[Гранд Лайн, 6 путь] Стимхолл.5-ый остров.

ла слёзы по щекам. Хищница нахмурилась пуще прежнего, нехотя, но продолжила.
– А где именно он работает?
– Н-на складе, – переводя дыхание, отвечает женщина. – Там всякие химические штуки, я в этом не разбираюсь.
– М-да, как и я… – неловко улыбнулась девушка, пересекаясь взглядом с полицейским. Последний вернулся к утешению народа. – Не скажете, где он?
– Пару дней назад на одном металлургическом заводе была авария, вот от него, следующий квартал направо. Легко запутаться, но там табличка висит.
Незнакомка с щенячьими глазами и крупинкой надежды в голове диктовала, вдавалась в подробности. Нет ни единой причины тянуть, вертеть разговор, томить с подробностями. От полиции помощи не дождёшься, но вот третье лицо с двумя катанами наперевес? Терять нечего.
Полицейский включился в разговор, серьёзно уставившись на девочку. Пронзительный взгляд говорил обо всём и сразу, но ничего из этого не разобрать. Колкий огонёк серо-зелёных глаз заставил революционерку дёрнуться.
– Гражданского не допустят до расследования, – каменная мимика оправдывает себя. – На будущее.
– За любые зацепки будет награда, – серьёзно отвечает Джинкс. Жгучая фиолетовая молния врезалась мужчина глубоко. – А мне хватит одного спасибо. Да и какая вам разница, вы же просто листовки расклеиваете?
Он вздохнул, повеяло табаком. Поправляя галстук он размышлял непонятно о чём. Хищница тем временем пыталась распознать значение того взгляда.
– И правда, – подтвердил служитель закона, – дела мне до этого нет. Иди куда хочешь, только следователям не мешай.
Киборг одержала верх в молчаливых, но таких многословных гляделках.
– Дамочка, как только я что-то узнаю, вернусь к вам. Только, – она прикусила губу, – ничего не обещаю.
– Господи, да хотя бы узнать, что с этим дураком случилось! – Призналась она. – И пусть даже что-то да плохое, так хоть томить себя в неведении не буду…
– Понятно… – С лёгким облегчением вздохнула революционерка. На одну ответственность меньше! – Я пойду тогда.
– Б-береги себя, дорогая! – Сквозь слёзы добавила она.
«Мне хочется вынуть тому зазнавшемуся индюку сухожилие за сухожилием! Чёрт, ну ты видела, как смотрел?! – негодовала вторая половинка».
«Видела, видела. Успокойся, наверняка он просто устал, – неловко воспротивилась кошечка».
«Я ему ещё припомню. Так устанет, что крышку гроба не поднимет!»
Свободный, умиротворенный путь до химического склада резко контрастировал с шумом рынка. Район жилых домов приветливо приглашал в свои же уютные улочки. С неба шпарило солнце, отражаясь в медных трубах, что повсеместно расположились на фасадах домов. Киборг бы вспотела, если б могла.
– Кажется, это оно… – вслух рассуждает малышка, цепляясь пальцами за решётку забора.
Любопытные глазки старались зацепиться за любые детали. В районе складов толпа следователь шарилась из угла в угол, делились мнениями, образуя общую картину. Ловким прыжком девушка пересекает забор, возвращаясь к утончённой ходьбе.
– Здрасьте, – предупреждает о себе она.
– Здра-.. Э-эй, это частная территория! Просьба покинуть её!
Один из следователей взял на себя ответственность прогнать надоедливую муху с места преступления. Невысокий, но всё ещё выше главной героини, парень лет двадцати пяти, подошёл, сразу бросая руки в дело – старался силой проводить любопытную прочь. Розововолосая терпела сей беспредел ровно одну секунду, прежде чем ловким пируэтом увиливая в сторону.
– Мне тоже надо посмотреть, что там!
– Э? Да с какой это стати? – Обозлился мужчина.
– Э… Я частный сделователь! – Она гордо задрала подбородок.
– Ты даже должность правильно не можешь назвать, – массируя переносицу, вздыхает он. – Слушай, ладно, ты посмотри, но ничего, повторяю, НИЧЕГО не трогай. Если при проверке найдут твои отпечатки пальцев, отмазывать я тебя не буду.
– Пф, больно надо, – добродушно отмазалась она и проскочила мимо следователя.

Труп. Прикрытые белые веки не спасают от безжизненных глаз, устремившихся невесть куда. Взгляд равнодушен, будто сам костлявый лик смерти не вызвал никаких эмоций при встрече – смерть была долгой. Скорее всего, тут его и оставили умирать, не оставив и шанса сбежать: сцепили руку и медную трубу наручниками.
– Угх… – Брезгливо выдохнула девушка.
Мужчины молчаливо поинтересовались присутствием третьего лица на месте преступления, но продолжили работать. Скромных размеров девушка, сразу видно по лицу, профессионал, деликатно влезла в резиновых перчатках погибшему в рот.
– Отрезали язык, – констатирует она.
– Может, откусил от волнения? – Предположил второй.
– Место отсечения слишком ровное. Видимо, чтобы не проговорился в случае спасения. Отрезанный элемент убийца забрал с собой.
Джинкс внимательно наблюдала, не вмешивалась. В отличие от прошедших квалификацию профессионалов, ей ремесло следователя было столь же далёким как луна.
