[Вест Блю] Илусиа

Блэр не то что бы апатичная. Скорее очень сдержанная в своих эмоциях для своего возраста. И очень скрытная, когда дело доходит до ее истинных чувств. Может даже показаться, что она слишком зрелая для своего юного возраста, но будет скорее неверным заключением. В ней все еще пылает бунтарский дух, а душа жаждет приключений и отказывается потонуть в рутине. И, более того, хочет нарушить эту рутину и у окружающих. Каждый ли день в таверне останавливаются богачки? Каждый ли день по вонючему рынку ходят богачки и демонстративно показывают, что там воняет. Каждая ли твоя подопечная, которую тебе нужно сопроводить, словно намеренно провоцирует конфликты и ищет неприятностей? В этом вся Блэр. Она ненавидит уныние и серые будни, а потому всячески пытается их разнообразить, даже если это означает потенциальные крупные проблемы.
— Например, охотящиеся за Ван Писом, дозорные, революционеры, аха. Фундаментальной разницы между ними нет, аха, если так задуматься. И я сейчас не про доктрины, методы или цели, аха, — пояснила Блэр, продолжив хлебать суп без какого-либо аппетита или же наоборот отвращения. Выглядело и ощущалось это так, словно для нее это просто способ восполнить необходимый запас питательных веществ в организме. Впрочем, это действительно так и было...
А вот следующий вопрос заставил Блэр повести бровью и удивиться. Ей потребовалось пару секунд, чтобы осознать смысл, который закладывала Амелия в него. Ну, а еще прислушаться ко звукам таверны, в которой стало более людно. А если точнее, то внутри появилась еще одна группа людей, которая, по-видимому, проявила некий интерес к Блэр или Амелии. А этот самый интерес Амелия и успела подметить.
— Достаточно, аха, — спокойно ответила Блэр, откусывая кусок хлеба. Прожевав, она продолжила, — Но у меня на случай неприятностей есть ты, аха. А если тебя не хватит, аха, то у меня уж тем более не будет никаких шансов, аха, — закончила девушка, вновь возвращаясь к трапезе. Звучал ее ответ так, словно она не собирается ничего предпринимать, если начнется заварушка. И какая-то логика в ее словах была. Амелия нанята для охраны и сопровождения Блэр, так с какого перепугу последняя должна как-то вмешиваться в заварушку и рисковать собственным здоровьем? И очевидно у Блэр не будет и шанса против кого-то, кто окажется сильнее ее телохранительницы. В конце концов наша аристократка шпагой уверенно владеет только на ринге и около манекена. Если дело дойдет до настоящей, так сказать, "уличной" схватки, то вряд ли у нее будут шансы против опытного противника.

