Остров-крепость Сайфер Пола

Джек попытался собрать свои силы. Он сделал шаг назад, подняв кулаки, но снова получил удар, на этот раз по ногам. Он упал на колени, тяжело дыша. Его разум бился в попытках понять, как он может защищаться, если ничего не видит. Это не был просто бой, это было испытание, заставляющее его выйти за пределы своих возможностей.
– Сосредоточься! – прозвучал голос старика снова, где-то рядом, но Джек не мог понять, откуда он идёт. – Ты ничего не видишь, но это не значит, что ты бессилен. Ты должен чувствовать волю, даже если твои глаза бесполезны!–
Джек с трудом поднялся на ноги. Его дыхание стало рваным, а боль от ударов казалась невыносимой, но он знал, что сдача не вариант. Он должен был сосредоточиться на том, что старик пытался ему объяснить. Воля. Она должна была помочь ему даже в этой ситуации. Он попытался собрать энергию внутри себя, направить её на защиту. Но каждая попытка фокусироваться разваливалась под гнётом боли и страха.
Ещё один удар пришёл прямо в грудь, и Джек снова упал. Он услышал, как его собственное тело ударилось о землю, а дыхание стало тяжёлым и прерывистым. Его мышцы ныли, и казалось, что силы покидали его. В голове крутились мысли: Как я могу сражаться, если не вижу врага? Но даже в этом состоянии он чувствовал, что старик не был настроен на убийство. Это был урок, но жестокий.
– Слишком медленно, – услышал он тихий голос старика, снова из темноты, словно тот двигался незаметно, скрываясь в каждом углу тьмы.
Джек попытался снова подняться, его тело ныло от боли, но каждый раз, когда он делал движение, старик атаковал его с новой стороны. Удары становились всё более точными, каждый раз выбивая из него остатки сил. Он был на грани сознания, и его сознание медленно затмевалось.
– Ты не был готов к этому, но это только начало. Ты проиграешь снова и снова, пока не научишься чувствовать СВОЕЙ волей каждое движение вокруг, даже когда не видишь. Это первый урок–
Боль в теле была теперь не только от тяжёлых тренировок. Каждый удар старика оставил на теле Джека свежие синяки, и хотя старик, возможно, не использовал полную силу воли вооружения, каждый удар был похож на удар кузнечного молота по его костям. Джек чувствовал, как каждая часть его тела отзывалась пульсирующей болью, словно его тело было куском раскалённого металла, по которому нещадно били.

Он с усилием вытер кровь с разбитой губы и, тяжело дыша, бросил:
– А можно было сначала объяснить, а потом уже бить меня что есть мочи?
Старик, стоявший в тени, нахмурился, слегка качнув головой, словно слова ученика его разочаровали. Он сделал шаг вперёд, и его фигура проявилась в тусклом свете луны. Его глаза были полны разочарования, но не злости. Скорее, это было сожаление о том, что Джек не понял что-то важное сам.
– Ты всё ещё не понимаешь, о чём я говорил с самого начала, – старик произнёс с упрёком в голосе. – Ты думаешь, что воля – это просто сила. Что стоит тебе научиться бить сильнее, и этого будет достаточно. Но воля – это не только то, что даёт тебе возможность наносить удары–
Джек, пытаясь подняться на ноги, хмурился, его лицо выражало усталость и боль. Он не хотел спорить, но не мог не задать вопрос.
– Что ты хочешь этим сказать? Я старался, использовал волю как мог, но ты даже не дал мне шанса понять, откуда ты атакуешь!–
Старик вздохнул, скинув с плеч лёгкий плащ, и подошёл ближе, останавливаясь прямо перед Джеком.
– Вот именно в этом и проблема. Ты не должен был полагаться только на глаза. Ты пытался сражаться, используя только свою силу и инстинкты, но забыл об одной важной вещи: твои глаза – не единственное, что может тебе помочь увидеть противника. Ты должен научиться чувствовать мир вокруг тебя. Это и есть воля наблюдения–
Джек поднял глаза на старика, явно пытаясь понять, что тот имеет в виду.
– Воля наблюдения? – спросил он, вытирая остатки крови с лица.
