[id824346892:bp-36291248_256137|No],
Тафт в действительности был далеко не обычным пьяницей, хоть и походил на него отдаленно. С резвостью и отточенностью, движением, доведенным практически до автоматизма, тот вытащил из кобуры пистолет и направил на фруктовика. Курок высек искру при нажатии спускового крючка и пуля с свистом пролетела в сторону агронома. Резкий уход в сторону помог минимизировать, но не перекрыть весь урон от пули - та пролетела по касательной по его открытому животу, заставляя задуматься о наличии доспех в будущем, если дойдет до необходимости. Пуля прошла по хитину, оставляя явный след, от чего лицо паука поморщилось от боли. Это было похоже, как если бы паяльником провели по ногтю. Крайне неприятно, остро и быстро, отдавая этим чувством по всей площади "пореза".
— Ну хоть кто-то здесь знает, как надо стрелять! — сказано это было, разумеется, в укор Эдварду, который многие моменты просто упускал в попытке показаться опасным, таинственным и мистическим. Но пистолет был отброшен, что не могло не радовать любителя ближнего боя. Он, признаться честно, и забыл, что позади него была разлита горючая жидкость, которой только дай искру - все рванет.
Орудие, которым размахивал Тафт напоминало, скорее, не саблю в привычном напоминании. Оно было размером с ятаган или палаш, изогнутое лезвие слегка сверкало в полумраке от языков пламени, пляшущих в костре. Повторный рывок был непозволительной роскошью, такой мощный человек точно бы стал причиной, из-за которой Али стал бы поделен на двое. Фруктовик позволил подобраться к себе на линию и удара и изогнулся в противоположную от ударной руки сторону, делая мостик с упором на две пары рук, торчащих из спины, от чего сабля сверкнула в взмахе над его пупком в нескольких сантиметрах от.
— Тебя не учили, что играться с оружием - плохо? — в привычной издевающейся манере спросил Ага. Словно в танце, перенося весь на руки, тот оттолкнулся правой ногой, занося для подножки, от чего вертикальный удар пронесся сквозь пустоту, а последующий колющий Тафт делал, напрочь потеряв равновесие от подножки, словно топором, ударившей его по ногам. Не успел тот оклемается, как Али уже был в позиции для прыжка, предварительно выстрелив себе под ноги паутины.
— Что за!? — удивляясь чрезмерной гибкости и ловкости арабасткого попрошайки, Тафт с трудом устоял на ногах. Левая нога изрядно болела от удара, но его комплекции было достаточно, чтобы выдержать подобный натиск, он замахнулся для нового удара, но Али и след простыл.
— Эд, лови новую игрушку! — совершив очередной прыжок, Али прыгнул в сторону пистолета, который отбросил Тафт в сторону. Когтистая лапа резко забрала добычу, после чего, словно будучи камнем на рогатке, Али пошел в обратную, бросая в процессе пистолет в сторону телеги, где и сидел его спутник. Как он узнал? Обзор в 360 градусов творит чудеса, знаете ли. Не заметить перемещение патлатого парня, одетого в узнаваемую одежду было сложно. Возврат был таким же резвым, как и прыжок. Подобно Луффи, Али резко вернулся на исходную, нанося сокрушительный удар левой тройкой рук, конкретнее - локтем, ударяя в позвоночник и затылочную часть черепа.
Не успел Тафт опомниться, как его огрели по затылку, да с такой силой, что все его грузное тело мигом было отправлено в полет, скользя по масленому пятну на каменном полу пещеры прямо до бочки, о которые он и столкнулся. Али победоносно встал на ноги, взмахом брюшка избавляясь от "привязи".
— Так... Ты что-то говорил о Джоне? — обратился он в сторону Аллена, который стоял где-то позади телеги. По возвращении в человеческую форму Али от ранения не избавился, а напротив. Теперь вместо обычной царапины на хитиновом покрытии был небольшой порез кожи, который немного кровил. Боли, сильнее той, которую он почувствовал от выстрела не было, была лишь ноющая, немного сковывающая движение тела.
ONE PIECE RP ·
[Вест Блю] Илусиа
В тени пещеры происходила схватка не на жизнь, а на смерть. Пламя костра, играющее бликами на стенах пещеры, будто вдохновившись демонстрацией навыков двух воинов, периодически то становилось тусклее, то вновь вспыхивало с новой силой. Виной сему, конечно, был ветер, который периодически гулял по пещерным тоннелям.
Поведение же, от этой схватки, менялось не только у костра. Помимо трех революционеров, которые, видя прыткость паука, вовсе не спешили вступать с ним в контакт, еще был стрелок, который, пусть и без пушки, постепенно двигался к одному из растерянных самозванцев. У последнего была сабля, и, в обычном состоянии, он наверняка бы зарубил не владеющего клинком юношу. Даже будь их навыки равны, дальность атаки сабли была на порядок больше, чем оная у ножа Али. Но шанс выиграть все же был. Бойцы с саблями были растеряны, их дух был подавлен, а от страха тряслись поджилки. Знал ли хоть кто-то из них, что звонкая монета, которой оплачивалась их работа, предполагает под собой сражение с такими тварями? Если бы знали, то ни за что не согласились были. Но, тем не менее, они стояли тут, с обнаженным оружием.
Проигнорировав шутки Ага, точнее, не восприняв её, ведь мысли были заняты другим, Эдвард все больше приближался к одному из трусливых наемников. Намеченный путь проходил под телегой, а там пару шагов — и окажешься прямо за спиной одного из бандитов.
Только вот. Идеально намеченный план был идеально испорчен, когда в телегу полетел пистолет. Вряд ли замешкавшиеся самозванцы поняли, скорее, впали в замешательство, но действовать надо было быстро, не то скоро все поймут.
Плохое освещение, звуки происходящей битвы, и страх перед пауком сделали свое дело, приковывая внимание к смуглому. С прытью рыси, но все еще пытаясь не попадаться врагам на глаза, Эдвард ринулся за пистолетом. Для этого пришлось обогнуть телегу, чтобы уж совсем нагло не лезть в телегу, попадая в прямую зону видимости. Но вот, заветный пистолет был у него в руке. Заветный, ага. Без пуль. Спасибо, [id219675888:bp-36291248_256138|Али], вот так выручил. Ладно.
Даже так, искомый предмет мог представлять ценность, если правильно его использовать. Обойдя телегу с другой стороны, Эд начал заходить прямо в спину к одному из бесполезных солдат. Когда у бедняги уже совсем сдали нервы, и он начал видеть, что Тафт проигрывает, его тело само готово было либо ринуться в бой, либо бежать. Только вот стоило ему начать двигаться, как что-то твердое, коснулось его спины.
— Двинешься - выстрелю. — прозвучало из уст стрелка, стоящего за его спиной. У повернутого к Али наемника на глазах выступали слезы от осознания происходящего. Двое других, как настоящие крысы, кинулись на утек, как только самый крепкий из всей компании влетел в бочку.
Победоносная поза уроженца песчаного острова выглядела несколько смешно на фоне всей ситуации, но он заслужил свой звездный час.
— Он должен был быть простой хромой на одну ногу сошкой, но, видимо, идущее время пошло ему на пользу. — кинул из-за спины заложника Ален. А затем он продолжил, но уже для бандита — А ты, дружище, бросай оружие, и рассказывай все, что знаешь, если не хочешь отправиться к праотцам.
