[Спустя семь часов; в разгар дня]
– Так–то лучше. – констатировал наёмник.
Мужчина сидел на краю спального места, предоставленного молодой матерью юного вождя, и медленно водил ладонью перед своими глазами влево–вправо, вправо–влево. Точки, али чёртики, исчезли вместе с темнотой глубокого сна – наёмник любил такие уставшие и скорые засыпания по одной причине: в момент просыпания он не вспоминал снов, которые могли являться и кошмарами, отчего жилось намного легче. Но, честно говоря, в такой сон он проваливался очень редко, и удивительно, что редкостное событие случилось именно на этом острове. От всех воспоминаний, которые могли вообще остаться за несколько минут до и во время погружения в царство Морфея, остался только шёпот Элфы, рассказывающей о чём–то неведомом. Бенн помнил, как он приоткрыл один глаз, уловив возле себя сидящий образ красавицы–археолога, но так и не смог разобрать ни единого её слова, отчего под неразборчивый шёпот, точно под колыбельную, заснул глубоко и надолго.
– Мысли: Сколько же я проспал?
После констатирования обычного человека всегда интересует время, точно он куда–то торопится и не может больше посидеть ни минуты на одном месте. Взяв с деревянного подноса кувшин с каким–то отваром, али чем–то иным, Бенн без боязни сделал несколько глотков и почувствовал приятный вкус трав. Этот напиток временно утихомирил проснувшийся вместе с хозяином желудок, который сразу затребовал пищи для восстановления чаши энергии. Но наёмник же не может сразу ворваться на кухню и потребовать у владелицы хижины еды, и как можно быстрее. По этой причине он решил прийти в полный порядок, в первую очередь, вследствие поднялся на ноги и подошёл к окну. Информатор хотел выглянуть и вдохнуть свежий воздух, но не успел этого сделать, так как подскочил на месте от испуга, от неожиданности. Ворон, сидящий незаметно для сонных глаз снайпера, дал о себе знать звонким карканьем, что и стало причиной неконтролируемого испуга Бекмана. Кинув сердитый взгляд на пернатого и после на дверной проем, надеясь, что там не покажется ни Элфа, ни Кох, Бенн быстро выхватил из клюва птицы самодельный мешочек с оплатой труда – конечно, Рей же не увидел выполняющего контракт, поэтому и послал деньги обыкновенной 'почтой'. Снайпер сделал привычный мах рукой, чтобы отогнать птицу, намекнув, что она свободна, но ворона лишь подпрыгнула на месте и снова громко каркнула. Не успев отвернуться, стрелок оглядел внимательно странно ведущую себя 'почту' и обратил внимание на лист бумаги, находящийся под её лапой – что–то ещё, помимо оплаты, принесла.
– Мысли: Снова задание? Где эти люди деньги берут? Неужто здесь так много понаехавших.
Но наёмник не рвался найти ответы на свои вопросы, так как, как настоящему мужчине, Бенну следует поддерживать своих накам и финансово, что у него получается получше многих. Когда птица убедилась в том, что последователь реквиема взял новый контракт, она вспорхнула и тихо улетела, что было странностью [очередной за сегодняшний день] – пернатый всегда сопровождал свой уход громкий карканьем, но, возможно, это тот единственный день, когда птица позаботится и об иных обстоятельствах стрелка.
Бекман убедился в своём одиночестве, спрятал деньги во внутренний карман и открыл контракт, чтобы прочитать его содержимое. В действительности новое задание, и ничем не лучше выполненного – также в лес, также к диким зверям и к риску.
= Ты... Вы проснулись, Бенн? Как себя чувствуете? = проговорила Элфа.
Ей–богу, наёмник едва ли вовремя заметил приближающиеся тихие шаги девушки и успел упрятать контракт от её глаз, чтобы обойти множество лишних вопросов. Смяв бедный лист и кинув его в правый уцелевший карман брюк, Бенн успел скрестить руки на груди и натянуть дружественную и благодарную улыбку, когда хозяйка появилась и остановилась в дверном проеме. Наконец–то он смог вновь её разглядеть без сопровождения чертиков перед глазами. И факт, что девушка запнулась в обращениях, позабавил стрелка и прибавил настроения.
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 6 путь] Лагуна.3-ий остров.
– Благодаря тебе, Элфа, я могу снова видеть и продолжать дышать, и этого достаточно, чтобы описать моё самочувствие, как наилучшее. – ответил наёмник.
Улыбчивость и учтивость подобранных слов, звучавший как открытая и искренняя благодарность, заставили молодую матушку если не светиться от счастья, то не поскупиться на ласковую и довольную результатом улыбку, ведь она всей душою стремилась помочь дорогому чужеземцу, который оказался одним из тех, кто предоставил шанс на отправную точку в иное будущее: с иными устоями, которым предстоит образоваться с новым вождём. Бекман одним махом руки отправил назад отрастающие волосы, которые не переставали сереть и седеть не столько от процесса старения, сколько от пережитых нагрузок и стрессов, которые он таил глубоко в себе и никогда не показывал на эмоциях внешне. Элфа тем временем вытерла руки о полотенце, которое она держала всё время короткого разговора, и теперь снайпер обратил внимание на еле уловимо доносящийся запах чего–то свежеприготовленного. Если выпитая с утра настойка и помогла временно избавиться от голода, то сейчас чувство автоматически пробудилось с двойной силой.
= Ещё бы вы не видели и не дышали. Умеете же вы говорить глупости! Но раз вы себя лучше чувствуете, небось и проголодались. Мне, конечно, очень интересно, где вы были, что так измотались, и почему не со своими друзьями, но я думаю, что вы мне всё равно не ответите на интересующие меня вопросы. = обратилась в ответ к снайперу женщина.
Но что–то тянущее и выжидающее всё же выдавало подогретый интерес матушки к скрытым от её взора делам одного из чужеземцев, который ей явно приглянулся как внешне, так и внутренне [и дело вовсе не в каннибализме]. В голосе промелькнула та самая настойчивая надежда, которую выражает всякая девушка, желая узнать, но боясь спросить.
– Вы очень благорассудительная девушка. – констатировал наёмник.
С выражением уважения он с полуприкрытыми глазами склонил голову, после чего зафиксировался в прежнее положение. Манеры – нечто особенное среди пиратов, но и нередко встречающееся. И иногда Бенн не брезгал следованию манерам, потому что это помогло даже сейчас показать, что снайпер в действительности не собирается отвечать на вопросы, как бы он сам того не хотел. Бывают времена, когда внутри человека что–то ломается, и он непременно хочет высказаться даже первому встречному – такая ситуация возникала и со снайпером, и ни раз. Но он осознавал, что освобожденная и поделенная надвое с кем–то душа только временно облегчит ему жизнь и усложнит другому, а потом всё вернётся на свои места.
= Как оказалось, благоразумность приходит не с годами, а с обстоятельствами. Но мне приятен ваш комплимент. А теперь идёмте, Бенн, отобедаете и, может быть, поведаете, на сколько времени вы решили задержаться у нас. Не поймите плохим мой вопрос, мы только рады вашему присутствию и будем лишь счастливы, если вы решите задержаться и лицезреть наши начинающиеся перемены. = уклончиво поддержала разговор Элфа.
Легонько жестикулируя руками, чтобы придать своим словам пущей убедительности и доброжелательности, матушка вождя по концу своих слов улыбнулась шире и милее прежнего раза. Облегчённо вздохнув, точно она сбросила со своих плеч неимоверный груз, Элфа поманила жестом руки информатора за собой и завернула на кухню, где обстановка ничуть не изменилась – та же скромность, аккуратность и чистота. Конечно, Бенн ни в коем разе не решил повременить с обедом, поэтому сразу направился за приятной женщиной и уселся на подобие пуфика, что оказалось очень удобным.
– Мы не обговаривали момент с отправлением, и я даже так и не узнал, сколько времени занимает настройка Лог Поса. Но я думаю, что мой капитан не захочет оставаться на этом острове дольше, чем того требует настройка. Да и того не позволят обстоятельства, наваливающиеся на нас тяжелой грудой. Вы же, как благорассудительная дама, должны были понять, зачем явились сюда и стали вам злейшими врагами те люди. – ответил Бенн.
Улыбчивость и учтивость подобранных слов, звучавший как открытая и искренняя благодарность, заставили молодую матушку если не светиться от счастья, то не поскупиться на ласковую и довольную результатом улыбку, ведь она всей душою стремилась помочь дорогому чужеземцу, который оказался одним из тех, кто предоставил шанс на отправную точку в иное будущее: с иными устоями, которым предстоит образоваться с новым вождём. Бекман одним махом руки отправил назад отрастающие волосы, которые не переставали сереть и седеть не столько от процесса старения, сколько от пережитых нагрузок и стрессов, которые он таил глубоко в себе и никогда не показывал на эмоциях внешне. Элфа тем временем вытерла руки о полотенце, которое она держала всё время короткого разговора, и теперь снайпер обратил внимание на еле уловимо доносящийся запах чего–то свежеприготовленного. Если выпитая с утра настойка и помогла временно избавиться от голода, то сейчас чувство автоматически пробудилось с двойной силой.