К паре криминалистов присоединился ещё один человек, высокий, плотный мужчина в фуражке и пиджаке цвета хаки. Джинкс молча уступила ему дорогу к остальным.
– Что выяснил? – обращается к нему тот самый, низкий.
– Пять бочек метиламина, – поправляя не подходящую на яйцеголовую макушку фуражку, отвечает он. – Это ахренеть сколько, в одного или даже вдвоём не унести. Либо целая толпа, либо некая техника, либо, не дай бог, фрукт.
– Не каркай, – процедила коротко стриженная блондинка. – Снова наркокартель распускает руки не туда.
– А почему именно он? – Бестактно вмешалась революционерка.
Наличие оружия при себе и необычайный формы глаз позволил остальным отнестись к вопросу серьёзнее, без лишних колких замечаний.
– Иного и быть не может. Метиламин просто так красть никто не будет – он используется для изготовления клея, красителей, либо лекарств. Чья-то бизнес идея по нелегальному обороту краски ставится под сомнение, – объяснял тучный мужчина. – Потому-то бывают казусы с его кражей для изготовления мета.
– Мета? – Наклонила голову максимально далёкая от криминальщины девочка.
Хором вся следовательская группа вздохнула. Помимо вопросов о необъяснимом наличии тут постороннего ненароком возникают претензии к умственному развитию оной.
– Наркотик такой, очень сильный, с крайней привыкаемостью. Метамфетамин, – решил объяснить низкорослый.
– А, ну такое слово я знаю, с сокращением не знакома была, – поспешила оправдаться малышка. – Извините, продолжайте.
– Так вот, – прокашлялся высокий, – следует передать делу отделу по борьбе с наркотиками, мы тут уже ничего не поделаем. Чистильщиков вызови, Джанетт.
– Поняла.
Блондинка достаёт из-за пазухи улитку. Рогатая касается плеча низкорослого, желая лично переговорить с ним о случившемся.
– Чего тебе? – Сморщился он.
– Можете побольше рассказать про этот картель? А то-
– Нет-нет, погоди, – замахал тот руками. – Ты понимаешь, что мы сейчас занимаемся расследованием? Всё это, что ты сейчас видишь, выходит за рамки твоих гражданских прав. Ладно я тебя просто сюда пустил, но ты вмешиваешься в разговор, а теперь и вовсе требуешь рассказать секретные сведения? Кто ты вообще такая? Без «частных сделователей», пожалуйста.
– Я революционер, – пожала девушка.
– То есть? Из Ре-
– Из Революционной Армии, да. Хочу помочь, а не дают.
– Не думал, что вы вмешиваетесь в дела обычных граждан. Кажется, вы там метите на Правительство, разве не так?
– Я особенная, – мило улыбнулась девушка. – Если бы я хотела вам навредить, то давно бы уже чистила кровь с клинка. Один раз я уже пресекла наркокартель, на Джанго Фете, готова сделать снова.
– Очень… Смело? – Недоверчиво улыбнулся он. – Смотри, я, мягко говоря, далёк от ваших конфликтов, и твоя инициатива меня не касается.
– Бла-бла, – не сдержалась девушка, – да тебя всё не касается!
Остальные развесили уши, зыркали в их сторону, но хищницу это нисколечко не волновало. Чрезмерная близо

сть с вооружённым человеком заставила следователя съёжиться. Девушка скалилась.
– Зачем всё усложнять? Вот меня прям бесят такие, – рычала она, – вместо простого ответа пытаются уйти куда-то не туда. Просто расскажи, а тебе потом медальку, премию, не знаю, дадут. Что ты потеряешь?
– Да ты натурально тупая, если думаешь, что всё так просто! Что мне с этой премией скажут за то, что я разбалтываю секретные сведения?
Киборг не сдержалась. Сделала то, о чём может пожалеть, но сделала искренне, от сердца – грубо схватилась за кардиган мужчины и резко подтянула к себе. Остальные сделали один единственный шаг, но хищный взгляд их остановил.
«Убей одного, – шептала вторая, – остальные обязательно скажут».
«Ещё чего. Буду не лучше этих ребят из картеля».
– Я прошу по-хорошему, – процедила девушка. – Меня не волнует бумажная волокита, которую тебе придётся после этого заполнять, не волнует босс, у которого будут претензии. Давай так: если он что-то потребует, то пусть говорит это мне в лицо. Я занята более важными делами, и на такие мелочи у меня времени нет!
Низкорослый прокашлялся. Неестественно крепкий хват девчушки заставил того напрячься от недостатка воздуха. Через мгновение он судорожно закивал, соглашаясь с условиями революционерки.
– Кха! – Схватился он за шею. – Кхм. Могла бы и полегче…
– Я жду.
– Наркокартель, – послушался следователь, – держит распространение наркотиков по всему Стимхоллу. Кто именно его глава – мы не знаем. Да и в принципе мало чего знаем. Есть только данные о районах, где они распространяют своё влияние и держат контроль, как бы монополизируя рынок.
– В чём проблема накрыть эти местности полицией?
– Ты, чтобы рыбу поймать, тоже наугад сети кидаешь в море? – Вздохнул он. – То, что мы видим – обычное пушечное мясо, их называют бегунками, они-то и продают. Один сменится, встанет второй, а за ним ещё очередь, ведь это рисковые, но лёгкие деньги. К тому же наша система предусматривает справедливый суд даже для таких отморозков.
– А никто не допрашивал этих «бегунков»?
