звериному равный, приготовилась принимать удар деревянной палкой. Какая наивность. Безумие толкало вперёд невзирая ни на что. Тем более на столь простое импровизированное оружие. Край глаза уцепил неоднозначное движение возле цели. Но что важного быть может там, когда кровь так близко и прямо таки просится разлиться в пасти, мышцы изнывают оказаться разорванными когтями, а кости – сломанными массивными лапами.
Кровь. Кровь! КРОВЬ!
А обратить внимание стоило бы. На последней трети прыжка небольшое нечто ударилось о грудь Зверя, разочаровав Оного слабостью удара. Первое касание это было за то долгое время, что пыталось нанести хоть какой-то удар. А тут – словно комар врезался.
Всё померкло. Кровью налитые глаза потеряли добычу, а нос – забился запахом едким. Мелкие частички дымного сырья налипли на обонятельный эпителий, выталкивали собой любой намёк на запах крови и начисто лишали обоняния. Сие злило ещё сильнее. Причиняло боль, ведь запах был так сладок. Именно он позволял оттолкнуть тяжесть естества хотя бы мимолётной надеждой и крохотной толикой наслаждения. Потеряв ощущение расстояния, Зверь с силой налетел на выставленное «древко» грудью, насадился на ветку, словно на копьё, коею роль деревяшке и отводилась. От жёсткости хвата зверолюдки и массы, что пришлась на ветвь, последняя с хрустом обломилась, пока подбитая туша продолжала движение по инерции.
Сила столкновения двух мохнатых тел по итогам вмешательства [id217725250:bp-36291248_263952|пироманьяка] перетекла в такову, что Мерденмора не смогла устоять на ногах и оказалась опрокинута на спину, пропуская кубарем перекатившееся существо над собой.
Дым, будучи протолкнутым тушей при взрыве шашки, устремился за Зверем, превратил Оного в комету и мешал обзору всех собравшихся, хотя результат явно был не столь внушительным, как при броске в закрытом помещении. Подчиняясь проявлениям внешним, дым рассеялся на большую площадь и оказался не таким густым, чтобы слишком мешать обзору. Перекатился над Мерденморой, Зверь очутился вновь в позиции «стоя» на всех четырёх конечностях, вырывая злосчастную ветку из груди и фиксируя наглую мошку.
УНИЧТОЖУ!
Едва катана мечника выскочила из ножен, Зверь уже был на расстоянии атаки, давя на противника всей массой своей. Огромная лапа приземлилась на грудь Даби, прижимая того к земле, пока вторая «рука» заносилась вверх, метя мечнику в голову. Или шею. Или плечо. Суть результат будет один, демонстрируя себя Мерденморе в профиль, открывая Ей же бок зверя. И приперчим минусом в минусе, плюс из коего никак не выйдет – полученное ранение на поверхности груди уже затянулось, оставаясь кипеть в регенерации неглубоко внутри.
[id564078609:bp-36291248_263913|Люци], [id323120613:bp-36291248_263911|Ульрих].
Ожидаемо, началось все с полного неконтролируемого шваха.
Все летело всюду, кошка в сторону, человек назад - уж слишком Мор не хотела, чтобы он мешался под ногами, да и получить в морду на подлете трупом или полутрупом какой-то крупной человеческой особи прямо-таки в начале встречи мстилось меньше всего. Девушка неплохо оценивала свою сноровку, но также учитывала и один немаловажный факт.
В своей жизни людей она побила или убила гораздо, ох как гораздо больше, чем зверей. Тем более - хищных. С ними все в целом обстояло не так просто. Сочетая в себе как весомую силу, так и безмерную скорость, они для рогатой всегда являлись противником высшей степени опасности. Машина прыжка и последующей смерти.
А здесь не было гор, где она сумела бы обыграть противника хотя бы за счет хитрости.
Но начнем с другого.
Горизонтальный зрачок, вытянутый по линии горизонта, напряженно расчесывал лес на пряди, покуда она творила истое безумство. Как оказалось - не зря. Будь отчаяние мерой победы, гудзомы уже давно делили бы кровь зверя, как праздничный торт.
Зверица действительно уматывала куда-то в сторону и по оценке на первый нюх и взгляд, была категорически права. Существо, что решило обрести в этом лесу временную прописку, от оной избавилось бы наверняка слишком скоро.
