[id690661814:bp-36291248_275638|Anni],
Что-то внутри него щелкнуло. Треснуло. Раскололось и дало путь чему-то, что Гест никогда не испытывал или же испытывал так давно, что память услужливо скрывала эти воспоминания, блокировала их на пути к разуму, не давая прорости чему-то порочному и греховному. Врач неторопливо скосил взгляд куда-то вправо и вниз, словно пытался высмотреть правую руку. Но руки у него, как и всегда, были белоснежно-белые. Незапятнанные. Неиспорченные. От части, цвет сохранялся от мела, а с другой стороны: чем ему их марать? Тем не менее, а может и более, белого гостя не покидало ощущение, словно руки его по локоть в чем-то липком, тягучем, как смола и это что-то тянет все его естество к земле, как ощущение полнейшей беспомощности.
"Это просто пустота" - сказал он себе, поглубже вобрав воздух в грудь и издав шумный вздох. Шаги Миноко были едва слышны и до их "кустарного улучшения в полевых условиях", а теперь юноша и вовсе был не уверен, что она не осталась посреди трупов, наслаждаясь ароматом горелой плоти. - "Горелой плоти..." - на мгновение, словно выстрел в лоб, разум услужливо показал перед глазами картину. Еще недостаточно старую, чтобы забыть и недостаточно свежую, чтобы помнить, как вчера. Пламя. Улыбка, полная наслаждения и абсолютное безразличие в глазах прочих. Остановившись на полушаге, будто споткнувшись, Гест застыл, как мраморная статуя, ошарашенно глядя в землю.
Нечто в глубине дало первый росток, как одуванчик прорастает через трещину в асфальте. Сердце колотилось, как бешенное, адреналин разлился по жилам, повышая и без того высокий кпд главной мышцы бренного тела, пока с звоном в ушах это не прекратилось. Стояли они, если Миноко, конечно, можно остановить на месте, уже достаточно далеко, чтобы не видеть всполохов огня, лишь столб дыма, постепенно разрастающийся среди прочих построек. Был слышен топот жителей, мимо них и вовсе пробежал отряд вооруженных солдат Морского Дозора.
"Слетаются на пожар, словно мотыльки" - сразу понял он. К счастью, люди они здесь были не новенькие и многими дозорными знакомые. Кто-то из этих бедолаг и вовсе часто захаживал к юноше в маске, чтобы вылечить больную голову после бурного увольнительного в одном из местных трактиров. К слову, он их не осуждал за то, выпивка здесь не хуже, чем на верхних этажах, а цены демократичнее. По мнению врача, то самое пойло, которое вливают в себя жители самого высшего сословия здесь, было скорее уже уксусом, нежели вином.
Качнувшись в сторону, он неловко повернулся в сторону очередного переулка. Но этот выглядел куда ухоженнее прошлого: здесь висели горшки с цветами на стенах, да и представлял собой этот проулок ничто иное, как проход в какое-то заведение. Об этом говорила скромная вывеска с рукописной надписью белой краской "У Мирты". В переулке была решетчатая перегородка, обвитая лозой, а также оборудованы две скамейки вдоль стен домов на расстоянии примерно двух метров друг от друга. Приблизившись к одной из них Гест буквально растаял, как воск горящей свечи, опадая на скамью с головой, поднятой куда-то к потолку. Взгляд бессмысленно задержался на горшке над скамейкой напротив и лениво переплыл к Миноко, которая, будем надеяться, не хотела упускать виновника небольшой резни, которая точечно происходит в этот вечер. Задержавшись пару секунд на ее прекрасном лице, не обремененным усталостью, он перевел взгляд на дощечку и всем своим видом показывая, что у него не хватает морального ресурса даже для такого диалога прикрыл глаза, утыкаясь затылком в каменную стену.
ONE PIECE RP ·
[Ист Блю] Шеллтаун
Заведение, к слову, закрытым не было, о чем свидетельствовал относительный шум: легкие нотки игры на лютне и тонкий женский голосок, перебивающийся грубыми мужскими баритонами. Гест часто сюда захаживал, когда ему нужно было нечто безобиднее вина и тонизирующее, как оно или может быть, даже лучше: чай, кофе, за некоторую плату кое-что и поинтереснее, из чего можно сделать обезболивающее для операций и прочий ассортимент травницы Мирты с огромным пушистым котом, как раз в момент полного "падения" морального духа Геста вышел на свой пеший променад, обтираясь своей шерстью о его ногу, выглянувшую из оборванных полов балахончатого одеяния.
"Интересно... А какие у нее причины для улыбки?" - вскользь подумал он, мимолетно вспоминая ту эйфорию и наслаждение, которую испытывал стрелок во время "зажигания свечек на день рождение". В целом, сравнение актуально. Для Миноко, по мнению врача, радость от праздничного торта и хаоса, порожденного ее стрельбой тождественна, если не перевешивает в сторону последнего.
"Интересно... А какие у нее причины для улыбки?" - вскользь подумал он, мимолетно вспоминая ту эйфорию и наслаждение, которую испытывал стрелок во время "зажигания свечек на день рождение". В целом, сравнение актуально. Для Миноко, по мнению врача, радость от праздничного торта и хаоса, порожденного ее стрельбой тождественна, если не перевешивает в сторону последнего.
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 10)
"Нет ничего прекраснее и желаннее плоти (с) трибун Кассий Викус"
Выстрел и сразу же пламя охватывало своими жаркими объятьями тех кто планировали изловить нашего доктора в белом, второй выстрел и еще больше ярких вспышек каждая из которых в воображении и главным манером в восприятии Миноко была неким эстетическим оргазмом - настоящим бальзамом, вином слаще всех прочих для услады уст и горла с настроением и отдушиной в одном флаконе. Сладкая песня в ушах от криков в агонии болей что доставил им наш фосфорный грешок и еще один и еще - как можно не любить это ощущение? Ускользающий миг - вспышка света несущая необратимую смерть и довольство сим моментом, цветы плоти и крови расцветали все ярче и сочнее что в воображении что в абстрагировании сознания Миноко что будто бы самых сладких и желанных сновидениях наяву когда мы лицезрели последние мгновения жизней этих бандюганов что одарила нас и всех окружающих своей неистово красивой и изящной в исполнении пляской смерти. Девушка была так обрадована что еще немного подобного напора и она пустит слезу от наслаждения, ее оскалившаяся хищническая уже зубастая улыбка и выражение лица отражали лишь крупицу от того самого божественного ощущения что было у нас внутри, оно по сути своей непередаваемо если вам от природы не сужено его ощущать и жаждой к нему обладать. Из пепла восставать и в пепел обращать, древнее чувство испытываемое отдельными людьми - желание идущее далеко за пределы обычного быта войны или же даже бойни. Миноко была истинной амфибией и всегда желала большего чем имеет и ощущает в данный момент, не было такого наслаждения чем либо или же занятия кое могло насытить ее до самого конца, ну за исключением боя в котором мы несколько долгих минут назад побывали. Живая плоть во всех смыслах была великолепнейшим творением в мироздании и вкушать ее всесторонне было наивысшей усладой и наградой - ради которой и умереть в моменте не жаль.