= Ещё бы вы не видели и не дышали. Умеете же вы говорить глупости! Но раз вы себя лучше чувствуете, небось и проголодались. Мне, конечно, очень интересно, где вы были, что так измотались, и почему не со своими друзьями, но я думаю, что вы мне всё равно не ответите на интересующие меня вопросы. = обратилась в ответ к снайперу женщина.
Но что–то тянущее и выжидающее всё же выдавало подогретый интерес матушки к скрытым от её взора делам одного из чужеземцев, который ей явно приглянулся как внешне, так и внутренне [и дело вовсе не в каннибализме]. В голосе промелькнула та самая настойчивая надежда, которую выражает всякая девушка, желая узнать, но боясь спросить.
– Вы очень благорассудительная девушка. – констатировал наёмник.
С выражением уважения он с полуприкрытыми глазами склонил голову, после чего зафиксировался в прежнее положение. Манеры – нечто особенное среди пиратов, но и нередко встречающееся. И иногда Бенн не брезгал следованию манерам, потому что это помогло даже сейчас показать, что снайпер в действительности не собирается отвечать на вопросы, как бы он сам того не хотел. Бывают времена, когда внутри человека что–то ломается, и он непременно хочет высказаться даже первому встречному – такая ситуация возникала и со снайпером, и ни раз. Но он осознавал, что освобожденная и поделенная надвое с кем–то душа только временно облегчит ему жизнь и усложнит другому, а потом всё вернётся на свои места.
= Как оказалось, благоразумность приходит не с годами, а с обстоятельствами. Но мне приятен ваш комплимент. А теперь идёмте, Бенн, отобедаете и, может быть, поведаете, на сколько времени вы решили задержаться у нас. Не поймите плохим мой вопрос, мы только рады вашему присутствию и будем лишь счастливы, если вы решите задержаться и лицезреть наши начинающиеся перемены. = уклончиво поддержала разговор Элфа.
Легонько жестикулируя руками, чтобы придать своим словам пущей убедительности и доброжелательности, матушка вождя по концу своих слов улыбнулась шире и милее прежнего раза. Облегчённо вздохнув, точно она сбросила со своих плеч неимоверный груз, Элфа поманила жестом руки информатора за собой и завернула на кухню, где обстановка ничуть не изменилась – та же скромность, аккуратность и чистота. Конечно, Бенн ни в коем разе не решил повременить с обедом, поэтому сразу направился за приятной женщиной и уселся на подобие пуфика, что оказалось очень удобным.
– Мы не обговаривали момент с отправлением, и я даже так и не узнал, сколько времени занимает настройка Лог Поса. Но я думаю, что мой капитан не захочет оставаться на этом острове дольше, чем того требует настройка. Да и того не позволят обстоятельства, наваливающиеся на нас тяжелой грудой. Вы же, как благорассудительная дама, должны были понять, зачем явились сюда и стали вам злейшими врагами те люди. – ответил Бенн.
Молодая матушка тем временем накладывала еду [мясо, овощи – что–то явно намешанное, но очень аппетитное, и описанию не подлежит] и в скором времени подала в своеобразной деревянной тарелке, которая нагрелась и обжигала пальцы и ладони не столько больно, сколько приятно. Так как наёмник прекратил отвечать на вопросы и посчитал, что больше сказать–то и нечего, он без намёка на жадность, с благодарностью принял тарелку с пищей и начал съедать мясо.
= Значит, вы всё же команда. А настройка, можно предположить, уже должна закончиться. Неужто вам так надо торопиться? Хотя в ваших словах своя доля правды, справедливая и опасная. У вас какие–то определенные цели? Сейчас многие стремятся ввысь: богатство, слава, статус, власть. = настойчиво поддерживала разговор Элфа.
Не в её принципах капать на мозги своим гостям, которых она принимала очень–очень редко, но это такой единственный случай, когда она встретила кого–то из четырёх морей, кого–то, кто цивилизованный и не проникся диким духом этого острова. Как романтичной особе [эту часть ей приходилось глубоко прятать, так как Лагуна не приветствовала нежности], ей хотелось услышать несколько морских баек или узнать недостижимые цели, которые поставили себе эти жизнелюбивые пираты. Чтобы не мельтешить перед наёмником и не давить на него своей тенью, женщина присела на низенькую табуретку, оперлась о собственные колени и как–то мечтательно посмотрела на Бекмана. Но он ответил ей далеко не тем же мечтательным взором – взгляд его выражал жесткость поставленных целей, нежелание их распространять, но и неимение права отвечать как за Шинджи, так и за Асперо. По этой причине он опустил взор на тарелку и доел всю положенную пищу, а интригующее молчание заставляло Элфу немного нервничать и разочаровываться.
– У меня нет целей. А капитан мне однажды поведал свои несуразные цели, которые, я думаю, он вот–вот изменит, поэтому я не хочу рассказывать и начинать их распространять. Девушка, Асперо, она мне очень малознакома, и я не могу отвечать за неё, но чувствуется, что она не гонится ни за одной вещью, которую ты перечислила. Но моё мнение может быть ошибочным, как всякое другое. – ответил Бенн.
= А мечта? Разве у тебя нет мечты? = перебила Элфа.
Кажется, она не уделила столько внимания целям [или отсутствию их] друзей снайпера, сколько ему самому. Огоньки любопытства в её глазах замельтешили, а Бенн почувствовал укол вины, что не сможет разжечь в ней человеческий огонь романтики и мечтательности, что ей так и придется жить среди твердых устоев и жестких принципов. Чтобы потянуть время, он приподнялся с пуфика и поставил тарелку возле таза с водой.
– Мечта есть. Она есть у каждого, даже у тех, кто отрицает её наличие и говорит, что мечта сводит человека к глупостям. И моя мечта хрупка и незначительна для тех, кто гонится за славой и прочим. Я желаю просто утвердиться первым помощником у самого невероятного пирата, и знать, что доверие полностью располагается ко мне. Большего мне и не надо. – ответила, в первую очередь, душа пирата, а не наёмника.
Снова он прошёлся ладонью по своим волосам, точно это с какой–то поры стало успокаивать его равноценно курению. Элфа сидела на своём месте неподвижно и только поворачивала голову, чтобы следить за Бенном. Искренность ответа, или его подобие искренности, вызвала на лице молодой матушки лучезарную улыбку, а взор неконтролируемо смягчился. Перед ним теперь сидела не строгая мать и серьезная жена вождя, а самая обыкновенная женщина–пират, которая когда–то хотела отдаться практически таким же целям – только судьба распорядилась иначе, оставив её здесь.
– А теперь, Элфа, я пойду. Спасибо тебе за гостеприимство, и спасибо вашему народу за поддержку чужеземцев. Я не могу обещать, что мы встретимся снова, поэтому заранее прощаюсь с тобой, с Кохом и с вами, в общем. – дополнил свою речь Бенн.
Наёмник не стеснялся разговаривать, при этом ходя по кухне и заходя в комнату, где почивал. Захватив с собой кремневую винтовку, он благодарно кивнул Элфе и собрался уходить, чтобы выполнить задание и найти накам.
= Значит, вы всё же команда. А настройка, можно предположить, уже должна закончиться. Неужто вам так надо торопиться? Хотя в ваших словах своя доля правды, справедливая и опасная. У вас какие–то определенные цели? Сейчас многие стремятся ввысь: богатство, слава, статус, власть. = настойчиво поддерживала разговор Элфа.
Не в её принципах капать на мозги своим гостям, которых она принимала очень–очень редко, но это такой единственный случай, когда она встретила кого–то из четырёх морей, кого–то, кто цивилизованный и не проникся диким духом этого острова. Как романтичной особе [эту часть ей приходилось глубоко прятать, так как Лагуна не приветствовала нежности], ей хотелось услышать несколько морских баек или узнать недостижимые цели, которые поставили себе эти жизнелюбивые пираты. Чтобы не мельтешить перед наёмником и не давить на него своей тенью, женщина присела на низенькую табуретку, оперлась о собственные колени и как–то мечтательно посмотрела на Бекмана. Но он ответил ей далеко не тем же мечтательным взором – взгляд его выражал жесткость поставленных целей, нежелание их распространять, но и неимение права отвечать как за Шинджи, так и за Асперо. По этой причине он опустил взор на тарелку и доел всю положенную пищу, а интригующее молчание заставляло Элфу немного нервничать и разочаровываться.
