Корбиниан словно вновь вернулся к прежним временам, когда бой шёл действительно не на жизнь, а насмерть, и на секунду забылся. Исполнив пируэт, разрывая дистанцию, оба пистолета смотрели ровно в двух дозорных, перелезших через «забор». Ещё два, слившихся в один выстрела и два попадания. Эти осели, словно подкошенная трава, с пробоинами в груди, одно в сердце, второе, вероятно, в лёгкое, но от болевого шока этот потерял сознание, не выкарабкается.
– Да ты хоть знаешь – один из тех, что был с простреленной ногой прервал свои стенания полным ярости возгласом – что тебе за это будет, ублюдок? Мы мор…
Выстрел.
– Терять мне уже нечего, и так делов наворотил. Жалко пули тратить, с остальными разделаюсь
ножом. – мыслил вслух Хильдебранд.
ONE PIECE RP ·
[Саус Блю] Батерилла
[id581055576:bp-36291248_224894|Хильдебранд],
Здания, коротающие свой век под «тоскливым» небом острова, сменяли друг друга настолько быстро, насколько возможно было этому способствовать человеческому бегу. Выправка представившегося человека привлекла внимание тойона, пока тот бежал сбоку и чуть позади. Бег Хильдебранда напоминал ускоренно строевой, отчего наводило на мысли, что человек этот повидал то ли войсковой режим, то ли просто жёсткую форму жизни. Сам он был коренастым, и на его фоне фрамандец выглядел сухой веткой.
– Я с несколько дней нахожусь здесь, – поддержал разговор юноша, – и не сказать, что и замешан-то в этой истории.
Выдерживая ритм перемещения, Мѐлисс достал из внутреннего кармана маску, напоминающую красный месяц, и надел её. Вещь была приобретена по дороге с буйных морских краёв первоначально для сохранения чести своего рода (скрытия личности), но постепенно это стало неотъемлемой частью его одеяния перед вражескими лицами. Также он накинул на голову капюшон чёрного одеяния и, таким образом, полностью приготовился ко всем неожиданностям, которые ждут их впереди. Дороги назад не то, чтобы не было – просто становилось понятно, что просто так его с острова уже не отпустят. Ни с пшеном, ни без него – потому что он не исконный Батериллы, потому что руки его развязаны и губы не связаны правительственной нитью. И стоило им проделать путь в минут восемь, как на дороге появились знакомые лики морских дозорных, выстраивающих планы и тактику не то против тойона, не то против коренастого мужчины. В конце концов, юноша не знает, успел ли Хильдбранд насолить чем-то, и не по его ли душу, на самом деле, решили прийти. Но «боевой» диалог «товарища» выбил его из размышлений, дав понять, что наверняка они были оповещены Ниттой, и сила направилась, чтобы остановить Мѐлисса на полпути.
– Рассчитываю на тебя, – одобрил юноша.
С непреодолимой лёгкостью он вырвался вперёд «нового знакомого» и даже не думал обнажать катану по отношению к стене морского дозора, «бросая монету» на момент, сможет ли ему в действительности помочь Хильдебранд. Но когда раздался выстрел – всё встало на свои места. Оглянувшись за плечо, ло Тойон сделал выводы об его огнестрельном ведении боя. Хотя изначально казалось, что этот коренастый со странным именем скорее покажет себя в рукопашном бою. Ускорив темп бега, фехтовальщик без проблем проскочил через противников и направился в указанное место. Некогда было думать, доверять или нет – если уже задались целью, то надо бросаться в бездну. Им вело чувство какой-то справедливости. Этот старший лейтенант Мицунидэ является пятном на острове, среди людей, в природе, и нет ему места за такие действия, которые не являлись паранойей исключительно этого молодого человека. Всё говорило само за себя.
Фрамандец не заметил, как увлёкся размышлением и достижением конкретной цели, указанной новым знакомым. А тем временем кто-то его хорошо приложил по голове и за шкирку с превеликой дурью выкинул на просторную улицу. Подобные и избегал Хильдебранд, когда они перемещались по городу. А сейчас, когда население стало выбираться из домов после дождя, юноша оказывается выкинутым прямо в эпицентр их внимания. Вскакивая на ноги и даже не притрагиваясь к голове, так как некогда, тойон оценил обстановку вокруг себя и увидел вышедшего старшего лейтенанта, одетого по форме. «Я же могу сейчас раскричать всё о зерне, зачем…» – экстренно стал вытягивать правду поступка Мѐлисс. И тут додумался, что Нитте сейчас будет удобно спихнуть «все сплетни» на этого человека и выставить его одним из виновников «распространяющейся болезни», тем самым расположив к себе больше доверия и приобретя репутацию. Следует «спутать карты» и как угодно обойти эту тему. Если получится убить этого человека, то «пятно» острова исчезнет само, и необязательно знать об этом горожанам. Полезнее для их психики именно незнание.
Здания, коротающие свой век под «тоскливым» небом острова, сменяли друг друга настолько быстро, насколько возможно было этому способствовать человеческому бегу. Выправка представившегося человека привлекла внимание тойона, пока тот бежал сбоку и чуть позади. Бег Хильдебранда напоминал ускоренно строевой, отчего наводило на мысли, что человек этот повидал то ли войсковой режим, то ли просто жёсткую форму жизни. Сам он был коренастым, и на его фоне фрамандец выглядел сухой веткой.
– Я с несколько дней нахожусь здесь, – поддержал разговор юноша, – и не сказать, что и замешан-то в этой истории.
Выдерживая ритм перемещения, Мѐлисс достал из внутреннего кармана маску, напоминающую красный месяц, и надел её. Вещь была приобретена по дороге с буйных морских краёв первоначально для сохранения чести своего рода (скрытия личности), но постепенно это стало неотъемлемой частью его одеяния перед вражескими лицами. Также он накинул на голову капюшон чёрного одеяния и, таким образом, полностью приготовился ко всем неожиданностям, которые ждут их впереди. Дороги назад не то, чтобы не было – просто становилось понятно, что просто так его с острова уже не отпустят. Ни с пшеном, ни без него – потому что он не исконный Батериллы, потому что руки его развязаны и губы не связаны правительственной нитью. И стоило им проделать путь в минут восемь, как на дороге появились знакомые лики морских дозорных, выстраивающих планы и тактику не то против тойона, не то против коренастого мужчины. В конце концов, юноша не знает, успел ли Хильдбранд насолить чем-то, и не по его ли душу, на самом деле, решили прийти. Но «боевой» диалог «товарища» выбил его из размышлений, дав понять, что наверняка они были оповещены Ниттой, и сила направилась, чтобы остановить Мѐлисса на полпути.
– Рассчитываю на тебя, – одобрил юноша.