Все хорошее когда то заканчивается но лишь для того что бы потом из долгой томительной паузы начаться вновь с новыми силами и возможными ощущениями. Миноко все же вняла уговорам остатков разума и повернула в очередной проулок нашего родненького Шеллтауна, что бы в очередной раз на ню а точнее уже в ночи затеряться без следа. Заведение "У Митры" было нам знакомо но вот обычно если когда мы сюда и захаживали так это либо в гордом одиночестве либо в компании людей которых надо было по наводке мамы и папы умасливать что бы те подписали нужные нашей семье и делу соглашения, будучи разумеется под шафе. Так что бы Миноко была тут исключительно по своей воле в чьей либо компании - нет такого точно еще не бывало, но уже считай что сбылось так что бывало. Девушка с римским профилем лица и благородной горделиво посаженной головой на более менее тонкую шею все время следовала за Гестом, этот вояж до скамеек не стал исключением, и Миноко без какой либо паузы вслед за доктором разместилась на соседней скамейке так же фактически разложившись на ней в положении лежа на спине. И все же она обратила свое внимание к молодому мужчине и достала из-за пазухи то что было утрачено оным человеком из своего запаса но осталось у нас в некотором остаточном половинном от бутыльки количестве. А именно у нас собой все еже живая и наполненная на половину бутылочка кактусового вина под наименованием "Очарование смерти" кою мы без каких либо проблем протянули прямо к врачу и в конечном итоге левой рукой поставили рядом с ним на его скамейке.
— Превосходно, это был чудесный вечерок - что скажешь? — Миноко не выглядела слишком уставшей или же утомленной, с оными словами что легко и непринужденно сошли с ее уст она достала свой Люгер и осторожно с должной бережностью достала оставшиеся грешки из его магазина - заменив их на обычные боеприпасы кои подготовила заранее, после чего так же аккуратно убрала свой пистолет под свой плащик на котором частично все еще оставался мел от способностей своего собеседника. [id219675888:bp-36291248_275695|Петр],
"Нет ничего прекраснее и желаннее плоти (с) трибун Кассий Викус"
Выстрел и сразу же пламя охватывало своими жаркими объятьями тех кто планировали изловить нашего доктора в белом, второй выстрел и еще больше ярких вспышек каждая из которых в воображении и главным манером в восприятии Миноко была неким эстетическим оргазмом - настоящим бальзамом, вином слаще всех прочих для услады уст и горла с настроением и отдушиной в одном флаконе. Сладкая песня в ушах от криков в агонии болей что доставил им наш фосфорный грешок и еще один и еще - как можно не любить это ощущение? Ускользающий миг - вспышка света несущая необратимую смерть и довольство сим моментом, цветы плоти и крови расцветали все ярче и сочнее что в воображении что в абстрагировании сознания Миноко что будто бы самых сладких и желанных сновидениях наяву когда мы лицезрели последние мгновения жизней этих бандюганов что одарила нас и всех окружающих своей неистово красивой и изящной в исполнении пляской смерти. Девушка была так обрадована что еще немного подобного напора и она пустит слезу от наслаждения, ее оскалившаяся хищническая уже зубастая улыбка и выражение лица отражали лишь крупицу от того самого божественного ощущения что было у нас внутри, оно по сути своей непередаваемо если вам от природы не сужено его ощущать и жаждой к нему обладать. Из пепла восставать и в пепел обращать, древнее чувство испытываемое отдельными людьми - желание идущее далеко за пределы обычного быта войны или же даже бойни. Миноко была истинной амфибией и всегда желала большего чем имеет и ощущает в данный момент, не было такого наслаждения чем либо или же занятия кое могло насытить ее до самого конца, ну за исключением боя в котором мы несколько долгих минут назад побывали. Живая плоть во всех смыслах была великолепнейшим творением в мироздании и вкушать ее всесторонне было наивысшей усладой и наградой - ради которой и умереть в моменте не жаль.
Все хорошее когда то заканчивается но лишь для того что бы потом из долгой томительной паузы начаться вновь с новыми силами и возможными ощущениями. Миноко все же вняла уговорам остатков разума и повернула в очередной проулок нашего родненького Шеллтауна, что бы в очередной раз на ню а точнее уже в ночи затеряться без следа. Заведение "У Митры" было нам знакомо но вот обычно если когда мы сюда и захаживали так это либо в гордом одиночестве либо в компании людей которых надо было по наводке мамы и папы умасливать что бы те подписали нужные нашей семье и делу соглашения, будучи разумеется под шафе. Так что бы Миноко была тут исключительно по своей воле в чьей либо компании - нет такого точно еще не бывало, но уже считай что сбылось так что бывало. Девушка с римским профилем лица и благородной горделиво посаженной головой на более менее тонкую шею все время следовала за Гестом, этот вояж до скамеек не стал исключением, и Миноко без какой либо паузы вслед за доктором разместилась на соседней скамейке так же фактически разложившись на ней в положении лежа на спине. И все же она обратила свое внимание к молодому мужчине и достала из-за пазухи то что было утрачено оным человеком из своего запаса но осталось у нас в некотором остаточном половинном от бутыльки количестве. А именно у нас собой все еже живая и наполненная на половину бутылочка кактусового вина под наименованием "Очарование смерти" кою мы без каких либо проблем протянули прямо к врачу и в конечном итоге левой рукой поставили рядом с ним на его скамейке.