В летуны записался какой-то человек. Тощий. Что он вообще тут забыл?
Мор утихомирила внутренний вспыхнувший гнев. Оставила его пылать ледяной волной в сторону зверя.
Тишина.
В ней можно утонуть и захлебнуться, но травоядное, не смотря на всю свою опасную рогатость, все еще травоядное.
И для оного тишина - совсем иное царство. Она слышала в поступи врага тяжелый набат всякому неосторожному, слышала голод до битвы и ярость вкупе с... радостью? Ибо нередко эта самая ярость почти требует, настаивает на достойном враге или добыче, дабы кровь не стояла в жилах, дабы мышцы оставались в силе.
В каком-то смысле и Темень был похож на такого хищника, презирающего саму мысль о полном сладострастии расслабленной чрезмерно цивилизованной жизни, которая мясо превращает в сладкосливочное масло.
Но Мор смотрела, заготовив ветлу, и взгляд ее выцеплял движение кота, как тень среди деревьев, массивную и неумолимую. Он остановился и взревел в ответ на ее сумрачный зов, а зверолюдка уловила, как отдается звук в ее рогах, почти с треском, почти с собственной музыкой.
И мир вокруг опустел, обратился одной лишь их короткой встречей, где каждый звук их негодования становился фразой, словом, знаком. С парой запятых - не смотря на громкость, она пусть и с трудом, но различила мявк котенка. Где там Травушка? Не будет рада такому исходу точно.
"Надеюсь, это не изо рта."
Крупный кот. Вот только вид его... Мор перебирала в уме кошек, каких знала, и все никак не удавалось сопоставить все детали - не крадущийся, желтый в пятнах, черные лапы. Все время выпадало что-то одно...
"...Зажми нос"
Голос Даби узнать несложно, но неужто он сподобился на предупреждения? Вышло только длинновато.
Он явно хотел как лучше, но Мор попросту не могла выполнить его идею иначе, чем сжать сами ноздри, что не слишком-то эффективно. Приготовившись к прыжку зверя она схватила ветлу обеими руками и оказалась права - даже так зверь навалился на нее вдосталь, чтобы сломать напором, пусть и осталось несколько заусенцев в не слишком важнецкой ране.
Опрокинутая наземь, рогатая рванулась нижней половиной тела наверх, пользуясь моментом и выстреливая в прокатывающееся над ней тело копытами, дабы надбавить давления и может даже изменить траекторию движения - хотя скорее вышло бы лишь удлиннить тормозной путь и оставить синяк на самом искомом, в случае, если особь мужеска полу.
Противник закономерно переключился на Даби - разумеется, стоило первым делом устранить рассадник ядовитой хрени, которая мешала обзору, нюху и всей этой охоте. В одном Мор оставалась безукоризненно хороша как отродясь, так и ныне - в перевоплощении.
И умела в этом взять себе как запал, так и энергию.
Вскочив на ноги еще полуформой, она сориентировалась мгновенно
Все летело всюду, кошка в сторону, человек назад - уж слишком Мор не хотела, чтобы он мешался под ногами, да и получить в морду на подлете трупом или полутрупом какой-то крупной человеческой особи прямо-таки в начале встречи мстилось меньше всего. Девушка неплохо оценивала свою сноровку, но также учитывала и один немаловажный факт.
В своей жизни людей она побила или убила гораздо, ох как гораздо больше, чем зверей. Тем более - хищных. С ними все в целом обстояло не так просто. Сочетая в себе как весомую силу, так и безмерную скорость, они для рогатой всегда являлись противником высшей степени опасности. Машина прыжка и последующей смерти.
А здесь не было гор, где она сумела бы обыграть противника хотя бы за счет хитрости.
Но начнем с другого.
Горизонтальный зрачок, вытянутый по линии горизонта, напряженно расчесывал лес на пряди, покуда она творила истое безумство. Как оказалось - не зря. Будь отчаяние мерой победы, гудзомы уже давно делили бы кровь зверя, как праздничный торт.
Зверица действительно уматывала куда-то в сторону и по оценке на первый нюх и взгляд, была категорически права. Существо, что решило обрести в этом лесу временную прописку, от оной избавилось бы наверняка слишком скоро.
В летуны записался какой-то человек. Тощий. Что он вообще тут забыл?