Поведение же, от этой схватки, менялось не только у костра. Помимо трех революционеров, которые, видя прыткость паука, вовсе не спешили вступать с ним в контакт, еще был стрелок, который, пусть и без пушки, постепенно двигался к одному из растерянных самозванцев. У последнего была сабля, и, в обычном состоянии, он наверняка бы зарубил не владеющего клинком юношу. Даже будь их навыки равны, дальность атаки сабли была на порядок больше, чем оная у ножа Али. Но шанс выиграть все же был. Бойцы с саблями были растеряны, их дух был подавлен, а от страха тряслись поджилки. Знал ли хоть кто-то из них, что звонкая монета, которой оплачивалась их работа, предполагает под собой сражение с такими тварями? Если бы знали, то ни за что не согласились были. Но, тем не менее, они стояли тут, с обнаженным оружием.
Проигнорировав шутки Ага, точнее, не восприняв её, ведь мысли были заняты другим, Эдвард все больше приближался к одному из трусливых наемников. Намеченный путь проходил под телегой, а там пару шагов — и окажешься прямо за спиной одного из бандитов.
Только вот. Идеально намеченный план был идеально испорчен, когда в телегу полетел пистолет. Вряд ли замешкавшиеся самозванцы поняли, скорее, впали в замешательство, но действовать надо было быстро, не то скоро все поймут.
Плохое освещение, звуки происходящей битвы, и страх перед пауком сделали свое дело, приковывая внимание к смуглому. С прытью рыси, но все еще пытаясь не попадаться врагам на глаза, Эдвард ринулся за пистолетом. Для этого пришлось обогнуть телегу, чтобы уж совсем нагло не лезть в телегу, попадая в прямую зону видимости. Но вот, заветный пистолет был у него в руке. Заветный, ага. Без пуль. Спасибо, [id219675888:bp-36291248_256138|Али], вот так выручил. Ладно.
Даже так, искомый предмет мог представлять ценность, если правильно его использовать. Обойдя телегу с другой стороны, Эд начал заходить прямо в спину к одному из бесполезных солдат. Когда у бедняги уже совсем сдали нервы, и он начал видеть, что Тафт проигрывает, его тело само готово было либо ринуться в бой, либо бежать. Только вот стоило ему начать двигаться, как что-то твердое, коснулось его спины.
— Двинешься - выстрелю. — прозвучало из уст стрелка, стоящего за его спиной. У повернутого к Али наемника на глазах выступали слезы от осознания происходящего. Двое других, как настоящие крысы, кинулись на утек, как только самый крепкий из всей компании влетел в бочку.
Победоносная поза уроженца песчаного острова выглядела несколько смешно на фоне всей ситуации, но он заслужил свой звездный час.
— Он должен был быть простой хромой на одну ногу сошкой, но, видимо, идущее время пошло ему на пользу. — кинул из-за спины заложника Ален. А затем он продолжил, но уже для бандита — А ты, дружище, бросай оружие, и рассказывай все, что знаешь, если не хочешь отправиться к праотцам.
[id824346892:bp-36291248_256151|No],
Али имел полное право демонстрировать возвышенное состояние относительно его оппонента, который теперь валялся в какой-то дурно-пахнущей жиже. Честно признаться, он так увлекся сражением с Тафтом, что совсем позабыл про мелких сошек, пытающихся окружить его. Благо, для таких ситуаций у него был Эдвард, прикрывший его паучий зад.
— Не удивлюсь, если в конечном итоге он даже хромать перестал к этому моменту, — Али был осведомлен о том, какими сильными могут быть силы дьявольских фруктов. Например, парень мог разгоняться до неведомых скоростей, его сила была за гранью человеческих возможностей, а какие новые границы будут раздвинуты в будущем оставалось только гадать. Да что там, известны фрукты, позволяющие превращать тело съевшего в какой-нибудь элемент, вроде пламени или льда.
Хлопнув в ладоши, стряхивая остатки свернувшейся крови двух статистов, Ага осмотрелся вокруг. Он верил, что Эдвард сумеет как-нибудь разговорить оставшихся пособников его старого знакомого, пока он занят осмотром дозорного пункта революционеров. В процессе поисков смуглый юноша начал находить, незнакомые ему, приспособления.
"И для чего это используется?" — покручивая в руках странные приспособления, тот всячески искал кнопки для нажатия и, в какой-то момент, странный металлический футляр с фитилем выдал пламя. Да, это была зажигалка. С характерным щелчком, юноша закрыл крышку зажигалки и огонь внутри потух... Очень интересными были приспособления у этих людей. Дальше Али нашел какие-то странные свертки из бумаги с сухой травой внутри. Были они тоньше пальца, но что же это было?...
А вообще, Али продолжал искать всякое барахло среди вещей "революционеров", закидывая самое интересное в мешок. Делать ему особо было нечего, он лишь добавит свои язвенные комментарии в ходе допроса, учитывая, что автор болеет и даже такой маленький пост дался с трудом.
Али имел полное право демонстрировать возвышенное состояние относительно его оппонента, который теперь валялся в какой-то дурно-пахнущей жиже. Честно признаться, он так увлекся сражением с Тафтом, что совсем позабыл про мелких сошек, пытающихся окружить его. Благо, для таких ситуаций у него был Эдвард, прикрывший его паучий зад.
— Не удивлюсь, если в конечном итоге он даже хромать перестал к этому моменту, — Али был осведомлен о том, какими сильными могут быть силы дьявольских фруктов. Например, парень мог разгоняться до неведомых скоростей, его сила была за гранью человеческих возможностей, а какие новые границы будут раздвинуты в будущем оставалось только гадать. Да что там, известны фрукты, позволяющие превращать тело съевшего в какой-нибудь элемент, вроде пламени или льда.
Хлопнув в ладоши, стряхивая остатки свернувшейся крови двух статистов, Ага осмотрелся вокруг. Он верил, что Эдвард сумеет как-нибудь разговорить оставшихся пособников его старого знакомого, пока он занят осмотром дозорного пункта революционеров. В процессе поисков смуглый юноша начал находить, незнакомые ему, приспособления.
"И для чего это используется?" — покручивая в руках странные приспособления, тот всячески искал кнопки для нажатия и, в какой-то момент, странный металлический футляр с фитилем выдал пламя. Да, это была зажигалка. С характерным щелчком, юноша закрыл крышку зажигалки и огонь внутри потух... Очень интересными были приспособления у этих людей. Дальше Али нашел какие-то странные свертки из бумаги с сухой травой внутри. Были они тоньше пальца, но что же это было?...
А вообще, Али продолжал искать всякое барахло среди вещей "революционеров", закидывая самое интересное в мешок. Делать ему особо было нечего, он лишь добавит свои язвенные комментарии в ходе допроса, учитывая, что автор болеет и даже такой маленький пост дался с трудом.
Неопределенность пугает, давит, ужасает куда больше плохого предопределенного исхода. Самозванца под видом революционера буквально трясло от происходящего. Слезы застилали глаза, горло высохло а руки дрожали. Перед его глазами двое его товарищей лишились жизни за мгновение, а ещё один улетел в бочку после непродолжительной битвы. И та форма, в которой Али победил тафта, в воспоминаниях рисовалась куда более ужасающей, чем была на самом деле. Мужчина осел наземь, сабля выпала из его рук, тихо всхлипывая, из его уст вырвались слова
— Не убивайте, я все скажу.
