— Что происходит? Ты куда меня несёшь??? Ты кто?! — не особо пыталась вырваться Смолдер, ведь была уже в стельку пьяна и её тело не слушалось разума. — И почему ты чёрная? Ты этот, как их там... Ни... А, минк? Ик.
— Я же сказала, я Фумей Хохо. Лучше отдохни, девочка. — нежным голоском сказала она и похлопала синекожую по заднице. — Ты пьяна, тебе нужно поспать.
— Ухх... Откуда ты вообще узнала?
— Неважно. Меня зовут Фумей Хохо~. — вновь повторила она, вновь шлёпнув её. А затем наглым образом пожамкала. — Слушай, а ты мягкая!
— Не трогай!! — синяя хвостатая прелесть махала хвостом, "атакуя" похитительницу. — Отпусти...
— Тш. — с улыбкой она терпела ничтожные удары хвостиком, атаковав Смолдер своим в ответ. У Хохо он был длиннее!!
В итоге, Смолдер угомонилась и согласилась с тем, что её идут ложить спать. Точнее, она просто заснула, ведь вальяжные шажки Фумей убаюкивали её.
Тем временем кошка принесла её прямо в отель и у очаровательного паренька, что стоял за стойкой, отдал очередной паре девушек ключи от комнаты. Он не стал задавать вопрос "почему же та девушка спит? Вы что, хотите воспользоваться её телом?". Он просто принял этот факт, ведь такое периодически случалось.
Хорошо, что тушка Смолдер была не очень тяжёлой, поэтому Хохо без особых проблем дотащила низенькую мускулистую бестию прямо до комнаты, где сняла с неё обувь и уложила спать. Ну а что, она бы не стала делать что-то пошлое! Только вот, и сама Фумей разделась до нижнего белья и улеглась вместе с пьянчугой, прижимаясь шерститым тельцем. В общем, так они обе и заснули, не делая ничего неприличного. Фэмили фрэндли.
***
С утра Смолдер проснулась с головной болью, сухость во рту и ещё чем-то, что случается у тех, кто много пил. Я позер, ни разу не пил. Так вот она по пробуждению первым делом обнаружила то, что с ней спит неизвестная девушка-минк. Она вскочила с кровати, вставая в боевую стойку.
— Ты кто?! — стойка получилась несколько неуклюжей, ведь спросонья было трудно делать что-то правильно. — Почему я с тобой в кровати.
— Мммм~~~. — промычала она и сильно потянулась, буквально во всю кровать. Когда она закончила, то осталась так лежать с довольной мордочкой. — Мя, ну ты пипец!! Я же тебе вчера говорила! Я – Фумей Хохо, тоже революционер.
— Чего? В смысле "тоже"? А если я из Морского Дозора?
— В прямом. После ваших выходок на острове Илусия о вас было куча новостей. В газетах пишут, что вы устроили там бунт и подняли восстания против морского дозора. Тем не менее, на месте я узнала, что вы спасали рабов. Крутые блин! Я тоже хочу! Возьмите к себе, а?
— Чего? — вновь с этого вопроса начала она свою реплику. — Я... Я не могу решать такие дела!! Я, вроде как, не капитан своей команды.
— А я тогда насильно останусь!! И ничего ты мне не сделаешь! Я тоже хочу нагнуть Дозор! И делать хорошие вещи! — надулась киса, да так, что шерсть у неё дыбом встала!! — Ну пожааааалуйста!! Мяяя!! Я могу быть полезной, правда!
— Хммммм!!! А что ты умеешь?
— Ам, ну!.. У меня есть пара пистолетов!
— Ты что, убиваешь людей?
— Нет! Это пистолеты с транквилизаторами. Честно-честно! Я же не дозор, чтобы просто по приколу людей убивать.
— Хммммм!!! Ладно, за аргумент сойдёт. Я думаю, нам нужные ещё руки в наших делах! Только тебя нужно будет предоставить команде. Только знай: к тебе пока нет доверия! Вот поплаваешь с нами – тогда и докажешь, хорошо?
— Конечно! Я хочу доказать свою верность! Правда, в бою я предпочитаю не мелькать, я больше по информационным делам, знаешь... Ну разведчик короче! Ловкая, быстрая, незаметная. Круто ведь, да?
— А-а-а! Так бы и сказала, что разведчик! Я думаю, нам такое нужно! — обрадовалась она и подошла поближе к лежащей на кровати кисе. — Ну тогда идём, Фумей. Ты не знаешь, где мои подруги? Ты же про меня знаешь, может и про них знаешь.
ONE PIECE RP ·
[Вест Блю] Остров Нотрис
— Знаю конечно! Джинкс провела ночь с той красоткой, а потом свалила по обстоятельствам. А Лаплас была в казино, сейчас она на корабле.
— Свалила в смысле...
— В смысле от той красивой девушки. — с улыбкой отвечала она, наконец принимая более удобную позу, чтобы полежать.
— А ты откуда это всё знаешь. Следила, что-ли?? Как ты одновременно знаешь про меня, про то, что делала Джинкс, а также то, что делала Лаплас.
— Хе-хе. Не забивай голову, дурашка! Давай лучше пойдём уже! — она тихо и медленно сползла с кровати так, что достала головой до пола. Полежала так пару секунд, а затем, встав на руки, приняла вертикальное положение и быстро перешла на ноги.
Смолдер была одета, а вот Хохо потратила время на то, чтобы одеться. Это было не так быстро, ведь одежда у неё была вполне основательная. Сапожки, брюки, и всякое такое. В такой форме, будто настоящий представитель какой-то организации, она повесила ремень с четырьмя пистолетами на пояс и они обе вышли из номера. Отдали ключи, в общем, всё хорошо! Они в здравии дошли до корабля, и тот парень, который обещал Смолдер возмездие, похоже, так ничего и не добился. Лох!!
Ну и пришли они на корабль, знакомство будет позже.
— Свалила в смысле...
— В смысле от той красивой девушки. — с улыбкой отвечала она, наконец принимая более удобную позу, чтобы полежать.
— А ты откуда это всё знаешь. Следила, что-ли?? Как ты одновременно знаешь про меня, про то, что делала Джинкс, а также то, что делала Лаплас.
— Хе-хе. Не забивай голову, дурашка! Давай лучше пойдём уже! — она тихо и медленно сползла с кровати так, что достала головой до пола. Полежала так пару секунд, а затем, встав на руки, приняла вертикальное положение и быстро перешла на ноги.
Смолдер была одета, а вот Хохо потратила время на то, чтобы одеться. Это было не так быстро, ведь одежда у неё была вполне основательная. Сапожки, брюки, и всякое такое. В такой форме, будто настоящий представитель какой-то организации, она повесила ремень с четырьмя пистолетами на пояс и они обе вышли из номера. Отдали ключи, в общем, всё хорошо! Они в здравии дошли до корабля, и тот парень, который обещал Смолдер возмездие, похоже, так ничего и не добился. Лох!!
Ну и пришли они на корабль, знакомство будет позже.
Крайняя ночь привнесла в тело девицы некую... Лёгкость. Такое чувство, будто она избавилась от груза, копившегося последние лет шесть. Если раньше вид полуобнажённой женщины в халате вызывал жар и головокружение, то сейчас она просто проходила рядом вприпрыжку, не обращая абсолютно никакого внимания. Правда, эти скачки по каменной брусчатке привели её в тёмный переулок, где она, по мнению самой дурёхи, смогла бы срезать до своего корабля. Первый шажок, второй. Поворот и тупик. Какое несчастье! Как же её так угораздило? Ужас! Всё потому что дм пидор по рельсам водит! Роговласая уже хотела покинуть это недоброжелательное тёмное, сырое местечко... И тут, откуда ни возьмись, путь преграждает пара амбалов, а за ним довольно знакомое лицо, с гематомой на щеке...