– Да, воля наблюдения. Ты должен был почувствовать мои движения, мой замысел ещё до того, как я нанёс удары. Но ты был слеп, потому что полагался только на глаза и уши. Это недостаточно. Воля наблюдения позволяет тебе воспринимать мир иначе – чувствовать присутствие других, их намерения. Даже в полной темноте ты сможешь "видеть" своего противника–
Старик замолчал на мгновение, затем продолжил, его голос звучал ровно и спокойно:
– Воля наблюдения – это способность воспринимать не физическими органами чувств, а через духовное ощущение. Это словно расширение твоего сознания. Когда ты овладеешь этим, ты сможешь не только предугадывать атаки, но и ощущать присутствие людей, даже если они скрыты. Ты должен научиться доверять этому чувству, а не только полагаться на своё зрение или слух–
Джек, потирая ребра, всё ещё осмысливал слова старика. Ему казалось, что это звучит слишком абстрактно, но, вспоминая удары, которые он получил в полной темноте, он понимал, что старик прав. Его обычные чувства были бесполезны в той ситуации.
– Ты говоришь, что я должен был... чувствовать тебя? – переспросил Джек, его голос был полон сомнений.
– Именно, – старик посмотрел на него внимательно. – Но для этого нужна полная концентрация и ясность ума. Ты был слишком поглощён болью и страхом потерять контроль. Воля наблюдения требует спокойствия. Только когда ты сможешь отпустить свой страх и расслабить разум, воля наблюдения откроет для тебя мир, который ты раньше не видел–
Джек кивнул, принимая услышанное, но всё ещё не до конца понимая, как именно это применить на практике.
– И как мне этому научиться? – спросил он, готовый впитывать новую информацию.
Старик усмехнулся.
– Как и всё остальное, через практику. – Он отвернулся и сделал несколько шагов в сторону, как будто обдумывал что-то. – Завтра мы начнём с малого. Я научу тебя основам воли наблюдения. Ты будешь учиться чувствовать, а не видеть. Мир полон сигналов, и ты должен научиться улавливать их. Каждый человек, каждый объект излучает своё присутствие, и твоя задача – научиться замечать это–
Он вернулся обратно к Джеку и, посмотрев ему прямо в глаза, добавил:
– Ты должен быть готов к тому, что это займёт много времени. Воля наблюдения – это не сила, которую можно развить за день или неделю. Но как только ты её освоишь, ты сможешь чувствовать всё, что происходит вокруг тебя, даже если твои глаза будут закрыты–

Джек, опираясь на стену хижины, молча кивнул. Он был измотан, его тело болело, но внутри него уже начало формироваться понимание того, что старик говорил. Если воля вооружения учила его направлять свою внутреннюю энергию в отдельные участки тела, то воля наблюдения должна была научить высвобождать энергию в виде эдакого поля вокруг себя.
Старик посмотрел на небо, где тучи всё ещё скрывали луну.
– Отдыхай, – сказал он тихо. – Тебе нужно восстановить силы. Завтра мы начнём с чистого листа. Я покажу тебе, как почувствовать мир вокруг. Но только если ты будешь готов слушать, а не спорить–
Джек кивнул снова и, стиснув зубы от боли, вернулся в дом. Старик остался на улице, погружённый в свои мысли. Он знал, что впереди ещё долгий путь, но теперь был уверен, что Джек сделает шаг в правильном направлении. Воля наблюдения изменит его, если он позволит этому случиться.
Зайдя в хижину, Джек тяжело сел на кровать, его мысли всё ещё крутились вокруг того, что говорил старик. Он закрыл глаза, пытаясь представить, как это – чувствовать мир, а не видеть его. "Завтра," – подумал он. "Завтра я постараюсь."

Наступило утро, старик даже не разбудил Джека до рассвета было это однозначно странно, но за-то Джек отдохнул, а на столе у старика его ждала еда и записка.
«После того как проснёшься и поешь, то иди в сторону тюрьмы, из-за твоего топографического идиотизма, держи карту, а если и этого будет мало спроси у кого-нибудь.
«Фотограф» Генри»»
–Так старика зовут Генри? Интересная находка– убрав записку в сторону, он отодвигает стул и смотрит в тарелку, а там у него был хорошо прожаренный рыбный стейк. Запах от него полностью пропитал всю комнату –Какой же это шикардос! Хе-хе-хе, я же такой вкуснятины в жизни не ел– обливаясь слюнями Пауль пробует первый кусочек и ощущает как его рот находится во вкусовом экстазе.
Однако не смотря на всё своё желание съесть весь этот стейк разом, энтомолог взял ложку и начал ею постепенно есть то что было, вкус был незабываемый. Лёгкая кислинка, и насыщенность солью буквально снимали всё болевые ощущения оставляя Джека наслаждаться вкусом настоящей еды.