С непреодолимой лёгкостью он вырвался вперёд «нового знакомого» и даже не думал обнажать катану по отношению к стене морского дозора, «бросая монету» на момент, сможет ли ему в действительности помочь Хильдебранд. Но когда раздался выстрел – всё встало на свои места. Оглянувшись за плечо, ло Тойон сделал выводы об его огнестрельном ведении боя. Хотя изначально казалось, что этот коренастый со странным именем скорее покажет себя в рукопашном бою. Ускорив темп бега, фехтовальщик без проблем проскочил через противников и направился в указанное место. Некогда было думать, доверять или нет – если уже задались целью, то надо бросаться в бездну. Им вело чувство какой-то справедливости. Этот старший лейтенант Мицунидэ является пятном на острове, среди людей, в природе, и нет ему места за такие действия, которые не являлись паранойей исключительно этого молодого человека. Всё говорило само за себя.
Фрамандец не заметил, как увлёкся размышлением и достижением конкретной цели, указанной новым знакомым. А тем временем кто-то его хорошо приложил по голове и за шкирку с превеликой дурью выкинул на просторную улицу. Подобные и избегал Хильдебранд, когда они перемещались по городу. А сейчас, когда население стало выбираться из домов после дождя, юноша оказывается выкинутым прямо в эпицентр их внимания. Вскакивая на ноги и даже не притрагиваясь к голове, так как некогда, тойон оценил обстановку вокруг себя и увидел вышедшего старшего лейтенанта, одетого по форме. «Я же могу сейчас раскричать всё о зерне, зачем…» – экстренно стал вытягивать правду поступка Мѐлисс. И тут додумался, что Нитте сейчас будет удобно спихнуть «все сплетни» на этого человека и выставить его одним из виновников «распространяющейся болезни», тем самым расположив к себе больше доверия и приобретя репутацию. Следует «спутать карты» и как угодно обойти эту тему. Если получится убить этого человека, то «пятно» острова исчезнет само, и необязательно знать об этом горожанам. Полезнее для их психики именно незнание.
– Ты хочешь представления, жалкий морской дозорный! Только такой пират, как я, тебе не по зубам!
Стал сразу «путать» Тойон, решив, что передать пиратскую сущность будет проще всего. Тогда у морского дозорного будет меньше шансов выставить его как торгаша зерном, потому что тогда как морской дозор допустил это!? И трюк удался, так как взгляд Нитты в мгновение стал диким и озлобленным. С ухмылкой Мѐлисс сразу вынул вакидзаси и рванул на старшего лейтенанта с одной лишь репликой: «За пиратов Тойона!».
Сказать, что морской дозорный был в шоке – ничего не сказать. Его мысли представляли ураган фактов и сомнений, тем не менее ему нечего было делать, как скрестить оружие с «пиратом». Они завертелись в смертельном поединке, только в поступях Нитты кроилась трусость. Планы по пизде.
– Смотрите, это Нитта Мицунидэ! Я же говорил, что это он виноват во всём! И я говорил, что за жизни наших близких и его жизнь должна быть отдана!
В толпе также началась непогода, состоящая из бури сомнений, грома споров. И тойон это заметил, и не только он. Пару раз умудрившись отразить атаки катаной наплечниками, в итоге пришлось Тойону отдать и свой бок, чтобы на пропустить удар прямо в грудину. Хотя к тому времени и старший лейтенант уже было устал от легких ранений и битвы в целом, так как был не совсем натренированным человеком и, как правило, скидывал пушечное мясо, авось кто из них и убьет противника. Сам он держал только статус порядочного человека до поры до времени.
– Думаешь, сможешь меня здесь унизить!? – отпрянув назад, морской дозор всё же включился в подлую игру. – Ты наворотил здесь дела, и хочешь бросить бедных людей на погибель, убив их единств…
Он должен был договорить «единственное лекарство» со взмахом рук для настоящего представления.
– Линия тела: линии шеи, – вполголоса озвучил технику юноша параллельно «монологу» морского дозорного.
Рывком оказавшись у открытого противника, при помощи вакидзаси он отправил боевую руку Нитты в сторону и своей катаны при хорошей скорости проехался насколько движениями буквально вокруг шеи низкорослого противника. Как только рука дозорного расслабилась от болевого шока и отпустила катану, тойон при помощи вакидзаси прошелся по груди врага, тем самым заставив его сразу упасть на спину в предсмертном безмолвии.
Мѐлисс ло Тойон стоял спиной к затихшему народу и смотрел на старшего лейтенанта, который испустил дух. Он бы забрал с собой ложную информацию о пиратстве юноши, если бы её не слышали все эти люди. Но не перерубать же их теперь? Нет, ложь – это то, что не мог позволить себе парень. Но и напрасные смерти – не вариант. «А может быть это и есть тот путь, который я искал? Я же могу сказать только правду,» – сошёлся со своими мыслями в дискуссии юноша и улыбнулся. Хотя в сочетании с маской это выглядело немного жутко.
– Выкиньте это пшено, – обратился к народу староста, выкидывая одну упаковку из сумки перед ними. – Мне надоело с этим играться.
Принял удар на себя? В честь чего? Снова солгал? Нет, перевернул. Всё же его первозданная цель сильно противоречит внутренним устоям, но надо же находить какой-то компромисс.
Стал сразу «путать» Тойон, решив, что передать пиратскую сущность будет проще всего. Тогда у морского дозорного будет меньше шансов выставить его как торгаша зерном, потому что тогда как морской дозор допустил это!? И трюк удался, так как взгляд Нитты в мгновение стал диким и озлобленным. С ухмылкой Мѐлисс сразу вынул вакидзаси и рванул на старшего лейтенанта с одной лишь репликой: «За пиратов Тойона!».
Сказать, что морской дозорный был в шоке – ничего не сказать. Его мысли представляли ураган фактов и сомнений, тем не менее ему нечего было делать, как скрестить оружие с «пиратом». Они завертелись в смертельном поединке, только в поступях Нитты кроилась трусость. Планы по пизде.
– Смотрите, это Нитта Мицунидэ! Я же говорил, что это он виноват во всём! И я говорил, что за жизни наших близких и его жизнь должна быть отдана!
В толпе также началась непогода, состоящая из бури сомнений, грома споров. И тойон это заметил, и не только он. Пару раз умудрившись отразить атаки катаной наплечниками, в итоге пришлось Тойону отдать и свой бок, чтобы на пропустить удар прямо в грудину. Хотя к тому времени и старший лейтенант уже было устал от легких ранений и битвы в целом, так как был не совсем натренированным человеком и, как правило, скидывал пушечное мясо, авось кто из них и убьет противника. Сам он держал только статус порядочного человека до поры до времени.
– Думаешь, сможешь меня здесь унизить!? – отпрянув назад, морской дозор всё же включился в подлую игру. – Ты наворотил здесь дела, и хочешь бросить бедных людей на погибель, убив их единств…
Он должен был договорить «единственное лекарство» со взмахом рук для настоящего представления.
– Линия тела: линии шеи, – вполголоса озвучил технику юноша параллельно «монологу» морского дозорного.