– ... Неуважаемые, вы кто такие? – яркие бровки сгущаются, но никаких действий девочка пока не предпринимает. Ручки вальяжно опираются на тонкую талию, а вес тела медленно переносится на одну. Иш ты! Всё делает, лишь бы показать, что ей абсолютно все равно!
– Это она, ребята! У неё кастеты, так что осторожнее! – мужичок позади был такой хлипенький в сравнении с двумя кабанами впереди, что было даже смешно, а огромная деревянная бита в его руках вообще казалась огромным бревном. Неплохо она так преуменьшился с последней встречи! Но киборгу не до смеха...
– Кастеты? Брат, скажи честно: ты думаешь, что у неё самой пальцы от него не сломаются? Аха-ха-ха! – два амбала начинают ржать, да так, будто это самый жёсткий рофл в их жизни.
Но бандиты не были бы бандитами, если бы не умели вовремя сыграть на публику и что-то преукрасить! Амбал в грязной, покрытой жёлтыми пятнами белой майке резко хватает биту у своего братана и бьёт с такой силы, что чуть не наворачивается от своей же инерции и огромной мышечной (и не только) массы.
– Эй, смотри, не разбей ей лицо. Личико милое, может продать получится, ха-ха.
Увы, вместо заслуженной победы и полумёртвой девушки они слышат хруст безе... Ой, деревянной биты, что буквально разлетается в щепки. В руках амбала осталась лишь малюсенькая рукоятка. А произошло это чисто из-за того, что Джинкс поставила перед своим лицом руку! Она даже не сдвинулась ни на миллиметр, лишь глаз прикрыла, как бы щепки не попали. Платье уцелело, вель длинный рукав вовремя скатился вниз, оголяя белый позолоченный протез.
– Эй-эй, это чё за хуйня?! – сказали ребята позади. Мужик спереди уже хотел отскочить, но тут в живот прилетает удар второй рукой. Словами не передать, как ему стало больно в ту же секунду. На толстом животе остались маленькие разрывы, ведь поверхность руки не монолитная, а с вырезом для фаланг.
– Ха-ха, мощная вещь, – с лёгкой улыбкой на лице оценивает дурочка, пока наглый мужлан уже считал в нескольких метрах от неё. Вот только, не желая особо церемониться, из левого протеза вырывается клинок, подобный канцелярскому ножу, – Не бесите, а! Давайте, кабанчиком отсюда!
– Братан, так ты будешь её бить, или-
– Да иди ты нахуй, а! Тебя ударила, ты и разбирайся! – второй мужик смачно присел на очко, подобрал кента и быренько улетел. Мелкому оставалось постоять за себя и свою честь...
В ход пошла тяжёлая артиллерия... Он сделал то, что не успел вчера – достать пистолет!
– Руки подняла, шлюха! Я хотел за тебя бабла выручить, но уже не вижу другого выхода, кроме как сделать дыру в твоей тупорылой башке! И чтобы без приколов!
Руки мужчины тряслись, и киборг это заметила. Последняя уже было хотела побежать прямо но него, но вовремя вспомнила, что тот – бандит, так что может реально выстрелить. Руки начали подниматься вверх, но как только мужик двинулся вперёд, девушка сразу же наклонила правую кисть в его сторону и произвела выстрел из... Руки? Увы, первый выстрел вошёл прямо в землю.
– Тц! – и секунды не прошло, как вторая пуля полетела уже из второго пальца, и попала точно в ногу неприятеля. Последний так взвыл, что мог бы поднять горожан на уши, но вовремя получил по носу стальным кулаком. Стрит файтер какой-то, ежжи.
– ... Неуважаемые, вы кто такие? – яркие бровки сгущаются, но никаких действий девочка пока не предпринимает. Ручки вальяжно опираются на тонкую талию, а вес тела медленно переносится на одну. Иш ты! Всё делает, лишь бы показать, что ей абсолютно все равно!
– Это она, ребята! У неё кастеты, так что осторожнее! – мужичок позади был такой хлипенький в сравнении с двумя кабанами впереди, что было даже смешно, а огромная деревянная бита в его руках вообще казалась огромным бревном. Неплохо она так преуменьшился с последней встречи! Но киборгу не до смеха...
– Кастеты? Брат, скажи честно: ты думаешь, что у неё самой пальцы от него не сломаются? Аха-ха-ха! – два амбала начинают ржать, да так, будто это самый жёсткий рофл в их жизни.
Но бандиты не были бы бандитами, если бы не умели вовремя сыграть на публику и что-то преукрасить! Амбал в грязной, покрытой жёлтыми пятнами белой майке резко хватает биту у своего братана и бьёт с такой силы, что чуть не наворачивается от своей же инерции и огромной мышечной (и не только) массы.
– Эй, смотри, не разбей ей лицо. Личико милое, может продать получится, ха-ха.
Увы, вместо заслуженной победы и полумёртвой девушки они слышат хруст безе... Ой, деревянной биты, что буквально разлетается в щепки. В руках амбала осталась лишь малюсенькая рукоятка. А произошло это чисто из-за того, что Джинкс поставила перед своим лицом руку! Она даже не сдвинулась ни на миллиметр, лишь глаз прикрыла, как бы щепки не попали. Платье уцелело, вель длинный рукав вовремя скатился вниз, оголяя белый позолоченный протез.
– Эй-эй, это чё за хуйня?! – сказали ребята позади. Мужик спереди уже хотел отскочить, но тут в живот прилетает удар второй рукой. Словами не передать, как ему стало больно в ту же секунду. На толстом животе остались маленькие разрывы, ведь поверхность руки не монолитная, а с вырезом для фаланг.
– Ха-ха, мощная вещь, – с лёгкой улыбкой на лице оценивает дурочка, пока наглый мужлан уже считал в нескольких метрах от неё. Вот только, не желая особо церемониться, из левого протеза вырывается клинок, подобный канцелярскому ножу, – Не бесите, а! Давайте, кабанчиком отсюда!
– Братан, так ты будешь её бить, или-
– Да иди ты нахуй, а! Тебя ударила, ты и разбирайся! – второй мужик смачно присел на очко, подобрал кента и быренько улетел. Мелкому оставалось постоять за себя и свою честь...
В ход пошла тяжёлая артиллерия... Он сделал то, что не успел вчера – достать пистолет!
– Руки подняла, шлюха! Я хотел за тебя бабла выручить, но уже не вижу другого выхода, кроме как сделать дыру в твоей тупорылой башке! И чтобы без приколов!
Руки мужчины тряслись, и киборг это заметила. Последняя уже было хотела побежать прямо но него, но вовремя вспомнила, что тот – бандит, так что может реально выстрелить. Руки начали подниматься вверх, но как только мужик двинулся вперёд, девушка сразу же наклонила правую кисть в его сторону и произвела выстрел из... Руки? Увы, первый выстрел вошёл прямо в землю.
– Тц! – и секунды не прошло, как вторая пуля полетела уже из второго пальца, и попала точно в ногу неприятеля. Последний так взвыл, что мог бы поднять горожан на уши, но вовремя получил по носу стальным кулаком. Стрит файтер какой-то, ежжи.
– А мог пойти отдыхать на помойке, мразь, – утешительно проговорила девица, поднимаясь с колен после смачного фаталити. Ловкий плевок в лицо лежачему, и жинкса отправляется дальше к кораблю.
К счастью, более никаких приключений на её чуть красную после вчерашнего жопу не нашлось. Киборг тихо взобралась по трапу, но очень громко прыгнула на палубу: "Встречайте меня, девочки!" – радостно прокричала она, явно привлекая к себе внимание. Если присмотреться... Да нет, это видно невооружённым глазом: на шее было два просто ахуевших засоса! Весело ей было, однако.