Всё время что он работал, ему удавалось перекусить, и лишь иногда поесть в каких-нибудь заведениях. Однако работа в последнее время была настолько ужасной, что приходилось буквально выживать. Лжевуд на котором вся еда отравлена и если съешь хотя бы кусочек, то скорее помрёшь от передозировки и скорого прихода розового слоника, а вот дальше еда была простой и не приметной, пока они не прибыли на Хано, там же уже еда была просто ужасная, но приходилось есть чтобы не умереть с голоду.
Закончив трапезу Пауль вытер свой рот и запил это всё слегка остывшим кофе. Выпитый напиток означал лишь одно для стрелка, а именно конец трапезы. Забрав свои обноски он надел первым делом решил пойти за одеждой и отправился за ней он к себе в комнату. Путь был не близкий, но всё же достаточно весёлый, проходя через лес он выбрался на тренировочный плац и в конце пути всё же оказался там где ему надо.
Однако комната была уже в достаточно странном состоянии. Насекомые что остались в ней оказались на собственном обеспечении из-за чего комната стала больше похожа, на обратную сторону камня в джунглях. Углы комнаты были в гнёздах ос, шкаф уже полнился мёдом который пчёлы собрали за столь короткий промежуток времени с местных цветов и трав. Сменилось несколько поколений тараканов и их трупы не были мёртвым грузом на полу, всё потому что были другие хищники которые с радостью ели то что осталось апосля. Агенту долго думать что надеть не пришлось. У него были кое какие части костюмов которые он хранил с собой, на случай разных ситуаций, благо его сумка была достаточно вместительна.

Вытаскивая свою запасную форму агента Сайфер Пол, Джек посмотрел вокруг и понял что насекомые буквально завладели каждым квадратным сантиметром каждой плоскости в этой комнате.
«Оу… ну… вроде они не уходят, ну и не портят никому жизнь, так… что… хм, я наверное просто оставлю всё как есть? Я не думаю что это большая проблема, но во всяком случае, я заставлю их убрать ульи когда мы будем уходить отсюда»
Переодевшись и побежав к тюрьме, Джек наконец-то понял, что запах того что он ел, остался на его коже, а также вся одежда пропахла мёдом, ведь сумка находилась под ульем пчёл в шкафу.
–Надеюсь это не будет проблемой, хотя хороший запах, никогда не был проблемой, ха-ха!– посмеявшись про себя Пауль просто ускорился и вот он оказался уже возле тюрьмы.
Там его ждал наставник, возле большого строения похожего на башню рядом с самим местом задержания. Он с кем-то говорил, и вроде как звучало как благодарность с обеих сторон.
–Старик, а вот и я, свеж и весел! Готов изучать то что ты мне говорил– Джек явно был очень воодушевлён, и боксировал с воздухом показывая готовность ко всем вещам которые только могут с ним произойти.
–Это хорошо, однако, подойти по ближе– даже Генри улыбался видимо был в хорошем расположении духа.
Джек, не теряя оптимизма, подошёл ближе к старому наставнику. Генри выглядел чуть менее суровым, чем обычно, его глаза светились странным довольством, которое насторожило Джека. Это выражение лица было слишком уж добродушным для старика, который обычно относился к нему холодно, особенно во время тренировок.
– Вот что, парень, ты всё ещё не понимаешь, как работает воля наблюдения, – сказал Генри, ухмыльнувшись. – Так что сегодня я тебе помогу... ощутить её.
Джек нахмурился, пытаясь понять, что его ждёт, но не успел задать вопросы. В мгновение ока старик неожиданно вытащил из кармана массивную железную повязку и стремительно надел её на голову Джека, закрыв ему глаза. Джек дёрнулся от неожиданности, но Генри был слишком быстрым. Повязка моментально защёлкнулась на замок, лишив его возможности увидеть хоть что-нибудь.
– Эй! Что ты делаешь? – выкрикнул Джек, пытаясь сорвать повязку, но замок держал её крепко. Она была тяжёлой, холодной и давила на голову, создавая ощущение полной изоляции от внешнего мира.
– Сейчас ты научишься чувствовать мир вокруг, даже когда не можешь его видеть, – спокойно ответил Генри. В его голосе не было раздражения или насмешки, только холодная решимость. – Я говорил тебе, что воля наблюдения — это нечто большее, чем просто зрение. Теперь у тебя будет возможность это проверить–
Прежде чем Джек успел что-то возразить, он почувствовал, как его схватили за плечи и, не дав времени сориентироваться, потащили вглубь какого-то здания. Его бросили на твёрдую землю, и через мгновение дверь за ним с грохотом захлопнулась. Вокруг царила абсолютная тьма, но даже если бы повязки не было, Джек вряд ли что-то мог бы увидеть.