— Превосходно, это был чудесный вечерок - что скажешь? — Миноко не выглядела слишком уставшей или же утомленной, с оными словами что легко и непринужденно сошли с ее уст она достала свой Люгер и осторожно с должной бережностью достала оставшиеся грешки из его магазина - заменив их на обычные боеприпасы кои подготовила заранее, после чего так же аккуратно убрала свой пистолет под свой плащик на котором частично все еще оставался мел от способностей своего собеседника. [id219675888:bp-36291248_275695|Петр],
[id690661814:bp-36291248_275698|Anni],
Гест натурально устал. Опустим подробности сегодняшней ночи, он устал и без того хаоса, который устраивала Миноко десятки минут назад, и был настолько погружен в себя внутренним опустошением, что ребенок в соломенной накидке и ее развлечения в стиле "горящего человека" казались каким-то белым шумом на фоне рушащейся на кусочки реальности. Представьте себе, как вы сильно задумавшись идете вперед и окружающий вас мир смазывается в что-то абстрактное, настолько неразличимое, что ощущается чем-то незначительным и сплетается в единое "сейчас". Представили? Вот в таком режиме "автопилота" и пробыл врач, пока наконец не сел на скамью, ощущая, как окружающий мир вновь наваливается на него всей той тяжестью и сложностью взрослой жизни.
Но пора вернуться в реальность и повествованию. Гест сидел на скамье, тупя взгляд на шатенку. Или блондинку, в этом дрянном освещении проулка и не разобрать толком. Глаза цвета золота смотрели не столько угрюмо или безразлично, сколь устало и опустошенно. В общем-то, социальных контактов сегодня было чересчур много. Франк, Гектор, бандиты, пациенты, Миноко... Глубоко вздохнув, юноша в белом на мгновение прикрыл глаза и, когда открыл уже скосил взгляд на бутылку. Кот все также терся о его ногу, то ли вымаливая угощение, то ли просто приветствуя "заблудшего" путника, который вернулся "домой". На вопрос, сказанный после Миноко он лишь кивнул и после этого голова его не поднялась.
= Не думаю, что он тебе ответит.
Со стороны Геста к девушке обратился уже некто иной. Это можно было понять, как минимум по тому, что голос явно принадлежал женщине. Если Миноко вновь обратит внимание на соседнюю скамью, кои расположены друг напротив друга вдоль стен переулка, то заметит рыжую женщину, одетую в хорошо пошитую одежду. Простую и со вкусом, чем-то отсылающую к знахарству. На это, как минимум, указывала наплечная сумка из плотной ткани, из под крышки которой выглядывали цветы. Волосы были аккуратно повязаны платком, из-за чего целая грива рыжих кудрей водопадом спадала за спину, держа лицо открытым. Ее зоркие зеленые глаза словно светились в темноте, но были обращены не на девушку, а на ее собеседника, который, не имея ни капли стыда уснул. Сидела она от Геста через бутылку и аккуратно тыкала ногтем в щеку маски.
= Уснул, - сухо хмыкнула она, прежде чем наконец-то обратить свой взор на Миноко. - Поможешь занести это бренное тело? А то я бы рада, да одежду всю в меле перепачкаю. И откуда он только такой грязный все время приходит...
Поднявшись на ноги, она подхватила посох, стоящий это время у стены и с немым вопросом: "да или нет?" встала рядом с Гестом.
= И да... Убери эту игрушку, - недовольно скорчила она лицо, глядя на возлюбленный Люгер Миноко - Клиентов распугаешь, да и Фирс запах пороха не любит.
Пока Миноко и Гест весело проводили время, похожие события завершились и в таверне, из которой они сбежали. Пожар, вызвавший переполох в внешних уровнях города привлек к себе большую часть внимания стражей правосудия, а когда пыль уляжется Франка и след простыл... Чего не скажешь о множестве дыр диаметром около метра в деревянных стенах и телах, буквально разорванных на части по площади того, что раньше называлось залой. Мужчина неспешно вышел, стряхивая с себя пыль и обломки крыши, уверенно держа ладонь на рукояти своего Спаниэля. Он выудил из кармана штанов пачку сигарет и едва фильтр коснулся его губ, как один из бандитов услужливо подбежал к нему с зажигалкой в руке. Язык юного пламени лизнул кончик сигареты с торчащим табаком и по улице пошел сигаретный дым, сливаясь с тем, что шел от обломков стен и крыши после перестрелки.
= Босс! Что это было!? Он просто хлопнул в ладони и...!
Гест натурально устал. Опустим подробности сегодняшней ночи, он устал и без того хаоса, который устраивала Миноко десятки минут назад, и был настолько погружен в себя внутренним опустошением, что ребенок в соломенной накидке и ее развлечения в стиле "горящего человека" казались каким-то белым шумом на фоне рушащейся на кусочки реальности. Представьте себе, как вы сильно задумавшись идете вперед и окружающий вас мир смазывается в что-то абстрактное, настолько неразличимое, что ощущается чем-то незначительным и сплетается в единое "сейчас". Представили? Вот в таком режиме "автопилота" и пробыл врач, пока наконец не сел на скамью, ощущая, как окружающий мир вновь наваливается на него всей той тяжестью и сложностью взрослой жизни.
Но пора вернуться в реальность и повествованию. Гест сидел на скамье, тупя взгляд на шатенку. Или блондинку, в этом дрянном освещении проулка и не разобрать толком. Глаза цвета золота смотрели не столько угрюмо или безразлично, сколь устало и опустошенно. В общем-то, социальных контактов сегодня было чересчур много. Франк, Гектор, бандиты, пациенты, Миноко... Глубоко вздохнув, юноша в белом на мгновение прикрыл глаза и, когда открыл уже скосил взгляд на бутылку. Кот все также терся о его ногу, то ли вымаливая угощение, то ли просто приветствуя "заблудшего" путника, который вернулся "домой". На вопрос, сказанный после Миноко он лишь кивнул и после этого голова его не поднялась.
= Не думаю, что он тебе ответит.
Со стороны Геста к девушке обратился уже некто иной. Это можно было понять, как минимум по тому, что голос явно принадлежал женщине. Если Миноко вновь обратит внимание на соседнюю скамью, кои расположены друг напротив друга вдоль стен переулка, то заметит рыжую женщину, одетую в хорошо пошитую одежду. Простую и со вкусом, чем-то отсылающую к знахарству. На это, как минимум, указывала наплечная сумка из плотной ткани, из под крышки которой выглядывали цветы. Волосы были аккуратно повязаны платком, из-за чего целая грива рыжих кудрей водопадом спадала за спину, держа лицо открытым. Ее зоркие зеленые глаза словно светились в темноте, но были обращены не на девушку, а на ее собеседника, который, не имея ни капли стыда уснул. Сидела она от Геста через бутылку и аккуратно тыкала ногтем в щеку маски.
= Уснул, - сухо хмыкнула она, прежде чем наконец-то обратить свой взор на Миноко. - Поможешь занести это бренное тело? А то я бы рада, да одежду всю в меле перепачкаю. И откуда он только такой грязный все время приходит...