— Тц... — издал стрелок, отбивая ногой саблю подальше от плачущего мужчины. Пока Эдвард снимал пистолет с пояса бедняги, он пребывал в раздумьях. — И что же ты нам расскажешь?
— Я не причем. Не убивайте. Меня наняли просто сделать вид, что я один из этих. Я просто обычный житель. Надо было просто помаячить перед людьми. А потом расставить груз там, где надо. — поток слов лился из уст мужчины, который, наверняка, бросился бы в ноги, умоляя его не трогать, не торчи у него за спиной пушка.
Необходимость в допросе отпадала. Наемник в одеждах революционера наверняка сейчас бы сделал все, что угодно, лишь бы уйти отсюда.
Это все раздражало, невероятно раздражало. При этом это были не подколки Али, которые, периодически вкидывал, заставляя длинноволосого полыхать. И речь сейчас шла не про слюнтяя, а про способ ведения дел Джона Доу...рена. Наемник перед парой прибывших вчера на остров путников был самым обычным жителем этого самого острова, которого втянули в авантюру, помахав перед лицом монетой. Конечно, он сам виноват, но, судя по поведению других наемников... Их наняли, чтобы набедокурить на острове, а потом выкинуть. Почти наверняка устранив в процессе.
На секунду, глаза поднялись со спины самозванца на Али, копавшегося в хламе.
— Ты бы хоть бочку закрыл. А то этот жирный сейчас очнётся, чиркнет, и нам хана. — бросил Эдвард в сторону уроженца Алабасты.
И только наемник подумал, что стоящий за ним стрелок отвлекся, как пушка вновь дотронулась до его спины, напоминая, чтобы он лишний раз не шевелился.
— Итак, что ты знаешь про Джона Доурена?
— Не убивайте, я все скажу.
— Тц... — издал стрелок, отбивая ногой саблю подальше от плачущего мужчины. Пока Эдвард снимал пистолет с пояса бедняги, он пребывал в раздумьях. — И что же ты нам расскажешь?
— Я не причем. Не убивайте. Меня наняли просто сделать вид, что я один из этих. Я просто обычный житель. Надо было просто помаячить перед людьми. А потом расставить груз там, где надо. — поток слов лился из уст мужчины, который, наверняка, бросился бы в ноги, умоляя его не трогать, не торчи у него за спиной пушка.
Необходимость в допросе отпадала. Наемник в одеждах революционера наверняка сейчас бы сделал все, что угодно, лишь бы уйти отсюда.
Это все раздражало, невероятно раздражало. При этом это были не подколки Али, которые, периодически вкидывал, заставляя длинноволосого полыхать. И речь сейчас шла не про слюнтяя, а про способ ведения дел Джона Доу...рена. Наемник перед парой прибывших вчера на остров путников был самым обычным жителем этого самого острова, которого втянули в авантюру, помахав перед лицом монетой. Конечно, он сам виноват, но, судя по поведению других наемников... Их наняли, чтобы набедокурить на острове, а потом выкинуть. Почти наверняка устранив в процессе.
На секунду, глаза поднялись со спины самозванца на Али, копавшегося в хламе.
— Ты бы хоть бочку закрыл. А то этот жирный сейчас очнётся, чиркнет, и нам хана. — бросил Эдвард в сторону уроженца Алабасты.
И только наемник подумал, что стоящий за ним стрелок отвлекся, как пушка вновь дотронулась до его спины, напоминая, чтобы он лишний раз не шевелился.
— Итак, что ты знаешь про Джона Доурена?
[id824346892:bp-36291248_256204|No],
Али не было особо дела до крокодильих слез, которые лил самозванец. То, что они были расходным материалом - было понятно с первого взгляда, когда вместо того, чтобы разместить груз по пещерам, те не ушли восвояси, забыв обо всем, как о страшном сне, но остались здесь. Вероятно, они даже не в курсе, что эта дурно пахнущая жижа вполне способна отправить их на тот свет. После длительного изучения находки, Али понял, что перед ним: пачка с сигаретой и зажигалка. Удивительный набор для вещей людей, которые сидели близ взрывоопасных бочек, но что есть, то есть.
— Каждый. В ответе. За свои. Решения, — холодным, слегка угрожающим голосом Ага демонстративным шагом направился в сторону Тафта, бочек и самозванца с Эдвардом. В руках он вертел револьвер - еще одна находка, которая для Вест-Блю была далеко не новизной. Остановившись в пяти шагах от спутника и его объекта допроса, тот устало вздохнул и с выправкой гангстера, хладнокровного и жестокого направил пушку на наемника.
— Он ничего тебе не скажет, Эд. Это всего-лишь расходный материал, мелкая, как ты любишь выражаться, сошка... Так может, закончим его страдания? Посмотри, как он дрожит... Как он плачет... Еще многое будет происходит, что будет доводить его до этого состояния. И я даже не хочу знать, что с ним сделает твой Джон, когда узнает о провале... — прозвучал выстрел. Он был очень громким, ввиду того, что они находились в пещере, но наемник, резко зажмурив глаза мог с удивлением обнаружить, что все еще жив и нигде в его теле не кололо.
Дымящий ствол был направлен куда-то наверх, прежде чем, Ага прикурил о раскаленный металл ствола. Ему было плевать на жизни этих людей. Каждый и правда был в ответе за свои решения и Али, у которого еще болела рана на животе, решил не спускать Тафту это с рук, чтобы тот навсегда запомнил, что поднимать руку на этого парня нельзя ни в коем случае.
— Что до жирного... Лучше бы ты его допросил. Вряд-ли он местный, сабля у него явно не отсюда. Но раз уж ты нашел себе игрушку... — покуривая сигарету, Али заступил на каменный пол пещеры, залитый маслянистой жижей. Сандали немного липли к полу, из-за чего ходить было крайне неприятно и мерзко.
— Эй, голубчик~ — легкие удары по щеке начали понемногу приводить Тафта в чувство. Он был напрочь залит этой жижей, поэтому при попытке двинуться обнаружил, что прилип намертво. Лицо бывшего раба показалось ему знакомым, но он не мог припомнить откуда же он знал эти черты лица. — Проснись и пой! —
— Чего тебе надо, чудище? — рявкнул Тафт, изредка поглядывая на сигарету в зубах уроженца Арабасты.
— Всего-то хотел бы узнать, что ты знаешь о Джоне Доу-чего-то-там. Видишь ли, мы с моим спутником поспорили. Он утверждает, что Джон всего-лишь мелкая сошка, но я убежден, что даже самая мелкая сошка не стоит на месте, поэтому... —
— Он вам не по зубам. Особенно его цепная зверушка... — перебил смуглого извозчик.
— Да, зверушка у него отменная. Но все же, что он делает на Илуисии? —
— Он хочет взорвать остров. Обрушить всю верхушку вниз, оставить от него лишь внешнее кольцо... —
— Ясно, спасибо. Пошли, Эд, — резко развернувшись, Ага пошел прочь от Тафта, небрежным шагом направляясь прямиком к следующему туннелю. Правда, в этот раз туннель был крайне широк и высок, прям настолько, чтобы можно было проехаться на телеге в него. — Быстрее, быстрее! — отправив липнущие шлепанцы куда-то в сторону, Ага быстрым шагом направился прочь, зазывая за собой стрелка.
