Завтрак начался, не удивительно, вновь совсем неприятным для Смолдер блюдом. Сухой, мать его, рис с крупицами сахара в нём. Глядя на это "чудо" в тарелке, у синекожей аж глаз задёргался. Даже ребёнок может приготовить чёртов рис, даже можно было бы сделать из этого довольно вкусную сладкую рисовую кашу, но какой-то уникум без мозгов приготовил этот сухой ужас, отчего и этот приём пищи синекожая решила пропустить, отдав свою порцию кому-то из рабов. Так уж будет лучше, чем рассыпать еду по полу, но просто Смолдер умела чутка убрать активность желудка, чтобы на время избавиться от голода. Конечно, пропадало лишь чувство голода, но организм всё ещё нуждался в еде, так что её живот протяжно заурчал, заставив девушку чуть замяться. Она не настолько голодная, чтобы очернять себя подобной жратвой в самом худшем понимании этого слова.
— Повара поменяйте. — гордо и очень злостно сказала Стар, глядя в глаза вновь пришедшей женщине, что заставляла их есть помои и активно избивала Лаплас вчера. — Я в пять лет готовила лучше. Я его поварской колпак приготовлю вкуснее, чем он, сука, обыкновенный рис. Крупицы соли куда меньше сахара, так что действительно, тот кто это перепутал – тот ещё идиот. Я бы сказала даун.
— О-хо-хо, кто заговорил! — очень едко ответила Сетера, приближаясь в упор к злому личику полторашки. — Я бы на тебя может и обозлилась, но я, вообще-то, тоже без завтрака осталась. Надеюсь они поставили человека, что может приготовить рис! А ты, мелкая, лучше помалкивай, тебя портить не хочется. Покрасивее в пару раз своей подруги будешь, жалко ведь!
Сетеро злостно посмеялась и перед тем, как уйти, замахнулась на Смолдер палкой. Разумеется, последняя попыталась закрыть голову от удара, но к счастью к нему дело не дошло, оставив на этот раз девчушку без синяков. Как-то даже неловко, что она до сих пор никак не пострадала, в отличие от гордой и одинокой волчицы. Да, Смолдер была немного смелой, не настолько, как крутая и базовая Лаплас, что вообще не боялась получать люлей за свои слова. В принципе, и Смолдер не боялась, но не при таких обстоятельствах. При таком раскладе единственное, что она сможет сделать – повыёбываться, не сделав ничего взамен, но если она окажется на свободе...! Если и грубить, то в состоянии, в котором можно хоть за слова постоять! Больно ведь по лицу получать...
Было стрёмно слушать про то, что с рабами тут любят делать ненормальные психи. Играми это ещё называет, как же! Конечно этот, судя по всему, врач, кажется более адекватным относительно девушки, но работать в подобном месте...да котлов на вас в аду не хватит!
После из ухода пришли...хм, что-то знакомые фигуры мелькнули в глазах. О боже, это же были Джинкс с Амитерелией! Только почему они в форме Дозорных? Почему они говорят такие обидные и отвратительные вещи? Они что, на самом деле плохие? Хотя такой вариант она сразу отбросила в сторону, скорее всего это просто маскировка. Да, говорят слишком наигранно, не переходя на личности, мол "я рада, что привела их к вам". Фух, облегчение. Она просто грустно вздохнула, уперевшись в пол. А что ей вообще говорить? Поддерживать актёрскую игру было бы немного странно, а все рабы и так потеряли надежду на спасение, ведь абсолютно все факторы складывались против них всех. Видимо, возить им на своей спине жирных тенрьюбито!
***
Вот и все ушли. Все успокоились. А Смолдер пока в это время спокойно обдумывала свой план. Ей нужно что-то сделать! Их друзья уже тут, точно чем-то займутся. Возможно, пойдут доставать ключи, которые были всё-таки у той противной дамы, а Лаплас...а Смолдер не знала, что будет делать Лаплас! Ей никто ничего не сказал, да и возможности на это было не так много, поэтому она заговорила первая:
— Слушай, Лаплас, давай я займусь доктором? Я не знаю, кого мне удастся устранить с моими ограничениями, но я должна что-то сделать! Поэтому сейчас просто молчи, хорошо? Молчи и улыбайся, как всегда делаешь! АЙ!!! БОЛЬНО!
ONE PIECE RP ·
[Вест Блю] Илусиа
Внезапно закричав, синекожая схватилась за нос, пытаясь синими пальчиками перекрыть кровь, что потекла у неё из носа. Слыша её крики, охранники у двери сразу зашли внутрь, чтобы проверить, в чём дело.
— Что тут происходит?! Бунты не устраивать, мусор!! — слишком самоуверенно крикнул один из них своим высоким голосом, явно пытаясь запугать тех, кто начал какой-то движ.
— Она... Она ударила меня в нос!! Больно! М-мне кажется, она мне нос сломала! Я не знаю! — заплаканная (опять) Смолдер кричала, пока синяя кровь не такой уж и большой струйкой текла вниз по её подбородку и капая куда-то на пол. Было вообще не видно, действительно разбит её нос или малышка просто наврала, однако кровь была настоящей. — Больнаааа!!
— Тц! Позови Асеро, нам не хватало, чтобы ей прям перед продажей нос свернули не в ту сторону. Может ещё есть время исправить. — пришлось всё-таки смягчить тон тому дерзкому парню, поскольку бунтовать, видно, никто не собирался, зато одну девушку надо было спасти. — Хотя не, лучше отведи её прямо к нему, не хватало, чтобы они тут толпой его окружили...
Оба парня взяли за плечи маленькую Смолдер и с грубостью потащили прочь из камеры, в которой хранились все молчаливые пленники. Вообще даже странно, что они такие молчаливые, похоже, в их сердцах пламя совсем погасло, дожидаясь мерзкой жизни в роли рабов для отвратительных людей. Смолдер даже не сомневалась, что каждого из них будут терзать физически, но ещё больнее – морально. Да и ей было жутко представлять, что же такого будет делать, например, с ней. Никогда она не даст лезть себе между ног какому-то богатому червю, она скорее умрёт в попытках бунта!!
Привели её в общем до этого Асеро, где тот был занят своими делами, пока Смолдер всё хныкала и держалась за нос, остановив кровотечение до того момента, пока она не дойдёт вплоть до доктора. Сосуды в носу такие маленькие, что ей с трудом, но чуть удавалось их, типа, прикрыть.
— Сэр, та дерзкая псина ударила эту девушку по носу, из-за чего у неё началось кровотечение. Говорит, нос ей сломали... Посмотрите, всё ли нормально с ней, может есть возможность вернуть ей прежний товарный вид.
— Чёрт возьми... — устало сказал мужчина, поправляя резиновые перчатки на руках. — Вот надо было ловить такую буйную? Кто просил Сетеру ловить эту бестию? Теперь опять подбирать за ней. Ладно, ведь сюда, чего ещё делать? Осмотрю хоть.
— Помогите... — более тихо сказала синекожая и вновь открыла сосуды, продолжив своё небольшое кровотечение. Мужчины удалились, что следить за заключёнными, а доктор на всякий случай взял спиртовые растворы, чтобы предотвратить инфекцию, если удар посмел чуть разодрать кожу у Смолдер.
— Да убери ты руки, мелкая! Как мне тебя лечить?! — вспылил Асеро, пытаясь отодвинуть её руки. Но на словах Смолдер о том, что ей очень больно, он всё-таки смог чуть её успокоить и отодвинуть руки. Когда тот касался её носа, он дёргалась и хотела вновь закрыть руками нос. — Хм, внешне он выглядит целым. Возможно, нос тебе всё-таки не сломали, а значит тебе хватит лишь ватки, чтобы дать сосудам восстановиться, ха-ха! Фух, даже делать ничего не надо было особо. Хотя кровью ты тут набрызгала знатно.