Поднявшись на ноги, она подхватила посох, стоящий это время у стены и с немым вопросом: "да или нет?" встала рядом с Гестом.
= И да... Убери эту игрушку, - недовольно скорчила она лицо, глядя на возлюбленный Люгер Миноко - Клиентов распугаешь, да и Фирс запах пороха не любит.
Пока Миноко и Гест весело проводили время, похожие события завершились и в таверне, из которой они сбежали. Пожар, вызвавший переполох в внешних уровнях города привлек к себе большую часть внимания стражей правосудия, а когда пыль уляжется Франка и след простыл... Чего не скажешь о множестве дыр диаметром около метра в деревянных стенах и телах, буквально разорванных на части по площади того, что раньше называлось залой. Мужчина неспешно вышел, стряхивая с себя пыль и обломки крыши, уверенно держа ладонь на рукояти своего Спаниэля. Он выудил из кармана штанов пачку сигарет и едва фильтр коснулся его губ, как один из бандитов услужливо подбежал к нему с зажигалкой в руке. Язык юного пламени лизнул кончик сигареты с торчащим табаком и по улице пошел сигаретный дым, сливаясь с тем, что шел от обломков стен и крыши после перестрелки.
= Босс! Что это было!? Он просто хлопнул в ладони и...!
= Молчи. Это был Гест и то, что он украл у нашего капитана. Собери еще людей и скажи, чтобы искали человека в белом, - втянув в легкие дым поглубже, квартирмейстер выдохнул струю дыма в небо, темное то ли от туч, то ли от дыма пожара, который активно пытаются потушить. - Я пока схожу на корабль... Нужно доложить капитану, а то он от нетерпения сам сойдет на берег. А это ничем хорошим не кончится.
[id219675888:bp-36291248_275814|Петр],
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 11)
М: " Хаа, похоже что у тебя даже винца отхлебнуть прыти не осталось, надо будет найти для тебя комнатенку с кроваткой что ли и напеть тебе колыбельную как полагается хорошим товарищам под конец тяжкого но безусловно веселенького денька. Мнем, если мне не изменяет память то тут у местной хозяйки заведения есть парочка рецептур для расслабления и погружения в сон, это по мимо всего остального что может быть использовано и как эйфорийное средство. "
— О, и как я сразу то не заметила такой роскошный бутон среди кустарников колючек как вы, разумеется я помогу с этим. Наш Балдуин весьма вымотался за день вероятнее всего. И само-собой мое орудие исчезнет в недрах кобуры безвозвратно пока я тут - так что на этот счет не тревожьтесь добрая гостеприимная госпожа. — Как только с уст юной маньячки будто бы лицом и родовыми корнями из самой "римской империи" снизошли несколько слов в виде спокойной реплики, она тут же встала и без каких либо колебаний подхватила на руки нашего врачевателя в белом не смотря на тот факт что он был в меле как доска на которой изредка писал и использовал ту в качестве экстрактора для собственных речей. Миноко заприметила своим острым взором несколько судя по всему гостевых домиков кои были чуть позади некой поросли что обвивает все строения в данном заведении кое определенно шириться на куда большую территорию чем то кажется на первый взгляд, как только конкретный гостевой домик на двоих или же максимум троих людей был нами выбран - мы незамедлительно и очень медленным темпом а так же короткими шагами пошли в его сторону.
— Однажды в одной далекой стране пропитанной вьюгами и легендами прошлого родился неестественно спокойный и добронравный ребенок. Его родители не чаяли в нем души и пока он рос они строили планы по тому какой будет его жизнь, в характере да и в общих чертах с поступками у сего юного дарования не было ничего из того что можно было бы именовать хотя бы хоть чуточку осудительным или же порицаемым. Но с мерой его взросления и становления личностью в округе начали случаться случайные пропажи людей - они просто исчезали по месту жительства без следа и каких либо признаков насильственного захвата или же вариативного похищения. Мама и папа этого чуда и все остальные жители острова не могли найти себе места и все более с каждым прожитым днем требовали от властей найти тех кто причастен к исчезновениям - ибо беспокоились за своих чад немыслимым образом. И все же в один прекрасный день - исчезли и родители того юного дарования - ведь был он путешественником, путешественником не покидавшим родного острова до поры до времени. Он не мог найти себя ни в чем хотя разбирался в ремеслах и промысловых делах своего острова не хуже профессионалов своего дела. Он был скитальцем, что хотел путешествовать не в морях и океане Гранд Лайна что таиться за далеким горизонтом - а во внешних рубежах познания, там где струятся и пахнут как благовония из ладана догматы и правила не постижимые законами бытия, природы и человека... — Легкий как весенний теплый ветерок сладковатый и очень тихий в своей заботливой манере голос Миноко только что почти что прошептал тому небольшую часть древней сказки, само ее начало и зачаток ее сути. Пока девушка несла Геста в сторону гостевого домика и неспеша отмеряла каждый шаг она более ни на что не обращала внимания - словно желая как можно лучше убаюкать нашего доктора, усталость коего трудно было оценить выше чем в очень высокую степень. И лишь когда врачеватель оказался аккуратно уложенным на кровать а сама Миноко уселась на вторую, она закончила первую часть рассказа оной сказки.
Происходящее вокруг вообще похоже что не особо волновало Миноко как и мнение сторонних наблюдателей - она просто делала и все, лишь бы то нравилось ей и тем на кого падет ее взор в качестве союзника, повезло ли Гесту с ней или же это наказание ему еще при жизни от самого морского Дьявола - вопрос вопросов.
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 11)
М: " Хаа, похоже что у тебя даже винца отхлебнуть прыти не осталось, надо будет найти для тебя комнатенку с кроваткой что ли и напеть тебе колыбельную как полагается хорошим товарищам под конец тяжкого но безусловно веселенького денька. Мнем, если мне не изменяет память то тут у местной хозяйки заведения есть парочка рецептур для расслабления и погружения в сон, это по мимо всего остального что может быть использовано и как эйфорийное средство. "
— О, и как я сразу то не заметила такой роскошный бутон среди кустарников колючек как вы, разумеется я помогу с этим. Наш Балдуин весьма вымотался за день вероятнее всего. И само-собой мое орудие исчезнет в недрах кобуры безвозвратно пока я тут - так что на этот счет не тревожьтесь добрая гостеприимная госпожа. — Как только с уст юной маньячки будто бы лицом и родовыми корнями из самой "римской империи" снизошли несколько слов в виде спокойной реплики, она тут же встала и без каких либо колебаний подхватила на руки нашего врачевателя в белом не смотря на тот факт что он был в меле как доска на которой изредка писал и использовал ту в качестве экстрактора для собственных речей. Миноко заприметила своим острым взором несколько судя по всему гостевых домиков кои были чуть позади некой поросли что обвивает все строения в данном заведении кое определенно шириться на куда большую территорию чем то кажется на первый взгляд, как только конкретный гостевой домик на двоих или же максимум троих людей был нами выбран - мы незамедлительно и очень медленным темпом а так же короткими шагами пошли в его сторону.