Али не было особо дела до крокодильих слез, которые лил самозванец. То, что они были расходным материалом - было понятно с первого взгляда, когда вместо того, чтобы разместить груз по пещерам, те не ушли восвояси, забыв обо всем, как о страшном сне, но остались здесь. Вероятно, они даже не в курсе, что эта дурно пахнущая жижа вполне способна отправить их на тот свет. После длительного изучения находки, Али понял, что перед ним: пачка с сигаретой и зажигалка. Удивительный набор для вещей людей, которые сидели близ взрывоопасных бочек, но что есть, то есть.
— Каждый. В ответе. За свои. Решения, — холодным, слегка угрожающим голосом Ага демонстративным шагом направился в сторону Тафта, бочек и самозванца с Эдвардом. В руках он вертел револьвер - еще одна находка, которая для Вест-Блю была далеко не новизной. Остановившись в пяти шагах от спутника и его объекта допроса, тот устало вздохнул и с выправкой гангстера, хладнокровного и жестокого направил пушку на наемника.
— Он ничего тебе не скажет, Эд. Это всего-лишь расходный материал, мелкая, как ты любишь выражаться, сошка... Так может, закончим его страдания? Посмотри, как он дрожит... Как он плачет... Еще многое будет происходит, что будет доводить его до этого состояния. И я даже не хочу знать, что с ним сделает твой Джон, когда узнает о провале... — прозвучал выстрел. Он был очень громким, ввиду того, что они находились в пещере, но наемник, резко зажмурив глаза мог с удивлением обнаружить, что все еще жив и нигде в его теле не кололо.
Дымящий ствол был направлен куда-то наверх, прежде чем, Ага прикурил о раскаленный металл ствола. Ему было плевать на жизни этих людей. Каждый и правда был в ответе за свои решения и Али, у которого еще болела рана на животе, решил не спускать Тафту это с рук, чтобы тот навсегда запомнил, что поднимать руку на этого парня нельзя ни в коем случае.
— Что до жирного... Лучше бы ты его допросил. Вряд-ли он местный, сабля у него явно не отсюда. Но раз уж ты нашел себе игрушку... — покуривая сигарету, Али заступил на каменный пол пещеры, залитый маслянистой жижей. Сандали немного липли к полу, из-за чего ходить было крайне неприятно и мерзко.
— Эй, голубчик~ — легкие удары по щеке начали понемногу приводить Тафта в чувство. Он был напрочь залит этой жижей, поэтому при попытке двинуться обнаружил, что прилип намертво. Лицо бывшего раба показалось ему знакомым, но он не мог припомнить откуда же он знал эти черты лица. — Проснись и пой! —
— Чего тебе надо, чудище? — рявкнул Тафт, изредка поглядывая на сигарету в зубах уроженца Арабасты.
— Всего-то хотел бы узнать, что ты знаешь о Джоне Доу-чего-то-там. Видишь ли, мы с моим спутником поспорили. Он утверждает, что Джон всего-лишь мелкая сошка, но я убежден, что даже самая мелкая сошка не стоит на месте, поэтому... —
— Он вам не по зубам. Особенно его цепная зверушка... — перебил смуглого извозчик.
— Да, зверушка у него отменная. Но все же, что он делает на Илуисии? —
— Он хочет взорвать остров. Обрушить всю верхушку вниз, оставить от него лишь внешнее кольцо... —
— Ясно, спасибо. Пошли, Эд, — резко развернувшись, Ага пошел прочь от Тафта, небрежным шагом направляясь прямиком к следующему туннелю. Правда, в этот раз туннель был крайне широк и высок, прям настолько, чтобы можно было проехаться на телеге в него. — Быстрее, быстрее! — отправив липнущие шлепанцы куда-то в сторону, Ага быстрым шагом направился прочь, зазывая за собой стрелка.
Упуская множество, возможно даже слишком много, деталей мы все же подведем черту - Блэр оказалась куда талантливей, проворней и быстрее своего оппонента. Он с непринужденной легкостью сделала выпад, контратакую соперника и поражая его в предписанную точку. Дальнейшие манипуляции, в виду болевых ощущений "крепыша" прошли без значительных трудностей, что подарило милейшей дамочке победу.
Амелия, в свою очередь, действительно замешкалась со своим противником. Тот оказал должный уровень сопротивления, отчего блондинка неиронично сделала вывод - непростой парень. Как минимум, со своей саблей управляться он умеет. И по правде, при прочих равных, исход этого сражения мог бы совсем уж неожиданным, - не в пользу для главной героини этого поста, - но изначально выгодное положение, подальше от пламени, сыграли свою ключевую роль. В тот час, когда разгневанный недруг вплотную подошел к жарким языкам, он почувствовал острую, обжигающую боль в области ног - штанина начала плавиться и гореть прямо на его икре. Тут то он и дал слабину, отвлекаясь и подставляясь под решительный удар наемницы. Затяжной звон клинков затих уже тогда, когда ловкой бунтарки и след простыл с трактира. Оглядевшись, Кайлет лишь увидела разбитое окно, которое, вероятно, дело рук той самой зиглер.
— Тц. — фыркнет лишь дамочка, продолжая бегло осматривать очами окружение.
Пламя было уже повсюду и даже хозяин притона никак не сумел изменить ход событий, а Галя так и не принесла воду. Заведение, в виду скудных возможностей городка, уже не спасти. Раздосадовано фехтовальщица махнет мужчине рукой, намекая на спешный побег через черный ход и, между тем, даже прокомментирует это криком. Дескать "убегайте" или что-то в этом духе. Она, в отличии от своей спутницы, не чувствовала обиды, а следовательно и мстить было банально не за что. Более того - сего мужчину она знает довольно давно и он ни раз помогал ей в прискорбный час. Даже как-то неловко, в конце - концов, отплачивать ему такой злостной монетой. Оглядываясь назад, девушка точно понимала, что могла бы изменить события - миновать пожара, угомонить и эту несносную девчонку, и тех нахальных мужланов. Однако... Её стремительное желание избежать конфликтов и неприятностей на пути выполнения очередного задания все же сделало свой ход. И отсюда была своя мораль - той девчонке нельзя давать расслабляться и чувствовать свою доминацию. Иначе все мечтания Амелии можно перечеркнуть.
Под сии негативные эмоции, с явным недовольством на лице, героиня выбегает из охваченной дымом двери, спасаясь от беспощадной катастрофы, которую устроила [id548028418:bp-36291248_256135|Блэр]. Не без последствий, конечно, для себя - в легких все еще осталась сажа, которую дамочка, наклонившись, начала откашливать. Погрузив клинок в ножны и уделив несколько секунд своему восстановлению, она презрительно взглянула на партнершу. И это был взгляд... Неуважения? Тяжело определить наверняка, особенно в условиях отсутствия долгого взаимодействия, но угрюмый прищур век, опущенные края губ с недовольным взором все же намекали на нечто подобное. Избить эту вертихвостку что-ли? Мысль, конечно, мелькнула, но спешно ретировалась в виду обязательств. Несколько шаг по сокращению дистанции и вот Амели уже проходит мимо правого плеча спутницы.
— Пойдем, — коротко и грубо сетовала та, — Отдохнем на кораблем. — а больше то и негде.
Правда, сам корабль тоже предстоит найти еще, ведь прошлые торговцы едва ли захотят брать их с собой. Но этой проблемой она займется уже в порту, а пока стряхнем остатки гари со своих плеч и ловкими шажками направится обратно, откуда пришли к таверне.