Мор утихомирила внутренний вспыхнувший гнев. Оставила его пылать ледяной волной в сторону зверя.
Тишина.
В ней можно утонуть и захлебнуться, но травоядное, не смотря на всю свою опасную рогатость, все еще травоядное.
И для оного тишина - совсем иное царство. Она слышала в поступи врага тяжелый набат всякому неосторожному, слышала голод до битвы и ярость вкупе с... радостью? Ибо нередко эта самая ярость почти требует, настаивает на достойном враге или добыче, дабы кровь не стояла в жилах, дабы мышцы оставались в силе.
В каком-то смысле и Темень был похож на такого хищника, презирающего саму мысль о полном сладострастии расслабленной чрезмерно цивилизованной жизни, которая мясо превращает в сладкосливочное масло.
Но Мор смотрела, заготовив ветлу, и взгляд ее выцеплял движение кота, как тень среди деревьев, массивную и неумолимую. Он остановился и взревел в ответ на ее сумрачный зов, а зверолюдка уловила, как отдается звук в ее рогах, почти с треском, почти с собственной музыкой.
И мир вокруг опустел, обратился одной лишь их короткой встречей, где каждый звук их негодования становился фразой, словом, знаком. С парой запятых - не смотря на громкость, она пусть и с трудом, но различила мявк котенка. Где там Травушка? Не будет рада такому исходу точно.
"Надеюсь, это не изо рта."
Крупный кот. Вот только вид его... Мор перебирала в уме кошек, каких знала, и все никак не удавалось сопоставить все детали - не крадущийся, желтый в пятнах, черные лапы. Все время выпадало что-то одно...
"...Зажми нос"
Голос Даби узнать несложно, но неужто он сподобился на предупреждения? Вышло только длинновато.
Он явно хотел как лучше, но Мор попросту не могла выполнить его идею иначе, чем сжать сами ноздри, что не слишком-то эффективно. Приготовившись к прыжку зверя она схватила ветлу обеими руками и оказалась права - даже так зверь навалился на нее вдосталь, чтобы сломать напором, пусть и осталось несколько заусенцев в не слишком важнецкой ране.
Опрокинутая наземь, рогатая рванулась нижней половиной тела наверх, пользуясь моментом и выстреливая в прокатывающееся над ней тело копытами, дабы надбавить давления и может даже изменить траекторию движения - хотя скорее вышло бы лишь удлиннить тормозной путь и оставить синяк на самом искомом, в случае, если особь мужеска полу.
Противник закономерно переключился на Даби - разумеется, стоило первым делом устранить рассадник ядовитой хрени, которая мешала обзору, нюху и всей этой охоте. В одном Мор оставалась безукоризненно хороша как отродясь, так и ныне - в перевоплощении.
И умела в этом взять себе как запал, так и энергию.
Вскочив на ноги еще полуформой, она сориентировалась мгновенно
и тут же рванулась за зверем, который "уронил" Даби. Эта привилегия должна оставаться за гудзомами, что бы там ни говорил Капитан!
Она сократила расстояние черной стрелой, из облика перетекая в облик. И в бок зверя впендюрился со скоростью поезда сапсан нечто черное, четвероконечное, копытное и очень злое. А еще очень рогатое. Полноценный облик Турсин славился остротой рогов, которые сейчас оказались направлены прямо в бочину зверя и от души в нее же воткнуты, дабы сбросить его с пиромана.
Она сократила расстояние черной стрелой, из облика перетекая в облик. И в бок зверя впендюрился со скоростью поезда сапсан нечто черное, четвероконечное, копытное и очень злое. А еще очень рогатое. Полноценный облик Турсин славился остротой рогов, которые сейчас оказались направлены прямо в бочину зверя и от души в нее же воткнуты, дабы сбросить его с пиромана.
Пыль земляная, обрушившимися телами поднятая, рассеивалась в разные стороны фонтаном и раскрывала в замедлении мимолётное противостояние двух «огненных» по темпераменту противников. В воздух взлетевшая чёрная лапа, убийственностью грозящая, попыталась выдвинуть когти ещё больше и обнажала кутикулы. Всё ради того, дабы кузнечик, бросающийся сбивающими с толку дымовыми завесами, гарантированно отправился в последний путь, на встречу с дедом и прочими предками обсуждать, насколько тощий прожил жизнь свою достойно.
