[Норд Блю] Медвежий остров

Вызнал всё необходимое, Персиваль покинул этот портал в иной мир, и первое, что ему предстало перед глазами, спавший на плетне стражник в нагруднике. Путь до дома заведующего арсеналом проходил уже по ночному городу, что было даже к лучшему – для полноты эффекта. Оставалось только надеяться, что имеющихся на кармане денег будет более, чем достаточно, для склонения человека к сотрудничеству. Нашёл нужный дом, Персиваль поправил пальто и постучал в дверь. Сначала аккуратно, но ответа не дождался и постучал более настойчиво. Хозяин дома, по всей видимости, понял, что проигнорировать ночного визитёра не выйдет, ругался изрядно громко под нос и всё же открыл дверь.
– Чего тебе?
Голос явно давал понять, что хозяин дома предпочёл бы на этой фразе разговор и закончить.
– Господин Илаис, прошу извинить за столь поздний визит, но у меня есть к вам дело, – обратился наёмник.
Монселе выжимал из себя самый примирительный тон, на какой только был способен. И через пару минут сидел за столом в гостиной офицера. Собеседники потягивали крепкий чай, пока Персиваль разъяснял суть своего предложения.
– И, как я сказал, прекрасно осознаю, насколько невелико жалование простого офицера, особенно в столь сложные времена, когда настроения на острове стали чрезмерно напряжёнными. Мои клиенты хотели бы помочь вам в этом… в обмен на небольшие услуги, – заканчивал беловолосый.
– Продажа снаряжения из арсенала не самое безопасное занятие, Монселе. Подобное предприятие будет стоить недёшево, да и много продать я всё равно не смогу, это будет слишком заметно.
– Мы склонны рассчитывать на небольшие, но стабильные поставки. Вот здесь перечень того, что мы готовы приобретать у вас примерно раз в неделю – Персиваль протянул офицеру блокнот с перечисленными по пунктам предметами военного снаряжения – Мы осознаём щекотливость ситуации и поймём, если вы не захотите столь радикально менять своё финансовое положение.
– Ну… - Офицер бегло пробежался по списку придирчивым взглядом, теребя отворот тёплого, но видавшего виды халата – В целом, это возможно. Но стоить это будет…
– Вот здесь первый взнос за ваше беспокойство и первую поставку, если она будет исполнена полностью.
Герой достал из внутреннего кармана свой портмоне и вытащил оттуда плотную стопку купюр, протянул её Илаису. Офицер недоверчиво взглянул на белли, и на торговца, после чего придирчиво пересчитал банкноты. С каждой новой купюрой глаза расширялись, а брови ползли вверх. Мужчина был не в силах сдержать удивления от того, что он держит в руках больше, чем его жалование за год, а то и больше.
– И это за неделю? – Наконец к мужчине вернулся дар речи, и он осторожно переспросил своего собеседника.
– Возможно, что дальше – больше. Если наше соглашение даст всходы и хороший урожай.
Офицер ещё раз пересчитал деньги и задумался, глядя на запретный плод, который сейчас для него был слаще мёда. В его голове проносились десятки путей, куда он мог бы потратить все эти деньги, и каждый вариант был заманчивее предыдущего.
– Я… Хорошо, я придумаю что-нибудь, – проговорил коррупционер нерешительно.
Чувствовал, как он вступает в неизведанные и опасные воды игры на лезвии ножа, но награда обещала быть стоящей риска. Когда стороны, наконец, ударили по рукам, Персиваль вышел из дома офицера, вдыхая полной грудью морозный воздух ночного острова. Основные моменты головной боли были устранены, дальше дело оставалось за малым, а отмерять малыми долями он привык и может продолжать так делать истошно долго, будто цель всегда не дальше носа. Найти людей, на кого можно будет переложить ответственность за формирование логистической цепочки по доставке оружия в одну сторону и продуктов промысла, законного или награбленного – не столь важно, горцев в другую. К удивлению для себя, Персиваль почти создал относительно небольшую торговую сеть, которая сулила неплохой доход. Досадно, что юноша не занимался подобным в более спокойные времена. Может, и умирать бы тогда не пришлось. Решил закончить на сегодня с делами, стрелок отправился в своё съёмное жилище.

В этот раз обошлось без сюрпризов – дверная ручка была в её законном положении, так что никто, незваный, апартаменты за день не посещал.