Рывком оказавшись у открытого противника, при помощи вакидзаси он отправил боевую руку Нитты в сторону и своей катаны при хорошей скорости проехался насколько движениями буквально вокруг шеи низкорослого противника. Как только рука дозорного расслабилась от болевого шока и отпустила катану, тойон при помощи вакидзаси прошелся по груди врага, тем самым заставив его сразу упасть на спину в предсмертном безмолвии.
Мѐлисс ло Тойон стоял спиной к затихшему народу и смотрел на старшего лейтенанта, который испустил дух. Он бы забрал с собой ложную информацию о пиратстве юноши, если бы её не слышали все эти люди. Но не перерубать же их теперь? Нет, ложь – это то, что не мог позволить себе парень. Но и напрасные смерти – не вариант. «А может быть это и есть тот путь, который я искал? Я же могу сказать только правду,» – сошёлся со своими мыслями в дискуссии юноша и улыбнулся. Хотя в сочетании с маской это выглядело немного жутко.
– Выкиньте это пшено, – обратился к народу староста, выкидывая одну упаковку из сумки перед ними. – Мне надоело с этим играться.
Принял удар на себя? В честь чего? Снова солгал? Нет, перевернул. Всё же его первозданная цель сильно противоречит внутренним устоям, но надо же находить какой-то компромисс.
[id580994004:bp-36291248_224896|Max],
Только Хильдебранд достал нож, как почувствовал удар сзади тяжёлым кулаком. На секунду потеряв равновесие аристократ приземлился на колено, едва удержав в руке оба револьвера. В следующую секунду перед лицом Хильдебранда мелькнула нога и мир перед его глазами заблестел, словно звёздное небо. Он лежал на земле, выронив и нож, и револьверы, запачкав свою одежду, а дутые рукава осунулись под тяжестью грязи и влаги.
– И что это тут у нас? Нарушитель? Убийца, да ещё и морских дозорных? – Если бы Корбиниан не посмотрел на нападавшего, он бы не поверил, что этот голос может принадлежать человеку, а уж тем более морскому дозорному, скорее какому-то вепрю. Впрочем, сравнение не слишком далеко от правды, рожа, а лицом это не назовёшь, совмещало черты человека и свиньи, особенно вздёрнутый нос, формировавший на этой харе уродливый пятак. Однако любоваться было некогда, амбал, который столь нагло вмешался в ход драки, видимо наигрался со своей жертвой и достал топор с полумесяцем.
Дело дрянь, голова Хильдебранда гудела, словно колокол, а топор уже заносился над головой столь невовремя потерявшего бдительность аристократа. И как эта туша смогла подкрасться к нему настолько тихо?
В последний момент Корбиниан перекатился в сторону, превращая свою испачканную одежду в полностью грязную и мокрую.
Вот оно, инстинкты бывшего пистольера заработали на полную мощность, боль не исчезла, но теперь она отступила и присутствовала словно на фоне.
«Мне нужно оружие, моя шпага никуда не годится, она даже одежду не пробьёт, нужен нож или, что лучше, револьвер. Однако между оружием и аристократом так неудачно стоял этот хряк.
– О, да мы ещё и сопротивляемся, будь так добр, сдохни, мне не улыбается тут за тобой гоняться.
«Плохо дело, улица слишком узкая, чтобы его можно было оббежать, он дотянется до меня топором в любом случае, значит, придётся выпутываться так.»
Верзила неспешно приближался к поднимающемуся с земли аристократу.
– Знаешь, я могу тебя попросить о том же, но мы явно оба планируем пережить этот день.
Хильдебранд приготовился к драке.
Дело было не самым гиблым, этот кабан вкладывал в удар всю силу, но бил довольно предсказуемо. Поднырнув под широкий удар со слишком долгим замахом, аристократ что было силы врезал восходящим ударом в челюсть этой туше.
Однако тот был крепче, чем камень, казалось, что удар навредил больше Хильдебранду, чем этому амбалу, по морде которого пробежало некоторое подобие улыбки.
– Что так слабенько, тля?
Лапа бугая сомкнулась на руке Корбиниана словно тиски и вырваться явно не было никакой возможности. Свободной рукой верзила перехватил топор и заносил для удара.
Из последних сил Хильдебранд ударил ногой в колено своего врага, от чего тот потерял равновесие и немного ослабил хватку. Сейчас. Отталкиваясь ногами от дозорного, руку удалось высвободить и Корбиниан оказался на земле уже во второй раз. Но теперь всё изменилось, пока верзила восстанавливал равновесие, аристократ встал настолько быстро, насколько смог и бросился в сторону, туда, где лежали его револьверы.
«Только бы порох не отсырел.» – пронеслось в голове Корбиниана.
– А ну куда побежал? – этот гад явно был в ярости, что его, как он полагал, игрушка оказалась настолько строптивой и сопротивляющейся, и теперь бежал, нет, нёсся словно локомотив на убегающего аристократа.
Подняв револьверы, Хильдебранд развернулся, взводя замки, в сторону бегущего на него кабана.
Выстрел.
Только Хильдебранд достал нож, как почувствовал удар сзади тяжёлым кулаком. На секунду потеряв равновесие аристократ приземлился на колено, едва удержав в руке оба револьвера. В следующую секунду перед лицом Хильдебранда мелькнула нога и мир перед его глазами заблестел, словно звёздное небо. Он лежал на земле, выронив и нож, и револьверы, запачкав свою одежду, а дутые рукава осунулись под тяжестью грязи и влаги.
– И что это тут у нас? Нарушитель? Убийца, да ещё и морских дозорных? – Если бы Корбиниан не посмотрел на нападавшего, он бы не поверил, что этот голос может принадлежать человеку, а уж тем более морскому дозорному, скорее какому-то вепрю. Впрочем, сравнение не слишком далеко от правды, рожа, а лицом это не назовёшь, совмещало черты человека и свиньи, особенно вздёрнутый нос, формировавший на этой харе уродливый пятак. Однако любоваться было некогда, амбал, который столь нагло вмешался в ход драки, видимо наигрался со своей жертвой и достал топор с полумесяцем.
Дело дрянь, голова Хильдебранда гудела, словно колокол, а топор уже заносился над головой столь невовремя потерявшего бдительность аристократа. И как эта туша смогла подкрасться к нему настолько тихо?
В последний момент Корбиниан перекатился в сторону, превращая свою испачканную одежду в полностью грязную и мокрую.
Вот оно, инстинкты бывшего пистольера заработали на полную мощность, боль не исчезла, но теперь она отступила и присутствовала словно на фоне.
«Мне нужно оружие, моя шпага никуда не годится, она даже одежду не пробьёт, нужен нож или, что лучше, револьвер. Однако между оружием и аристократом так неудачно стоял этот хряк.
– О, да мы ещё и сопротивляемся, будь так добр, сдохни, мне не улыбается тут за тобой гоняться.
«Плохо дело, улица слишком узкая, чтобы его можно было оббежать, он дотянется до меня топором в любом случае, значит, придётся выпутываться так.»