– У меня нет целей. А капитан мне однажды поведал свои несуразные цели, которые, я думаю, он вот–вот изменит, поэтому я не хочу рассказывать и начинать их распространять. Девушка, Асперо, она мне очень малознакома, и я не могу отвечать за неё, но чувствуется, что она не гонится ни за одной вещью, которую ты перечислила. Но моё мнение может быть ошибочным, как всякое другое. – ответил Бенн.
= А мечта? Разве у тебя нет мечты? = перебила Элфа.
Кажется, она не уделила столько внимания целям [или отсутствию их] друзей снайпера, сколько ему самому. Огоньки любопытства в её глазах замельтешили, а Бенн почувствовал укол вины, что не сможет разжечь в ней человеческий огонь романтики и мечтательности, что ей так и придется жить среди твердых устоев и жестких принципов. Чтобы потянуть время, он приподнялся с пуфика и поставил тарелку возле таза с водой.
– Мечта есть. Она есть у каждого, даже у тех, кто отрицает её наличие и говорит, что мечта сводит человека к глупостям. И моя мечта хрупка и незначительна для тех, кто гонится за славой и прочим. Я желаю просто утвердиться первым помощником у самого невероятного пирата, и знать, что доверие полностью располагается ко мне. Большего мне и не надо. – ответила, в первую очередь, душа пирата, а не наёмника.
Снова он прошёлся ладонью по своим волосам, точно это с какой–то поры стало успокаивать его равноценно курению. Элфа сидела на своём месте неподвижно и только поворачивала голову, чтобы следить за Бенном. Искренность ответа, или его подобие искренности, вызвала на лице молодой матушки лучезарную улыбку, а взор неконтролируемо смягчился. Перед ним теперь сидела не строгая мать и серьезная жена вождя, а самая обыкновенная женщина–пират, которая когда–то хотела отдаться практически таким же целям – только судьба распорядилась иначе, оставив её здесь.
– А теперь, Элфа, я пойду. Спасибо тебе за гостеприимство, и спасибо вашему народу за поддержку чужеземцев. Я не могу обещать, что мы встретимся снова, поэтому заранее прощаюсь с тобой, с Кохом и с вами, в общем. – дополнил свою речь Бенн.
Наёмник не стеснялся разговаривать, при этом ходя по кухне и заходя в комнату, где почивал. Захватив с собой кремневую винтовку, он благодарно кивнул Элфе и собрался уходить, чтобы выполнить задание и найти накам.
Когда наёмник собрался уходить, Элфа, конечно же, поднялась со своего места и проводила приобретённого друга [или временного собеседника] до выхода на улицу, чтобы проявить долю уважения. Женщина во время шествия молчала и не знала, что сказать, ведь душа требовала одного: покинуть Лагуну и отправиться в дальние–дальние края, чтобы лицезреть всё собственными глазами, а не надеяться на скупые рассказы чужеземцев, которые и так редко на этот остров заглядывают. Что держало её в здешних землях – вопрос совсем не трудный, ведь здесь её сын, который перенял статус отца, её приобретенная мудрость, и она просто нужна Энкам равноценно вождю и шаману. Осознание, долг, любовь – это перевешивало рвение души в несколько раз, поэтому не оставалось даже сожалений.
= Постойте, Бенн! = внезапно обратилась к мужчине Элфа.
Для пущей уверенности, что Бенн не успел пересечь порог и оказаться вне дома, она схватила его за руку и дождалась, пока мужчина её не будет больше тянуть. Бекман же обернулся наполовину и с недоумевающим взором посмотрел на молодую матушку, которая потянулась к нагрудному карману и по–быстрому, без сомнений достала из него чётки. Чётки представляли из себя белый шнур, замкнутый в кольцо, и заполненный многогранными лёгкими камнями чисто белого цвета, а посередине этих неведомых драгоценных камней был прозрачный отблеск, показывающий, что внутри находится природный пузырек с воздухом. И к чёткам была привеска, напоминающая белое облако, на поверхности которого была надпись на неведомом пиратам языке.
– Что это? – задал обычный вопрос Бекман.
Молодая женщина протянула руку с чётками Бенну, настойчиво вручая ему их. Если судить по гордому взгляду, эта вещь была чем–то дорогим для неё и памятным.
= Обычные чётки, символизирующую такую стихию, как воздух. Я всегда считала, что эта стихия – самая близкая подруга пиратам. И фразировка говорит, что небеса не в облаках. Они – воздух в наших легких. Очень красивая тема, не знаю, понятна ли тебе. Но, пожалуйста, передай это Асперо. Может, она поймёт их значимость. = проговорила она.
Элфа не дожидалась момента, когда Бенн примет чётки. По–быстрому она сама вложила их в его ладонь той руки, за которую удерживала снайпера, после чего отпустила его и отошла на шаг назад. Бекман посмотрел на подаренную вещицу, после чего аккуратно перебрал пальцами камни на очень крепком шнуре.
– Хорошо, передам обязательно. – пообещал Бенн.
В знак прощания он сделал подобающий жест и сразу же вышел на улицу, после чего скрылся за углом хижины. Как только мужчина скрылся из видимости, девушка облокотилась спиной о стену и скатилась по ней, давая слабину и показывая слезы. Вызванные непонятными причинами, они текли непрерывным потоком, но женщина не хлюпала, и не было ощущения, что она ревела. Просто сидела, прижав к себе колени, и смотрела на соседские хижины, которые открывались с её дверного проема на улицу.
[Спустя половину часа]
– Я не думал, что вороны используются... как путеводители. – задумался вслух Бенн.
= КаррКа! = каркнул ворон.
Пернатый летел чуть впереди и злобно повернул голову на наёмника, когда тот посмел что–то выразить, как предположение. Видимо, что–то ему не понравилось, и пернатый решил выразить протест, но через секунду ворон снова осознал, что человеку не дано понять его язык. Но снайпер сумел понять настроение птицы, ведь это намного легче, чем предугадать, что он в действительности имел в виду.
– Хах, прости–прости. – глухо посмеялся Бекман.
Нет, только представьте картину: мужик в возрасте идёт и общается с вороном, так ещё со смехом извиняется перед ним. Эта сцена была бы точно глупой, если происходила на людях, но они шествовали далеко от хижин Энков. Оказывается, ворон тогда не каркнул не по причине, что решил не мешать Бенну разбираться с хозяйственными делами. Пернатый хотел молчанием показать, что дожидается снаружи, чтобы сопроводить к заказчику, но, видимо, непонятливый наёмник очень долго находился в гостях и рассердил этим птицу.
= Постойте, Бенн! = внезапно обратилась к мужчине Элфа.
Для пущей уверенности, что Бенн не успел пересечь порог и оказаться вне дома, она схватила его за руку и дождалась, пока мужчина её не будет больше тянуть. Бекман же обернулся наполовину и с недоумевающим взором посмотрел на молодую матушку, которая потянулась к нагрудному карману и по–быстрому, без сомнений достала из него чётки. Чётки представляли из себя белый шнур, замкнутый в кольцо, и заполненный многогранными лёгкими камнями чисто белого цвета, а посередине этих неведомых драгоценных камней был прозрачный отблеск, показывающий, что внутри находится природный пузырек с воздухом. И к чёткам была привеска, напоминающая белое облако, на поверхности которого была надпись на неведомом пиратам языке.
– Что это? – задал обычный вопрос Бекман.
Молодая женщина протянула руку с чётками Бенну, настойчиво вручая ему их. Если судить по гордому взгляду, эта вещь была чем–то дорогим для неё и памятным.
= Обычные чётки, символизирующую такую стихию, как воздух. Я всегда считала, что эта стихия – самая близкая подруга пиратам. И фразировка говорит, что небеса не в облаках. Они – воздух в наших легких. Очень красивая тема, не знаю, понятна ли тебе. Но, пожалуйста, передай это Асперо. Может, она поймёт их значимость. = проговорила она.
Элфа не дожидалась момента, когда Бенн примет чётки. По–быстрому она сама вложила их в его ладонь той руки, за которую удерживала снайпера, после чего отпустила его и отошла на шаг назад. Бекман посмотрел на подаренную вещицу, после чего аккуратно перебрал пальцами камни на очень крепком шнуре.
– Хорошо, передам обязательно. – пообещал Бенн.
В знак прощания он сделал подобающий жест и сразу же вышел на улицу, после чего скрылся за углом хижины. Как только мужчина скрылся из видимости, девушка облокотилась спиной о стену и скатилась по ней, давая слабину и показывая слезы. Вызванные непонятными причинами, они текли непрерывным потоком, но женщина не хлюпала, и не было ощущения, что она ревела. Просто сидела, прижав к себе колени, и смотрела на соседские хижины, которые открывались с её дверного проема на улицу.