Вошёл в промёрзшее за день помещение. Монселе привычным действием, не глядя, нажал на педаль тепловой пушки, которая тут же начала создавать небольшой островок комфорта в квартире, но индикатор на ней показывал, что заряда хватит ненадолго. Повесив пальто на белоснежный крючок вешалки возле двери, Персиваль принялся рыться в ящике, надеясь, что он израсходовал ещё не все батареи, потому как новую – собирать сейчас будет крайне не с руки, да и щёлок давно закончился. Осознал, что рытьё тщетно, и что батарея в пушке последняя, с тяжёлым вздохом, юноша признал поражение перед обстоятельствами и своей невнимательностью. Так как действенного результата всё равно не предвиделось, беловолосый вновь нажал на педаль, обрывая мирное гудение обогревателя. Придётся спать в не слишком сильном, но всё же холоде. Снял с себя одежду, кроме нательного белья, юноша нырнул под холодное одеяло, рассчитывая, что тепло его тела нагреет небольшой островок достаточно быстро. Но долго размышлять не пришлось – спустя минуту, или чуть больше, герой провалился в объятия сна.
Оный был прерван лучом утреннего солнца, который бесцеремонно ворвался через окно, заливая помещение. После не самого мирного пробуждения Персиваль ощутил всю тяжесть ночной прохлады Медвежьего острова и позавидовал людям, которые уже давно привыкли к подобным издевательствам со стороны природы и не замечали, насколько зябкими бывают утра. Укутавшись в одеяло потуже, Персиваль сел на край кровати, со стороны выглядя скорее, как воробей в сугробе, чем как человек. Собравшись с силами, Монселе натянул на себя одежду, которая за ночь не стала теплее. В любом случае, оставаться дольше было неразумно, с улицы уже начал доноситься запах свежеиспечённого хлеба, а значит – город скоро придёт в движение. Собравшись окончательно, наш герой покинул обитель и направился к агенту своей сети информаторов, бездомному, который часто ошивался где-то около подворотни, что он называл своим домом.
– О, господин Монселе! – Выпалил сквозь неполные ряды зубов мужчина, улыбаясь во всю свою расчёсочку – С чем пожаловали?
– Нужно распространить информацию, собираю всех своих прежних партнёров.
Персиваль подошёл к мужчине и пожал ему руку, не ощущая какого-либо пренебрежения. К чести сказать, бездомный руку перед этим вытер о полушубок с чьего-то плеча.
– О, это придётся наших подключать, тарифы вы, господин, знаете, чай не первый день вместе работаем.
Мужчина потянулся к карманам и вытащил пару варежек, явно не по сезону, но выглядели они почти новыми, только залатанными.
– Разумеется, плачу как полагается.
Персиваль достал прохудившийся после ночных переговоров портмоне и несколько купюр оттуда, протягивая их бездомному. Мужчина аккуратно взял оные и, не пересчитывая, сложил куда-то за пазуху.
– Приятно иметь с вами дело – Мужчина на несколько секунд замялся, обдумывал, стоит ли высказать мысли, но всё же решил рассказать – Господин Монселе, вы, вроде как, калач того, тёртый. На нашего брата в последнее время повадились одни грабители нападать. Банда, если точно. Отнимают всё честно наклянченое и заработанное. Не могли бы вы их… припугнуть хотя бы?
– Попросите своего принца. Разве у вас нет плана действий на подобный случай? – отмахнулся наёмник.
Персиваль искренне удивился, ведь принц нищих – главарь бездомных и беспризорников, который удерживал у себя общую кассу и занимался разбирательствами между оными и взаимодействием с официальными, и не очень, силами.
– Пытались, но страже плевать. Они на ножи не полезут, а дозорные, кто на острове остался, плевали на нас с высокой колокольни. Мы бы к революционерам обратились, да те в город не слишком захаживают, – по смирному тону было видно, что мужчине и самому неловко просить о подобном.

– Тогда сообщи принцу, что на острове появилась новая сила, которая вскоре может начать заправлять в городе. Пусть он обратится в реквием. Уверен, он поймёт, кому шепнуть на ушко, чтобы с ним вышли на связь – Персиваль спрятал кошелёк обратно в карман, готовясь уходить – По поводу работы, собираю всех в обычном месте, я пока займусь подготовкой.
– Хорошо, господин Монселе, и спасибо за совет!
Таверна «Под кудлатым мишкой» – место, где частенько обстряпываются сомнительные дела, и все об этом знают. Несколько просторных залов, улыбчивые официантки и репутация склероза у всего персонала в термальной стадии, что при необходимости могут и своё лицо забыть. В этом месте Персиваль нередко устраивал встречи с клиентами или временными подельниками. И сегодня здесь был аншлаг. Хозяин таверны был, наверняка, крайне доволен собравшейся толпе, но он давно научился беспристрастно рассматривать столешницу стойки, даже когда к нему кто-то обращался напрямую. Меньше знаешь – крепче спишь, это он выбрал своим кредо уже давно.