Верзила неспешно приближался к поднимающемуся с земли аристократу.
– Знаешь, я могу тебя попросить о том же, но мы явно оба планируем пережить этот день.
Хильдебранд приготовился к драке.
Дело было не самым гиблым, этот кабан вкладывал в удар всю силу, но бил довольно предсказуемо. Поднырнув под широкий удар со слишком долгим замахом, аристократ что было силы врезал восходящим ударом в челюсть этой туше.
Однако тот был крепче, чем камень, казалось, что удар навредил больше Хильдебранду, чем этому амбалу, по морде которого пробежало некоторое подобие улыбки.
– Что так слабенько, тля?
Лапа бугая сомкнулась на руке Корбиниана словно тиски и вырваться явно не было никакой возможности. Свободной рукой верзила перехватил топор и заносил для удара.
Из последних сил Хильдебранд ударил ногой в колено своего врага, от чего тот потерял равновесие и немного ослабил хватку. Сейчас. Отталкиваясь ногами от дозорного, руку удалось высвободить и Корбиниан оказался на земле уже во второй раз. Но теперь всё изменилось, пока верзила восстанавливал равновесие, аристократ встал настолько быстро, насколько смог и бросился в сторону, туда, где лежали его револьверы.
«Только бы порох не отсырел.» – пронеслось в голове Корбиниана.
– А ну куда побежал? – этот гад явно был в ярости, что его, как он полагал, игрушка оказалась настолько строптивой и сопротивляющейся, и теперь бежал, нет, нёсся словно локомотив на убегающего аристократа.
Подняв револьверы, Хильдебранд развернулся, взводя замки, в сторону бегущего на него кабана.
Выстрел.
Обе пули протаранили тушу этого недочеловека, однако он даже не сбавил ход.
Барабаны провернулись. Выстрел.
Ещё две пули попали в след за предыдущими. В груди бугая уже было четыре раны, но тот был настолько разъярён, что, казалось, не замечал их. А тем временем расстояние между дозорным и аристократом стремительно сокращалось и уже не превышало пары метров.
Хильдебранд припустил от дозорного, намокший поворотный механизм застрял на серидине поворота и решительно отказывался поворачивать сам. На бегу Корбиниан пытался провернуть их вручную, но то ли грязь забилась в механизм, то ли на бегу это действие было слишком нетривиальным.
Для Хильдебранда, казалось, прошла целая вечность, но на деле вся эта погоня не продлилась дольше 8-10 секунд, когда барабаны наконец провернулись, а кабан почти догнал выбивающегося из сил аристократа.
Рык за спиной подсказал Корбиниану, что дозорный уже готов рубануть его своим топором, нужно было что-то предпринять.
Хильдебранд прыгнул вперёд, разворачиваясь в воздухе, чтобы выстрелить. Прямо перед его лицом полумесяц топора налетел прямиком на кирасу, однако удар пришёлся больше по касательной. Так что лишь поцарапал металл. А вместе с тем оба ствола сейчас смотрели прямиком в лицо дозорному.
– СДОХНИ!
Выстрел. Голова дозорного взорвалась словно арбуз, и он рухнул в шаге от лежащего Корбиниана.
Теперь всё стихло.
6 трупов дозорных лежали бездыханно на мокрой земле, а один всё так же лежал с простреленной ногой, впрочем, и ему недолго осталось.
«А ведь хотел без жертв обойтись… М-да, после такого мне тут явно задерживаться не стоит, эту драку, должно быть, слышала вся округа. Надеюсь, Грэг подготовит лодку побыстрее.» – подумал аристократ, когда с кряхтением поднимал себя с земли, падения в кирасе – редкое удовольствие, особенно 3 раза за такой короткий промежуток времени. Сердце колотилось как бешеное, а в ушах стояла барабанная дробь, но сейчас Хильдебранд чувствовал себя живым, как никогда.
Подобрав нож, Корбиниан добил точным ударом оставшегося в живых дозорного, одним больше, одним меньше, сути дела не меняло, но незачем оставлять того, кто видел, что тут произошло.
– Интересно, а как там дела у Мелиса? По виду он хороший фехтовальщик, но… А, ладно пойду посмотрю, что ли.
Дойдя до перекрёстка, стало очевидно, что поворачивать к дому, где должен был укрываться лейтенант – бессмысленно. Да и на главной улице зрелище было явно поинтереснее.
Мелис стоял над мёртвым телом лейтенанта.
«Этого живьём взять тоже не удалось»
Только сейчас аристократ заметил, как изменился его подельник, в чёрном капюшоне и с маской, скрывающей лицо, он походил на профессионального убийцу или излишне пёстрого разбойника, но выглядел он грозно.
– Мелис, пойдём, нам пора убираться с этого острова, с отравленным зерном мы разобрались, незачем нам здесь больше задерживаться.
Корбиниан задумался.
– Если только ты не хочешь вернуться в тот магазин, где взял это зерно. Лучше, наверное, закончить то, что начали. Если зерно ещё будет попадать в руки людей, то вся эта история может оказаться бессмысленной. А нам и так тут только виселица светит, так что наше наказание вырастет не сильно, если прикроем эту лавочку… радикально.
Барабаны провернулись. Выстрел.
Ещё две пули попали в след за предыдущими. В груди бугая уже было четыре раны, но тот был настолько разъярён, что, казалось, не замечал их. А тем временем расстояние между дозорным и аристократом стремительно сокращалось и уже не превышало пары метров.
Хильдебранд припустил от дозорного, намокший поворотный механизм застрял на серидине поворота и решительно отказывался поворачивать сам. На бегу Корбиниан пытался провернуть их вручную, но то ли грязь забилась в механизм, то ли на бегу это действие было слишком нетривиальным.
Для Хильдебранда, казалось, прошла целая вечность, но на деле вся эта погоня не продлилась дольше 8-10 секунд, когда барабаны наконец провернулись, а кабан почти догнал выбивающегося из сил аристократа.
Рык за спиной подсказал Корбиниану, что дозорный уже готов рубануть его своим топором, нужно было что-то предпринять.
Хильдебранд прыгнул вперёд, разворачиваясь в воздухе, чтобы выстрелить. Прямо перед его лицом полумесяц топора налетел прямиком на кирасу, однако удар пришёлся больше по касательной. Так что лишь поцарапал металл. А вместе с тем оба ствола сейчас смотрели прямиком в лицо дозорному.
– СДОХНИ!
Выстрел. Голова дозорного взорвалась словно арбуз, и он рухнул в шаге от лежащего Корбиниана.
Теперь всё стихло.
6 трупов дозорных лежали бездыханно на мокрой земле, а один всё так же лежал с простреленной ногой, впрочем, и ему недолго осталось.