Радость радостью, но стоило невинной девчушке, что всю жизнь провела на свалке, увидеть чёрную огромную кошку в пальто, ловким движением ножны с клинком внутри были подхвачены ногой, а указательный палец уже был готов толкнуть катану за гарду. Оголился сантиметр идеально чистого лезвия
– А ну отошла от моей подруги, рысь...
Переход -> Каравелла
К счастью, более никаких приключений на её чуть красную после вчерашнего жопу не нашлось. Киборг тихо взобралась по трапу, но очень громко прыгнула на палубу: "Встречайте меня, девочки!" – радостно прокричала она, явно привлекая к себе внимание. Если присмотреться... Да нет, это видно невооружённым глазом: на шее было два просто ахуевших засоса! Весело ей было, однако.
Радость радостью, но стоило невинной девчушке, что всю жизнь провела на свалке, увидеть чёрную огромную кошку в пальто, ловким движением ножны с клинком внутри были подхвачены ногой, а указательный палец уже был готов толкнуть катану за гарду. Оголился сантиметр идеально чистого лезвия
– А ну отошла от моей подруги, рысь...
Переход -> Каравелла
Новая история. Новая глава её собственной книги. Той самой, где нет глупых решений, нелогичных и неоправданных действий, а также неотесанных союзников, за которыми следовало присматривать. Но знала ли об этом сама Амитерелия в этот самый момент? Нет.
Потому что ей предстоял долгий и изнурительный путь. Настолько долгий, что, казалось, было куда проще сразу развернуться и вернуться на корабль... или отправиться с их верными матросами, которые вели себя куда более профессионально, нежели посвященные в дела революционной армии недотоварищи, на поиски провизии и лекарств. А не искать на известном лишь по написанному в книгах и услышанному от других людей острове. Но кого это собственно волновало? Её? Или трёх недотёп, которые смело могли влезть в странные и не предвиденные, к тому же никому не нужные проблемы? Вопрос, на который не мог ответить никто. Кроме тех, кто послал это чёртово испытание на голову юной розоволосой особы.
Тяжелый и не менее усталый вздох стал первым, что выдала девушка, когда оказалась на просторной улице, переполненной огромной кучей раздражающих людей, которые непрестанно издавали... шум. Только шум и ничего кроме этого самого шума. Это раздражало. Выбешивало. И едва ли не вгоняло в ту самую апатию, от которой хотелось только кричать и ничего более. Но она не могла поддаться на столь очевидные провокации. По крайней мере, не сейчас. Все свои недовольства она могла высказать и потом, когда нашла бы трех сбежавших крыс. А пока что...
«Нужно срочно выпить, пока я не сорвалась»
А пока что приходилось держаться из последних сил.
У них не было капитана. Не было человека, который смело смог бы возложить на себя всю ответственность. Они были равны. Четыре девушки одинакового звания. Одинакового положения. Но почему? Почему лишь одной единственной Амитерелии приходилось держать лицо, пока остальные развлекались или чем они вообще там занимались?! Как будто бы она хотела вставать во главе всего этого сброда! Нееет. Она не хотела и не собиралась. Но была вынуждена, потому что кто, если не она. Кто смог бы контролировать тех, кто так легко и беззаботно был готов сойти на незнакомый остров, переполненный врагами?! Уж точно не она.
«Нужно сосредоточиться, иначе я буду искать их несколько дней, если не более»
Как минимум, потому что она не просила этого. Она не хотела новую команду. Она не жаждала незабываемых приключений. Да плевать она хотела на романтику. И тем более на друзей. Ей нужно было спокойствие. Даже не так. Её нужен был покой. После того, что она пережила, гоняться по всему острову за глупыми и наивными весельчаками хотелось в последнюю очередь. Потому что пока душа требовала разрушений. Пока сознание непрестанно требовало крови... Тело только и делало, что продолжало заранее обреченные на провал поиски троицы революционеров, которые наверняка где-то да развлекались. Словно все остальное могло подождать. Словно у них было так много времени, которое можно было смело потрать на нечто подобное.
Куча голосов вокруг разрывало сознание, а с каждой новой секундой идти становилось лишь труднее. И именно поэтому она так ненавидела людей и обожала одиночество и тишину. Два её верных товарища, с которыми вечно её пытались разлучит каждый раз, когда она вновь воссоединялась с ними. Потому что каждый раз вспыхивали все новые и новые причины расстаться. Как будто она была главной героиней дешёвой мелодрамы, а не воином.
Она не просила новую команду. Она не просила назначать себя нянькой. Она хотела битв и крови. А не... а не...
«Черт бы тебя побрал. Сосредоточься. Просто возьми и соберись!»
Потому что ей предстоял долгий и изнурительный путь. Настолько долгий, что, казалось, было куда проще сразу развернуться и вернуться на корабль... или отправиться с их верными матросами, которые вели себя куда более профессионально, нежели посвященные в дела революционной армии недотоварищи, на поиски провизии и лекарств. А не искать на известном лишь по написанному в книгах и услышанному от других людей острове. Но кого это собственно волновало? Её? Или трёх недотёп, которые смело могли влезть в странные и не предвиденные, к тому же никому не нужные проблемы? Вопрос, на который не мог ответить никто. Кроме тех, кто послал это чёртово испытание на голову юной розоволосой особы.
Тяжелый и не менее усталый вздох стал первым, что выдала девушка, когда оказалась на просторной улице, переполненной огромной кучей раздражающих людей, которые непрестанно издавали... шум. Только шум и ничего кроме этого самого шума. Это раздражало. Выбешивало. И едва ли не вгоняло в ту самую апатию, от которой хотелось только кричать и ничего более. Но она не могла поддаться на столь очевидные провокации. По крайней мере, не сейчас. Все свои недовольства она могла высказать и потом, когда нашла бы трех сбежавших крыс. А пока что...
«Нужно срочно выпить, пока я не сорвалась»
А пока что приходилось держаться из последних сил.
У них не было капитана. Не было человека, который смело смог бы возложить на себя всю ответственность. Они были равны. Четыре девушки одинакового звания. Одинакового положения. Но почему? Почему лишь одной единственной Амитерелии приходилось держать лицо, пока остальные развлекались или чем они вообще там занимались?! Как будто бы она хотела вставать во главе всего этого сброда! Нееет. Она не хотела и не собиралась. Но была вынуждена, потому что кто, если не она. Кто смог бы контролировать тех, кто так легко и беззаботно был готов сойти на незнакомый остров, переполненный врагами?! Уж точно не она.
«Нужно сосредоточиться, иначе я буду искать их несколько дней, если не более»
Как минимум, потому что она не просила этого. Она не хотела новую команду. Она не жаждала незабываемых приключений. Да плевать она хотела на романтику. И тем более на друзей. Ей нужно было спокойствие. Даже не так. Её нужен был покой. После того, что она пережила, гоняться по всему острову за глупыми и наивными весельчаками хотелось в последнюю очередь. Потому что пока душа требовала разрушений. Пока сознание непрестанно требовало крови... Тело только и делало, что продолжало заранее обреченные на провал поиски троицы революционеров, которые наверняка где-то да развлекались. Словно все остальное могло подождать. Словно у них было так много времени, которое можно было смело потрать на нечто подобное.
Куча голосов вокруг разрывало сознание, а с каждой новой секундой идти становилось лишь труднее. И именно поэтому она так ненавидела людей и обожала одиночество и тишину. Два её верных товарища, с которыми вечно её пытались разлучит каждый раз, когда она вновь воссоединялась с ними. Потому что каждый раз вспыхивали все новые и новые причины расстаться. Как будто она была главной героиней дешёвой мелодрамы, а не воином.