Сопутствующий ответ на любознательность Амели не оставил у последней яркого мыслительного и эмоционального отпечатка. Была ли она согласна с утверждением своей визави о несущественной разнице между глобальными силами этого мира? Не сказать, что блондинка, под стать цвету её волос, об этом задумывалась. Несмотря на то, что наемница была заядлой путешественницей, её досуг еще ни разу не был потревожен конфликтом этих трех сторон, их вмешательством в её жизнь и прочей смутой, которая только могла появится. Да, ей приходилось иметь дело с каждой из указанных фракций, будь то дозор - в проверках её организации; пираты - в мелких стычках и перепалках; а также революционная армия - в желании получить в союзники компанию. Но по большому счету Кайлет осознанно открещивалась от взаимодействия с кем-либо из них. В таких условиях явной незаинтересованности девушке просто не приходилось рассуждать о природе людей, что были полноправными участниками своей стороны. Наверное, это было осознанное решение с её стороны, чего дамочка уже и не скажет. Поэтому та лишь пожала плечами, не сыскав чего более конструктивного для ответа и продолжения беседы с [id548028418:bp-36291248_254360|Блэр]. Быть может это и отражает её, как человека необразованного, но так ли она гонится за демонстрацией своих знаний и почтительности со стороны этой псевдо-альбиноски? Доведет дело до конца и забудет, как звали - мысленно добавила та себе, напоминая о наплевательском нарративе в их взаимоотношениях.
А вот последующий ответ собеседницы уже оказал более существенное впечатление. И правда. Зачем здесь Кайлет, если мисс Зиглер придется драться? В конце - концов именно для того, чтобы дамочке ничего не угрожало, и была нанята та. Но с другой стороны, Амели уж явно не ожидала, что сия персона будет провоцировать своим поведением и искать себе неприятности. И здесь, между тем, наемница снова напоминает себе о том, что это исключительно её вина и только. Дескать, раз уже взялась, то доделывай до конца. А если не была готова к подобным выходкам и притворствам судьбы - стоило изначально позаботиться о благополучии задания, а не алчно бежать за деньгами и своей мечтой. Так что даже здесь её ответ был довольно скудным:
— Справедливо. — довольно апатично констатировала та, вновь бросая взгляд на мужчин.
Однако, как бы там ни было, проблема для них все еще существовала и её стоило решать. И раз уж взыскать помощи своей спутницы не выйдет, даже если бы та могла чем-то помочь, то опасность предстоит решать более хитрым способом. План на подобный случай Амели стала готовить незамедлительно, дабы снизить даже минимальный риск для обеих дам. И дабы снизить всякие подозрения или же беспокойство, Кайлет терпеливо дождалась, пока протеже оперативно доест стряпню, а затем, чуть улыбнувшись, озвучит:
— Думаю, нам надо найти место получше для сна. Как думаешь?
Она старалась быть доброжелательной и заботливой, насколько её характер это вообще позволяет. И по правде говоря - получалось не очень, судя по всему. По крайней мере с оглядкой на то, что не дожидаясь ответа от спутницы, та уже встала со своего места, захватывая с собой рюкзак и клинок. Будто бы уже получила ответ. Был риторическим? Да уж и не сказать. А клинок был взят так демонстративно, словно пыталась оным напугать непрошенных мужчин. Затея, к слову, была изначально обречена на провал, но попробовать стоило.

Переход с каравеллы «Ippocampo»
Совместное приключение с Мерденморой (https://vk.ru/id213233084), Даби (https://vk.ru/id217725250), Люци (https://vk.ru/id564078609)