В глазах зверя читалась неподдельная и чистая ярость, затуманивающая сознание красной пеленой. Кровяные тельца Зверя стремились через сердце. Неслись по кровеносным магистралям, словно гоночные болиды. Подпитывали непропорциональную мускулатуру, что была создана лишь для того, чтобы сеять смерть и разрушения. Лапа рванула к [id217725250:bp-36291248_263952|Даби] со скоростью гильотины, однако так и не достигла цели. Резкая боль пронеслась по всему естеству чудовища, когда два острых рога пробили его бок – а тяжёлая [id213233084:bp-36291248_264049|зверолюдка] влетела в кошака с усилием локомотива. От резкости и силы удара Зверь потерял равновесие и был вынужден сойти с мечника, увлекаемый сообщённой силой на метра два от места учинений над алхимиком. Острые рога глубоко вошли в жертву козлиного насилия, причиняли сильную боль и некоторые неудобства. Оное распаляло злобу животного, что вновь огласил округу рёвом, в котором соединились боль, ярость и досада с удивлением. Напряг ноги, затормаживая о рыхлый грунт, Зверь всё же смог остановиться. Бросил на наглого тура мимолётный оценивающий взгляд, где глубоко-чёрные зрачки полностью съели загрязнённую красными потёками желтизну. Кровь пульсировала в висках, и вслед за каждым ударом горного козла образ в глазах размывался мерной пульсацией.
Две массивные лапы сомкнулись на рогах Мерденморы, вытаскивая сие природное оружие из двух свежих отверстий в боку. Зверь уже успел начисто забыть про пиромана, концентрируясь на добыче, что вот прямо здесь и сейчас. Кровь хлынула из незапланированных заводом-производителем ниш, однако почти сразу остановилась, а рубец – стал медленно, в сравнении с мгновениями стремительно движущимися, стягиваться, запечатывая раны. Минует едва ли дюжина секунд, прежде чем героическое спасение потеряет последние следы внешние факта свершения. Это было больно, но сильного эффекта не возымело – а Тварь будто и несильно беспокоилась болью от раны. С рыком Зверь дёрнул рога вверх, утягивая тура в воздух, после чего с силой обрушил копытную оземь. Видимо, рассчитывал проломить оной, образом таким, череп или обломить рога. Любой из этих исходов устроил бы Зверя, набросив удовлетворения оному от восхождения на победную ступень в сражении. От мощи приземления мир перед глазами кон Турсин на секунду потеряет в чёткости, смешается в разноцветно-звёздное месиво. Станет динамометром гудзомов на роковую секунду. Не получит желаемого результата первым же ударом, Зверь возденет обе руки над головой, складывая их вместе и рассчитывая нанести удар, что по силе разрушительной заткнёт за пояс даже тяжёлый молот в руках [id323120613:bp-36291248_263911|культуриста-силача]. Лапы Зверя, кой ликом после разворота по итогам вторжения кон Турсин внушительно демонстрировал всей команде на поляне стремления, начали свой ход вниз. Начался отсчёт мгновений, прежде чем козёл станет, в лучшем случае, безрогим.
[id564078609:bp-36291248_263913|Люци].
В глазах зверя читалась неподдельная и чистая ярость, затуманивающая сознание красной пеленой. Кровяные тельца Зверя стремились через сердце. Неслись по кровеносным магистралям, словно гоночные болиды. Подпитывали непропорциональную мускулатуру, что была создана лишь для того, чтобы сеять смерть и разрушения. Лапа рванула к [id217725250:bp-36291248_263952|Даби] со скоростью гильотины, однако так и не достигла цели. Резкая боль пронеслась по всему естеству чудовища, когда два острых рога пробили его бок – а тяжёлая [id213233084:bp-36291248_264049|зверолюдка] влетела в кошака с усилием локомотива. От резкости и силы удара Зверь потерял равновесие и был вынужден сойти с мечника, увлекаемый сообщённой силой на метра два от места учинений над алхимиком. Острые рога глубоко вошли в жертву козлиного насилия, причиняли сильную боль и некоторые неудобства. Оное распаляло злобу животного, что вновь огласил округу рёвом, в котором соединились боль, ярость и досада с удивлением. Напряг ноги, затормаживая о рыхлый грунт, Зверь всё же смог остановиться. Бросил на наглого тура мимолётный оценивающий взгляд, где глубоко-чёрные зрачки полностью съели загрязнённую красными потёками желтизну. Кровь пульсировала в висках, и вслед за каждым ударом горного козла образ в глазах размывался мерной пульсацией.