«А ведь хотел без жертв обойтись… М-да, после такого мне тут явно задерживаться не стоит, эту драку, должно быть, слышала вся округа. Надеюсь, Грэг подготовит лодку побыстрее.» – подумал аристократ, когда с кряхтением поднимал себя с земли, падения в кирасе – редкое удовольствие, особенно 3 раза за такой короткий промежуток времени. Сердце колотилось как бешеное, а в ушах стояла барабанная дробь, но сейчас Хильдебранд чувствовал себя живым, как никогда.
Подобрав нож, Корбиниан добил точным ударом оставшегося в живых дозорного, одним больше, одним меньше, сути дела не меняло, но незачем оставлять того, кто видел, что тут произошло.
– Интересно, а как там дела у Мелиса? По виду он хороший фехтовальщик, но… А, ладно пойду посмотрю, что ли.
Дойдя до перекрёстка, стало очевидно, что поворачивать к дому, где должен был укрываться лейтенант – бессмысленно. Да и на главной улице зрелище было явно поинтереснее.
Мелис стоял над мёртвым телом лейтенанта.
«Этого живьём взять тоже не удалось»
Только сейчас аристократ заметил, как изменился его подельник, в чёрном капюшоне и с маской, скрывающей лицо, он походил на профессионального убийцу или излишне пёстрого разбойника, но выглядел он грозно.
– Мелис, пойдём, нам пора убираться с этого острова, с отравленным зерном мы разобрались, незачем нам здесь больше задерживаться.
Корбиниан задумался.
– Если только ты не хочешь вернуться в тот магазин, где взял это зерно. Лучше, наверное, закончить то, что начали. Если зерно ещё будет попадать в руки людей, то вся эта история может оказаться бессмысленной. А нам и так тут только виселица светит, так что наше наказание вырастет не сильно, если прикроем эту лавочку… радикально.
[id581055576:bp-36291248_224901|Хильдебранд],
Возможно, толпа бы вышла из «гипнотических раздумий» и начала бы действовать по отношению к Мѐлиссу, если бы рядом не появился и коренастый мужчина. Когда на улице находятся двое довольно грозного вида человека, у горожан появляется только одно желание – не совершать резких движений, чтобы «не вызвать внимания и агрессии хищников» и скрыться куда-нибудь в дома.
– Убираться с острова? На чём, надеюсь, ты уже придумал, – усмехнулся фехтовальщик.
В какой-то степени у «старосты» не было ни доли сомнения, что у этого человека действительно есть средство переправки отсюда прочь. На всё прочее юноша ответил лишь кротким кивком и двинулся в сторону, откуда когда-то вернулся. Скоро поспеет подкрепление, когда будет понятно, что старший лейтенант Нитта Мицунидэ не выходит на связь, и тем более когда народ сообщит обо всём служащим лицам.
– Самого тебя каким течением сюда принесло? – обратился к мужчине тойон.
Дорога бы заняла у них не один десяток минут, посему коренастый смог бы ответить неспеша и, возможно, что-нибудь да выдумав, если то ему будет угодно. Тем не менее Мѐлисс присматривался к человеку, насколько он горд, честен и готов играть в доверие, взаимоподдержку. Фрамандец не совсем ещё понимал, каким людям можно доверять в этом мире – а каких следует обходить стороной. Но зная его подарок при рождении от синьоры удачи – он соберет вокруг себя отличных людей.
– Как-то так, – констатировал фехтовальщик, когда закрытый на ночь магазин уже начинал окутываться пледом пламени.
Хильдебранд подсобил ему с огнём, и дело оставалось за малым. Теперь им стоит как можно шустрее двигать к расположению корабля, так как уже ощущалась напряжённая обстановка на острове. Правда они оба могли ещё показать немного своей мощи, так как у тойона была только «дырочка в правом боку», где кровь уже запеклась и скрывалась плащом, а коренастый был весь в дождевой грязи и больше недоволен («пострадав») морально от этого.
– Предполагаю, время осталось только на отбытие, – в очередной раз констатировал факт юноша.
Так он и двинул следом за Хильдебрандом, который обещал им средство передвижения, причем собственное. Отчасти навигаторская душа уже радовалась тому, что ему не придется больше кантоваться на чужом коммерческом судне, где его свобода ограничивается строго каютой. В его распоряжении будет хоть и чужой, но судно без ограничений, где он сможет спокойно разложить добытые уже карты, свертками находящиеся «во внутренностях» пальто, и добыть судовой журнал для собственного пользования. А, может, даже наесться до отвала, и уже молчим про том, чтобы привести себя в чувства в остальных планах.
Возможно, толпа бы вышла из «гипнотических раздумий» и начала бы действовать по отношению к Мѐлиссу, если бы рядом не появился и коренастый мужчина. Когда на улице находятся двое довольно грозного вида человека, у горожан появляется только одно желание – не совершать резких движений, чтобы «не вызвать внимания и агрессии хищников» и скрыться куда-нибудь в дома.
– Убираться с острова? На чём, надеюсь, ты уже придумал, – усмехнулся фехтовальщик.
В какой-то степени у «старосты» не было ни доли сомнения, что у этого человека действительно есть средство переправки отсюда прочь. На всё прочее юноша ответил лишь кротким кивком и двинулся в сторону, откуда когда-то вернулся. Скоро поспеет подкрепление, когда будет понятно, что старший лейтенант Нитта Мицунидэ не выходит на связь, и тем более когда народ сообщит обо всём служащим лицам.
– Самого тебя каким течением сюда принесло? – обратился к мужчине тойон.
Дорога бы заняла у них не один десяток минут, посему коренастый смог бы ответить неспеша и, возможно, что-нибудь да выдумав, если то ему будет угодно. Тем не менее Мѐлисс присматривался к человеку, насколько он горд, честен и готов играть в доверие, взаимоподдержку. Фрамандец не совсем ещё понимал, каким людям можно доверять в этом мире – а каких следует обходить стороной. Но зная его подарок при рождении от синьоры удачи – он соберет вокруг себя отличных людей.
– Как-то так, – констатировал фехтовальщик, когда закрытый на ночь магазин уже начинал окутываться пледом пламени.
Хильдебранд подсобил ему с огнём, и дело оставалось за малым. Теперь им стоит как можно шустрее двигать к расположению корабля, так как уже ощущалась напряжённая обстановка на острове. Правда они оба могли ещё показать немного своей мощи, так как у тойона была только «дырочка в правом боку», где кровь уже запеклась и скрывалась плащом, а коренастый был весь в дождевой грязи и больше недоволен («пострадав») морально от этого.
– Предполагаю, время осталось только на отбытие, – в очередной раз констатировал факт юноша.
Так он и двинул следом за Хильдебрандом, который обещал им средство передвижения, причем собственное. Отчасти навигаторская душа уже радовалась тому, что ему не придется больше кантоваться на чужом коммерческом судне, где его свобода ограничивается строго каютой. В его распоряжении будет хоть и чужой, но судно без ограничений, где он сможет спокойно разложить добытые уже карты, свертками находящиеся «во внутренностях» пальто, и добыть судовой журнал для собственного пользования. А, может, даже наесться до отвала, и уже молчим про том, чтобы привести себя в чувства в остальных планах.