– Ясное дело, допрашивал. Просто иерархические лестница настолько огромна, что они и в помине не знают кого-то вышестоящего.
– А вот правда, если поставить кучу полицейских, то и торговать не смогут! – Наивно полагала.
– Да, конечно, ведь у нас так много людей, что получится охватить каждый закоулок огроменного Стимхолла с его парящими островами, – начал злиться он.
Киборг нахмурился. Она не любила сарказм в свою сторону.
– А я могу увидеть эту карту районов?
Следователь, совсем позабыв про недавнее условие, закипел. В его профессиональной, отученной годами академии, голове не укладывалась наглость и наивность существа перед ним. Как такое возможно? Как можно подойти средь бела дня и требовать зоны активности наркокартеля? У следователя.
– У меня – нет. Тебе дорога в отдел по борьбе с наркотиками, но никак не ко мне или кому-то здесь присутствующему. Мы расследуем причины и обстоятельства убийства, позже определяем, какому отделу это отойдёт.
– Понятно.
«Правда понятно?!?!» – усомнился собеседник.
– Я тебе расскажу где это. Но совет на будущее – лезть в дела картеля без подготовки крайне опасно. Там наверняка восседают могущественные люди.
– Ничего страшного, я тоже не одна.

– Что значит «не лезь»? – Возмущается кошечка, подведя запястье ко рту. – Чё, сидеть на жопе смирно и терпеть?
– Джинкс, – на той стороне провода говорит всем знакомый очаровательный голосок Элиота, – наркотики – это само разумеющееся в принципе всего мира.
– Это значит, что с ними нельзя бороться? – Настаивала девочка.
– Этого я не говорил. Просто…
– Не просто! – Надоедливо воспротивилась кошечка. – Тут нет Дозора, чё мне ещё тут делать?
– Могла бы подмять остров под Революцию, книжки почитать, я не знаю, Джинкс! – Вздохнул он. – Короче. Ближе к делу. От меня ты что хочешь?
– Поможешь если ч

ё?
– «Если чё» понятие растяжимое, но ясное дело помогу, с этого стоило начинать. Звони, когда понадоблюсь. Отбой.
Связь обрывается. Чуткие глазки на уверенной, как руки повара, моське, поднимаются. Бронзовая табличка, искусно выгравированные буковки сплетаются в незамысловатое «Отдел по борьбе с наркотиками». В отличие от картеля, правоохранительные органы не привыкли прятаться, за что бескрайнее им уважение.
Врываемся! Вооружённая особа сходу привлекла к себе всё внимание вестибюля: все повставали, достали своё собственное оружие. Господи, они бьют нариков этим?? Не завидуем.
– Оружие на пол, – потребовал лысый, пухлый мужчина лет сорока. В голосе читалась невозмутимость и надлежащая подобной профессии закалка, – иначе пробьём миленькой девочке коленки.
– Мне нужно поговорить с кем-нибудь крутым тут, – в ответ требует нахалка, не желая слушать чужих условий. – Я на чуть-чуть.
– Чуть-чуть придётся посидеть за вооружённое нападение, – продолжил гнуть мужик.
Девушка закатила глаза, недовольно цокнула. Руки демонстративно вытягивают две пары ножен вперёд, и только после аккуратно опуская на пол.
– А теперь можно поговорить? Я на пару минут, – несколько подавленно повторяет она.
Отдел в спокойствии выдохнул. Наверняка тут есть личности, что смогли бы скрестить клинки и, возможно, даже выйти победителем, но лишняя неразбкриха, тягомотная бумажная волокита отбивала любую инициативу на зрелищную бойню. Особенно там, где без неё можно обойтись.
– Да пожалуйста, приму в свои тёплые объятия такую симпатичную мелкотню, – он убрал диковинный пистолет в кобуру и улыбнулся, щеря зубами. – Заявление когда писали?
– Нет заявления.
– Пу-пу-пу, – нагруженно пропел он. – А чё за вопрос-то? Думаю, стоит начать с этого.
Служащий остановился на полпути к своему кабинету. Не зазря ведь туда идти, когда сути разговора не опознал?
– Мне нужна карта районов, на которых работает наркокартель, – сведя тонкие бровки, отвечает она.
Мужик хихикнул, открыв рот, прищурился – ожидал ответной реакции от собеседницы. Ожидал, что это шутка. Бегающие по вестибюли глазки дали понять, что это услышал не только он.
– И, – недоверчиво протянул он, продолжая усмехаться, – с какой это стати?
– Я хочу бороться с картелем! – руки в боки, гордо поднятый подбородок.
– Ох, пф, – вздохнул он, набрав полные щёки воздуха. – Тогда я тебе сейчас дам резюме, ты его-
– Нет-нет, – прервала девочка, сохраняя простодушную улыбку, – мне без всего этого. Дайте карту.
– Ахах, кхм.
Девушка скрестила руки на груди, приподняла бровь. Вновь её прямая наивность, непоколебимая, исключительно положительная логика встречается со злостной бюрократией. Оба превозносят одинаковую цель, но различия в мировоззрении не дают так просто свыкнуться с элементарной – нет – правоохранительной системой.
– Мисс, слушайте, – сложил он пальцы на животе, но не успел закончить.
– Нет, это вы послушайте. Вон теми клинками я хочу положить конец картелю, защитить детей от этой заразы. И я готова столкнуться лицом к лицу с последствиями, потому что мне все равно, что вы мне скажете. Это правильно, вот и всё на этом.