Доктор отвернулся, чтобы достать из аптечки обыкновенную вату, которой можно заткнуть нос. Вот он и попался. В тиски! В гнев маленькой ящурки, которая уже стояла прямо позади него. Она была сильно ниже, но взгляд её синих глаз нисколько не выдавал страха, паники, только гнев и ярость за то, что они все в этой ситуации. Пламя разгорелось невероятно сильно.
Неожиданно сильный удар ногой прилетел прямо в область затылка доктора, отчего тот свалился на пол, но к сожалению, остался в сознании. Видимо ей не хватило немного скорости удара! Чёрт, это уже неважно, ведь сейчас будет не так просто, посколько доктор пытался подняться, взял в руки скальпель.
— Что тут происходит?! Бунты не устраивать, мусор!! — слишком самоуверенно крикнул один из них своим высоким голосом, явно пытаясь запугать тех, кто начал какой-то движ.
— Она... Она ударила меня в нос!! Больно! М-мне кажется, она мне нос сломала! Я не знаю! — заплаканная (опять) Смолдер кричала, пока синяя кровь не такой уж и большой струйкой текла вниз по её подбородку и капая куда-то на пол. Было вообще не видно, действительно разбит её нос или малышка просто наврала, однако кровь была настоящей. — Больнаааа!!
— Тц! Позови Асеро, нам не хватало, чтобы ей прям перед продажей нос свернули не в ту сторону. Может ещё есть время исправить. — пришлось всё-таки смягчить тон тому дерзкому парню, поскольку бунтовать, видно, никто не собирался, зато одну девушку надо было спасти. — Хотя не, лучше отведи её прямо к нему, не хватало, чтобы они тут толпой его окружили...
Оба парня взяли за плечи маленькую Смолдер и с грубостью потащили прочь из камеры, в которой хранились все молчаливые пленники. Вообще даже странно, что они такие молчаливые, похоже, в их сердцах пламя совсем погасло, дожидаясь мерзкой жизни в роли рабов для отвратительных людей. Смолдер даже не сомневалась, что каждого из них будут терзать физически, но ещё больнее – морально. Да и ей было жутко представлять, что же такого будет делать, например, с ней. Никогда она не даст лезть себе между ног какому-то богатому червю, она скорее умрёт в попытках бунта!!
Привели её в общем до этого Асеро, где тот был занят своими делами, пока Смолдер всё хныкала и держалась за нос, остановив кровотечение до того момента, пока она не дойдёт вплоть до доктора. Сосуды в носу такие маленькие, что ей с трудом, но чуть удавалось их, типа, прикрыть.
— Сэр, та дерзкая псина ударила эту девушку по носу, из-за чего у неё началось кровотечение. Говорит, нос ей сломали... Посмотрите, всё ли нормально с ней, может есть возможность вернуть ей прежний товарный вид.
— Чёрт возьми... — устало сказал мужчина, поправляя резиновые перчатки на руках. — Вот надо было ловить такую буйную? Кто просил Сетеру ловить эту бестию? Теперь опять подбирать за ней. Ладно, ведь сюда, чего ещё делать? Осмотрю хоть.
— Помогите... — более тихо сказала синекожая и вновь открыла сосуды, продолжив своё небольшое кровотечение. Мужчины удалились, что следить за заключёнными, а доктор на всякий случай взял спиртовые растворы, чтобы предотвратить инфекцию, если удар посмел чуть разодрать кожу у Смолдер.
— Да убери ты руки, мелкая! Как мне тебя лечить?! — вспылил Асеро, пытаясь отодвинуть её руки. Но на словах Смолдер о том, что ей очень больно, он всё-таки смог чуть её успокоить и отодвинуть руки. Когда тот касался её носа, он дёргалась и хотела вновь закрыть руками нос. — Хм, внешне он выглядит целым. Возможно, нос тебе всё-таки не сломали, а значит тебе хватит лишь ватки, чтобы дать сосудам восстановиться, ха-ха! Фух, даже делать ничего не надо было особо. Хотя кровью ты тут набрызгала знатно.
Доктор отвернулся, чтобы достать из аптечки обыкновенную вату, которой можно заткнуть нос. Вот он и попался. В тиски! В гнев маленькой ящурки, которая уже стояла прямо позади него. Она была сильно ниже, но взгляд её синих глаз нисколько не выдавал страха, паники, только гнев и ярость за то, что они все в этой ситуации. Пламя разгорелось невероятно сильно.
Неожиданно сильный удар ногой прилетел прямо в область затылка доктора, отчего тот свалился на пол, но к сожалению, остался в сознании. Видимо ей не хватило немного скорости удара! Чёрт, это уже неважно, ведь сейчас будет не так просто, посколько доктор пытался подняться, взял в руки скальпель.
— Ты сука!!! Зарежу тебя, плевать на товарный вид! — чрезвычайно гневно и обиженно закричал он бросаясь на девушку, держа в руках скальпель. Он считал, что будет легко одолеть скованную в руках девицу, которая была минимум на голову ниже его. Он начал наносить удары эти скальпелем, махая прямо в сторону синекожей.
Девушка же дралась с ним молча, не желая тратить свои силы на конкурс "кто скажет более боевую фразу". От ударов она успевала уклониться, но, чёрт, упёрлась в стол! В этот момент доктор смог ударить ей по щеке, хотя чуть промахнулся, оставив не такой уж и большой порез. От другого удара она увернулась, легла на стол спиной и с ударом оттолкнулась от доктора, атаковав доктора обеими ногами в живот. Тот согнулся, но снова кинулся на неё, пытаясь проткнуть. Стар перевернулась, оказавшись по другую сторону стола, ногой его опрокинула и толкнула в сторону доктора. Тот запнулся, и в этот самый момент ему по лицу прилетел ещё один удар, который тоже отправил его на землю. Совершая круговые движения перед каждой своей атакой, Смолдер копила много ускорения, из-за чего небольшая масса её тела чуть компенсировалась.
— Больше я тебе подняться не дам! — хоть что-то сказала девушка перед тем как сделала подножку Асеро. Тот снова упал на пол. Следующая подножка не удалась – он смог поймать её ногу, и затем грубо повалил на пол, где представил скальпель к её горлу.
— Ебаная мразь! Что, ты из революционеров?! Не поверю, что обычная девушка так хорошо бьёт ногами! Но это уже неважно, тупая пизда, я тебе сейчас кишки пущу!
Сразу ему Смолдер плюнула в глаза кровью, заблокировав обзор. Он хотел хлестануть её по горлу, но ощутил жутчайшую боль между своих ног. Она действительно просто врезала ему по яйцам коленом, а затем со всей дура атаковала по лицу руками, пытаясь попасть своими наручниками. Лучше бы она этого не делала, потому что ей и самой от этого стало больно.
Вылезая из под мужчины, она кувыркнулась назад и вновь начала крутиться. Как раз к тому моменту, как доктор поднялся, Смолдер твёрдо встала на одну ногу и с разворота ударила пяткой его прямо в висок, отправив в полёт до ближайшей полки с медикаментами и средствами для мытья полов. Наконец-то, он вырубился, а Смолдер, отыскав пластырь, заклеила своё небольшое ранение.
Скоро будет пожар!
Девушка же дралась с ним молча, не желая тратить свои силы на конкурс "кто скажет более боевую фразу". От ударов она успевала уклониться, но, чёрт, упёрлась в стол! В этот момент доктор смог ударить ей по щеке, хотя чуть промахнулся, оставив не такой уж и большой порез. От другого удара она увернулась, легла на стол спиной и с ударом оттолкнулась от доктора, атаковав доктора обеими ногами в живот. Тот согнулся, но снова кинулся на неё, пытаясь проткнуть. Стар перевернулась, оказавшись по другую сторону стола, ногой его опрокинула и толкнула в сторону доктора. Тот запнулся, и в этот самый момент ему по лицу прилетел ещё один удар, который тоже отправил его на землю. Совершая круговые движения перед каждой своей атакой, Смолдер копила много ускорения, из-за чего небольшая масса её тела чуть компенсировалась.
