[Норд Блю] КокХол

Уши Диего дёрнулись. Он был без сознания три дня? Неудивительно, что Гиен чувствовал себя так, словно умер и заново переродился. Доктор откинулся на деревянный табурет, метнув свой взгляд в сторону входа.
—Многое произошло, пока ты спал после своего почти смертельного приключения, — продолжил он, —У Дозора было полно дел. Вся чёртова деревня была почти захвачена в ту ночь, когда ты сюда забрел.
Диего никак не отреагировал, лишь повернул голову в сторону. Мало ли из-за кого и отчего кто-то решил захватить поселение, вариантов много, ему необязательно быть первой причиной для этого. Оттого Минк ничего не сказал, ожидая, пока доктор объяснит детали. Мужчина же некоторое время изучал его, словно оценивая реакцию, а затем усмехнулся.
—Ты, должно быть, бежал от чего-то отвратительного, потому что преследовавшее тебя чудище, или что это вообще было, чуть не протаранило половину внешних зданий, прежде чем Дозор вложил в него достаточно свинца, чтобы сбить его, ну или отвлечь.
Это привлекло внимание Гиена. Его взгляд метнулся в сторону доктора.
—И что же это было? — спросил он хриплым голосом, будто совсем не в курсе. Мужчина пожал плечами.
—Никто не уверен. Местные называли его «болотным демоном» — хотя, чёрт возьми, в этих краях это не сужает круг, — Он почесал бороду, —Большой, уродливый и злой монстр. Вырвался из леса вскоре после того, как ты рухнул в грязь. Чуть не разорвал одного из Дозорных, прежде чем им удалось его убить.
Диего молчал, его разум складывал воедино события, предшествовавшие этому моменту. Тварь, с которой он сражался на болоте, — она всё таки преследовала его. Видимо чудище не только защищала свою территорию - оно охотилась на каждого чужака до самого конца.
—И это было ещё не самое худшее, — добавил доктор, покачав головой, —После того, как Дозор закончил разбираться с этим чёртовым монстром, у нас возникла ещё одна проблема. Аборигены, так называемый твой маленький фан-клуб, ворвались сюда. Они искали что-то, —Его взгляд слегка заострился, но тон оставался непринуждённым, —Или скорее… кого-то.
Челюсть Диего напряглась. Ему не нужно было спрашивать, кого они искали.
—Они прочесали внешние дороги, проверили каждый переулок и здание, которые смогли. К счастью для тебя, ты уже умирал в моей палатке, когда они начали рыться повсюду, —Доктор постучал пальцами по деревянному столу рядом с собой, —Я не скажу, что Дозор самые умные ребята, но они не слепые. Они догадывались, что какая-то шняга проскользнула мимо патруля; промчалась как угорелая по болотам, вся в крови и грязи, оставляя после себя хаос.
Диего чувствовал, как взгляд доктора задержался на нём, ожидая, как он себя поведёт.
—Но, — продолжил мужчина с ухмылкой, —И снова к счастью для тебя, никому в этой деревне нет дела до полумёртвого бродяги, которого затащили в медицинскую палатку. Дозор не имеет привычки выгонять людей, когда они на грани смерти. К тому же, у них были проблемы поважнее.
Диего наконец встретился с ним взглядом.
—Например?
Доктор сухо усмехнулся, потягиваясь.
—Ну, для начала, патрули всё ещё там — охотятся за тем, что, по их мнению, проникло. Туземцы отступили на рассвете, но это не значит, что они ушли навсегда. А болото… —Он медленно выдохнул, —Неважно, все местные и не только взбешены. Что бы там ни случилось, ты замутил что-то крайне неприятное, перевернув здешнее спокойствие и баланс.
Дагги ответил не сразу. Его разум уже прорабатывал последствия. Дозор всё ещё был в состоянии повышенной готовности, болото всё ещё было опасно, а туземцы... они не из тех, кто сдаётся.
—Вот такова ситуация, более или менее, — сказал мужчина, вставая и потягиваясь, —Ты всё ещё жив, что является невероятным чудом, но тебе, возможно, стоит тщательно обдумать свой следующий шаг.
Ухо Диего дёрнулось. Немного наивное, но простительное действие по отношению к раненому:
—И что, по-твоему, мне следует сделать?
Доктор ухмыльнулся, собирая свои записи.