Амелия, в свою очередь, действительно замешкалась со своим противником. Тот оказал должный уровень сопротивления, отчего блондинка неиронично сделала вывод - непростой парень. Как минимум, со своей саблей управляться он умеет. И по правде, при прочих равных, исход этого сражения мог бы совсем уж неожиданным, - не в пользу для главной героини этого поста, - но изначально выгодное положение, подальше от пламени, сыграли свою ключевую роль. В тот час, когда разгневанный недруг вплотную подошел к жарким языкам, он почувствовал острую, обжигающую боль в области ног - штанина начала плавиться и гореть прямо на его икре. Тут то он и дал слабину, отвлекаясь и подставляясь под решительный удар наемницы. Затяжной звон клинков затих уже тогда, когда ловкой бунтарки и след простыл с трактира. Оглядевшись, Кайлет лишь увидела разбитое окно, которое, вероятно, дело рук той самой зиглер.
— Тц. — фыркнет лишь дамочка, продолжая бегло осматривать очами окружение.
Пламя было уже повсюду и даже хозяин притона никак не сумел изменить ход событий, а Галя так и не принесла воду. Заведение, в виду скудных возможностей городка, уже не спасти. Раздосадовано фехтовальщица махнет мужчине рукой, намекая на спешный побег через черный ход и, между тем, даже прокомментирует это криком. Дескать "убегайте" или что-то в этом духе. Она, в отличии от своей спутницы, не чувствовала обиды, а следовательно и мстить было банально не за что. Более того - сего мужчину она знает довольно давно и он ни раз помогал ей в прискорбный час. Даже как-то неловко, в конце - концов, отплачивать ему такой злостной монетой. Оглядываясь назад, девушка точно понимала, что могла бы изменить события - миновать пожара, угомонить и эту несносную девчонку, и тех нахальных мужланов. Однако... Её стремительное желание избежать конфликтов и неприятностей на пути выполнения очередного задания все же сделало свой ход. И отсюда была своя мораль - той девчонке нельзя давать расслабляться и чувствовать свою доминацию. Иначе все мечтания Амелии можно перечеркнуть.
Под сии негативные эмоции, с явным недовольством на лице, героиня выбегает из охваченной дымом двери, спасаясь от беспощадной катастрофы, которую устроила [id548028418:bp-36291248_256135|Блэр]. Не без последствий, конечно, для себя - в легких все еще осталась сажа, которую дамочка, наклонившись, начала откашливать. Погрузив клинок в ножны и уделив несколько секунд своему восстановлению, она презрительно взглянула на партнершу. И это был взгляд... Неуважения? Тяжело определить наверняка, особенно в условиях отсутствия долгого взаимодействия, но угрюмый прищур век, опущенные края губ с недовольным взором все же намекали на нечто подобное. Избить эту вертихвостку что-ли? Мысль, конечно, мелькнула, но спешно ретировалась в виду обязательств. Несколько шаг по сокращению дистанции и вот Амели уже проходит мимо правого плеча спутницы.
— Пойдем, — коротко и грубо сетовала та, — Отдохнем на кораблем. — а больше то и негде.
Правда, сам корабль тоже предстоит найти еще, ведь прошлые торговцы едва ли захотят брать их с собой. Но этой проблемой она займется уже в порту, а пока стряхнем остатки гари со своих плеч и ловкими шажками направится обратно, откуда пришли к таверне.
Каждый в ответе за свои решения. Тут [id219675888:bp-36291248_256205|Али] был целиком и полностью прав. Именно поэтому Джон Доу…рен ответит за свои, обязательно. Но до этого еще далеко, сейчас перед ними был бедный революционер, который не мог ответить за свои. На него был направлен револьвер, с которым Али обращался довольно ловко. По крайней мере, пока он не использовал кусок металла по своему непосредственному предназначение. Али направил пистолет на наемника.
—Ст…— не успело вырваться изо рта длинноволосого, как прозвучал выстрел. Быстрее, чем Эдвард хотел одернуть пистолет, среагировать, сделать хоть что-то. Только вот выстрел был направлен вверх. К счастью для Эдварда. Он испытывал некую жалость к самозванцу, которым вот так пользовались. Сам же бедняга от осел на каменную поверхность. Его психика не смогла вынести такого, так что он отключился едва прозвучал выстрел. Аккуратно потыкав последнего носком ноги, стрелок убедился — грудная клетка отключившегося двигалась, а значит он жив. Уже хорошо. Если бы он откинулся от страха выстрела было бы … ладно.
Обернувшись на слова про Тафта, Эд ответил смуглому товарищу.
—Я думал ты допросишь жирного. Ты отправил его в полет, и против тебя он вряд ли захочет барахтаться — доносилось в спину к Али, когда тот шагал по маслянистому полу. Пока чвякающие звуки, издаваемые сандалями отдавались эхом в помещении, Ален подхватил саблю, лежащую рядом с ним. Подняв ее лезвие до уровня глаз, и мельком увидев в ней свое отражение, стрелок взмахнул ей. Весьма скованно, надо сказать. Сразу было понятно, что с таким оружием он профан. Вместо использования вращения корпуса, движения ног и правильной стойки, Эдвард же взмахивал только рукой. И даже так, в его мыслях это оружие было лучше того же ножа, что дал Али. Слишком уж дистанция разнилась.
Привязав к поясу саблю, Эдвард развернулся и прошелся до пары ящиков, которые стояли за одной из телег, заодно прислушиваясь, как же именно Ага планировал пытать массивного бандита. Ящик со скрипом отворился примерно тогда же, когда раздались шлепки, возвращавшие Тафта в реальность. Шаловливые ручки заползли в содержимое и начали рыться.
Примерно к тому моменту, как Тафт озвучил цели Джона, содержимое ящика, которое планомерно складывалось в один из углов, чтобы посмотреть, что там, в его глубинах, рухнуло с металлическим звоном, разносящимся вокруг, будто реагируя на слова извозчика. Вынув оттуда чудесную игрушку — семизарядный револьвер, а заодно и пару мешочков с патронами, Эд оставил ящик в покое и быстро двинулся к Али, попутно разговаривая с тем.
— Я-то иду, но как же бочки. Мы же можем с их помощью взорвать “цепную зверушку”, или у тебя есть план лучше? И я бы не хотел оставлять его в живых, раз он все знал… — дулом револьвера парень указал на извозчика. Вообще, строго говоря, у Эдварда есть догадки, что сейчас сделает уроженец Арабасты. Но, ему очень хотелось бы, чтобы догадки остались просто догадками.
—Ст…— не успело вырваться изо рта длинноволосого, как прозвучал выстрел. Быстрее, чем Эдвард хотел одернуть пистолет, среагировать, сделать хоть что-то. Только вот выстрел был направлен вверх. К счастью для Эдварда. Он испытывал некую жалость к самозванцу, которым вот так пользовались. Сам же бедняга от осел на каменную поверхность. Его психика не смогла вынести такого, так что он отключился едва прозвучал выстрел. Аккуратно потыкав последнего носком ноги, стрелок убедился — грудная клетка отключившегося двигалась, а значит он жив. Уже хорошо. Если бы он откинулся от страха выстрела было бы … ладно.
Обернувшись на слова про Тафта, Эд ответил смуглому товарищу.