— Больше я тебе подняться не дам! — хоть что-то сказала девушка перед тем как сделала подножку Асеро. Тот снова упал на пол. Следующая подножка не удалась – он смог поймать её ногу, и затем грубо повалил на пол, где представил скальпель к её горлу.
— Ебаная мразь! Что, ты из революционеров?! Не поверю, что обычная девушка так хорошо бьёт ногами! Но это уже неважно, тупая пизда, я тебе сейчас кишки пущу!
Сразу ему Смолдер плюнула в глаза кровью, заблокировав обзор. Он хотел хлестануть её по горлу, но ощутил жутчайшую боль между своих ног. Она действительно просто врезала ему по яйцам коленом, а затем со всей дура атаковала по лицу руками, пытаясь попасть своими наручниками. Лучше бы она этого не делала, потому что ей и самой от этого стало больно.
Вылезая из под мужчины, она кувыркнулась назад и вновь начала крутиться. Как раз к тому моменту, как доктор поднялся, Смолдер твёрдо встала на одну ногу и с разворота ударила пяткой его прямо в висок, отправив в полёт до ближайшей полки с медикаментами и средствами для мытья полов. Наконец-то, он вырубился, а Смолдер, отыскав пластырь, заклеила своё небольшое ранение.
Скоро будет пожар!
Не ожидала роговласая такого крайне тупого приёма от Лаплас. А ведь это как раз у первой IQ не достигал и среднего показателя, но догадаться, что вот так ржать на всю клетку – неправильное решение, она бы смогла: "Что смешного?" – максимально, насколько это возможно, недоброжелательно и безразлично прошло сквозь стиснутые зубы так легко и просто, будто подобные индивиды встречаются каждый день. Правая рука показательно обхватила фиолетовую обмотанную рукоять, но Лаплас так смачно дали по голове, что Джинкс сама чуть присела, на мгновение ощутив то же, что и волчица, — Благодарю. И молчи побольше, тебе это идёт.
Невероятный стыд нахлынул революционерку за свои действия: слова, поведение, а так же ложное желание стукнуть подругу катаной. Как бы дорогие накама не подумали, что она это всё всерьёз, и не обиделись потом. Вот бы они всё ещё помнили про план и надеялись, что вторая парочка справится! Никакой позорный не способен переубедить киборга в её цели, а подобные оскорбления приносят боли не меньше, чем тому, кому они посвящались.
Контингент в этой башне повстречался крайне неприятный. И нет, один лишь разговор с добродушным Джеймсом ни капельку не заставил подумать, что он в каком-то роде хороший парень: безобидное поведение не скрывает всех грехов, что они совершили с несчастным народом. Неприемлемо! Даже в протезе появилась фантомная чесотка, как бы уже избавиться от всех этих тварей. Но даже это не помешало очередной раз отдать честь вышестоящим, как только они вошли. Речь идёт о, так называемом, Даруде, насколько Бэдлак поняла из речи стоящей рядом, кажется Тундры. Довольно необычные имена для подобных аморальных личностей, жаль, что чуть позднее, уже этим днём, их имена в списках дозорных считаться не будут. Чтобы не прерывать их диалог, дамочка решила промолчать, но был необычный план, как к ним привязаться на чуть подольше: "Подождите, сэр!" — прежде, чем тот со своей подчинённый успел покинуть помещение, девушка подскочила с уже отданной честью над виском. Судя по реакции последнего, лишнее внимание рядовых его мало чем волновало, ведь он даже не повернулся к ней, томно вздохнув.
— Чего тебе, рядовая? Я же сказал, что у меня сейчас совещание, — шагу мужчина не сбавил, как и низенькая спутница, но, похоже, до кабинета идти не так уж и мало, так что можно было продолжить разговор
— Я бы очень хотела, чтобы вы хотя бы поверхностно показали нам, что тут да как, это-, — не успевает революционерка продолжить, как ей в лоб прилетает уже от Тундры
— Разве ты не поняла, что сэр Даруда занят? Если тебе так хочется, то попроси Джеймса!.. Где этот старый пёс запропастился?!
— Успокойся, Тундра. Так уж и быть, я проведу тебе "поверхностный" инструктаж, но на совещание ты никак не попадёшь. Будешь ждать снаружи. Понятно? — грубый голос басом отражался в ушах Джинкс, создавая ощущение по-настоящему важного человека, у которого нет свободной минуты, чтобы даже что-то поесть. Но волнует ли её это? Да нисколько, ха!
— Так точно! Не имею никаких возражений!
Всё время пути зоркие глазки бегали по стенам тюрьмы, запоминая каждый уголок. Охрана уже в принципе перестала встречаться в коридорах: кто-то охранял камеры, что остались на нижних этажах, кто-то помогал в пристани, и не стоит забывать про весь остальной остров, где, как бы, помощь дозорных куда нужнее, чем в глухих стенах. Вполне себе неплохой шанс... Ведь если они оба-таки дойдут до зала совещаний, то в численном перевесе явно не в сторону революционеров можно и не сомневаться. Большой палец левой руки снимает узел, крепко сдерживающий клинок внутри ножен. Причина такой гуманности была проста: мелкие рядовые солдаты не заслуживают остаться калеками или вовсе умереть, ведь, чаще всего, выполняют приказы стоящих выше в этой иерархии, поэтому причинять им вред следовало крайне осторожно, но никто не будет против, если в койку отправится зачинщик всего этого, а так же его верные подчинённые, верно? Верно. Так же рассуждала и Джинкс, крепко хватаясь рукой за рукоять, и освобождая катану
Невероятный стыд нахлынул революционерку за свои действия: слова, поведение, а так же ложное желание стукнуть подругу катаной. Как бы дорогие накама не подумали, что она это всё всерьёз, и не обиделись потом. Вот бы они всё ещё помнили про план и надеялись, что вторая парочка справится! Никакой позорный не способен переубедить киборга в её цели, а подобные оскорбления приносят боли не меньше, чем тому, кому они посвящались.
Контингент в этой башне повстречался крайне неприятный. И нет, один лишь разговор с добродушным Джеймсом ни капельку не заставил подумать, что он в каком-то роде хороший парень: безобидное поведение не скрывает всех грехов, что они совершили с несчастным народом. Неприемлемо! Даже в протезе появилась фантомная чесотка, как бы уже избавиться от всех этих тварей. Но даже это не помешало очередной раз отдать честь вышестоящим, как только они вошли. Речь идёт о, так называемом, Даруде, насколько Бэдлак поняла из речи стоящей рядом, кажется Тундры. Довольно необычные имена для подобных аморальных личностей, жаль, что чуть позднее, уже этим днём, их имена в списках дозорных считаться не будут. Чтобы не прерывать их диалог, дамочка решила промолчать, но был необычный план, как к ним привязаться на чуть подольше: "Подождите, сэр!" — прежде, чем тот со своей подчинённый успел покинуть помещение, девушка подскочила с уже отданной честью над виском. Судя по реакции последнего, лишнее внимание рядовых его мало чем волновало, ведь он даже не повернулся к ней, томно вздохнув.
— Чего тебе, рядовая? Я же сказал, что у меня сейчас совещание, — шагу мужчина не сбавил, как и низенькая спутница, но, похоже, до кабинета идти не так уж и мало, так что можно было продолжить разговор
— Я бы очень хотела, чтобы вы хотя бы поверхностно показали нам, что тут да как, это-, — не успевает революционерка продолжить, как ей в лоб прилетает уже от Тундры
— Разве ты не поняла, что сэр Даруда занят? Если тебе так хочется, то попроси Джеймса!.. Где этот старый пёс запропастился?!