— Однажды в одной далекой стране пропитанной вьюгами и легендами прошлого родился неестественно спокойный и добронравный ребенок. Его родители не чаяли в нем души и пока он рос они строили планы по тому какой будет его жизнь, в характере да и в общих чертах с поступками у сего юного дарования не было ничего из того что можно было бы именовать хотя бы хоть чуточку осудительным или же порицаемым. Но с мерой его взросления и становления личностью в округе начали случаться случайные пропажи людей - они просто исчезали по месту жительства без следа и каких либо признаков насильственного захвата или же вариативного похищения. Мама и папа этого чуда и все остальные жители острова не могли найти себе места и все более с каждым прожитым днем требовали от властей найти тех кто причастен к исчезновениям - ибо беспокоились за своих чад немыслимым образом. И все же в один прекрасный день - исчезли и родители того юного дарования - ведь был он путешественником, путешественником не покидавшим родного острова до поры до времени. Он не мог найти себя ни в чем хотя разбирался в ремеслах и промысловых делах своего острова не хуже профессионалов своего дела. Он был скитальцем, что хотел путешествовать не в морях и океане Гранд Лайна что таиться за далеким горизонтом - а во внешних рубежах познания, там где струятся и пахнут как благовония из ладана догматы и правила не постижимые законами бытия, природы и человека... — Легкий как весенний теплый ветерок сладковатый и очень тихий в своей заботливой манере голос Миноко только что почти что прошептал тому небольшую часть древней сказки, само ее начало и зачаток ее сути. Пока девушка несла Геста в сторону гостевого домика и неспеша отмеряла каждый шаг она более ни на что не обращала внимания - словно желая как можно лучше убаюкать нашего доктора, усталость коего трудно было оценить выше чем в очень высокую степень. И лишь когда врачеватель оказался аккуратно уложенным на кровать а сама Миноко уселась на вторую, она закончила первую часть рассказа оной сказки.
Происходящее вокруг вообще похоже что не особо волновало Миноко как и мнение сторонних наблюдателей - она просто делала и все, лишь бы то нравилось ей и тем на кого падет ее взор в качестве союзника, повезло ли Гесту с ней или же это наказание ему еще при жизни от самого морского Дьявола - вопрос вопросов.
[id690661814:bp-36291248_275832|Anni],
= Балдуин? - Мирта в моменте остановилась и повернулась в сторону Миноко, удивленно вскинув брови. - И как только его не называют... Мне кажется, ему скоро придется не дощечку эту носить, а гриммуар на цепи с перечислением всех имен, когда-либо произнесенных в его сторону...
Легкая усмешка проскользнула на ее слегка округлом лице, прежде чем большие зеленые глаза вновь были устремлены к цели их небольшой экспидиционной миссии - доставить белого врача до места, где он может уснуть. Рыжий кот следовал за ними по пятам, то и дело норовя проскользнуть между ног девушек. В общем, мешался под ногами, как только мог.
= Впрочем, для меня он так и останется "Мешком с картошкой", - уже через какое-то время добавила она, не ожидая какого-либо ответа со стороны. Иными словами, начала свой небольшой монолог, прерываясь разве только на обдумывание следующей фразы, чтобы та звучала более безобидно, чем могла быть на самом деле. - Я так понимаю, этот пожар, на который слетелись почти все дозорные - ваших рук дела, да? Хороший из белоснежки террорист, конечно, ничего не скажешь...
Однако же, добрая сказочка Миноко заставила Мирту попридержать свои комментарии на потом. Пройдя через небольшую ограду, они вошли в внутренний двор, который оказался куда больше, чем изначально выглядело со стороны. Дело в том, что раньше здесь было что-то вроде школы, которую не пощадило ни время, ни погода, ни люди, желавшие прибрать к своим рукам даже такое низкопробное богатство, как знания - по крайней мере низкопробным оно было по мнению пиратов. Это было давно. Так давно, что и Мирта, наверное, не вспомнит день и год, когда она обосновалась в этом месте и начала понемногу отстраивать свой "уголок спокойствия". Обойдя что-то вроде места заседания, судя по кругу из бревен, они прошли к одному из, поросших лозой, зданий. Оно было небольшое, не сильно больше, чем хижина, в которой жил врач до этого. Но поместится там могло достаточное количество людей. Сказка Миноко о чем-то напомнила хозяйке сия заведения, но она не особо задумывалась об этом. Лишь молча наблюдала, стоя в дверном проеме, как Миноко укладывает врача в меле на чистую постель и тот моментально расположился, как будто лежит в гробу на похоронной церемонии с открытой крышкой.
= Мда, спит, как убитый... И ведь всегда так, как не буди, как не тащи его, хоть непотребство устраивай, а он будет спать, пока внутренний будильник не заработает... - с нескрываемым недовольством матери, беспокоящейся о своем чаде, Мирта провела взглядом по Гесту, уложенного на кровать. - Лучше его не раздевать, а то еще суету наведет будь здоров... Дозорные сюда редко захаживают, если буду нужна, я в заведении. Либо в своей комнате, но вряд-ли вы ее найдете, поэтому... Следуйте за котом.
На этих словах, местная "ведьма" повернула голову в сторону рыжего кота, обосновавшегося на коленях Геста, которого хоть прям сейчас в гроб упаковывай, насколько умиротворенно он спал, невзирая на происходящее вокруг и пробормотала что-то невнятное про блевотину и грязь, прежде чем дважды хлопнуть по дверному проему и покинуть общество парочки.
Кот же, как лежал на ногах, так и лежит, взирая своим немигающим взором в сторону Миноко. К Гесту, за время его существования на острове, он привык. Миноко же он, если и видел пару раз, не особо привязался.
= Балдуин? - Мирта в моменте остановилась и повернулась в сторону Миноко, удивленно вскинув брови. - И как только его не называют... Мне кажется, ему скоро придется не дощечку эту носить, а гриммуар на цепи с перечислением всех имен, когда-либо произнесенных в его сторону...