Могущественная, всеми желанная, не исчерпывающаяся – вода. Влияние её на жизнь неизмеримо и заключается не только в нескольких живительных глотках после длительного обезвоживания. Самые кровавые на содержание главы начинаются со стекающих ручьев алой воды – будь то кровь, обрамляющая лицо в законном стремлении вниз, или окрашенный ею ручей, скрывающий в своей толще холодные тела. Самые беспощадные конфликты зарождаются на почве деления воды, даже если таковой много – ей просто стоит находиться на ограниченной территории. Дай ей дыхание, природа, дай ей лицо – и ты создашь монстра во благо; двигатель, что направит человечество.
Корабль разрезал тёмную водную гладь. Поглощенная тенью она исчерпала свой синеватый блеск, и только всплывающие к поверхности рыбёшки блистающей чешуёй пытались восстановить её величие, пока она позволяла пройтись по себе. Пожалела бы она о своём великодушии, если бы могла только осознать, что никто ей неблагодарен, никто на неё после суточного переплытия даже не взглянет. Хестер стоял на носу судна, наблюдая, как приближается земля. Наш герой был вынужден заправить волосы за шиворот и подставить кожу солнцу, хотя он был далеко не из тех, кто любил позагорать. Но ожидание заставляло его встречать остров с первых скользких его проявлений на горизонте. Безусловно, коротать плавание за беседами с Аланом было весьма познавательно, но постепенно от скуки на судне становилось всё сложнее укрываться. Так что де Скари не терпелось, наконец, оказаться ногами на твёрдой земле, где можно будет приступить к решению насущной проблемы с дефицитом питьевой воды. Ночью была открыта последняя бочка, которая, на удивление, оказалась не застоявшейся. Тогда предполагалось, что придётся прибегнуть к помощи вина, которое ещё оставалось в трюме. Аптекарь говорил, что спирт, содержащийся в алкоголе, не даёт воде испортиться, к тому же помогает избежать проблем с желудком. Сия идея вплотную завязана с неизвестностью – возможно ли будет восполнить запасы на самом ближайшем острове. Брать воду из неизвестного источника может быть опасно, если верить словам того же аптекаря. На родине Хун никогда не озадачивались такой проблемой. Когда на острове проще найти золото, чем незамёрзшую воду, вопросов о пригодности воды к употреблению не возникало. Как выяснилось, варвары, сами того не ведая, растапливали лёд и делали воду безопасной.
Мы пережили воспоминания, что теперь стали нашими общими, и вернёмся в реальность. Несмотря не нежелание обращать блеклую кожу к солнцу, Хестер стоял натянуто – как могло начать казаться, он иначе и не мог. Не было идеи в его движениях приподнять ворот плаща или спрятать по возможности участки тела. Капитан принимал сполна условия проявившегося острова. Наконец, когда судно подплыло к берегу достаточно близко, а паруса были спущены, неспешное ожидание сменилось активной деятельностью. Как-никак дозорным доверять никто не торопился, так что их, в этот раз без активных протестов, связали в общей «каюте». Им даже в качестве награды за хорошее поведение было позволено не лежать тюками, взамен люди оказались привязаны руками к полу, чтобы хоть ноги не так сильно затекали. Возможно, они не оценят такого снисходительного поведения, но пока не будет точной уверенности, что они не выкинут какого фертеля, быть им привязанными. Бочки были погружены на лодку Люци, так как она была самой крупной из имеющихся, и её теперь медленно спустили на волнующуюся воду. Разместив в себе команду, лодка была пущена по ветру на всех своих парусе. Правда, сделала это она не сразу. Хаард и Моркар чуть не удушились верёвкой, пытаясь опустить незнакомый им парус, но с помощью остального «экипажа» задачка со звёздочкой всё же была решена.