Две массивные лапы сомкнулись на рогах Мерденморы, вытаскивая сие природное оружие из двух свежих отверстий в боку. Зверь уже успел начисто забыть про пиромана, концентрируясь на добыче, что вот прямо здесь и сейчас. Кровь хлынула из незапланированных заводом-производителем ниш, однако почти сразу остановилась, а рубец – стал медленно, в сравнении с мгновениями стремительно движущимися, стягиваться, запечатывая раны. Минует едва ли дюжина секунд, прежде чем героическое спасение потеряет последние следы внешние факта свершения. Это было больно, но сильного эффекта не возымело – а Тварь будто и несильно беспокоилась болью от раны. С рыком Зверь дёрнул рога вверх, утягивая тура в воздух, после чего с силой обрушил копытную оземь. Видимо, рассчитывал проломить оной, образом таким, череп или обломить рога. Любой из этих исходов устроил бы Зверя, набросив удовлетворения оному от восхождения на победную ступень в сражении. От мощи приземления мир перед глазами кон Турсин на секунду потеряет в чёткости, смешается в разноцветно-звёздное месиво. Станет динамометром гудзомов на роковую секунду. Не получит желаемого результата первым же ударом, Зверь возденет обе руки над головой, складывая их вместе и рассчитывая нанести удар, что по силе разрушительной заткнёт за пояс даже тяжёлый молот в руках [id323120613:bp-36291248_263911|культуриста-силача]. Лапы Зверя, кой ликом после разворота по итогам вторжения кон Турсин внушительно демонстрировал всей команде на поляне стремления, начали свой ход вниз. Начался отсчёт мгновений, прежде чем козёл станет, в лучшем случае, безрогим.
[id564078609:bp-36291248_263913|Люци].
[id799844790:bp-36291248_264056|Maximilian], [id213233084:bp-36291248_264049|Аладей], [id217725250:bp-36291248_263952|Николай], [id564078609:bp-36291248_263913|Φιλία],
Публики заметно прибавилось, кроме рогатой персоны, расположившейся в авангарде их импровизационного строя прибыли и другие, однако варвар не спешил рассматривать своих нежданных союзников, несмотря на женские крики где-то за его спиной. Из их братии на глаза Ульриху попался лишь темноволосый фехтовальщик, что занял свою позицию в двух-трех метрах от дикаря. Обмен любезностями в виде кратких кивков и машинальное фырканье светловолосого после того, как его оценивающий взгляд скользнул по вооружению незнакомца. Не топор... Компания вдруг стала менее радужной, но лучше уж так, чем сойтись со Зверем тет-а-тет. Желание обернуться и рассмотреть арсенал остальных охотников подавил громкий хруст впереди – хищник вот-вот покажется. Играючи, движением пальцев Ульрих крутанул нож в руке и взявшись обратным хватом за рукоять приготовился. Левая нога впереди, на полусогнутых, варвар наклонился ближе к земле всматриваясь через плечо Мор в лесные заросили и готовясь к рывку. Не прошло и нескольких секунд после зловещего треска древесины, как фигура хищника наконец явила себя – представитель семьи кошачьих гордо вышел из леса. Секундная заминка перед громоподобным рёвом и несмотря на расстояние в целую дюжину метров, рык, заложив уши остался в них непродолжительным звоном. Варвар покрылся гусиной кожей, не от страха, а от предвкушения схватки! Ни одна из прошлых охот не вызывала в Ульрихе тех эмоций, что бушевали в нём сейчас – кипящая кровь и жажда выйти победителем из смертельной схватки. Никакие награды, никакие почести не были нужны варвару, лишь голова Зверя, срубленная собственными руками... И в этот момент солнечный отблеск дал ему знак. Это судьба! Тот самый топор, на который ранее Ульрих положил глаз – хищник сам принёс его в руки Ульриху! Теперь у него не было никаких сомнений, это было испытанием его воли, и варвар был готов пройти его достойно. Мимо Ульриха промчался еще один силуэт прямо перед прыжком Зверя, однако, не вглядываясь в черты очередного охотника, варвар был сосредоточен исключительно на летящем в их сторону хищнике. Срываться с места было рано, дикарь ждал, пока кошачья туша приземлится и начнет бой! Вот только неизвестный все-таки обратил на себя внимание выкриком про нос и... Что это он кинул? Летящий зверь встретился со странным предметом и место схватки вместе с кошачьей фигурой тут же начал окутывать дым. Что за шаманские штучки? Впрочем, этот дым играл на руку. Ульрих понесся вперед раньше задуманного, сжимая в правой руке добытый честным путём мини-нож. Пятнистый уже встретился с древком Мор и перекатом выходил прямиком на бегущего ему навстречу Ульриха. Одна из черных лап прошла в опасной близости к рубахе, но дикарь, не сбавляя темпа вбежал прямо в дымовое облако, разве что, предварительно задержав дыхание. Не просто же так этот парень кричал про нос! Даби и Мор оказались уже за спиной бегуна, единственной заветной целью которого был он – ТОПОР. Пробегая сквозь облако, Ульрих, со слезящимися от дыма глазами наконец нащупал рукоять оружия в высокой траве. Вполне вероятно, это были и слезы радости, но все же возникла одна проблема...