Она не просила новую команду. Она не просила назначать себя нянькой. Она хотела битв и крови. А не... а не...
«Черт бы тебя побрал. Сосредоточься. Просто возьми и соберись!»
Переполненные гневом алые глаза плавно закрылись, вынуждая сознание откинуть столь приятные рассуждения касательно убийств в сторону и сосредоточиться на более важны вещах. Это оказалось куда сложнее, чем Амитерелия вообще могла предположить, но когда вещи касались работы, она могла сотворить и не такое. Даже вопреки происходящему. Даже несмотря на огромное количество голосов вокруг, она вынудила себя. Откинуть эмоции. Сосредоточиться на знакомых голосах. И отдаться силе своего фрукта на предмет знакомого тембра и звуков. Лишь это сейчас было важно. И ничего кроме этого.
И это оказалось самым действенным решением. Потому что с каждым новым шагом. С каждым новым терзающим слух звуком. С каждой новой затяжкой она приближалась к цели. И в тот момент, когда чуткий слух розоволосой революционерки уловил знакомые голоса, алые глаза резко распахнулись, а тело ту же двинулось в сторону, откуда доносились звуки. Не обращая внимания совершенно ни на что. Потому что это было не столь важно, как поставленная цель: найти несчастную троицу, которая так сильно любит приключения. Вот только... если бы все было так просто. Если бы она с легкостью смогла преодолеть границы своих возможностей. Но всё было совершенно не так, как она изначально предполагала.
Одно заведение сменялось другим. Одинаковые и раздражающие. Казалось, что они были похожи друг на друга настолько, что в какой-то момент она попросту потерялась среди огромного количества одинаковых мест, шума и людей.
Это сводило с ума. Определенно и точно. Впрочем, даже вопреки желанию психануть, развернуться и двинуться обратно в сторону корабля, она продолжала поиски. Вот только. Если бы это было так легко и просто. Если бы она с такой легкостью, даже со своим столь подходящим для подобных деяний фруктом, могла найти товарищей, это было бы слишком странно. Потому что чертова судьба, та самая, которая непрестанно продолжала издеваться над розоволосой особой, решила проиграть очередную глупую мелодию, переполненную издевками и желанием испытать девушку.
Очередное новое заведение. Новый идентичный предыдущим вход. Очередная свора наглых мужчин. Что же может быть лучше для одинокой девушки, которая так рьяно пыталась найти своих непутевых союзников? Конечно же, ничего кроме этого.
Клубы плотного табачного дыма ударили в нос сразу же, как Амитерелия оказалась внутри злополучного места. Впрочем, в отличие от чуткого слуха, эта розоволосая революционерка не могла похвастаться таким же идеальным обонянием. Да и, когда нос уловил знакомый запах, все, о чем подумала девушка, так это о...
«Хочу курить»
И ни о чем более.
Алый взор бегло осматривал помещение, в то время как слух пытался уловить звук знакомых голосов. Но ничего. И здесь все было точно так же, как и в предыдущих пяти похожих заведениях. Что едва ли не вынудило девушку от раздражения и нахлынувшего гнева вперемешку с усталостью, резко пнуть дверь в сторону выхода, достать сигарету и закурить, попутно направившись к новому идентичном у заведению.
И в тот момент, когда Амитерелия благополучно собиралась уйти, чья-то крепкая хватка остановила розоволосую революционерку от желаемого. Но была ли она рада тому, что произошло? Отнюдь. А в скопе с давящим пьяным голосом на нежные ушки и прекрасно ощутимым перегаром, всё становилось только хуже.
= Ей, красавица, останься. Куда же ты так быстро уходишь?
Глубоко вздохнув, Амитерелия медленно развернула голову, всем своим видом пытаясь не показывать нахлынувшее недовольство, лишь бы не разводить никому не нужный конфликт, который смело мог отнять у девушки уйму времени.
– Искать своих друзей, которые могут находиться, где угодно.
= А, может, ты хочешь остаться ненадолго и провести время в прелестной компании. Вдруг твои друзья решат почтить это место своим визитом.
И это оказалось самым действенным решением. Потому что с каждым новым шагом. С каждым новым терзающим слух звуком. С каждой новой затяжкой она приближалась к цели. И в тот момент, когда чуткий слух розоволосой революционерки уловил знакомые голоса, алые глаза резко распахнулись, а тело ту же двинулось в сторону, откуда доносились звуки. Не обращая внимания совершенно ни на что. Потому что это было не столь важно, как поставленная цель: найти несчастную троицу, которая так сильно любит приключения. Вот только... если бы все было так просто. Если бы она с легкостью смогла преодолеть границы своих возможностей. Но всё было совершенно не так, как она изначально предполагала.
Одно заведение сменялось другим. Одинаковые и раздражающие. Казалось, что они были похожи друг на друга настолько, что в какой-то момент она попросту потерялась среди огромного количества одинаковых мест, шума и людей.
Это сводило с ума. Определенно и точно. Впрочем, даже вопреки желанию психануть, развернуться и двинуться обратно в сторону корабля, она продолжала поиски. Вот только. Если бы это было так легко и просто. Если бы она с такой легкостью, даже со своим столь подходящим для подобных деяний фруктом, могла найти товарищей, это было бы слишком странно. Потому что чертова судьба, та самая, которая непрестанно продолжала издеваться над розоволосой особой, решила проиграть очередную глупую мелодию, переполненную издевками и желанием испытать девушку.
Очередное новое заведение. Новый идентичный предыдущим вход. Очередная свора наглых мужчин. Что же может быть лучше для одинокой девушки, которая так рьяно пыталась найти своих непутевых союзников? Конечно же, ничего кроме этого.
Клубы плотного табачного дыма ударили в нос сразу же, как Амитерелия оказалась внутри злополучного места. Впрочем, в отличие от чуткого слуха, эта розоволосая революционерка не могла похвастаться таким же идеальным обонянием. Да и, когда нос уловил знакомый запах, все, о чем подумала девушка, так это о...
«Хочу курить»
И ни о чем более.
Алый взор бегло осматривал помещение, в то время как слух пытался уловить звук знакомых голосов. Но ничего. И здесь все было точно так же, как и в предыдущих пяти похожих заведениях. Что едва ли не вынудило девушку от раздражения и нахлынувшего гнева вперемешку с усталостью, резко пнуть дверь в сторону выхода, достать сигарету и закурить, попутно направившись к новому идентичном у заведению.
И в тот момент, когда Амитерелия благополучно собиралась уйти, чья-то крепкая хватка остановила розоволосую революционерку от желаемого. Но была ли она рада тому, что произошло? Отнюдь. А в скопе с давящим пьяным голосом на нежные ушки и прекрасно ощутимым перегаром, всё становилось только хуже.
= Ей, красавица, останься. Куда же ты так быстро уходишь?
Глубоко вздохнув, Амитерелия медленно развернула голову, всем своим видом пытаясь не показывать нахлынувшее недовольство, лишь бы не разводить никому не нужный конфликт, который смело мог отнять у девушки уйму времени.
– Искать своих друзей, которые могут находиться, где угодно.
= А, может, ты хочешь остаться ненадолго и провести время в прелестной компании. Вдруг твои друзья решат почтить это место своим визитом.
И в тот момент её терпение окончательно иссякло, отпустив в свободное плавание ту часть Амитерелии, которую та тщательно пыталась сдерживать большую часть всего времени. Но не сейчас. Просто потому что она была уставшей, измотанной, до сих пор трезвой и слишком давно не курившей, чтобы нормально реагировать на подобное.
– Отвали.
= Бойкая. Таких я люблю.