[Спустя половину часа]
– Я не думал, что вороны используются... как путеводители. – задумался вслух Бенн.
= КаррКа! = каркнул ворон.
Пернатый летел чуть впереди и злобно повернул голову на наёмника, когда тот посмел что–то выразить, как предположение. Видимо, что–то ему не понравилось, и пернатый решил выразить протест, но через секунду ворон снова осознал, что человеку не дано понять его язык. Но снайпер сумел понять настроение птицы, ведь это намного легче, чем предугадать, что он в действительности имел в виду.
– Хах, прости–прости. – глухо посмеялся Бекман.
Нет, только представьте картину: мужик в возрасте идёт и общается с вороном, так ещё со смехом извиняется перед ним. Эта сцена была бы точно глупой, если происходила на людях, но они шествовали далеко от хижин Энков. Оказывается, ворон тогда не каркнул не по причине, что решил не мешать Бенну разбираться с хозяйственными делами. Пернатый хотел молчанием показать, что дожидается снаружи, чтобы сопроводить к заказчику, но, видимо, непонятливый наёмник очень долго находился в гостях и рассердил этим птицу.
Но вместо того, чтобы по–настоящему извинить новенького наёмника, который далеко не полностью успел разобраться в тайной организации, ворон прибавил скорости полёту, по причине чего информатор уже не мог быстро идти – пришлось бежать, чтобы поспевать за 'путеводной звездой' и не упускать её из виду. В мыслях снайпера пронеслось несколько жёстких словечек, проклинающих ворона, но он не выразился вслух, так как это могло ухудшить сложившуюся ситуацию. И с каких пор вороны понимают людей, а люди нет? Теперь при этих пернатых наёмнику придётся подбирать слова, чтобы не ранить их нежную душу – заклюют ещё в отместку, а это по–настоящему больно и может нести за собой серьёзные последствия.
– Мысли: Далековато назначенное место встречи.
Констатирование возникло непроизвольно. Если рассуждать более развёрнуто, на самом деле, путь был не таким и далёким [чуть больше двух километров], но препятствия по дороге сильно мешали в преодолевании километров ещё и при том факте, что надо было точно следить за движением рассерженной птицы, которая только рада была бы избавиться и подставить новенького. Но наёмник, на удивление ворона, оказался напорист, преодолел все возможные препятствия в виде поваленных деревьев, ограды кустов с шипами, зарослей и прочего. Исцарапанный и немного уставший из–за беспрерывного бега с препятствиями, что послужило для него хорошей тренировкой за столько времени [и это можно будет вечером обмыть], он наконец–то обнаружил, что ворон стал кружить в воздухе над одним и тем же местом. Хотелось сразу же завалиться и полежать на свежей травке, чтобы перевести дух, но в поле зрения оказался молодой человек, стоящий к наёмнику спиной – очень уязвимая позиция, ведь наёмники бывают разные: некоторые могут зарезать заказчика на месте, забрать деньги и всё. Вдохнув и выдохнув [единственный способ как восстановить дыхание за несколько секунд], Бенн покрутил в руках винтовку, чтобы немного привыкнуть к ноющим царапинам, и направился к человеку, сидящему и изучающему какой–то цветок, наподобие клевера.
– Мистер... Линней? – обратился к предполагаемому заказчику наёмник.
Но перед тем, как произнести имя, которое вспомнить составило лишь небольшой труд, Бекман незаметно навис над молодым парнем и проговорил это таким хриплым тоном, точно после последует фраза [я нашёл тебя] и выстрел. По этой причине неудивительно, что человек невольно вскрикнул, резко вскочил и, когда обернулся лицом к Бенну, испугался ещё сильнее. Можно предположить, что Бекман не такой и красавец, но зачем пугаться его лица сильнее, чем его слов, ведь это оскорбительно. Но за период времени, когда парень упал навзничь и стал отползать назад, информатор осознал, что лицо его, скорее всего, исцарапано до крови, да и недовольное выражение придавало убийственности образу, так как Бенн был жутко зол из–за эгоистичного поведения птицы.
= Матерь небесная, = прошептал Линней.
Не отошедший от шока и потерявший голос из–за неудачно получившегося крика, он готов был сейчас беспрестанно креститься и ждать реальной помощи с небес, точно чья–то рука сейчас его возьмет за шиворот и унесет прочь отсюда. А Бенн изогнул вопросительно одну бровь [хотелось бы посмеяться, но было не до смеха] и озадачился вопросом, что представляет из себя этот заказчик. Бекман ожидал увидеть какого–нибудь уверенного охотника, ищущего себе компанию, но никак не заядлого ботаника. Ладно.
– Моё имя – Бенн Бекман, пришёл по зову вашего контракта. – представился наёмник.
Со злостью он кинул взгляд на летающего ворона над головами, точно 'зов' был словом собственным, и относился именно к птице. А пернатый, услышав в голосе снайпера нотки выраженного недовольства и агрессии, решил, что с новенького сегодня хватит, поэтому с громким карканьем покинул заказчика и наёмника, чтобы они наконец–то приступили к выполнению целей. И, кажется, мистер Линней стал приходить в чувства.
– Мысли: Далековато назначенное место встречи.
Констатирование возникло непроизвольно. Если рассуждать более развёрнуто, на самом деле, путь был не таким и далёким [чуть больше двух километров], но препятствия по дороге сильно мешали в преодолевании километров ещё и при том факте, что надо было точно следить за движением рассерженной птицы, которая только рада была бы избавиться и подставить новенького. Но наёмник, на удивление ворона, оказался напорист, преодолел все возможные препятствия в виде поваленных деревьев, ограды кустов с шипами, зарослей и прочего. Исцарапанный и немного уставший из–за беспрерывного бега с препятствиями, что послужило для него хорошей тренировкой за столько времени [и это можно будет вечером обмыть], он наконец–то обнаружил, что ворон стал кружить в воздухе над одним и тем же местом. Хотелось сразу же завалиться и полежать на свежей травке, чтобы перевести дух, но в поле зрения оказался молодой человек, стоящий к наёмнику спиной – очень уязвимая позиция, ведь наёмники бывают разные: некоторые могут зарезать заказчика на месте, забрать деньги и всё. Вдохнув и выдохнув [единственный способ как восстановить дыхание за несколько секунд], Бенн покрутил в руках винтовку, чтобы немного привыкнуть к ноющим царапинам, и направился к человеку, сидящему и изучающему какой–то цветок, наподобие клевера.
– Мистер... Линней? – обратился к предполагаемому заказчику наёмник.
Но перед тем, как произнести имя, которое вспомнить составило лишь небольшой труд, Бекман незаметно навис над молодым парнем и проговорил это таким хриплым тоном, точно после последует фраза [я нашёл тебя] и выстрел. По этой причине неудивительно, что человек невольно вскрикнул, резко вскочил и, когда обернулся лицом к Бенну, испугался ещё сильнее. Можно предположить, что Бекман не такой и красавец, но зачем пугаться его лица сильнее, чем его слов, ведь это оскорбительно. Но за период времени, когда парень упал навзничь и стал отползать назад, информатор осознал, что лицо его, скорее всего, исцарапано до крови, да и недовольное выражение придавало убийственности образу, так как Бенн был жутко зол из–за эгоистичного поведения птицы.
= Матерь небесная, = прошептал Линней.
Не отошедший от шока и потерявший голос из–за неудачно получившегося крика, он готов был сейчас беспрестанно креститься и ждать реальной помощи с небес, точно чья–то рука сейчас его возьмет за шиворот и унесет прочь отсюда. А Бенн изогнул вопросительно одну бровь [хотелось бы посмеяться, но было не до смеха] и озадачился вопросом, что представляет из себя этот заказчик. Бекман ожидал увидеть какого–нибудь уверенного охотника, ищущего себе компанию, но никак не заядлого ботаника. Ладно.
– Моё имя – Бенн Бекман, пришёл по зову вашего контракта. – представился наёмник.
Со злостью он кинул взгляд на летающего ворона над головами, точно 'зов' был словом собственным, и относился именно к птице. А пернатый, услышав в голосе снайпера нотки выраженного недовольства и агрессии, решил, что с новенького сегодня хватит, поэтому с громким карканьем покинул заказчика и наёмника, чтобы они наконец–то приступили к выполнению целей. И, кажется, мистер Линней стал приходить в чувства.