Разносол из людей разной внешности пёстрой группой заказывал себе кто, что больше хотел, пока Монселе не начнёт собрание, для чего всех здесь созвал. В обычной жизни эти торговцы разного калибра, грабители, воры, и просто сомнительные персоны, не подошли бы друг к другу и за километр, но сейчас они мирно общались, обсуждая дела, обмениваясь новостями и обещаниями не наступать друг другу на хвост. Наш герой встал со стула, вытянул руку вверх и привлёк всеобщее внимание. К удивлению людей, которые не бывали здесь чаще, чем пару раз за жизнь, весь персонал, как ветром сдуло, дабы оставить разговор строго конфиденциальным.
– Итак, господа, я вас всех сегодня собрал для обсуждения предприятия, подобного которому мы ещё не проворачивали. Если кто-то не готов рисковать, я не стану вас винить, но попрошу удалиться прежде, чем я начну вводить оставшихся в курс дела – Персиваль выдержал паузу, окинул помещение взглядом, но здесь собрались все те, кто хорошо знал, чем промышлял юноша прежде, так что оные понимали, какого рода дело он предлагал – Хорошо. Итак, я намерен организовать торговую сеть между городом и горными кланами. Товар – оружие. Оно едет в кланы, в качестве оплаты получаем продукты их промысла: шкуры, рыбу, мясо и прочее. Доход от реализации товара уже в городе.
– А что если мы не сможем реализовать товар? – вскрикнул один из присутствующих лавочников.
– А это уже дело наших партнёров из кланов. Благодаря притоку оружия они смогут поставить город на край голода, что сделает продукты ещё более ценным ресурсом, который безопасно получать сможем только мы, – развёл руками стрелок.
– А что насчёт революционеров? У них сейчас фактическая власть за стеной, – раздался голос с другого края зала.
– Как я и сказал, предприятие рискованное. Каждому конвою нужно будет устойчивое оправдание перевозке груза, и лучше, чтобы его не досматривали. Если вы не готовы участвовать, можете покинуть зал, но держать рот на замке. Иначе мои партнёры вне острова… у них длинные руки.
Никто из зала не двинулся, даже если сомневался в успехе.
– К тому же, я не зря пригласил представителей местных банд. Вам будет поручена охрана этих конвоев. Оплату обсудим чуть позже, но так как дело обещает быть прибыльным, оплата будет достойной. Поставки будем производить раз в неделю, получать груз будете от лиц из городской стражи, это уже оговорено. Желательно задействовать несколько повозок и везти на малый пик разными дорогами, чтобы проще было скрыть груз. Обратно везти можно, уже не скрываясь. Благо, лосось и медвежьи шкуры пока вполне легальный товар. Кто-то занимается перевозкой, затем передают товар лавочникам и рыночникам, реализуем привезённое добро, и затем делим кассу согласно вкладу. Если кому-то есть что сказать, можем начать наши прения.
Переговоры продлились почти день. Некоторые торговцы даже согласились привлечь знакомых ремесленников для увеличения объёмов продажи оружия и прочего снаряжения. У некоторых имелся доступ к пороховым запасам, что, разумеется, так же было на руку весьма.

К концу переговоров, когда были оговорены все тарифы и оценки вкладов, новоявленная подпольная картель могла считаться официально созданной, даже если они не понимали, что только что привязали себя крайне тугой нитью к преступному подполью. А может, знали и понимали, так как сообщение в виде воров с нехваткой пальцев на руках уже должно было дойти до ушей большей части людей, предпочитавших вести дела из тени. Когда длительный ритуал в виде рукопожатий был окончен, началась самая милая сердцу собравшихся, и желудку Персиваля в особенности, так как с самого утра он так ничего и не ел, часть. Традиционное застолье за успех предстоящего предприятия. Вот, большая часть людей разошлась по домам или своим делам. Солнце уже село. Хозяин таверны пересчитывал свежезаработанные белли, а беловласый остался беседовать с одним из самых доверенных партнёров, который уже не раз брался ввозить предметы старины из-за стен города.
– Ты же понимаешь, почему я попросил тебя остаться, Ямис? – Монселе покачивал кружку с медовухой в руках, глядел на своего старого знакомого.
– Ты не собираешься вести это дело лично, не так ли? – Уголки рта мужчины слегка потянулись вверх по гладко выбритому лицу.
– Нет. Вероятно, что, когда сеть заработает, я буду вынужден покинуть остров. Мои клиенты желают получить источники дохода на нескольких островах моря.
После слов юноша немного отпил из кружки, хоть алкоголь и был слабым, голова всё же начинала немного кружиться даже после одной.
– Это связано с какой-то бандой? Я заметил твою новую татуировку, а цвет волос и подавно. Учитывая последние события в городе, думаю, что ты ввязался в какую-то игру. Подозреваю, что не по своей воле, – плавал в мутных водах верный партнёр.