Хотя, нормально реагировать на такое все равно не имело никакого смысла. Настолько, что куда проще было сразу резко разобраться с ситуацией, чем тратить драгоценное время на плавные и спокойные разговоры с пьяным идиотом, который не слышал ничего кроме «Да».
«Мерзкое отродье, чье место в канаве»
Тонкая линия ехидной улыбки промелькнула на лице розоволосой революционерки прежде, чем руку резким движением освободилась от крепкой хватки, а её голосок зазвучал максимально беззаботно. Словно нарочно противореча тому, что она собиралась сказать.
– А я нет. Поэтому не пойти бы тебе, куда подальше, чертово хамло, которое не слышит ничего кроме своих пахабных желаний.
И в ту же секунду в помещении настала гробовая тишина, в которой едва ли можно было услышать хоть что-то помимо дыхания и биения сердец. Настолько, что в какой-то момент в её голове промелькнула та самый мысль, полная сожаления и попытки обдумать, а стоило ли оно того. Но то было настолько мимолетно, что Амитерелия едва ли успела ухватить за ниточку столь щекотливых размышлений, когда время вновь решило вернуться в свое русло.
= АХ ТЫ ЧЕРТОВА ДРЯНЬ! НИКТО НЕ СМЕЕТ МНЕ ОТКАЗЫВАТЬ!
Громкий голос возле девушки едва ли не разорвал нежные ушки только от первого звука, который на этом, к сожалению не закончился. В легком ступоре она вновь ощутила касание к своей обнаженной коже на запястье, что вызвало ничего кроме глухого отвращения и желания врезать и за крик, и за то, что её трогали без её разрешения. И Амитерелия не была бы Амитерелией, если бы в тот же момент не воплотила свои потаенные желание в реальность, резко попытавшись вновь выдернуть руку. Вот только...
Щеку что-то обожгло, а язык ощутил неприятный, но до боли знакомый вкус крови. От глухого удара голова слегка закружилась, но сознание успело удержаться, чтобы не потерять самообладание, когда требовалось, наоборот, сохранять хладнокровие. Даже когда пальца свободной руки коснулись разбитой от сильной пощечины губы и взгляд алых глаз уловил очертания красной субстанции на ладони. Даже когда на весь бар разразился бесконечный смех от той самой забавной картины, которую наблюдали все посетители.
= Попытаешь пойти ещё раз против моих желаний, получишь ещё.
Ведь это было так забавно. Так смешно. Они думали, что он сумел заткнуть борзую девчонку, которая не знала своего места. Они думали, что этим ударом он сумел унизить. Они думали, что она потеряла всякое желание сопротивляться. Серьезно, что ли?
«Насколько же они тупы, раз посчитали так?»
Забавное стечение, который вызывал в голове не только нарастающий гнев и толику обиды за разбитую губу, но и мягко обволакивающую ком негативных эмоций... радость. Да, именно её.
– Ты...
Она с трудом понимала, что в тот момент вообще стоило говорить. Честно говоря, вообще не имела понятия. Пусть и пыталась выудить из своей головы хоть парочку пафосных фраз. Но ничего не получалось.
«Убей»
Все мысли смешались в один плотный комок, в котором едва ли можно было выдернуть хоть что-то понятное. Хотя, нет. Одно точно было. Слово, мелькающее в сознании как сигнал тревоги. Оно успокаивало. Возвращало прерывистое дыхание в норму. И словно исцеляло. Словно... но только одно могло окончательно исцелить её на мгновение разрушенный разум.
«Убей, убей, убей...»
Только одно и ничего кроме этого.
– Спасибо, – тонкая линия ехидной и одновременно прекрасной милой улыбки появилась на лице розоволосой революционерки, что совершенно не сопоставлялось с её разбитой губой. И она знала это. Знала, что это выглядело слишком уж жутко.
– Отвали.
= Бойкая. Таких я люблю.
Хотя, нормально реагировать на такое все равно не имело никакого смысла. Настолько, что куда проще было сразу резко разобраться с ситуацией, чем тратить драгоценное время на плавные и спокойные разговоры с пьяным идиотом, который не слышал ничего кроме «Да».
«Мерзкое отродье, чье место в канаве»
Тонкая линия ехидной улыбки промелькнула на лице розоволосой революционерки прежде, чем руку резким движением освободилась от крепкой хватки, а её голосок зазвучал максимально беззаботно. Словно нарочно противореча тому, что она собиралась сказать.
– А я нет. Поэтому не пойти бы тебе, куда подальше, чертово хамло, которое не слышит ничего кроме своих пахабных желаний.
И в ту же секунду в помещении настала гробовая тишина, в которой едва ли можно было услышать хоть что-то помимо дыхания и биения сердец. Настолько, что в какой-то момент в её голове промелькнула та самый мысль, полная сожаления и попытки обдумать, а стоило ли оно того. Но то было настолько мимолетно, что Амитерелия едва ли успела ухватить за ниточку столь щекотливых размышлений, когда время вновь решило вернуться в свое русло.
= АХ ТЫ ЧЕРТОВА ДРЯНЬ! НИКТО НЕ СМЕЕТ МНЕ ОТКАЗЫВАТЬ!
Громкий голос возле девушки едва ли не разорвал нежные ушки только от первого звука, который на этом, к сожалению не закончился. В легком ступоре она вновь ощутила касание к своей обнаженной коже на запястье, что вызвало ничего кроме глухого отвращения и желания врезать и за крик, и за то, что её трогали без её разрешения. И Амитерелия не была бы Амитерелией, если бы в тот же момент не воплотила свои потаенные желание в реальность, резко попытавшись вновь выдернуть руку. Вот только...
Щеку что-то обожгло, а язык ощутил неприятный, но до боли знакомый вкус крови. От глухого удара голова слегка закружилась, но сознание успело удержаться, чтобы не потерять самообладание, когда требовалось, наоборот, сохранять хладнокровие. Даже когда пальца свободной руки коснулись разбитой от сильной пощечины губы и взгляд алых глаз уловил очертания красной субстанции на ладони. Даже когда на весь бар разразился бесконечный смех от той самой забавной картины, которую наблюдали все посетители.
= Попытаешь пойти ещё раз против моих желаний, получишь ещё.
Ведь это было так забавно. Так смешно. Они думали, что он сумел заткнуть борзую девчонку, которая не знала своего места. Они думали, что этим ударом он сумел унизить. Они думали, что она потеряла всякое желание сопротивляться. Серьезно, что ли?
«Насколько же они тупы, раз посчитали так?»
Забавное стечение, который вызывал в голове не только нарастающий гнев и толику обиды за разбитую губу, но и мягко обволакивающую ком негативных эмоций... радость. Да, именно её.
– Ты...
Она с трудом понимала, что в тот момент вообще стоило говорить. Честно говоря, вообще не имела понятия. Пусть и пыталась выудить из своей головы хоть парочку пафосных фраз. Но ничего не получалось.
«Убей»
Все мысли смешались в один плотный комок, в котором едва ли можно было выдернуть хоть что-то понятное. Хотя, нет. Одно точно было. Слово, мелькающее в сознании как сигнал тревоги. Оно успокаивало. Возвращало прерывистое дыхание в норму. И словно исцеляло. Словно... но только одно могло окончательно исцелить её на мгновение разрушенный разум.
«Убей, убей, убей...»
Только одно и ничего кроме этого.
– Спасибо, – тонкая линия ехидной и одновременно прекрасной милой улыбки появилась на лице розоволосой революционерки, что совершенно не сопоставлялось с её разбитой губой. И она знала это. Знала, что это выглядело слишком уж жутко.
Только одно и ничего кроме этого.