Лысый огляделся, вздохнул. Тяжело объяснить глухому, что так не получится. Он понял, что аргументы только раззадорят эту нахальную муху и в этом будет мало приятного.
– Слушай, может, мне охрану вызвать, или что? – Серьёзно взглянул сотрудник. – Не мешало нам способствовать суициду гражданского, поскольку бросаться в тугой бычий анус, как это делаешь ты – самоубийство.
– Вы боретесь с наркотиками, – начала по-новому девушка. – Каким именно образом? Знаете ли вы хоть что-то про генералов этого картеля, его главу.
– Знаем. И тебе не скажем, малявка, – шельмовски улыбаясь, бросил он. – Всё, давай, пошутили и хватит, уходи.
– Я могу спокойно забрать карту силой, – девочка сделала шаг вперёд.
Мужчина не дрогнул, остановил её рукой.
– Сомневаюсь, – ещё серьёзне

е ответил он.
Хищница оскалилась. Слабый, как от шерстяного ковра, электрический удар заставил мужчину отдёрнуть руку. Глубокий вздох, розововолосая отступила.
– Я хочу вам помочь, – зашла с другой стороны революционерка. – Вам необязательно упоминать меня в каких-то рапортах, отчётах. Если так хотите, используйте свои мозги, сами назначьте меня на то, куда сами лезть боитесь.
– И я тебя всецело понимаю, – развёл он руками, – но ты же буквально левый человек с улицы. Начнём с элементарного знакомства. Агент Шрейдер.
Мужчина протянул свою огромную, волосатую руку. Её объём делал невозможным адекватное рукопожатие.
– Джинкс, – ответила взаимностью она. – Теперь покажете?
– Пройдём в кабинет и обсудим.
Будучи джентльменом, агент Шрейдер первой впустил киборг, и только после зашёл сам, усаживаясь на чёрное кожаное кресло, что жалобно скрипнуло под немаленькой тушей. Мечница без мечей уселась напротив, на другой стул, но подлый скрип никуда не делся.
– Что нам ещё обсуждать? – Нетерпеливо постучала пальцами по столу революционерка. – Покажите и я пойду.
– Пойдёшь куда? – Мужчина скрестил руки.
– Чё? На районы эти!
– И что ты там будешь делать?
– Очевидно же..! Э.. – замялась девочка.
Только сейчас она задумалась. Смысл переться в огонь, не зная, что хочешь спасти? В голове пробежался возможный сценарий бездумного митинга на чужой территории: захват бегунка, долгое, протяжное одиночество. Целое и беспросветное ничего, пока опасное лицо не уберётся с местности. Ты ничего не узнаешь, зато твой враг узнает достаточно, предпримет меры, и уже на второй раз тебя прижучит. И прижучит больно, коварно, ни во век не забудешь. Если и прыгаешь в яму с говном, надобно подготовиться, иначе рискуешь не всплыть.
– Так я думал, – нахмурился мужчина. – Ты немного не понимаешь устройства такой крупной организации. Это не банда, где есть главная тварь, а у его ног ошиваются твари поменьше. Это целый механизм, где есть иерархия. Всё, что мы видим на поверхности – мусор, так сказать, резиновые прокладки, втулки, которые меняешь, когда сломается. Мы их подметаем, а картель сорит обратно.
– И что, прям ничего не сделать? – Взволновалась героиня.
– Ну… Я бы так не сказал, – осклабился мужик. – Мы же всё-таки не зря едим свой хлеб, и некоторые данные у нас есть.
Агент заметил расцветающую моську, потому-то и остановил её пальцем.
– Но! – Продолжил он. – Это секретные данные, доверить которые гражданскому я не могу.
– Я не гражданский, или… Гражданская! – Будто глубоко обижаясь, вздохнула девушка. – Мне точно можно доверить какую-нибудь часть из вашего некоего плана. Я уже предавала один картель огню, смогу и в этот раз.
– Можно узнать немножечко деталей?
– Это была на… – Она вовремя осеклась. – А-а-ага! Вот прям я и сказала! Скажу офигенную идею, а потом выкинете за дверь!
– Поймала, ладно, – похихикал Шрейдер. – Дело это довольно серьёзное, и… Скажем так, я, как никто другой, хочу посадить главу картеля на очко. Я бы с радостью тебе помог в этом деле, не смотри так, это правда. Но я не могу дать брать тебя в счёт, пока ты не докажешь, что ты сама не из картеля. Не представляешь, как много раз мне приходилось сталкиваться с крысами, и все так же мило хлопали глазками, как и ты.
– И как мне это сделать? – Бровь фигурно изогнулась.
– Ну вот объясни, кто ты. Наверняка не с этого острова, это и так понятно по твоим технологиям, – чутко приметил, казалось, отдалённый от технологий мужчина. – Я имею ввиду твою принадлежность. Ты же не путешествуешь одна? Ты, может, пират, или живёшь за счёт их голов, я не знаю, но мне будет приятно услышать хоть один правдоподобный аргумент, почему я сейчас должен сидеть и общаться с тобой.