Легкая усмешка проскользнула на ее слегка округлом лице, прежде чем большие зеленые глаза вновь были устремлены к цели их небольшой экспидиционной миссии - доставить белого врача до места, где он может уснуть. Рыжий кот следовал за ними по пятам, то и дело норовя проскользнуть между ног девушек. В общем, мешался под ногами, как только мог.
= Впрочем, для меня он так и останется "Мешком с картошкой", - уже через какое-то время добавила она, не ожидая какого-либо ответа со стороны. Иными словами, начала свой небольшой монолог, прерываясь разве только на обдумывание следующей фразы, чтобы та звучала более безобидно, чем могла быть на самом деле. - Я так понимаю, этот пожар, на который слетелись почти все дозорные - ваших рук дела, да? Хороший из белоснежки террорист, конечно, ничего не скажешь...
Однако же, добрая сказочка Миноко заставила Мирту попридержать свои комментарии на потом. Пройдя через небольшую ограду, они вошли в внутренний двор, который оказался куда больше, чем изначально выглядело со стороны. Дело в том, что раньше здесь было что-то вроде школы, которую не пощадило ни время, ни погода, ни люди, желавшие прибрать к своим рукам даже такое низкопробное богатство, как знания - по крайней мере низкопробным оно было по мнению пиратов. Это было давно. Так давно, что и Мирта, наверное, не вспомнит день и год, когда она обосновалась в этом месте и начала понемногу отстраивать свой "уголок спокойствия". Обойдя что-то вроде места заседания, судя по кругу из бревен, они прошли к одному из, поросших лозой, зданий. Оно было небольшое, не сильно больше, чем хижина, в которой жил врач до этого. Но поместится там могло достаточное количество людей. Сказка Миноко о чем-то напомнила хозяйке сия заведения, но она не особо задумывалась об этом. Лишь молча наблюдала, стоя в дверном проеме, как Миноко укладывает врача в меле на чистую постель и тот моментально расположился, как будто лежит в гробу на похоронной церемонии с открытой крышкой.
= Мда, спит, как убитый... И ведь всегда так, как не буди, как не тащи его, хоть непотребство устраивай, а он будет спать, пока внутренний будильник не заработает... - с нескрываемым недовольством матери, беспокоящейся о своем чаде, Мирта провела взглядом по Гесту, уложенного на кровать. - Лучше его не раздевать, а то еще суету наведет будь здоров... Дозорные сюда редко захаживают, если буду нужна, я в заведении. Либо в своей комнате, но вряд-ли вы ее найдете, поэтому... Следуйте за котом.
На этих словах, местная "ведьма" повернула голову в сторону рыжего кота, обосновавшегося на коленях Геста, которого хоть прям сейчас в гроб упаковывай, насколько умиротворенно он спал, невзирая на происходящее вокруг и пробормотала что-то невнятное про блевотину и грязь, прежде чем дважды хлопнуть по дверному проему и покинуть общество парочки.
Кот же, как лежал на ногах, так и лежит, взирая своим немигающим взором в сторону Миноко. К Гесту, за время его существования на острове, он привык. Миноко же он, если и видел пару раз, не особо привязался.
[id219675888:bp-36291248_275949|Петр],
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 12)
— Хорошо, не стану раздевать его и раскулачивать на оставшуюся капусту нашего Балдуина в белоснежном меле. Да, если что-то понадобиться я пожалуй проследую за вашим чудесным питомцем, но как полагаю сейчас он не заинтересован в прогулках куда либо, как в целом и моя скромная персона.. — Снизошло в сторону Мирты со стороны Миноко а точнее ее чуть расширенных от легкой улыбки уст, и вновь снова в тишине и относительном покое. Девушка сняла с себя плащик и обустроившись в положении сидя на соседней удобнейшей хоть и достаточно простой кровати принялась неспешными телодвижениями своих ручонок постепенно избавлять сначала свою основную одежду а затем и непосредственно сам плащик от того самого белоснежного мела коего на нас попало такое приличное количество. И тут мы вспомнили о том что следовало бы прихватить с собой еще до того момента как взяли на руки нашего врачевателя в белом и принялись убаюкивать его своей странноватой колыбельной сказкой из далекого прошлого. В этот момент осознания ситуации у Миноко возникли некие около двоякие ощущения и ей захотелось в моменте быстро метнуться туда и забрать то что по праву все еще принадлежало нам - а именно оставшаяся на скамейке наша недопитая бутылка кактусового вина под маркой что уже не выпускается определенное протяжное время и названием что имеет схожий шарм с нашим характером и сущностью в целом "Очарование Смерти". Слегка в моменте поморщившись и чуть смутившись от собственной забывчивости столь важного продукта, мы все же вернулись в прежнее весьма довольное и чуть более чем ранее расслабленное состояние как тела так и разума, а уже после вновь обратили свой взор и вектор своего основного внимания на рыжего кота что так уютно пребывал на коленях Геста что уже само по себе говорило о том что котейка то его хорошо знает. По опыту мы прекрасно осознавали что если кошка куда то примостилась то любое неосторожное действие может случайно спугнуть или же как либо сдернуть котейку с его насиженного пригретого им же местечка, по этому наш позыв сходить за остатками нашей же выпивки внезапно пошел на спад пока в следующую прошедшую минутку совсем не исчез когда все окружающие нас прежде шумы наконец-таки полностью отстали и остались где то далеко позади. Легкий вдох и столь же протяжный едва уловимый в воздухе гостевой спальной комнаты выдох, кофеглазая окончательно передумала делать что либо активное или же стремительное в манере движений, лишь осторожно поглаживая то Геста то рыжего кота своим внимательным но по прежнему легким непринужденным мягким взором. К слову подметить большую часть мела мы с себя все же успели смести и сейчас уже монотонными медлительными движениями без лишнего шума и поднимающейся ранее пыли состоящей целиком из выбиваемого мела мы постепенно завершаем некое приведение своей одежды в относительный порядок - что подразумевает достаточно приличный надлежащий для дороги вид. Свой родненький револьвер и года не проживший от роду Корт мы осторожно кладем во внешний карман нашего рюкзака который мы так же очень вежливо и аккуратно с себя сняли, а вот друг и брат наш излюбленный точный пистолетик Люгер мы оставили при себе и лишь удостоили его некоего подобия тканой кобуры коя скрывает основные его части прямо под нашим боком. Миноко и не спала и не бодрствовала уже, она сидела в полном спокойствии и безмятежность плавно охватывала нас в свою полную власть все больше и больше, но мы все же не смыкали глаз и следили как за улочкой в небольшое окошечко так и за обстановкой в помещении спальни. Отдых при котором мы и не засыпаем и не тратим сил, ни физических не душевных - тем более что нынешними событиями кои и мы тоже учинили на острове сама девушка была более чем довольна.