Какое–то время мистер Линней неотрывно смотрел на представшего наёмника, которого, если судить по его реакции, видел впервые и, конечно же, не имел понятия, как себя вести с ним, как будто наёмники – это какие–то особенные звери со своим сложившимся мировоззрением, характером, поведением. Отношение к наёмнику, как к дикому животному, читалось по глазам этого человека, и другому бы это не понравилось, но Бенн оказался не столь чувствителен после того, как мистер испугался его лица – слишком серьёзный укол обиды [нет].
= А... так это вы. = протянул юноша.
Да, это он, черт побери! Не тяни уже и приступай к заданию [крик автора, у которого постепенно иссякает вдохновение]. И, на самом деле, мистер как–то очень быстро спохватился за свои потерянные очки, которые при падении отлетели немного в сторону, напялил их на место и поднялся на ноги, вследствие постарался отряхнуть себя от всей прилипшей грязи, хотя не особо и старался казаться чистоплюем. Бенн тем временем успел вытянуть 'магическим незаметным образом' из целого кармана последнюю сигарету, закурить и в этот же опустошенный карман убрать чётки, которые по дороге он старался не потерять. Задание – заданием, а обещание – обещанием. Выпустив первый клуб сигаретного дыма, снайпер выжидающе посмотрел на заказчика, который, кажется, заканчивал со своим внешним видом и уже глядел по сторонам, вслушиваясь в окружающие звуки.
= За время вашего прибывания ко мне я успел вычислить местоположение нашего зверя, на коего сейчас идём исключительно с добрыми намерениями! Если вы, сэр, хоть царапину на нём оставите, считайте, что контракт расторгнут, и вы ничего не получите! Мне надо его приручить, но для этого МНЕ просто нужна защита. Я понятно выражаюсь? = говорил он.
Для своего вида настоящего хрупкого ботаника он старался говорить внушительно и жёстко, что могло бы выразить настоящий непрекращающийся смех, если бы Бенн не относился к делу слишком серьезно. Вместо этого губы дрогнули в насмешке, из–за чего мистер испытал фриссон, но не поменял своего строго вида.
– Будет сделано, мистер Линней. – закончил наёмник.
Речь снайпера содержала в себе оттенок издевательского тона, точно Бекман в действительности насмехался над 'опасным' внешним видом мистера, который на самом деле слаб и беспомощен. Но разве Бенн будет опускаться до такого уровня, чтобы насмехаться над другими? Нет. По этой причине оттенок издевательского тона мог только показаться, да и Линней пропустил этот намёк мимо ушей, так как уверенно кивнул и пошёл направо, где и обнаружилось местоположение дикого зверя.
Наёмник шествовал за заказчиком и держал дистанцию в несколько метров, чтобы иметь широкий обзор, чтобы защитить одного человека. Кремневая винтовка крепко удерживалась в напряженной руке, и взгляд улавливал всякий шорох, который казался более–менее убедительным в ходе нападения. Но по дороге удосужился шанс подстрелить небольшого кабанчика, который с серьезными намерениями несся на напуганного внезапностью мистера Линнея, хотя так такового вреда причинить и не сумел бы, даже если бы Бенн не выстрелил. Но кабанчик оказался пристреленным возле правой ноги человека, и Линней отказался брать его, как добычу, так как внезапно заявил, что является вегетарианцем. Бекман почесал затылок, когда стоял над добычей, но осознание, что таскаться с нею не хочется, победило, по этой причине наёмник быстро нагнал мистера. Несколько минут протекли абсолютно без происшествий, и Бекман, отправив винтовку лежать позади на шее и положив кисти на её дуло и приклад, шёл беззаботно, сомневаясь, что лес вообще может быть агрессивным и опасным. Но послышался непонятный рёв, напоминающую песнь лося или ржание коня – это заставило обоих рефлекторно остановиться, а мистер ещё вознес над своей головой руку, пальцем указывая место звука.
= Нашли! = возрадовался заказчик.
Кажется, он в данный момент удивлялся самому себе и вообще не верил, что на самом деле добрался до желаемой цели и вот–вот сможет ею завладеть.
= А... так это вы. = протянул юноша.
Да, это он, черт побери! Не тяни уже и приступай к заданию [крик автора, у которого постепенно иссякает вдохновение]. И, на самом деле, мистер как–то очень быстро спохватился за свои потерянные очки, которые при падении отлетели немного в сторону, напялил их на место и поднялся на ноги, вследствие постарался отряхнуть себя от всей прилипшей грязи, хотя не особо и старался казаться чистоплюем. Бенн тем временем успел вытянуть 'магическим незаметным образом' из целого кармана последнюю сигарету, закурить и в этот же опустошенный карман убрать чётки, которые по дороге он старался не потерять. Задание – заданием, а обещание – обещанием. Выпустив первый клуб сигаретного дыма, снайпер выжидающе посмотрел на заказчика, который, кажется, заканчивал со своим внешним видом и уже глядел по сторонам, вслушиваясь в окружающие звуки.
= За время вашего прибывания ко мне я успел вычислить местоположение нашего зверя, на коего сейчас идём исключительно с добрыми намерениями! Если вы, сэр, хоть царапину на нём оставите, считайте, что контракт расторгнут, и вы ничего не получите! Мне надо его приручить, но для этого МНЕ просто нужна защита. Я понятно выражаюсь? = говорил он.
Для своего вида настоящего хрупкого ботаника он старался говорить внушительно и жёстко, что могло бы выразить настоящий непрекращающийся смех, если бы Бенн не относился к делу слишком серьезно. Вместо этого губы дрогнули в насмешке, из–за чего мистер испытал фриссон, но не поменял своего строго вида.
– Будет сделано, мистер Линней. – закончил наёмник.
Речь снайпера содержала в себе оттенок издевательского тона, точно Бекман в действительности насмехался над 'опасным' внешним видом мистера, который на самом деле слаб и беспомощен. Но разве Бенн будет опускаться до такого уровня, чтобы насмехаться над другими? Нет. По этой причине оттенок издевательского тона мог только показаться, да и Линней пропустил этот намёк мимо ушей, так как уверенно кивнул и пошёл направо, где и обнаружилось местоположение дикого зверя.
Наёмник шествовал за заказчиком и держал дистанцию в несколько метров, чтобы иметь широкий обзор, чтобы защитить одного человека. Кремневая винтовка крепко удерживалась в напряженной руке, и взгляд улавливал всякий шорох, который казался более–менее убедительным в ходе нападения. Но по дороге удосужился шанс подстрелить небольшого кабанчика, который с серьезными намерениями несся на напуганного внезапностью мистера Линнея, хотя так такового вреда причинить и не сумел бы, даже если бы Бенн не выстрелил. Но кабанчик оказался пристреленным возле правой ноги человека, и Линней отказался брать его, как добычу, так как внезапно заявил, что является вегетарианцем. Бекман почесал затылок, когда стоял над добычей, но осознание, что таскаться с нею не хочется, победило, по этой причине наёмник быстро нагнал мистера. Несколько минут протекли абсолютно без происшествий, и Бекман, отправив винтовку лежать позади на шее и положив кисти на её дуло и приклад, шёл беззаботно, сомневаясь, что лес вообще может быть агрессивным и опасным. Но послышался непонятный рёв, напоминающую песнь лося или ржание коня – это заставило обоих рефлекторно остановиться, а мистер ещё вознес над своей головой руку, пальцем указывая место звука.
= Нашли! = возрадовался заказчик.
Кажется, он в данный момент удивлялся самому себе и вообще не верил, что на самом деле добрался до желаемой цели и вот–вот сможет ею завладеть.
– Мне следовало спросить, что представляет из себя это животное? – задался вопросом Бенн.
Вполне понятно, почему наёмник внезапно подумал и произнёс такой вопрос вслух, ведь животное, которое о своём присутствии дало понять неосознанно, по одному звуку внушало уважение и, если бы это был не Бенн, страх. Постучав пальцами по кремневой винтовке, но не убирая её с удобного положения, которое никак не могло быть подготовительным для сражения с диким животным, информатор посмотрел на мистера.
= Разве это что–либо изменило бы? = вопросом на вопрос ответил Линней.
В его голосе горело выраженное предвкушение, а глаза горели, точно зверь уже пропитался к человеку доверием. Быстро поправив очки на переносице, мистер пошёл к источнику звука.
– Может быть и да. – протянул Бенн.
В отличие от заказчика снайпер немного потянул с тем, чтобы оторваться от земли и последовать за ним. Вместо этого он посмотрел сначала в одну сторону, потом в другую сторону, а по глазам было заметно, что он уловил что–то неладное. Мужчина перехватил винтовку с шеи в левую руку и присел на корточки, положив ладонь правой руки на поверхность земли. Напряжение на его лице нарастало, и после двух прошедших секунд он резким образом вскочил на ноги и рванул к заказчику, который ничего не замечал и шёл напролом к своей мечте, точно это может быть так легко и просто.