– Да, боюсь, что именно так. Но ближе к нашим медведям. Я хочу оставить тебя управляющим на острове. Нюх у тебя есть, дела вести умеешь, чтобы никого не обидеть и в накладе не остаться. Если дело пойдёт хорошо, то все останутся в плюсе, а все свои дела я передам тебе. Как тебе такая сделка? – Отмахнулся и перешёл к делу наёмник.
– Сделка хорошая, не скрою. Жаль, что тебе придётся столь спешно покинуть остров. Но я понимаю, что порой обстоятельства, и те, кто их создают, могут быть сильнее нас. Хорошо, когда ты покинешь остров, я возьму на себя роль управляющего нашим предприятием. Обещаю, что не дам ему загнуться.
– Благодарю, Ямис. Ты как всегда выручаешь меня.
– И как всегда не бесплатно. Если всё случится так, как задумано, мы будем купаться в деньгах, а если станет слишком жарко – сможем свалить из этой дыры и обосноваться на скопленные монеты где-нибудь ещё. Скормим мелких сошек официалам, а когда дело дойдёт до наших шей, их придётся искать по всему Норд блю. Хотя лично я двину на Гранд-лайн.
Обсудил наш герой с Ямисом ещё несколько деталей, как рабочих, так и не слишком. Все гости разошлись, оставив зал пустовать. Теперь, когда всё было готово, оставалось только ждать, во что все затраченные усилия выльются. Следующие несколько дней прошли в некотором напряжении, чтобы удостовериться, что первая поставка пройдёт без сучка, без задоринки.
Ночной город был оглушительным в своей тишине. Небольшая группа из сети Персиваля стояли возле стен в арсенал. Если Илаис резко изменил мнение, решил выйти из игры и сдать торговцев оружием, то ему здесь организовать арест будет делом пары минут, так что Монселе нервничал, когда поставщик задерживался. Пеппербокс мягко пощёлкивал, когда юноша поворачивал его стволы, успокаивая натянутые нервы. В отдалении послышался скрип калитки и чертыхание мужского голоса о том, что кто-то всё же должен будет смазать проклятые петли, иначе вся округа соберётся поглазеть, кому это не спится в такое время. Из-за угла вышли несколько мужчин с низенькой безбортной тележкой на четырёх деревянных колёсиках. На тележку были нагружены крупного вида коробки, а если учитывать, что тянули её шесть человек, то ящики были не из лёгких.
– Вы не торопились – Персиваль высказался будничным тоном, констатируя факт и оставляя собеседника гадать об отношении беловолосого к опозданию.

– Да, там это, караул долго стоял. Не хотели их беспокоить. Всё здесь.
Мужчина похлопал по ящикам, выдавливая довольную улыбку.
– Давай посмотрим, что там у вас, – выдохнул стрелок.
Персиваль достал фомку и забил один конец в щель между досками, создавая рычаг. Крышка коробки с треском открылась, когда юноша надавил на другой конец фомки, открывая обзор на содержимое. Внутри в соломе были аккуратно уложены аркебузы, по виду так совершенно новые, будто только с мануфактуры доставили. Монселе достал одну из них и покрутил в руках. Тот образец не был вершиной оружейного мастерства и не мог похвастаться инновационными решениями. Ствол был гладким, замок – фитильный, рукоять лежала в руке не слишком удобно. Но для человека, который до того владел только копьями и дубинами – это простое и утилитарное ружьё было оружием богов.
– Сгодится, этот грузим – Персиваль отдал команду своим грузчикам, и они потащили ящик к отдельно стоящей телеге – Что в других ящиках?
– Дык, всё, что просили. – Мужчина, который говорил и до этого, развёл руками, мол «а что ещё там может быть?», однако по взгляду юноши он решил намёк всё же понять.
Вскрыли следующий ящик – здесь блестели в свете полной луны лезвия от коротких палашей, которые можно найти и у простых стражников. С таким оружием с горцами уже придётся считаться. Ящики один за другим отправлялись в повозку. Снаряжение было весьма разнообразным, но всё что запрашивал Персиваль – было на месте.
– Отлично, здесь мы закончили. А теперь расходимся и друг друга не знаем.
Персиваль направился к повозке, обозначая, что разговоры закончены, как и встреча.
– А, да, на счёт этого. – Неуверенно произнёс мужчина, привлекая внимание.
– Извините? – Монселе остановился и медленно повернулся к собеседнику.
- Да, по поводу того, что не знаем друг друга. Мы хотим оплаты.
Хоть мужчина и пытался изобразить неуверенность – золотой зуб, показавшийся сквозь злобную ухмылку, давал понять, что просьба – это лишь на первый взгляд.
– Вам платит Илаис, к нему за деньгами и обращайтесь, – констатировал беловолосый.