Джинкс вникла в рассуждения. Будучи двойным агентом: членом команды Шичибукая Руджу и капитаном Революционной Армии, ей стоило выбирать слова, прежде чем излагать их. Крайне раздражало флиртовать гонор буквально ка

ждый раз, без исключений, ведь это может подставить под удар капитана. Стимхолл отличается от остальных – Дозора тут нет, отчего потребность скрывать свою бунтарскую половинку отпадает. Причин припрятать личину пирата больше – этим гадам никто нигде не рад, и свободный от Дозора остров поблажек в сторону Шичибукая не даст.
– Я революционер, Джинкс Бэдлак, ношу звание лейтенанта (про повышение дурёха без понятия), – не дрогнув, она серьёзно уставилась узкими щёлками глаз в собеседника.
– Мгм, – кивнул мужчина, – революционер. Это случаем не ты недавно отбила наглую попытку Дозора пропихнуть свои силы вместо нашей полиции?
– Я, – уголки губ приподнялись. – И сделаю снова, если понадобится.
– Ладно, я тебе верю.
Шрейдер с надутым вздохом облокачивается на мягкую спинку кресла, суёт объёмную, подобно кашалоту, руку в комод и достаёт папку. Папку толстую – наверняка тяжкий труд отдела.
– Давай сразу проясним. Картель разносит по острову не только мет, но и другие вещества, хоть и основой выступает как раз-таки «стекло», поскольку спрос огромен. Поэтому не стоит удивляться не тому товару, что ты можешь обнаружить в процессе операции. Картель огромен, монополизировал всё, что только можно себе представить. На карте показано конкретно его влияние, «мелкий бизнес» в расчёт не берём, они либо слишком смелые, либо слишком башка дырявая, чтобы пытаться конкурировать.
Лысая башка дай пирожка открыл папку, в пару движений выудил схему распространения картеля по всему Стимхоллу. Окрашенные зоны чётко передавали наибольшее влияние организации.
– Угу, – кивнула девочка. – Зоны – всё, что есть?
– Неа, – подмигнул агент.
Он достал смазанную, нечёткую фотографию спортивного телосложения мужчины средних лет, с треугольным лицом, широкой челюстью. Бороздит он, кажется, в белой майке, а татуировка поднимается с ключицы и винтом уходит на затылок. Нижняя челюсть резко контрастировала с тоном кожи, напоминала медь.
– Сначала это были только догадки, но наш стукач подтвердил, что этот чертила занимает не последнее место в картеле. Пол Галтьер – твоя цель, которую нужно доставить сюда живым, желательно целым, – тот ткнул толстым, как сарделька, пальцем в точку на карте. – Ошивается вот тут.
– Если вы его знаете, так почему не схватите? – Логично поинтересовалась девочка.
– Хитрый парень, неуловимый, ускользает из наших рук, так ещё почти на публике не показывается, – процедил мужик. – Да и ходят слухи, что обладатель фрукта. Не факт, что осилишь.
– У меня тоже фрукт, – пожала плечами девушка.
– М-да? Ну, допустим, – агент прокашлялся, прикрываясь кулаком. – Ты знаешь, где он. Знаешь внешность. Вперёд.
Революционерка нахмурилась, почесала голову. Что-то в этой затее явно привлекло её недальновидный ум.
– Я правильно понимаю: мне надо сбегать за чуть больше чем сошкой и принести его сюда? Всё?
Шрейдер распахнул глазки в удивлении. Смешок дал понять, что исходящий от девочки вопрос показался ему забавным.
– Да. Да, я так и сказал. Хорош так глазеть, я же тебе сказал, что это единственная ниточка в этом огромном клубке говна. Приведёшь – расследование понесётся галопом! Ну-ну!
– А вы что делать будете? – Прищурилась бледнолицая.
– Я свою часть сделал и теперь пойду жрать, – подло улыбнулся агент. – Это ведь ты так хотел помочь. Вот, беги-беги.
Неловкое молчание. Киборг полна справедливости, бескорыстия, но вот аргументы исчерпаны. Она поднимается со стула, берём схему районов, фотографию нарушителя и нахально забирает своё оружие и покидает отдел.

– Так и сказал?
– Так и сказал, – раздражённо отчиталась девушка себе в запястье.
Как и раньше, подпекало солнышко, что противно встало в зените. Мечница вальяжно опёрлась на стену, общаясь с товарищем.
– Теперь мне придётся искать какого-то лоха и не известно, что из этого выйдет, – вздохнула она.
– Джинкс, наберись терпения. В прошлый тебе повезло оказаться прямо в здании картеля, а

теперь ты злишься, когда всё разбивается о неприятную реальность. Так оно всегда и работает – чтобы напасть, надо вычислить. Куда ты нападёшь, если не знаешь куда и на кого?
– Да я поняла, поняла, – Джинкс умолкла, вздохнув. – Не знаю, что на меня нашло. Я понимаю, что просто так я ничего не добьюсь, надо постараться.
– Именно! Молодец! Если нужна с этим помощь, обращайся. Я бы нашёл его за полчаса, – решил похвастаться красавчик своими разведывательными способностями. – Но буду гордиться, если найдёшь его сама.
– С этой задачей я не то, чтобы спешу, поэтому попробую сама… Ну, разве что, не помешает пара советов…
Глупенькая революционерка в полной мере осознавала свою беспомощность в вопросе интеллектуальных размышлений. Вопреки званию капитана, её хватает только на прямые конфронтации, лишённые стратегической изюминки. И пусть так, минус заполняет одарённый смекалкой и экстраординарным умом Элиот, вся жизнь которого только и требовала особого подхода к себе. Он шпионил, разведывал, обманывал, сливался, стучал, всё во благо Революционной Армии. С серьёзным противником один на один он вряд ли выйдет победителем, и эту пустоту заполняет Джинкс. Крепкий, нерушимый союз где сильный заменяет слабого, умный – тупого.