– Что за... – начал Джек, но его прервал громкий скрежет металла. Он напрягся. В этом звуке было что-то угрожающее. Вдруг послышался лязг цепей, который разнёсся эхом по всему помещению. Казалось, что что-то тяжёлое упало на пол, освобождая то, что было сдерживаемо долгое время.
– Это заключённые – внезапно раздался голос Генри где-то вдалеке, как будто он говорил из другого мира.

– Мы не кормим их уже тридцать дней. Они голодны и озлоблены. Из-за твоего запаха они видят в тебе только еду. Ты должен научиться чувствовать их приближение. Если не сможешь — они съедят тебя–
Джек замер, ощущения страха коварно ползли по его спине вверх мурашками. Отступать было некуда, Генри закрыл дверь и всё что слышал Пауль так это как заключённые подходили к стрелку принюхиваясь.
«Блять блять блять блять!» Джек не боялся сквернословия, всё же это его способ само успокоения, ведь сейчас он нервничал «Успокойся Пауль, тебе надо лишь прислушаться к их движениям, к тому же что могут эти голодные пародии на человека? Я знаю три техники рокушики, поэтому всё что мне надо, так это использовать их правильно» Тем временем рычание и шорохи становились всё ближе. Заключённые двигались, их шаги были тяжёлыми, звериными. Это уже не были люди, они превратились в диких животных, ведомых лишь жаждой пищи.
Внезапно он почувствовал резкий толчок в спину. Кто-то ударил его сзади, и он рухнул на землю. Джек быстро перекатился в сторону, пытаясь встать на ноги. Крики и хриплое дыхание окружали его, заключённые приближались. Ему казалось, что они могут быть повсюду, и он не знал, откуда ждать следующую атаку.
«Теккай!» встав в стойку Джек почувствовал как в его костюм попытались вонзится в будущем сломанные зубы. Кожу агента не могли прокусить из-за чего он даже чувствовал себя чем-то вроде ореха. Стоя в Теккае он пытался рассредоточить свои мысли на разных вещах. Главная из них это попытка разобраться с тем как ему вообще освоить волю наблюдения. Пока что текущее испытание было похоже скорее на метод казни, где человека отдают на съедение голодным собакам.
«Он говорил что я должен чувствовать своих врагов. Если воля вооружения это использование своей энергии внутри тела, то возможно это требует от меня выпуска этой энергии вокруг, себя, в таком случае сначала надо попытаться вложить волю вооружения в руки или ещё куда-нибудь и попытаться выпустить её вокруг»
Джек сделал глубокий вдох, пытаясь вспомнить ощущение разливающейся по телу энергии. Руки агента сжимались сильнее, но к сожалению враги не станут ждать пока он освоит эту технологию. Атака навалившихся скопом преступников просто повалила на землю агента выбивая того из концентрации, он чувствовал как их зубы начали впиваться в обмякшую плоть.
–Отвалите от меня!– крикнул агент скидывая с себя врагов. Боль растекалась по его рукам, и не только боль, красная жидкость стекала по его среднему пальцу, видимо у кого-то были слишком острые зубы.
За этим всем наблюдал старик, однако он был явно не доволен происходящим это явно читалось в его взгляде, но к сожалению Джек не ощущал этого давления с его стороны. Стрелок отбежал так далеко на сору как только мог, но это было опасно, ведь он мог спокойно попасть лицом в стену.
«Сконцентрируйся… всё что тебе надо, это концентрация» ощущение успокоения было настолько мизерным, однако этого хватило на первое время. Он отрисовал примерную дистанцию их атаки ибо сейчас упёрся в стену спиной. И по итогу начал пытаться чувствовать что будет приближаться, однако звуки шагов очень сильно отвлекали. Пауль отчертил круг вокруг себя и сконцентрировался, даже когда его глаза находились за железной повязкой он закрыл их для большей уверенности. С каждым мгновением его враги, почувствовав вкус крови, становились всё более агрессивными, их шаги ускорялись, а движения становились резче и свирепее, словно голод превращал их в диких зверей, рвущихся к своей добыче.
Джек, чувствуя, как его враги становятся всё агрессивнее, попытался сосредоточиться на своей воле. Шаги заключённых эхом отдавались в его голове, и с каждым мгновением они звучали всё громче и ближе, как предупреждение о надвигающейся опасности. Он знал, что времени на раздумья больше нет. Их звериная ярость росла с каждым ударом сердца, и если он не сможет защититься, то не переживёт эту тренировку.