Монселе сверлил мужчину взглядом, вылавливая малейшие движения. Пара метров – такое расстояние в их переговорах можно считать более, чем интимным. Рука предварительно приподнялась в локте, чтобы сделать ткань в подмышечных впадинах и плечах более податливой перед текущими и последующими движениями.
– Но мы считаем, что воровство оружия из арсенала должно оплачиваться…
Фраза была прервана Персивалем. Он схватил мужчину за шиворот, вдавил в стену и направил стволы в лицо.
– Слушай внимательно, так как повторяться я не люблю. Все моменты уже оговорены, ваша оплата на вашем начальстве. Если он вам не платит, это вы с ним обсуждаете. Но если ты вдруг решишь, что можешь сломать мне планы и уйти сухим, а то и героем – Монселе взвёл замок пистолета – Подумай ещё раз. Но в расстрельном списке ты будешь последним, осознавая, что я подбираюсь к тебе всё ближе и ближе.
– Л-ладно-ладно, мужик, остынь, я понял.
Стражник в повседневной одежде поднял руки вверх, показывая, что он сдаётся и информацию усвоил.
– Вот и хорошо – Условился Монселе и спрятал свой пистолет в кобуру, отошёл от мужчины, давая тому возможность уйти – Но чтобы не чувствовал себя обиженным.
Наёмник достал из внутреннего кармана купюру и заложил за воротник рубахи собеседника.
– Купите себе по пинте пива.
После этого Монселе направился к повозке, которая была готова отправляться к скрытному складу. Ждали только, когда белоголовый закончит объяснять шестёркам, как ведутся дела, и не соизволит перестать всех задерживать. Персиваль же был доволен. Обязательства Илаиса были исполнены в полном объёме, а значит – деньги вперёд он ему заплатил не зря. Но пусть начальник склада слишком сильно не привыкает. Дальше оплата будет идти строго по факту выполненных обязательств. Спустя ещё два дня, первая партия оружия была, наконец, собрана, упакована и отправлена.

На взгляд юноши – подготовка была проведена по высшему разряду. Всё оружие хорошо припрятано за дешёвым хламом, поддельные торговые договора, снабжённые, не менее, поддельными печатями. Казалось, что едва ли не все умельцы подполья теперь прикладывают свою руку к организации караванов с оружием, хотя на самом деле – участвовали только те, с кем Монселе вёл дела и раньше, так что клуб можно было считать закрытым. И все прекрасно знали, что может произойти, если кто-то проболтается. «Меньше болтай, больше слушай» – главный закон в незаконном деле. Персиваль принимал активное участие в организации каждого каравана, пока слухи не начали распространяться. Услышал от одного из бездомных, которых Монселе активно использовал в качестве курьеров. Оные предупредили, что некие лица ищут не в меру любопытного юношу с белыми волосами, который одевается в синее пальто. Наёмник догадывался, что рано или поздно начнёт привлекать внимание, а значит – вскоре придётся временно выйти из игры, чтобы след юноши остыл, и выследить его станет значительно сложнее. А тем временем, можно будет организовать уже своих людей, чтобы они разузнали, кто же может искать Персиваля, а вернее – как заставить их исчезнуть до того, как они заставят исчезнуть Монселе.
Плуг жадно вгрызался в землю, вырывая крупные комья земли из верхнего слоя грунта. Лошадь, которой за сам факт такой работы уже полагалась медаль, медленно и через силу, но тащила инструмент для обработки земли. Фермер за её спиной так же наваливался на плуг, помогая своей кобыле, но его усилия были почти не заметны. Шаг за шагом, металлический лемех разрезал грунт, оставляя за отвалом ровную и аккуратную борозду. Двое молодых парней сзади дробили крупные части взрытой почвы и выдалбливали камни, если те попадались, на поле, что здесь раскинется вскорости, им места не найдётся. Если работать в том же темпе, то новое поле будет расчищено до посева, и урожай будет богаче, чем в прошлом году. А эта мысль не могла не добавлять земледельцу сил, чтобы толкать плуг вперёд.
– Папа! – Молодая девушка с волосами цвета соломы, заплетёнными в толстую косу, двигалась к отцу и братьям, неся в руках кринку с холодным квасом – Не загоняйте себя слишком сильно, а то к посеву спину сорвёшь или лошадь загонишь.
По её улыбке было несложно понять, что это была в большей степени шутка. Но, как всем хорошо известно, в любой шутке есть доля шутки, и мужчинам семейства было бы неплохо передохнуть.
– Солнце ещё высоко, солнышко, но перерыв устроить можно – Мужчина стёр пот, который выжимали из него солнце и физический труд, и отстранился от рукоятей плуга, поворачиваясь к своим сыновьям – Ладно, лодыри, отдохнём немного и снова за работу, а пока попейте.