– Спасибо, – тонкая линия ехидной и одновременно прекрасной милой улыбки появилась на лице розоволосой революционерки, что совершенно не сопоставлялось с её разбитой губой. И она знала это. Знала, что это выглядело слишком уж жутко.
Подняв свои полные безразличия алые глаза, девушка посмотрела на своего несуразного оппонента. Ей нужно было отвлечь его. Всего лишь на одну секунду. И у неё прекрасно получилось это. Потому что алые глаза впились в полный непонимания и удивления взгляд мужчины. Потому что смех продолжал кружить по бару. И потому что...
«УБЕЙ ИХ ВСЕХ»
– Теперь у меня появилась веская причина избавиться от всех вас.
Потому что пальцы свободной руки, незаметно стянувшие нож со стола, одним точным движением перерезали глотку чертовому мужлану, который так рьяно пытался не позволить ей уйти. А после...
Стоило обидчику упасть на колени перед Амитерелией, как в помещение воцарилась гробовая тишина. Долгожданная и ласкающая чуткий слух. Но ненадолго. Ибо теперь настала очередь самой розоволосой революционерки смеяться. Настолько звонко и беззаботно, будто бы это не она была окружена врагами, которые медленно доставали оружие.
Ей было плевать. Все, что крутилось в голове в тот самый момент, так это радость, что она, наконец, сумела избавиться от своего обидчика. Впрочем, насладиться торжеством ей никто не позволил. По крайней мере, не настолько долго, насколько она того хотела. Потому что не у
= АХ ТЫ ЧЕРТОВА СУКА, КАК ТЫ ПОСМЕЛА УБИТЬ НАШЕГО КАПИТАНА!
Выстрел. И... она все еще стояла, только и сумевшая, что слегка резко наклонить голову и опустить руки, наконец, открыв лицо, испачканное кровью и абсолютно пустые глаза. Жутко? Безумно? Она знала, и ей было плевать. Они увидели её настоящую натуру и теперь точно не могли избежать смерти.
– Ну вот, теперь ещё больше поводов вас убить. Какая жалость-то, что вы не понимаете намеков с первого раза.
И все тут же смешалось в криках, выстрелах и её периодическом смехе. Это действительно было весело. По-настоящему безумная и переполненная кровью битва, которая вполне себе могла закончиться в пользу самой Амитерелии, если бы не одно но: оружие то она оставила на корабле, а осознание этого пришло только спустя две минуты и тридцать шесть секунд, когда пальцы дернулись за алебардой, но не нашли приятной ладони рукояти.
«Вот черт...»
Шквал выстрелов, уловленных с помощью силы фрукта, вынудил резко дернуться в сторону и спрятаться за барную стойку. Над головой тут же загремели бутылки, в то время как сама девушка тщательно пыталась абстрагироваться от посторонних звуков, чтобы сосредоточиться на осознании, сколько же действительно осталось вокруг недоброжелателей.
Но как на зло, именно в тот момент, как Амитерелия поняла, что решила бросить вызов кучке наглых пьянчуг без оружия, сознание вернулось в норму. И это было очень скверно.
Ей казалось, что все уже было кончено. Несколько ножей, пробивших полку впереди стойки, за которой она так благополучно скрывалась. Несколько стрел, едва ли не коснувшиеся самой девушки и так нагло бросающихся в глаза. И в тот момент она пожалела. Явно. Точно. Она действительно пожалела о том, что впервые в жизни не взяла своё орудие. Потому что силы фрукта хватало лишь на уклонения от атак и спасение своей жизни, но не на ответные атаки. И от этого ей едва ли не хотелось кричать. Вот только. Могла ли она так поступить, когда вокруг было столько невинных людей, прячущихся столь же отчаянно как и она сама? Могла ли позволить невинным пострадать? Могла, но не стала бы. Она никак не могла позволить такому случиться. А посему…. Оставалось только одно. Продолжать прятаться в надежде, что атаки прекратятся хотя бы на пару секунд.
– Спасибо, – тонкая линия ехидной и одновременно прекрасной милой улыбки появилась на лице розоволосой революционерки, что совершенно не сопоставлялось с её разбитой губой. И она знала это. Знала, что это выглядело слишком уж жутко.
Подняв свои полные безразличия алые глаза, девушка посмотрела на своего несуразного оппонента. Ей нужно было отвлечь его. Всего лишь на одну секунду. И у неё прекрасно получилось это. Потому что алые глаза впились в полный непонимания и удивления взгляд мужчины. Потому что смех продолжал кружить по бару. И потому что...
«УБЕЙ ИХ ВСЕХ»
– Теперь у меня появилась веская причина избавиться от всех вас.
Потому что пальцы свободной руки, незаметно стянувшие нож со стола, одним точным движением перерезали глотку чертовому мужлану, который так рьяно пытался не позволить ей уйти. А после...
Стоило обидчику упасть на колени перед Амитерелией, как в помещение воцарилась гробовая тишина. Долгожданная и ласкающая чуткий слух. Но ненадолго. Ибо теперь настала очередь самой розоволосой революционерки смеяться. Настолько звонко и беззаботно, будто бы это не она была окружена врагами, которые медленно доставали оружие.
Ей было плевать. Все, что крутилось в голове в тот самый момент, так это радость, что она, наконец, сумела избавиться от своего обидчика. Впрочем, насладиться торжеством ей никто не позволил. По крайней мере, не настолько долго, насколько она того хотела. Потому что не у
= АХ ТЫ ЧЕРТОВА СУКА, КАК ТЫ ПОСМЕЛА УБИТЬ НАШЕГО КАПИТАНА!
Выстрел. И... она все еще стояла, только и сумевшая, что слегка резко наклонить голову и опустить руки, наконец, открыв лицо, испачканное кровью и абсолютно пустые глаза. Жутко? Безумно? Она знала, и ей было плевать. Они увидели её настоящую натуру и теперь точно не могли избежать смерти.
– Ну вот, теперь ещё больше поводов вас убить. Какая жалость-то, что вы не понимаете намеков с первого раза.
И все тут же смешалось в криках, выстрелах и её периодическом смехе. Это действительно было весело. По-настоящему безумная и переполненная кровью битва, которая вполне себе могла закончиться в пользу самой Амитерелии, если бы не одно но: оружие то она оставила на корабле, а осознание этого пришло только спустя две минуты и тридцать шесть секунд, когда пальцы дернулись за алебардой, но не нашли приятной ладони рукояти.
«Вот черт...»
Шквал выстрелов, уловленных с помощью силы фрукта, вынудил резко дернуться в сторону и спрятаться за барную стойку. Над головой тут же загремели бутылки, в то время как сама девушка тщательно пыталась абстрагироваться от посторонних звуков, чтобы сосредоточиться на осознании, сколько же действительно осталось вокруг недоброжелателей.
Но как на зло, именно в тот момент, как Амитерелия поняла, что решила бросить вызов кучке наглых пьянчуг без оружия, сознание вернулось в норму. И это было очень скверно.
Ей казалось, что все уже было кончено. Несколько ножей, пробивших полку впереди стойки, за которой она так благополучно скрывалась. Несколько стрел, едва ли не коснувшиеся самой девушки и так нагло бросающихся в глаза. И в тот момент она пожалела. Явно. Точно. Она действительно пожалела о том, что впервые в жизни не взяла своё орудие. Потому что силы фрукта хватало лишь на уклонения от атак и спасение своей жизни, но не на ответные атаки. И от этого ей едва ли не хотелось кричать. Вот только. Могла ли она так поступить, когда вокруг было столько невинных людей, прячущихся столь же отчаянно как и она сама? Могла ли позволить невинным пострадать? Могла, но не стала бы. Она никак не могла позволить такому случиться. А посему…. Оставалось только одно. Продолжать прятаться в надежде, что атаки прекратятся хотя бы на пару секунд.