– Точно изменило бы! – успел чертыхнуться Бекман.
Дыхание из–за чертыхания не было сбито и никак не стало препятствием, вследствие наёмник успел добежать до Линнея и вовремя оттолкнуть его влево так, что он полетел лицом в кусты – малая потеря для такого самоуверенного хлюпкого ботаника. А Бенн, оказавшись на месте своего заказчика, за секунду успел выставить перед собой винтовку в горизонтальном положении, и она в эту же единицу времени приняла на себя яростный удар грудью огромного зверя. Бенн сумел удержать равновесие и в результате проехался обувью по земле, пока лесной обитатель не остановился. Свирепыми глазами он взглянул на предполагаемого охотника и не решил давать шанс не передышку, вследствие поднял лапу и ею отправил мужчину в дальний полет в ствол дерева. Помимо рёва лося это животное издало гортанное рычание, которое могло бы стать последним, что услышал в своей жизни мистер Линней, так как внимание опасного зверя было обращено именно на него. А Бекман тем временем скатился на землю и с ругательствами усаживался на колено, попутно поднимая винтовку и прикладывая к плечу, чтобы прицелиться.
= Не сметь стрелять, Бенн Бекман! = закричал неожиданно Линней.
Теперь наёмник вёл сражение сам с собой, так как осознание кричало, что животное далеко не дружелюбное, может отнять жизнь не только у заказчика, но и у него самого. Тем не менее голос мистера о расторжении контракта повторился в голове Бекмана, и он крепко сжал зубы перед тем, как отвести от себя винтовку и оставить её лежать возле дерева, ведь она сейчас абсолютно не нужна.
– Мысли: Ни одной царапины зверю, ни одной царапины заказчику. Ну–ка...
Следовало бы всё же выстрелить, так как это было бы вернее и безопаснее, но условия есть условия. Но Бенн продолжал сидеть на коленях и внимательно смотреть на животное, которое в свою очередь тоже застыло и поочередно смотрело то на одного, то на другого.
= Бенн, поверь, он просто боится. = попытался убедить Линней.
Мистер продолжал лежать в кустах, точно не мог оттуда самостоятельно выбраться. Но человек продолжал внимательно наблюдать за зверем, будто это поможет.
– Как–то мало верится. – констатировал Бекман.
Наконец–то он поднялся на ноги без резких движений, чтобы не вызвать агрессию животного по отношению к себе, и ногой откинул кремневую винтовку куда–то подальше от себя, точно рассчитывал довериться словам своего заказчика. Работа у него такая – доверять, ведь мистер Линней намного больше снайпера знает; жаль, что не рассказал о подробностях до того, как они попали в опасную передрягу. Расположив руки возле груди, ладонями направленные к зверю, Бенн пошёл вперёд.
Вполне понятно, почему наёмник внезапно подумал и произнёс такой вопрос вслух, ведь животное, которое о своём присутствии дало понять неосознанно, по одному звуку внушало уважение и, если бы это был не Бенн, страх. Постучав пальцами по кремневой винтовке, но не убирая её с удобного положения, которое никак не могло быть подготовительным для сражения с диким животным, информатор посмотрел на мистера.
= Разве это что–либо изменило бы? = вопросом на вопрос ответил Линней.
В его голосе горело выраженное предвкушение, а глаза горели, точно зверь уже пропитался к человеку доверием. Быстро поправив очки на переносице, мистер пошёл к источнику звука.
– Может быть и да. – протянул Бенн.
В отличие от заказчика снайпер немного потянул с тем, чтобы оторваться от земли и последовать за ним. Вместо этого он посмотрел сначала в одну сторону, потом в другую сторону, а по глазам было заметно, что он уловил что–то неладное. Мужчина перехватил винтовку с шеи в левую руку и присел на корточки, положив ладонь правой руки на поверхность земли. Напряжение на его лице нарастало, и после двух прошедших секунд он резким образом вскочил на ноги и рванул к заказчику, который ничего не замечал и шёл напролом к своей мечте, точно это может быть так легко и просто.
– Точно изменило бы! – успел чертыхнуться Бекман.
Дыхание из–за чертыхания не было сбито и никак не стало препятствием, вследствие наёмник успел добежать до Линнея и вовремя оттолкнуть его влево так, что он полетел лицом в кусты – малая потеря для такого самоуверенного хлюпкого ботаника. А Бенн, оказавшись на месте своего заказчика, за секунду успел выставить перед собой винтовку в горизонтальном положении, и она в эту же единицу времени приняла на себя яростный удар грудью огромного зверя. Бенн сумел удержать равновесие и в результате проехался обувью по земле, пока лесной обитатель не остановился. Свирепыми глазами он взглянул на предполагаемого охотника и не решил давать шанс не передышку, вследствие поднял лапу и ею отправил мужчину в дальний полет в ствол дерева. Помимо рёва лося это животное издало гортанное рычание, которое могло бы стать последним, что услышал в своей жизни мистер Линней, так как внимание опасного зверя было обращено именно на него. А Бекман тем временем скатился на землю и с ругательствами усаживался на колено, попутно поднимая винтовку и прикладывая к плечу, чтобы прицелиться.
= Не сметь стрелять, Бенн Бекман! = закричал неожиданно Линней.
Теперь наёмник вёл сражение сам с собой, так как осознание кричало, что животное далеко не дружелюбное, может отнять жизнь не только у заказчика, но и у него самого. Тем не менее голос мистера о расторжении контракта повторился в голове Бекмана, и он крепко сжал зубы перед тем, как отвести от себя винтовку и оставить её лежать возле дерева, ведь она сейчас абсолютно не нужна.
– Мысли: Ни одной царапины зверю, ни одной царапины заказчику. Ну–ка...
Следовало бы всё же выстрелить, так как это было бы вернее и безопаснее, но условия есть условия. Но Бенн продолжал сидеть на коленях и внимательно смотреть на животное, которое в свою очередь тоже застыло и поочередно смотрело то на одного, то на другого.
= Бенн, поверь, он просто боится. = попытался убедить Линней.
Мистер продолжал лежать в кустах, точно не мог оттуда самостоятельно выбраться. Но человек продолжал внимательно наблюдать за зверем, будто это поможет.
– Как–то мало верится. – констатировал Бекман.
Наконец–то он поднялся на ноги без резких движений, чтобы не вызвать агрессию животного по отношению к себе, и ногой откинул кремневую винтовку куда–то подальше от себя, точно рассчитывал довериться словам своего заказчика. Работа у него такая – доверять, ведь мистер Линней намного больше снайпера знает; жаль, что не рассказал о подробностях до того, как они попали в опасную передрягу. Расположив руки возле груди, ладонями направленные к зверю, Бенн пошёл вперёд.
– Вам ещё что–нибудь известно о нём, мистер Линней? – обратился к заказчику стрелок.
Наёмник повысил голос с целью, чтобы докричаться до лежащего где–то в кустах мистера, некогда отброшенного с устойчивого положения снайпером ради сохранения жизни. Нет сомнений, что юноша в действительности расслышал слова и не мог подняться, показать себя только из–за того, что в колкой и пахучей траве пытался найти свои очки, без которых представляется ещё более уязвимым, чем обычно. При громком голосе информатора, обращённом к нему, ботаник испустил нервный смешок и прищурил глаза, кажется, нащупывая очки.
= Он не любит, когда кричат. = обычным голосом ответил мистер.
Линней не сомневался, что до снайпера дойдёт информация беспрепятственно, и для этого не стоило бы повышать голоса. Но сейчас эта особенность характера живого зверя не пригодится, так как Бенн сделал дело, крикнул ещё до того, как узнал нужное, вследствие привлёк агрессивное внимание зверя. Наёмник, ранее не замечающий действий рогатого, позволил себе отвлечься на мистера, но в данный момент пожалел и удивился невероятной скорости животного, которое за несколько секунд оказалось справа человека и мощным ударом лапы отправило его в не столь дальний полёт, окончившийся на очередном плотном дереве. Наёмник успел лишь отправить локти чуть назад, чтобы постараться немного смягчить свой удар о ствол высокого дерева и перенять его на предплечье, но это не поспособствовало мягкому приземлению. Чувствуя, что скоро так и испустить дух можно, Бекман перекатился на бок и стал подниматься на колени с такой скоростью, с какой позволяло больное тело. Кашляя и не скупясь на ругательства, наёмник успел периферийным взглядом поймать действия зверя, который намеревался скорее расправиться с человеком, чем оставить его в покое.
– Мысли: Что–то ещё пугает этого зверя? Думаю, свистом его не приручить. Что? Свист? Гмм...