Пристроившись в сени близ стоящего леса, вся четвёрка проводила время в повседневной болтовне, а фермер тем временем мечтал, что в следующем году он начнёт до посевных рубить этот лес и расширит своё поле ещё дальше. Возможно, в нём говорил квас, который сделал его голову чуть легче, чем обычно, но помечтать об этом он любил и прежде.
– Пап, гляди, там костры жгут.
Младший из сыновей показал пальцем на столб дыма, поднимавшийся над соседним хутором.
– Странно, что же они там жгут в такую-то пору? – Мужчина встал с земли и вгляделся в дом соседа, пока не увидел, что там горит – Все домой. Быстро.
– Папа? – девушка была не на шутку напугана серьёзным тоном отца – Что там?
– Это не костры. Это горцы.
Раздался звук выстрела.
В городе всё шло своим чередом. Каждый встречный торопился по своим делам, не замечая, что происходит вокруг них, не говоря уже о том, что происходит вокруг города. Но слухи всегда наполняют места столь плотного скопления людей, так что, даже отстранившись от дел с торговой сетью, которую сам Персиваль же и создал, юноша мог оставаться в курсе последних новостей. А новости были именно теми, какие он и ожидал. Спустя всего две недели горцы осмелели и начали совершать набеги на отдельно стоящие дома равнинников, забирая у них всё, что было не прибито, а что закреплено – забирали чуть позже.

Некоторые люди выказывали волнения, что хоть отношения с равнинниками у города так себе, крестьяне продают свой урожай в город, больше-то некуда, а если набеги продолжатся – то дело может запахнуть жаренным. Наместница же не показывала, что ей есть хоть какое-то дело до происходящего, ведь ни созыва армии, ни сбора ополчения не проводилось. А торговцы же реагировали довольно споро. Если всё так и продолжится, то уже в этом году полей будет засеяно значительно меньше, и над городом может нависнуть угроза дефицита. Цены медленно начали ползти вверх. Разумеется, покупатели не связывали рост цен с деятельностью горцев – для них было очевидным, что наглые барыги просто договорились между собой и начали задирать цены, чтобы увеличить свои, и без того, немалые доходы. В глазах простого человека всегда так – у соседа трава зеленее. Мало, кто осознаёт, что если речь не идёт про торговые империи, которые охватывают несколько островов, а то и всё море целиком, доходы у мелких торгашей всегда были, есть и будут скромными, ведь, чтобы купить прошлую партию, пришлось брать суду у ростовщика, который теперь необходимо вернуть с процентами. Часть товара не продалась и ныне её только выбрасывать, чтобы место не занимала. Хорошо ещё, если себе что-то останется. Даже когда вам кажется, что торговцы купаются в деньгах – это редкость и диковинка, на самом деле так.
Персиваль шёл по улице, стягивал воротник чёрной шинели, защищаясь от холодного ветра. Гардероб пришлось несколько изменить, так как его любимое синее пальто могло слишком сильно выделяться на фоне коричневых медвежьих цветов, которые были распространены среди населения, ведь на острове достать медвежью шкуру не составит большого труда, и стоит она меньше, чем привозной мех. Дошёл до намеченной цели, небольшого ряда высоких стульев на углу пересечения двух улиц, Персиваль примостился и поставил ноги на поданную подножку. В этом месте парнишка чистил обувь всем желающим. А ещё сий деловой сорванец торговал информацией, ведь люди статусом повыше редко когда замечают обслугу, и уж тем более чистильщика обуви. Мальчишка достал свою щётку и принялся начищать сапоги Монселе.
– Какие новости, Гивро? Что нынче слышно на улицах?
– Да какие новости? Говорят, старуха Марта опять забеременела, и снова не пойми от кого. Юшка собаку потерял, хотя кто-то думает, что её с соседнего двора мальчишки забили до смерти ради смеха.
Лицо мальчишки было сосредоточенным, пока он щёткой натирал кожу сапог, счищая комки грязи, кусочки льда и слой пыли.
– Гивро… – с выдохом Персиваль достал из-за пазухи купюру и притянул мальчишке.
Не отводя взгляда от сапог, чистильщик обуви взял купюру и затолкал себе под ушанку. Практически незримый уклон головы казался насмешливым, если хорошо знать паренька – можно счесть сие издевательство над душой страждущего информации правдивым.