[id580994004:bp-36291248_224902|Max],
Дорога назад заняла, казалось, намного меньше времени, хотя, скорее всего, это было связано с тем, что путь был известен и шли двое «преступников» хоть и быстрым, но шагом. Мелис немного держался за бок, видимо лейтенант его всё-таки цапнул, отметил Корбиниан. Пока они шли – он рассказывал откуда он родом, и какая нелёгкая его сюда занесла и что основной своей целью он ставит поиск союзников, или средство, чтобы отомстить зверолюдям с его родного острова за тех убитых, кого он не смог спасти. Рассказывал без утайки, негоже аристократу лгать, так его всегда учил отец, да и было в это Мелисе что-то такое, что располагало к нему. Хильдебранд ещё подумал, что этот фрамандец станет его товарищем ещё очень надолго.
– А как прибыл сюда – помог корабелу с его имуществом, которое конфисковал дозор, а когда он рассказал про всю эту историю с болезнью. Не знаю, перещёлкнуло меня, видимо. Захотелось разобраться в этой истории, раз тут Морской дозор замешан в стольких злоключениях. Я ещё думал использовать это как козырь, который расположил бы ко мне местного короля, но видя, во что всё это вылилось… теперь придётся отсюда убираться так быстро, насколько возможно, чтобы не закончить на виселице.
Тем временем пара аристократов, а Корбиниан соотнёс, что старейшина на Фраманде – тоже нечто вроде правителя, уже подошла к магазину.
Собрав некое подобие трутовика из того, что было, Хильдебранд поджёг его при помощи кремневого замка на своём револьвере и теперь пламя медленно, но неумолимо пожирало этот очаг заразы.
– Итак, теперь в порт, надеюсь, Грег уже закончил с починкой. И, забыл упомянуть, нам его тоже забрать придётся с острова, ему тут оставаться тоже не улыбается.
Дойдя до порта, взгляду Хильдебранда предстала картина на порядок лучше, чем он ожидал. Дыра в борту была полностью заделана, да так, что, будь доски такими же старыми, как и «родные» то сложно было бы определить, где какие. Грот-мачта стояла как новая, а оставшаяся пробоина хоть и была скреплена заплаткой из досок, но держалась, явно не хуже, чем после капитального ремонта.
Корабел всё ещё стоял на палубе заканчивая ремонт.
– Грег, планы изменились, бери вещи какие берёшь с собой и отчаливаем.
Казалось, корабел этому и не удивился.
– Уже? Хорошо, что я уже успел загрузить и провиант, и доски для ремонта. Прекрасное у Вас всё-таки судно, давненько я таких не видел, хоть и старое, но в прекрасном состоянии, учитывая, что оно пережило в плаваниях. А ваш спутник? Ваш друг или ещё один бедолага, которого вы выручили? – Последняя фраза была явно шутливой, но за интонацией не скрывалось явное любопытство.
– Друг, мы тут закончим приготовления и свои вещи перенесём, А ты, давай за своим семейством. Уходить нужно срочно.
– Ну, раз такая спешка. Я быстро.
Корабел быстро скрылся из поля зрения.
– Мне только свои вещи забрать из постоялого двора и готов, тебе что-то нужно откуда-то забрать?
Закончив все приготовления, «команда» уже снялась с якоря и поставила парус. Берег стал неспешно удаляться, когда на берегу началось копошение морских дозорных, их обхват поиска столь дерзких «пиратов ло Тойона» наконец дорос до порта и удаляющийся корабль явно привлекал их внимание. И только сейчас за долгий и напряжённый день Корбиниан наконец расслабился, усевшись на борту своей шебеки, на борту которой теперь красовалась новая табличка с именем.
– Ну, Мейфенг, в путь.
Корбиниан забил трубку табаком из своего кисета и тихо запел себе под нос.
– Там, где ненависть царит, все равны, все равны…
А на берегу, тем временем, корабли дозора уже отшвартовывались, но им шебеку не догнать, она набрала полный ход, а пока эти бегемоты разгонятся, «Мейфенг» уже скроется за горизонтом.
[ |МП| Шебека «Мейфенг» < < < Батерилла |Саус Блю| ]
Дорога назад заняла, казалось, намного меньше времени, хотя, скорее всего, это было связано с тем, что путь был известен и шли двое «преступников» хоть и быстрым, но шагом. Мелис немного держался за бок, видимо лейтенант его всё-таки цапнул, отметил Корбиниан. Пока они шли – он рассказывал откуда он родом, и какая нелёгкая его сюда занесла и что основной своей целью он ставит поиск союзников, или средство, чтобы отомстить зверолюдям с его родного острова за тех убитых, кого он не смог спасти. Рассказывал без утайки, негоже аристократу лгать, так его всегда учил отец, да и было в это Мелисе что-то такое, что располагало к нему. Хильдебранд ещё подумал, что этот фрамандец станет его товарищем ещё очень надолго.
– А как прибыл сюда – помог корабелу с его имуществом, которое конфисковал дозор, а когда он рассказал про всю эту историю с болезнью. Не знаю, перещёлкнуло меня, видимо. Захотелось разобраться в этой истории, раз тут Морской дозор замешан в стольких злоключениях. Я ещё думал использовать это как козырь, который расположил бы ко мне местного короля, но видя, во что всё это вылилось… теперь придётся отсюда убираться так быстро, насколько возможно, чтобы не закончить на виселице.
Тем временем пара аристократов, а Корбиниан соотнёс, что старейшина на Фраманде – тоже нечто вроде правителя, уже подошла к магазину.
Собрав некое подобие трутовика из того, что было, Хильдебранд поджёг его при помощи кремневого замка на своём револьвере и теперь пламя медленно, но неумолимо пожирало этот очаг заразы.
– Итак, теперь в порт, надеюсь, Грег уже закончил с починкой. И, забыл упомянуть, нам его тоже забрать придётся с острова, ему тут оставаться тоже не улыбается.
Дойдя до порта, взгляду Хильдебранда предстала картина на порядок лучше, чем он ожидал. Дыра в борту была полностью заделана, да так, что, будь доски такими же старыми, как и «родные» то сложно было бы определить, где какие. Грот-мачта стояла как новая, а оставшаяся пробоина хоть и была скреплена заплаткой из досок, но держалась, явно не хуже, чем после капитального ремонта.
Корабел всё ещё стоял на палубе заканчивая ремонт.
– Грег, планы изменились, бери вещи какие берёшь с собой и отчаливаем.
Казалось, корабел этому и не удивился.
– Уже? Хорошо, что я уже успел загрузить и провиант, и доски для ремонта. Прекрасное у Вас всё-таки судно, давненько я таких не видел, хоть и старое, но в прекрасном состоянии, учитывая, что оно пережило в плаваниях. А ваш спутник? Ваш друг или ещё один бедолага, которого вы выручили? – Последняя фраза была явно шутливой, но за интонацией не скрывалось явное любопытство.