"Сконцентрируйся... очисти свой разум," – повторял Джек про себя, стараясь отогнать шум и хаос, заполнявшие его мысли. Он глубоко вздохнул, и в тот момент ему удалось представить мысленный круг вокруг себя, как будто вычерченный силой воли. Круг, который защищал его и давал ему ощущение пространства, в котором он должен был держать врагов на расстоянии.
Он чётко "видел" границы этого круга в своей голове. Это было первое чёткое и ясное ощущение за всё время борьбы. Он знал, что враги подходили всё ближе, их шаги почти пересекали невидимую линию. В этот момент Джек внезапно почувствовал их кровожадность. Это ощущение было не похоже ни на что, что он испытывал раньше. Он "почувствовал" их голод, их жажду разорвать его на части. Это было как волна звериной ярости, хлынувшая прямо на него.
Но это ощущение длилось всего мгновение. Джек не был готов к такой резкой перемене, и внезапная вспышка этого нового чувства нарушила его концентрацию. Он потерял контроль над мысленным кругом и, не имея возможности продолжать полагаться на ощущения, вынужден был действовать быстро, опираясь на слух и инстинкты.
Преступники рванули вперёд, их шаги и хриплые крики наполнили тёмное пространство. Джек, напрягшись, сжал кулаки и ударил в ответ, когда один из них приблизился слишком близко. Его удар был сильным, и враг рухнул на землю, но остальные продолжали наступать. Джек переключился на слух, стараясь не паниковать, несмотря на хаос вокруг. Он снова и снова бил, уклонялся, чувствуя шаги преступников, пытаясь удержаться на грани между инстинктами и тем слабым ощущением, которое мелькнуло у него в голове.
На некотором расстоянии Генри наблюдал за происходящим. Он видел, как Джек, несмотря на свои ошибки и неопытность, на миг смог почувствовать врагов с помощью воли наблюдения. Однако этот момент был слишком кратким, и Джек не смог удержать концентрацию. Старик прищурился, его губы сжались в тонкую линию. Он знал, что Джек способен на большее, но его разочарование было очевидно. Ученик потерял шанс использовать волю, и теперь ему приходилось снова полагаться на слух и удары.
Несмотря на это, Джек всё ещё продолжал сражаться, его удары становились точнее, и он постепенно начал разбираться с заключёнными. Его тело двигалось быстрее, хотя было видно, что силы постепенно покидают его. Последний удар пришёлся на заключённого, который бросился на него с рычанием. Джек уклонился и отправил врага на землю мощным ударом в грудь.
Осталось всего несколько заключённых, их силы уже не были такими грозными. Джек начал дышать тяжелее, но знал, что с этим боем он справится. Он сжал кулаки и приготовился к последнему броску.
Когда последние преступники были повержены, Джек рухнул на колени, пытаясь восстановить дыхание. Он чувствовал, как кровь стекает по его рукам, и боль пульсировала в каждой клетке его тела. Но он выстоял.

Он закончил тренировку.
Генри, наблюдая за этим, подошёл к Джеку. В его глазах всё ещё читалось недовольство.
– Ты почувствовал их, хоть и всего на мгновение, – начал старик, его голос был холоден. – Но это было слишком коротко. Ты потерял контроль над собой, не смог удержать концентрацию. Это неприемлемо–
Джек тяжело поднял голову, стараясь отдышаться, и только кивнул в ответ.
– Ты должен понять, что полагаться на слух или инстинкты – это лишь временное решение. Пока ты не научишься использовать волю наблюдения осознанно и постоянно, ты будешь уязвим. Враги не будут ждать, пока ты соберёшься с мыслями. Ты должен чувствовать их в любой момент, даже в самых экстремальных условиях–
Джек снова кивнул, пытаясь понять смысл сказанного. Он знал, что был близок к чему-то важному, но всё ещё не мог достичь этого полностью.
– Это был первый шаг – продолжил Генри. – Но впереди ещё много работы. Ты выстоял сегодня, но только потому, что полагался на свои прежние навыки. Тебе нужно научиться управлять волей наблюдения так же, как ты используешь свои кулаки. И это не произойдёт за одну тренировку–
Джек встал, слегка покачиваясь от усталости, и посмотрел на старика.
– Я сделаю это – твёрдо сказал он, хотя в его голосе всё ещё ощущалась усталость.
– Хорошо – ответил Генри. – Но не надейся, что следующий раз будет легче. Ты прошёл через первый этап, но теперь тебя ждут новые испытания. И они будут куда сложнее–

После изнуряющей схватки с заключёнными, Джек, тяжело дыша, стоял перед Генри, чувствуя, как его тело пульсировало от боли. Кровь всё ещё медленно стекала с его ран, но он понимал, что это только начало. Старик не собирался давать ему отдых.
Генри внимательно посмотрел на Джека, словно оценивая его готовность к следующему испытанию.
– Ты справился с заключёнными, хоть и с большим трудом, – начал старик, медленно приближаясь. – Но твои слабости всё ещё очевидны. Ты научился слышать врагов через шаги и звуки, но это не воля наблюдения. Это – лишь твои инстинкты–
Джек нахмурился, стискивая кулаки. Он ожидал похвалы за свою выносливость и борьбу, но вместо этого его снова критиковали.
– Следующее испытание, – продолжил Генри, игнорируя его реакцию, – будет длиться несколько дней. И оно будет не менее жестоким, чем сражение с заключёнными. Ты должен научиться чувствовать не только врагов, но и окружающий мир: огонь, воду, даже море. Только так ты сможешь стать настоящим мастером воли наблюдения–
Джек не успел ничего сказать, когда Генри резко повернулся и пошёл в сторону тренировочной площадки. Он остановился лишь для того, чтобы коротко бросить:
– Следуй за мной–
Спустя несколько минут они добрались до высокой каменной площадки, окружённой деревьями и скалами. В центре возвышалась небольшая деревянная стойка, рядом с которой лежали лук и стрелы. Место казалось странным, как будто готовилось что-то необычное.
– Твоя следующая тренировка – это медитация, но не обычная, – сказал Генри, указывая на лук. – Ты должен научиться стоять в стойке лучника, сохраняя баланс и контроль над собой, даже когда мир вокруг тебя будет пытаться разрушить твою концентрацию–
Джек нахмурился, недоумённо оглядывая площадку. Слова Генри звучали странно, и он не мог понять, что именно тот имеет в виду. Как мир вокруг может разрушить его концентрацию? В голове юноши это не укладывалось. Но любопытство пересилило сомнения. Он наклонился, взял лук в руки, осторожно натянул тетиву и приготовился к очередной задаче, надеясь, что тренировка будет не слишком изматывающей.
Но Генри явно не собирался давать ему никаких поблажек. Секунды спустя старик, не сказав ни слова, зажёг факел и с ним поджёг деревянные стойки вокруг Джека. Пламя мгновенно охватило их, поднимаясь всё выше. Вскоре огонь стал полыхать так сильно, что тепло и яркий свет обрушились на Джека со всех сторон.

– Ты что творишь?! – крикнул Джек, не скрывая раздражения и паники. Он ощутил, как жар начал жечь кожу, и его дыхание стало затруднённым от дыма и горячего воздуха.
– Тренирую, идиота, – насмешливо ответил Генри, глядя на него с насмешкой. – Огонь будет гореть три дня и три ночи. А я пока... – он зевнул и добавил, повернувшись к уходу, – пойду вздремну–
Джек стоял в полусогнутой стойке, лук и стрела в его руках опустились вниз. Его мышцы напряглись, а голова тяжело поникла. Он чувствовал, как огонь обжигал его, постепенно поджаривая его тело. Каждый вдох приносил с собой запах горящего дерева и пепла, а звук пылающего пламени заполнил всё пространство вокруг. Стойка начала казаться пыткой. Джек был окружён жаром и огнём, который не собирался угасать.
Огонь опалял его, и тело Джека начинало постепенно сдавать. Он попытался выпрямиться и вернуть натянутую тетиву в правильное положение, но вся его концентрация растворялась в горячих языках пламени.
Огонь постепенно окружал Джека со всех сторон, и он уже почти не видел ничего, кроме танцующих языков пламени. Каждый вдох приносил в лёгкие жгучий воздух, а кожа на лице и руках горела, словно под палящим солнцем. Сильный жар заставлял его тело напрягаться, будто оно само пыталось защититься от надвигающейся опасности.
"Как мне держать концентрацию в этом аду?" – думал Джек, крепче сжимая лук в руках. Каждое мгновение стояния в этой позе казалось вечностью. Его ноги дрожали от напряжения, а голова начала кружиться от нехватки свежего воздуха и постоянного жара. Мышцы ныли от тяжести лука, который казался всё более бессмысленным оружием перед лицом такой стихии.
Генри не шутил. Этот огонь, казалось, собирался гореть вечность, а Джек – сгореть в нём, если не найдёт способ выдержать. Понимание пришло слишком поздно: это было не просто испытание на выносливость или силу. Это была проверка его воли.