– Горцы в последнее время сильно осмелели и начали совершать набеги на хутора и посёлки у подножья, но глубже на равнины пока не заходят. Говорят, что оружие у них резко поменялось. Теперь это не дубины, копья и луки. Теперь это уже ружья и тесаки, причём из приличной стали. Долинники нервничают и покидают те места, даже не забирая свои пожитки, лишь бы в живых уйти. Революционеры пытаются реагировать, но когда они приходят на место набега – там уже ни горцев, ни живых, ни честно нажитого. Обмолвился кто-то, что оружие это горцы из города получили, так что долинники ругают наместницу, пуще прежнего ругают. А, ещё говорят, что командующий городской стражей нанял ревизора извне, вроде как даже у морских дозорных, чтобы складу провести инвентаризацию.
– А вот про ревизора поподробнее, – шепнул наёмник.
– Да что я могу знать. Ревизор и ревизор. Что с него взять-то.
Монселе молча вытащил ещё одну купюру и протянул её мальцу, который отправил новую бумажку вслед за предыдущей.

– Из морских дозорных, так как город всё ещё поддерживает с ними контакт, прибудет со дня на день, инкогнито. Как только он доберётся до замка, арсенал будет опечатан, а документация изъята по личному приказу командующего. Он подозревает, что офицер, наблюдающий за складами, повадился продавать оружие на сторону, вероятнее всего, горцам же. Но доказательств пока нет, а документация в порядке.
– И на каком же судне прибудет ревизор? Об этом не говорят?
– Там что-то с утками было связано. Я не запомнил. – Ещё одна купюра перетекла из кармана Монселе под шапку мальчишки – Судно «Хромоножка Катарина». Прибудет сегодня перед закатом, ревизор же прибудет в замок уже после захода солнца.
После этого мальчишка отстранился от сапог и поднялся на ноги, готовясь отставлять подножку. Персиваль поднялся со стула, осматривая сапоги. Выглядели они теперь едва ли не лучше, чем при покупке.
– И откуда тебе всё это известно? – «снял шляпу» пред знанием простака беловласый.
– Секрет фирмы. С вас пять белли.
– Держи. Мог бы и простить, учитывая, сколько я тебе уже заплатил.
– Каждый чих должен оплачиваться, а не то в нищете помрёшь, господин Монселе. Но чтобы вы не чувствовали себя обиженным, про вас много, но аккуратно на улицах спрашивают, так что вы поосторожнее там. Не хочу терять постоянного клиента, – мальчишка улыбнулся. Искренне.
Проведя весь день в подготовке, Персиваль вечером отправился в порт, рассчитывая перехватить ревизора по дороге. Ему сейчас было бы крайне не к месту, если основной ручеёк поставки оружия резко перекроется. К тому же, в этом был определённый смысл, ведь это станет хорошим посланием, что руки у юноши, а вместе с ним, и у работодателя, невероятно длинные. Пришёл в порт, беловолосый увидел несколько торговых судов – у всех были носовые фигуры, выполненные в форме зверей настоящих и мифических, и лишь одна, в виде девушки, одна из ног которой была вывернута в неестественной позе. Всё же то, что моряки нередко малограмотны и название судна на корме прочитать не в силах, заставляет изгаляться над носовыми фигурами. С Хромоножки активно выгружали различные ящики и бочки, так что Персиваль направился на палубу, чтобы переговорить с капитаном. Убеждать долго на частную беседу не пришлось, закинув удочку о намерении зафрахтовать судно для перевозки шкур с острова. Когда Монселе вместе с капитаном оказались в каюте, юноша начал действовать. Направив пеппербокс в затылок капитана, юноша взвёл замок.
– Вы везли на борту пассажира, где он? Имя, внешность, приметы, – голос Монселе изменился с вежливого и немного заискивающего на холодный и требовательный.
Капитан поднял руки, а по его спине побежали ручейки холодного пота.
– Мы не брали пассажиров в рейс…
– Врёшь. Я знаю, что вы везли морского дозорного. Где он? Говори, или я начну стрелять, а уж куда – думай сам.
– Он сошёл первым же делом, как только поставили трап. Заплатил он вперёд, я и не стал о нём беспокоиться – Голос капитана дрожал от нервов, к подобным поворотам он не привык за морскую карьеру – Я говорю правду.
– Хорошо. Как он выглядел, во что одет? – продолжал требовать седой.
– В полушубке из овечьей шерсти, короткостриженый, русый, шрамов нет. Пожалуйста, не убивайте меня.
Это уже хоть какие-то приметы. Решил, что больше ничего толкового от капитана не добьётся, Персиваль убрал пистолет от затылка моряка.
– Не покидайте остров в ближайшее время. Ваши услуги мне всё же понадобятся. Разумеется, не бесплатно.
И закончил этой фразой разговор. Монселе покинул судно, попытался найти среди людей мужчину, похожего на описанного. Но он, по всей видимости, уже успел покинуть порт. Нужно его нагнать. Идя до замка кратчайшей дорогой под светом закатного солнца и уже горящих фонарей, Персиваль жадно осматривал каждого прохожего, но пока никого в полушубке он не видел. Оставалось надеяться, что мужчина не перестраховался и не сменил одежду. До стены замка наёмник дошёл уже после заката, так и не найдя свою цель. Провал.