Странный зверь на полном ходу двигал к нему, разевая на лету зубастую пасть. Бенн, явно выбитый из колеи несостоявшейся охотой, среагировал как–то автоматически: вскочил на ноги, превозмогая раскатистую боль, быстро подстраивая ритм движений к скорости животного, и сделал три шага вперёд, что окончательно сблизило его с опаснейшим зверем, который свиреп по причине собственной трусости. Зверь попытался то ли откусить голову человека, то ли вцепиться в его шею, но ход наёмника был достаточно продуман, ведь он оказался в ту секунду возле левого бока животного, совершая полуоборот, благодаря которому Бенн ухватился за рог опущенной головы, подтянулся и на ходу заскочил на дотошного зверя. В ответ он услышал вопль, более схожий с рёвом лося, и зверь попытался скинуть нежеланного наездника, но Бекман настойчиво удерживался за рогатое существо. По окончанию вопля он нашёл подходящий момент, чтобы преподнести одну руку к устам и просвистеть – свист переходил от тихого к громкому и обратно; он пытался повторить свист юного вождя, на который не мог обратить внимания в то странное мгновение. После свиста ничего не произошло – лишь тишина, разорванная новым воплем рогатого и зубастого, который брыкался и хотел вот–вот упасть на спину, чтобы задавить наёмника.
= Эй! Ну же... успокойся. Мы тебе вреда никакого не причиним! = говорил Линней.
Одними негромкими словами, точно успокаивающими, но не действующими, мистер сумел навлечь на себя внимание зверя. Юноша вознёс свои руки над головой, чтобы показать животному свою беззащитность, но в жестах зверь нашёл что–то далеко не утешительное и резкое. Выдохнув большое количество воздуха и вскипев, точно бык, рогатый вопреки наставлениям Бенна, который пытался обуздать его, 'полетел' на бедного ботаника. Бекман сразу же запустил процесс экстренных раздумий, готовясь приподниматься на спине зверя и закрыть ему глаза, чтобы выбить из колеи, но того не потребовалось. Когда до мистера оставалось несколько метров, над его головой из кустов пролетел образ огромного кота, который с шипением и негодованием приземлился на лапы и закрыл собой Линнея. Поведя головой и издав рык, подобно леопарду, Вэра принял гордый вид.
Наёмник повысил голос с целью, чтобы докричаться до лежащего где–то в кустах мистера, некогда отброшенного с устойчивого положения снайпером ради сохранения жизни. Нет сомнений, что юноша в действительности расслышал слова и не мог подняться, показать себя только из–за того, что в колкой и пахучей траве пытался найти свои очки, без которых представляется ещё более уязвимым, чем обычно. При громком голосе информатора, обращённом к нему, ботаник испустил нервный смешок и прищурил глаза, кажется, нащупывая очки.
= Он не любит, когда кричат. = обычным голосом ответил мистер.
Линней не сомневался, что до снайпера дойдёт информация беспрепятственно, и для этого не стоило бы повышать голоса. Но сейчас эта особенность характера живого зверя не пригодится, так как Бенн сделал дело, крикнул ещё до того, как узнал нужное, вследствие привлёк агрессивное внимание зверя. Наёмник, ранее не замечающий действий рогатого, позволил себе отвлечься на мистера, но в данный момент пожалел и удивился невероятной скорости животного, которое за несколько секунд оказалось справа человека и мощным ударом лапы отправило его в не столь дальний полёт, окончившийся на очередном плотном дереве. Наёмник успел лишь отправить локти чуть назад, чтобы постараться немного смягчить свой удар о ствол высокого дерева и перенять его на предплечье, но это не поспособствовало мягкому приземлению. Чувствуя, что скоро так и испустить дух можно, Бекман перекатился на бок и стал подниматься на колени с такой скоростью, с какой позволяло больное тело. Кашляя и не скупясь на ругательства, наёмник успел периферийным взглядом поймать действия зверя, который намеревался скорее расправиться с человеком, чем оставить его в покое.
– Мысли: Что–то ещё пугает этого зверя? Думаю, свистом его не приручить. Что? Свист? Гмм...
Странный зверь на полном ходу двигал к нему, разевая на лету зубастую пасть. Бенн, явно выбитый из колеи несостоявшейся охотой, среагировал как–то автоматически: вскочил на ноги, превозмогая раскатистую боль, быстро подстраивая ритм движений к скорости животного, и сделал три шага вперёд, что окончательно сблизило его с опаснейшим зверем, который свиреп по причине собственной трусости. Зверь попытался то ли откусить голову человека, то ли вцепиться в его шею, но ход наёмника был достаточно продуман, ведь он оказался в ту секунду возле левого бока животного, совершая полуоборот, благодаря которому Бенн ухватился за рог опущенной головы, подтянулся и на ходу заскочил на дотошного зверя. В ответ он услышал вопль, более схожий с рёвом лося, и зверь попытался скинуть нежеланного наездника, но Бекман настойчиво удерживался за рогатое существо. По окончанию вопля он нашёл подходящий момент, чтобы преподнести одну руку к устам и просвистеть – свист переходил от тихого к громкому и обратно; он пытался повторить свист юного вождя, на который не мог обратить внимания в то странное мгновение. После свиста ничего не произошло – лишь тишина, разорванная новым воплем рогатого и зубастого, который брыкался и хотел вот–вот упасть на спину, чтобы задавить наёмника.
= Эй! Ну же... успокойся. Мы тебе вреда никакого не причиним! = говорил Линней.
Одними негромкими словами, точно успокаивающими, но не действующими, мистер сумел навлечь на себя внимание зверя. Юноша вознёс свои руки над головой, чтобы показать животному свою беззащитность, но в жестах зверь нашёл что–то далеко не утешительное и резкое. Выдохнув большое количество воздуха и вскипев, точно бык, рогатый вопреки наставлениям Бенна, который пытался обуздать его, 'полетел' на бедного ботаника. Бекман сразу же запустил процесс экстренных раздумий, готовясь приподниматься на спине зверя и закрыть ему глаза, чтобы выбить из колеи, но того не потребовалось. Когда до мистера оставалось несколько метров, над его головой из кустов пролетел образ огромного кота, который с шипением и негодованием приземлился на лапы и закрыл собой Линнея. Поведя головой и издав рык, подобно леопарду, Вэра принял гордый вид.
Всё это сочетание: грозный рык, гордый вид, свидетельствующие о присутствии самого настоящего царя здешних краёв – заставило рогатого зверя не просто притормозить и бросить затею о нападении на человека, а резко остановиться на месте, как вкопанный, и восторженно глядеть на деловитого большого кота, который представлял из себя крупную личность в их зверином обществе с иерархическим порядком. Но коту такое отношение к себе не понравилось, и после долго гортанного рыка он издал ещё более громкий и раскатистый рык, который поспособствовал выведению рогатого зверя из прострационного состояния. Опасный зверюга опустился на согнутые передние лапы и опустил голову, больше никаким образом не позволяя мешать пребыванию 'царя'. Сказать, что Бекман находился в шоком состоянии, ничего не сказать. Рогатый точно позабыл, что на его спине располагается нежелательный наездник, который успел вскочить на ноги и каким–то чудом удерживать равновесие, чтобы не соскользнуть. Информатор приложил оледеневшую от напряжения морального руку ко лбу и расслабленно вздохнул, точно всё на этом и закончится, но Вэра повёл себя немного агрессивно, когда обернулся мордой к мистеру Линнею и, сравнявшись с ним взглядами, оскалил клыки. Медленно, без сомнений кот стал раскрывать пасть не столько с угрозой, сколько с уверенность в своём обеде. Юный ботаник [или кто он там есть] от неожиданности упал на задницу и стал отползать назад, что мало ему помогло, так как огромный кот совершал огромный шаги, не позволяя увеличить расстояние.
– Вэра! Инахоно! – прокричал наёмник.
Было трудно в одну единственную секунду анализировать последствия, но информатор старался в деталях вспомнить поведение и слова юного вождя, которого 'царь' слушался, хоть и с ворчанием. Сейчас, как оказалось, эффект был немного напряженный, так как кот продолжал тянуть оскаленную морду к ботанику. но за секунду до тяжело уселся и недовольным взглядом посмотрел на Бенна, который успел спрыгнуть с неподвижного рогатого существа.
= Ты... Бенн! Как?! Его!?? = не мог подобрать слов мистер.