Алдори погрузил свои сапоги в песчаный пляж. Видок, должно сказать, у него был тот ещё. Некогда недешёвого вида костюм теперь был подлатанной рваниной – события последних островов не пошли ему на пользу. Но так как выход в свет в скором времени не планировался, менять его Хестер не видел большого смысла, да и всё же он служил хорошим напоминанием, что в ближайшее время лучше держаться подальше от жарких стычек. Раны, полученные ещё на Лас-Кэмп, не успели полностью зажить, а удар Этеруна саднил до сих пор, хоть уже и не так сильно. Стоит ли говорить, что остальные члены команды выглядели явно лучше. Кроме Даби, его переплюнуть выйдет нескоро. Меньше всех пострадала Люци. Моркар и Хаард отделывались в большей степени царапинами, но на них и так живого места немного – жизнь Хун никогда не была лёгкой, а обратная – накладывает свои отпечатки. Мерденмора же, видимо, родилась в рубашке, ведь скорости, с какой заживают её раны, завидуют даже собаки. Так или иначе, вся команда находилась на берегу без чёткого понимания, что делать и куда идти. Ответ, впрочем, был очевиден. Что делать? Набрать воды. Куда идти? Туда, где эта вода есть. Но вот сказать конкретнее – уже сложно, так что наш герой решил не мудрствовать лукаво и сначала двинуться налегке, разведав, что происходит на острове. Пока товарищи выгружались на берег, капитан успел немногочисленными шагами углубиться на берег и рассмотреть имеющиеся обозримые стороны. Ему жуть как не нравился тот столб дыма, что поднимался над деревьями. Возможно, конечно, что местный люд сейчас веселится на каком-то празднике, но будем честны – такой удачи им вряд ли перепадёт.
– Слишком тихо.
Пребывая в своём репертуаре, Алдори говорил, не оборачиваясь к команде. Юноша смотрел куда-то за горизонт, или вернее отметить – в никуда, рыская в своей тёмной голове и пытаясь понять, что могло послужить причиной гнетущей тишины, нарушаемой лишь шумом прибоя.
– Такое чувство, что даже крабы спрятались под самые большие камни.
Если фехтовальщик хотел бы выразиться более простыми словами, то это было бы что-то из разряда «Здесь что-то произошло, или происходит». Но капитан был достаточно углублён в чувства, чтобы не отдавать должного внимания вырывающимся словам до принятия решения.
– Мысли: Нужно осмотреться и найти ключ с пресной водой или, возможно, озерцо. Так или иначе, лучше будет не отвлекаться.
Фехтовальщик, наконец, развернулся к хатанг с чуть более решительным видом, если вообще возможно рассмотреть в нём подобного рода изменения на первых этапах совместного времяпровождения. Напряжение со стати черноволосого снималось крайне редко, и точно ещё ни разу при команде.
– Моркар, арлын гун руу орж, хаанаас ус авахаа хайж үзээрэй, Хаард, эргийг бухэлд нь хар, ямар нэг зуйл бидэнд заналхийлж магадгуй гэдгийг ойлгоод би завь руу буцахыг хусэхгуй байна. – Не сбавляя темпа, капитан мгновенно переключился на общий. – Мы с вами осмотрим окрестности. Подмечайте всё, что может показаться вам странным. Мора, основная надежда на твой слух. В отсутствие Асавара, он у тебя самый острый. Люци… Не бойся отдалиться от нас, если того захочешь.
Даже когда обращение тронуло личность лицедейки, де Скари по-прежнему смотрел на Мерденмору – целью чего служило, как и ожидание какой-то обратной связи от неё, так и демонстративное отсутствие поворота к Сио.

Уровень возможности глубинного рассуждения позволял капитану прийти к выводу, что лишнее его внимание только выбивает девушку из колеи, ей следует привыкнуть. Де Скари не следует на ней больше зацикливаться, и прежнего смятения он улавливал в ней меньше. В конце концов, уже следует дать немного свободы, чтобы посмотреть, насколько готова она вернуться по призыву. Стоило Хестеру закончить, как варвары оставили свои топоры и принялись исполнять приказ, задержавшись лишь, чтобы поклониться Люци, а Хаард в довесок протянул ей кошкодёр. Не обделённый наблюдательностью, он осознавал, что смуглая девушка будет находиться ближе всего к пироманьяку, которому рано или поздно меч может понадобиться. Всё же он не считал это оружие своим, скорее – носил из вежливости. Спустя несколько секунд, обе тумбочки-переростка растворились среди растительности.
– Если есть желание, оставьте всё лишнее здесь. Следов на песке не осталось, так что если тут не водятся призраки, на этот пляж никто не ходит.
Двигаться стоило тихо и быстро – это даже озвучивать на стоило. Ещё по ранней наблюдательности за зверолюдкой, а также по анализу состояния тела Даби, черноволосый сделал выводы по возможным исходным линиям истории каждого. Алдори сопровождал свою речь стягиванием сапог и сбрасыванием плаща, подходя к делу с излишней серьёзностью. Конечно, вещи не оставались лежать добротно на песке – а были заброшены по-быстрому в лодку. Можно заметить, что ушедшие члены «общины» своих ботинок не снимали, но внимательный обязательно приметит, что на подошве у них накрепко приторочены куски мха, делающие их шаги почти бесшумными. Разве что для Моры они не ходили бесшумно. Как только команда была готова, они двинулись в лес.