—Я думал ты допросишь жирного. Ты отправил его в полет, и против тебя он вряд ли захочет барахтаться — доносилось в спину к Али, когда тот шагал по маслянистому полу. Пока чвякающие звуки, издаваемые сандалями отдавались эхом в помещении, Ален подхватил саблю, лежащую рядом с ним. Подняв ее лезвие до уровня глаз, и мельком увидев в ней свое отражение, стрелок взмахнул ей. Весьма скованно, надо сказать. Сразу было понятно, что с таким оружием он профан. Вместо использования вращения корпуса, движения ног и правильной стойки, Эдвард же взмахивал только рукой. И даже так, в его мыслях это оружие было лучше того же ножа, что дал Али. Слишком уж дистанция разнилась.
Привязав к поясу саблю, Эдвард развернулся и прошелся до пары ящиков, которые стояли за одной из телег, заодно прислушиваясь, как же именно Ага планировал пытать массивного бандита. Ящик со скрипом отворился примерно тогда же, когда раздались шлепки, возвращавшие Тафта в реальность. Шаловливые ручки заползли в содержимое и начали рыться.
Примерно к тому моменту, как Тафт озвучил цели Джона, содержимое ящика, которое планомерно складывалось в один из углов, чтобы посмотреть, что там, в его глубинах, рухнуло с металлическим звоном, разносящимся вокруг, будто реагируя на слова извозчика. Вынув оттуда чудесную игрушку — семизарядный револьвер, а заодно и пару мешочков с патронами, Эд оставил ящик в покое и быстро двинулся к Али, попутно разговаривая с тем.
— Я-то иду, но как же бочки. Мы же можем с их помощью взорвать “цепную зверушку”, или у тебя есть план лучше? И я бы не хотел оставлять его в живых, раз он все знал… — дулом револьвера парень указал на извозчика. Вообще, строго говоря, у Эдварда есть догадки, что сейчас сделает уроженец Арабасты. Но, ему очень хотелось бы, чтобы догадки остались просто догадками.
[id824346892:bp-36291248_256247|No],
Али остановился в нескольких шагах от входа в проход, когда Эдвард обратился к нему. Эта святая наивность, контрастирующая с скрытным видом юноши уже не давала какого-то особого шарма. Вместо этого, эта наивность раздражала бывшего раба, который неторопливо обернулся в сторону стрелка и начал обходить его, словно осматривая, как делал это, когда-то в лесу.
— Цепная зверушка - меньшая из наших проблем, Эд, — сухо произнес Ага. Возможно, все было дело в том, что Али видел всю картину целиком, а не отдельные ее части, как Аллен. Резко уйдя стрелку за спину, тот повернул его в сторону Тафта, приблизившись настолько близко, что чувствовалось напряжение. Пальцы пирата обхватили пальцы стрелка, направив дуло прямиком в сторону тех самых бочек. И того самого извозчика, который "все знал". — Главная твоя проблема, парень - это полное, абсолютное, безоговорочное отсутствие внутреннего стержня. —
Брюнет вкрадчивым шепотом доносил до шатена то, что хотел. Его лицо исказилось в слегка жуткой гримасе усмешки, а взгляд так же был направлен в сторону поверженного пирата. Пальцы правой руки сжались чуть сильнее, плотнее прижимая кожу стрелка к гладкой поверхности рукояти, а указательный палец начал понемногу вдавливать палец Аллена на спусковой крючок.
— Вот он, перед тобой. Пособник Джона Доурена, которого ты так жаждешь настичь. Не хочешь сохранять ему жизнь? Давай, валяй, — важно уточнить, что держал Али своего спутника практически полностью, как если бы прилип к его телу сзади. Как листок прилипает к другому бумажному листку, становясь буквально одним целым. — Все, что тебе остается сделать... Нажать на курок. Перед тобой лишь пират, желающий помочь в уничтожении целого острова. И рядом с ним местный житель, решивший предать родной дом за звонкую монету... Так чего же отвергать это желание. Это звонкое, зудящее желание нажать. На чертов. Курок. —
На последнем слове Ага резко вдавил указательный палец Аллена и свинцовая пуля с свистом пролетела через всю пещеру прямиком в сторону извозчика. Раскаленный металл пробил бочку над правым плечом полноватого мужчины, маслянистая жижа покрылась огнем. Предсмертная агония охватила Тафта и лежащего рядом с ним местного, который проснулся от жара пламени. А Али отстранился от Эдварда, все так же не снимая с лица свою добродушную улыбку, с которой он говорил все эти слова, пока в какой-то момент она не сменилась холодом.
— Позволю себе напомнить. Эти люди - тебя не жалели и не пожалеют. Если у тебя не хватит смелости нажать на курок в нужный момент, если в руке не будет сил направить оружие на, угрожающего тебе, человека - ты мертвец. Обращайся, если снова нужно будет выпрямить твой дряблый характер... Дружище. —
Ага неторопливо двинулся вперед в полумрак туннеля, прежде чем на всю пещеру позади него раздался ВЗРЫВ. Мощный настолько, что воздушный поток толкнул его и Эдварда вперед, прежде чем каменный потолок похоронил под собой Тафта и его бывшего подчиненного, оставляя двум пиратам только один путь - вперед, к следующей пещере, чтобы там не скрывалось.
"Наверное, вышло чутка жестко. Но он должен понимать, что в этом мире никто не будет относится, как он хочет, если он не заслужит это по праву сильного... А, плевать. Если что, выслушаю нотации позже." — думал смуглый парень, небрежно шагая по туннелю. Ранение на торсе все еще немного болело, отдаваясь ноющей болью, но было терпимо.
Али остановился в нескольких шагах от входа в проход, когда Эдвард обратился к нему. Эта святая наивность, контрастирующая с скрытным видом юноши уже не давала какого-то особого шарма. Вместо этого, эта наивность раздражала бывшего раба, который неторопливо обернулся в сторону стрелка и начал обходить его, словно осматривая, как делал это, когда-то в лесу.
— Цепная зверушка - меньшая из наших проблем, Эд, — сухо произнес Ага. Возможно, все было дело в том, что Али видел всю картину целиком, а не отдельные ее части, как Аллен. Резко уйдя стрелку за спину, тот повернул его в сторону Тафта, приблизившись настолько близко, что чувствовалось напряжение. Пальцы пирата обхватили пальцы стрелка, направив дуло прямиком в сторону тех самых бочек. И того самого извозчика, который "все знал". — Главная твоя проблема, парень - это полное, абсолютное, безоговорочное отсутствие внутреннего стержня. —
Брюнет вкрадчивым шепотом доносил до шатена то, что хотел. Его лицо исказилось в слегка жуткой гримасе усмешки, а взгляд так же был направлен в сторону поверженного пирата. Пальцы правой руки сжались чуть сильнее, плотнее прижимая кожу стрелка к гладкой поверхности рукояти, а указательный палец начал понемногу вдавливать палец Аллена на спусковой крючок.
— Вот он, перед тобой. Пособник Джона Доурена, которого ты так жаждешь настичь. Не хочешь сохранять ему жизнь? Давай, валяй, — важно уточнить, что держал Али своего спутника практически полностью, как если бы прилип к его телу сзади. Как листок прилипает к другому бумажному листку, становясь буквально одним целым. — Все, что тебе остается сделать... Нажать на курок. Перед тобой лишь пират, желающий помочь в уничтожении целого острова. И рядом с ним местный житель, решивший предать родной дом за звонкую монету... Так чего же отвергать это желание. Это звонкое, зудящее желание нажать. На чертов. Курок. —
На последнем слове Ага резко вдавил указательный палец Аллена и свинцовая пуля с свистом пролетела через всю пещеру прямиком в сторону извозчика. Раскаленный металл пробил бочку над правым плечом полноватого мужчины, маслянистая жижа покрылась огнем. Предсмертная агония охватила Тафта и лежащего рядом с ним местного, который проснулся от жара пламени. А Али отстранился от Эдварда, все так же не снимая с лица свою добродушную улыбку, с которой он говорил все эти слова, пока в какой-то момент она не сменилась холодом.