Он сделал глубокий вдох, насколько это было возможно в условиях, и попытался сосредоточиться. Закрыв глаза, Джек попытался абстрагироваться от огня, представить, что пламя – это всего лишь часть окружающего мира, которую он должен научиться воспринимать иначе.
Но как можно услышать огонь, когда он жжёт тебя?
"Я должен сосредоточиться... найти в этом хаосе что-то упорядоченное, что-то стабильное," – говорил себе Джек, пытаясь удержаться в стойке. Каждый раз, когда его внимание отвлекалось на боль и жар, концентрация исчезала, и он чувствовал, как его тело сдаёт. "Не слушай боль... слушай огонь."
Сложнее всего было удержать себя от желания просто бросить лук и убежать из этого огненного круга. Всё внутри него кричало о том, что нужно выбраться из этого ада. Но Джек знал, что это невозможно. Это испытание было создано для того, чтобы он сломался – либо физически, либо ментально. И если он сдастся, то путь к овладению волей наблюдения станет недосягаемым.
Пламя продолжало полыхать, но Джек начал замечать что-то странное. Огонь, казалось, двигался с определённым ритмом, словно живой организм. Каждый раз, когда жар усиливался, пламя как будто танцевало перед ним, замирая на мгновение, а затем снова разгораясь. В этот момент Джек понял: огонь действительно "говорит" с ним. Он двигался по своим правилам, имел свой ритм и энергию. Всё, что требовалось, – услышать этот ритм.

Но сосредоточиться было невероятно сложно. Каждый раз, когда ему казалось, что он уловил этот "голос", боль возвращала его обратно в реальность. Огонь обжигал его руки, грудь, ноги, словно пытаясь напомнить ему, что он не просто наблюдатель, а участник.
"Если я не смогу понять огонь сейчас, он поглотит меня," – мелькнула в голове мысль.
Джек снова напрягся и сделал ещё один глубокий вдох. На этот раз он не пытался отгородиться от боли, а наоборот, попытался слиться с ней, принять её как часть этого испытания. Он понял, что огонь не исчезнет, но он может научиться его чувствовать по-другому. С каждым новым ударом жара он пытался уловить ритм пламени, его движение, его силу.
Словно в ответ на его попытки, огонь вдруг перестал казаться таким диким и неконтролируемым. Джек начал замечать, как пламя плавно омывает его тело, как оно стремится вверх, как будто притягиваясь к небу. Это был первый шаг – он почувствовал его "намерения".
Но как только он приблизился к пониманию, его концентрация снова нарушилась. Слишком резко и неожиданно. Огонь, словно почувствовав его слабость, усилился, и Джек, теряя контроль над собой, рефлекторно сжал руки на луке и рванул стрелу вниз, как будто это могло защитить его от неугомонного пламени. Его мысли спутались, и он был готов бросить всё.
Однако неожиданно он услышал знакомый голос, прорывающийся сквозь грохот огня.
– Выдержал? – сонно произнёс старик.
Джек, в замешательстве, не мог понять, что имел в виду Генри. "Выдержал что?" – пронеслось у него в голове. Прошло всего пару часов, неужели этого было достаточно для тренировки? Он ожидал чего-то гораздо более долгого и мучительного.
– Прошло уже три дня, – лениво добавил старик, зевая.
От этих слов глаза Джека округлились от удивления. Три дня? Он не мог поверить своим ушам. Всё это время, что ему казалось лишь коротким моментом борьбы с огнём, оказалось целыми сутками, растворёнными в его концентрации. Огонь, боль и время слились в одно неощутимое течение.
–Как бы то ни было– продолжил старик –Пришла пора для второго этапа твоего испытания. Ты прошёл огонь, а теперь должен пройти воду– взяв юношу за руку старик повёл его к следующей зоне. Джек ничего не понимал, куда его так агрессивно ведут, но шум воды, который усиливался с каждым его шагом дал ему понять что они пришли к водопаду. Пропуская не самую интересную часть, Джек встал под него.
Джек, стоя под мощным напором водопада, едва держался на ногах. Вода обрушивалась на него с такой силой, что казалось, его тело вот-вот раздавит. Поток был настолько плотным и тяжёлым, что каждый вдох давался с трудом, словно его лёгкие забивала сама стихия. Вода заглушала все звуки вокруг, а холод пробирал до костей, но мысли о предыдущем испытании с огнём не давали ему сдаться.