– Это!.. Теперь!.. Мой!.. ТОПОР!!! – Обхватив рукоять одной рукой, варвар второй безуспешно пытался разжать мертвую хватку прошлого обладателя великолепного оружия. Ульрих даже на миг проникся уважением к павшему наёмнику, видимо тот по-настоящему ценил своё оружие. Вот только времени на это всё у него не было! Плюнув на всё это дело, парень оставил висящую культю на древке и понесся обратно сквозь менее плотную дымовую завесу, через которую уже доносился очередной рёв Зверя, отличающийся от тех, что были до него. Они что, уже разобрались с ним? Это он должен был снести ему голову! Вылетая из дымовой завесы на первой космической, Ульрих увидел Зверя, поднимающего свои лапы над головой.
Публики заметно прибавилось, кроме рогатой персоны, расположившейся в авангарде их импровизационного строя прибыли и другие, однако варвар не спешил рассматривать своих нежданных союзников, несмотря на женские крики где-то за его спиной. Из их братии на глаза Ульриху попался лишь темноволосый фехтовальщик, что занял свою позицию в двух-трех метрах от дикаря. Обмен любезностями в виде кратких кивков и машинальное фырканье светловолосого после того, как его оценивающий взгляд скользнул по вооружению незнакомца. Не топор... Компания вдруг стала менее радужной, но лучше уж так, чем сойтись со Зверем тет-а-тет. Желание обернуться и рассмотреть арсенал остальных охотников подавил громкий хруст впереди – хищник вот-вот покажется. Играючи, движением пальцев Ульрих крутанул нож в руке и взявшись обратным хватом за рукоять приготовился. Левая нога впереди, на полусогнутых, варвар наклонился ближе к земле всматриваясь через плечо Мор в лесные заросили и готовясь к рывку. Не прошло и нескольких секунд после зловещего треска древесины, как фигура хищника наконец явила себя – представитель семьи кошачьих гордо вышел из леса. Секундная заминка перед громоподобным рёвом и несмотря на расстояние в целую дюжину метров, рык, заложив уши остался в них непродолжительным звоном. Варвар покрылся гусиной кожей, не от страха, а от предвкушения схватки! Ни одна из прошлых охот не вызывала в Ульрихе тех эмоций, что бушевали в нём сейчас – кипящая кровь и жажда выйти победителем из смертельной схватки. Никакие награды, никакие почести не были нужны варвару, лишь голова Зверя, срубленная собственными руками... И в этот момент солнечный отблеск дал ему знак. Это судьба! Тот самый топор, на который ранее Ульрих положил глаз – хищник сам принёс его в руки Ульриху! Теперь у него не было никаких сомнений, это было испытанием его воли, и варвар был готов пройти его достойно. Мимо Ульриха промчался еще один силуэт прямо перед прыжком Зверя, однако, не вглядываясь в черты очередного охотника, варвар был сосредоточен исключительно на летящем в их сторону хищнике. Срываться с места было рано, дикарь ждал, пока кошачья туша приземлится и начнет бой! Вот только неизвестный все-таки обратил на себя внимание выкриком про нос и... Что это он кинул? Летящий зверь встретился со странным предметом и место схватки вместе с кошачьей фигурой тут же начал окутывать дым. Что за шаманские штучки? Впрочем, этот дым играл на руку. Ульрих понесся вперед раньше задуманного, сжимая в правой руке добытый честным путём мини-нож. Пятнистый уже встретился с древком Мор и перекатом выходил прямиком на бегущего ему навстречу Ульриха. Одна из черных лап прошла в опасной близости к рубахе, но дикарь, не сбавляя темпа вбежал прямо в дымовое облако, разве что, предварительно задержав дыхание. Не просто же так этот парень кричал про нос! Даби и Мор оказались уже за спиной бегуна, единственной заветной целью которого был он – ТОПОР. Пробегая сквозь облако, Ульрих, со слезящимися от дыма глазами наконец нащупал рукоять оружия в высокой траве. Вполне вероятно, это были и слезы радости, но все же возникла одна проблема...