— Позволю себе напомнить. Эти люди - тебя не жалели и не пожалеют. Если у тебя не хватит смелости нажать на курок в нужный момент, если в руке не будет сил направить оружие на, угрожающего тебе, человека - ты мертвец. Обращайся, если снова нужно будет выпрямить твой дряблый характер... Дружище. —
Ага неторопливо двинулся вперед в полумрак туннеля, прежде чем на всю пещеру позади него раздался ВЗРЫВ. Мощный настолько, что воздушный поток толкнул его и Эдварда вперед, прежде чем каменный потолок похоронил под собой Тафта и его бывшего подчиненного, оставляя двум пиратам только один путь - вперед, к следующей пещере, чтобы там не скрывалось.
"Наверное, вышло чутка жестко. Но он должен понимать, что в этом мире никто не будет относится, как он хочет, если он не заслужит это по праву сильного... А, плевать. Если что, выслушаю нотации позже." — думал смуглый парень, небрежно шагая по туннелю. Ранение на торсе все еще немного болело, отдаваясь ноющей болью, но было терпимо.
Смуглый уроженец Алабасты, видимо, решил промывать мозги новообретенному товарищу. Иначе его действия объяснить было сложно. Брюнет прижался к стрелку, разворачивая его на 180 и обхватывая пальцы рук последнего, не давая свести их с новой игрушки, все ещё находившейся в руках у шатена.
Липкий, словно его собственная паутина, паук приклеился к стрелку и начинал нести своими дьявольскими устами речи, которые вынуждали Алена нажать на курок. Каково же было удивление (ну, наверное, это надо спросить у самого Ага) смугленького, когда ещё до конца его определенно пафосной и дьявольской речи курок был спущен и без его помощи. К звукам выстрела отчётливо примешивалось механическое скрежетание, сопровождавшее поворот барабана, приводящего оружие в боевую готовность.
За первой пулей полетела вторая, а потом и третья. И если первые две вонзились в мощное тело наемника, заставив, впрочем, его дернуться и охнуть от боли, то вот третья действительно попала ровно туда, куда и хотел Ага. В бочку рядом с извозчиком, поджигая ее содержимое, и обрекая того на пылающую агонию. Вполне возможно, кстати, что именно Али выпустил третью пулю, резко нажав на курок пальцами Эдварда. Хотя это мы и сможем узнать только от него.
Длинноволосый стоял и наблюдал за тем, как тела обоих самозванцев начинали заживо сгорать, заполняя это обширное пространство бьющим в нос запахом горящей плоти, который будет преследовать парочку ещё долгое время. Для стрелка было нечто сакральное в том, чтобы до конца пронаблюдать смерть того самозванца, что был подчинённым Тафта. Внутри него будто боролись несколько эмоций, одна из которых, подобно пожару перед глазами, разгоралась все сильнее и сильнее. Другая же заставляла ужасаться, и стынуть кровь. Ужасаться от того, что Эдвард может стать тем же, кого хочет убить, если будет разбрасываться жизнями так ... бессмысленно, как это было сделано сейчас. Не выказывая этого внутреннего буйства, стрелок повернулся к Али, наблюдая сначала за его улыбкой, а потом и холодом, исходившим от него. Конкретно сейчас Али, как ни странно, проходил на дьявола в глазах Эдварда.
— Зачем это все? Почему ты убиваешь не раздумывая? Ладно Тафт, но тот, второй... Зачем нужен этот взрыв? В этом же нет абсолютно никакого смысла. Нет никакого смысла в том, чтобы грести всех под одну гребёнку и шагать по горе трупов. В конце концов, ты просто утонешь в море крови, которую сам же и пролил— Эдвард постоял ещё немного, наблюдая за лицом своего товарища, выискивая проблески его эмоций. Для него было непонятно, почему человек, который недавно корил его за месть поступал подобным образом. Впрочем, время поджимало. Проблема с Джоном Доуреном и его цепной псиной решена не была, поэтому Эдвард развернулся и зашагал дальше, во тьму, провожаемый отблесками пламени, которые вскоре прогремят взрывом за спиной путешественников.
Липкий, словно его собственная паутина, паук приклеился к стрелку и начинал нести своими дьявольскими устами речи, которые вынуждали Алена нажать на курок. Каково же было удивление (ну, наверное, это надо спросить у самого Ага) смугленького, когда ещё до конца его определенно пафосной и дьявольской речи курок был спущен и без его помощи. К звукам выстрела отчётливо примешивалось механическое скрежетание, сопровождавшее поворот барабана, приводящего оружие в боевую готовность.
За первой пулей полетела вторая, а потом и третья. И если первые две вонзились в мощное тело наемника, заставив, впрочем, его дернуться и охнуть от боли, то вот третья действительно попала ровно туда, куда и хотел Ага. В бочку рядом с извозчиком, поджигая ее содержимое, и обрекая того на пылающую агонию. Вполне возможно, кстати, что именно Али выпустил третью пулю, резко нажав на курок пальцами Эдварда. Хотя это мы и сможем узнать только от него.
Длинноволосый стоял и наблюдал за тем, как тела обоих самозванцев начинали заживо сгорать, заполняя это обширное пространство бьющим в нос запахом горящей плоти, который будет преследовать парочку ещё долгое время. Для стрелка было нечто сакральное в том, чтобы до конца пронаблюдать смерть того самозванца, что был подчинённым Тафта. Внутри него будто боролись несколько эмоций, одна из которых, подобно пожару перед глазами, разгоралась все сильнее и сильнее. Другая же заставляла ужасаться, и стынуть кровь. Ужасаться от того, что Эдвард может стать тем же, кого хочет убить, если будет разбрасываться жизнями так ... бессмысленно, как это было сделано сейчас. Не выказывая этого внутреннего буйства, стрелок повернулся к Али, наблюдая сначала за его улыбкой, а потом и холодом, исходившим от него. Конкретно сейчас Али, как ни странно, проходил на дьявола в глазах Эдварда.
— Зачем это все? Почему ты убиваешь не раздумывая? Ладно Тафт, но тот, второй... Зачем нужен этот взрыв? В этом же нет абсолютно никакого смысла. Нет никакого смысла в том, чтобы грести всех под одну гребёнку и шагать по горе трупов. В конце концов, ты просто утонешь в море крови, которую сам же и пролил— Эдвард постоял ещё немного, наблюдая за лицом своего товарища, выискивая проблески его эмоций. Для него было непонятно, почему человек, который недавно корил его за месть поступал подобным образом. Впрочем, время поджимало. Проблема с Джоном Доуреном и его цепной псиной решена не была, поэтому Эдвард развернулся и зашагал дальше, во тьму, провожаемый отблесками пламени, которые вскоре прогремят взрывом за спиной путешественников.
[id824346892:bp-36291248_256258|No],
Вопрос Эдварда отвлек Али от его раздумий, вынудив остановить движение на полушаге. Получив свежую порцию нотаций, которые уже ожидал несколько мгновений назад, он закатил глаза и обернулся, покрутившись на пятке.