— Что ж, продолжение сказки похоже что будет в следующий раз. И все же.. умопомрачительно напоминает Балдуина.. — Едва слышимые токмо в оном помещении спальной комнаты слова мелодичного и очень тихого тона голоса Миноко ознаменовали конец долгого денька.
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 12)
— Хорошо, не стану раздевать его и раскулачивать на оставшуюся капусту нашего Балдуина в белоснежном меле. Да, если что-то понадобиться я пожалуй проследую за вашим чудесным питомцем, но как полагаю сейчас он не заинтересован в прогулках куда либо, как в целом и моя скромная персона.. — Снизошло в сторону Мирты со стороны Миноко а точнее ее чуть расширенных от легкой улыбки уст, и вновь снова в тишине и относительном покое. Девушка сняла с себя плащик и обустроившись в положении сидя на соседней удобнейшей хоть и достаточно простой кровати принялась неспешными телодвижениями своих ручонок постепенно избавлять сначала свою основную одежду а затем и непосредственно сам плащик от того самого белоснежного мела коего на нас попало такое приличное количество. И тут мы вспомнили о том что следовало бы прихватить с собой еще до того момента как взяли на руки нашего врачевателя в белом и принялись убаюкивать его своей странноватой колыбельной сказкой из далекого прошлого. В этот момент осознания ситуации у Миноко возникли некие около двоякие ощущения и ей захотелось в моменте быстро метнуться туда и забрать то что по праву все еще принадлежало нам - а именно оставшаяся на скамейке наша недопитая бутылка кактусового вина под маркой что уже не выпускается определенное протяжное время и названием что имеет схожий шарм с нашим характером и сущностью в целом "Очарование Смерти". Слегка в моменте поморщившись и чуть смутившись от собственной забывчивости столь важного продукта, мы все же вернулись в прежнее весьма довольное и чуть более чем ранее расслабленное состояние как тела так и разума, а уже после вновь обратили свой взор и вектор своего основного внимания на рыжего кота что так уютно пребывал на коленях Геста что уже само по себе говорило о том что котейка то его хорошо знает. По опыту мы прекрасно осознавали что если кошка куда то примостилась то любое неосторожное действие может случайно спугнуть или же как либо сдернуть котейку с его насиженного пригретого им же местечка, по этому наш позыв сходить за остатками нашей же выпивки внезапно пошел на спад пока в следующую прошедшую минутку совсем не исчез когда все окружающие нас прежде шумы наконец-таки полностью отстали и остались где то далеко позади. Легкий вдох и столь же протяжный едва уловимый в воздухе гостевой спальной комнаты выдох, кофеглазая окончательно передумала делать что либо активное или же стремительное в манере движений, лишь осторожно поглаживая то Геста то рыжего кота своим внимательным но по прежнему легким непринужденным мягким взором. К слову подметить большую часть мела мы с себя все же успели смести и сейчас уже монотонными медлительными движениями без лишнего шума и поднимающейся ранее пыли состоящей целиком из выбиваемого мела мы постепенно завершаем некое приведение своей одежды в относительный порядок - что подразумевает достаточно приличный надлежащий для дороги вид. Свой родненький револьвер и года не проживший от роду Корт мы осторожно кладем во внешний карман нашего рюкзака который мы так же очень вежливо и аккуратно с себя сняли, а вот друг и брат наш излюбленный точный пистолетик Люгер мы оставили при себе и лишь удостоили его некоего подобия тканой кобуры коя скрывает основные его части прямо под нашим боком. Миноко и не спала и не бодрствовала уже, она сидела в полном спокойствии и безмятежность плавно охватывала нас в свою полную власть все больше и больше, но мы все же не смыкали глаз и следили как за улочкой в небольшое окошечко так и за обстановкой в помещении спальни. Отдых при котором мы и не засыпаем и не тратим сил, ни физических не душевных - тем более что нынешними событиями кои и мы тоже учинили на острове сама девушка была более чем довольна.
— Что ж, продолжение сказки похоже что будет в следующий раз. И все же.. умопомрачительно напоминает Балдуина.. — Едва слышимые токмо в оном помещении спальной комнаты слова мелодичного и очень тихого тона голоса Миноко ознаменовали конец долгого денька.
[id690661814:bp-36291248_276035|Anni],
Кот не дергался, лишь изредка приоткрывая один глаз, чтобы проследить за действиями девушки, не замышляет ли она чего зловещего в отношении его удобной "лежанки". Ведь кот был знаком с ним давно. Достаточно давно, чтобы знать, как нахально и безнравственно Мирта хватала этого мальченку и с явным намерением утопить бросала в ванную, проверяя не то крепкость его сна, не то правда ли, что альбиносы плавают в воде топориком. О сущности его способностей и где же врач хранит такое количество мела, чтобы исписывать свою доску она не догадывалась. Или догадывалась, но предпочитала строить из себя наивную дурочку, дабы не смущать Геста, который в последнее время стал уж совсем редким гостем в ее заведении, чего нельзя сказать о таверне Гектора. Но опустим ежедневные проклятия в сторону юного алкоголика и плавно вернемся в реальность. Франк неторопливо достиг своей цели, чтобы поведать капитану о случившемся, а дозорные с безумными глазами начали патрулировать город в поисках нарушителей спокойствия. Из-за количества солдат здесь, данный оплот справедливости редко навещали "шторма" в лице пиратов, желающих подебоширить, а столько разрушительных событий на острове мягко намекали, что в деле замешан никто иной, как какой-нибудь революционер! Где-то в этот момент владелец аптеки и, по совместительству, похоронного бюро флегматично закурил свою трубку, смотря холодными ледяными глазами куда-то в сторону города, иногда стряхивая пепел в окно, откуда открывался прекрасный вид на рукодельную могилку на одного.
"Никто не в силах справится с хворью, что овладела сердцем..." - думал в этот миг он, прежде чем когтистая лисья рука зверолюдки коснулась его груди, огибая шею через левое плечо.
= Идем, и без твоего вмешательства всех злодеев поймают~ - ласково прошептала она и, сделав последний вдох дыма, блондин выдохнул струю лилового дыма, прежде чем вытряхнуть содержимое курительного изделия туда же, в окно и закрыть его настежь.