— Успокойся, Тундра. Так уж и быть, я проведу тебе "поверхностный" инструктаж, но на совещание ты никак не попадёшь. Будешь ждать снаружи. Понятно? — грубый голос басом отражался в ушах Джинкс, создавая ощущение по-настоящему важного человека, у которого нет свободной минуты, чтобы даже что-то поесть. Но волнует ли её это? Да нисколько, ха!
— Так точно! Не имею никаких возражений!
Всё время пути зоркие глазки бегали по стенам тюрьмы, запоминая каждый уголок. Охрана уже в принципе перестала встречаться в коридорах: кто-то охранял камеры, что остались на нижних этажах, кто-то помогал в пристани, и не стоит забывать про весь остальной остров, где, как бы, помощь дозорных куда нужнее, чем в глухих стенах. Вполне себе неплохой шанс... Ведь если они оба-таки дойдут до зала совещаний, то в численном перевесе явно не в сторону революционеров можно и не сомневаться. Большой палец левой руки снимает узел, крепко сдерживающий клинок внутри ножен. Причина такой гуманности была проста: мелкие рядовые солдаты не заслуживают остаться калеками или вовсе умереть, ведь, чаще всего, выполняют приказы стоящих выше в этой иерархии, поэтому причинять им вред следовало крайне осторожно, но никто не будет против, если в койку отправится зачинщик всего этого, а так же его верные подчинённые, верно? Верно. Так же рассуждала и Джинкс, крепко хватаясь рукой за рукоять, и освобождая катану
от оков. Ох, давно это было! Скрежет металла о дерево, необычайно небольшой вес! Удар. Так, теперь вторая...
— Так и знал, что что-то здесь не чисто... — говорит офицер, сдувая жгучий дым с дула своего пистолета. Что только что произошло? Мечница была настолько уверена в своём ударе, что на заметила, как готовая к бою сабля вовремя отразила удар, пока вторая рука без проблем взвела курок пистоля. Выстрел пришёлся бы прямо в лицо девушки, если бы свободная рука, то есть протез, инстинктивно не встал на пути пули. К счастью, малюсенький снаряд разбился о плотный металл оболочки протеза, чуть помяв её, но небольшой осколок-таки пришёлся в белоснежный лоб, что и вызвало такой ступор. Бэдлак пошатнулась, сделала шаг назад, но не упала!
— О-о-о, так ты не так проста... Я, если честно, ожидал, что весь коридор-
— Это всё, что тебе есть сказать? Если да, то закройся, — изогнутое лезвие катаны смотрело прямо в лицо офицеру, хоть и расстояние между ними было несколько метров. Чтобы не скучать, левая рука взялась за, очевидно, крепкие ножны обратным хватом.
– Если тебе так нравится биться ножнами, то почему ты не взяла две катаны?
Под кепкой, которая сбита резким движением головы киборга, наконец-то показалась плотная набухшая вена. Над правым глазом начала подтекать кровь. Битва началась неприятно, ведь Джинкс потеряла эффект неожиданности... Ну и ладно! Будто это кого-то волнует! Не желая отвечать на отвлекающие вопросы, Джинкс кинулась вперёд, надеясь, что второй займётся еврейка.
Нужно было действовать быстро и без продыха, чтобы не дать зарядить пистолет, ведь вряд ли ей так же повезёт. И зная своё слабое место, дозорный попросту откинул пистоль в сторону, чтобы рука была свободна. Резкий шаг вперёд от Джинкс спровоцировал мужчину на атаку сверху вниз, ведь места было не очень много, да и задеть напарницу было не самым хорошим решением. Он ожидал, что девушка увернётся, но то, что она попросту отклонит его в сторону из ниоткуда появившимся клинком – нет. Именно! Прямо перед ударом дамочка будто выстрелила своим спрятанным в руке клинком, чтобы отвести атаку вбок, пока сама нанесла колющий удар в противника... И ведь попала! Увы, рана получилась неглубокой, так как Даруда успел отскочить назад. Они вышли в более открытое место, типа зала для гостей, где было гораздо больше места для развлечений.
– Охо-хо! И сколько в себе ещё секретов ты припрятала, консервная банка?! – больше от злости спросил мужчина, схватившись за раненный живот. Багровая кровь проступила сквозь белый пиджак, полностью пачкая его, что не понравилось дозорному. Зря он тратит время на это, чтобы остановить кровотечение: ловкая девочка вновь пошла в лобовую атаку, но сейчас она не хотела импровизировать: скрывая клинок в протезе, левая рука с ножнами бьёт по коленной чашечке сбоку, к несчастью для дозорного, выбивая ту со своей орбиты. Разъярённая Джинкс хотела продолжит серию атак, но получила рукоятью между лопаток, ведь на такой близкой дистанции Даруда не смог бы ударить ту лезвием. Шокированная таким трюком революционерка падает на пол, ведь мужская тяжёлая рука ей была не по зубам.
– Малолетняя шлюха! – свалившись на одно колено, крикнул офицер. Рядом было окно, так почему бы не...? Небольшую девушку Даруда поднял за волосы, еле как поднимаясь на одной ноге, но не учёл следующего: трюки киборга не закончились. Левая, уже свободная от второго оружия рука в виде раскрытой ладони, но с согнутыми пальцами ударила прямо в подбородок, но за самое мгновение до удара выстрелила пружина, мгновенно, на огромной скорости высвобождая кулак ещё на добрые сантиметров пятнадцать. Подобный удар даже в человеческих возможностях кажется мощным, а если учитывать, что протез, всё-таки, металлический, то... Итог: вдребезги разбитая челюсть на пару с потерей сознания, из-за чего дамочка и в самом деле чуть не падает из окна: уж слишком близко они к нему дрались, а хватка за волосы чересчур резко ослабла.
— Так и знал, что что-то здесь не чисто... — говорит офицер, сдувая жгучий дым с дула своего пистолета. Что только что произошло? Мечница была настолько уверена в своём ударе, что на заметила, как готовая к бою сабля вовремя отразила удар, пока вторая рука без проблем взвела курок пистоля. Выстрел пришёлся бы прямо в лицо девушки, если бы свободная рука, то есть протез, инстинктивно не встал на пути пули. К счастью, малюсенький снаряд разбился о плотный металл оболочки протеза, чуть помяв её, но небольшой осколок-таки пришёлся в белоснежный лоб, что и вызвало такой ступор. Бэдлак пошатнулась, сделала шаг назад, но не упала!
— О-о-о, так ты не так проста... Я, если честно, ожидал, что весь коридор-
— Это всё, что тебе есть сказать? Если да, то закройся, — изогнутое лезвие катаны смотрело прямо в лицо офицеру, хоть и расстояние между ними было несколько метров. Чтобы не скучать, левая рука взялась за, очевидно, крепкие ножны обратным хватом.
– Если тебе так нравится биться ножнами, то почему ты не взяла две катаны?
Под кепкой, которая сбита резким движением головы киборга, наконец-то показалась плотная набухшая вена. Над правым глазом начала подтекать кровь. Битва началась неприятно, ведь Джинкс потеряла эффект неожиданности... Ну и ладно! Будто это кого-то волнует! Не желая отвечать на отвлекающие вопросы, Джинкс кинулась вперёд, надеясь, что второй займётся еврейка.
Нужно было действовать быстро и без продыха, чтобы не дать зарядить пистолет, ведь вряд ли ей так же повезёт. И зная своё слабое место, дозорный попросту откинул пистоль в сторону, чтобы рука была свободна. Резкий шаг вперёд от Джинкс спровоцировал мужчину на атаку сверху вниз, ведь места было не очень много, да и задеть напарницу было не самым хорошим решением. Он ожидал, что девушка увернётся, но то, что она попросту отклонит его в сторону из ниоткуда появившимся клинком – нет. Именно! Прямо перед ударом дамочка будто выстрелила своим спрятанным в руке клинком, чтобы отвести атаку вбок, пока сама нанесла колющий удар в противника... И ведь попала! Увы, рана получилась неглубокой, так как Даруда успел отскочить назад. Они вышли в более открытое место, типа зала для гостей, где было гораздо больше места для развлечений.