– Как бы то ни было, – сказал старик, отряхивая одежду от невидимой пыли, – это всего лишь вода. Стойку не меняй, я пойду, как и говорил, в шахматы сыграю. Скоро вернусь–
Генри развернулся и ушёл, оставляя Джека под напором ревущей воды. Шум водопада был настолько сильным, что любая попытка услышать что-либо казалась бессмысленной. Джек, понимая, что это задание будет не менее сложным, чем испытание огнём, крепче сжал лук и принял стойку лучника, сжав зубы от напряжения.

"Стандартные тренировки под водопадом? Да я это с лёгкостью выдержу," – подумал Джек, полагаясь на свою самоуверенность. Но его размышления были прерваны внезапным грохотом. Огромное бревно с оглушительным треском ударилось о камни рядом с ним, буквально разорвав тишину в его голове.
"Э-это что было?!" – паника начала закрадываться в его мысли.
Джек быстро понял, что его задача не просто выдержать удар воды. Генри добавил к испытанию новый элемент – падение брёвен. Эти брёвна были огромными, и каждое из них могло с лёгкостью его убить, если он не будет готов к ударам. А слух, на который он так полагался во время битвы с заключёнными, здесь был бесполезен – рев водопада заглушал всё.
"Так вот в чём суть," – понял Джек. Он должен был использовать волю наблюдения, расширить свою территорию восприятия, чтобы чувствовать, когда бревно будет падать. Благо у Пауля был в запасе Теккай который мог помочь в такой ситуации, главное будет лишь узнать о приближении опасности. Он не думал о том что произойдёт если он не успеет активировать его, ведь в таком случае тёмные мысли быстро поглотят его и Джек будет разгромлен ещё до появления бревна.
"Ладно, сосредоточиться," – сказал себе Джек, стараясь подавить страх и привести мысли в порядок.
Он сделал глубокий вдох, хотя поток воды мешал ему дышать. Он должен был отключиться от физических ощущений – от холода, тяжести воды, страха перед брёвнами. Всё это было частью испытания, но главным было – почувствовать. Почувствовать, как изменяется водный поток под бревном, почувствовать как рыба уплывает в сторону от деревянной фуры, почувствовать, облегчение с которым вода сбрасывает бревно по отвесному водопаду. Взгляд был направлен вниз, дыхание было прерывистым, но имело свой ритм. Пауль медленно увеличивал зону в которой он мог бы ощутить хоть что-то.
Ещё один глухой грохот пронёсся сквозь шум воды, и Джек едва успел активировать Теккай. Его мышцы напряглись, и тело стало словно каменное. Бревно ударило его по плечу, и, хотя это было невероятно больно, тело выдержало. Джек устоял, но едва не потерял баланс.
"Чёрт... это было слишком близко," – подумал он, с трудом восстанавливая дыхание.
Каждое бревно было угрозой, но он понимал, что не может полагаться только на инстинкты или удачу. Нужно было что-то большее. Он закрыл глаза и попытался снова сосредоточиться, отбросив все лишние мысли. Вокруг него был только водопад, и его ревущий поток стал единым звуком, заглушив всё остальное. Джек начал погружаться в этот шум, пытаясь почувствовать тонкие изменения в давлении, в воздухе, в вибрации под ногами.
Он задавал немые вопросы своему окружению получая такие же ответы. Он стоял под мощным потоком, тело начало расслабляться, хотя вода продолжала давить на него. Глухие удары воды по телу, постоянное напряжение, но Джек не позволял себе отвлекаться. Он должен был расширить свою область покрытия волей наблюдения, почувствовать изменения в воздухе, которые предупреждали бы его о падении очередного бревна.
На этот раз, не открывая глаз, он услышал его... не в привычном смысле, а как будто почувствовал, как что-то огромное движется сквозь воду. Это было еле уловимое ощущение, но его хватило. Он напряг мышцы, активируя Теккай, и в следующее мгновение огромное бревно ударило его прямо в спину. Удар был сильным, но он выдержал. Его тело, закалённое техникой укрепления, устояло. Бревно же ударившись о Джека лишь упало в воду поднимая большое количество брызг. Пауль уже потерял счёт времени, возможно вновь прошло больше пары дней, но он не чувствовал, ведь стоял с опущенной головой.
Вода всё ещё ревела вокруг, и каждое падение брёвен было новой проверкой. Джек продолжал стоять, сжимая лук в руках, и всё сильнее погружался в свой внутренний мир. Теперь его цель была не просто стоять под водопадом, а научиться предчувствовать каждое изменение в окружающей среде, как будто сам водопад пытался с ним общаться.