Конечно, для идеального маневра такого небольшого промежутка не хватало, но это ведь было лучше, чем ничего. Всего лишь резко вскочить на ноги и рвануть в сторону, чтобы сменить позицию и постепенно избавляться сначала от одного, потом от другого. Конечно, с алебардой все было бы куда проще, но раз её нет, приходилось пользоваться подручными средствами, включая главное и всегда находящееся под рукой: то, которое невозможно было потерять или забыть. В этом, наверное, было главное преимущество силы дьявольского фрукта. Вот только, даже с ним было слишком опасно атаковать. Впрочем, в подобных ситуациях, когда на кону уже стояла её собственная жизнь, все остальное моментально уходило на второй план. Если бы только...
«Стоп. А в какой момент атаки прекратились?»
Она резко замерла на месте, вглядываясь в последнюю пулю, застрявшую в деревянной полке. Сознание не переставало твердить, что прошло уже достаточно времени с того момента, как прогремел последний выстрел. Да и от этих людей не исходило никакого шума, что было очень странно. Слишком странно.
Осторожно приподнявшись и не прекращая пользоваться силой своего фрукта, Амитерелия неспешно выглянула из-за своего укрытия, в любой момент готовая спрятаться обратно, но замерла на месте, не в силах двинуться.
= Ты стала слишком беспечна, принцесса.
Если бы чуткий слух не разразился до боли знакомым голосом, полным издёвками в том самом обращении, который мог сказать только один человек. Тот самый, которого она могла терпеть только из-за его неотъемлемой помощи, да и... схожести их взглядов... но это не точно.
– Хэйдзо?!
Взгляд горящих алых глаз молниеносно устремился на до боли знакомое лицо, которое с тёплой улыбкой смотрело на саму розоволосую революционерку.
= Ты опять ходишь по улице с настолько недовольным лицом, будто хочешь смерти всех вокруг, и на людей бросаешься?
И от этого. Только лишь от этого. Она едва ли не позабыла о собственной безопасности. Нет. Она позабыла. Она откинула все прочь и резко высунулась из-за своего «щита». Потому что ей срочно нужно было проверить, действительно ли ей не показалось. И плевать на последствия. В тот момент ей было плевать попросту на все кроме своего истинного желания. Ибо когда она увидела знакомую темно-розовую шевелюру. Когда алые глаза соприкоснулись со столь знакомыми зелёными глазами. Ей стало плевать абсолютно на все.
– Не я это начала, – тихим и по-прежнему удивленным голосом ответила девушка.
= Оправдывайся больше. Может, лучше, поможешь?!
Амитерелия неспешно перевела взгляд на немного удивленных мужчин, которые не переставали глазеть на то, как спокойно Хэйдзо прижимал ногой голову одного из неотесанных идиотов, которые пытались толпой броситься на одну девушку. Опуская, конечно, тот факт, что она была куда опаснее этой толпы.
А ведь у неё было огромное количество вопросов. Начиная с элементарного, как он оказался в этом баре, и заканчивая причиной его пребывания на острове. Ей многое хотелось спросить. Но Амитерелия не могла отрицать, что её старый знакомы, по совместительству коллега и бывший – единственный, кого она без зазрения совести могла назвать таковым словом – напарник, был прав. К сожалению или к счастью, это было не особо важно. Потому что сначала им следовала разобраться с проблемой, а уж потом спокойно поговорить.
Но...
– У меня нет оружия!
= Твои проблемы. Кто убьёт больше, тот будет должен бутылку самого крепкого алкоголя.
Глаз недовольно дернулся, пока сознание взвешивало все за и против. Заманчивое предложение, на которое при любых других обстоятельствах она бы могла согласиться, но сейчас не стала бы, понимая, что, скорее всего, проиграет, ибо могла лишь помогать, но добивал бы все равно этот несносный человек с темно-розовой шевелюрой.
– Думаешь, я куплюсь на это?!
= Две бочки.
«Стоп. А в какой момент атаки прекратились?»
Она резко замерла на месте, вглядываясь в последнюю пулю, застрявшую в деревянной полке. Сознание не переставало твердить, что прошло уже достаточно времени с того момента, как прогремел последний выстрел. Да и от этих людей не исходило никакого шума, что было очень странно. Слишком странно.
Осторожно приподнявшись и не прекращая пользоваться силой своего фрукта, Амитерелия неспешно выглянула из-за своего укрытия, в любой момент готовая спрятаться обратно, но замерла на месте, не в силах двинуться.
= Ты стала слишком беспечна, принцесса.
Если бы чуткий слух не разразился до боли знакомым голосом, полным издёвками в том самом обращении, который мог сказать только один человек. Тот самый, которого она могла терпеть только из-за его неотъемлемой помощи, да и... схожести их взглядов... но это не точно.
– Хэйдзо?!
Взгляд горящих алых глаз молниеносно устремился на до боли знакомое лицо, которое с тёплой улыбкой смотрело на саму розоволосую революционерку.
= Ты опять ходишь по улице с настолько недовольным лицом, будто хочешь смерти всех вокруг, и на людей бросаешься?
И от этого. Только лишь от этого. Она едва ли не позабыла о собственной безопасности. Нет. Она позабыла. Она откинула все прочь и резко высунулась из-за своего «щита». Потому что ей срочно нужно было проверить, действительно ли ей не показалось. И плевать на последствия. В тот момент ей было плевать попросту на все кроме своего истинного желания. Ибо когда она увидела знакомую темно-розовую шевелюру. Когда алые глаза соприкоснулись со столь знакомыми зелёными глазами. Ей стало плевать абсолютно на все.
– Не я это начала, – тихим и по-прежнему удивленным голосом ответила девушка.
= Оправдывайся больше. Может, лучше, поможешь?!
Амитерелия неспешно перевела взгляд на немного удивленных мужчин, которые не переставали глазеть на то, как спокойно Хэйдзо прижимал ногой голову одного из неотесанных идиотов, которые пытались толпой броситься на одну девушку. Опуская, конечно, тот факт, что она была куда опаснее этой толпы.
А ведь у неё было огромное количество вопросов. Начиная с элементарного, как он оказался в этом баре, и заканчивая причиной его пребывания на острове. Ей многое хотелось спросить. Но Амитерелия не могла отрицать, что её старый знакомы, по совместительству коллега и бывший – единственный, кого она без зазрения совести могла назвать таковым словом – напарник, был прав. К сожалению или к счастью, это было не особо важно. Потому что сначала им следовала разобраться с проблемой, а уж потом спокойно поговорить.
Но...
– У меня нет оружия!
= Твои проблемы. Кто убьёт больше, тот будет должен бутылку самого крепкого алкоголя.
Глаз недовольно дернулся, пока сознание взвешивало все за и против. Заманчивое предложение, на которое при любых других обстоятельствах она бы могла согласиться, но сейчас не стала бы, понимая, что, скорее всего, проиграет, ибо могла лишь помогать, но добивал бы все равно этот несносный человек с темно-розовой шевелюрой.
– Думаешь, я куплюсь на это?!
= Две бочки.
Губы сжались в тонкую полоску, пока алые глаза скептически смотрели на напарника. И тут она вспомнила. Именно в это самый момент сознание окончательно и бесповоротно отобразило в голове ту истинную причину, почему они разошлись. Хотя, даже не разошлись, а немного повздорили... или даже поспорили.
– Я тебя ненавижу.
Потому что Хэйдзо относился к тому типу людей, которые с лёгкостью могли манипулировать другими, осторожно подбирая слова и выискивая нужный подход. Особенно когда речь касалась самой Амитерелии. Той самой упертой девицы, способной слушать только себя и приказы вышестоящих. Никого более. Никого более кроме Хэйдзо.