– Охо-хо! И сколько в себе ещё секретов ты припрятала, консервная банка?! – больше от злости спросил мужчина, схватившись за раненный живот. Багровая кровь проступила сквозь белый пиджак, полностью пачкая его, что не понравилось дозорному. Зря он тратит время на это, чтобы остановить кровотечение: ловкая девочка вновь пошла в лобовую атаку, но сейчас она не хотела импровизировать: скрывая клинок в протезе, левая рука с ножнами бьёт по коленной чашечке сбоку, к несчастью для дозорного, выбивая ту со своей орбиты. Разъярённая Джинкс хотела продолжит серию атак, но получила рукоятью между лопаток, ведь на такой близкой дистанции Даруда не смог бы ударить ту лезвием. Шокированная таким трюком революционерка падает на пол, ведь мужская тяжёлая рука ей была не по зубам.
– Малолетняя шлюха! – свалившись на одно колено, крикнул офицер. Рядом было окно, так почему бы не...? Небольшую девушку Даруда поднял за волосы, еле как поднимаясь на одной ноге, но не учёл следующего: трюки киборга не закончились. Левая, уже свободная от второго оружия рука в виде раскрытой ладони, но с согнутыми пальцами ударила прямо в подбородок, но за самое мгновение до удара выстрелила пружина, мгновенно, на огромной скорости высвобождая кулак ещё на добрые сантиметров пятнадцать. Подобный удар даже в человеческих возможностях кажется мощным, а если учитывать, что протез, всё-таки, металлический, то... Итог: вдребезги разбитая челюсть на пару с потерей сознания, из-за чего дамочка и в самом деле чуть не падает из окна: уж слишком близко они к нему дрались, а хватка за волосы чересчур резко ослабла.
С тяжёлой одышкой бледнолицая опускается на колени и судорожно достаёт из сумки чуть ли не в крошку поломанную плитку шоколада, начиная так же беспокойно её поглощать. Она чувствовала, как связь с протезом немного ослабла, ведь потратила уже половину заряда, но сейчас это неважно... Надо объединиться с остальными.
Кирилл, Константин, Михаил,
Ее удивлению не было конца. Хотя, на самом деле, удивлению того, что эти двое каким-то боком оказались по ту сторону баррикады, в роли рабов с бедными пленными под ручку. Не сказать, конечно, что увиденное совсем не понравилось Амитерелии, но подобное унижение временных товарищей приравнивалось к унижению революционной армии, чего сама девушка допустить попросту не могла.
Вот только смех Лаплас. Этот бесящийся, выдёргивающий из размышлений и заставляющий напрячь каждую мышцу в теле, попросту стёр все те мысли, которые плавно окутывали сознание. Потому что…
«Что эта поехавшая творит?! Да она в край двинулась!»
Нет. Это определенно было слишком для того, чтобы по-прежнему сохранять спокойствие и создавать видимость полного безразличия к происходящему. В конце концов, их вообще не должно было быть здесь. Но они были. По воле судьбы оказались в проклятущем месте и были вынуждены смотреть на спектакль поехавшей волчицы в надежде, что та не покажет на них пальцем, тем самым вызвав подозрение со стороны дозорных.
Потому что иначе… нет. Кромсать всех подряд здесь было совершенно невозможно. На то это и была база дозорных. Даже, если бы они чудом вдвоем сумели одолеть всех присутствующих. Даже, если бы они вкроили время на то, чтобы освободить своих союзников из чертовой клетки. Даже при всех возможных удачных стечений обстоятельств, они бы не выбрались так просто. И это раздражало. Особенно, когда на фоне всех этих размышлений в ушах пульсировал смех Лаплас.
«Да закройте кто-нибудь ей рот уже!»
И в тот же момент взгляд алых глаз увидел грубый удар одного из дозорных по голове Лаплас. Сильный и наверняка неприятный. Хотя, судя по траектории и звуку, не такой уж и смертельно опасный. Впрочем, за место прошлого раздражение в душе воцарилось самое настоящее спокойствие…
«Спасибо»
…вперемешку с радостью.
Обречено выдохнув, Амитерелия скрестила руки на груди и на миллисекунду сосредоточилась на окоряющих звуках, в частности на сердцебиениях присутствующих в помещении дозорных, убеждаясь в том, что те никак не отреагировали на ситуацию и не начали замышлять чего-то неладного. Так оно и было. А вот, когда внимание переключилось на Джинкс, розовые бровки Алии чуть нахмурились, ощутив толику волнения от напарницы. Похоже, для неё увиденное оказалось намного более шокирующим, нежели для остальных, кто присутствовал в помещении по ту сторону баррикады. Хотя…
«А не из-за гнева ли это?»
Блеснувшие в полумраке от небольшой порции гордости за напарницу губы в следующую же секунду вернулись к прежнему безразличию, когда сама Амитерелия сосредоточено повернула голову, обратив внимание на начавшийся разговор между Джинкс и дозорного.
Собрание. Это звучало весьма интересно, ведь если бы они добрались. Даже, если их по итогу оставят за дверью, Амитерелия при помощи своего фрукта все равно сможет услышать все те разговоры в комнате и разузнать о нынешней обстановке. Гениальный и совершенно безобидный шпионаж, в котором девушка была самым настоящим профи. Именно поэтому она и решила действовать.
- О! Я тоже с вами пойду… с вашего позволения.
Резкий разворот и до ужаса наглые слова, сорвавшиеся с губ розоволосой революционерки, которые, как оказалось, возымели эффект. Ведь она тоже пошла со всей этой сворой. Не прекрасное ли стечение обстоятельств? Именно!
Дорога до помещения, где проходило собрание, выдалась спокойной. По крайней мере, половина этого пути. Разговоры и шум становились тише, что говорила о сокращающимся количестве дозорных вокруг. Редкая благодать для обладателя фрукта звука, из-за чего инстинктивно приходилось реагировать на каждый мелочный шум. Шаги и ничего кроме шагов. Прекрасно и спокойно одновременно. Именно так все и было, пока сознание не включило режим тревоги в унисон со звуком обнажившегося клинка.
Ее удивлению не было конца. Хотя, на самом деле, удивлению того, что эти двое каким-то боком оказались по ту сторону баррикады, в роли рабов с бедными пленными под ручку. Не сказать, конечно, что увиденное совсем не понравилось Амитерелии, но подобное унижение временных товарищей приравнивалось к унижению революционной армии, чего сама девушка допустить попросту не могла.
Вот только смех Лаплас. Этот бесящийся, выдёргивающий из размышлений и заставляющий напрячь каждую мышцу в теле, попросту стёр все те мысли, которые плавно окутывали сознание. Потому что…
«Что эта поехавшая творит?! Да она в край двинулась!»
Нет. Это определенно было слишком для того, чтобы по-прежнему сохранять спокойствие и создавать видимость полного безразличия к происходящему. В конце концов, их вообще не должно было быть здесь. Но они были. По воле судьбы оказались в проклятущем месте и были вынуждены смотреть на спектакль поехавшей волчицы в надежде, что та не покажет на них пальцем, тем самым вызвав подозрение со стороны дозорных.
Потому что иначе… нет. Кромсать всех подряд здесь было совершенно невозможно. На то это и была база дозорных. Даже, если бы они чудом вдвоем сумели одолеть всех присутствующих. Даже, если бы они вкроили время на то, чтобы освободить своих союзников из чертовой клетки. Даже при всех возможных удачных стечений обстоятельств, они бы не выбрались так просто. И это раздражало. Особенно, когда на фоне всех этих размышлений в ушах пульсировал смех Лаплас.