– Друг, мы тут закончим приготовления и свои вещи перенесём, А ты, давай за своим семейством. Уходить нужно срочно.
– Ну, раз такая спешка. Я быстро.
Корабел быстро скрылся из поля зрения.
– Мне только свои вещи забрать из постоялого двора и готов, тебе что-то нужно откуда-то забрать?
Закончив все приготовления, «команда» уже снялась с якоря и поставила парус. Берег стал неспешно удаляться, когда на берегу началось копошение морских дозорных, их обхват поиска столь дерзких «пиратов ло Тойона» наконец дорос до порта и удаляющийся корабль явно привлекал их внимание. И только сейчас за долгий и напряжённый день Корбиниан наконец расслабился, усевшись на борту своей шебеки, на борту которой теперь красовалась новая табличка с именем.
– Ну, Мейфенг, в путь.
Корбиниан забил трубку табаком из своего кисета и тихо запел себе под нос.
– Там, где ненависть царит, все равны, все равны…
А на берегу, тем временем, корабли дозора уже отшвартовывались, но им шебеку не догнать, она набрала полный ход, а пока эти бегемоты разгонятся, «Мейфенг» уже скроется за горизонтом.
[ |МП| Шебека «Мейфенг» < < < Батерилла |Саус Блю| ]
[[id579566779:bp-36291248_224734|Ish'ilah].]
Что же, Уайт был прав в том, что она была недоверчивая. И вряд ли когда-то изменится. Впрочем, всё может и измениться, в зависимости от событий. Так что, вздохнув и заметив, что парень съел пончик, она перевела взгляд на своё лакомство. Проглотив ком в горле, девушка попробовала. Один маленький кусочек, следующий и уже через несколько секунд у неё ничего не было в руке, кроме остатков сладенькой пудры на пальчиках, которые она тут же облизнула.
Ещё немного постояв на месте и вслушиваясь в звуки природы, зверолюдка развернулась и пошла следом за Уайтом.
— В какой стороне город? – Спросила она, сложив руки под грудью. Она шла медленно и осторожно, сохраняя дистанцию. Нужно было опасаться, ведь мало ли что задумал этот человек.
Что же, Уайт был прав в том, что она была недоверчивая. И вряд ли когда-то изменится. Впрочем, всё может и измениться, в зависимости от событий. Так что, вздохнув и заметив, что парень съел пончик, она перевела взгляд на своё лакомство. Проглотив ком в горле, девушка попробовала. Один маленький кусочек, следующий и уже через несколько секунд у неё ничего не было в руке, кроме остатков сладенькой пудры на пальчиках, которые она тут же облизнула.
Ещё немного постояв на месте и вслушиваясь в звуки природы, зверолюдка развернулась и пошла следом за Уайтом.
— В какой стороне город? – Спросила она, сложив руки под грудью. Она шла медленно и осторожно, сохраняя дистанцию. Нужно было опасаться, ведь мало ли что задумал этот человек.
[id216866752:bp-36291248_224922|Лидия],
Путь до реки занял достаточно мало времени, чтобы к началу разговора Джонатан начал поднимать свою кофту, в последствии оставаясь голым по пояс. Сложив одежду на сухой и плоский камень, он, не глядя в сторону зверолюдки, склонился к бурной воде.
— И что тебе даст эта информация? — Вопрос был скорее, риторический и не требовал прямого ответа. Не нужно было иметь семи пядей во лбу, чтобы понять - девушка желала, как можно скорее закрепить свою свободу. Желательно, закрепить ее убийством Джейми и побегом с этого острова, который на деле был не так уж и плох в отличии от людей. Не дожидаясь ответа, Уайт погрузил голову в воду, растирая намокшие волосы, чтобы хоть как-то, но привести их в божеский вид. Это не заняло много времени, поэтому достаточно скоро, мужчина вновь поднялся и осознал - он забыл взять с собой полотенце. — Ну что ж ты будешь делать... — Уайт недовольно цокнул и ворча направился в сторону дома, не забыв поднять с камня чистую кофту. Проходя мимо девушки, он бросил фразу. — Подожди здесь. —
«И куда она так спешит?» — Уайт был приверженцем идеи, что все когда-то произойдет. Не стоит торопить мир, иначе спешка может выйти тебе боком и желаемое обернется кошмаром. К сожалению, даже этого было недостаточно, чтобы ему остаться наплаву. Его предали. А все из-за того, что он пожелал, как можно скорее поставить того подонка на место. Пройдя в дом, он стянул с вешалки полотенце и вскоре вернулся к птичке, вытирая мокрые волосы.
— Город по ту сторону реки. — Сказал он, бросив взгляд на противоположный берег. Расстояние до него было приличное, не говоря уже про бурное течение, готовое унести тебя на скалы и по итогу утопить. Но подобное Джон говорить не торопился, понимая что это вызовет ворох лишних вопросов, дать ответ на которые он мог, но не считал целесообразным. — Тут рядом есть паром, но... — Спустив полотенце с головы на шею, он бегло осмотрел девушку. — Вряд ли ты сможешь им воспользоваться сама. — Выдержав небольшую паузу, чтобы дать чуду в перьях высказать свои возражения и негодование, он в конечном итоге выдал завершающую фразу сего монолога. — Я скоро заварю чай. Доешь сладкое вместе с ним и я отведу тебя в город. Не знаю, что ты будешь делать с Джейми по итогу, да и честно говоря, не то, чтобы он меня сильно заботил, но вот его покровителя оставь мне. —
«Мне нужно хоть чем-то себя прокармливать.» — Этот заказ был странным изначально. Кто-то сильно замахнулся на организацию и не то, чтобы Джону не было наплевать. Кто-то из старых врагов семьи? Вполне возможно, однако иронично, что для их зачистки выбрали именно Уайта. Ну, а смерть Джейми - так, приятное дополнение. Даже, если умерщвлен он будет чужими руками. Возвращаясь к диалогу между фруктовиком и зверолюдкой, чистильщик поставил в нем точку. Это не означало, что Момо должна была молчать в тряпочку, но больше по этому поводу ему было сказать нечего, поэтому следующими словами, что он произнес были.
— Тебе какой чай больше нравится, черный, зеленый, красный? — Сказал брюнет это, развернувшись в сторону костра. Было бы проще, установи они здесь газовую плиту в дом, как предлагал один из его товарищей, однако, место было заброшено. Почему? Джонатан все еще не знал, но догадывался, что основатели клана просто не хотели ворошить старые раны после "изгнания" своего старого товарища.
Путь до реки занял достаточно мало времени, чтобы к началу разговора Джонатан начал поднимать свою кофту, в последствии оставаясь голым по пояс. Сложив одежду на сухой и плоский камень, он, не глядя в сторону зверолюдки, склонился к бурной воде.