—Это не моя проблема, не так ли?, — Он повернулся к входу в палатку, но помедлил, прежде чем выйти, —Только не умирай под моей опекой, ладно? Ненавижу тратить лекарства на мертвецов, — И с этими словами мужчина ушёл, оставив Диего наедине со своими мыслями. Гиен медленно выдохнул, ожидая, пока шаги доктора затихнут за пределами палатки, прежде чем полностью сесть. Его тело протестовало, болезненное и затёкшее, но у него не было выбора. Ему нужно было оценить то, что он оставил. Инстинкт включился, когда его руки не ощутили тяжести сумок на плече. Да, он понял это только сейчас. Всё таки реакция была чутка заторможена. Но глаза довольно быстро нашли необходимые вещи. Сумки лежали рядом с кроватью. Диего потянулся и положил их к себе на койку. Его пальцы коснулись влажной, рваной кожи — повреждённой, но всё ещё целой. Он расстегнул ремни и начал вытаскивать то, что осталось от его припасов: кремень, тупой нож со сколами на лезвии, множество трав, большинство из которых были раздавлены во время его хаотичного побега…по крайней мере те, которые не были в банках и колбах, ну и многое другое включая всякие приборы, реагенты и т.д. Однако, Минк хотел удостовериться в самом главном. Его пальцы наконец нашли маленький, изящный мешочек, который он спрятал в отчаянии. Диего затаил дыхание, открывая его. Там, среди грязи и обрывков ткани, был цветок. Лепестки были помяты, но его жуткий, неестественный цвет всё ещё держался. Приз, который едва не стоил ему жизни — не раз. Гиен выдохнул, крепче сжав сумку, когда откинулся на койку. Он должен был почувствовать удовлетворение. Облегчение. Что-то… Но всё, на чём он мог сосредоточиться, — это тупая боль в рёбрах и тот факт, что он ещё не в безопасности. Хотя был ли он когда-то в безопасности? Прежде чем он успел об этом подумать, полог палатки откинулся в сторону, и доктор вернулся обратно.
—Я думал, ты уже сбежишь куда сломя голову, — сказал мужчина, скрестив руки на груди, —Не думал, что ты из тех, кто долго лежит прокрастинируя.
Ухо Диего метнулось в сторону, его пальцы всё ещё сжимали сумку.
—Ты что-то забыл сказать? Или пришёл мозги мне парить?
Доктор фыркнул.
—Да. У меня плохая привычка — жалеть побитых бродячих собак, — Он прислонился к деревянному столбу возле койки, наблюдая за Диего со слегка удивлённым взглядом, —Итак, я мог бы поговорить с несколькими проезжающими торговцами. Договориться, чтобы они забрали тебя с этого жалкого болота, прежде чем Дозор сложит два и два.
Глаз Диего нервно дёрнулся. Его гордость сразу же вспыхнула:
—Ты думаешь, меня нужно спасать? Или делать одолжение?
Доктор поднял бровь.
—Я думаю, тебе нужно убираться отсюда к чёрту, пока твои «друзья» в джунглях снова не пошли на поиски, — Он пожал плечами, —Ты в ужасном состоянии, и даже если бы ты не был таким, тебе здесь не место. Дозор до сих пор обыскивает окраины, местные жители всё ещё напуганы, а ты… — Мужчина указал на состояние Гиена, —…Выглядишь как нечто, выползшее из того самого проклятого болота.
Диего стиснул зубы, слова жгли, хотя он знал, что они были правдивы. Он пережил невозможное, боролся зубами и когтями, прорываясь через ад, и теперь его жалеют. Но гордость не вытащит его с этого острова. Его пальцы слегка расслабились вокруг мешочка.
—А чего ты получишь? Не думаю, что любезность твой конёк.
Доктор ухмыльнулся.
—Душевное спокойствие, — Он выпрямился, —Кроме того, мне нравятся хорошие истории о неудачниках. Просто постарайся не умереть, прежде чем что-то из этого получится, ладно?
Диего не ответил сразу. Он взглянул на свои потрёпанные припасы, цветок всё ещё был в его руках. Гиен зашёл слишком далеко, чтобы позволить высокомерию стать его падением. С медленным выдохом он пробормотал:
—Отлично.
Доктор издал лёгкий смешок.
—Хороший выбор. Теперь готовь свою задницу. Ты уезжаешь на рассвете.