«Да закройте кто-нибудь ей рот уже!»
И в тот же момент взгляд алых глаз увидел грубый удар одного из дозорных по голове Лаплас. Сильный и наверняка неприятный. Хотя, судя по траектории и звуку, не такой уж и смертельно опасный. Впрочем, за место прошлого раздражение в душе воцарилось самое настоящее спокойствие…
«Спасибо»
…вперемешку с радостью.
Обречено выдохнув, Амитерелия скрестила руки на груди и на миллисекунду сосредоточилась на окоряющих звуках, в частности на сердцебиениях присутствующих в помещении дозорных, убеждаясь в том, что те никак не отреагировали на ситуацию и не начали замышлять чего-то неладного. Так оно и было. А вот, когда внимание переключилось на Джинкс, розовые бровки Алии чуть нахмурились, ощутив толику волнения от напарницы. Похоже, для неё увиденное оказалось намного более шокирующим, нежели для остальных, кто присутствовал в помещении по ту сторону баррикады. Хотя…
«А не из-за гнева ли это?»
Блеснувшие в полумраке от небольшой порции гордости за напарницу губы в следующую же секунду вернулись к прежнему безразличию, когда сама Амитерелия сосредоточено повернула голову, обратив внимание на начавшийся разговор между Джинкс и дозорного.
Собрание. Это звучало весьма интересно, ведь если бы они добрались. Даже, если их по итогу оставят за дверью, Амитерелия при помощи своего фрукта все равно сможет услышать все те разговоры в комнате и разузнать о нынешней обстановке. Гениальный и совершенно безобидный шпионаж, в котором девушка была самым настоящим профи. Именно поэтому она и решила действовать.
- О! Я тоже с вами пойду… с вашего позволения.
Резкий разворот и до ужаса наглые слова, сорвавшиеся с губ розоволосой революционерки, которые, как оказалось, возымели эффект. Ведь она тоже пошла со всей этой сворой. Не прекрасное ли стечение обстоятельств? Именно!
Дорога до помещения, где проходило собрание, выдалась спокойной. По крайней мере, половина этого пути. Разговоры и шум становились тише, что говорила о сокращающимся количестве дозорных вокруг. Редкая благодать для обладателя фрукта звука, из-за чего инстинктивно приходилось реагировать на каждый мелочный шум. Шаги и ничего кроме шагов. Прекрасно и спокойно одновременно. Именно так все и было, пока сознание не включило режим тревоги в унисон со звуком обнажившегося клинка.
В ту секунду, казалось, время нарочно замедлилось. Или же всё дело было в обострившихся инстинктах самой Амитерелии, но, наблюдая за тем, как Джинкс обнажает оружие, алые глаза не прекращали удивленно округляться одновременно с усилившимся слухом, который ловил каждый вздох.
«Нет-нет-нет. Только не говорите мне, что она…»
Но мысли не успели даже окончательно прекратить предложение, когда раздался удар катаны, выстрел и соприкосновение пули с протезом.
«ЧЕРТОВА НЕНОРМАЛЬНАЯ ДЕВЧОНКА! ВЫ ТУТ ВСЕ ИЗ УМА ВЫЖИЛИ ЧТО ЛИ?!
Алые глаза неистово загорелись в тот же момент от нескончаемой ярости, ударившей в голову. Потому что все пошло совершенно не по плану. Потому что напарница, которая казалась более-менее вменяемой, сделала то, что Амитерелия даже в худшем варианте развития событий не рассматривала. Потому что теперь им всем был подписан смертный приговор.
= Сэр Даруда!
Очередной импульс громкого женского крика, раздавшегося со спины розоволосой революционерки, заставил Амитерелию на секунду поддаться инстинктам и легким движением руки освободить алебарду из крепких оков креплений. Пальцы схватили длинную рукоять и подняли оружие на вытянутую руку в сторону, преграждая путь, вследствие чего бросившаяся на подмогу женщина была молниеносно остановлена неожиданно откуда возникшим перед лицом оружием.
- Не-не-не. Туда ты не пойдешь, дорогуша.
Спокойный, безразличный голос сорвался с губ девушки, пока взгляд смотрел вперед, на разразившуюся битву между Джинкс и Дарудой, которая теперь волновала саму розоволосую революционерку лишь наличием победы со стороны напарницы. Устало откинув голову назад и слегка повернув её в бок, Амитерелия впилась взглядом алых глаз в удивленное выражение лица Тундры и обреченно вздохнула, когда дозорная отпрыгнула назад, увеличивая расстояние.
= Ты тоже… с той тварью?
- С ней-то?
Снова бросив взгляд в сторону Джинкс, Амитерелия повернула запястье, в которой покоилась алебарда и тем самым закинула оружие на плечо, вновь впившись взглядом в дамочку со странным именем.
- К сожалению, - слова, выданные с обреченным вздохом сожаления.
= Тогда ты умрешь первой!
- Оооооооооооо, - ядовитая улыбка плавно начинала просачиваться сквозь абсолютное безразличие, пока скрежет зубов окончательно не уничтожил спокойствие, до этого момента сохранявшееся на лице революционерки. – Какие громкие слова, однако же.
И в ту же девушка резко сорвалась с места, в направлении дозорной, которая только обнажала двуручный меч, доставаемый из-за спины слишком медленно, чтобы Алиа не успела приблизиться.
«Один удар и все»
Именно так всё должно был выглядеть. Один жалкий, точный удар по телу противницы, чтобы разом покончить со всем и сразу, но не зря же говорят, что не все планы проходят так, как должны. Потому что следующее, что произошло, так это звук соприкоснувшегося металла лезвия алебарды и клинка двуручного меча.
Удивительно? Возможно. Ожидаемо? Отнюдь.
И именно по этой причине на секунду в алых глазах розоволосой революционерки промелькнуло искреннее удивление, которое можно было даже сравнить с тем приятным чувством наконец появившегося достоянного противника, если бы только не все, происходящее вокруг.
- И это все?
Удивленно изогнув бровь, но, так и не перестав пристально вглядываться в глаза Тундры, Амитерелия приподняла уголки губ и беззвучно сделала резкий шаг вперед, одновременно с направленной силой дьявольского фрукта в свою алебарду. Последовавший лязг металла через миллисекунду обернулся оглушающим взрывом, будто бы где-то за стеной взорвалась бомба, что было крайне неожиданно. Ведь то произошло без ударной волны. Без сотрясшихся стен.
По правде говоря, в ту секунду, ей было абсолютно плевать на то, насколько же громко было то, что происходило между Амитерелией и Тундрой. Потому что ей совершенно не было дела до этого.
Но подобных действий вполне хватило, чтобы запечатлеть искреннее удивление и испуг.
Неожиданная запланированная атака? Их было далеко не двое?
«Нет-нет-нет. Только не говорите мне, что она…»
Но мысли не успели даже окончательно прекратить предложение, когда раздался удар катаны, выстрел и соприкосновение пули с протезом.
«ЧЕРТОВА НЕНОРМАЛЬНАЯ ДЕВЧОНКА! ВЫ ТУТ ВСЕ ИЗ УМА ВЫЖИЛИ ЧТО ЛИ?!
Алые глаза неистово загорелись в тот же момент от нескончаемой ярости, ударившей в голову. Потому что все пошло совершенно не по плану. Потому что напарница, которая казалась более-менее вменяемой, сделала то, что Амитерелия даже в худшем варианте развития событий не рассматривала. Потому что теперь им всем был подписан смертный приговор.
= Сэр Даруда!
Очередной импульс громкого женского крика, раздавшегося со спины розоволосой революционерки, заставил Амитерелию на секунду поддаться инстинктам и легким движением руки освободить алебарду из крепких оков креплений. Пальцы схватили длинную рукоять и подняли оружие на вытянутую руку в сторону, преграждая путь, вследствие чего бросившаяся на подмогу женщина была молниеносно остановлена неожиданно откуда возникшим перед лицом оружием.