– О-о-о, – обрадовался кудрявый, – не забыла про своего незаменимого, паранормально красивого и до смешного умного друга? Кхм, ладно, щас попробую растолковать. Если тот мужик появляется на своём же районе, значит, что он как-то замешан в продаже. Скорее всего отдаёт бегункам то, чем торговать. Попробуй купить что-нибудь, но откажись платить. Скорее всего у бегунка будет простейшее оружие. Оно тебя не возьмёт, но попробуй оказать равное сопротивление, иначе тот мудак не выйдет, ибо не будет уверен, что вывезет эту незаурядицу.
– Уф, – нагруженная информацией, вздохнула девушка. – А как мне именно подойти и купить?
Она огляделась в попытке выявить развесившего уши негодяя. Оных не оказалось.
– Для начала, спрячь оружие. У тебя и без него тысяча и один способ обороняться, – диктовал Элиот чересчур уверенно, будто на своём опыте. – Попытайся выглядеть незаинтересованно ни в чём другом, кроме покупки: не оглядывайся, не ищи что-то глазами. Покажи деньги. Обмен происходит, в первую очередь, с твоей стороны – деньги ты отдашь, все равно вернёшь потом. Для пущего эффекта можешь помять бумажки, мол, не особо бережно к ним относишься. Он даст тебе пакетик и скажет проваливать, а ты начни качать рамсы, что тебе не хватает, и вообще он «уёбок, наебал». Покажешься слабенькой, но слегка сильнее бегунка – за него вступиться мудак и вуаля! Обычно мудилы кружат где-то рядом. Увидишь его, можешь наплевать на весь этикет и наброситься. Вуаля! Блин, я за тебя весь план придумал, ха-ха!
– Хренасе инструкция, – офигела девочка. – Как только у остальных получается так просто купить мет?
– Они-то не пасут на главу картеля, а хотят купить мет, – в смешке отвечает стрелок. – Ладно, будут какие-то успехи, позвони. Не будут – тоже, там разберёмся.
– Спасибо, Элиот, обязательно.
Киборг прикрыла глазки, нежно стукнулась затылком о кирпичную стену. В голове проносится сценарий действий. Да. Да, выглядит правдоподобно. Именно так и поступим.
Найти надёжное место для оружия получилось не сразу, но в итоге это оказалась широкая щель в фасаде здания, которую глупышка крепко заложила камнями. Не повезёт тому негодяю, кому хватит ума их спереть.
Восточный район нижнего города Стимхолл. Квартал, осматривая запущенные улицы, неприветливый лик местных, позеленевшие паровые трубы, всё так же сложной сетью ведущие из зданий, кажется, пережил больше портовой зоны. Его шрамы видны даже выращенной на помойке Джинкс. Непорядок. Контраст вызывает ужас, гнев, жажду покончить со всем как можно скорее.
Девушка взъерошила волосы, мысленным приказом проделала в костюме дырок, в меру извазюкала прекрасное фарфоровое личико. Как никто другой революционерка знала, каково это – быть грязным.
«Что ты делаешь? – Раздражённо

рычит недовольная половинка. – Это унизительно!»
«Это необходимо для плана, – равнодушно процедила героиня. – Несостоятельным, бедным людям наркотики нужны гораздо больше».
«У меня есть идея получше! – Вновь рявкнула она. – Как насчёт ловить бегунков одного за другим, пока не появится смотрящий за районом? Авось кто посильнее?
«Нам же чётко дали понять, что никто не вылезет».
«Даже в том случае, если мы будем забирать их товар? У всех бегунков, – шельмовски протягивая, предлагает она. – Потерять одного дебила не страшно, но вот несколько…».
«На их место поставят других, – сомневалась девушка. – Детали, помнишь?»
«Да детали быстрее кончится, чем мы будем их ломать!»
«А если позовут кого помощнее?»
«Так это нам и надо, дура!»
Стоит ли сменить план? Пройти по-своему: дико, безобразно, но по-своему, или же довериться более опытным людям? Медленно топтаться на месте, унижаться, притворяться другим, или же показать весь свой дух, свою волю, свои нравы, свои намерения? Намерения чёткие, как чернила на бумаге, жгучие кожу. Те намерения, на которые невозможно закрыть глаза. И это твои намерения.
Ползучей ловкой молнией киборг возвращается к своему оружию буквально за минуту, и только после возвращается к миссии – необходимо быть готовым к нападению более могучего, чем ожидаешь, оппонента.
Возвращалась к месту проведения операции малютка уже по крышам – так выследить разносчиков заразы будет легче.
«Вот это я понимаю! – Злостно усмехаясь, радуется вторая. – Показала, что можешь решать проблемы сама!»
«Я пока ещё ничего не решила, так что придержи коней».
Молоденький парень лет двадцати. Медленно, как бы невзначай, крутится по улице. Накрыл лицо капюшоном, оглядывается… Но стоит подождать акта передачи, иначе зазря напугаешь человека.
«О, один к нему идёт…» – подметила девочка, сгибаясь в коленях, готовясь к атаке. Затаилась, выжидает, пока сможет совершить уверенный прыжок!
– Йо, – оглянувшись по сторонам, здоровается второй неизвестный. – По чём?