– Это!.. Теперь!.. Мой!.. ТОПОР!!! – Обхватив рукоять одной рукой, варвар второй безуспешно пытался разжать мертвую хватку прошлого обладателя великолепного оружия. Ульрих даже на миг проникся уважением к павшему наёмнику, видимо тот по-настоящему ценил своё оружие. Вот только времени на это всё у него не было! Плюнув на всё это дело, парень оставил висящую культю на древке и понесся обратно сквозь менее плотную дымовую завесу, через которую уже доносился очередной рёв Зверя, отличающийся от тех, что были до него. Они что, уже разобрались с ним? Это он должен был снести ему голову! Вылетая из дымовой завесы на первой космической, Ульрих увидел Зверя, поднимающего свои лапы над головой.
– ГРР-РР-РАААА!!! – Пускай не привыкший еще к весу нового замечательного оружия, Ульрих не сбавляя темпа разнося по округам свой варварский боевой клич, занёс руки за спину и приблизившись, забуксовал нанося удар снизу-вверх точь в опускающиеся лапы зверя, вкладывая все силы, чтобы срубить конечности монстра.
Упоение доминированием над [id213233084:bp-36291248_264049|зверолюдкой] совершенно лишило Зверя той небольшой толики бдительности, на какую он был ещё способен, и в секунду сию было бы проще всего сыграть на шкуре дикой. Будь люди, охотниками назвавшиеся, быстрее нынешних ограничений возможностей. Муж бесчеловечный готовился праздновать промежуточную победу, ведь покалыванием в когтях отражался одержанный верх над таким же антропоморфным зверем. Даже если оный отличительно умел менять так свободно форму. Но движение в дыму всё же привлекло внимание столь сосредоточенного бойца, как этот кот. Как сказано было, завеса оказалась не такой плотной, как ежели бы она была использована в закрытом помещении. И ныне больше мешалась, чем создавала действительные проблемы для смотрящего сквозь дымное марево наблюдателя. Мало того, что силуэт бегущего сквозь дым [id323120613:bp-36291248_264067|варвара] с топоро-нунчаком хорошо прослеживался, так он ещё и не скрывался, оглашая округу намерением своим нанести удар. Очередной вызов его господству над этими мухами? Череда досадных помех изрядно раздражала и без того шаткую психику Зверя. Нет, с этим пора заканчивать.
Покамест топор преодолел около половины пути к рукам монстра, чёрные занесённые лапы застыли на определённом этапе опущения и дикий, тёмный, помутневший взгляд зверя прострелил лицо приблизившегося варвара.
ᅠВот он ты!
Пока горного козла отпускал калейдоскоп, коли добивающего удара не произошло и рогам суждено оставаться на этой прекрасной голове, земля под звериными сущностями содрогнулась от мощного толчка кошачьих лап, разошлась в верхних слоях почвы бугорками, что могло лишь дополнительно ввести чернорогую в потерю пространства и времени. Зверь резко рванул вперёд навстречу сборщику голов, совершенно не заботясь о последствиях. Вместо того, чтобы перерубить руки, или хотя бы одну, обух вошёл в грудь, как по маслу. Вошёл и в рёбра, но не переломив оные. Рана была мерзкой и болезненной, но и Ульрих теперь находился едва ли в десяти сантиметрах от вихря когтей и клыков. Весь вес зверя пришёлся на варвара, но падения – его пока не случилось. Когтистые лапы ухватили светловолосого юношу за плечи, оставляя царапины глубокие, но не слишком серьёзные, чтобы на них отвлекаться вошедшему в раж охотнику. Одним резким движением варвар оказался отправлен в полёт к противоположной половине поляны, забирая с собой и топор, на коем так и продолжала мёртвым грузом болтаться оторванная рука прежнего владельца.