- Не-не-не. Туда ты не пойдешь, дорогуша.
Спокойный, безразличный голос сорвался с губ девушки, пока взгляд смотрел вперед, на разразившуюся битву между Джинкс и Дарудой, которая теперь волновала саму розоволосую революционерку лишь наличием победы со стороны напарницы. Устало откинув голову назад и слегка повернув её в бок, Амитерелия впилась взглядом алых глаз в удивленное выражение лица Тундры и обреченно вздохнула, когда дозорная отпрыгнула назад, увеличивая расстояние.
= Ты тоже… с той тварью?
- С ней-то?
Снова бросив взгляд в сторону Джинкс, Амитерелия повернула запястье, в которой покоилась алебарда и тем самым закинула оружие на плечо, вновь впившись взглядом в дамочку со странным именем.
- К сожалению, - слова, выданные с обреченным вздохом сожаления.
= Тогда ты умрешь первой!
- Оооооооооооо, - ядовитая улыбка плавно начинала просачиваться сквозь абсолютное безразличие, пока скрежет зубов окончательно не уничтожил спокойствие, до этого момента сохранявшееся на лице революционерки. – Какие громкие слова, однако же.
И в ту же девушка резко сорвалась с места, в направлении дозорной, которая только обнажала двуручный меч, доставаемый из-за спины слишком медленно, чтобы Алиа не успела приблизиться.
«Один удар и все»
Именно так всё должно был выглядеть. Один жалкий, точный удар по телу противницы, чтобы разом покончить со всем и сразу, но не зря же говорят, что не все планы проходят так, как должны. Потому что следующее, что произошло, так это звук соприкоснувшегося металла лезвия алебарды и клинка двуручного меча.
Удивительно? Возможно. Ожидаемо? Отнюдь.
И именно по этой причине на секунду в алых глазах розоволосой революционерки промелькнуло искреннее удивление, которое можно было даже сравнить с тем приятным чувством наконец появившегося достоянного противника, если бы только не все, происходящее вокруг.
- И это все?
Удивленно изогнув бровь, но, так и не перестав пристально вглядываться в глаза Тундры, Амитерелия приподняла уголки губ и беззвучно сделала резкий шаг вперед, одновременно с направленной силой дьявольского фрукта в свою алебарду. Последовавший лязг металла через миллисекунду обернулся оглушающим взрывом, будто бы где-то за стеной взорвалась бомба, что было крайне неожиданно. Ведь то произошло без ударной волны. Без сотрясшихся стен.
По правде говоря, в ту секунду, ей было абсолютно плевать на то, насколько же громко было то, что происходило между Амитерелией и Тундрой. Потому что ей совершенно не было дела до этого.
Но подобных действий вполне хватило, чтобы запечатлеть искреннее удивление и испуг.
Неожиданная запланированная атака? Их было далеко не двое?
Амитерелия была готова поклясться, что именно такие мысли крутились в голове дозорной. Хотя, останавливаться на этом девушка попросту не собиралась.
Ведь ослабшая от удивления и сместившегося внимания противницы тут же была использована в своих целях, когда слегка надавив алебардой, революционерка вынудила опустить клинок и тут же взмахнула оружием для последовавшей атаки, которая, впрочем, не увенчалась успехом. Только лишь потому, что Тундра быстро пришла в себя и отпрыгнула назад, в жалких попытках увеличить дистанцию, чтобы окончательно собраться с мыслями.
«Как будто бы я тебе это позволю!»
Всего лишь одна мысленная команда, сотрясающая сознание, вынудила тело розоволосой революционерки ринуться снова вперед, нанося сильный удар в прыжке сверху вниз. Но даже с учетом того, что Тундра едва ли сумела уклониться от него, последовавший через миллисекунду очередной звук взрыва, вновь вызвал на лице дозорной удивление, смешанное с испугом, от чего та едва ли не забыла парировать последующую атаку.
В конце концов, Амитерелия не прекращала свой безумно-яростный танец наступления, каждый раз, когда алебарда касалась стен, пола или даже клинка Тундры, которая продолжала свои безрезультатные попытки парировать удары двуручным мечом, воспроизводя звуки оглушительных взрывов.
Вот только на этом все фокусы со стороны революционерки не заканчивались, потому что одновременно самих шагов Амитерелия совершенно не было слышно, будто бы девушка и вовсе не находилась в коридоре, где происходило сражение. Непонятное явление, создающее в сознании Тундры те сомнения, которые сама Алиа нарочно вызывала каждым своим ударом.
И в тот момент, когда растерянная противница уже практически была повержена, когда оставался всего лишь один завершающий удар, алебарда остановилась на полпути, а на пол упало несколько капель крови, за место ожидаемого звука очередного взрыва.
= Так, значит, это все же твоих рук дело?
Довольно блеснувшие глаза уставились на удивленное лицо Амитерелии, чьи пальцы касались свежей раны на плече, с которого медленно стекали струйки крови. Ее крови. Крови той, кто непрестанно продолжал атаковать и неожиданно даже для себя совершил столь глупую… ошибку?
- Ты…
А было ли то действительно ошибкой? Или же прекрасной актерской игрой? Ведь первая пролитая кровь была далеко не на руках революционерки. Нет. Хуже. То была её кровь. Её драгоценная и прекрасная кровь на порезанном плече.
- ТЫ…
«Убей ей»
Шепот сознания прозвучал одновременно с тем, как зубы стиснулись с настолько неистовой силой, будто бы пытались прокусить металл, но то было неважно. Громко закричав, девушка тут же отмахнула своим оружием двуручный меч, ногой оттолкнула дозорную и тут же ринулась вперед с очередным безумным наступлением, уже совершенно не сдерживая звуки взрывов, а нарочно чередуя их, окончательно дестабилизируя Тундру. Потому что теперь звуками взрывов всё не ограничивалось, а к ним прибавился ещё и оглушающий гром. Потому что теперь каждый парированный удар двуручным мечом сотрясался нарочно усиленным звуком лязга металла, который вынуждал недовольно морщиться, когда со стороны уже следовал новый удар. Потому что теперь Амитерелия окончательно потеряла хоть какую-то причину сдерживаться. И потому что в её сознании непрестанно звучали один и те же слова.
«Убей. Убей.»
Очередной крик смешался с яростным взмахом алебарды.
«УБЕЙ!»
Звук грома. Хлынувшая из тела кровь. Проткнувший пол двуручный меч. И слышимый стук каблука девичьих ботинок, прозвучавший впервые за все время сражения.
Тяжело дыша, Амитерелия опустила оружие, наблюдая, за опустившимся на колени телом дозорной, которая удивлённо смотрела на глубокий диагональный разрез на теле. Наверное, эта картина должна была доставить желаемое удовольствие. Ощущение спокойствия или хоть что-то. Но вместо желанных чувств она ощутила лишь безразличие.
А потом… Амитерелия резко взмахнула алебардой, нанося последний смертельный удар по проигравшей дозорной.
«Теперь точно все»
Ведь ослабшая от удивления и сместившегося внимания противницы тут же была использована в своих целях, когда слегка надавив алебардой, революционерка вынудила опустить клинок и тут же взмахнула оружием для последовавшей атаки, которая, впрочем, не увенчалась успехом. Только лишь потому, что Тундра быстро пришла в себя и отпрыгнула назад, в жалких попытках увеличить дистанцию, чтобы окончательно собраться с мыслями.
«Как будто бы я тебе это позволю!»
Всего лишь одна мысленная команда, сотрясающая сознание, вынудила тело розоволосой революционерки ринуться снова вперед, нанося сильный удар в прыжке сверху вниз. Но даже с учетом того, что Тундра едва ли сумела уклониться от него, последовавший через миллисекунду очередной звук взрыва, вновь вызвал на лице дозорной удивление, смешанное с испугом, от чего та едва ли не забыла парировать последующую атаку.