– По двадцать тысяч за два грамма, – пряча руки в карманах, отвечает он.
– Хрена грабёж!
– Не ори, бля. Берёшь?
– Беру, чё поделать.
Покупатель отдаёт мятый свёрток купюр. Продавец мимолётно пересчитывает сумму, суёт руку в карман. Уже через секунду, не желая медлить, он протягивает пакетик с поблескивающим на солнце, как стекло, содержимым, но на полуслове его хватает несгибаемая стальная хватка.
– Эй! Чё за дела?! – Заверещал он.
Покупатель поспешно убежал, наплевав на деньги. Захваченный в свою очередь поспешил за пистолет, даже инициировал выстрел. Всё это произошло за секунды. Но единственное, чем закончилась скоротечная схватка – малюсенький блинчик, ранее пуля, что разбилась о щёку.
– Я-я не причём! – Попытки вырвать руку становились болезненными.
Хищница не меняла сердитой моськи, прожигала узкими щелчками зрачков виноватого.
– Ты мне не нужен, – твёрдо заключила она. – Отдавай весь товар, и я тебя отпущу.
– Э-э, н-не, подруга, не вариант ваще! М-меня же застрелят! Меня… – заволновался он.
– Кто застрелит? – Прищурилась мечница.
– Эм… Э-э-э..! Отпусти!
Киборг усилила хват, жертва взвыла от боли. Недалеко до хруста.
– Либо назови местоположение босса, либо отдай весь товар, – продолжила рогатая, глаза блеснули фиолетом. – Ты будешь в безопасности, если обратишься в ОБН и скажешь, что тебя прислала Джинкс.
– Я..! Б-блять, забирай!
Парень бросает на землю с десяток мелких пакетиков, включая тот самый, с болью зажатый в ладони. Как и обещано, его отпустили, а революционерка с отвращением подбирает весь товар. Лёгкая математика казалась не такой уж и лёгкой в руках безмозглой дурочки, что дольше десяти секунд считала пакетики.
– В одном два грамма, их 11, значит… Э… Нормально так! – Утешила себя она, не желая считать. – Это будет заметно, если соб

ирать столько же с остальных.
Желанный гость не явился. Пусть даже так, он наблюдает. Точно. Он должен. Ты видишь это, Пол Галтьер? Затряслось в поджилках? Чувствуешь, как от вашей империи откалывается кусочек? А должен. Ничего страшного, твоих прихвостней в этом районе ещё много. Интересно, что случится, ворвавшись я и в другие районы? Размышляешь об этом? А должен.
Киборг кратко осмотрелась в попытках выявить татуировку на шее. Тщетно. Сверкающей дугой она вспрыгивает на крышу и продолжает охоту – рано или поздно добыча обязана выйти.

– Босс! – Басисто голосит Пол в одноглазую Ден Ден Муши. – Какая-то дрянь обрывает нашу продажу!
– Ха?– В меру спокойно отрывает мужчина на том конце провода. – И чего не остановишь?
– Она чертовски сильна! Наверняка киборг, так ещё и быстра, как молния, – судорожно выглядывая из окон, трубит лысый.
– Она?
– Девушка с розовыми волосами в форме подковы, чёрное вперемешку с розовым платьем, – немного успокоился Гальтер.
– Каковы потери?
– Прижучила пять бегунков, сто грамм, получается.
– Нет так много, – мужчина не изменился в голосе.
– За десять минут!
– Гх, – прозвучал «Босс» так, словно вот-вот разорвёт улитку пополам. – Пол. Если сотрёшь её, станешь моим генералом. Справишься?
Пол Галтьер неестественно, безобразно улыбнулся, провожая взглядом угасающую вдалеке молнию: «Запросто, Босс».

«Собрала уже сотню граммов», – подытожила свою вылазку хищница. Серьёзный лик огибает окна зданий, тёмные провалы улиц, ведущие в небезопасные переулки. Тихо. Очень тихо. Зазвенело в ушах.
«Чего? – послышался шум позади, но стоило повернуться ничего не оказалось. Следующая мысль раздалась эхом по черепашке. – Удар в живот»!
Следуя глазу воли наблюдения, рогатая отскакивает, но пылающий янтарём, искрящийся, разогретый добела кулак настигает живота и отправляет в далёкий полёт до башни, которая титаническими усилиями останавливает траекторию бедняги.
– Гх!
Разозлённая хищница проверяет свой живот – небольшая вмятина.
«Силён! – мимолётно замечает мечница и вскакивает на ноги. – Мне пришёл бы конец, пробей он живот».
– Спускайся, дрянь! – Надрывая глотку, кричит мужчина. – Будешь отвечать за то, что тут намутила!
Кулаки Гальтера раскалены, словно металл, плещутся искрами, своей температурой заставляют воздух вокруг исказиться. Что это за фрукт такой? Быстрый анализ: просит спуститься, значит, элемент выделять не может. Невыносимый жар держится только в пределах собственного тела. Скорее всего, молния сыграет только роль паралича для его мышц, температурный аспект можно сходу исключить.
Девушка сравнялась носочками с дырой, проделанной ею же, словно ядром. Физиономия выражала неестественный холод, презрение, отвращение. Тот человек снабжает бегунков, молодых пацанов наркотиками, чтобы разносили заразу по всей округе, подобно чумным крысам.
– Как тебя звать? – Глаза блеснули фиолетом.