После сложившейся истории не будет удивительным факт, что Линней может начать заикаться, или появятся какие–либо психологические расстройства, но юноша смог взять себя в руки прежде, чем в голову начнет вбиваться всякая ерунда, ведущая некоторых к депрессиям и суициду. Не чувствуя больше опасности, Линней поднялся на ноги и с выраженным страхом обошел Вэру стороной, боясь даже поглядывать в его сторону. А к странному рогатому существу он подошел без выявленного страха, положил ладонь руки зверю на лоб и дождался гортанного клокотанья, который сообщал, что животное довольно раскладом. Аккуратными круговыми движениями, точно зная, что действительно надо делать, мистер стал успокаивать рогатого, зубастого. Но удивленный взгляд был неотрывно устремлен на Бекмана, который находился уже около Вэры и трепал его загривок, а кот без стеснений мурлыкал.
= Как вы это делаете? Этого зверя невозможно приручить! = сказал Линней.
В его словах не было столько любопытства и восхищения, сколько выраженного сожаления и страха, что показалось наёмнику очень–очень странным.
– А он и не приручен. Просто помог, как товарищ. – без раздумий ответил Бенн.
= Как товарищ?! Да вы, я погляжу, ничего не знаете, Бенн! У этого зверя чёрный статус среди зверей. Он как смерть, только живой. Он отдает часть уважения и подчиняется только тем, кто находится на пороге смерти, своей собственной смерти, он будто дает последнее желание. И слова, сказанное вами... Это слово из темной речи шаманов! Тех шаманов, которые способны поддерживать связь с миром мертвых и с миром живых! Какое здесь товарищество!? = беспрерывно восклицал Линней.
Наёмник посмотрел спокойным взглядом без тревог на заказчика, который подался в обсуждение 'царя'. Правда, открытая им, оказалась новой для информатора, и он ничего прежде такого не знал.
– Мысли: На пороге смерти?
В голове после вопроса пронеслось воспоминание, когда Лиса рассказывала про наследственную болезнь Коха.
– Вэра! Инахоно! – прокричал наёмник.
Было трудно в одну единственную секунду анализировать последствия, но информатор старался в деталях вспомнить поведение и слова юного вождя, которого 'царь' слушался, хоть и с ворчанием. Сейчас, как оказалось, эффект был немного напряженный, так как кот продолжал тянуть оскаленную морду к ботанику. но за секунду до тяжело уселся и недовольным взглядом посмотрел на Бенна, который успел спрыгнуть с неподвижного рогатого существа.
= Ты... Бенн! Как?! Его!?? = не мог подобрать слов мистер.
После сложившейся истории не будет удивительным факт, что Линней может начать заикаться, или появятся какие–либо психологические расстройства, но юноша смог взять себя в руки прежде, чем в голову начнет вбиваться всякая ерунда, ведущая некоторых к депрессиям и суициду. Не чувствуя больше опасности, Линней поднялся на ноги и с выраженным страхом обошел Вэру стороной, боясь даже поглядывать в его сторону. А к странному рогатому существу он подошел без выявленного страха, положил ладонь руки зверю на лоб и дождался гортанного клокотанья, который сообщал, что животное довольно раскладом. Аккуратными круговыми движениями, точно зная, что действительно надо делать, мистер стал успокаивать рогатого, зубастого. Но удивленный взгляд был неотрывно устремлен на Бекмана, который находился уже около Вэры и трепал его загривок, а кот без стеснений мурлыкал.
= Как вы это делаете? Этого зверя невозможно приручить! = сказал Линней.
В его словах не было столько любопытства и восхищения, сколько выраженного сожаления и страха, что показалось наёмнику очень–очень странным.
– А он и не приручен. Просто помог, как товарищ. – без раздумий ответил Бенн.
= Как товарищ?! Да вы, я погляжу, ничего не знаете, Бенн! У этого зверя чёрный статус среди зверей. Он как смерть, только живой. Он отдает часть уважения и подчиняется только тем, кто находится на пороге смерти, своей собственной смерти, он будто дает последнее желание. И слова, сказанное вами... Это слово из темной речи шаманов! Тех шаманов, которые способны поддерживать связь с миром мертвых и с миром живых! Какое здесь товарищество!? = беспрерывно восклицал Линней.
Наёмник посмотрел спокойным взглядом без тревог на заказчика, который подался в обсуждение 'царя'. Правда, открытая им, оказалась новой для информатора, и он ничего прежде такого не знал.
– Мысли: На пороге смерти?
В голове после вопроса пронеслось воспоминание, когда Лиса рассказывала про наследственную болезнь Коха.
Наследственная болезнь, которая передаётся по линии мужского пола – возможно, это служит причиной, по которой юный вождь находится близко к смерти. Но не возникает сомнений, что такой шаман, как Лиса, непременно сможет поддерживать состояние больного до той поры, пока он не погибнет по каким–либо иным причинам, но это не отводит его от мира мёртвых. Получается, управление Вэрой и сотрудничество с шаманами – всё взаимосвязано, но наёмник больше не желает ввязываться в тайны этого острова и раскрывать их. В данный момент вбивает абсолютно другая мысль – 'царь' послушался и снайпера, откуда напрашивается факт. Крепко сжав и скрипнув зубами, Бенн, кажется, немного побледнел от нахлынувшей информации, но это был не признак слабости и страха, а воздействие рядом восседающего Вэры, который шестым чувством ощущал смертную энергию человека и смотрел на него так, будто сейчас они одного статуса. Тем не менее Бенн не изменился больше в лице, только взгляд стал более жестким и холодным. Мягко и аккуратно наёмник прошелся пальцами от плеча до подбородка большого кота, заставляя его урчать как котенка, точно сказанное – обычная байка.
– Видимо, к чужеземцам у него иное отношение. Что насчёт задания? Мне сопроводить вас до деревни? Или отдаёте деньги сейчас и мы прощаемся? – ответил Бекман.
Уклончиво и мастерски информатор изменил тему разговора, рассчитывая, что ботаник также слаб и морально. Юноша сначала сощурил глаза и прижался к плечу рогатого зверя, который не проявлял больше не грамма агрессии в сторону этого человека, после чего боязливо посмотрел на выполняющего контракт.
= Я отдаю вам деньги, и вы уводите этого кота на такое расстояние, чтобы он даже не подумал ко мне вернуться. А с ним против остальных я буду в безопасности, я давно его искал. = сказал Линней.
Точно успокаивая себя самого, он погладил рогатого по шее, и зверь поднялся на передние лапы. Бенн кивнул и самостоятельно подошёл к мистеру за мешочком с деньгами, после чего махнул рукой в знак прощания, залез на спину большого кота, и пушистый когтистый зверь сам понял, что надо двигать куда–то вперёд.
– На пороге смерти. А я подумал, что ты очень разборчив в людях. Да, ты разборчив, но немного в ином направлении, Вэра. – вполголоса заговорил Бенн.
Наёмник похлопал большого кота дружественно по плечу, и пушистый зверь издал звуки, схожий с доброжелательным мяуканьем, только после всей услышанной правды мяуканье показалось душераздирающим и невыносимым. Стерпев моральную нагрузку в глубине души, чем в очередной раз заслужил уважение зверя, Бенн замолчал и некоторое время просто сидел на спине кота, не показывая ему, куда идти. Окружение было угнетающим, а состояние – прострационным и пустым.
[Не happy end]
– Видимо, к чужеземцам у него иное отношение. Что насчёт задания? Мне сопроводить вас до деревни? Или отдаёте деньги сейчас и мы прощаемся? – ответил Бекман.
Уклончиво и мастерски информатор изменил тему разговора, рассчитывая, что ботаник также слаб и морально. Юноша сначала сощурил глаза и прижался к плечу рогатого зверя, который не проявлял больше не грамма агрессии в сторону этого человека, после чего боязливо посмотрел на выполняющего контракт.
= Я отдаю вам деньги, и вы уводите этого кота на такое расстояние, чтобы он даже не подумал ко мне вернуться. А с ним против остальных я буду в безопасности, я давно его искал. = сказал Линней.
Точно успокаивая себя самого, он погладил рогатого по шее, и зверь поднялся на передние лапы. Бенн кивнул и самостоятельно подошёл к мистеру за мешочком с деньгами, после чего махнул рукой в знак прощания, залез на спину большого кота, и пушистый когтистый зверь сам понял, что надо двигать куда–то вперёд.
– На пороге смерти. А я подумал, что ты очень разборчив в людях. Да, ты разборчив, но немного в ином направлении, Вэра. – вполголоса заговорил Бенн.
Наёмник похлопал большого кота дружественно по плечу, и пушистый зверь издал звуки, схожий с доброжелательным мяуканьем, только после всей услышанной правды мяуканье показалось душераздирающим и невыносимым. Стерпев моральную нагрузку в глубине души, чем в очередной раз заслужил уважение зверя, Бенн замолчал и некоторое время просто сидел на спине кота, не показывая ему, куда идти. Окружение было угнетающим, а состояние – прострационным и пустым.
[Не happy end]
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)