Первые лучи солнца показались над горизонтом, отбрасывая слабый золотистый оттенок на сонную деревню. Диего стоял у края медицинской палатки, наблюдая за тонкой линией береговой линии, мерцающей вдалеке.

Его тело ныло, всё ещё ощущая тяжесть истощения и яда, который едва не унёс его жизнь. Слова доктора эхом отдавались в его голове, когда он в последний раз паковал свою маленькую сумку. Его пальцы коснулись хрупкого мешочка с цветком, и странное чувство окончательности поселилось в нём. Вот оно. Он боролся за это, страдал за это, и теперь он покидает этот проклятый остров, теперь всё позади — но не без последствий. Дозорные будут искать его. Это было несомненно. Они будут помнить путь кровопролития, обломки, оставленные на их пути, и странное существо, которое видели на болотах. Гиен не был уверен, догадались ли они, что это он, но Минк не мог рисковать и оставаться, чтобы узнать. Парень ещё не закончил, но этот остров больше не давал ему ответов. Дозор был лишь началом осложнений, которые последуют, если он останется слишком надолго. Поэтому ему пришлось уйти. Диего бросил последний взгляд на деревню, зная, что даже если сейчас она кажется мирной, хаос уже просочился. Здесь он будет не более чем воспоминанием — если ему повезёт. Доктор уже ждал его у доков, небольшое, невзрачное судно стояло на якоре неподалёку, достаточно далеко от главного пирса, чтобы его не обнаружили. Судно было ничем не примечательным, сливаясь с окружающей средой, словно оно никому не принадлежало.
—Готов? — спросил мужчина с небольшой понимающей усмешкой на лице. Его манера поведения изменилась от прежней жалости к чему-то более практичному. Глаза Диего сузились в неодобрительной манере, но он всё же кивнул в ответ.
—Давайте покончим с этим.
Они не теряли времени. Тихо идя по извилистой тропе позади зданий, их шаги были заглушены мокрой землёй. Мышцы Диего протестующе кричали, но он проталкивался вперёд, каждый шаг приближал его к свободе — или, по крайней мере, к следующей главе приключений. Причал был пуст, за исключением нескольких ящиков, содержимое которых было скрыто брезентом. Торговое судно стояло на якоре на дальней стороне, сразу за пределами досягаемости основных маршрутов патрулирования Дозора. Команда была немногочисленной, несколько грубоватых мужчин разгружали ящики. Они не подняли глаз, когда Гиен и доктор приблизились. Доктор уже использовал своё обаяние, и капитан торгового судна махнул им понимающим кивком, давая понять, что сделка заключена.
—Вам повезло, — сказал капитан низким и хриплым голосом, —Мы уйдём до того, как Дозор заметит, что мы здесь нелегально.
Диего бросил взгляд на горизонт, наполовину ожидая увидеть патрули Дозора, но пока ничего не продвигалось. Было узкое окно времени, прежде чем они поймут, что кто-то пропал, — прежде чем они поймут что к чему. Минк не собирался ждать этого. Он поднялся по доске, скрип дерева под ногами был резким напоминанием о том, насколько хрупким был этот побег. Команда бросила на него беглый взгляд, прежде чем вернуться к своей работе. Казалось, никого не волновала грубая на вид гиена, которая появилась из ниоткуда. Оказавшись на борту, Диего прислонился к перилам, наблюдая, как доктор поднимается на борт следом за ним. Оказалось, что ему тоже надо отплыть ненадолго. И в этот момент Дагги наконец-то почувствовал первый настоящий момент свободы, когда корабль начал отходить от острова. Он не оглядывался. Остров отступал позади них, медленно исчезая в тумане. Торговое судно с тихой точностью рассекало воду, его паруса были развёрнуты, ветер мягко подталкивал их к открытым водам. Тело Диего всё ещё болело от болота, от борьбы, от долгих дней непрекращающегося давления и почти смертельных переживаний. Но чем дальше они плыли, тем больше он чувствовал облегчение — короткую передышку. Он выбрался. Но ему ещё предстояло пройти долгий путь. Его мысли продолжали возвращаться к цветку, надёжно спрятанному в его сумке. Парень рисковал всем ради него, сражался с монстрами и сражался с людьми. Он ещё не был уверен, что это принесёт ему какой-то прогресс в исследованиях, но был уверен, что толк от этого точно будет. Пока корабль уходил всё дальше к горизонту, Диего взглянул на доктора, который стоял на носу корабля, глядя на воду.