– Тебе эта информация все равно не поможет, но я – Адепт Каления. У тебя чё за рамсы с картелем? Наверняка ты не для себя наш товар крадёшь.
– Тебе эта информация все равно не поможет.
Будучи полностью из металла, девушка умудряется бесшумно приземлится на землю, прихватывая кистью гарду Акутенко. Его лезвие наверняка выдержит беспощадную температуру Адепта.
Джинкс продолжила.
– Если ты сдашь своего босса, я тебя спокойно отпущу, – решила попробовать киборг, ожидая отказа. Именно поэтому клинок с пронзительным шипением высвобождается из ножен.
– Ха! Хреновая попытка для той, у кого нет и шанса передо мной!
Под ногами Адепта раздался оглушающий взрыв, который толкнул мужчину вперёд. Точно ли это фрукт? Данные Шрейдера подвергаются сомнению? Усиленная реакция кошечка помогает отвести раскалённый удар в сторону. Пятка рукояти приземляется в нос, краткий отскок с ударом поперёк груди – лёгкий, лишь бы не пробить глубоко. Вопреки ожиданиям, лез

вие с искрами проносится по поверхности тела, пока второй раскалённый кулак касается её щёки. Киборг ничего не чувствует, но как же жжёт! Полностью расслабившись, девушка тратит полученный импульс от удара на некое сальто, а после отпрыгивает. Кусок синтокожи на щеке исчез, проявляя металлическое строение головы.
– Так ты не фруктовик! – Догадалась малышка. – Ты киборг!
– Собственно, как и ты, – осклабился Гальтер.
– Не сравнивай себя со мной, – она вновь стала серьёзной.
Яркая фиолетовая молния срывается с её пальцев и в мгновение ока настигает правую ладонь соперника. Последний не ожидал мимолётной вспышки, тут же чувствуя запах подгоревшего масла. Кулак правой руки разнесло в щепки.
– Твой протез и так был под высоким напряжением от такого нагрева, – объясняла малышка, – так что лишние два с половиной миллиона вольт погоды не сделают.
– Чертовка! – Вздохнул паром мужчина. – Ничего, мне и одной руки хватит!
«Я её недооценил! Что это за технологии? Прежде я думал, что это выбросы излишек, потраченных при использовании протезов, но я никогда не видел генератора, что производил бы молнии, – заволновался он. – Впредь надо быть осторожнее…»
– «Пылающая синхронизация»!
Противник вновь взорвался с места, остановился в метре от мечница и, выставив кулак собой, вырвал плотный поток огня. С каждой секундой поток расширялся, пока не достиг пары метров в диаметре, прожигая ближайший дом насквозь! Пепелище сходит на нет, лысый вздыхает. Перед его глазами только зияющая дыра на соседнюю улицу.
«Всё-таки стёр?» – расслабляется мужчина на самое мгновение, что и послужило ошибкой.
– «Одномечевой стиль Райдзю: Афронт»!
Круговым движением, со свистом, лезвие проносится по воздуху. Угол атаки на предупреждение бил любые попытки увернуться в бок. Впрочем, это не знание не помогло – ноги Гальтера насильно, ровным швом отделяются от тела.
«Чего-о-о?! – мысленно вопит противник, пока стук сердца многократно ускорился от страха. – Как она может быть настолько быстра?!»
Летящий лишнее мгновение мужчина подхватывается за шкирку, поворачивается, словно маятник, вокруг своей оси.
– Т-ты знала, что моё ядро в животе, – подрагивая, предположил парень, – поэтому отрубила только ноги, верно?
– Понятное дело, ты мне живым нужен, – буркнула дурёха. – Прямо сейчас поставлю тебя здесь, если скажешь, где твой босс. Честно.
– Ха! – Во все лёгкие усмехнулся киборг. – Да ни в жизнь! Все равно, куда ты меня отведёшь, хрен чё узнаешь.
– Какая у тебя Ден Ден Муши красивая…
– Э-э-э!
Будучи в таком подвешенном, буквально, состоянии, мужчина пытается нанести удар. Удар, который наверняка выбьет ему свободу! Удар, который поставит его Генералом. Удар, наделённый волей вооружения, что смолой льётся через краёв!
Девушка всего лишь бросает противника на землю, вдавливает ногой к земле и с диким скрежетом, плеща искрами во все стороны, отрывает механическую руку и демонстративно швыряет далеко в сторону.
– Т-твою мать..! – Выругался он.
Пол Галтьер обратился из Адепта в головешку, не способную пройти и шага, не способную поднять ни единой вещи.
– Отправишься в ОБН, там и выдуем из тебя какую-нибудь информацию.
Бледнолицая ловко возвращает уважаемый Акутенко в своё жилище. Волочить преступника придётся как тяжёлый пакет с продуктами.
– В ОБН??? Э-э! Я нихуя не понял! Отпусти меня!
«Вот так! Как себя чувствуешь? Приятно ведь – делать всё по своему, иметь вес, собственный подход? – Хитро шепчет вторая».
«Ну… Есть такое… – робко подтверждает первая».
«Вот! И твоему кодексу не противоречит, м? – Судя по голосу, она плутовски сверкнула зубами».
«А почему ты не хотела идти по первому плану? – Решила поинтересоваться основная. – Было ли это только желание идти по-своему?»
«Ты уродовала свою тело из-за того, что тебе так сказали. Мне этим телом е