Но Зверь и не думал останавливаться на достигнутом в схватке уровне. Опёрся на все четыре конечности, настоящий охотник лесов этих устремился вслед за живым снарядом. Делов-то, четыре широких шага сделать. Намеревался вогнать когти нынче во что-нибудь жизненно важное. Хорошо было видно или нет, но глубокая рана была не такой широкой, как от укола рогами, и стремительно затягивалась, едва ли успев выпустить пару капель крови. Бурлящая под кожным покровом регенерация оставалась сокрытой от глаз – и об её интенсивности можно было лишь предполагать стороннему наблюдателю. Случайность ли, или больная воля провидения, но Ульрих приземлится аккурат возле [id564078609:bp-36291248_263913|Люци] и Сайруса, кои определиться не успели, кто же должен прервать их романтическую встречу. Но вместе с тем, не самое приятное положение одного существа, даровало надежду другому. Даже сквозь дым котёнок уловил запах знакомый и теперь ещё отчаяннее начал звать на помощь. Но слышит ли кто-то этот писк со спины Зверя, в пучине грохота лап его?
[id217725250:bp-36291248_263952|Даби].
Покамест топор преодолел около половины пути к рукам монстра, чёрные занесённые лапы застыли на определённом этапе опущения и дикий, тёмный, помутневший взгляд зверя прострелил лицо приблизившегося варвара.
ᅠВот он ты!
Пока горного козла отпускал калейдоскоп, коли добивающего удара не произошло и рогам суждено оставаться на этой прекрасной голове, земля под звериными сущностями содрогнулась от мощного толчка кошачьих лап, разошлась в верхних слоях почвы бугорками, что могло лишь дополнительно ввести чернорогую в потерю пространства и времени. Зверь резко рванул вперёд навстречу сборщику голов, совершенно не заботясь о последствиях. Вместо того, чтобы перерубить руки, или хотя бы одну, обух вошёл в грудь, как по маслу. Вошёл и в рёбра, но не переломив оные. Рана была мерзкой и болезненной, но и Ульрих теперь находился едва ли в десяти сантиметрах от вихря когтей и клыков. Весь вес зверя пришёлся на варвара, но падения – его пока не случилось. Когтистые лапы ухватили светловолосого юношу за плечи, оставляя царапины глубокие, но не слишком серьёзные, чтобы на них отвлекаться вошедшему в раж охотнику. Одним резким движением варвар оказался отправлен в полёт к противоположной половине поляны, забирая с собой и топор, на коем так и продолжала мёртвым грузом болтаться оторванная рука прежнего владельца.
Но Зверь и не думал останавливаться на достигнутом в схватке уровне. Опёрся на все четыре конечности, настоящий охотник лесов этих устремился вслед за живым снарядом. Делов-то, четыре широких шага сделать. Намеревался вогнать когти нынче во что-нибудь жизненно важное. Хорошо было видно или нет, но глубокая рана была не такой широкой, как от укола рогами, и стремительно затягивалась, едва ли успев выпустить пару капель крови. Бурлящая под кожным покровом регенерация оставалась сокрытой от глаз – и об её интенсивности можно было лишь предполагать стороннему наблюдателю. Случайность ли, или больная воля провидения, но Ульрих приземлится аккурат возле [id564078609:bp-36291248_263913|Люци] и Сайруса, кои определиться не успели, кто же должен прервать их романтическую встречу. Но вместе с тем, не самое приятное положение одного существа, даровало надежду другому. Даже сквозь дым котёнок уловил запах знакомый и теперь ещё отчаяннее начал звать на помощь. Но слышит ли кто-то этот писк со спины Зверя, в пучине грохота лап его?
[id217725250:bp-36291248_263952|Даби].
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)