—Сколько времени нужно до следующего острова? — спросил Диего хриплым голосом.
—Два дня, может меньше, а может больше, не знаю я, — ответил мужчина, не оглядываясь, —Отдыхай, пока можешь. Тебе понадобится.
Эль-Пасо просто кивнул, но тяжесть его мыслей не ослабла. Слишком много всего ещё было, слишком много неизвестного, слишком много опасностей поджидало. Дозор, существа, туземцы — это было только частью его умопомрачительных похождений. Он придвинул сумку ближе и стараясь ни о чём более не думать, попытался заснуть.

Переход ——> Норд-Гранд

«Я знала, что здесь будет много насекомых, но никогда бы не подумала, что настолько... И меня всё ещё мучает загадка нашего здесь пребывания... Так может...?»

- И зачем мы тут? - напрямую задала она вопрос Гитцу, когда вся их толпа пересекала что-то вроде местной рыночной площади, - Хотелось бы отправиться в сторону места поинтереснее... И побыстреее.

= А, я ж не рассказывал. - легонько хлопнул себя по лбу здоровяк, - Мы здесь за жуком, что водится только в этих краях. И за него, - указательный и большой пальцы весьма однозначно были потерты друг о друга. - весьма славно платят. Ну, а для любого путешествия нужны финансы. Потому поймаем засранца живым, - сократим телодвижения втрое, если не впятеро. Я с такими торговаться умею.

Не ответила Снежная Женщина, приняв информацию лишь к сведению. Разом её гибкий разум предпочёл праздному бездействию анализ, и мысли её натолкнули хозяйку на вероятный источник заказа, - Реквием, - ведь она видела там что-то схожее, пусть и не идентичное. Ну и поставленная задача была очень в духе: влезьте в самое ужасное место, до которого только может добраться человек, и вытащите оттуда что-то, представляющее значительную ценность. Да, определенно в духе.

Дальнейший их путь вел группу за границы человеческого поселения, в котором ни Гитц, ни Гаспар не вели разговоров ни с кем из местных: видно, сами прекрасно знали, где искать. Всё, что оставалось Моне - скромно следовать по пятам, держась Зельманна как единственного островка безопасности.

Чем глубже продвигались они внутрь острова, тем более лесистой и одновременно более болотистой становилась местность. В некоторых местах приходилось искать обходные пути, чтобы миноват разлившиеся водоёмы и настоящие зудящие тучи омерзительных созданий, непонятно зачем вообще сотворённых Матерью-Природой. Комнада старалась даже на месте не задерживаться, прекрасно зная об опасностях ползучих тварей, но от всех уйти было невозможно, а потому на постоянной основе слышались шлепки, хлопки, ругательства и сетование. Даже редкие прикрики от капитана не спасали ситуацию, - стоило вести себя потише, чтобы не спугнуть ценные виды и не привлечь к себе большого внимания. Впрочем, Гитц понимал, как никто другой:

= Да что их ругать-то... - пробубнел он себе под нос. - Человеческое. Не чуждо... - на мгновение он закашлялся, выплевывая черные точки пожелавшему раскрыть рот. - Сука злая, ну и мошкара. Тьфу!

Моне тихонько усмехнулась, немного щурясь и глядя на эту картину, но не добавила ничего сверх того, оставаясь наблюдателем, который сам-то был в безопасности от внимания насекомых.

В один из моментов группа остановилась перед огромным разлитым озером. Видно было, что раньше злесь был вполне себе пригодный мостик, - его поручни возвышались едва-едва над уровнем воды, но сейчас здесь было вовсе не пройти... Ну, только если не хотелось сделать это вплавь. Вокруг - редкие деревья и тонна влаги, а также ни одной живой души, что бы располагала сведениями о доступных переправах.

= Так и... - почесал затылок Гаспар. - Что делать-то будем, м? Барахататься со змеями и сколо-мать-их-пендрами не хочется...

= Поддерживаю. - кивнул Зельманн, а затем пристально взглянул на Моне. - Но, наверное, Алана нам поможет?

- Хотите, чтобы я снегом всё припорошила? - едва подняв бровь, уточнила она, и получила одобрительный кивок.

= Мы - команда. - стукнул себя в грудь бывший дозорный. - Команде надлежит помогать друг другу.