Вокруг этого слова вертелись мысли юноши, когда он лихорадочно соображал, что же он упустил. На улице никого не было. Тишина, нарушаемая лишь завываниями порывов, ветра была гнетущей и неуютной, словно мир для героя обрушился в одно мгновение. Теперь Ортхакс наверняка спросит с юноши за провал затянувшейся операции. Внезапно ещё один звук вклинился в завывания ветра. Скрип железных петель, доносившийся откуда-то со стороны.
– Мысли: Калитка!
Персиваль обрёл второе дыхание и ухватился за последний шанс, ставя на этот звук всё, что есть. Пан или пропал – третьего варианта не дано. Добежал до калитки, которая служила служебным выходом из крепости, Монселе увидел молодого человека. Русый, короткостриженый, в полушубке из овечьей шерсти. Рука инстинктивно вытянула пистолет и нажала на спуск. Прогремел выстрел. Пуля угодила в шею, сломав под собой трахею и вылетев из тела дозорного с другой стороны. Глаза юноши расширились от удивления, а руки его потянулись зажать рану, но смерть наступила раньше. Ревизор сначала упал на колени, а затем и рухнул на землю полностью. Персиваль не был уверен, почему он поступил так, но он рванул в калитку, которая не была заперта, и, схватив тело, потащил его подальше от входа, пока караульные не явятся сюда в полном составе. Оттащил тело поближе к канаве, Монселе достал нож и вогнал его между позвонками дозорного, и принялся перерезать шею. Ему казалось, что эта голова ещё может сослужить добрую службу. После рискованной выходки по перехвату ревизора наёмник провёл несколько дней в своих апартаментах безвылазно. Паранойя после убийства человека в стенах замка била ключом и казалось, что каждый шорох – это отряд стражников, пришедших воздать юноше по закону. Но всё было тихо. Голова покоилась в мешке из грубой ткани и ждала своего звёздного часа, когда убийца всё же соизволит явить трофей адресату. Решил, что погоня так и не началась, Персиваль надавил на Илаиса, чтобы тот намекнул командующему стражей, якобы один человек очень хочет встречи на нейтральной территории.
Снова ночь, покой и свет солнца, отражённый от луны. Персиваль стоял в условленном месте и ожидал появления своего собеседника. Группа громил притаилась поблизости, если командующий всё же не пойдёт на встречу. Словно сама природа острова благоволила юноше, ни холодный ветер, ни сырость не мешали, а лёгкий морозец лишь бодрил в такой-то час. Наконец по улице послышался приближающийся стук сапог, и командующий городской стражей явился, хоть и с опозданием.
– Мне доложили, что у вас есть информация по недавнему убийству в замке. Это так?
– Даже без приветствий? Ну, что уж, хорошо. Да, это так, господин командующий, – ответил устало наш герой.
Линзы очков Монселе отражали свет фонаря напротив, делая его похожим на сову.
– Я слушаю.
– Оставьте это дело, господин командующий. Не ввязывайтесь в игру, которую не понимаете. Не стоит копаться в нашем маленьком деле с оружием.
– Ты что мне угрожаешь, шваль?
Командующий потянулся за своим мечом, осознал, о чём идёт речь. Персиваль достал пистолет и направил на человека куда шустрее, чем оный мог помыслить.
– Не нужно. Я просто поговорить хотел.
Юноша свободной рукой, не сводя прицел с намеченной цели, взял с земли мешок с головой и бросил его командующему. Оный развязал затяжку на мешке и достал голову ревизора, которая была изрядно искривлена от небрежного ношения.
– Вы больше не единственные хозяева в городе. Руки у нас достаточно длинные, чтобы дотянуться до вас. Или до вашей семьи. Так что выбирайте, на чьей вы стороне. Вы бы предпочли безбедную старость? Или смерть в одиночестве? Вы будете последним в нашем списке на ликвидацию. Подумайте об этом, мы не требуем от вас прямого ответа. Мы и так всё поймём.

Персиваль развернулся и пошёл в противоположную от командующего сторону, пока тот продолжал смотреть на лицо мёртвого, терзаемый сомнениями. Опущенная голова стрелка запрятала линзы очков от бликов, и светлые глаза простреливали пустоту впереди, пока рука по-прежнему уверенно сжимала пистолет. Отныне над каждой палкой неожиданно появились точки, но дабы их заметить – придётся поднять свои головы, на что способен далеко не каждый. А если оное произошло, четырёхпалые одной руки может и успеют поведать, где следует лучше скрыться.

Конец.