В конце концов, Амитерелия не прекращала свой безумно-яростный танец наступления, каждый раз, когда алебарда касалась стен, пола или даже клинка Тундры, которая продолжала свои безрезультатные попытки парировать удары двуручным мечом, воспроизводя звуки оглушительных взрывов.
Вот только на этом все фокусы со стороны революционерки не заканчивались, потому что одновременно самих шагов Амитерелия совершенно не было слышно, будто бы девушка и вовсе не находилась в коридоре, где происходило сражение. Непонятное явление, создающее в сознании Тундры те сомнения, которые сама Алиа нарочно вызывала каждым своим ударом.
И в тот момент, когда растерянная противница уже практически была повержена, когда оставался всего лишь один завершающий удар, алебарда остановилась на полпути, а на пол упало несколько капель крови, за место ожидаемого звука очередного взрыва.
= Так, значит, это все же твоих рук дело?
Довольно блеснувшие глаза уставились на удивленное лицо Амитерелии, чьи пальцы касались свежей раны на плече, с которого медленно стекали струйки крови. Ее крови. Крови той, кто непрестанно продолжал атаковать и неожиданно даже для себя совершил столь глупую… ошибку?
- Ты…
А было ли то действительно ошибкой? Или же прекрасной актерской игрой? Ведь первая пролитая кровь была далеко не на руках революционерки. Нет. Хуже. То была её кровь. Её драгоценная и прекрасная кровь на порезанном плече.
- ТЫ…
«Убей ей»
Шепот сознания прозвучал одновременно с тем, как зубы стиснулись с настолько неистовой силой, будто бы пытались прокусить металл, но то было неважно. Громко закричав, девушка тут же отмахнула своим оружием двуручный меч, ногой оттолкнула дозорную и тут же ринулась вперед с очередным безумным наступлением, уже совершенно не сдерживая звуки взрывов, а нарочно чередуя их, окончательно дестабилизируя Тундру. Потому что теперь звуками взрывов всё не ограничивалось, а к ним прибавился ещё и оглушающий гром. Потому что теперь каждый парированный удар двуручным мечом сотрясался нарочно усиленным звуком лязга металла, который вынуждал недовольно морщиться, когда со стороны уже следовал новый удар. Потому что теперь Амитерелия окончательно потеряла хоть какую-то причину сдерживаться. И потому что в её сознании непрестанно звучали один и те же слова.
«Убей. Убей.»
Очередной крик смешался с яростным взмахом алебарды.
«УБЕЙ!»
Звук грома. Хлынувшая из тела кровь. Проткнувший пол двуручный меч. И слышимый стук каблука девичьих ботинок, прозвучавший впервые за все время сражения.
Тяжело дыша, Амитерелия опустила оружие, наблюдая, за опустившимся на колени телом дозорной, которая удивлённо смотрела на глубокий диагональный разрез на теле. Наверное, эта картина должна была доставить желаемое удовольствие. Ощущение спокойствия или хоть что-то. Но вместо желанных чувств она ощутила лишь безразличие.
А потом… Амитерелия резко взмахнула алебардой, нанося последний смертельный удар по проигравшей дозорной.
«Теперь точно все»
На секунду прикрыв глаза и привод свои чувства и эмоции в порядок, девушка тут же развернулась в поисках Джинкс, когда осознала, что совершенно не слышит никаких звуков сражения и тут же ринулась к сидящей напарнице, которая… ела? Сейчас? Серьезно, что ли?
- ВСТАВАЙ! БЫСТРО!
Схватив Джинкс за руку, Амитерелия потянула ту наверх, помогая подняться, но на середине момента остановилась, удивленно вглядываясь в лицо напарницы.
- А это ещё что?
Схватившись руками лицо Джинкс, Алиа пристально впилась взглядом в рану напарницы и ту же резко осмотрелась по сторонам. Благо в коридоре был несколько дверь, а учитывая, что оттуда не доносилось совершенно никаких звуков, то никого там и не было. Именно поэтому, схватив напарницу под руку, девушка затащила ту в комнату, усадив на первый попавшийся под руку стул и поставив сумку, которая прежде мирно покоилась за поясе, на стол.
- Сиди смирно и не двигайся, - спокойным тоном произнесла розоволосая революционерка,
На то, чтобы быстро обработать рану, потребовалось не более пяти минут. Вот только учитывая происходящее, даже этого времени было слишком много. Но быстрее, со своим кровоточащим плечом было крайне затруднительно.
- У нас мало времени, поэтому это всё, на что я способна сейчас с тем, что у меня есть, - коротко выдала та, заклеивая рану на лбу пластырем.
Сразу же после этого, Амитерелия стянула с себя верхнюю куртку дозора. Под которой была футболка и быстро перетянула свою рану, предварительно убедившись, что та не настолько глубокая, чтобы тратить на неё ещё какое-то неопределенное количество времени. Ибо будучи правшой, обрабатывать порезы левой рукой казалось не настолько быстрым действом. Так что, девушка попросту убрала все добро обратно в сумку и разместила на привычном месте, на поясе.
- Мы не можем больше оставаться здесь. Если сюда придет подкрепление, то нам конец. Так что, идем.
Им нужно было срочно уходить отсюда. Причем, как можно скорее, иначе… иначе… нет. Сейчас девушка даже думать не хотела о том, что произойдет в таком случае.
«Черт. Надо вернуться к ним. Срочно»
С этими мыслями Амитерелия резко побежала обратно в сторону тюрьмы в надежде, что Джинкс также не будет медлить. Благо, дорогу оттуда она запомнила.
- ВСТАВАЙ! БЫСТРО!
Схватив Джинкс за руку, Амитерелия потянула ту наверх, помогая подняться, но на середине момента остановилась, удивленно вглядываясь в лицо напарницы.
- А это ещё что?
Схватившись руками лицо Джинкс, Алиа пристально впилась взглядом в рану напарницы и ту же резко осмотрелась по сторонам. Благо в коридоре был несколько дверь, а учитывая, что оттуда не доносилось совершенно никаких звуков, то никого там и не было. Именно поэтому, схватив напарницу под руку, девушка затащила ту в комнату, усадив на первый попавшийся под руку стул и поставив сумку, которая прежде мирно покоилась за поясе, на стол.
- Сиди смирно и не двигайся, - спокойным тоном произнесла розоволосая революционерка,
На то, чтобы быстро обработать рану, потребовалось не более пяти минут. Вот только учитывая происходящее, даже этого времени было слишком много. Но быстрее, со своим кровоточащим плечом было крайне затруднительно.
- У нас мало времени, поэтому это всё, на что я способна сейчас с тем, что у меня есть, - коротко выдала та, заклеивая рану на лбу пластырем.
Сразу же после этого, Амитерелия стянула с себя верхнюю куртку дозора. Под которой была футболка и быстро перетянула свою рану, предварительно убедившись, что та не настолько глубокая, чтобы тратить на неё ещё какое-то неопределенное количество времени. Ибо будучи правшой, обрабатывать порезы левой рукой казалось не настолько быстрым действом. Так что, девушка попросту убрала все добро обратно в сумку и разместила на привычном месте, на поясе.
- Мы не можем больше оставаться здесь. Если сюда придет подкрепление, то нам конец. Так что, идем.
Им нужно было срочно уходить отсюда. Причем, как можно скорее, иначе… иначе… нет. Сейчас девушка даже думать не хотела о том, что произойдет в таком случае.
«Черт. Надо вернуться к ним. Срочно»
С этими мыслями Амитерелия резко побежала обратно в сторону тюрьмы в надежде, что Джинкс также не будет медлить. Благо, дорогу оттуда она запомнила.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 2 Гость(ей)