Островной квест вместе с :
[id799844790:bp-36291248_254642|Хестер], Люци (https://vk.ru/id564078609), Vjh (https://vk.ru/id213233084)

Даби очнулся от сна уже ближе к острову, при этом голова слегка гудела, а во рту чувствовался песок. Видимо, лежание лицом в песке не самое лучшее действие, которое делал парень. Хотя. Тут как посмотреть. Он много какой фигни делал за свою жизнь, но сейчас не об этом.
Черноволосый посмотрел на своё тело и увидел, что торс был в бинтах, да и на ноге чувствовался бинт. Парень лишь скрипнул зубами, при этом песок снова попал на зубы, от чего звук исказился слегка. И только потом парень улёгся назад на свою кушетку.
– Встречу еще раз этого малого, то не только шрам оставлю, но и зарежу нахрен. – пробубнил Даби, при этом тяжело выдыхая.
Парень предпринял попытки встать, которые увенчались успехом. Как же хорошо, что парень вообще не чувствовал боли уже очень давно. Ведь здоровый бы человек сейчас бы визжал от боли. Не зря Даби ходячий Монстр Франкенштейна, хоть его никто так и не называл. Парень попытался найти хоть что-то, чтобы накинуть на верх, но ничего не оказалось. Ну, это логично, ведь плащ пошёл на тряпки, а футболка была полностью порвана еще в бою.
— Ладно. Надеюсь на острове не холодно, хотя я его и не чувствую. – сказал Даби, после чего взял катану, лежащую рядом с местом где он пару минут назад валялся без сознания. Катана ушла на пояс на ремень, который парень не украл, а одолжил, у одного из революционеров.
Наконец-то шрамированный вышел на палубу и сразу же в глаза ударил яркий свет. Первым делом парень достал из кармана брюк капли и по очереди закапал себе в глаза, чтобы смочить глазные яблоки. После чег опромаргался и повернулся в сторону носа корабля, где задумчиво стоял капитан.
– Ну нахуй. – это всё, что пробубнил Даби на идею подойти и спрсоит ьо чём думает. – Пойду жрачку найду.!
После этих слов парень направился искать еду, которую, он надеялся, ему оставили. Поиски и само поглощение еды закончился, когда корабль бросил якорь. После чего был стандартный спуск на остров, которое парень пусть и не особо любил, ибо ну пипец тесно такой группе в лодке, но ситуацию спасло то, что лодка Люци оказалась хотя бы немного больше тех. На которых они спускались прошлый раз.
Когда все оказались на берегу, то Хестер начал что-то осматривать, а затем начал говорить на своём языке.
– Как обычно нихуя не понятно и вообще не интересно. – пробубнил Даби, как вдруг капитан перешёл на общий язык и Даби аж слегка дёрнулся от такого. – Ясно, пресная вода, упор на Мору, не спалить всё к хуям. Хотя на последнее указаний не было, поэтому ничего обещать не могу.
Парень ничего не оставил в отличии от Хестера, ведь на парня по сути всё что было – это ботинки, трусы, брюки и катана на поясе. Что тут еще снимать? Ботинки? Да нахрен надо и так пройдется по песку. А брюки и трусы тем более не было смысла оставлять.
После этого Даби за всеми ринулся в лес.

[id217725250:bp-36291248_254644|Николай], [id799844790:bp-36291248_254642|Maximilian], Аладей Ланегато (https://vk.ru/id213233084),

Наверняка капитан даже не примечал, как много глаз запечатлели его раздумья, пока он ожидал причаливания. Одна из пар принадлежала и смуглой девушке, которая в одно время последовала за алхимиком, завидя его активность после пробуждения, но, оставшись для него незамеченной, решила пробыть остаток времени мореплавания на палубе. Если бы только Сио не была тем, кем является, то она бы точно принадлежала так называемому «норному народцу» - настолько умело она незаметно исчезала и появлялась, казалось бы, из всеми примечаемого угла. Не в последнюю очередь это происходило из-за синдрома динамичной жизни, так как люди суетились, передвигались каждый по своему делу и не обладали той минуткой, чтобы хотя бы повернуть голову чуть правее. А лицедейка, в свою очередь, прекрасно чувствовала, насколько сконцентрирован на своих мыслях или, наоборот, насколько пребывает в поисках чего-нибудь интересного мимо проходящий человек. Играя с внимательностью других, потомок рыболюдей за короткое мореплавание успела слиться с жизнью на корабле и стать его едва примечательной частью.