= Взаимно.
Потому что она не могла отрицать. По крайней мере, самой себе, в этом плане, Амитерелия не могла утверждать, что Хэйдзо действительно вынудил ее так действовать. Скорее, она сама приняла подобное решение.
Да и, как будто бы она была против. Вести диалог, когда на вас со всех щелей пытаются убить, не очень приятно, если честно. Так что, сначала нужно было избавиться от назойливых мух, а потом уже решить все вопросы.
= Думаете, двое детей смогут нас победить? ВЫ ЕЩЁ ПОЖАЛЕЕТЕ ОБ ЭТОМ!
Юноша громко рассмеялся, не обращая внимание совершенно ни на что. Будто бы они не находились в весьма щекотливой ситуации. Или же ему это казалось чем-то не столь опасным. Да и, Амитерелия не стала тратить время на лишние рассуждения. Попросту потому что слух уловил щелчок пистолета. Просто потому что их маленькая игра возобновилась с новым участником, который был на стороне девушки. Просто потому что победа была уже у них в кармане.
Шквал пуль. Лязг оружия. Звук ударов. Все это смешалось в один ком шума, длившийся не дольше нескольких минут. Так мало, но так быстро, что Амитерелия даже не успела устать от всего этого. Особенно когда рука сжималась, пытаясь нащупать отсутствующую алебарду. Но теперь она и вовсе не потребовалась. Хотя бы из-за того, что по истечению пары минут на ногах осталось только двое: Хэйдзо и Амитерелия. А как только в помещении воцарилась тишина, из-за угла показалось пожилой мужчина, на которого двое революционеров молниеносно обратили внимание, но не тронули, приметив его внешний вид, который едва ли не кричал: «Я хозяин этого заведения, не бейте, пожалуйста».
= Вы закончили? – его слегка дрожащий голос звучал немного даже забавно, но оправданно, с учётом того, что он только что увидел.
= Просим прощения за то, что устроили здесь, – тут же среагировал Хэйдзо, учтиво поклонившись. = Хотелось бы избежать такого погрома, но они перешли все границы, когда сунулись к моей подруге. Это в качестве извинений и компенсации.
На последних словах юноша протянул хозяину заведения мешок монет, который, как минимум на половину мог покрыть стоимость грядущего ремонта, если не полностью.
= Не стоит. Я прекрасно все видел, да и... эти ребята все равно не заплатили бы. Забрали весь бар, просидели тут несколько часов, распугивали остальных посетителей. Думаю, такой исход не так уж и плох.
Хозяин заведения смущенно принял деньги, осторожно повесив мешочек на пояс, словно размышлял, стоит ли действительно забирать предложенную сумму, на что, наблюдавшая за этой сценой Амитерелия, слегка усмехнулась. По-доброму. Ибо Хэйдзо был тем, кто в свое время приучил её помогать тем, кому ты доставил неудобства или кто пострадал.
= Не... не хотите выпить? За счет заведения. Вы не похожи на плохих ребят. Думаю, у вас есть ещё минут тридцать, пока эти ребята не придут в себя.
– А стража?
= Не беспокойте об этом.
Переглянувшись, Хэйдзо и Амитерелия одновременно кивнули друг другу, решив, что поговорить здесь вполне себе неплохая идея. Особенно когда предлагали выпивку, которая так нужна была обоим. Так что, усевшись на барные стулья и пообщавшись с хозяином заведения несколько минут, пока тот не оставил пару революционеров, решив начать подсчитывать свои убытки после произошедшей потасовки.
– Так, зачем ты здесь?
Сделав ещё один глоток крепкого напитка, Амитерелия достала пачку сигарет с зажигалкой, закурив.
– Я тебя ненавижу.
Потому что Хэйдзо относился к тому типу людей, которые с лёгкостью могли манипулировать другими, осторожно подбирая слова и выискивая нужный подход. Особенно когда речь касалась самой Амитерелии. Той самой упертой девицы, способной слушать только себя и приказы вышестоящих. Никого более. Никого более кроме Хэйдзо.
= Взаимно.
Потому что она не могла отрицать. По крайней мере, самой себе, в этом плане, Амитерелия не могла утверждать, что Хэйдзо действительно вынудил ее так действовать. Скорее, она сама приняла подобное решение.
Да и, как будто бы она была против. Вести диалог, когда на вас со всех щелей пытаются убить, не очень приятно, если честно. Так что, сначала нужно было избавиться от назойливых мух, а потом уже решить все вопросы.
= Думаете, двое детей смогут нас победить? ВЫ ЕЩЁ ПОЖАЛЕЕТЕ ОБ ЭТОМ!
Юноша громко рассмеялся, не обращая внимание совершенно ни на что. Будто бы они не находились в весьма щекотливой ситуации. Или же ему это казалось чем-то не столь опасным. Да и, Амитерелия не стала тратить время на лишние рассуждения. Попросту потому что слух уловил щелчок пистолета. Просто потому что их маленькая игра возобновилась с новым участником, который был на стороне девушки. Просто потому что победа была уже у них в кармане.
Шквал пуль. Лязг оружия. Звук ударов. Все это смешалось в один ком шума, длившийся не дольше нескольких минут. Так мало, но так быстро, что Амитерелия даже не успела устать от всего этого. Особенно когда рука сжималась, пытаясь нащупать отсутствующую алебарду. Но теперь она и вовсе не потребовалась. Хотя бы из-за того, что по истечению пары минут на ногах осталось только двое: Хэйдзо и Амитерелия. А как только в помещении воцарилась тишина, из-за угла показалось пожилой мужчина, на которого двое революционеров молниеносно обратили внимание, но не тронули, приметив его внешний вид, который едва ли не кричал: «Я хозяин этого заведения, не бейте, пожалуйста».
= Вы закончили? – его слегка дрожащий голос звучал немного даже забавно, но оправданно, с учётом того, что он только что увидел.
= Просим прощения за то, что устроили здесь, – тут же среагировал Хэйдзо, учтиво поклонившись. = Хотелось бы избежать такого погрома, но они перешли все границы, когда сунулись к моей подруге. Это в качестве извинений и компенсации.
На последних словах юноша протянул хозяину заведения мешок монет, который, как минимум на половину мог покрыть стоимость грядущего ремонта, если не полностью.
= Не стоит. Я прекрасно все видел, да и... эти ребята все равно не заплатили бы. Забрали весь бар, просидели тут несколько часов, распугивали остальных посетителей. Думаю, такой исход не так уж и плох.
Хозяин заведения смущенно принял деньги, осторожно повесив мешочек на пояс, словно размышлял, стоит ли действительно забирать предложенную сумму, на что, наблюдавшая за этой сценой Амитерелия, слегка усмехнулась. По-доброму. Ибо Хэйдзо был тем, кто в свое время приучил её помогать тем, кому ты доставил неудобства или кто пострадал.
= Не... не хотите выпить? За счет заведения. Вы не похожи на плохих ребят. Думаю, у вас есть ещё минут тридцать, пока эти ребята не придут в себя.
– А стража?
= Не беспокойте об этом.
Переглянувшись, Хэйдзо и Амитерелия одновременно кивнули друг другу, решив, что поговорить здесь вполне себе неплохая идея. Особенно когда предлагали выпивку, которая так нужна была обоим. Так что, усевшись на барные стулья и пообщавшись с хозяином заведения несколько минут, пока тот не оставил пару революционеров, решив начать подсчитывать свои убытки после произошедшей потасовки.
– Так, зачем ты здесь?
Сделав ещё один глоток крепкого напитка, Амитерелия достала пачку сигарет с зажигалкой, закурив.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)