— Зачем? — с наигранным удивлением переспросил Ага. На языке так и вертелось: "потому что это весело!", но раз уж струны души человека перед ним наконец заиграли, значит можно и разнообразить мелодию. — Разве это не ты спустил курок? Дважды. —
И это было крайне точно, ведь Али лишь указал ему направление и единственным "насильным" выстрелом был лишь третий, добавивший страдания Тафту и его приспешникам. Ага лишь добавил огонька в спектр предсмертной агонии, больше пестрых и буйных красок в их бесславный конец. Впрочем, у него еще было, что добавить.
— И что значит "не раздумывая"? — лицо, которое смотрелось слегка жутко с этими слегка приподнятыми в усмешке уголками губ резко стало серьезным, в некотором роде даже обидчивым, словно это слово его задело. — Та девчонка достаточно мелкая, чтобы в случае чего, добраться по тому туннелю прямо в эту пещеру, а оттуда догнать нас уже во всей красе. С зубами, парусом, хвостом. А сейчас, когда по всей сети туннелей произошел взрыв... Весь революционный резерв, все самозванцы Джона, даже его зверушка знает... Что-то идет не по плану. —
Эдвард двинул дальше и Али последовал за ним, закинув руки за голову в небрежной и вальяжной походке. Он был крайне спокоен и расслаблен для человека, который буквально несколько мгновений назад закричал всем вокруг: "Эй, вы! Мы здесь! Попробуйте достать, если сможете!"
— И не забывайся, комранде. Я не гребу всех под одну гребенку, не я первым обнажил мечи, — уже более серьезным тоном завершил свои разъяснения брюнет. И у него было множество-множество причин, на самом деле. Тафт нанес ему ранение, которое до сих пор болит. Он был готов сравнять весь этот прекрасный лес с землей, не пожалев ни местную фауну, ни людей в пещерах под ним, ни тех, с кем он мог познакомиться за время пребывания здесь. Тот самозванец, которого они допрашивали был обычным трусом и предателем. А если рабство чему-то Али и научило, то тому, что люди без общности не просто опасны, они презренны. Предатель - он всегда предатель, как бы красиво не звучали слова, оправдывающие его поступок. Он предал тех кого знал, с кем рос и ради чего? Чтобы получить несколько звонких белли и ощутить их вес в своей ладони. Такие люди заслуживают самой жуткой смерти и не только по мнению уроженца Арабасты, но и многих деятелей культуры и религиозных.
— Упс, кажется настал мой черед~ — вдали замаячил свет за поворотом, а на противоположной стене замаячили тени, которые явно шли внутрь туннеля. Если бы Аллен обернулся после этой фразы, то уже не увидел бы позади себя своего спутника, а вскоре и вовсе ощутил, как несколько пар рук резко подхватывают его куда-то наверх, к потолку. — Только тссс~ —
Али осторожно перемещался по поверхности потолка, стараясь не привлекать внимание скрежетом когтей. Внизу под ними прошла группа революционеров, внимательно изучающая туннель. Конечно, потолок они проверять не пытались, он был достаточно скользким, чтобы за него можно было ухватиться, будучи обычным человеком. И вот, с присущей ему паучьей осторожностью, Ага успешно выполз наверх в полумраке и в своде огромной пещеры были видны они... Массивные корабли революционной армии, готовые к отплытию. Некоторые только прибыли, какие-то из них находились на ремонте. Огромные шатры с характерным флагом находились внутри пещеры, но вот, где-то со стороны другого входа внутрь виднелись загадочные огни. Кто же это были? Пираты? Революционеры? К сожалению, парень не знал.
— Этот парень случаем не твоя "мелкая сошка"? —
Вопрос Эдварда отвлек Али от его раздумий, вынудив остановить движение на полушаге. Получив свежую порцию нотаций, которые уже ожидал несколько мгновений назад, он закатил глаза и обернулся, покрутившись на пятке.
— Зачем? — с наигранным удивлением переспросил Ага. На языке так и вертелось: "потому что это весело!", но раз уж струны души человека перед ним наконец заиграли, значит можно и разнообразить мелодию. — Разве это не ты спустил курок? Дважды. —
И это было крайне точно, ведь Али лишь указал ему направление и единственным "насильным" выстрелом был лишь третий, добавивший страдания Тафту и его приспешникам. Ага лишь добавил огонька в спектр предсмертной агонии, больше пестрых и буйных красок в их бесславный конец. Впрочем, у него еще было, что добавить.
— И что значит "не раздумывая"? — лицо, которое смотрелось слегка жутко с этими слегка приподнятыми в усмешке уголками губ резко стало серьезным, в некотором роде даже обидчивым, словно это слово его задело. — Та девчонка достаточно мелкая, чтобы в случае чего, добраться по тому туннелю прямо в эту пещеру, а оттуда догнать нас уже во всей красе. С зубами, парусом, хвостом. А сейчас, когда по всей сети туннелей произошел взрыв... Весь революционный резерв, все самозванцы Джона, даже его зверушка знает... Что-то идет не по плану. —
Эдвард двинул дальше и Али последовал за ним, закинув руки за голову в небрежной и вальяжной походке. Он был крайне спокоен и расслаблен для человека, который буквально несколько мгновений назад закричал всем вокруг: "Эй, вы! Мы здесь! Попробуйте достать, если сможете!"
— И не забывайся, комранде. Я не гребу всех под одну гребенку, не я первым обнажил мечи, — уже более серьезным тоном завершил свои разъяснения брюнет. И у него было множество-множество причин, на самом деле. Тафт нанес ему ранение, которое до сих пор болит. Он был готов сравнять весь этот прекрасный лес с землей, не пожалев ни местную фауну, ни людей в пещерах под ним, ни тех, с кем он мог познакомиться за время пребывания здесь. Тот самозванец, которого они допрашивали был обычным трусом и предателем. А если рабство чему-то Али и научило, то тому, что люди без общности не просто опасны, они презренны. Предатель - он всегда предатель, как бы красиво не звучали слова, оправдывающие его поступок. Он предал тех кого знал, с кем рос и ради чего? Чтобы получить несколько звонких белли и ощутить их вес в своей ладони. Такие люди заслуживают самой жуткой смерти и не только по мнению уроженца Арабасты, но и многих деятелей культуры и религиозных.
— Упс, кажется настал мой черед~ — вдали замаячил свет за поворотом, а на противоположной стене замаячили тени, которые явно шли внутрь туннеля. Если бы Аллен обернулся после этой фразы, то уже не увидел бы позади себя своего спутника, а вскоре и вовсе ощутил, как несколько пар рук резко подхватывают его куда-то наверх, к потолку. — Только тссс~ —
Али осторожно перемещался по поверхности потолка, стараясь не привлекать внимание скрежетом когтей. Внизу под ними прошла группа революционеров, внимательно изучающая туннель. Конечно, потолок они проверять не пытались, он был достаточно скользким, чтобы за него можно было ухватиться, будучи обычным человеком. И вот, с присущей ему паучьей осторожностью, Ага успешно выполз наверх в полумраке и в своде огромной пещеры были видны они... Массивные корабли революционной армии, готовые к отплытию. Некоторые только прибыли, какие-то из них находились на ремонте. Огромные шатры с характерным флагом находились внутри пещеры, но вот, где-то со стороны другого входа внутрь виднелись загадочные огни. Кто же это были? Пираты? Революционеры? К сожалению, парень не знал.
— Этот парень случаем не твоя "мелкая сошка"? —
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 4 Гость(ей)