Сейчас, когда остров обрёл очерченные линии, Люсетт расположилась на палубе Ippocampo, с приобретённым довольно ухоженным внешним видом. Наверняка она могла стать сейчас самым приятным представительным лицом команды, так как одежда её пребывала в первозданном состоянии, а чистые волосы, ещё до конца не просохшие, собраны в аккуратный пышный хвост. На бедрах располагалась поясная сумка, точно одолженная у кого-то из «подопечных» пиратов (дозорный отдал её по своей воле, хоть и после умилительной беседы с лицедейкой), и была чем-то забита. Не глядя жонглируя то парой, то тройкой сваренных яиц, в большом количестве принесёнными Моркаром за завтраком, Сио смотрела на капитана и пыталась привыкнуть к нему. Это показалось ей самым быстрым способом для того, чтобы при следующем разговоре чувствовать себя чуточку комфортнее подле него. Ещё ни разу она не ощущала себя настолько в опасности, как рядом с этими людьми, хотя ни один из них не проявлял агрессии по отношению к девушке. «А ведь так, со стороны, и не скажешь, что они чокнутые,» – мысли, шедшие в параллель с несменяемым наблюдением, были именно в таком направлении. И минуты стали набирать такие немыслимые обороты, что лицедейка и не заметила, как настало время выгружать свои туши на остров.

В управлении судёнышком, тем самым помогая варварам в понимании устройства, Люсетт приняла очень активное участие. Конечно, как никак это её собственность, которую не хотелось бы здесь и сейчас потопить из-за этих людей, будто только вчера выползших из подземелья. Несколько раз она выражалась довольно откровенно в сторону Моркара, посылая его к тем-то и туда-то, и, вероятно, смуглую очень сильно спасало, что дикари понимали её недовольство только по интонации, а капитану было всё равно. Он будто вовсе не слушал.
С судёнышка Сио сошла одной из последних, потратив немного времени на завершающие моменты и утешительные мысли, что лодка осталась целой. Остановившись в сравнительной дальности от каждого из команды, девушка внимательно окинула их взглядом, примечая улучшения в состоянии. «У неё тоже такое скорое заживление… Я никогда не задумывалась, насколько они в большей степени звери, чем люди. Но так ли велика разница между моими предками и ними. Но одно дело быть рыбочеловеком, другое же…» - нельзя не отметить то, насколько сильно углубилась в размышления Люсетт, когда стала впервые за свою жизнь сравнивать свои корни с чужими. Казалось, они все не совсем люди, но для неё это всё равно было чем-то диким, непонятным, отторгаемым. Быть рыбо-/человеком для неё не считалось чем-то необыкновенным, но вот зверочеловеком – совсем другой разговор, что-то более нереальное. Сравним это с состоянием человека, когда он видит рядом с собой такого же человека, но с более выраженными чертами неадертальца – массивными и грубыми. У многих появляется чувство отторжения, зачастую перерастающиего в страх.

Пальцы потянулись к амулету, располагающемуся на шее, и девушка вырвалась из косого взгляда на Мерденмору и своих размышлений в тотчас, как Темень напрямую начал обращаться к команде.
– Я могла бы остаться посторожить лодку, пока вы… там… за водой, – но девушка быстро сориентировалась, что никем не услышана. Случайно или намеренно. И замолчала. В принципе, она тут же осознала, что предложила явный бред, так как оставаться одной подле судна была куда менее безопасно, чем держаться с этими людьми. Лучше идти с ними. Не прошло и с десяток секунд, когда Люсетт замолчала, как варвары начали расшевеливаться, перед уходом кланяясь смуглой девушке. «Точно, он же меня называл… кем… блин, не помню. Вот даю! А что делать,» - забрыкалась в мыслях Сио и не нашла ничего лучше, чем просто сопроводить действия дикарей легкой улыбкой. К счастью, обстановка была быстро разгружена (или наоборот; уже совсем ничего непонятно) Хаардом, который вручил ей в руки кошкодёр. Фехтовальщик из лицедейки никакущий, но оружие – есть оружие. Правда, зачем оно? Просто за водичкой же вышли.

На предложение капитана по разгрузке Сио только обернулась и следом оценила, чего стоило бы ей лишиться. Но на ней было всё в меру. Мокасины не шли ни в какое сравнение с тяжелой обувью Теменя, потому необходимости в расставании с ними не было. Да и было бы ей привычнее тихо передвигаться именно в них, чем без. Бриджи и туника аналогично никак бы не помешали её передвижению; от набедренный сумки она тоже не могла отказаться. Так что девушка только пожала плечами, обозначив, что лишнего при ней ничего нет, и дождалась, пока все выдвинутся. Передвигаясь немногим позади, она старалась держать кошкодёр как можно удобнее, чтобы меч не доставлял неудобства. При этом она практически не обращала внимания на изменения обстановки вокруг, а лишь слепо следовала за впереди двигающимися спинами. «Ну, может мы найдем водоем, в котором можно будет нормально ополоснуться. Хотя… о чем это я,» – уже успела порадоваться и огорчиться Сио, в конце осознав, среди кого всё же находится. Вряд ли ей будет дано время на уединённое плавание. Да и, презаполненные рыбьи кишки, не хотелось бы видеть таких плескающихся рыбёшек, как Хаард и Моркар.

[id799844790:bp-36291248_254642|Maximilian], [id217725250:bp-36291248_254644|Николай], [id564078609:bp-36291248_254659|Филла],

Мор родилась не столько в рубашке, сколько в меху - но кому до этого какое дело, если ты в целом так и так зверочеловек, а, значит, выживаемость твоя изначально обречена на особые условия. В случае Мерденморы, правда, у этого были некоторые оговорки, о которых сама она пока не была в курсе, но...

Девушка вышла на палубу чуть раньше остальных, потому что учуяла, как меняется воздух. В нем появилась едва зарождающаяся сухость. Как сказал один ее знакомый из прошлых мест обитания и работы по совместительству, меняется воздух - меняется и будущее, которое, впрочем, уже прописанная дорога и тебе просто видится ее поворот за угол.
Однако, ему же принадлежало и слегка поддатое, но крайне верное проклятие: "шоб тебе, сука, всегда жить в эпоху перемен".
И в первом, и во втором он оказался в свое время невыносимо прав. Первое выяснилось, когда он с невыносимо спокойной харей умирал, лежа ночью в луже, наполненной тухлой водой, собственной кровью и мазутом. Второе изо дня в день преследовало как того, кому предназначалось, так и саму Мор. Эпоха перемен... Многие, кому довелось в каждый свой год и день попадаться именно в такие моменты, прокляли его в ответ, ибо хотели покоя, но она то к нему никогда не стремилась, так ей казалось.
А потом, раздумывая об этом, белоголовая вгляделась вперед и внюхалась. Веяло и правда сухой травой и дымком. Ей повезло поймать скользящий мимо ветерок, но не более, вот только тут и обычный человеческий нюх справился бы безо всякой проблемы.

В этот раз она решила слегка подготовиться. Вернувшись в свои "покои", Мор разгребла натыренное со всего корабля отстиранное кое-как нечто и привела себя в порядок. Теперь ее внешний вид хотя бы не удручал. Поставив на тумбу осколок зеркала, она задрала футболку и осмотрела бледное тулово. Гибкое, даже на вид не зажатое ни единым мускулом, оно представляло собой нечто донельзя лаконичное. На нижней границе ребер еще виднеется не до конца зажившее лишнее отверстие с Лас Кэмпа. Мягкая на вид светлая кожа, почти лишенная каких-либо отметин былых сражений, аккуратные не мешающие жизни формы, очерченные мышцы, позволяющие без труда устраиваться на работу вышибалой или телохранителем к очередному мордовороту.
Так почему она все еще на этом корабле, с этими людьми?
Взгляд невольно опустился к торчащему из ящика листку с коряво набросанным списком слов. Их там было немного, большинство просто подмечены и еще не переведены на общий. Стоило бы заняться этим плотнее, но каждый раз, когда об этом заходилась в мозге шальная мысль, девушка оказывалась слишком близко к кровати, чтобы не отдать ей приоритет. И дело не в лени, скорее в том, что между собой осведомленной чуть более и собой более выздоровевшей и сильной она покуда неизменно выбирала второе.
Значит, так было ей надо. Остаться с ними, слушать и изучать этот язык, думать - какого хрена вообще могли соединиться все эти не соединяемые люди. И невменяемые. Бляго, сама она не сильно от них отличалась - понять это получилось чуть ранее, когда, сняв какое-то печально осклизлое нечто (судя по всему - труп чайки, что не выдержала их художественного порыва с культурным развесом предыдущих пользователей корабля по нотным позициям на реях, да сдохла просто от одного созерцания, посмотрев в эту бездну непростительно долго), Мерденмора спустилась к врачевателю и, не заходя, изучила состояние штопанного обкуска. Эта сухая хлебная горбушка все больше походила на олицетворение гнева тостера в союзе со скороваркой, но он каким-то чудом (не без участия Темнейшего, явно), все еще дышал, хрипел и нежно попердывал теми частями тела, которые технически на это не должны были оказаться способны.
Теперь вот Моркар с едой.
От этого паленого агрегата вообще можно было ожидать чего угодно, кроме завтрака, но Мор и сама уже поняла - хатанг есть хатанг, хатанг надо обихаживать так, чтобы алга было орать не стыдно (но сухостойного это явно не касалось, ему на такое вообще лучше рот не открывать...).

Разглядев себя и уделив короткое внимание листку с записями, белоголовая криво усмехнулась, демонстрируя осколку зеркала островатые зубы. Натянув футболку на место и поверх водрузив темную рубашку, которую она теперь завязала на животе от жары, девушка отправилась на берег вместе со всеми.
И, надо сказать, местный климат зверолюдке оказался даже ближе предыдущего. Одной из первых она соскочила на песок, коротким взглядом окинув тех, кто остался в лодке (и, в частности, мисс хлебобулочную), правда, еще до того, как она ляпнула что-то про остаться... На ее счастье. В таком случае Люци ждал бы весьма острый взгляд, колкий, почти такой же, каким Мор одаривала Этеруна.
Но слова Хестера заставили девушку развернуться на месте, всем телом обратившись к нему.
- Скорее на нюх.. Хотя, тот дым может послужить дурную службу. Ничего. И за... Люци пригляжу одним глазом. - Имя словно бы далось зверолюдке с трудом. Впрочем, куда приятнее она встретила слова о разгрузке.
Когда на это почти прямой приказ...
Она с удовольствием подхватила скинутые за секунду боты, видавшие свои лучшие годы за поворотом и мечтавшие отправиться в лучший мир, да запульнула их в лодку, чудом не угодив в воду. Пальцы тут же утопли в сухом и плотном морском песке, сама кровь в ногах запела, замурчала, довольная этим шуршанием. Мор переступила с ноги на ногу и направилась вперед, каждый шаг смакуя так, словно обрела свободу после долгого заключения.
Чуть дальше - сухая трава. Она кололась, но даже это словно было в радость зверолюдке, она остановилась на мгновение, принюхиваясь и прислушиваясь, сами ощущения говорили о том, что так все куда слышнее. Всегда так не походишь, но хоть иногда...
- А люди здесь есть. Скоро встретим. Пахнет рыбьими потрохами.