— И что тебе даст эта информация? — Вопрос был скорее, риторический и не требовал прямого ответа. Не нужно было иметь семи пядей во лбу, чтобы понять - девушка желала, как можно скорее закрепить свою свободу. Желательно, закрепить ее убийством Джейми и побегом с этого острова, который на деле был не так уж и плох в отличии от людей. Не дожидаясь ответа, Уайт погрузил голову в воду, растирая намокшие волосы, чтобы хоть как-то, но привести их в божеский вид. Это не заняло много времени, поэтому достаточно скоро, мужчина вновь поднялся и осознал - он забыл взять с собой полотенце. — Ну что ж ты будешь делать... — Уайт недовольно цокнул и ворча направился в сторону дома, не забыв поднять с камня чистую кофту. Проходя мимо девушки, он бросил фразу. — Подожди здесь. —
«И куда она так спешит?» — Уайт был приверженцем идеи, что все когда-то произойдет. Не стоит торопить мир, иначе спешка может выйти тебе боком и желаемое обернется кошмаром. К сожалению, даже этого было недостаточно, чтобы ему остаться наплаву. Его предали. А все из-за того, что он пожелал, как можно скорее поставить того подонка на место. Пройдя в дом, он стянул с вешалки полотенце и вскоре вернулся к птичке, вытирая мокрые волосы.
— Город по ту сторону реки. — Сказал он, бросив взгляд на противоположный берег. Расстояние до него было приличное, не говоря уже про бурное течение, готовое унести тебя на скалы и по итогу утопить. Но подобное Джон говорить не торопился, понимая что это вызовет ворох лишних вопросов, дать ответ на которые он мог, но не считал целесообразным. — Тут рядом есть паром, но... — Спустив полотенце с головы на шею, он бегло осмотрел девушку. — Вряд ли ты сможешь им воспользоваться сама. — Выдержав небольшую паузу, чтобы дать чуду в перьях высказать свои возражения и негодование, он в конечном итоге выдал завершающую фразу сего монолога. — Я скоро заварю чай. Доешь сладкое вместе с ним и я отведу тебя в город. Не знаю, что ты будешь делать с Джейми по итогу, да и честно говоря, не то, чтобы он меня сильно заботил, но вот его покровителя оставь мне. —
«Мне нужно хоть чем-то себя прокармливать.» — Этот заказ был странным изначально. Кто-то сильно замахнулся на организацию и не то, чтобы Джону не было наплевать. Кто-то из старых врагов семьи? Вполне возможно, однако иронично, что для их зачистки выбрали именно Уайта. Ну, а смерть Джейми - так, приятное дополнение. Даже, если умерщвлен он будет чужими руками. Возвращаясь к диалогу между фруктовиком и зверолюдкой, чистильщик поставил в нем точку. Это не означало, что Момо должна была молчать в тряпочку, но больше по этому поводу ему было сказать нечего, поэтому следующими словами, что он произнес были.
— Тебе какой чай больше нравится, черный, зеленый, красный? — Сказал брюнет это, развернувшись в сторону костра. Было бы проще, установи они здесь газовую плиту в дом, как предлагал один из его товарищей, однако, место было заброшено. Почему? Джонатан все еще не знал, но догадывался, что основатели клана просто не хотели ворошить старые раны после "изгнания" своего старого товарища.
[[id579566779:bp-36291248_224975|Ish'ilah].]
Парень вызывал у девушки слишком много вопросов. Он был каким-то медленным и странным. Грубо говоря, Шая очень хотела побыстрее достигнуть своей цели, но Уайт, кажется, просто испытывал её терпение.
Она как дура стояла у реки и наблюдала за тем, как парень моется, а потом он удивляется, что забыл полотенце. Действительно. Наверное, потому что он его и не брал? Бывает, когда в голове совсем другие мысли.
— Ага. — Кратко ответила пернатая, на его... Просьбу? Это явно звучало, как просьба. Безобидная такая и маленькая. Тяжело вздохнув и сложив руки под грудью, она ожидала Уайта у реки. Благо, что недолго. А вместе с ним пришел и долгожданный ответ.
— По ту сторону реки? Но как же... Как ты меня сюда доставил вообще? — Спросила Момо, недоумевая. И только она подумала про средство передвижение, как мужчина упомянул о пароме.
«— Вот оно как... Была бы я исправна, то это бы точно мне не понадобилось.» — Необходимая мера. Она опять тяжело вздыхает и продолжает думать, пропуская мимо ушей информацию о чае. Чай! Доходит с трудом, но Шая быстро переводит взгляд на Уайта.
— Чай — это хорошо. — И идет следом за ним. Пернатая уже как-то адаптировалась к свободе. К природе вокруг и к этому человеку. Не такой он был и страшный. Пр крайней мере, она не чувствовала от него желание к насилию. В её сторону, конечно. Это радовало, в какой-то степени. Забота и угощение с его стороны плюсик к карме.
— Чёрный? Зеленый? Красный? — Момо удивилась. Не знала она, что бывает чай в таком количестве. — А какой вкуснее? — Решив подойти к проблеме сбоку, спросила она, стоя в сторонке. — Я хочу вкусный. — На случай, если у неё вновь пойдет всё не по плану, то хоть попробует необычный цветной чай.
Парень вызывал у девушки слишком много вопросов. Он был каким-то медленным и странным. Грубо говоря, Шая очень хотела побыстрее достигнуть своей цели, но Уайт, кажется, просто испытывал её терпение.
Она как дура стояла у реки и наблюдала за тем, как парень моется, а потом он удивляется, что забыл полотенце. Действительно. Наверное, потому что он его и не брал? Бывает, когда в голове совсем другие мысли.
— Ага. — Кратко ответила пернатая, на его... Просьбу? Это явно звучало, как просьба. Безобидная такая и маленькая. Тяжело вздохнув и сложив руки под грудью, она ожидала Уайта у реки. Благо, что недолго. А вместе с ним пришел и долгожданный ответ.
— По ту сторону реки? Но как же... Как ты меня сюда доставил вообще? — Спросила Момо, недоумевая. И только она подумала про средство передвижение, как мужчина упомянул о пароме.
«— Вот оно как... Была бы я исправна, то это бы точно мне не понадобилось.» — Необходимая мера. Она опять тяжело вздыхает и продолжает думать, пропуская мимо ушей информацию о чае. Чай! Доходит с трудом, но Шая быстро переводит взгляд на Уайта.
— Чай — это хорошо. — И идет следом за ним. Пернатая уже как-то адаптировалась к свободе. К природе вокруг и к этому человеку. Не такой он был и страшный. Пр крайней мере, она не чувствовала от него желание к насилию. В её сторону, конечно. Это радовало, в какой-то степени. Забота и угощение с его стороны плюсик к карме.
— Чёрный? Зеленый? Красный? — Момо удивилась. Не знала она, что бывает чай в таком количестве. — А какой вкуснее? — Решив подойти к проблеме сбоку, спросила она, стоя в сторонке. — Я хочу вкусный. — На случай, если у неё вновь пойдет всё не по плану, то хоть попробует необычный цветной чай.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 3 Гость(ей)