Утро сменило ночь первыми лучами солнца пробиваясь сквозь едва-заметные щели в дверном проеме, а вместе с ними "тело" на кровати пришло в движение, невольно встревожив рыжего кота. И первым делом было, разумеется, не многозначительный стон изнеможденного организма, не резкое вскакивание в мокром поту. Оставьте это людям, пережившим какой-то личный кошмар. Сон для Геста был крайне тихим, спокойным и, в какой-то мере, безмятежным. Определенно в этой "пустоте" сноведений были повинны не только повальная усталость, но и количество выпитого алкоголя, которого, пусть и было недостаточно по мнению Геста или Миноко, но свою роль он определенно сыграл. Первым делом зашевелилась правая рука, ближайшая к краю постели, старательно мельтешащая туда-сюда в поисках бутылки с кровью божьей. К сожалению, искомого не было обнаружено, поэтому вскоре на всю комнату послышался грохот, будто упал мешок с картошкой. Но нет, это упал рыжий кот, спрыгнувший с насиженного места. Потому что Гест был в отчаянной решимости найти искомое, чему бы ему это ни стоило.
"У нас точно была бутылка..." - вспоминал он, активно мотая головой в попытках зацепиться глазами за бутылку нужной формы и содержимого. К сожалению, этот метод не сработал, поэтому к грохоту присоединился топот ног в тряпичных обмотках на ступнях и икрах Геста, активно желавшего залить в себя вино. Миноко, если проснулась, а тем более, если не спала, могла наблюдать чудную картину: алкоголик ищет дозу своего излюбленного наркотика для успокоения души. Влево перед ней - вправо перед ней, сначала он искал под кроватью, не закатилась ли, после перемещения его туши...
"А собственно, где я?" - наконец-то понял он, в миг остановившись. Уже с большим любопытством осмотрев окружение, которое было трудно выделить на фоне любой другой комнаты, в которую его могли переместить, он приметил рыжего кота. Вот среди тысячи котов, этого он узнает из тысячи.
"Точно, мы же к Мирте шли... Значит мы в 'палаточном городке' ее заведения."
Кот не дергался, лишь изредка приоткрывая один глаз, чтобы проследить за действиями девушки, не замышляет ли она чего зловещего в отношении его удобной "лежанки". Ведь кот был знаком с ним давно. Достаточно давно, чтобы знать, как нахально и безнравственно Мирта хватала этого мальченку и с явным намерением утопить бросала в ванную, проверяя не то крепкость его сна, не то правда ли, что альбиносы плавают в воде топориком. О сущности его способностей и где же врач хранит такое количество мела, чтобы исписывать свою доску она не догадывалась. Или догадывалась, но предпочитала строить из себя наивную дурочку, дабы не смущать Геста, который в последнее время стал уж совсем редким гостем в ее заведении, чего нельзя сказать о таверне Гектора. Но опустим ежедневные проклятия в сторону юного алкоголика и плавно вернемся в реальность. Франк неторопливо достиг своей цели, чтобы поведать капитану о случившемся, а дозорные с безумными глазами начали патрулировать город в поисках нарушителей спокойствия. Из-за количества солдат здесь, данный оплот справедливости редко навещали "шторма" в лице пиратов, желающих подебоширить, а столько разрушительных событий на острове мягко намекали, что в деле замешан никто иной, как какой-нибудь революционер! Где-то в этот момент владелец аптеки и, по совместительству, похоронного бюро флегматично закурил свою трубку, смотря холодными ледяными глазами куда-то в сторону города, иногда стряхивая пепел в окно, откуда открывался прекрасный вид на рукодельную могилку на одного.
"Никто не в силах справится с хворью, что овладела сердцем..." - думал в этот миг он, прежде чем когтистая лисья рука зверолюдки коснулась его груди, огибая шею через левое плечо.
= Идем, и без твоего вмешательства всех злодеев поймают~ - ласково прошептала она и, сделав последний вдох дыма, блондин выдохнул струю лилового дыма, прежде чем вытряхнуть содержимое курительного изделия туда же, в окно и закрыть его настежь.
Утро сменило ночь первыми лучами солнца пробиваясь сквозь едва-заметные щели в дверном проеме, а вместе с ними "тело" на кровати пришло в движение, невольно встревожив рыжего кота. И первым делом было, разумеется, не многозначительный стон изнеможденного организма, не резкое вскакивание в мокром поту. Оставьте это людям, пережившим какой-то личный кошмар. Сон для Геста был крайне тихим, спокойным и, в какой-то мере, безмятежным. Определенно в этой "пустоте" сноведений были повинны не только повальная усталость, но и количество выпитого алкоголя, которого, пусть и было недостаточно по мнению Геста или Миноко, но свою роль он определенно сыграл. Первым делом зашевелилась правая рука, ближайшая к краю постели, старательно мельтешащая туда-сюда в поисках бутылки с кровью божьей. К сожалению, искомого не было обнаружено, поэтому вскоре на всю комнату послышался грохот, будто упал мешок с картошкой. Но нет, это упал рыжий кот, спрыгнувший с насиженного места. Потому что Гест был в отчаянной решимости найти искомое, чему бы ему это ни стоило.
"У нас точно была бутылка..." - вспоминал он, активно мотая головой в попытках зацепиться глазами за бутылку нужной формы и содержимого. К сожалению, этот метод не сработал, поэтому к грохоту присоединился топот ног в тряпичных обмотках на ступнях и икрах Геста, активно желавшего залить в себя вино. Миноко, если проснулась, а тем более, если не спала, могла наблюдать чудную картину: алкоголик ищет дозу своего излюбленного наркотика для успокоения души. Влево перед ней - вправо перед ней, сначала он искал под кроватью, не закатилась ли, после перемещения его туши...
"А собственно, где я?" - наконец-то понял он, в миг остановившись. Уже с большим любопытством осмотрев окружение, которое было трудно выделить на фоне любой другой комнаты, в которую его могли переместить, он приметил рыжего кота. Вот среди тысячи котов, этого он узнает из тысячи.
"Точно, мы же к Мирте шли... Значит мы в 'палаточном городке' ее заведения."
Обернувшись к Миноко он, будто и вовсе позабыв про существование дощечки на своем поясе, пытался на пальцах объяснить, что же он от нее хочет. Не то, чтобы девушка сразу не могла понять, что может искать врач у изголовья кровати ранним утром после долгого сна без памяти, но он все же активно жестикулировал, пытаясь донести свою мысль самым, по его мнению, простым и доступным образом. Рыжий, наблюдавший за этим, уже с тумбочки, даже не мяукал. Он просто смотрел и пребывал в состоянии культурного шока, но субтитры на его морде определенно читались и комментарии там были нелестные в сторону Геста.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: